Создание исторического материализма — К.Маркса о классовой борьбе, социалистической революции

Создание исторического материализма — К.Маркса о классовой борьбе, социалистической революции.

Исторический материализм возник в 40-х годах XIX в., он был создай Марксом и Энгельсом — великими учёными и мыслителями, учителями и вождями рабочего класса. Возникновение диалектического и исторического материализма знаменовало собой величайшую революцию в науке.

Исторический материализм, как и марксизм в целом, не мог возникнуть в любое время, при любых условиях. Он возник закономерно, как отражение потребностей развития материальной жизни общества и как результат всего предшествующего развития науки, в том числе и философии. Каковы же те исторические условия, которые привели к возникновению марксизма?

Во-первых, к середине XIX в. противоречия капитализма достигли большой остроты. Об этом говорили не только периодические промышленные кризисы перепроизводства в капиталистических странах, но и обострение классовой борьбы. Производительные силы капиталистического общества вступили в противоречие с капиталистическими производственными отношениями, и всё более насущной потребностью развития материальной жизни общества становились уничтожение капиталистических производственных отношений и замена их социалистическими.

Во-вторых, вместе с капиталистическим способом производства возник и новый передовой класс — пролетариат. В 40-х годах XIX в. он выступил па историческую арену как могучая, передовая политическая сила.

Если при феодализме классовые отношения были скрыты под покровом сословных отношений, то капитализм упростил, обнажил классовые отношения. Борьба классов стала более открытой. Это сделало возможным научно понять её как движущую силу истории и выяснить, что классы и их борьба обусловливаются экономическим строем общества. Ф. Энгельс писал: «если во все предшествующие периоды исследование этих движущих причин истории было почти невозможно вследствие того, что связи этих причин с их следствиями были запутаны и прикрыты, то в наше время связи эти до такой степени упростились, что решение загадки стало, наконец, возможным.

Со времени введения крупной промышленности, т. е. по крайней мере со времени европейского мира 1815 г., в Англии ни для кого уже не было тайной, что центром тяжести всей политической борьбы в этой стране являлись стремления к господству двух классов: землевладельческой аристократии, с одной стороны, и буржуазии — с другой. Во Франции тот же самый факт дошел до сознания вместе с возвратом туда Бурбонов. Историки периода реставрации, от Тьерри до Гизо, Минье и Тьера, постоянно указывают на него как на ключ к пониманию французской истории, начиная со средних веков. А с 1830 г. в обеих этих странах рабочий класс, пролетариат, признан был третьим борцом за господство. Отношения так упростились, что только люди, умышленно закрывавшие глаза, могли не видеть, что в борьбе этих трех больших классов и в столкновениях их интересов заключается движущая сила всей новейшей истории...» (К. Маркс и Ф. Энгельс, Избранные произведения, т. II, Госполитиздат, 1952, стр. 373—374).

Назревавшие материальные потребности перехода общества от капитализма к социализму, потребности классовой борьбы пролетариата вызвали к жизни марксизм. Но почему именно Германия 40-х годов XIX в. явилась родиной марксизма, в частности исторического материализма? Потому, что назревавшая в то время в Германии буржуазно-демократическая революция должна была происходить при более развитых противоречиях капитализма, чем происходили аналогичные революции в Англии и Франции. Германия середины XIX в. была капиталистически гораздо более зрелой страной, чем Англия XVII в. и Франция XVIII в. В Германии был уже сложившийся пролетариат, законно претендовавший на самостоятельную историческую роль в классовой борьбе и надвигавшейся революции. Пролетариат Германии стоял перед задачами,настоятельно требовавшими разработки вопросов революционной теории' и тактики, выяснения исторической роли рабочего класса как в буржуазной, так и в социалистической революции. Именно в силу этого Германия явилась родиной исторического материализма и марксизма в целом, а вожди германского пролетариата Маркс и Энгельс явились творцами общественной науки.

