Типы грамматических форм слова

Типы грамматических форм слова  

Введение 

Данная курсовая работа посвящена теме: Типы грамматических форм слова. 

Цель этой работы: ознакомиться с типами грамматических форм слова. 

Задачи: 1) ознакомится  с понятием грамматическая форма  слова, 2) ознакомиться со способами  образования грамматических форм слова, 3) подробно рассмотреть синтетический  и аналитический способы образования  форм слова. 

Эта тема является актуальной. Эта тема охватывает широкий круг вопросов, касающихся теоретической  грамматики английского языка, а  без знания грамматики не возможно правильно строить предложения  и правильно разговаривать, следовательно  эти знания позволят нам правильно  строить свою речь. 

«Грамматическая форма  слова определяется формальными  признаками слова, передающим некоторое  грамматическое значение»[1] .Формальный признак ( фикция, вспомогательное слово  и другие) есть «экспонент» формы, или грамматический « формант», а  грамматическая форма как таковая, реализуется объединением  основы с форматом в составе определенной парадигмы ( парадигматического ряда). Следует сделать выводы, что не только грамматическая форма, но  также  и экспонент грамматической формы, или формант, является величинами двусторонними: это сигнема грамматического  строя, различающие свою материальную форму и свое грамматико-семантическое  содержание. 

«Средства, или «грамматические  способы», при помощи которых строятся формы слов, функционирующие как  члены категориальных оппозиций, принято  делить на синтетические и аналитические».[2]  

В качестве типичного  синтетического способа выражения  грамматического значения в лингвистике  указывается внутренняя флексия, или  грамматическое чередование корневых (основных) фонем 

Другой синтетический  способ, не являющийся продуктивным в  узкой морфологической системе  языка (изменительная морфемика), представлен  супплетивизмом – выражением грамматического  значения посредством противопоставления разных корней в единой парадигме[3] . Иначе, супплетивизм основан на грамматическом чередовании корней (основ), что, как  мы отмечали выше, сближает его со способом внутренней флексии.  

Что касается аналитического способа, то под ним  имеется в  виду, такое образование, которое, с  одной стороны, имеет строение, явно подобное строению сочетания слов, с другой же стороны, существенно  отличается от словосочетаний и уподобляются целям словам. Аналитическое образование  является словосочетанием, тогда как  синтетические – словами. 

Теперь перейдем к рассмотрению основных вопросов. 

Глава 1. Аналитические  формы слова. 

1.1. Общая характеристика  аналитических форм 

Под аналитическим  языковым образованием понимается такое, значение которое выражено не одним  словом, а под  синтетическим, соответственно, - однословные образования. Поэтому, например, «англ. оld man старик может  быть названо аналитическим образованием, а русск. старик или лат. senex –  синтетическим». [4]  

Если сказать что, аналитические образования является словосочетанием, а синтетические  – словами. В таком случае вообще всякий язык состоящий их слов, сочетаемых друг с другом в речи, должен быть привязан в основном аналитическим, так как в речи на этом языке  большая часть значений будет  выражена словосочетаниями. Аналитичность  языка в этом смысле, есть вообще один из существенных признаков, важных для его функционирования и развития. Наряду с тем или иным пониманием аналитичности существует, однако, и некоторое более частное  и специальное понимание. «Под аналитическим  образованием имеется в  иду, такое  образование, которое, с одной стороны, существенно отличается от словосочетаний и уподобляются целям словам. Аналитическое  образование в таком смысле близко к тому или даже прямо совпадает  с тем, что определяется как фразеологическая единица»[5] : ведь последняя как раз  характеризуется тем, что она  имеет строение словосочетания, но при этом эквивалентна слову и  функционирует как одно целое  слово. «Иногда понятие аналитичности  расширяется больше: под аналитическим  оборотом понимают, такое которое  членится легко и четко ( под синтетическим  – более слитно»[6] . 

При известных условиях сочетания со служебными словами  могут относится к основным словам, входящих в их состав, не как особые ( производные) слова, а как особые грамматические формы соответствующих  слов. «Эти особые случаи словосочетаний требуют специального их выделения  в качестве случаев аналитических  образований в узком смысле слова, а именно как – аналитических  форм. Ср.: например, will work» [7] ( будет  работать): это словосочетание, в  котором will является служебным, work –  главным компонентом, относится  к основному слову, входящему  в его состав, т.е. к слову work не как особое слово, а как особая грамматическая форма – форма  будущего времени.  Можно также  сказать: worked, is working, will worked, составляет один ряд, отношения между членами  которого являются только грамматическими.  

