ТНК и международная миграция капитала

СОДЕРЖАНИЕ

Введение_____________________________________________________3

1. ТНК и международная миграция капитала (инвестиций)_______ 4

2. Мировая торговля__________________________________________ 8

3. Международный обмен технологиями________________________ 12

4. Международные валютно-финансовые отношения_____________13

Заключение__________________________________________________15

Литература__________________________________________________ 16

Введение

В связи с  наличием объективно большой, если не сказать: жизненно важной, зависимости России от внешних условий её развития, формируемых в ходе эволюции системы международных экономических отношений (МЭО), не вызывает сомнения целесообразность прогнозирования последних на среднесрочный (4-5 лет) и более долгосрочный период. Попытка такого прогноза содержится в предлагаемой вниманию работе. При этом в работе отражен десятилетний горизонт, поскольку менее продолжительный период значительно осложняет выявление и предсказание сколько-нибудь заметных, а тем более радикальных сдвигов в системе МЭО, а выход далеко за пределы десятилетия неизбежно, причём в некой аналогии с «антигеометрической» прогрессией, снижает достоверность прогнозирования такого рода изменений.

1. ТНК и международная миграция капитала (инвестиций)

Ключевой фигурой  мировой экономики и процесса глобализации останутся транснациональные корпорации (ТНК) и транснациональные банки (ТНБ), число которых, приводимое в ежегодных докладах ЮНКТАД, будет расти и с нынешних 77 тыс. (при 770 тыс. зарубежных филиалов)¹, видимо, повысится к 2017 г., если судить по среднегодовым темпам прироста их числа в прошлом и текущем десятилетиях, до 130-150 тыс. Однако среди них действительно ведущую, если не доминирующую роль в мировой экономике и процессе глобализации будут играть не более чем 2-3 тыс. первоклассных «Multis», главным образом около 500 ТНК высшего эшелона, и 100-150 лидеров среди ТНБ.

Корпорации  высшего эшелона можно оценить  как ТНК пятого поколения, сущностными чертами которых являются:

-   глобальные экономические и политические условия функционирования, а также участие в мировом хозяйстве в качестве автономного субъекта, во многом независимого от национальных государств (своих и зарубежных) в развёртывании своей трансграничной экспансии;

-   общемировая стратегия развития, нацеленная на завоевание уже не отдельных сегментов мирового рынка, а ключевых мирохозяйственных позиций в производстве и реализации продукции приоритетного для данной ТНК профиля, чему подчинены организация НИОКР и инновационного процесса, корпоративное управление, глобальные маркетинг и послепродажное обслуживание, постоянная связь с потребителями (реальными и потенциальными);

-   гибкое сочетание в этой планетарной стратегии, с одной стороны, слияний и приобретений (поглощений) капиталов (СиП), ведущих к образованию новых или расширению действующих компаний, и, с другой стороны, формирования международных стратегических альянсов (МСА) как взаимосвязанных и в то же время альтернативных инструментов для дальнейшего развёртывания трансграничной экспансии ТНК, причём в определённые отрезки времени в зависимости от мирохозяйственной конъюнктуры предпочтение отдаётся тому или другому - СиП или МСА;

-   всемирный характер воздействия на движение и использование факторов производства (капитала, рабочей силы, природных ресурсов, предпринимательских способностей и др.): 380 крупнейших корпораций сосредоточили сегодня в своих руках 40% глобального ресурсного потенциала и 80% технологических нововведений;

-   всемирная система международного производства, размещённого в большинстве стран мира, т. е. вынесение большей части производственной, сбытовой и сервисной деятельности за пределы экономического пространства страны базирования головной штаб-квартиры; преобладание внутрифирменных каналов перемещения (трансферта) промежуточных результатов (комплектующих изделий);

-   формирование широкой, по существу планетарной сети филиалов, дочерних и ассоциированных компаний в различных государствах.

Эти сущностные черты у  ТНК-2017 сохранятся, подвергнутся частичной модификации, обогащению и усложнению, но вряд ли будут заменены и дополнены существенными другими характеристиками. Иными словами, едва ли появятся веские основания говорить о ТНК шестого поколения.

