Ирина Эланс

Автор который поможет с любыми образовательными и учебными заданиями

Симон Боливар - освободитель

МИНОБРНАУКИ РОССИИ

ФЕДЕРАЛЬНОЕ ГОСУДАРСТВЕННОЕ БЮДЖЕТНОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ

«САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ

ТЕХНОЛОГИИ И ДИЗАЙНА»

Кафедра _______________________________

(наименование)

Контрольная работа № _________

По дисциплине _______________________________________________________________

На тему _____________________________________________________________________

Студенки_________________________________________________________________

(Ф.И.О.)

Специальность________________________________________________________________

Курс, группа_________________________________________________________________

Шифр зачетной книжки ______________________________________________________

МИНОБРНАУКИ РОССИИ

ФЕДЕРАЛЬНОЕ ГОСУДАРСТВЕННОЕ БЮДЖЕТНОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ

«САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ

ТЕХНОЛОГИИ И ДИЗАЙНА»

Реферат по Всеобщей истории

на тему «Симон Боливар - освободитель»

Выполнила:

Студентка группы 3-ДЗ-3

Специальность 070906

Шифр зачетной книжки 1026120

Плишкина Анна

Санкт-Петербург

2012 г

Содержание

Введение…………………………………………………………………………...3

1. Ранние годы жизни Симона Боливара………………………………………..4

2. На пути к созданию Венесуэльской республики..............................................9

3. Великая Колумбия. Освобождение испанской Америки………………….14

4. Последствия освобождения Латинской Америки……………………..26 Заключение………………………………………………………………………29

Список литературы………………………………………………………………31

ВВЕДЕНИЕ

Хуан Ловера, 1827 год.

Портрет Симона Боливара (24 июля 1783 - 17 декабря 1830 (47 лет)).

Среди государственных деятелей ХIХ в., оказавших наибольшее влияние на судьбы Латинской Америки и мира, Боливар занимает, бесспорно, одно из первых мест, как по историческому значению своей деятельности, так и по масштабам своих политических и дипломатических дарований.

С его именем неразрывно связан ряд важнейших событий латиноамериканской и мировой истории, и, прежде всего, конечно, осуществленное при помощи него объединение латиноамериканских государств и их освобождение от испанских колонизаторов.

Также следует отметить, что Боливар был выдающимся политиком и незаурядным военачальником, что в полной мере проявилось в период наиболее знаменательных сражений, а также в годы последующей политической деятельности Боливара. О заслугах Симона Боливара наглядно свидетельствует и данное ему звание – «Освободитель».

1. Ранние годы жизни Симона Боливара.

Сын 57 летнего Хуана Висенте Боливара и 18 летней Марии де ла Консепсион Паласиос Бланко Симон Хосе Антонио де ла Сантисима Тринидад Боливар де ла Консепсьон и Понте Паласиос и Бланко родился 24 июля 1783 года в знатной креольской семье баскского происхождения в поместье Сан-Матео и был связан родственными узами со многими влиятельными семьями не только Венесуэлы, но и Испании. Боливары, как и большинство богатых креолов Венесуэлы, происходили из городка Ла-Пуэбла-де-Боливар в Бискайе, в Испании, находившегося тогда в округе Маркина. Первый Боливар, тоже по имени Симон, поселился в Венесуэле еще в 1559 году. Он занимал в колониальной администрации видный пост казначея при генерал-капитане. Потомки этого Симона превратились со временем в одно из богатейших семейств колонии, хотя и не «чистых» кровей: историки утверждают, что в XVIII веке в жилах Боливаров текла уже не чисто испанская кровь, а с примесью индейской и негритянской.

Отец Боливара владел поместьями, золотыми приисками и сахарными заводами. Ему принадлежали дома в Каракасе и в других городах Венесуэлы. На его плантациях работало свыше тысячи рабов. Он не гнушался заниматься и коммерцией: в Каракасе содержал через подставное лицо большую лавку по торговле сукном.