1.2. Аналитическая  форма, как словосочетание 

Аналитическая форма, как наиболее специфическое аналитическое  образование, взятая сама по себе, есть словосочетание,  а именно – сочетание  некоторого основного слова ( в определенной его форме) с известным служебным  словом ( или с комплексом служебных  слов). Таким сочетанием двух единиц, из которых каждая обладает признаком  слова, в современном английском языке является, например, «формы перфекта: have written, has written, had written и т.д. В этом сочетании единица have, has, с одной  стороны, характеризуется оформленностью ( она имеет всю систему грамматических форм, свойственных глаголу: have, has, had и  т.д. )»[8] , а с другой стороны, содержит в себе некое, хотя ослабленное до минимума и очень абстрактное, лексическое  значение, что проявляется в разграничении  формы перфекта и пассива, имеющих  один и тот же  второй компонент  и различающихся именно первыми  компонентами: Have и be соответственно.  

Итак, аналитическая  форма слова как таковая, взятая изолировано, представляет собой своеобразное словосочетание лексически неравноправных компонентов, т.е. сочетание, в котором  один из компонентов является служебным  и выступает с максимально  ослабленным значением.   

Тот факт, что аналитические  формы представляет собой своеобразные словосочетания, подтверждается и относительной  свободой компонентов аналитической  формы, возможностью их отделения  друг от друга и свободной перестановки в потоке речи. Например, I have never seen him – Я никогда не видел его. Have you ever seen him? Вы когда-нибудь видели его?  

Далее необходимо указать, что «аналитическая форма является свободным словосочетанием, а не фразеологической единицей: «будет работать»  выделяется совсем не так, как, например, « молодость возьмет свое»[9] . 

Из сказанного выше ясно, что по существу аналитические  формы должны выделяться из прочих свободных словосочетаний именно тем, что они подобны ( аналогичны) не словам, а лишь отдельными грамматическими  формам слов. Этим подобием формам целых  слов аналитические формы и характеризуется  несмотря на то, что они являются словосочетанием и притом даже свободными, как особые целые единицы, как  эквиваленты слов ( но слов не во всей системе их форм, а только в известных  отдельных формах). 

Если словосочетания, являющееся аналитической формой, характеризуются  тем, что выступают в качестве грамматической формой того слова, которое  является в нем основным, то это  значит что такое словосочетание принадлежит к одной из грамматических категорий, характеризующих данное слово. Иначе говоря, оно представляет известную категориальную форму, входящую в ту же категорию, в какую входит какая-либо иная категориальная форма, известная у этого слова. Так  например, аналитическая форма will work представляет ( категориальную) форму  будущего времени, которая наряду с  формами настоящего и прошедшего времени, входит в категорию времени  вообще.  

Принадлежа, таким  образом, к известной грамматической категории, характеризующийся данное слово, аналитическая форма уподобляется по своей функции другим формам того же слова. А так как каждая грамматическая форма слова вообще представляет это слово именно как одно слово, то и соответствующая аналитическая  форма, несмотря на то, что она является по своему строению словосочетанием  и притом свободным, выступает как  одно слово, как представитель одного цельного слова, а не как словосочетание. 

Существеннейшим, по-видимому, является здесь наличие простых  синтетических, несоставных форм в  той же грамматической категории, в  какую входит данная аналитическая  форма. Так, will work, не смотря на то, что  это словосочетание, выступает как  одно слово ( в известной грамматической форме) лишь ввиду того, что другие формы той же категории, т.е. формы  настоящего (работает) и прошедшего (работал) времени, является простыми синтетическими нормами, благодаря чему у нас  есть основания считать это словосочетание  аналитической формой, а не просто словосочетанием.  