Организационная структура  ТНК, оперативность управления разбросанными по всему миру многочисленными подразделениями выделяет ТНК в особую группу хозяйствующих субъектов на международном уровне. В этой связи существует определённая опасность подрыва государственного суверенитета различных стран, открывших широкие двери для инвестиций ТНК. Тем не менее, надёжно защитить ту или иную страну от чрезмерного влияния ТНК и злоупотребления ими своими корпоративными интересами призвано государственное регулирование их деятельности.

Государства продолжают вводить в действие новое законодательство и другие нормы регулирования операций ТНК, чтобы сделать свой инвестиционный климат более привлекательным для последних. По данным ЮНКТАД, из 1170 изменений, внесённых в национальные режимы для ПИИ в 2001-2005 гг., в 1043 случаях речь шла об открытии новых областей для ПИИ и о дополнительных мерах стимулирования. На международном уровне количество двусторонних инвестиционных договоров (ДИД) и договоров об избежании двойного налогообложения (ДИДН) достигло в 2005 г. соответственно 2495 и 2758, причём большинство ДИД и ДИДН развивающиеся страны заключали между собой. На региональном и глобальном уровнях были заключены такие международные инвестиционные соглашения, которые призваны способствовать повышению открытости национальных экономик перед ПИИ. Указанные нормативно-правовые акты и соглашения, как правило, строятся в соответствии с Кодексом либерализации движения капиталов Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР), что является императивом и для России, которая с 1996 г. официально выражает намерение присоединиться к ОЭСР¹.

Ведущая роль ТНК высшего эшелона в  мировом хозяйстве и системе  МЭО однозначно детерминирует для  России следующий императив: чтобы  РФ в прогнозируемый период смогла утвердить себя как мировая экономическая держава российское бизнес-сообщество при поддержке государства должно предпринять активные усилия по формированию и развёртыванию глобальной экспансии первоклассных ТНК, базирующихся в нашей стране. Пока такого качества достигли только несколько российских ТНК сырьевого профиля и производящих продукцию низких стадий переработки («Газпром», «ЛУКойл», «Русал», «Норильский никель» и др.). В то же время некоторые ТНК из стран, сопоставимых с РФ по ряду параметров, уже фигурируют среди лидеров в отраслях глубокой переработки, в том числе высокотехнологичных секторах (например, индийские «Инфосис» и «Уипро текнолоджис» в сфере информационно-телекоммуникационных услуг). Без формирования собственных первоклассных ТНК в отраслях глубокой переработки, особенно высокотехнологичных, РФ будет окончательно вытеснена на периферию мирового хозяйства. Особенно важно, чтобы ТНК высшего эшелона стала создаваемая в настоящее время Объединенная авиастроительная корпорация.

Формирование  и экспансия первоклассных ТНК, как показывает мировой опыт, невозможны без активной поддержки государства- прямой и косвенной, экономической и неэкономической (политической, организационно-правовой и т.д.). Это, по-видимому, вполне осознают в высших эшелонах государственной власти в России. Вместе с тем трудно согласиться с Л. Слуцким (1-й зам. председателя комитета Госдумы РФ по международным делам), что «дело продвижения наших ТНК на зарубежные рынки стало поистине государственным»². Во всяком случае, содержание обширной статьи Л. Слуцкого в правительственной газете не несёт в себе убедительных доказательств данного тезиса, особенно на фоне приводимых им примеров по другим государствам. Оно свидетельствует скорее об интересе и благожелательном отношении российского руководства к формированию и внешней экспансии «наших» ТНК, чем об активной и продуманной поддержке государством этих процессов.

Так или иначе, в области содействия со стороны  государства завоеванию российским бизнесом прочных позиций в мировой элите ТНК не видно чётко сформулированной, целеустремлённой и комплексной, действительно глобальной стратегии, скорейшая разработка которой настоятельно необходима и стала бы «поистине государственным делом».