Не смотря на свое богатство и знатное происхождение, Боливары все же считались креолами и как таковые находились на социальной лестнице ступенькой ниже испанцев. Как и другие креолы, отец Боливара зависел от баскских купцов, которым он вынужден был продавать за бесценок какао и другие продукты своих плантаций.

Все это не могло не оказать влияния на взгляды отца Боливара¹. Известно, что он еще за полтора года до рождения Симона принимал участие вместе с Мирандой в подготовке антииспанского восстания. Сохранилось письмо отца Боливара Миранде, подписанное еще двумя видными креолами, в котором авторы послания изъявляли готовность следовать за Мирандой и сражаться до последней капли крови во имя большого и почетного дела – освобождения Венесуэлы от испанского господства. Однако отцу Боливара не суждено было претворить свои намерения в жизнь. Он умер, когда Симону исполнилось три года. Через пять лет умерла и мать Симона. Сироты Боливары остались на попечение родственников, которые дали им первоклассное по тому времени образование.

Большую роль в воспитании юного Симона сыграли его няня-негритянка раба Иполита и учитель и тезка Симон Родригес.

Боливар всегда вспоминал с большой теплотой Иполиту, которая заботилась о нем с исключительной преданностью. «Иполита – моя мать, - писал он своей сестре в 1825 году. – Ее молоко вскормило меня, и я не знал других родителей, кроме нее».

Венесуэльский просветитель Симон Родригес в свою очередь оказал влияние на формирование мировоззрения Боливара. Родригес был фанатичным последователем Руссо и французских энциклопедистов, идеи которых он с энтузиазмом распространял среди колонистов. От Симона Родригеса узнал впервые молодой Боливар о традициях освободительной борьбы в колониях, о восстании инка Кондорканки и о Миранде. Родригес познакомил своего воспитанника с классиками древности, с философией, с идеями великих французских мыслителей, многие книги которых имелись в отцовской библиотеке Боливара. С энтузиазмом говорил учитель своему ученику о французской революции 1789 года, отменившей рабство и возвестившей всему миру грядущую эру свободы, равенства и братства.

«Я безумно люблю этого человека», - признавался впоследствии Боливар, говоря о Родригисе. После того как испанцы были изгнаны из колоний и дело независимости восторжествовало, Боливар писал своему учителю: «Вы побудили меня посвятить мое сердце служению справедливости, великому, прекрасному. Я следовал по пути, начертанному вами».

Симон Родригес был наставником Боливара в течение пяти лет. Расставание произошло при драматических обстоятельствах. Учитель был одним из активных участников республиканского заговора, во главе которого стояли Гуаль и Эспания. После их ареста Родригес был вынужден бежать. Симон Родригес отбыл в Европу.

После отъезда Родригеса Боливару наняли нового воспитателя – Андреса Бельо, одного из самых образованных молодых людей Венесуэлы того времени. Бельо был поэтом, знатоком классической литературы, поклонником французской революции 1789 года.

Два года спустя после бегства Родригеса из Венесуэлы молодой Боливар был послан опекуном дядей Карлосом в Испанию для совершенствования в науках. В Мадриде, где у Симона были влиятельные родственники, он был принят в аристократических семьях и даже допущен к играм с наследным принцем и будущим его врагом впоследствии королем Испании Фердинандом VII. Молодой креол, однако, уже тогда вел себя с испанскими грандами независимо и вызывающе.

В начале 1802 года Боливар приехал в Париж, дышавший еще воздухом революции. В столице Франции Симон пробыл несколько месяцев, он знакомился с ее достопримечательностями, веселился, интересовался подготовкой нового свода законов, ставшего впоследствии известным под названием Наполеоновского кодекса.

Из Парижа Боливар возвратился в Мадрид. Там его ждало одно безотлагательное дело: в мае 1802 года Боливар обвенчался и возвратился с женой в Венесуэлу, где принялся хозяйничать в доставшемся ему от родителей имении Сан-Матео. Но счастье молодых было кратковременным. Не прошло и года, как она заболела тропической лихорадкой и скоропостижно скончалась.

