План
Введение
1.Крепости Белгородской черты
2.Поселенцы Белгородской черты
3.Полевые укрепления Черты
Заключение
Список литературы
Введение
В XVI - XVII веках большие и малые отряды
татар ежегодно по проторенным дорогам
- Муравскому, Изюмскому, Кальмиусскому
и Ногайскому шляхам - приходили к Брянску,
Ливнам, Ельцу, Лебедяни, Туле, а иногда
достигали окрестностей Москвы.
Этими набегами татары не стремились захватить
южные земли России: их целью было ограбление
и захват в плен местного беззащитного
населения. Вот как описывал набеги татар
современник - французский инженер Г.Боплан:
«Татарские отряды рассыпаются по деревням,
окружают селения со всех четырех сторон
и, чтобы не ускользнули жители, раскладывают
по ночам большие огни; потом грабят, жгут,
режут сопротивляющихся, уводят не только
мужчин, женщин с грудными младенцами,
но и быков, коров, лошадей, овец, коз».
Только в первой половине XVII века по минимальным оценкам татары увели
в Крым на невольничьи рынки 150-200 тысяч
русских людей.
Грабительский характер набегов татар
не предполагал боевых действий на
русской территории. Татары искали здесь
наживу, но и к бою они были готовы всегда.
Все татары были вооружены саблями, луками,
а колчаны были заполнены 18 или 20 стрелами.
Выпущенные умелой и с детства натренированной
рукой стрелы летели вдвое далее ружейной
пули. Бороться с небольшими и подвижными
отрядами было очень сложно, так как на
территории к югу от Оки русское правительство
имело лишь несколько небольших гарнизонов
городов-крепостей.
После русско-польской войны 1632 -1634 гг.
за Смоленск возникла идея создать
оборонительную систему значительно
южнее Оки. Необходимо было обезопасить
южные границы государства от
внешнего врага, который мог беспрепятственно
вторгаться на территорию России, и препятствовать
успешному ведению боевых действий врага
на западе. Вторым не менее важным обстоятельством
было то, что в первой трети XVII в. районы
бывшего Дикого поля стали активно заселяться
как вольными переселенцами, так и служилыми
людьми, получившими за службу в южных
городах-крепостях земельные наделы.
Первоначально планировалось построить
крепость Козлов и перекрыть валом Ногайскую
дорогу, но после изучения обстановки
на юге, опроса местных опытных воинов
и старожилов было решено перегородить
валами основные пути продвижения татар.
Для определения конкретных мест сооружения
валов и крепостей на юг была направлена
экспедиция во главе с дворянином Ф.Сухотиным
и подьячим Е.Юрьевым. Осенью 1636г. они объехали
всю территорию, где предполагалось возведение
укреплений, опросили местных жителей.
Так появился план создания системы укреплений,
который, претерпев ряд существенных изменений,
был осуществлен к 1658г.
Через всю территорию Белгородской
области с запада на восток проходит
значительный и важный участок Белгородской
черты. Рассматриваемый участок
имеет протяженность 425 км, что составляет
почти половину всей длины Черты. Крайним
юго-западным пунктом его был Каменецкий
колодезь на р.Ворскле, на востоке естественным
рубежом служило место впадения р. Тихая
Сосна в Дон. Этот участок черты перекрывал
одновременно три из четырех главных направлений
татарских вторжений: Муравский, Изюмский
и Кальмиусский шляхи.
Крепости
Белгородской черты
В 1635-1658гг.
на лесостепных просторах Черноземья
возникла мощная оборонительная линия
укреплений, известная в научной
литературе как Белгородская черта.
Главными узлами
обороны Черты являлись города-крепости.
Гарнизоны городов-крепостей защищали
не только города и подчиненные им участки
оборонительной линии, но и осуществляли
ремонт всех сооружений. Отражали нападение
татарских отрядов, высылали в поле и в
стоялые острожки на Черте отряды для
наблюдения за всеми татарскими дорогами
и всеми их ответвлениями.
На юго-западном
фасаде стояло 13 городов-крепостей. Они
имели конструкцию стен - главного
элемента обороны – трех видов: 1) рубленые
стены, т.е. поставленные «по-городовому»,
2) деревянная острожная стена; 3) «земляной
город». Большинство крепостей Черты имели
только один тип укрепления, а некоторые
города, являясь сложными военно-инженерными
сооружениями, состояли из двух укрепленных
частей, каждая из которых была укреплена
особым способом. Такие города имеют более
сложную структуру оборонительного комплекса.