Совсем не случайно, а вполне закономерно то, что творцами науки об обществе явились идеологи рабочего класса. Дело в том, что открытие законов природы в общем и целом проходит более или менее гладко, поскольку открытие этих законов не затрагивает интересов реакционных классов. Иначе обстоит дело с открытием законов развития общества. Многие из этих законов затрагивают интересы реакционных сил. Поэтому реакционные силы оказывают бешеное сопротивление открытию и тем более использованию законов развития общества, затрагивающих их интересы.

Инициатором и знаменосцем открытия законов развития общества может быть только передовой класс в лице своих идеологов, класс, но заинтересованный в увековечении старого, отживающего общественного строя и смело смотрящий в будущее. Общественную науку могли создать и создали только идеологи пролетариата как класса последовательно и до конца революционного, заинтересованного в уничтожении всех форм эксплуатации человека человеком. В этом заключается объяснение того, почему подлинная наука о законах развития общества не могла быть создана идеологами буржуазии, не говоря уже об идеологах рабовладельцев и феодалов.

Сравнение итогов развития естествознания и знаний об обществе, достигнутых к моменту появления марксизма, полностью подтверждает это. В самом деле, в естествознании к середине XIX в. были достигнуты огромные успехи. Наука вытесняла идеализм и религию из одной изучаемой области природы за другой. Философский материализм XVII и XVIII вв., опираясь на данные наук о природе, давал материалистическое объяснение природы исходя из неё самой.

Что касается общественных, исторических явлений, то в этой области до Маркса безраздельно господствовал идеализм. Не говоря уже о сторонниках господствующего в капиталистическом обществе философского идеализма и религии, даже такие передовые для своего времени мыслители, как английские и французские материалисты XVII и XVIII вв. или немецкий материалист 40-х годов XIX в. Людвиг Фейербах, в объяснении явлений общественной жизни, истории общества стояли на позициях идеализма. Теологи и философы-идеалисты, буржуазные социологи и историки, все идеологи феодальной аристократии, крупной и мелкой буржуазии считали, что сознание, разум, политические, нравственные, религиозные и другие идеи и принципы являются главной, определяющей движущей силой развития общества.

В природе, как известно, действуют слепые, стихийные силы. В обществе действуют люди, одарённые разумом, сознанием, волей. Идеалисты из этого факта делают ложный вывод, утверждая, что если в природе господствует закономерность, необходимость, то в истории общества, напротив, господствует якобы свобода поли; если смена дня и ночи, времён года, изменение погоды И другие явления природы не зависят от воли и сознания людей, то исторические события определяются будто бы сознательной деятельностью и волей людей, исторических деятелей, вождей, героев, полководцев, правителей, королей. Мнения правят миром, определяют ход истории, твердили буржуазные просветители.

В глазах историков и социологов-идеалистов история человеческого общества превращалась в цепь случайностей, в хаос ошибок, бессмысленных насилий и заблуждений. Целые исторические эпохи, например средневековье, рассматривались как результат заблуждения ума, как следствие невежества и суеверия людей или как результат грубых нравов и дурного законодательства. Вместо того чтобы общественные идеи, политические взгляды и теории, политические и иные общественные учреждения объяснять развитием условий материальной жизни общества,идеалисты всю историю общества объясняют исходя из сознания людей, из философских, политических и других идей и теорий. Идеалисты считают, что не общественное бытие, не материальная общественная жизнь порождает определённое общественное сознание, а, наоборот, общественное сознание порождает и обусловливает собой общественную жизнь, общественное бытие.

Чтобы создать научное понимание истории, общественной жизни, необходимо было подвергнуть идеализм всесторонней критике и изгнать его из последнего убежища, т. е. из исторической области. Это и осуществили Маркс и Энгельс.

