Социально биографического аспекта калужских предпринимателей XVIII в

Введение

Русское предпринимательство было крепко своей родовой преемственностью и сословной сплоченностью. В течение XVIII века дворянское предпринимательство усиливалось.

Уничтожение во второй половине XVIII века откупной системы способствовало росту внутреннего рынка. В это время усиливается роль купцов, торгующих крестьян, мещан, иностранной торговли. Для внутреннего рынка России в XVIII веке была характерна разбросанность торговли. Она свидетельствует об отсутствии даже у значительных продавцов специализации на одном виде товара.
Несмотря на ограничения и трудности предпринимательской деятельности в России, приспосабливаясь к обстоятельствам, развивалось и множилось племя русских купцов и предпринимателей.

В старой Калуге купечество играло существенную роль во всех сферах городской жизни. Именно купечество дало Калуге и всей России экономическое процветание, оставив заметный след в духовной сфере, искусстве, архитектуре, благотворительности. Многие из калужских купцов выросли в собирателей российского духовного и культурного наследия, предпринимателей. Традиционно в среде калужского купечества выделялись самые богатые торговые люди и целые фамильные династии купцов первой, второй и третьей гильдии, кто владел финансовыми капиталами в сотни тысяч и даже миллионами золотых рублей. Из этого социального сословия вырастали будущие предприниматели, заводчики и фабриканты, крупные акционеры, благотворители и меценаты.

Состоятельные купцы рано начинали использовать в своих торговых операциях подрастающих сыновей, племянников и других малолетних родственников.

Реформы Петра I создали благоприятную почву для промышленности и предпринимательства. С того времени берут начало некоторые знаменитые купеческие роды. Например, Билибины вели активную торговлю не только в Калуге, но и в Москве, Петербурге, а также за границей. Именно трудами и средствами Билибиных, Золотаревых, Торубаевых, Антипиных, Терениных и других росла и процветала торговая Калуга. Трудолюбие и предприимчивость позволили будущим представителям купеческой династии попасть в число почетных граждан, общественных деятелей и меценатов.

Настоящая работа содержит сведения ,посвященные роду Билибиных, а так же отдельным его представителям. Текст наполнен разнообразными бытовыми и биографическими подробностями, который позволяет раскрыть внутренний мир русской купеческой или дворянской семьи.

Целью данной работы является изучение социально – биографического аспекта калужских предпринимателей XVIII в.

Для достижения поставленной цели предполагается решить следующие задачи:

1. объяснить происхождение фамилии «Билибины»;
2. выяснить расцвет промышленной и торговой деятельности рода Билибиных на 80-е гг. XVIII в.- 1-й половины XIX в.
3. выявить самых ярких представителей рода Билибиных.

1. Происхождение фамилии «Билибины».

В тихой провинциальной Калуге Билибиных было очень много, безусловно, немалую роль сыграла близость города к Москве, где еще издавна фамилия Билибиных была широко известна. Столичные представители этого рода, связанные с калужскими посадскими людьми общими деловыми и личными интересами, часто оставляли Москву и навсегда оседали в уютном губернском городе. Купцы разных гильдий, с 30-х гг.XIX в. с достоинством носившие звания потомственных почетных граждан, и совсем бедные мещане - все они приходились друг другу родственниками, так как вели происхождение от одного корня могучего генеологического древа, три мощные, крепкие ветви. Одна ветвь идет по линии Ивана Галактионовича Билибина, вторая - по линии Ивана Харитоновича Большого, третья - по линии его родного брата Ивана Харитоновича Билибина Меньшого, дети которого, в отличие от детей И.Х. Билибина Большого, никогда не покидали Калугу.Купеческий род в своем развитии разбивается на отдельно расходяшиеся ветви, состоящие, из множества дробящихся семей, на жизнь которых прежде всего повлияли социальные условия, в которых они оказались. Например, наравне с богатыми купцами Билибиными, золотого, серебряного и часовых дел мастерами и ювелирами, имевшими свои лавки и магазины, где трудились наемные работники и ученики, встречаются Билибины, записанные в мещанское и даже в крестьянское сословия.В семью И.Х. Билибина Большого и И.Х.Билибина Меньшого входило еще пять родных братьев и сестра Устинья Харитоновна (1762-1857), в замужестве Кадмина. Василий, Григорий и Матвей Билибины в 1787 г. были забраны в рекруты, откуда не вернулись, Петр Харитонович (1754-1794) являлся купцом 2-й гильдии, а Харитон Харитонович Билибин (1767-1831) состоял в списках калужских мещан^[1].

История калужского купеческого рода Билибиных идет издалека. Этимология фамилии до настоящего времени не ясна.

Сегодня утверждают с полной уверенностью, что фамилия "Билибины" образовалась неискусственным путем.

Самое первое упоминание о неком Билибе обнаружено в Строельной книге Калужского посада за 1590-е гг. В ней указывается, что при повороте "...з Большой улицы в переулок" имеется "...д.(двор.- Ю.П.) Филипы Билибы Обакумова, торговаго человека,

длина двацать сажен, поперек шесть сажен"^[2].

Родоначальник крепкого разветвленного древа, имел прозвище, которое и послужило основой для появления фамилии Билибиных.

Слово с похожей корневой основой "билиб", как производное от глагола "знать" (билим- "знание"), удалось обнаружить в узбекском языке, входящем в западную ветвь большой группы тюркских языков. в этой же группе языков, а именно в татарском, найдено представляющее интерес существительное "билба" («пояс», «кушак»), которое может рассматриваться как один из вариантов происхождения фамилии

"Билибин"^[3].Если бы не отсутствие второй гласной "и" в данном слове, то вполне допустимо было бы предположение, что калужский посадский человек получил прозвище Билиба. Прозвище имеет не чисто тюркское происхождение, оно образовалось при скрещивании двух языков. Точно утверждать это нельзя, не исключено и то, что прозвище могло возникнуть стихийно, под влиянием каких-то случайных ассоциаций.