В конце 1803 года пораженный горем Боливар вновь уезжает в Испанию. В марте 1804 года испанские власти принуждают Боливара покинуть столицу Испании: в связи с растущим революционным движением в колониях король издал приказ, запрещающий проживать в столице уроженцам заморских территорий. Боливар едет во Францию.

Во время пребывания Боливара в Париже Наполеон короновался императором Франции. Сохранилось письмо Боливара, которое свидетельствует о крайне отрицательном отношении Боливара к Наполеону в тот период. «Я не могу вообразить, - писал Боливар, - чтобы кто-либо был сторонником первого консула, хотя Вы, дорогой полковник, и превозносите его до небес. Я преклоняюсь, как и Вы, перед его военным талантом, но разве Вы не видите, что его единственной целью является захват власти? Этот человек становиться деспотом.… И это еще называется эрой свободы?.. Разве какой-либо народ может быть заинтересован в том, чтобы доверить свою судьбу в руки одного человека? Будьте уверены, правление Бонапарта станет в скором времени более жестоким, чем тех маленьких тиранов, которых он свергнул».

Впоследствии Боливар, вспоминая эти дни, говорил о Наполеоне: «Я боготворил его как героя республики, как блестящую звезду славы, как героя свободы… Но с того дня, когда он провозгласил себя императором, для меня он превратился в двуличного тирана».

Через несколько месяцев Боливар решил возвратиться в Венесуэлу. По дороге он посетил Париж, Гамбург и Соединенные Штаты Америки.

2. На пути к созданию Венесуэльской республики

Прошло полтора года после возвращения Боливара на родину. Дом Боливаров в Каракасе стал центром патриотически настроенной молодежи. Его в шутку называли «креольским конгрессом».

В июне 1808 года в Каракас одновременно поступили сведения об отречении испанского короля Карла IV, о провозглашении королем Испании его сына Фердинанда VII, о его последующем отречении и об оккупации испанской столицы Мадрида французскими войсками. Вслед за тем пришли сообщения о том, что Карл IV и Фердинанд VII находятся во Франции под арестом и что Наполеон I назначил королем Испании своего брата Жозефа Бонапарта.

Эти новости вызвали большое смятение среди колониальных властей, чем не преминули воспользоваться патриоты. Выступая под видом сторонников плененного французами Фердинанда VII, патриотически настроенные креолы составили петицию на имя генерал-капитана с требованием немедленно преобразовать аюнтамиенто (городское управление) Каракаса в правительственную хунту (комитет), включив в нее представителей от различных слоев местного населения. Креолы предлагали, чтобы хунта, выступая от имени Фердинанда VII, приняла меры для защиты Венесуэлы от возможного французского вторжения.

Колониальные власти без труда разгадали в петиции патриотов намерение не остаться верными испанской короне, а заменить испанскую колониальную администрацию представителями местного населения и подготовить таким образом почву для провозглашения независимости. Не теряя времени, генерал-капитан отдал приказ – всех тех, кто подписал петицию, арестовать и предать суду.

Среди подписавших петицию отсутствовали подписи братьев Боливаров. Они считали, что обращаться с подобной петицией к властям было бесполезно и могло вызвать только репрессии. Боливары настаивали на более решительных действиях, и подписать петицию отказались. Это их спасло от ареста и суда и позволило им продолжать мобилизовывать население на борьбу с колониальными властями.

В начале 1810 года французским войскам удалось оккупировать почти всю Испанию. Фактически испанское правительство – оплот колониального деспотизма – перестало существовать. В Испании началось всенародное восстание против французских оккупантов.

Попытки колонизаторов вернуть себе власть натолкнулись на сопротивление патриотов. Так началась война за независимость испанских колоний, продолжавшаяся долгих 15 лет. В ходе этой войны обозначились три основных района освободительного движения: в Северной Америке – Мексика, в Южной Америке – на севере – Венесуэла и на юге – Аргентина.

В Каракасе о событиях в Испании узнали 18 апреля 1810 года. На этот раз патриоты решили действовать без промедления. Явившись в аюнтамиенто, они потребовали его немедленного созыва. Аюнтамиенто собралось на следующий день, 19 апреля, в 7 часов утра. По требованию патриотов в число членов аюнтамиенто были введены представители местного населения, среди которых было несколько метисов и мулатов.

