Вклад И. Канта в философию и естествознание

 

 

Факультет заочного обучения

Кафедра «Философия и политология»

 

 

 

РЕФЕРАТ

 

ПО ДИСЦИПЛИНЕ «Философия»

«Вклад И. Канта в философию и естествознание»

 

 

 

 

 

                                               Направление подготовки/

                                                 

                                                  Специальность: Экономика

                                                           

 

                                            

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

г. Нижний Новгород

2013г.

 

 

 

ОГЛАВЛЕНИЕ

 

ВВЕДЕНИЕ                                                                                                                    3

 

• Докритический этап творчества И. Канта. Вклад И.Канта в           5  естествознание 
• Критика чистого разума                                                                              7
• Врождённая идея добра                                                                              10
• Критика способности суждения                                                        13
• Вклад в социальную  философию                                                      15                    

ЗАКЛЮЧЕНИЕ                                                                                                             17                                                                

ИСТОЧНИКИ И ЛИТЕРАТУРА                                                                                  19                                                       

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Введение

 

 

Во второй половине XVIII —  первой половине XIX веков в Германии было несколько живших в разное время  выдающихся мыслителей, создавших грандиозные  философские учения – И. Кант (1724-1804), И. Г. Фихте (1762-1814), Г. Гегель (1770-1831), Л. А. Фейербах (1804-1872). Их интеллектуальная деятельность вошла в историю под названием немецкой классической философии. Её родоначальником был Иммануил Кант.

Иммануил Кант (1724-1804) немецкий философ и ученый, родился и всю жизнь прожил в Кенигсберге (ныне Калининград). Окончил гимназию, затем Кенигсбергский университет (1745). В 1755—1770 доцент, а в 1770—1796 профессор университета.

Все творчество Канта условно делится на два периода: докритический и критический. Первый период охватывает 1746-1760 гг., второй начинается с 1770 г., когда впервые в работе «О формах и принципах чувственно воспринимаемого и умопостигаемого мира» Кант впервые упоминает принципы своей системы критической философии. Это, конечно, не означает, что первый период не содержал произведений, в которых критически рассматриваются философские проблемы. В первый период основное внимание Кант уделяет вопросам естествознания и философии природы. Он пишет выдающийся трактат «Всеобщая естественная история и теория неба» (1755), в котором излагает свою знаменитую космогоническую гипотезу, обосновывающую диалектический взгляд на Вселенную. В частности, он выдвинул гипотезу об образовании планетной системы из первоначальной «туманности».

Иммануил Кант, являясь родоначальником немецкого идеализма, осуществляет своеобразный переворот в философии. Пытаясь обосновать новую теорию познания, он выступает с критикой предшествующих эмпирических теорий познания XVII-XVIII вв. Кант переводит проблему в иную плоскость и фактически задает гносеологическое направление в философии, которое рассматривает процесс познания как субъектно-объектное отношение. Он говорит о познающем субъекте как носителе особых способностей, которые помогают ему упорядочивать окружающий мир с помощью априорных форм чувственности и разума.

Решая вопрос об источниках и границах знания, Кант предпринимает  анализ трех основных способностей познания: чувственности, рассудка и разума. Он формулирует три знаменитых вопроса: "Возможна ли математика как наука?"; "Возможно ли естествознание как наука?"; "Возможна ли метафизика как наука?".

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

• Докритический этап творчества И. Канта. Вклад И.Канта в       естествознание

 

Кант был глубоко убежден  в возможности научного постижения естественных процессов. Математика и  механика казались ему, как и Ньютону, идеалами точного знания. Однако все  существующие системы описания мира были статичными, сиюминутными, оставляя открытыми проблемы происхождения и условий развития природы. Размышляя над вопросами возникновения космоса, пытаясь объяснить источники изменений, происходящих во Вселенной, Кант создает свое важнейшее сочинение того периода: «Всеобщую естественную историю и теорию неба, или Опыт о строении и механическом происхождении всего космоса, рассмотренного с точки зрения основных принципов учения Ньютона».