2.Расцвет купеческой династии.

Бурный расцвет купеческой династии Билибиных в Калуге пришелся на 80-е гг. XVIII - 1-ю пол. XIX в. К концу XIX столетия она уже сдала свои позиции, но тем не менее оставила после себя старый купеческий род. Ранние Билибины, вступавшие в браки с девицами из купеческого и мещанского званий, населяли в основном Богоявленскую и Знаменскую слободы. Более поздние освоили Завершье и завладели лучшими земельными участками в центре города, который с нач. XVII в. Являлся бессменным местом торговли. В то время Калужская губерния к одному Петербургскому порту отправляла более 60 тыс. кусков парусных полотен по цене до 5 млн. руб. Билибины вели торговлю оптом: Парусные полотна, канаты, пеньковую ткань и прочие изделия своих фабрик они отсылали прежде всего в Москву, Санкт - Петербург, Одессу.

Богатые фабриканты обеспечивали не только русский флот, калужские полотна покупались по выгодной цене и иностранными корабельщиками в Петербурге и Кронштадте.

Железо с Черепецкого чугуноплавельного завода, приобретенного в нач. XIX в. Яковом Ивановичем Билибиным у тульского купца В.И. Попова, поступало в Нижний Новгород, а так же в крупные торговые порты - Рижский и Санкт-Петербургский. Огромным спросом пользовалось бумажное производство братьев Билибиных. Качественную бумагу использовали большей частью для напечатания Библии и служебников, различных акафистов и многой другой божеслужебной литературы.

Владение фабриками и заводом, обеспечивало калужским купцам прочную социально-экономическую стабильность, а вместе с тем и процветание рода. В конце XVIII в., после образования гильдейского купечества, многие из Билибиных Получили статус купцов 1-й гиьдии, а в 1807 г. как богатые оптовики - звание первостатейных купцов, что считалось более почетным.

Принадлежность к 1-й гильдии давало право калужским тарговцам выезжать со своим товаром не только в российские столицы, но и за границу. Посетивший Калугу в 1781 г. Василий Зуев в своих "Записках" отмечал, что "кроме внутренних промыслов купцы ведут также торговлю внешнюю и заграничную. Они ездят в Лейпцих, Гданск и по другим ярмаркам"^[4].

Приведенные строки, ярко характеризуют занятия калужского купечества в целом, легко могут быть применимы и к роду деятельности купцов Билибиных, обладающих кругом знаний и качеств, необходимых для "совершенного купца"^[5].Отлично разбираясь в искусстве торговли, обладая навыком купеческой бухгалтерии, они на протяжении долгого времени грамотоно руководили работой принадлежащих им фабрик.

О том, что «калужские купцы сбывали конопляное масло, полот­на, пеньку, канаты для Черноморского флота и некоторые другие това­ры на 12 миллионов руб. в год», писал и Г.К. Зельницкий в статье «О местной промышленности или торговле по Калужской губернии» // Урания. Калуга, 1804. С. 122, 123.

Активное участие они принимали в ярмарках - Лебядинской, Боровской, Коренной ярмарке Курского наместничества, а также старались передать накопленный опыт своим сыновьям.

"Расположился я сына моего Николая, имеющего от рода 12 лет, определить в Московское коммерческое училище, в которое для представления, что действительно... Николай-сын мой, необходимо иметь мне свидетельство", - писал в декабре 1820 г. сын Ивановича Харитоновича Билибина Большого Иван Иванович^[6].

Однако, обеспеченные сыновья не оправдывали надежд богатых родителей-торговцев. После получения нужного образования они, в отличие от отцов, ен желали открывать свое дело, наоборот,старались сразу же забыть об истинном купеческом происхождении. Учеба в университетах, устройство на государственную службу и удачная женитьба на купеческой дочери столичного коммерции советника или на дочери дворянина - все это вместе взятое позволяло расти "в чинах" и довольно быстро подниматься по служебнгой лестнице.

Все внуки Ивана Харитоновича Билибина Большого, оставившие свое родовое гнездо в 1-й пол. XIX в., навсегда обосновались в Санкт-Петербурге и в Калугу больше не вернулись.

Начиная с сер. 20-х гг. XIX в. Сыновья Ивана Харитоновича Билибина Большого все чаще на неопределенный срок покидали Калугу. Иван Иванович Билибин (1782-1831), женатый на дочери именитого московского купца Сусанне Ивановне Постниковой (?-1837), занимался делами бумажной фабрики и главным образом пропадал в Москве. Яков Иванович (1779-1854), удачно женившись на Марии Ивановне Кусовой (1784-1848), отец которой петербургский купец 1-й гильдии, коммерции советник Иван Васильевич Кусов (1750-1819) являлся одним из учредителей Российско-Амереканской торговой компании, большую часть времени проводил в городе на Неве. В жуналах Калужского городового магистрата, когда возникла необходимость решить несложные вопросы о мелких долгах Якова Билибина, так и записывалось: "Калужский купец Яков Иванович Билибин всегдашнее ныне жительство имеет с Санкт-Петербурге", после чего возникшая проблема отпадала сама собой или по требованию истца жалоба отсылалась в столичный магистрат^[7].

Я.И.Билибин с 1812 г. входил в Общество истории и древностей российских при Московском Императорском университете^[8].