Не все аналитические  формы одинаково легко выделяются на фоне обычных словосочетаний. Например, «аналитические формы условного  наклонения не обладают четкой изолированностью от других словосочетаний, передающих модальность: I should go я пошел бы, he would go он пошел бы, близко стоят к  ряду таких сочетаний с модальными глаголами, как I must go я должен пойти, I ought to go мне следует пойти.»[10] Таким  образом, сочетания с should и would все  же выделяются их общего ряда сочетаний  модального глагола с инфинитивом  и изолируется от последних тем, что они непосредственно примыкают  к синтетическим формам наклонения, которые и « оттягивают» их от обычных словосочетаний, вовлекая в сферу глагольных форм в качестве аналитических форм условного наклонения.  

1.3. Аналитическая  форма, как свободное соединение 

В заключение следует  сказать что, «структурно аналитическая  форма продолжает оставаться свободным  соединением раздельнооформленных частей, являющихся словами, которые  соединены по определенным синтетическим  правилам»[11] ( если бы данное образование  не имело характера словосочетаний, то тогда оно было бы не аналитической, а синтетической формой). Но функционально  эти сочетания выступают на ряду с синтетическими формами в качестве одной из категориальных форм какой-либо грамматической категории и выполняет  роль формы слова. Поэтому при  рассмотрении аналитических форм необходимо различать моменты структурный  и функциональный. Специфическое  переплетение этих двух моментов и  определяет своеобразие данного  языкового явления – аналитической  формы слова. 

Рассмотрев общие  условия существования аналитических  форм, можно сделать выводы: 

не может быть грамматической категории, представляет лишь одними аналитическими формами, ибо  само выделение аналитической формы, изолирование определенного словосочетания от других, близких к нему словосочетаний, основывается на параллелизме с синтетическими формами. 

Не может быть аналитических слов, а могут быть только лишь аналитические формы  слова, а отсюда рассмотрение сочетаний  типов be tired устать, be surprised удивиться  и т.п.  

Между словосочетаниями и аналитическими формами могут  быть переходные случаи, что в определенных условиях контекста и создает  известную нечетность границы между  аналитическими формами и словосочетаниями. Так сочетание he would go в одних случаях  может сопоставляться с простой  категориальной формой наклонения, - а  именно сослагательным 2-м (he would go if he were not busy он пошел бы, если бы не был занят), выступая как аналитическая форма  условного наклонения. В других же случаях в глаголе would может оживать  значение желания, тогда он сближается с глаголами want, wish, и сочетания he would go начинают выступать уже не как  аналитическая форма, а как словосочетание модального глагола с инфинитивом. Однако есть случае, в которых границы  между аналитическими формами и  прочими словосочетаниями являются четкими. Так, образованные с помощью  вспомогательного глагола do отрицательные  и вопросительные формы глагола I don’t speak, я не говорю и do ( I ) speak говорю ли (я) сопоставляются только с утвердительной синтетической формы I speak я говорю. Ни каких словосочетаний, с которыми они могли бы быть сопоставлены и  которые могла бы оторвать их от простых форм, в английском языке  нет, поэтому эти формы являются очень устойчивыми. 

Глава 2. Синтетические  формы слова. 

2.1. Синтетический  способ образования слов 

В современном английском языке существует два способа  образования грамматических форм слова: синтетический    и    аналитический. 

Синтетический способ образования форм слова включает: 1) образование форм слова посредством  его изменения при сохранении того же самого, корня: (I)go (я) иду, (he) goes (on) идет и 2) образование форм слова  с помощью сплетения корней, или  супплетивности: (I) go (я) иду, (I) went (я) шел. Формообразование посредством сплетения  корней встречается очень редко  и играет в английском языке менее  важную роль по сравнению с изменением слова при сохранении тождества  корня. 

Образование форм слова  путем его изменения при сохранении того же самого корня в свою очередь  делится на: а) «образование форм при  помощи аффиксации, когда основа слова  соединяется с определенной частицей-аффиксом, например: table стол — tables столы, (I) work (я) работаю, (I) worked (я) работал и т. п.; б) образование форм при помощи чередования  звуков в корневой части слова, т. е. путем внутреннего изменения  самого корня: (I) give (я) даю - (I) gave (я) дал, man мужчина — men мужчины»[12]  

При образовании  форм слова «чередование звуков в  английском языке всегда сочетается с аффиксацией: ср. (I) keep (я) храню  — (1) kept (я) хранил, child ребенок — children дети, где выделяются суффиксы -( ), t, -( ) и -ren, соответственно».[13]  

2.2. Образование форм  слова с помощью аффиксации 

В зависимости от места, которое занимает формоизменительная морфема в форме слова, аффиксация как способ образования грамматических форм выступает в виде «префиксации- (формоизменительная морфема предшествует корню), суффиксации (формоизменительная морфема следует за корнем и за словообразовательными суффиксами, осложняющими его) и инфиксации (формоизменительная морфема вводится внутрь корня)»[14] . 