В них существовало либо две линии укреплений
(Яблонов), либо они состояли из двух частей,
различных по технике их возведения (Белгород).
Яблонов
– одна из наиболее мощных и важных
крепостей Белгородской черты. Город
и его участок перерывали Изюмский
шлях. Первоначально предполагалось,
что Яблонов будет центром
Черты. Внешняя линия обороны
была образована кольцевым валом, укрепленным
дубовыми бревнами. Такая деревоземляная
стена имела протяженность 749 саж.
(1,6 км). На ней стояли 13 башен, 4 из которых
были проезжими. Внутри земляного города
был поставлен деревянный рубленый город.
Длина стен внутренней крепости 150 саж.
(0,3 км). Две глухих и одна проезжая башни
значительно усиливали обороноспособность
Яблонова. В настоящее время от укреплений
Яблонова сохранился небольшой участок
внешней деревоземляной стены крепости
в виде сильно разрушенного и оплывшего
вала. В настоящее время на месте крепости
располагается с. Яблоново Корочанского
района.
Белгород – военно-административный
центр всей Черты. Ко времени сооружения
оборонительной системы город располагался
на левом, восточном берегу р. Северский
Донец и был в стороне от возводимых укреплений,
что явно ослабляло защиту черты в этом
опасном месте. Тогда – то и было решено
перенести город на черту – на правый
берег Северского донца. Одни предлагали
поставить его вновь на Белой горе, другие
– у устья реки Везелицы. Выбор пал
на последнее: здесь Белгород стоит и поныне.
Так осенью 1650 г. Белгород был перенесен
к устью Везелицы.
Как ни тяжело пришлось белгородцам,
но с задачей своей они справились.
К началу зимы город в основном
был построен и укреплен. Начинался
он там, где сейчас проходит
улица имени Пушкина, и,
примыкая к валу, тянулся на
восток вдоль реки Везелицы
до Северского Донца. Делился
он на две части, два города
– деревянный и земляной. Первый
именовали еще Белгородом-меньшим.
Как свидетельствуют описания Белгорода
за 1676-1678 годы, деревянный город стоял
с западной стороны и представлял прямоугольной
формы крепость, опоясанную земляным рвом
глубиной 3 саж. и такой же ширины и пятиметровой
дубовой стеной длиной 558 саж. (1,2 км).
Песчаная почва не позволяла долго сохранять
такой профиль, поэтому позже ров сделали
мельче (2 саж.), но шире (5 саж.). Над стенами
возвышались 11 башен с шатровыми крышами,
увенчанными остроконечными шпилями.
Три из них были проезжими: Московская,
выходившая на север, Везелицкая – на
юг, к реке Везелице, и Никольская – на
восток, в земляной город. Около проезжих
башен были «земляные отводные городки».
Эти выступы давали возможность гарнизону
вести фланговый огонь по неприятелю в
случае осады.
В 1669 году над воротами Никольской
башни установлены большие часы
с боем. Такое преимущество давалось
лишь тем немногим городам,
которые играли заметную роль
в жизни государства. Эти часы,
перенесенные впоследствии на
колокольню мужского монастыря,
исправно служили городу до 1927
года. В крепости построили соборную
церковь, и 76 дворов: воеводский,
митрополита, тюремный. Духовенства, офицерские,
«жилецких людей».
Стена с Никольской башней,
отделяла деревянный город от
земляного. Отсюда начинался и доходил
до самого Донца земляной город, получивший
такое название от земляного вала, которым
он был защищен с севера. Земляные были
с севера, где на мощном валу стояли дополнительные
укрепления – туры, и с юга, глее общим
с острогом укреплением был вал Ворскла-Св.Донец.
С запада и востока земляной город имел
острожные стены, которые были укреплены
3 проезжими и 5 глухими башнями. Связь
между частями города осуществлялась
через Никольские ворота, расположенные
в середине восточной стены деревянного
города.
Земляной город намного превышал
размеры деревянного. Длина стен
его с трех сторон была равна 1887 саж. (4
км), внутри размещались 353 двора с постройками
– приказная изба, судная изба, караульная
изба, торговые ряды с лавками, Никольский
мужской и женский монастыри, 9 церквей,
дворы: воеводский, таможенный и кружечный,
офицерские и рядовых служилых людей,
ямщиков, духовенства, посадских людей.
На территории, которую занимала белгородская
крепость, ныне располагается современный
центр Белгорода.