Коренные пороки идеалистического взгляда на общественную жизнь, на историю заключаются в следующем:

Во-первых, историки и социологи-идеалисты при изучении истории, общественной жизни рассматривают лишь идейные мотивы деятельности людей, не исследуя того, чем вызываются и обусловливаются эти мотивы. Идеалисты, следовательно, останавливаются лишь на поверхности явлений общественной жизни, на поверхности исторического процесса, они не в состоянии проникнуть в сущность явлений, вскрыть глубокие материальные причины изучаемых явлений.

Во-вторых, идеалисты метафизически противопоставляют общество и природу, видят между ними пропасть. Они игнорируют тот факт, что общество — хотя и специфическая, но всё же часть природы? что не только явления природы, ной общественные явления подчинены действию объективных законов, но зависящих от сознания и воли людей.

Историки и социологи до Маркса видели и описывали лишь случайные, внешние связи исторических событий, общественных явлений. В лучшем случае они могли дать изображение отдельных сторон исторического процесса, накопить отрывочный фактический материал, но они не могли дать подлинной науки об обществе и законах его развития.

В-третьих, для домарксовских социологических теорий и историографии характерно было игнорирование решающей роли народных масс в истории, сведение истории общества к истории великих людей, царей, королей, полководцев. Что же касается масс, народа, то к ним идеалисты относятся с пренебрежением, рассматривая их как пассивную, косную, инертную «материю», которая будто бы приходит в движение лишь под действием «духа», идей, выдающихся личностей.

Ложные, идеалистические воззрения на общество, на историю, существовавшие до возникновения исторического материализма, обусловливались классовым положением, классовой ограниченностью социологов и историков. Выражая интересы своего класса, буржуазные идеологи при помощи идеалистических ухищрений дезориентируют массы. Они дают извращённую картину общественной жизни, превратное объяснение событий, нищеты и других бедствий трудящихся капиталистических стран. Выступая против классовой борьбы пролетариата за изменение экономических и политических условий жизни общества, идеалисты стремятся создать иллюзию, будто можно изменить условия жизни путём морального самосовершенствования. Идеализм служит эксплуататорским классам, обрекая прогрессивные силы общества, трудящихся, рабочий класс па политическую пассивность. Всесторонняя, уничтожающая критика идеализма была необходимым условием революционного переворота, совершённого Марксом и Энгельсом в науке.

Идеологи буржуазии были .не в состоянии создать подлинную науку об обществе. Всё же под влиянием хода исторических событий, под воздействием исторических фактов наиболее глубокие и дальновидные из них вынуждены были критически отнестись к наивным, поверхностным субъективно-идеалистическим воззрениям. Передовые буржуазные мыслители, а также социалисты-утописты XVIII и XIX вв. высказали ряд научных положений и догадок, на которые могли опереться и опирались Маркс и Энгельс. Так, например, французский просветитель-материалист XVIII в. Гельвеций высказал положение о значении окружающей среды и обстоятельств для воспитания людей. Руссо высказал гениальную догадку о роли железных орудий труда и земледелия в происхождении неравенства между людьми. Социалист-утопист Сен-Симон объяснял французскую революцию XVIII в. как результат классовой борьбы третьего сословия против феодального дворянства. Некоторые историки во Франции и Англии в первой четверти XIX в., изучая события эпохи феодализма, а также английскую революцию XVII в. и французскую революцию XVIII в., пытались объяснить их с точки зрения классовой борьбы. Смит и Рикардо сделали попытку дать анализ экономической основы классового деления буржуазного общества. Немецкий философ-идеалист Гегель пытался представить историю человечества как необходимый, развивающийся, прогрессивный и противоречивый процесс; в основе этого процесса, по Гегелю, лежит развитие вымышленного «мирового духа». Действительную связь исторических явлений Гегель подменял выдуманной связью, привнесённой из области его философии; он мистифицировал реальную закономерность. Тем не менее Гегель подверг критике; субъективистский взгляд на историю и пытался найти более глубокие причины исторических событий, чем мнения, цели и воля тех или иных исторических личностей.