Из указанных трех видов аффиксации в современном  английском языке для образования  форм слов используется только один, а  именно — суффиксация. Префиксация  в системе формообразования была известна в английском языке лишь в древний период: ср. да. writan писать — ge-writan написать, singan петь — a-singan пропеть  и т. п., представляющие собой разные формы вида тех же самых глаголов. В дальнейшем этот способ образования  форм был утрачен. Что же касается инфиксации, то она не была свойственна английскому языку и в глубокой древности. Единственным примером инфиксации мог бы служить глагол stand стоять — прош. вр. stood, если принять, что -n- в stand не принадлежит корню и выступает на положении самостоятельной морфемы. 

 Омонимия словоизменительных  суффиксов связана в современном  английском языке с использованием  ограниченного числа звуков для  образования звуковых оболочек  этих суффиксов, что в свою  очередь объясняется рядом особенностей  исторического развития английского  языка (выпадением и отпадением  слабоударных гласных, совпадением  и отпадением некоторых согласных,  например —носовых [m] и  [n] и др.). 

Говоря об омонимии грамматических суффиксов, следует  строго различать: 1) омонимию форм в  пределах одной и той же части  речи и 2) омонимию форм, принадлежащих  словам разных частей речи. Омонимия первого  типа наблюдается в таком случае, как [ho:siz]: данное звучание является одновременно звучанием формы множественного числа и формы притяжательного  падежа слова horse лошадь — horses и horse's, соответственно; ср. также I speak я говорю и he can он может. Примером омонимии второго вида может  служить омонимия в случае типа [drinks], где совпадает звучание формы  глагола drink пить — (he) drinks он пьет и  формы существительного drink напиток  — drinks were served подали напитки.[15]  

«Образование форм слов разных частей речи с помощью  омонимичных суффиксов широко распространено в современном английском языке. 

Так, звучание [(i)z, s] (орф. -s, -(e)s, -'s, -s', -se) выступает как  звучание ряда разных омонимичных суффиксов:»[16]  

1) -(e)s суффикса множественного  числа существительных: horse лошадь  — horses лошади; 

2) -s суффикса притяжательного  падежа: horse лошадь —horse's лошади, children дети — children's детей; 

3) -se суффикса множественного  числа указательных местоимений  this и that:  this — these этот —  эти; that—those тот — те; 

4) -s суффикса самостоятельных  субстантивных форм притяжательных  местоимений: ours наш и др.; 

5) -(e)s суффикса единственного  числа третьего лица настоящего    времени   изъявительного   наклонения:    (he) writes (он) пишет,  ср. (he) writes—(they) write (они)пишут; (he) writes —  (I) write (я) пишу;  (he) writes — (he) wrote (он) писал; (he) writes — (if he) wrote (если) бы (он) написал. 

Омонимичными суффиксами являются и суффиксы со звучанием   [(э)п]: 

1) -en суффикс множественного  числа существительных: ох—oxen бык—быки; 

2) -nе суффикс субстантивной  формы притяжательного местоимения:  my — mine мой и др.; 

3) -n суффикс причастия  2-ого:  written написанный, seen виденный. 

Разные, лишь внешне, по своему звучанию совпадающие суффиксы мы имеем также в случае типа long-est — speak-est. В первом случае -est представляет собой суффикс превосходной степени: ср. long длинный; longer длиннее; longest длиннейший; а во втором — архаический суффикс 2-го лица единственного числа настоящего времени: (thou) speakest (ты) разговариваешь, (thou) writest (ты) пишешь и т. п. 