Совместное управление фабриками и заводом приносило братьям огромные доходы, однако неприятная история с долгами Якова Ивановича Билибина, задолжавщего многочисленным калужским купцам в том числе и родственикам, заставила братьев в срочном порядке произвести раздел имения. В 1828 г. по определению Калужского городского магистрата на часть Я.И.Билибина достались "состоящие... в Калуге дом каменный о двух с половиной этажах и имуществом, надворным строением, плодовитым садом и под оными землею... два дома, один каменный, а другой деревянный и при них постоялый двор... дом каменный двухэтажный с деревянным флигелем... прусная, состоящая в Калужском уезде на речке Киёвке, фабрика с разными каменным и деревянным строениями и при ней мужеска 56 и женска полов 69 душ...бумажная фабрика в Лихвинском уезде со всем строением, заведениями и землею... и чугуноплавильный и молотовый на речке Черепети в Лихвинском уезде завод. А Ивану Билибину в Санкт-Петербурге каменный дом со всеми пренадлежностями"^[9].Упомминаемый каменный трехэтажный дом на Васильевском острове оказался легендарным. Он был преобретен Билибиными в кон.XVIII в. у столичного купца Василия Грехова.

В 1907 г. Общество архитекторов-художников основало в этом доме Музей старого Петербурга. Художник-график И.Я. Билибин, пранук калужского купца, и братья Бенуа,Н.К.Рерих и К.С.Петров-Водкин,А.А.Рылов и З.Е.Серебрякова выставили на продажу свои картины и на вырученные деньги образовали денежный фонд музея.

Мир купечества, сформированный из особых деловых отношений и образа жизни, в центре которого были торговая деятельность и рост благосостояния, накладывал отпечаток и на создание купеческой семьи. При установлении брачных связей богатые торговцы в первую очередь обращали внимание на профессию отца своей избранной и на финансовую сторону брака.

В билибинскую семью постоянно входили зажиточные купцы других известных калужских фамилий, такие как Шершневы, Подкованцевы, Торубаевы, Макаровы, богатейшие купцы Прянишниковы. Известный художник-передвижник Илларион Михайлович Прянишников (1840-1894) приходился правнуком И.Х.Билибину Большому,так как матерью его была Елизавета Ивановна Билибина (1810-?), внучка Ивана Харитоновича, выданная в 1827 г. замуж за калужского купца 1-й гильдии Михаила Петровича Прянишникова (1796-?)^[10].

В брак из билибинской семьи вступали не только именитые калужане, но и известные фабриканты других близлежащих городов. В документах встречаются имена мещовских купцов Щетининых, стародубских Маршаковых, козельских Брюзгиных, владельцев двух парусно-полотнчных фабрик, брянских Семякиных и многих других торговцев, связавших свою судьбу с девицами из рода Билибиных. Крепким связующим звеном между купеческими семьями выступало в основном страстное желание купцов сохранить и упрочить уже имеющееся состояние. В связи с этим, духовные завещания купцов Билибиных, насыщены подробным перечислением всего нажитого богатыми фабрикантами на протяжении долгих лет. В январе в 1836 г. потомственный почетный гражданин Иван Харитонович Билибин Меньшой, оставив за собой лишь дом "без всякого раздела до самой своей кончины, между сыновьями...поделил... всю движемость... серебро, иконы, медную и оловянную посуду, экипажи летние и зимние, лошадей, коров и другие вещи по ровной части"^[11].Из недвижимого имения старший сын Павел Иванович (1801-1875) получил в вечное пользование "парусную полотняную фабрику в Калужском уезде на речке Киёвке... с землями, с разными инструментами - товаром и материалом"^[12].

В последствии разбогатевший купец приобрел еще и салотопенный завод, принадлежавший ранее калужскому купцу К.А.Фалееву.

Второму сыну И.Х Билибина Меньшого Алексею Ивановичу (1809-1839) с супругой Елизаветой Сергеевной (1814-1894), по духовному завещанию достался "отдельный дом каменный... близ церкви Богоявления Господня со всем надворным строением и землею, в Гостинном ряду две лавки и еще лабаз деревянный в Санкт-Петербурге на каменном пеньковом

буяне"^[13].

Дело Алексея Ивановича Билибина продолжил его сын Николай (1834-1899). Проживая в Калуге, он с 1865 г. через своего поверенного калужского купца Д.Д.Подкованцева вел оптовую торговлю хлебом в столичном порту и постоянно принимал участие в собраниях Петербургского Биржевого общества^[14].

Купеческая среда порождала сильные, волевые характеры, а средства позволяли реализовывать судьбу,не подчиняясь общепринятым нормам.Увелечение капиталов в билибинской семье происходило не только за счет удачной торговли и заключения выгодных брачных союзов с представителями других известных купеческих фамилий. Примерно со 2-й пол. XIX в. ста­ринный купеческий род пополнили знаменитые потомственные дво­ряне, такие как Муромцевы, Беккеры, Леонтьевы, Мягковы, Воскобойниковы — владельцы большого количества земель в Калужс­кой, Тверской, Ярославской, Псковской губерниях. Внучка И.Х. Билибина Большого Наталия Яковлевна Билибина (1817—?), проживавшая с родителями в Петербурге, в 1846 г. была выдана замуж за представителя старинного дворянского рода капитана Ка­бардинского пехотного полка Луку Александровича Кисловского (1819—1881). После венчания молодые уехали в родовое имение Кисловских — с-цо Александровское Весьегонского уезда Тверской губ., где и провели большую часть своей семейной жиз­ни^[15]. Мужем Александры Павловны (1821 —1879), дочери Павла Ива­новича Билибина, владелицы с-ца Рыкова Перемышльского уезда Калужской губ., был потомственный дворянин поручик Пётр Сер­геевич Леонтьев (1818—1856).