Особняком стоит Болховец, который
в документах обычно именуется
земляным городом, однако он
имел и деревянные укрепления.
Болховец был окружен земляным
валом, из-за которого его назвали
земляным городом, но сразу
за валом с внутренней стороны
была деревянная острожная стена
с семью башнями.
Таким образом, город имел как
бы две линии обороны, что
сближает его с такими городами
как Белгород и Яблонов, но
в то же время он имеет
и много сходного с остальными,
так как вал и острожная
стена с башнями составляли
единый комплекс обороны. Нужно
отметить и то, что многие города
имели перед острожными или
рублеными стенами дополнительные
укрепления как, например, ров перед
стенами Вольного и Хотмыжского, вал у
Верхососенска, надолбы у Нового Оскола
и Острогожска и др.
Точно определить местоположение
укреплений Болховца и Верхососенска
пока не удалось. Укрепления
Корочи и Нового Оскола разрушены
современной застройкой этих
городов, как и укрепления Усерда
исчезли под центральной частью
с. Стрелецкого Красногвардейского района.
Хотмыжское, Карповское и Нижегольское
городища дают возможность исследователям
изучить укрепления городов-крепостей
Белгородской Черты.
Особо необходимо сказать о
городах, расположенных к югу
от Белгородской черты и основанных
либо раньше, либо во время
ее сооружения. В первую очередь
следует рассмотреть роль Ахтырки.
Ахтырка находилась «за чертой».
Однако это не означало, что
крепость Ахтырка не входила
в систему обороны Черты. Белгородскую
черту нельзя рассматривать как
неширокую полосу укреплений
и естественных препятствий, протянувшихся
на 800-километровую длину. Надо
учитывать города, укрепленные пункты,
поселения и труднопроходимые
места, располагавшиеся как к
северу, так и к югу от Черты,
иногда и на значительном расстоянии,
как например крепость Валуйки.
Эта крепость, построенная в 1599
году, была одним и первых городов
на южной окраине Русского
государства. Ее выстроили на
обрывистом берегу реки Валуя,
там, где теперь находится центральная
площадь г. Валуйки. А.Слюсарский
в книге «Слободская Украина»
дает следующее описание Валуек.
Будучи почти правильным квадратом,
крепость имела в окружности
около 500 саженей. Ее укрепления
делались так: «Вначале ставили
параллельно две стены из больших
дубовых столбов, остро затесанных
сверху (отсюда название «острог»).
Потом обе эти стены соединялись
поперек перегородками, пространство
между ними засыпалось землей
и камнями. Такая стена называлась
«деланной острогом». Сверху на
стены и башни клали катки,
большие круглые колоды, которые
скатывались во время боя на врагов».
С трех сторон – северной, южной и западной
– крепость, кроме того, была защищена
рвом четырехметровой глубины. Для арсенала,
воеводской канцелярии и части гарнизона
внутри острога имелся «рубленый город»,
стены которого состояли из срубов, пространство
между ними заполнялось землей.
Из крепости к реке Валуй
вел подземный тайный ход. В
окрестностях города шли линии
надолб, длина которых составляла
почти 19 километров.
Города Белгородской черты сыграли
важную роль в общем процессе
укрепления южной границы страны,
они потянули за собой широкую
вону колонизации, в определенной
степени устраняли эффект внезапности
нападения крупных татарских
отрядов на города и села
центральных районов России. С
возведением Белгородской черты
из Валуек, несомненно, посылались
гонцы в Усерд или Новый
Оскол с сообщениями о наличии
татарской конницы в прилегающей
степи, о ее продвижении на
север.
Поселенцы
Белгородской черты
Создание Белгородской черты
активным образом способствовало
заселению этого обширного района,
развитию его экономики. Оно
осуществлялось путем правительственных
мер и вольной народной колонизации.
Сюда пришли «служилые люди»,
которые составили гарнизоны
крепостей, острогов, несли военную
службу в порубежье. Они получали
денежное жалование, наделялись
землей и военную службу совмещали
с ведением своего хозяйства.
Сословие служилых людей было
разнородным, состояло из нескольких
социально и экономически неравных
групп. «Служилые люди по отечеству
(т.е. происхождению) делились на три разряда:
1) чины думные (бояре, окольничьи, думные
дворяне, думные дьяки); 2) чины московские
(стольники, стряпчие, московские дворяне,
жильцы, дьяки); 3) чины городовые (дворяне
выборные, дети боярские дворовые, дети
боярские городовые). Служилые люди по
отечеству получали денежное и земельное
жалованье, причем земля им давалась индивидуально.