Особенно широко омонимия в пределах одной части  речи распространена в системе форм глагола. Так, например, под внешней  оболочкой -(e)d [-d, -t], являющейся специфичной  для глагольных и только глагольных словоизменительных суффиксов, скрываются омонимы — суффикс прошедшего времени (ср. (I) ask — (I) asked (я) спрашиваю  — (я) спросил) и суффикс причастия 2-ого (ср. asking — asked спрашивающий — спрошенный). Некоторые ученые склонны рассматривать  эти случаи как одну глагольную форму  в разных ее употреблениях. Однако различие в значении рассматриваемых форм говорит об их нетождественности: хотя обе они объединяются общей идеей  прошлого, первая характеризуется значением  активного действия и выражает предикативность, а вторая — значением пассивного состояния, не связанного с предикативностью. «Кроме того, наличие параллельных неомонимичных форм в системе  неправильных глаголов, таких, как sang пел  — sung петый, showed показал — shown показанный, также свидетельствует о том, что в общей системе языка  формы прошедшего времени и причастия 2-ого разграничиваются».[17] Иными  словами, случаи asked и as-ked воспринимаются на фоне sang — sung и т. п. не как одна, а как две омонимичные формы  глагола ask, ибо, хотя количественно  неомонимичных форм типа sang — sung и  немного, тем не менее мы вправе говорить об их широкой распространенности в  языке, так как они принадлежат  словам наиболее часто употребляемым, а следовательно и об их влиянии  на общее понимание соотношения  форм глагола в целом. 

При рассмотрении омонимии в системе форм глагола встает вопрос и о так называемых «формах  на -ing». 

Следует решить, что  представляют собой эти образования  — одну «инговую» форму глагола  с разными значениями, т. е. «случай  грамматической полисемии, либо две  омонимичные грамматические формы  — субстантивную (герундий) и адъективную (причастие), либо, может быть, даже три  формы: субстантивную, «причастную», соотносимую  с прилагательным — типа I saw him laughing Я увидел его смеющимся и «деепричастную», соотносимую с наречием — в  предложении типа Не said that laughing Он сказал это смеясь»[18] . 

Проще обстоит дело с причастием и герундием: различие этих омонимичных форм не вызывает сомнения, поскольку оно опирается  на твердый фундамент вне системы  глагола (причастие тяготеет к прилагательному, герундий — к существительному). Затруднения возникают лишь в  случае так называемого «полугерундия» — в случаях типа I did not notice the train stopping Я не заметил, как остановился  поезд и т. д. Сомнения относительно принадлежности здесь stopping к герундию возникают потому, что при герундии существительное обычно • выступает  в притяжательном падеже и вместо the train stopping естественно было бы ожидать the train's stopping. В целом же вопрос о  полугерундии и правомерности его  выделения очень сложен и должен явиться предметом специального исследования. 

В английском языке  широко распространена нулевая суффиксация, что еще больше усиливает видимость  почти полного отсутствия в современном  английском языке морфологических  средств, а тем самым видимость  «аморфного» характера этого  языка. 

Омонимия грамматических суффиксов, широко распространенная в  английском языке, касается и нулевых  суффиксов. Тот или иной нулевой  суффикс часто оказывается омонимичным  с другими нулевыми суффиксами. Так, например, в случае (I) love (я) люблю  и (to) love любить выступает не одна, а  две глагольных формы с нулевым  оформлением. «Выделение двух форм основывается здесь па различии в их значениях, которые никак не могут быть объединены воедино (в форме инфинитива (to) love отсутствуют значения времени, числа, лица и пр., имеющиеся у личной формы love), а кроме того на наличии  таких случаев, когда различие этих грамматических форм выражено и внешне (в звуковых оболочках): (1) am — (to) be»[19] . Если же принять во внимание возможность  омонимии пулевых суффиксов, то тогда  оказывается, что английский язык совсем не так беден в области морфологии, но только его система морфологических  средств выступает в известных  случаях, так сказать, в «скрытом состоянии». 

2.3. Образование форм  слова при участии чередования 

 Чередование звуков  есть факт различия звуков, занимающих  одно и то же место в звуковой  оболочке той же самой морфемы,  в разных случаях ее применения. 

Основным и ведущим  средством формообразования является аффиксация, чередование же в корне  выступает как нечто дополнительное и обусловленное аффиксацией, в  том смысле, что основными различителями  словоформ и слов в целом являются, как правило, не варианты одних и  тех же морфем, а разные морфемы; варьирование же той же самой морфемы  лишь сопровождает разность других морфем и зависит от этой разности, обусловлено  ею: варианты данной морфемы семантически дифференцируются и принимают участие  в различении значений словоформ  лишь при условии  и   под     воздействием     разности    других морфем. 