В 1848 г. капи­тан-лейтенант флота Дмитрий Васильевич Былим-Колосовский (1818—1869) взял в жены внучку И.Х. Билибина Меньшого МариюАлексеевну Билибину (1832— 1890), и долгое время супруги проживали в имении потом­ственных дворян Былим-Колосовских Богимово Тарусского уезда Калужской губ. С сер. XIX в. эпоха процветания купеческой династии Билибиных миновала. Мно­гие представители калужского купеческого рода, получив класси­ческое образование, ушли в науку, искусство, дипломатию и дру­гие сферы деятельности.

3. Общественная деятельность самых ярких представителей рода Билибиных.

Иван Яковлевич Билибин (4.08.1876 - 7.02.1942) -из потомственных дворян. График- иллюстратор, художник театра и педагог. Уроженец с. Тарховка, близ Сестрорецка, под Пе­тербургом. В 1890 г. был определен в третий класс 1-й Петербургской гимназии, после окончания которой с серебряной медалью посту­пил на юридический факультет Санкт-Петербургского универси­тета. Одновременно посещал рисовальную школу Общества по­ощрения художеств, в 1898 г. занимался живописью в мастерской А. Ашбе в Мюнхене. В марте 1900 г. получил свидетельство о прослушивании полного кур­са юридического факультета и в октябре поступил вольнослу­шателем в мастерскую И.Е. Ре­пина в Высшем художествен­ном училище Академии худо­жеств, где занимался до 1904г.

Имя Билибина стало широко известно после того, как в Экс­педиции заготовления государственных бумаг в период с 1899 по 1902 г. были изданы шесть русских сказок с его иллюстрациями. В архивах «Гознака» сохранилась любопытная переписка между художником и управляющим экспедицией, которая носила деловой, денежный характер. Сначала экспедиция платила художнику по 50 руб. за каждый рисунок, однако затем И.Я. Билибин поставил новые усло­вия — платить ему по 75 руб. за каждую иллюстрацию. В этом случае он предоставлял экспедиции право «навечно их воспроизводить». Ру­ководство издательства, подумав, приняло эти условия. Сотрудниче­ство художника с экспедицией продолжалось до 1912 г. Известно, что он иллюстрировал также игральные карты, издаваемые здесь.

С раннего времени у Ивана Билибина проявился интерес к народному искусству, закрепленный поездками на север России — в Вологодскую, Архангельскую и Олонецкую губернии. Еще буду­чи студентом Петербургского университета, он часто проводил лето в Весьегонском уезде Тверской губ., где останавливался у своего товарища по университету П.П. Тройского в деревне Ёгна. Иван Егорович Мокин, член первого состава Весьегонского уездного ис­полкома 1918—1919 гг., вспоминал: «И.Я. Билибин приезжал еже­годно (лет десять) в Ёгну к Тройским. Помню, он делал наброски крестьянских изб, березовой рощи, имения Званы, деревенских ребятишек. Иван Яковлевич в доме Тройских писал маслом и мой портрет — восьмилетнего пастуха овец. Художника, возможно, при­влекала одежда пастуха: большие сапоги отца, с чужого плеча ды­рявый пиджак и картуз с прорванным верхом, откуда выбивался клок волос. Позировал я, стоя у окна, приложив руку к шеке. Иван Яковлевич за сеанс платил 10 копеек. Он рисовал и других детей нашей деревни». Несколько полотен художника, написанные им в усадьбе Ёгна, в 1899—1911 гг. поступило в Третьяковскую галерею. По воспоминаниям ветфельдшера В.А. Спирова из с. Любегощи названного уезда, в начале 1917 г. И.Я. Билибин гостил у местного помещика И.Н. Калитеевского в имении Попово. Художник создал здесь оригинальный театральный занавес для спектаклей, которые ставились в новом каменном здании земской школы. В годы революции билибинский занавес пропал. В 1904 г. целый номер журнала «Мир искусства» был отведен под работу художника «Народное творчество русского Севера», в которой помимо неболь­шого очерка воспроизводилось 70 фотографий Билибина церквей северных губерний, народных вышивок и предметов утвари. Став признанным мастером так называемого «русского стиля» и получив известность как автор красочных иллюстраций к народным сказ­кам и героическим былинам, художник с достоинством заявлял: «Я — русский с головы до ног. Мои предки — именитые калужские богачи-купцы. Значит, говорил во мне и приказывал голос крови. Толь­ко прислушиваясь к нему, я потянулся к родной старине и ее образам».

В 1900 г. И.Я. Билибин вошел в круг художников объединения «Мир искусства», в 1905—1906 гг. принимал участие в сатирических журналах «Адская почта» и «Жупел», помещая там карикатуры, направленные против самодержавия, и в этот же период впервые обратился к сценографии — оформлял постановки Старинного те­атра в Петербурге, а затем Оперного театра СИ. Зимина в Москве. В 1907 г. И.Я. Билибин был назначен преподавателем класса графи­ческого искусства в школе Общества поощрения художеств, кото­рый вел до 1917 г. По воспоминаниям гражданской жены художни­ка P.P. О'Коннель, «у Ивана Яковлевича была большая библиотека русских и иностранных книг по искусству. Он знал хорошо французский и немецкий языки, по-английски читал. Великолепно раз­бирался в старинных книгах и был неплохой антиквар. Определял стили и эпохи предметов искусства, мебели, бронзы или фарфора. Интересовался как профессионал русскими иконами и фресками».

В 1911 г. И.Я. Билибин вошел в число 26 пайщиков, которые приобрели у общества татар дер. Хайты небольшие дачные участки в имении Батилиман, расположенные между Ялтой и Севастополем. Среди членов кооператива были Елпатьевские, Ростовцевы, Коро­ленко, Станиславские и многие другие. До сегодняшнего дня в Батилимане сохраняется красивое и интересное по архитектуре двухэтаж­ное здание, которое «легко узнать: на нем сохранились фрески, сде­ланные рукою члена кооператива, талантливым сказочником, иллю­страции которого известны всем художникам мира, Иваном Яковле­вичем Билибиным. Здание построено по его рисункам и эскизам», как отмечает мастер современной прозы МЛ. Лезинский.