Пополненное таким образом аюнтамиенто объявило себя Верховной хунтой по охране прав Фердинанда VII. Всем, конечно, было очевидно, что речь идет не об охране интересов испанского короля, а, наоборот, об их ущемлении. Образование хунты обозначило переход власти из рук испанской колониальной администрации в руки креолов, то есть местных купцов, помещиков и интеллигентов. В своем манифесте к народу хунта заявила, что намерена присвоить себе все прерогативы власти, которыми пользовался генерал-капитан.

Хунта решила перейти от слов к делу. Она уволила наиболее ненавистных испанских чиновников: главу аюнтамиенто Басадаре, начальника полиции Гарсию, советника Анку и других, которые были вместе с генерал-капитаном Эмпараном поспешно высланы в Испанию. Хунта реорганизовала судебные органы, поставив во главе их преданных себе людей. Королевская «аудиенсия» - верховный судебный орган Венесуэлы – была переименована в апелляционный трибунал, аюнтамиенто – в муниципалитет. 27 апреля хунта обратилась ко всем аюнтамиенто Испанской Америки, призывая их «внести свой вклад в образование испано-американской конфедерации».

Члены хунты отказались признать право Регентского совета в Кадисе вмешиваться в дела американских колоний. Отказ подчиниться Регентскому совету был равносилен объявлению независимости, хотя члены хунты продолжали в тактических целях утверждать, что они остаются лояльными по отношению к испанской короне.

Хунта приняла ряд важных законодательных мероприятий, в корне подрывавших испанский колониальный режим в Венесуэле. Были отменены ненавистные населению налоги, в том числе на различные предметы первой необходимости и на экспортируемые товары, было запрещено взимать налоги с индейского населения, объявлена свобода внешней торговли и отменена торговля рабами. Наконец, были назначены выборы в национальны конгресс.

Одно из важных мероприятий хунты заключалось в посылке за границу специальных агентов с целью заручиться поддержкой иностранных держав, купить необходимое для защиты новой власти оружие. Хунта направила доверенных людей к голландцам, на остров Кюрасао, и к англичанам, на остров Ямайку, а так же в Вашингтон и Лондон. В Вашингтон был направлен Хуан Висенте Боливар. Ему удалось приобрести там оружие, но на обратном пути его судно потерпело крушение и затонуло. Во время катастрофы погиб и сам Хосе Висенте.

В Англию, на поддержку которой особенно рассчитывали патриоты, хунта направила делегацию во главе с Симоном Боливаром, которому в связи этой миссией было присвоено звание подполковника. Прибыв в Лондон, Боливар развил кипучую деятельность. Он встречался с видными государственными деятелями, с борцом за отмену рабства Уильберфорсом, знаменитым педагогом Ланкастером. Несмотря на все его старания, Боливару не удалось убедить английское правительство признать хунту.

Вместе с Боливаром после многих лет изгнания возвратился на родину Франсиско Миранда. На этот раз население Венесуэлы встречало Миранду с большим воодушевлением. Хунта присвоила ему звание генерал-лейтенанта. Триумфальное возвращение на родину Миранды, заклятого врага Испании, показывало, что Венесуэла перестала считать себя колонией.

Но до полной победы было еще далеко. Часть Венесуэлы – провинция Коро, Маракаибо и Гвиана продолжали оставаться под контролем испанских властей, угрожавших свободному Каракасу. В самой хунте образовались два течения: одно – консервативное – высказывалось за компромисс с испанцами, другое – радикальное – требовало немедленного провозглашения независимости. Оплотом радикалов было «Патриотическое общество», во главе которого стояли Миранда и Боливар.

«Патриотическое общество» возникло вскоре после образования хунты. В его члены принимались все свободные венесуэльцы, независимо от цвета кожи, социального положения или пола. Общество заседало ежедневно, обсуждая все злободневные вопросы политической жизни Каракаса.