Для превращения  в первоклассные ТНК действующие ныне российские компании (это в той или иной степени и в специфических для кредитно-финансовой сферы формах относится и к банкам) должны предпринять- по своей инициативе и на базе уже имеющегося собственного потенциала- по меньшей мере следующие шаги:

-СиП и(или) формирование стратегических альянсов с отечественными партнёрами;

-  первичное размещение (IPO) своих акций и других ценных бумаг в одном из ведущих мировых финансовых центров, предпочтительно на Лондонской фондовой бирже;

- приобретение долевых участий в капитале первоклассных зарубежных ТНК или дружественное слияние с ними;

-  вступление в МСА.

Формирующиеся первоклассные ТНК российского  происхождения, если они намерены утвердить  себя в таком качестве, должны сыграть  существенную роль в продолжении тенденций к повышению удельного веса развивающихся стран и стран с переходной экономикой (СПЭ) в общемировом объёме трансграничных СиП (с 4 до 13% за 1987-2005 гг.) и по числу заключённых сделок СиП (соответственно с 5 до 17%), а также в глобальных ПИИ в целом. Доля указанных стран в мировом импорте ПИИ повысилась с 20,3% в 1978-1980 гг., до 22,6% в 1998-2000 гг. и 40,6% в 2003-2005 гг., а в мировом экспорте ПИИ - соответственно с 3,0% до 9,6% и 14,1% при соответствующем уменьшении удельного веса развитых стран. Обе тенденции в прогнозируемый период, вероятно, получат дальнейшее развитие при более активной роли России в этих взаимосвязанных процессах.

В 2005 г., по данным ЮНКТАД, РФ заняла 3-е место среди  развивающихся стран и СПЭ по объёму накопленных собственных ПИИ за рубежом (120 млрд долл.) - после Гонконга² и Британских Виргинских островов, которые можно лишь весьма условно отнести к данной категории стран. При этом РФ существенно опередила во многом сопоставимую с ней по макроэкономическим и социальным параметрам Бразилию (72 млрд) долл. Накопленный за рубежом российскими ТНК капитал в форме ПИИ, а также снятие Банком России с 1 июля 2006 г. ограничений для российских резидентов на внешнеэкономические операции с капиталом (это представляет собой важную и, безусловно, необходимую веху на пути к реальному обеспечению полной конвертируемости рубля) могут стать трамплином для дальнейшей экспансии и укрепления позиций ТНК, базирующихся в РФ, в мировом хозяйстве. При этом необходимо добиться того, чтобы эти ПИИ осуществлялись на легальной основе и обеспечивали реальное присутствие российских ТНК в ключевых отраслях экономики зарубежных стран, которое вновь и вновь завоевывают и подтверждают для себя иностранные ТНК высшего эшелона.

2. Мировая торговля

Вследствие  дальнейшего углубления международного разделения труда, прежде всего внутриотраслевого, продолжит развитие тенденция к  опережающему росту мировой торговли по сравнению с мировым производством ВВП. В прогнозируемый период процесс повышения удельного веса услуг в мировой торговле (как и в производстве глобального ВВП) продолжится, но замедлится. Это станет результатом того, что мировой экспорт услуг будет, как и за весь период после Второй мировой войны, показывать несколько большую динамику по сравнению с экспортом товаров в форме материального продукта (см. нижеследующий рисунок 1).

Рис. 1 Прогноз роста мирового товарного экспорта в целом, экспорта сельскохозяйственной продукции, экспорта продукции добывающей промышленности, экспорта продукции обрабатывающей промышленности и мирового экспорта услуг на 2007-2017 г. (2000 г. = 100)*

Вместе с тем различия среднегодовых темпов прироста мирового экспорта услуг и товаров (соответственно 7,0% и 6,4% - см. рис. 2) будут не столь значительными, как в предшествующие десятилетия, причём эти темпы в отдельные годы будут заметно отклоняться вверх или вниз от линии тренда. Более того, если за прогнозную базу принять данные ВТО за 1996-2005 г., то приведённые на их основе расчёты показывают, что темпы прироста обоих показателей в 2007-2017 гг. будут примерно одинаковыми, причём даже с небольшим опережением по товарам (соответственно 7 51% и 7,56%).