Так, например, «в случае чередования в глаголе catch схватывать — catch [kaetf]1 —caught [ko:t] для образования  формы прошедшего времени caught используются следующие средства: 

1)чередование согласных: [-tf] в catch и «нуль» в caught; 

2)чередование гласных:   [-ее-] в catch и  [-о:-] в caught; 

3)суффиксация: нулевой  суффикс в catch и [-t] в caught»[20]  

«Чередование звуков в современном английском языке  не является продуктивным способом образования  форм слова и в целом ограничено определенными рамками»[21] . Оно очень  распылено, раздроблено и наблюдается  в отдельных словах или маленьких  группах слов, не представляя собой  определенной стройной системы. Вместе с тем, однако, чередование глубоко  проникает в строй языка, так  как оно используется для образования  форм иаиболее часто употребляемых  слов. Это создает как будто  бы известное противоречие, заключающееся  в том, что, с одной стороны, чередование  представляет собой, так сказать, «мертвое»  явление в языке, а с другой, оно широко распространено и отнюдь не имеет тенденции к исчезновению. Напротив, иногда наблюдается ошибочное  расширение сферы применения чередования  гласных: ср. употребление brang вместо brought в качестве формы прошедшего времени  глагола bring приносить (наряду со случаями употребления seed вместо saw в качестве формы прошедшего времени глагола see видеть); такие случаи аналогического образования убедительно показывают, что чередование гласных в  современном английском языке занимает прочное место в системе  формообразования. 

Чередование гласных  в английском языке встречается  в разных частях речи, но в основном оно типично для глагола. 

В имени существительном  чередование гласных используется в небольшой группе слов для «дифференциации  форм единственного и множественного числа: ср. loot [-u-] нога — feet [-i:-] ноги, где  чередование гласных в обоих  числах сопровождает нулевую аффиксацию; ср. также child [-ai-] ребенок — children [-i-] дети с нулевым суффиксом в  единственном числе и с положительным  суффиксом [-он] во множественном»[22] . 

В имени прилагательном чередование гласных было широко представлено в формах степеней сравнения  лишь в древнеанглийском языке;  в современном же языке для  образования форм степенен сравнения  повсюду используется только аффиксация, если отвлечь-ся от единичных случаев  супплетивного образования форм степеней сравнения. Подобные образования  позволяют рассматривать и соотношение much — more — most как чередование (точнее, новое чередование гласных в  системе форм степеней. сравнения).В  качестве случая чередования гласных  можно рассматривать также и  соотношение little 

«В системе местоимений  чередование гласных используется для образования как форм числа (this [-i-] этот — these [-i:-] эти, that [-ae-] тот  — those [-ou-] me), так и падежа (he [-i:-] он — him [-i-] его; they [-ei-] они — them [-е-] их; — thou [-аu-] ты — thee [-i:-] тебя)»[23] . 

Следует заметить, что  для разграничения форм единственного  и множественного числа здесь  кроме чередования гласных используется еще и чередование согласных: в this — these звук [-s] чередуется с [-z], в that — those [-t] чередуется с [-z], причем во множественном  числе, как мы видим, в обоих случаях  выступает согласный [z], т. е. звуковая оболочка типичного суффикса множественного числа существительных[24] . Это позволяет  предположить, что в системе местоимений [-z] в формах множественного числа  также выделяется в качестве аффиксальной морфемы — суффикса множественного числа (в известной степени родственного соответствующему суффиксу множественного числа у существительных). Но если это действительно так, то тогда, следовательно, «чередование согласных  в корне в случае this — these и that — those выступает не как [-s] — [-z] и [-t] — [-z], а как [-s] — [ ] и [-t] — [ ], т. е. как  чередование с нулем (поскольку [-z] является суффиксом, а не принадлежит  корню слова); и поэтому в целом  в случаях this — those, that — those формы  множественного числа образуются с  помощью суффикса [-z] и чередования  гласных ([-i-] — [-i:-] и [-ае-] — [-ou-], соответственно) и согласных ([-s] — [ ] и  [-t]— [  ], соответственно)»[25] . 

В глаголе подавляющее  большинство наиболее употребительных  слов образует формы с участием чередования (так называемые неправильные глаголы).