2 марта 1811 года в городе Каракасе собрался первый Венесуэльский конгресс. Большинство мест в конгрессе получили консерваторы, сторонники компромисса с Испанией. 3 июля 1811 года конгресс начал обсуждать вопрос о декларации независимости. Консерваторы медлили с решением. Параллельно с конгрессом заседало «Патриотическое общество», требовавшее немедленного объявления независимости.

В ночь на 4 июля Боливар произнес в «Патриотическом обществе» речь, в которой подверг резкой критике нерешительность большинства членов конгресса. По предложению Боливара собравшиеся избрали делегацию, которой поручили предъявить конгрессу требование о немедленном объявлении независимости. На следующий день под давлением членов «Патриотического общества» и народа, окружившего здание конгресса и требовавшего независимости, конгресс почти единогласно принял резолюцию, провозглашавшую независимость Венесуэлы.

В конце 1811 года конгресс принял первую венесуэльскую конституцию, провозгласившую федеративную республику и основные демократические свободы, в том числе свободу печати, собраний, отмену феодальных повинностей, дворянских титулов и церковных привилегий. Конституция запретила работорговлю и уравняла индейцев и метисов в правах с белыми. И все же конгресс, в котором преобладали богатые

Пока хунта и конгресс вырабатывали новые законы, колонизаторы лихорадочно готовились к контрнаступлению. Хунта назначила Миранду главнокомандующим войсками патриотов, которые были слабо дисциплинированы и обучены и еще хуже вооружены.

В начале 1812 года к испанскому гарнизону в городе Коро прибыл на подмогу с острова Пуэрто-Рико вооруженный отряд под командой капитана Монтеверде, дальнего родственника Боливара. Патриоты стали готовиться к обороне, как вдруг 26 марта, когда в церкви были заполнены молящимися, в Каракасе и в округе произошло сильнейшее землетрясение, в несколько мгновений превратившее столицу и ближайшие селения в груду щебня. Под развалинами церквей и других зданий только в Каракасе погибло 10 тысяч человек, тысячи были ранены, почти все население осталось без крыши над головой.

Стихийным бедствием немедленно воспользовались сторонники испанцев, особенно из числа духовенства. Духовные лица бродили среди руин и уверяли метавшихся в панике людей, что землетрясение является карой божьей, ниспосланной на патриотов за то, что они отвергли «богом помазанного» короля Фердинанда VII.

Вооруженные силы патриотов пострадали от землетрясения не меньше, чем остальное население: много солдат погибло под развалинами казарм. Миранда, не веривший в возможность успешного сопротивления испанцам без помощи иностранных держав, проявлял нерешительность, чем вызывал недовольство других патриотов, в частности Боливара. Те же, кто и ранее занимали примиренческую позицию, теперь открыто стали выступать за капитуляцию перед испанцами.

Миранда назначил Боливара комендантом одного из важнейших опорных пунктов патриотов – крепости в городе Пуэрто-Кабельо. В ней содержались пленные испанские военные, которым удалось переманить некоторых офицеров Боливара на свою сторону и с их помощью овладеть крепостью. Боливар с горсткой патриотов несколько дней пытался выбить мятежников из крепости, но, в конце концов, вынужден был оставить поле боя и отступить.

Потеря Пуэрто-Кабельо вызвала уныние в лагере патриотов. Миранда, хотя под его командой еще находилось 4 тысячи бойцов, что значительно превышало силы Монтеверде, у которого было всего 3 тысячи, счел дальнейшую борьбу бесполезной и решал сдаться.

Капитуляция Миранды вызвала возмущение Боливара и его друзей. Когда Миранда прибыл в Ла-Гуайру, которая находилась еще во власти патриотов, и попытался отплыть оттуда на английском корабле, начальник гарнизона Лас Касас арестовал его. Арест Миранды произошел при участии Боливара, который считал его предателем, достойным сурового наказания. Испанцы, несмотря на свои торжественные обещания не мстить патриотам, войдя в Каракас, стали применять массовые репрессии. Свыше 1500 жителей столицы подверглись аресту и различным наказаниям, сотни были убиты.