События 1917 г. художник не принял. Не дожидаясь начала революционного переворота, И.Я. Билибин уехал в свое имение Батилиман на южном берегу Крыма, через два года перебрался в Ростов-на-Дону, где почти год работал в художественной части отдела пропаганды. Изначально это было «осведомительно-агитаци­онное отделение» (Осваг), учрежденное в сентябре 1918 г. генералом М.В. Алексеевым. Плакаты, созданные художником в Осваге, были неинтересны, они сильно проигрывали по сравнению с плакатами большевиков из-за засилия цензуры и бюрократии в аппарате отде­ла. Покинув Ростов, И.Я. Билибин недолго жил в Новороссийске, откуда в феврале 1920 г. эвакуировался и попал в Египет. Проживая за границей, он исполнил несколько декоративных панно, портре­тов и пейзажей, а также эскизы иконостасов и фресок для Гречес­кой госпитальной церкви в Каире и Сирийского православного храма в Александрии.

В августе 1925 г. художник переехал с женой в Париж и снял большую квартиру с мастерской на бульваре Пастера, где бывали русские политические деятели, литераторы, художники и артисты. Немного позже он купил участок земли в пригороде Тулона Лафавь-ер на Средиземном море, по соседству с дачами Саши Чёрного и П.Н. Милюкова, и ежегодно проводил здесь летние месяцы. В 1925 г. И.Я. Билибин наряду с другими известными людьми — Сергеем Маковским и князем С. Щербатовым — выступил в роли члена-основателя масонского общества «Икона», главной целью которого было изучение и охрана древней школы искусства Восточной Цер­кви. Организация, ставшая впоследствии одним из ведущих цент­ров сохранения русской культуры в изгнании, размещалась в доме № 27 по парижской ул. Транше и организовывала выставки, курсы, лекции, школы иконописи, издавала книги.

Иван Яковлевич неоднократно приезжал в Чехословакию. В Праге он исполнил эскизы фресок, иконостаса и наружных мозаик для православного храма Успения Пресвятой Богородицы, находящегося на старинном Ольшанском кладбище. В 1934 г. художник оформил оперу «Сказание о невидимом граде Китеже и деве Февронии» Н.А. Римского-Корсакова для городского театра в Брно, в 1935 г. — оперу «Сказка о царе Салтане» для национального театра в Праге.

«Долгих пятнадцать лет прожили талантливые супруги во Фран­ции, — пишет М. Лезинский. — Но Франция была только местом проживания — за годы эмиграции они объездили-обходили всю Палестину, Египет, Ливан... И всюду, где бы они ни бывали, пополняли свою уникальную коллекцию, начатую еще в России. И когда супруги Билибины вернулись на родину, они привезли с собою всё, что собрали за многие годы... Всё. До последнего гвоздика. Одной из самых оригинальных работ последних лет жизни были иллюстрации к сборнику былин "Героическое прошлое русского народа "».

В 1936 г. И.Я. Билибин, приняв советское гражданство, вер­нулся с женой в Ленинград и сразу же был приглашен на должность профессора графической мастерской во Всероссийскую Академию художеств. Он мгновенно возобновил работу над детской книгой и театральными постановками, начал серию рисунков к сводному тексту киевских былин, выполнил реалистические рисунки к ро­ману А.Н. Толстого «Пётр I» (1934—1937) и к «Песне про царя Ивана Васильевича, молодого опричника и удалого купца Калаш­никова» (1941). Художники, близко знавшие И.Я. Билибина, вспо­минали, что возвращение на Родину радовало мастера, он был по­лон новых идей и замыслов, и, когда однажды кто-то из них неча­янно пожаловался, что не знает, как убить время, Иван Яковлевич воскликнул: «Как! Убить время! Отдайте его мне, мне его не хвата­ет!» В 1939 г. И.Я. Билибину была присуждена степень доктора ис­кусствоведения.

Архитектор Евгений Петрович Климов в своей статье-«Последние дни И.Я. Билибина», собрал уникальную коллекцию изданий, иллюст­рированных и оформленных талантливым художником И.Я.Билибиным, Климов писал: «Своими бессмертными иллюстрациями Билибин вводил нас в чудесный и увлекательный мир, полный фантастики и грез. Лю­бовь к Родине, возвышенную красоту, духовное благородство, доб­лесть и готовность к подвигу художник олицетворил в легендарных образах русских былин и сказок. Последние годы своей жизни Билибин провел в Ленинграде. Пришло лето 1941 года. Война, блокада. Транспорт парализован, света мало, воды нет. Артиллерийский об­стрел все нарастает. В один из таких октябрьских дней из своей полуразрушенной квартиры (ул. Гулярная, 25) уходил под кров Академии художеств Иван Яковлевич Билибин. Еще в сентябрьские дни, когда над городом только нависала угроза вторжения, нарком просвещения В.П. Потёмкин предлагал художнику эвакуироваться с семьей в глубь страны. Билибин отказался. Крылатыми стали ска­занные им в ответ слова: "Из осажденной крепости не бегут, ее защищают". С честью и мужеством переносили все испытания бло­кады учителя и учащиеся Академии художеств. Пока рука, повину­ясь мозгу, была в состоянии держать кисть и карандаш, пока би­лось в груди сердце, неутомимо работал здесь Иван Яковлевич Би­либин над плакатами, посвященными борьбе с врагом, и над серией иллюстраций к киевским былинам. За этот период в числе других работ были исполнены четыре акварели и подготовлен контурный карандашный рисунок для пятой. Шел январь 1942 года. Худож­ник, будучи смертельно болен и чувствуя приближение скорой кончины, над верхней кнопкой, удерживающей на доске бумагу пятого рисунка, поставил каран­дашом восьмиконечный крест. Это был последний штрих и "последнее прости". В ночь с 7 на 8 февраля 1942 года в стаци­онаре для больных дистрофией при Всероссийской Академии ху­дожеств на 66-м году И.Я. Би­либин скончался. В ясное мороз­ное утро 18 февраля более чем скромная траурная процессия, состоявшая из трех членов бригады, тронулась в путь. Было пять часов вечера, когда автомашина остано­вилась в 120—150 метрах от места, отведенного для захоронения. К могиле тащили волоком. Они были установлены в два яруса и сверху насыпали небольшой могильный холм. Захоронение было про­изведено вблизи Смоленского кладбища, на правом берегу Чёрной речки, так как на самом кладбище мест уже не было. Лишь только в 1960 году старанием Академии художеств над братской могилой ус­тановили памятник по проекту архитектора В.О. Мунца»^[16].