Возможности их перехода в более высокий
чин определялись родовитостью и выслугой».1
Военная знать (воеводы, различных
степеней, головы и атаманы) захватывала
лучшие земли, угодья и, размещая на них
крестьян-поселенцев, заставляла рядовых
служилых людей работать на себя, облагая
их произвольными налогами.
Население непрерывно пополнялось
и «сведенцами», переселяемые по
нарядам правительства в южную
лесостепь из центральных районов.
Их «сводили» низ других районов
на еще не обжитые места,
и потому они назывались «сведенцами».
Так, переселенцы – «сведенцы» из г. Болхова
образовали под Белгородом село Болховец,
из г. Михайлова – слободу Михайловскую,
из г. Ряжска – Ряжскую и пр.
Население края росло и за
счет беглых людей – крестьян
и холопов, стремившихся вырваться
из-под боярского и дворянского
гнета. Из северных районов
Руси в эти края шли беглые
крестьяне, рассчитывая найти
здесь более свободную жизнь.
Довольно таки большую часть
переселенцев составляли украинцы
(«черкасы»), бежавшие из-под гнета
королевской Польши. Они образовали
районы так называемой Слободской
(т.е. свободной) Украины. Русские
и украинцы чаще всего располагались
отдельными селами. Например, в Беломестном
под Белгородом жили русские,
а почти рядом с этим селом,
в Шопине и Терновке – украинцы.
Такое явление было повсеместным.
Белгородские воеводы охотно принимали
на военную службу беглых служилых
людей, посадских и крестьян. Перемещения
служилых людей и крестьян на южные
окраины к концу XVII в. участились.
Когда в следующем веке южные
границы государства отодвинулись,
в Белгородском крае широко распространилось
феодальное землевладение. На дворянские
земли селили крепостных из других
губерний России, а чаще насильственно
закрепощали беглых и вольных
людей, разорившихся "однодворцев".
В черте городов оседали военные, ремесленники,
купцы, чиновники, духовенство и «жилецкие
люди», т. е. невоеннообязанные крестьяне.
Под защитой крепостей и острогов
вдоль рек, на черноземных землях
появились села земледельцев. Тревожной
была жизнь крестьян на новых
землях. Им нередко приходилось
укрываться от татарских набегов
в городах, угонять скот и
увозить имущество в леса, спасаться
то плена.
1
Загоровский В.П. Белгородская черта. Воронеж,
1969, с.26
Полевые
укрепления Черты
Помимо городов-крепостей на юго-западном
фасе Белгородской черты были
и другие пункты обороны, которых
насчитывалось 109. Это земляные
городки, острожки, башни и др.
Земляным городком называлось
укрепление, представляющее собой
территорию, окруженную со всех
сторон валом. Они были долговременными
полевыми оборонительными пунктами.
Такие городки встречаются почти
на всем протяжении Черты. Например,
между крепостями Карпов и
Белгород, где Черта перекрывала
Муравскую дорогу, было 19 земляных
городков: 9-на Карповском участке,
7- на Белгородском. Для большей надежности
в городках иногда строились башни.
Всего же на той части Черты,
которая проходила по территории
края, было около 50 таких городков,
причем в 12 из них были башни,
а еще в 8 так называемые караульные
избы, которые представляли собой место
для отдыха сменного гарнизона и хранения
продуктов и боевого снаряжения.
Во время обследования полевых
укреплений удалось выявить и
обследовать несколько земляных
городков. Они представляют собой
примыкающие к валу земляные
насыпи размером примерно 10 на
20 метров.
Острожки были сходны с земляными
городками. Это тоже небольшие
укрепленные пункты со сменным
гарнизонами. Главным элементом укрепления
была острожная стена, обычно дубовая,
высотой 2 сажени или «две сажени без чети»,
что составляет примерно 3,7 метра. В трех
из 20 острожков были башни, а еще в одном
«кровати караульные». Некоторые острожки
были вынесены вперед от основных укреплений
Черты. Новый Оскол имел в качестве передового
рубежа острожек на Жестовых горах. На
Ольшанском участке на южном, «крымском»,
берегу Тихой Сосны у Чесночного брода
был Чесночный или Орлов острожек.
Самым большим острожком в
западной части Черты был Гринякин
или Раздорский на Усердском
участке. Это был квадратный
в плане деревянный острог
со стороной в 13 саженей. Другие
острожки были меньшими по
размерам, например, Чесночный (Орлов)
-25, а Осиновый -30 квадратных саженей
(оба на Ольшанском участке).