3. Великая Колумбия. Освобождение испанской Америки.

Первая Венесуэльская республика потерпела поражение, но Венесуэла была лишь частью одного большого целого – Испанской Америки, на обширной территории которой борьба против колонизаторов только разгоралась.

Несмотря на поражение венесуэльских патриотов, знамя независимости продолжало гордо развиваться в разных концах Латинской Америки. В Буэнос-Айресе крепко удерживала в своих руках власть Патриотическая хунта во главе с якобинцем-креолом Мариано Морено. Рядом с Венесуэлой, по ту сторону Андского хребта, в вице-королевстве Новой Гранады положение контролировали патриоты. Именно к ним, к гранадцам, обратился с манифестом из Картахены 29-летний Симон Боливар, вокруг которого объединились венесуэльцы, готовые продолжать борьбу за независимость. В манифесте Боливар подводил итог деятельности первой Венесуэльской республики. Он осуждал нерешительность, медлительность и беспечность членов хунты в Каракасе. «Вместо того, - говорил Боливар, - чтобы повести наступление на испанцев, укрепившихся на побережье Венесуэлы, хунта тратила свою энергию на выработку планов идеальной республики. Вместо того чтобы подавлять беспощадно заговорщиков, действовавших по наущению испанцев, патриотические власти их миловали, отпуская под честное слово». В результате заговор следовал за заговором. Такая преступная беспечность, указывал Боливар, привела к тому, что испанцам удалось, в конце концов, свергнуть молодое и неокрепшее правительство республики.

Колонизаторам помогала церковь. Но и сами патриоты своими неумелыми действиями способствовали своему поражению. Их крупной ошибкой было то, что они предпочли сильной централизованной власти федеративную систему управления, парализовавшую деятельность хунты.

Гранадцы не остались безучастными к страстному призыву Боливара. Патриотическая хунта Новой Гранады присвоила ему генеральский чин, разрешила набрать волонтеров, снабдила оружием.

В начале февраля 1813 года Боливар двинулся с отрядом патриотов в несколько сот человек по направлению к Каракасу, где продолжал находиться генерал Монтеверде.

Много замечательных людей Венесуэлы стало под знамена Боливара. Отряд Боливара, взяв укрепленный испанцами город Тенерифе на реке Магдалене, а затем селение Оканья, смело начал штурм Андского горного хребта высотой в 4 тысячи метров, отделяющего Венесуэлу от Новой Гранады. Солдатам Боливара приходилось карабкаться по крутым скалам и преодолевать глубокие ущелья. У подножия гор, там, где начинается долина Кукуты, Боливара поджидали испанские войска под командой опытного генерала Корреа. Чтобы избежать боя с Карреа, Боливар пошел на хитрость. Он послал вперед солдата с письмом командиру соседнего отряда патриотов генералу Кастильо. В письме Боливар просил напасть на испанцев с тыла. Испанцы перехватили письмо, которое для них и предназначалось, испугались и поспешно отступили, открыв Боливару дорогу на Каракас.

Население Венесуэлы с радостью встретило патриотов. Жестокости испанцев сыграли роль вербовщиков для армии Боливара. Солдаты Монтеверде, среди которых было много местных уроженцев, перебегали на сторону патриотов. Испанские силы таяли по мере приближения Боливара к столице. Помощник Боливара – Сантьяго Мариньо, молодой метис, во главе небольшого отряда добровольцев освободил от испанцев провинции Куману и Барселону. Другой отряд патриотов, под командой дяди Боливара, Риваса, разбил при селении Лос-Тагуапес основные силы испанцев. Сам Монтеверде бежал в Пуэрто-Кабельо.

Жители Каракаса с ликованием приветствовали армию патриотов. Население столицы присвоило Боливару титул Освободителя и наделило его диктаторской властью. Так в 1813 году была возрождена Венесуэльская республика, вторая по счету. Никогда столь малым количеством людей, пишет аргентинский историк Митре, не было достигнуто так много на такой огромной территории и в такой короткий срок.