Певица мирового масштаба-Александра Яковлевна Билибина.

Александра Яковлевна Билибина (1816 - 6.11.1873)-потомственная почетная гражданка, девица. Певица-любитель­ница (сопрано). Проживая в Калуге, с ранней юности проявила незаурядные музыкальные способности. Н.Ф. Христианович в сво­ем «Отрывке из автобиографии русского музыканта», вспоминая о 1830-х гг., проведенных в Калуге, писал: «Александра Яковлевна Билибина в то время была уже лет 17-ти; ее чудный голос поражал меня всегда, и, раз увидевши ее в благородном спектакле в роли Кетли, я долго не мог забыть этого наслаждения». Часто вместе с сестрами, Юлией и Клавдией, Александра Яковлевна участвовала в благотворительных концертах для бедных, о которых непременно сообщалось в «Калужских губернских ведомостях». В 1841 г. деньги, вырученные от двух концертов, данных любителями музыки, где принимала участие А.Я. Билибина, были пожертвованы к составле­нию вечного капитала Калужского женского благотворительного общества.

Пению Александра Яковлевна училась в Санкт-Петербурге, сначала у Тамброни, а позже у итальянского педагога Дж. Давида, но выступала только в тесном кругу родных и знако­мых. После первого публичного выступления певицы в благотвори­тельном университетском концерте, замечательный голос и выдающееся музыкальное дарование А.Я. Билибиной обра­тили на себя внимание петербургских любителей музыки, и в сто­личной печати появились самые ранние одобрительные отзывы о ее искусстве. В следующем году состоялось знакомство пе­вицы с М.И. Глинкой, среди богатого литературного наследия которого встречаются письма, адресованные Александре Яков­левне, с приглашением навестить его: «Мы с вами и попоем, и поболтаем». В пятом номере петербургской газеты «Северная пче­ла» за 8 января 1844 г. по поводу исполнительского дарования певи­цы имеются следующие строки: «Просим извинения у М.И. Глин­ки, но мы должны сознаться, что, слышав более двадцати раз его оперу "Жизнь за царя", мы не понимали его музыки и только тогда постигли ее прелесть, когда услышали, как поет эту музыку А.Я. Билибина». По положитель­ным оценкам критиков, Били­бина обладала ярким музыкаль­ным дарованием, «постигла на­родность музыки и в этом не имеет соперниц». В 1840-е гг. певица полу­чила широкую популярность как исполнительница русских народных песен и романсов, старалась не пропускать музы­кальных вечеров, устраивав-шихся князем ВТ. Кастриото. Об одном из таких вечеров, состоявшемся 24 ноября 1848 г., упоминает на страницах своих «Вос­поминаний» П.А. Степанов: «Вечер прошел в музыке... На вечерах у Кастриото постоянно бывали Глинка, Даргомыжский, Рубинштейн. Посетителями бывали всевозможные любители, между прочим, князь Одоевский, граф Виельгорский, Дамке — музыкальный критик и др. Музыку исполняли сами сочинители, певицы и певцы-любители, между прочими — Билибина». Ректор Санкт-Петербургского университета П.А. Плетнев как тонкий це­нитель пения, постоянно посещавший музыкальные вечера, кото­рые проходили в салоне талантливой пианистки-любительницы Екатерины Сергеевны Уваровой, высказал свои впечатления о нем следующим обра­зом: «Концерт был прекрасный. Особенно была восхитительна Би­либина, когда пела Лермонтова "Тучки"».

В нач. 1850-х гг. певица, так ярко начавшая свою исполнительс­кую деятельность, по неизвестным причинам внезапно исчезла с артистического горизонта, о чем с сожалением сообщали многие петербургские газеты. Однако в доме Билибиных по-прежнему систе­матически устраивались музыкальные вечера, на которые приглашались композиторы, исполнители песен и романсов и просто любите­ли музыки. Прекратив открытые концертные выступления, Алексан­дра Яковлевна продолжала участвовать в домашнем музицировании, часто брала уроки пения у композитора А.С. Даргомыжского, прожи­вавшего в Петербурге в своей квартире на Моховой, где он бесплат­но занимался музыкой и пением преимущественно с певицами-лю­бительницами. Подтверждением тому служит сохранившееся письмо Билибиной к Даргомыжскому,1852г., «Вообразите, я не имела время просмотреть арию из "Русалки", все мешали гости, нынче я просматривала ее, надеюсь к будущей неделе ее приготовить. Она мне очень нравится».