Широко использовались как укрепленные
единицы и деревянные башни.
Около 50 башен (без учета башен
городов) были солидным дополнением
к земляным укреплениям, перекрывавшим
три основных татарских дороги.
12 таких башен были в земляных
городках, 3 –в острожках, остальные
башни, как правило, стояли
на валах; большинство из них
имели, как острожки и земляные
городки, небольшие сменные гарнизоны.
Некоторые башни были проезжими.
Так, на Яблоновском участке
их было две; Хмелевая и еще
одна безымянная с запада от
Яблонова, а третья – Каланча
– контролировала расположенные
рядом ворота в острожной стене
для выезда в поле. Многие башни
были высокими, что позволяло
их использовать как наблюдательные
вышки.
На юго-западном фланге, как и
на других участках Черты, наблюдается,
прежде всего, хорошо продуманное
сочетание искусственных оборонительных
сооружений с естественными препятствиями.
201,5 км, которые составляют почти половину
общей протяженности Черты от ее начала
в район Ахтырки и до левого берега Дона,
укреплены валами, засеками, надолбами,
острожной стеной. Остальные 223,5 км не
имеют никаких искусственных сооружений.
Они надежно защищались лесами, реками,
болотами и топями и, таким образом были
непроходимы для татарской конницы. Сопоставление
количественных и качественных характеристик
юго-западного, проходящего в основном
по территории нашего края, и северно-восточного
участков Белгородской черты показывает,
что юго-западный участок был более серьезно
укреплен и на большей своей протяженности.
Такое распределение укреплений
связано со стратегическим и
географическим факторами. Юго-западный
фланг Черты, как уже отмечалось
выше, перекрывал три татарские
дороги на север, а северо-восточный
участок только одну. Немаловажное
значение имело и то, что северо-восточный
участок практически полностью
проходил по рекам (Дон, Воронеж,
Усмань, Польный Воронеж) и, следовательно,
имел лучшую естественную защиту.
Самым распространенным из искусственных
сооружений был земляной вал.
На валы приходится половина
искусственно укрепленной части
юго-западного фарса, что составляет
109,2 км. Обычно вал насыпался в наиболее
опасных местах, какими являлись степные
участки между городом и лесом. По этой
причине валы имелись между Карповым,
Болховцом и Белгородом, Корочей и Яблоновым,
Новым Осколом и Верхососенским.
Иногда вал сооружался и для
усиления слабовыраженных участков
естественных препятствий в виде
рек. Именно с этой целью
были насыпаны валы за реками
Нежеголь, Тихая Сосна и Северский
Донец.
Длина валов была различной:
от десятков и сотен метров
до многих километров. Например,
вал между Яблоновым и Холанским
лесом имел протяженность
девять километров, а между Корочей
и Яблоновым – четырнадцать
километров. Между Осколом и Верхососенском,
Карповым и Белгородом – длина
валов достигла 27 км.
Высота валов обычно не превышала
1,5 саж. (3,2м), но были и более
высокие насыпи в «две сажени
без чети» (3,7м), которые стояли
между Корочей и Яблоновым,
Новым Осколом и Верхососенском.
Почти все валы были укреплены
с «крымской» стороны «дубовыми
ослонами» - жердями, бревнами
и плахами, положенными на откос
вала для предотвращения размывания
и расползания.
Перед валом всегда имелся
ров шириной до 2 саженей. И
глубиной вполовину сажени. Перед
рвом и валом на более опасных
участках были и дополнительные
укрепления – надолбы, тарасы,
плетни.
К настоящему времени валы
сохранились лишь в некоторых
местах. К западу от Белгорода
вдоль автомобильной дороги на
Томаровку прослеживаются сильно
разрушенные остатки вала и
других полевых укреплений. Вал
между Корочей и Яблоновым
сохранился в сильно деформированном
виде лишь на участке от
с.Бехтеевка до х.Спорный Корочанского
района. Остатки валов разной степени
сохранности можно наблюдать от восточной
окраины с.Яблоново и почти до с.Лозное
Чернянского района, у с.Яковлевка Новооскольского
района, у с.Красное Красногвардейского
района. Наиболее хорошей сохранности
небольшие участки вала имеются в окрестностях
с.Большие Кульбаки Белгородского района,
у х.Спорный и с.Яблоново Корочанского
района. Современная высота редко достигает
двух метров, а глубина сопутствующих
рвов не более одного метра. Большинство
валов разрушено в 20 веке в результате
распашки под сельскохозяйственные угодия
или во время строительства шоссейных
дорог, а так же другой хозяйственной деятельности
местного населения.