среднегодовой темп прироста доли РФ в мировом  экспорте товаров - 4,56%, в мировом экспорте услуг - 2,28%.

Рис. 2 Прогноз  изменения доли РФ в мировом экспорте товаров и услуг до 2017 г.*

Среднегодовой темп прироста за 2007-2017 гг. мирового товарного экспорта в целом -6,4%, экспорта сельскохозяйственной продукции - 4,9%, экспорта продукции добывающей промышленности - 3,8%, экспорта продукции обрабатывающей промышленности - 7,1%, мирового экспорта услуг - 7,0%.

В торговле товарами вследствие успешных усилий бизнеса и государств по снижению материалоёмкости и энергоёмкости производства продолжится рост удельного веса (по стоимости) продукции обрабатывающей индустрии при соответствующем уменьшении доли добывающей промышленности (это отражается в более высокой динамике показателей мирового экспорта изделий обрабатывающей индустрии по сравнению с экспортом продукции добывающей промышленности на рисунке б)¹ В мировом экспорте услуг повысится доля прочих услуг (особенно услуг в области НИОКР, информационно-коммуникационных, консультационных, инжиниринговых и других услуг из разряда деловых) по сравнению с транспортными и туристическими. К этим тенденциям российскому бизнесу будет необходимо адаптировать свой производственный и экспортно-сбытовой аппарат.

В обозримой перспективе  спрос на российские энергоносители будет оставаться стабильно высоким. Этому будет способствовать прогнозируемый ведущими мировыми экспертами рост энергопотребления в мире с 16 млрд т у. т. в 2005 г. до 22 млрд т у. т. в 2020 г. Значительно вырастет энергопотребление в основных странах-потребителях, решающим образом зависящих от импорта (США, Китае, Индии и др.). Так, доля импорта в потреблении нефти США вырастет с 58% в 2005 г. до 75% в 2020 г. Всё это будет способствовать поддержанию, а, возможно, и укреплению позиций РФ как великой энергетической державы, несмотря на вероятность некоторого снижения цен на нефть и газ по сравнению с пиковым уровнем 2005-2007 гг., резкий рост затрат на поддержание и развитие инфраструктуры для российского экспорта нефти и газа, растущую конкуренцию не только со стороны стран Ближнего Востока, но и государств Северной Африки, Каспийского региона, Центральной Азии.

Именно на эти  регионы делает акцент ЕС в своей  стратегии диверсификации географии  энергопоставок. Тем не менее в  Европе РФ сохранит роль регионального энергетического лидера, поскольку она имеет для этого наилучший для поставок в ЕС инфраструктурный (трубопроводный и др.) и ресурсный потенциал (к 2017 г. добыча нефти в РФ вырастет до 520-540 млн по сравнению с 470 млн т в 2005 г., а газа до 730-750 млрд куб. м по сравнению с 638 млрд куб. м), репутацию безусловно надёжного поставщика, политическую волю и далее выступать в этом качестве и необходимую для этого внутриполитическую стабильность. Утверждению обозначенных выше позиций в мировой и европейской энергетике будет способствовать и поддержание Россией своей роли великой военной державы с ядерным потенциалом, сопоставимым с США, что будет опираться на более солидный экономический фундамент. В целом вследствие действия указанных и ряда других факторов РФ будет одной из «несущих опор», обеспечивающих стабильность мировой экономики и нормальное функционирование системы МЭО.

Процесс дальнейшей либерализации мировой торговли в рамках Всемирной торговой организации (ВТО) будет протекать значительно менее поступательно и интенсивно, чем в ходе предшествовавшего преобразованию ГАТТ в ВТО (1995 г.) Уругвайского раунда торговых переговоров, важнейшие решения которого до сих пор выполнены в лучшем случае частично. Это касается, прежде всего, поэтапного уменьшения развитыми странами субсидирования своих производителей и экспортёров аграрной продукции, а также преобразования нетарифных барьеров на пути импорта в эквивалентные им тарифные ограничения при последовательном снижении последних. По вопросам реализации этих решений и дальнейшей либерализации мировой торговли в ходе текущего, Дохийского, раунда торговых переговоров в ВТО с 2001 г. ведётся острая, подчас ожесточённая полемика, в которой «водораздел» проходит главным образом по линии Север-Юг.