«Диктатура пролетариата».

На протяжении всех 50 томов (в 54 книгах) 2-го издания сочинений Карла Маркса и Фридриха Энгельса, составляющего в общей сложности около 45 000 страниц, термин «диктатура пролетариата» был употреблён всего семь раз: Маркс употребил его четыре раза, Энгельс — три. Оба они никак не конкретизировали это словосочетание и не написали по отдельности или вместе о диктатуре пролетариата ни одной специальной статьи.

В Манифесте коммунистической партии (1847 год) Маркс и Энгельс, хотя и не используя собственно термина «диктатура пролетариата», изложили основные положения концепции: «Первым шагом в рабочей революции является превращение пролетариата в господствующий класс, завоевание демократии. Пролетариат использует своё политическое господство для того, чтобы вырвать у буржуазии шаг за шагом весь капитал, централизовать все орудия производства в руках государства, то есть пролетариата, организованного как господствующий класс, и возможно более быстро увеличить сумму производительных сил».

1 января 1852 года журналист Джозеф Вейдемейер опубликовал статью «Диктатура пролетариата» в газете New York Times. В «Письме Вейдемейеру» от 5 марта того же года Маркс писал, что он доказал, в частности, «что классовая борьба необходимо ведёт к диктатуре пролетариата» и что «эта диктатура сама составляет лишь переход к уничтожению всяких классов и к обществу без классов.» Маркс считал «диктатуру пролетариата» единственно возможной и неизбежной формой пролетарской власти, так как он ошибочно полагал, что в буржуазном обществе существует «диктатура буржуазии», и буржуазия власть не отдаст, кроме как при её (буржуазии) насильственном уничтожении. Реальное развитее общества, однако, показало, что существуют и иные формы контроля власти буржуазии. Не вдаваясь в детали практического построения такой формы власти, Маркс, в качестве примера воплощения своей теории о «диктатуре пролетариата» в реальном мире, привёл Парижскую коммуну.

Положение о диктатуре пролетариата, уточнение её места в историческом процессе изложено в «Анти-Дюринг» Ф. Энгельса (1876—1878 гг.) и в «Критике Готской программы» К.Маркса (1875 год), в которой Маркс делал вывод: «Между капиталистическим и коммунистическим обществом лежит период революционного превращения первого во второе. Этому периоду соответствует и политический переходный период, и государство этого периода не может быть ничем иным, кроме как революционной диктатурой пролетариата». Данный тезис получил дальнейшее развитие в работе В. И. Ленина «Государство и революция» (1917 год): «Демократия для гигантского большинства народа и подавление силой, то есть исключение из демократии, эксплуататоров, угнетателей народа, — вот каково видоизменение демократии при переходе от капитализма к коммунизму».

Теоретики революционного марксизма объясняли коренное отличие процесса превращения капиталистического общества в коммунистическое от предыдущих смен формаций тем, что зачатки новых форм отношений зарождались внутри старых обществ. При капитализме, однако, зарождение новых коммунистических форм невозможно. Ленин, к примеру, писал:

Одно из основных различий между буржуазной и социалистической революцией состоит в том, что для буржуазной революции, вырастающей из феодализма, в недрах старого строя постепенно создаются новые экономические организации, которые изменяют постепенно все стороны феодального общества. Перед буржуазной революцией была только одна задача — смести, отбросить, разрушить все путы прежнего общества…В совершенно ином положении революция социалистическая…Здесь к задачам разрушения прибавляются новые, неслыханной трудности задачи — организационные.

Справиться с этой задачей может, согласно марксизму, только диктатура пролетариата, которая насильственным путём отберёт у господствующего класса буржуазии существующий государственный капиталистический механизм, уничтожит его, создаст новый, пролетарский государственный механизм и будет подавлять попытки буржуазии вернуть себе власть.