Известно, что в 1855 г. А.Я. Билибина приезжала в Калугу для участия в очередном концерте в пользу Женского благотворитель­ного общества. На следующий день в «Калужских губернских ве­домостях» появились первые восторженные отклики о состоявшем­ся концерте: «Что сказать о госпоже Билибиной? Кроме силы и чистоты голоса, мы удивились и необыкновенной обработанности его; быстрые переходы от высоких нот к низким совершались с удивительной верностью. И должно сказать искреннее спасибо г-же Билибиной за то, что она доставила удовольствие послушать голос, которому подобного не всегда услышишь и на сцене в Мос­кве и Петербурге».

Как оказалось, ни один из документальных источников, в том числе и знаменитый «Петербургский некрополь» В.И. Саитова, не называет точную дату смерти «царицы русского пения».Из проведенных исследований, утверждают, что певица умерла в 1873 г., свиде­тельством чему служит мемориальная надпись на старом памятни­ке, обнаруженном в Санкт-Петербурге на Смоленском православ­ном кладбище^[17].

Яков Иванович Билибин (14.03.1779 - 11.07.1854) – купец 1-й гильдии, коммерции советник. Потомственный по­четный гражданин. Он унаследовал в 1808 г. капитал и дело своего отца,а так же, вместе с братом Иваном вел оптовую торговлю чугунными и дру­гими изделиями в Санкт-Петербургском порту. Во время Отече­ственной войны 1812 г. пожертвовал 35 тыс. руб. на нужды народ­ного ополчения. В 1813 г. выделил средства на возведение в Калуге трехъярусной колокольни Михаило-Архангельской церкви, при­хожанином которой он являлся. В 1821 г. Яков Иванович испол­нял должность бургомистра в Калужском городовом магистрате, а с 1830 г. по 16 мая 1831 г. занимал должность городского головы. В Санкт-Петербурге с апреля 1816 г. посещал масонскую ложу «Избранный Михаил»^[18].

С 1830 г. Я.И. Билибин был записан в 3-й купеческую гиль­дию, и в это же время он распродал принадлежавшее ему в Калуге недвижимое имение. Писчебумажную фабрику в Лихвинском уезде приобрел калужский купец 1-й гильдии Пётр Илларионович Прянишников, а владельцем парусно-полотняной фабрики в Ка­лужском уезде с 1830 г. стал первостатейный купец Иван Иванович Зюзин. Черепецкий чугуноплавильный завод в Лихвинском уез­де Калужской губ., купленный им в нач. XIX в. у тульского купца Василия Ивановича Попова, надолго поступил в арендное содержа­ние к купцу 1-й гильдии Иосифу Ивановичу Билибину. В 1860 г. завод был сдан в аренду жене коллежского асессора Александре Петровне Загариной. По сведениям 1881 г., при заводе открылось училище от земства и земский фельдшерский пункт, а несколько позже заводская больница и читальня. Изделия из чугуна сбывались в зимнее время в основном на месте и в Ельце, а летом отправля­лись на Нижегородскую ярмарку.

. По при­веденным статистическим данным советником В.Е. Варзаром, в дальнейшие годы арендаторами завода являлись: Бельгийское ак­ционерное общество Тульских доменных печей, а с 1902 г. — торго­вый дом «Веревкин, Тальман и К°». Постоянными же владельцами завода по-прежнему оставались Билибины, на 1908 г. — личные дво­ряне: Лариса Яковлевна Билибина, Николай Иванович Билибин, Лидия Александровна и Ольга Васильевна Билибины. В 1915 г. чугу­ноплавильный завод дворян Билибиных получил от Калужского военного комитета заказ на изготовление 60 тыс. снарядов для бом­бометателей, и в связи с этим приступил к устройству необходи­мых приспособлений. Все работы производились под руководством прибывших из Риги специальных механиков. По «Сведениям о фаб­риках и заводах Калужской губ. на 1916 г.», на Черспецком заводе работало 480 чел., выпускались большей частью чугунные механи­ческие части и чугунная посуда. Владельцами завода были Алек­сандр Яковлевич, Мария Николаевна и Николай Викторович Би­либины, дворяне.

С 1843 г. Я.И. Билибин постоянно проживал в Санкт-Петербур­ге, хотя связи с Калугой не прерывал до самой смерти. Известно, что в 1850-е гг. ему принадлежал трехэтажный каменный дом на бывшей Масленниковской ул. (ныне ул. Дзержинского, 49), владельцем ко­торого с сентября 1854 г. стал его сын — Виктор Яковлевич.

Я.И. Билибин похоронен с семьей в Санкт-Петербурге на Смо­ленском православном кладбище. На могиле был установлен над­гробный памятник, решенный в виде античного жертвенника, из черного полированного гранита, с геометрически строгим рисунком навершия, подчеркнутым острыми треугольниками фронтонов и акротериев. Памятник, , вызывает к себе интерес сохра­нившейся надписью, помещенной в нижнем правом углу его цо­кольной части: «Р. м. Ив. Бариновъ», расшифровать которую не со­ставило большого труда: «Резал мастер Иван Баринов». Фамилия скульпторов Бариновых, оставивших свои инициалы на старых ка­менных надгробиях, была очень хорошо известна в столичных кру­гах. Они числились в купеческом сословии и содержали недалеко от кладбищ собственные мастерские, лавки, магазины гранитных и мраморных изделий. Высоким уровнем исполнения и художествен­ным вкусом выделялась в 1840-х гг. монументная мастерская члена Петербургского общества архитекторов купца 2-й гильдии Ивана Ивановича Баринова на 17-й линии Васильевского острова. Таким образом, гранитный жертвенник с именами купцов Билибиных, как подписная работа мастера, несет в себе определенную ценность.

Род Купцов Билибиных оставил добрый след в истории России.