Вступление РФ в ВТО, которое, видимо, может быть оформлено в 2007 г., не только даст ей возможность равноправного участия в мировых торговых переговорах в ходе Дохийского и будущих раундов, но и создаст более благоприятные предпосылки для решения вышеуказанной стратегической задачи по диверсификации российского экспорта в сторону повышения доли готовой, особенно машино-технической, в том числе высокотехнологичной, продукции. При всех случаях оно благоприятно скажется на динамике российского экспорта продукции обрабатывающей промышленности и на дальнейшем укреплении тенденции к повышению доли РФ в мировом экспорте товаров и услуг.³

Вместе с  тем в данном контексте речь может  идти только о новых шансах для решения Россией в более или менее отдалённом будущем данной задачи, для реализации которых потребуются большие усилия российского бизнес-сообщества при активной поддержке государства, не противоречащей правилам ВТО. В этой связи представляется целесообразным разработать по линии государства комплексную программу стимулирования экспорта (несырьевого). Думается, что принятая в 1996 г., но оставшаяся на бумаге Федеральная программа развития экспорта была рациональной и в достаточной мере учитывающей мировой опыт.

Так, в соответствии с мировым опытом она предусматривала выделение 0,35% ВВП на стимулирование экспорта, но таких средств тогда не нашлось. Сегодня финансовый потенциал для этого имеется, поэтому указанная программа могла бы быть принята за основу при разработке новой Федеральной программы содействия (несырьевому) экспорту и подвергнута соответствующей коррекции с учётом сегодняшних реалий.

Главной целью  новой программы, рассчитанной на 5-7 лет, могло бы стать повышение  удельного веса готовых изделий  в российском экспорте с 21% (по последним  сопоставимым данным Всемирного банка за 2004 г.) до как минимум 30%, что превзошло бы уровень Австралии (25%), структура экономики и внешней торговли которой, как и ряд других показателей, сопоставимы с российскими аналогами. В более отдалённой перспективе Россия могла бы - на базе реализации указанной программы - «замахнуться» и на показатель (60%) Канады, также сопоставимой с нами.

3. Международный обмен технологиями

В контексте  развития такой формы МЭО, как международный обмен технологиями и научно-техническое сотрудничество, в прогнозируемый период продолжится наблюдаемая в последние 2-3 десятилетия тенденция к повышению мирохозяйственной роли международной научно-производственной кооперации (МНПК) - наиболее прогрессивной синтетической (производной) формы МЭО, далеко выходящей за рамки традиционной торговли. МНПК, реализуемая на межфирменном уровне в благоприятных для неё институционально-правовых условиях, формируемых государствами, включает в себя переплетение капиталов и(или) образование МСА фирмами-партнёрами, специализацию и кооперирование производства, обмен результатами НИОКР и(или) совместные разработки и внедренческую деятельность.

Россия весьма заинтересована в развитии МНПК между  российскими хозяйствующими субъектами (РХС) и ведущими зарубежными ТНК, которая в настоящее время находится в эмбриональной форме, что обусловлено главным образом узостью круга РХС, привлекательных как участники МНПК для их потенциальных зарубежных партнёров⁴.

Другой важнейшей  причиной, детерминирующей такое  состояние МНПК между указанными участниками МЭО, является отсутствие в РФ правовой базы для стимулирования участия РХС в МНПК, каковая имеется во многих государствах, прежде всего развитых, а также в Евросоюзе.

Обсуждавшаяся на рубеже предыдущего и нынешнего  десятилетий в Государственной думе РФ идея разработки и принятия специального закона о содействии развитию МНПК, к сожалению, до сих пор не воплотилась в соответствующем законопроекте. Необходимо вернуться к данной идее и реализовать её уже в ближайшее время. Это дало бы импульс для претворения в жизнь уже наметившихся и других проектов МНПК³ и создания соответствующих МСА с участием российского бизнеса и государства.