Засеки проходили в основном
по северному берегу р.Ворскла
на протяжении 63 км. Остальные 16,5 км засек
были устроены в лесах по тихой сосне.
Ограниченное использование этого типа
укреплений связано с наличием значительных
обезлесенных пространств. Ширина засек
колебалась в пределах 20-40 саж., а в двух
случаях на Хотмыжском участке засека
была устроена по обоим берегам реки.
Рвы как самостоятельные укрепления
не применялись. Они всегда
сопутствовали валам или входили
составной частью в комплекс
укреплений города-крепости.
Проектировщики и строители Белгородской
черты хорошо знали о древних
поселениях и укреплениях в
районах, где проходила новая
оборонительная линия. Они использовали
не только старые городища, на
которых ставили новые крепости
и острожки, но и их укрепления
– рвы и валы. Так, с русской
стороны вала Карпов – Болховец
имелось два рва, оба «старые».
На Острогожском участке в систему укреплений
был включен «старинный вал» длиной около
одного километра. Он был насыпан поперек
р.Острогощи между лесами.
Надолбы встречаются на всех
участках юго-западного фланга
Черты. Они могли выступать
как самостоятельные укрепления,
так и в сочетании с другими
видами оборонительных сооружений.
В менее опасных местах
надолбы только дополняли
естественные препятствия.
Надолба представляла собой конструкцию
из двух или трех бревен, вкопанных
в землю и соединенных между
собой крестом. Иногда надолбы
соединялись в единую цепь
поперечными бревнами «связями»
или «наметами».
Протяженность линий надолб была
различной: от нескольких сажен
и десятков сажен, когда они
перекрывали тропинки и поляны
в лесах по Ворскле, до четырехсот
сажен. На левом берегу Северского
Донца, например линии надолб,
чередовались с небольшими валами
или лесом.
Использовались надолбы также
для защиты пригородных слобод
городов- крепостей (Болховец, Нежегольск,
Короча, Верхососенск), ворот и дорог в
поле у Карпова, Нежегольска, Нового Оскола.
Острожная стена представляла
собой плотный ряд бревен,
вкопанных в землю на одну
сажень и заостренных вверху.
Высота равнялась двум саженям.
Помимо своего главного назначения
- быть основным элементом обороны
крепости – она играла важную
роль в системе полевых укреплений.
Около 1,7 км стен на различных участках
юго-западного фаса Черты перекрывали
наиболее уязвимые точки: обычно места
соединения комплекса сооружений крепости
с основными укреплениями Черты – валом,
засекой. Именно так располагалась острожная
стена у Карпова, где она была дополнена
рвом и надолбами, а в центре усиливалась
еще и башней. У Яблонова дубовая стена
с запада и востока соединяла укрепления
города с валами, а с восточной стороны
а месте соединения стены и вала были ворота,
которые контролировались башней Каланчой.
У Ольшанска острожная стена длиной 171
саж. также соединяла вал и укрепления
города.
Известно два случая, когда острожная
стена выносилась вперед от
города. Под Новым Осколом 13-саженная
стена соединила линию надолб,
идущую о т р. Оскол, и
вал. Южнее Острогожска стена
дополняла деревянный острожек
с воротами.
Еще в двух местах стена
прошла через топи и болота,
соединив валы: на Карповском
участке ее длина 10 саж., на Новооскольском
162 саж.
Тарасы представляли собой деревянные
срубы, связанные между собой
и заполненные землей, песком, щебнем.
Они использовались как самостоятельные
укрепления на шести участках
юго-западного фаса. В сочетании
с надолбами Тарасы были поставлены
на Олешнянском, Вольновском и
Хотмыжских участках, а в сочетании
с валами – на Новооскольском
и Ольшанском.
Из других типов укреплений
следует отметить частик, вбитый
в дно Тихой Сосны и усиленный
«кобылинами» вдоль берега, а
также «частик в колодах» по берегу
той же реки. Все эти укрепления находились
на Острожском участке и занимали всего
около 0, 6 км. На всех других участках
Черты наблюдается хорошо продуманное
сочетание искусственных оборонительных
сооружений с естественными препятствиями.
Почти половина общей протяженности Черты
на территории края не имела никаких искусственных
сооружений. Они надежно защищались лесами,
реками, болотами и топями и, таким образом,
были непроходимы для татарской конницы.