В отличии от многих других провинциальных предпринимателей, семейство Билибиных отличалось высокой образованностью, почти все купеческие дети Билибиных получили образование в Московском коммерческом училище, а трое из сыновей – Осип, Иван и Николай получили университетское образование. Большая часть пожертвований Билибиных была вложена в сферу образования. Из рода Билибиных вышли: певица мирового масштаба и дарования Александра Яковлевна и композитор Иван Иванович Билибины, известный математик Николай Иванович и выдающийся художник, член общества «Мир искусств» Иван Яковлевич Билибин. Он стал доктором искусствоведения, мастером фресковой росписи и непревзойденным иллюстратором сказок А.С.Пушкина.

Общественная деятельность ,благотворительность и система духовных ценностей предпринимательского сословия тесно связаны друг с другом.

Билибины ведут торговлю не только в Калужском наместничестве, но в столицах и за границей. Яков Иванович Билибин- унаследовал в 1808 г. капитал и дело своего отца,а так же, вместе с братом Иваном вел оптовую торговлю чугунными и дру­гими изделиями в Санкт-Петербургском порту.

Билибиным принадлежала в г.Калуге (на Киевке) полотняно-парусная фабрика на 96 станков, бывшая ранее у купца Торубаева. К 1785 году Билибины владели Черепетским чугуноплавильным заводом, который к 1840 году сдают в аренду Загариной. В конце XVIII века и первой трети XIX века Билибины построили в Калуге ряд зданий в стиле ампир, которые и ныне украшают город.

К концу XIX века многие семьи из рода Билибиных перешли в разряд мещан и отошли от активной общественной и предпринимательской деятельности.

Подводя итог, надо отметить, что в России должна быть создана система государственной поддержки предпринимательства, учитывающая отечественную специфику и ориентированная, в первую очередь, на содействие  развитию предпринимательства на региональном уровне.

1. ГАКО, ф. 33, оп. 4, д. 58, л. 89; д. 199, л. 475; ф. 565, оп. 2, д. 10, л. 77 об. ↑

2. РГАДА, ф. 137,оп. 1 (Калуга, № 1), л. 79 об., 83 об. Сажень - рус­ская мера длины, равная 2 м 13 см. ↑

3. Ганиев Ф.А., Абдумин И.А., Гатаулина Р.Г., Юсупов Ф.Ю. Татарско-русский слов. / Под ред. проф. Ф.А. Гаиисва. М., 1993. С. 46. ↑

4. Путевые записки Василия Зуева от Санкт-Петербурга до Хер-
   юна в 1781 и 1782 гг.; Памятная книжка Калужской губ. на 1908 г. Калу-
   га, 1908. С. 207. ↑

5. Козлова ИВ. Российский абсолютизм и купечество в XVIИ в. М., 1999. ↑

6. ГАКО, ф. 49, oп. 1, д. 59а, л. 475. Московское коммерческое учили­ще было основано в 1804 г. и располагалось на Остоженке. ↑

7. ГАКО,ф.45,оп. 1,д. 641, л. 151. ↑

8. Рукописный отдел ИРЛИ (Пушкинский дом) РАН. Картотека 1>.Л. Модзалевского. ↑

9. ГАКО, ф. 43, оп. 1,д. 1241, л. 4. ↑

10. ГАКО, ф. 33, oп. 4, д. 45, л. 211. ↑

11. ГАКО, ф. 43, оп. 2, д. 252, л. 42. ↑

12. ГАКО, ф. 43, оп. 2, д. 252, л. 42. Все движимое и недвижимое име­ние И.Х. Билибина Меньшого было оценено в 400 тыс. руб.

    ↑

13. ГАКО, ф. 43, оп. 2, д. 252, л. 42. Лабаз — помещение для торговли и хранения зерна, муки. Буян — речная пристань на набережной Большой Невы, место для выгрузки товаров, в основном пеньки, кож и льна. ↑

14. Справочная кн. о лицах, получивших на 1868 г. купеческие свиде­тельства по 1-й и 2-й гильдиям. СПб., 1868. С. 6. ↑

15. Руммель В.В., Голубцов В.В. Родословный сб. рус. дворян, фамилий Т. 1.СП6., 1886. С. 375, 376. ↑

16. ГАРФ, ф. 5982, оп. 1, д. 71; Иван Яковлевич Билибин. Статьи. Письма. Воспоминания о художнике / Сост. С.В. Голынец. Л., 1970. С. 19-28,49,105,156,209,338-339, 378; Мир искусства. СПб., 1904. № 11. с. 265-318. ↑

17. Благотворительный концерт в Калуге // Калужские губернские ведомости. 1855. № 39; Воспоминания Ю. Арноль­да. Вып. III. М., 1893. С. 5; Глинка М.И. Летопись жизни и творчества. М., 1952. С. 285,437; Калужские губернские ведомости. 1841. № 28. С. 210-213; Лит. газ. 1841. №44, 24апр. С. 173; Муз. энцикл. Т. 1-6. М., 1973. Т. 1.С. 480; Пекслис М.С. А.С. Даргомыжский и его окружение. Т. 1—3. М., 1966. Т. 1. С. 207—209; РГАЛИ, ф. 975, № 3, с. 33; Сайтов В.И. Петербургский некро­поль Т. 1—4. СПб., 1912. Т. 1.С. 216-217; Северная пчела 1841. №82,15апр.С. 325; Степанов П.А. Воспоминания о М.И. Глинке // Глинка в воспоминаниях современников. М., 1955. С. 64—65. ↑

18. Ложа «Избранный Михаил», работавшая по древнеанглийской системе, была открыта в 1815 г. в здании, принадлежавшем Вольному экономическому обществу (Невский просп., 2). Свое название она полу­чила по имени царя Михаила Фёдоровича, избрание которого в 1613 г. на царство считалось актом народного волеизъявления. Всего ложа насчи­тывала 145 членов, куда входили и декабристы. ↑