В течение всего  периода до 2017 г. следует прогнозировать опережающий по сравнению с торговлей  товарами рост мирового технологического обмена в форме торговли патентами, лицензиями и ноу-хау, инжиниринговыми и консалтинговыми услугами. При этом России в первой половине прогнозного периода вряд ли удастся сократить из года в год складывающийся в постсоветский период крупный дефицит в обмене технологиями с зарубежными странами. Превращение данного дефицита в актив возможно лишь со второй половины следующего десятилетия при условии существенного улучшения финансирования НИОКР, совершенствования организации последних и внедрения их результатов в производство. Заметную роль в улучшении российского баланса по обмену технологиями могло бы сыграть эффективное использование РХС отмеченного выше сдвига в организации и финансировании НИОКР со стороны ТНК.

4. Международные валютно-финансовые отношения

До 2017 г. сохранятся два «столпа» ныне действующей Ямайской валютной системы - плавающие обменные курсы валют и ведущая роль доллара США о резервной валюты и валюты международных расчётов. Вместе с тем роль доллара в рамках этой системы снизится. Прогнозируемый многими учёными и экспертами переход к системе, основанной на нескольких резервных валютах, возможен за горизонтом 2017 г. В то же время в прогнозируемый период продолжат своё развитие тенденции, действующие в этом направлении.

Так, доля доллара  США в общемировых валютных резервах (запасах уже сократилась с  примерно 80% к началу 1990-х гг. до 70% в 1999 г. и 66% в 2005 г. и в прогнозируемый период будет показывать тенденцию к дальнейшему снижению. Вместе с тем доллар США ещё на протяжении десятилетий способен быть заметной валютой с долей в мировых резервах порядка 30-45%⁵.

Евро может  превратиться в главную резервную  валюту мира к 2025 г. или даже раньше, если британский фунт и другие продолжающие самостоятельное существование валюты стран ЕС задолго до указанного срока вольются в евро зону и «канут в Лету».

Правда, до сих  пор возвышение евро выступает как  результат не столько силы этой валюты, сколько слабости доллара, обусловленной гигантскими дефицитами госбюджета и торгового баланса, а также другими известными причинами.

Превращению евро в ведущую резервную валюту препятствуют нынешний кризис ЕС как интеграционного  блока, очевидный провал принятой в 2000 г. Лиссабонской стратегии, направленной на превращение к 2010 г. экономики Евросоюза в ведущую в мире, её явное отставание от США по ряду ключевых показателей хозяйственного и особенно научно-технологического развития.

Тем не менее, евро уже преобладает над долларом как валюта для долгосрочных вложений, а также на международных рынках долговых обязательств и производных валютных инструментов⁶. Целый ряд стран стремятся значительно повысить долю евро за счёт доллара в системе своих внешних расчётов и платежей. Тегеран же 18 декабря 2006 г. и вовсе официально заявил, что намерен полностью перейти в расчётах импортёров энергоносителей из Ирана с ним с долларов на евро.

К этому следует  добавить тенденцию к возрастанию  значения евро и еврозоны для народного  хозяйства и внешнеэкономических  связей России. Доля евро в валютных резервах РФ, по официальным данным председателя Банка России С.Игнатьева, достигла 40% (доллар- 50%, другие валюты- 10%)⁷. Средства Стабилизационного фонда РФ, помещённые с 24 июля 2006 г. на специальный валютный счёт Банка России, на 45% представлены в евро (45% в долларах США. 10% - в фунтах стерлингов)⁸.

Евро всё  более активно используется как  расчётная валюта во внешней торговле и других сферах внешнеэкономической  деятельности России. Таким образом, повышается роль евро и еврозоны как  экзогенного, мирохозяйственного фактора и императива, к которому должна, руководствуясь национальными интересами нашей страны, активно адаптироваться валютная и вся внешнеэкономическая политика и стратегия российского государства.

Заключение

В прогнозируемый период 2007-2017 гг. в системе МЭО не произойдёт революционных сдвигов, равных по своей глубине переходу интернационализации хозяйственной жизни в её высшую стадию (форму) - глобализацию², произошедшему в начале 90-х гг. XX века в результате преодоления раскола мира на две противоположные и не стыкующиеся друг с другом экономические и общественные системы. По всей видимости, до 2017 г. следует ожидать главным образом эволюционного развития тенденций, наблюдаемых в последние 10-15 лет или даже несколько ранее в рамках мировой экономики во всех сферах МЭО, рассматриваемых ниже. Вместе с тем во всех этих сферах (торговле, миграции капитала и рабочей силы, валютно-расчётных отношениях, обмене технологиями и др.) обнаружатся многочисленные модификации и «нюансы», которые значительно повлияют на ситуацию и положение в глобальной экономике отдельных стран, регионов, отраслей и хозяйствующих субъектов.

В прогнозируемый период продолжится процесс глобализации, всё более придавая интернационализации хозяйственной жизни всемирный характер в тех сферах, где он таковым к настоящему времени ещё не стал: в электронной торговле (до сих пор она ведётся на крупных региональных (субконтинентальных) рынках, прежде всего в Западной и Центральной Европе и в Северной Америке), на энергетическом рынке, рынке государственных заказов, в области трудовой миграции и др. В этом смысле глобализация останется одновременно и достигнутой высшей ступенью интернационализации, т. е. состоянием последней, и нарастающим процессом.

При этом вероятность  поворота вспять, к деинтернационализации  и деглобализации, как это было между двумя мировыми войнами, представляется крайне малой, если не сказать: близкой к нулю. Подобное можно было бы себе представить, если бы мировое сообщество не справилось с терроризмом и (или) какой-либо иной из глобальных проблем, нарушающих связи в системе МЭО. Вероятные новые вспышки мирового терроризма, региональные и локальные конфликты не остановят процесс дальнейшей глобализации, хотя и могут наложить определённый отпечаток на его темпы, конкретные проявления и нюансы. Так или иначе, очевидно одно: объективные закономерности и императивы развития производительных сил на современном этапе НТР действуют в сторону продолжения и ускорения процесса глобализации, к которой должна будет эффективно адаптироваться Россия.

Литература

1. Быков П., Кокшаров А. Нас не вычёркивайте. Новая, многовалютная финансовая система будет формироваться при активном участии России // Эксперт. 2006. № 25.
2. Гладунов О. Два триллиона в копилке. Стабфонд вырос за месяц на 130 миллиардов рублей // Российская газета.6.06.2006.
3. Глобализация экономики и внешнеэкономические связи России/ Под. ред. И.П. Фаминского.- М.: Республика. 2004.
4. Кукол Е. Стабфонд отменят. Кудрин предлагает заменить его Нефтегазовым фондом // Российская газета. 6.12.2006.
5. Олеинов А. Валютная структура международных экономических отношений 5 начале XXI века // Вопросы экономики. 2005. № 4.
6. Паньков B.C. Глобализация как одна из фундаментальных тенденций развития мировой экономики // Мировая экономика и сфера сервиса. Сборник научных трудов и выступлений / Под ред. С.А. Карпова. М.: МГУСервиса. 2004.
7. Паньков B.C. Международная научно-производственная кооперация между Российской Федерацией и странами Европейского Союза // Экономика XXI века. 2005. № 1.
8. Паньков B.C. Мировая экономика в начале XXI века: от спада к оживлению и ускорению роста // Экономика XXI века. 2004. № 1.
9. Паньков B.C. Мировая экономика на пути к 2015 году // Экономика XXI века. 2002. № 8.
10. Паньков В. Россия и ОЭСР // Мировая экономика и международные отношения.2005. № 1.
11. Паньков В. Эволюция международных экономических отношений: попытка прогноза до 2017 г//Безопасность ЕВРАЗИИ. 2007. № 3.
12. Слуцкий Л. Стратегия прорыва. Российские транснациональные корпорации - «тигры» мировой экономики // Российская газета. 26.01.2007.