Ньютон исследовал природу  вне времени, считая процессы творения  областью   Божественного   вмешательства.   По   его  мнению, планетам свойственно притяжение как физическое действие, но они не сталкиваются и не падают на Солнце из-за противостоящей силы отталкивания, источником которой выступает Бог. По Канту же, Солнечная система возникла естественным путем в результате вихревых вращательных процессов из первичной хаотичной туманности, благодаря единству действия сил притяжения и отталкивания, свойственных самой материи. Любой процесс и любая система Вселенной возникают, изменяются и идут к своей неизбежной гибели. В природе все имеет начало и конец. При таком подходе открытым остается вопрос об источнике закономерностей, принципах упорядоченности и сообразности, свойственных космосу вообще. Его Кант решает по-ньютоновски - это Божественный промысл.

Столкнулся мыслитель  еще с одной сложной проблемой: «...легче понять образование всех небесных тел и причину их движений, короче говоря, происхождение всего современного устройства мироздания, чем точно выяснить на основании механики возникновение одной только былинки или гусеницы» (Кант И. Сочинения, т. 1, М., 1966, с. 12), не говоря уже о человеке и сознании. Но раз механика здесь бессильна, следовательно, возникновение жизни материалистически необъяснимо.

Итак, мир разнообразен и  противоречив, а логика противоречий не допускает, значит, она дает недостоверные знания? В чем же особенность человеческого познания? Каков человеческий разум? По Канту, знание делится на опытное и доопытное («априорное»). Познание имеет дело с единичными данными опыта, и потому они не могут дать обобщенного знания, которое выступает основой науки. Хаос мира явлений получает упорядоченность, необходимость лишь в сознании. Значит, не познание сообразуется с предметами, а они должны согласоваться с нашим рассудком. Силу априоризма Кант связывал с его отрешенностью от конкретного, случайного, и примером этой «чистоты» у него выступала математика. Анализу принципиальных различий между реальными и логическими противоречиями он посвятил работу «Опыт введения в философию понятия отрицательных величин».

Новаторство Канта в философии очевидно: он и сам сравнивал свои успехи с коперниковским переворотом. Но Гейне иронизировал: «Коперник заставил Солнце стоять неподвижно, а Землю обращаться вокруг Солнца... Прежде разум подобно солнцу вращался вокруг мира явлений и старался их освещать. Но Кант остановил разум, и мир явлений вращается вокруг него и освещается по мере приближения к этому солнцу». (Гейне Г. Собр.соч., М., 1958, т.6, с.96-97)

 

 

 

 

• Критика чистого разума

 

Исходным пунктом  воззрений  И. Канта является утверждение о том, что, прежде чем познавать мир, надо выяснить, можем ли мы его в принципе познать. Если да, то насколько. Необходимо установить возможности нашего познания, его границы. Главное познавательное орудие — это разум, стало быть, прежде всего необходимо выяснить способности и возможности нашего разума. Всестороннее исследование их Кант назвал его критикой, а философия, по его мнению, должна быть не постижением внешнего мира, а критикой разума, т. е. изучением его устройства, специфики и законов. Немецкий философ говорил, что к такому выводу его подтолкнуло учение Дэвида Юма, который утверждал,  что мир неизбежно скрыт от нас и поэтому знание возможно не о нём, а о своих собственных состояниях (ощущениях, чувствах, мыслях и т. п.) или что предметом философии может быть вполне доступная нам субъективная (внутренняя, психическая, духовная) реальность, но ни в коем случае не объективная (внешняя). Так же полагал и Кант: откуда нам знать каков мир, если мы имеем дело не с ним самим, а с его отражением в нашем сознании, в силу чего последнее может и должно быть главным объектом философского внимания.

То, что существует само по себе, он назвал ноуменом, или «вещью в себе», которая непознаваема, то же, что видим мы, то, как реально  существующее представляется нам, он обозначил термином феномен, или «вещь для нас». Главный вопрос заключается в том, насколько соответствует первое второму или в какой мере феномены могут предоставить нам информацию о ноуменах. Вслед за Юмом Кант утверждал: две эти области жестко разграничены, видимое нами — совсем не то же самое, что действительно есть. В нашем уме содержатся некие врожденные, или априорные (доопытные), формы сознания, под которые мы как бы подгоняем окружающий мир, втискиваем его в них, и он существует в нашем представлении совсем не в том виде, каков он на самом деле, а в том, каким он только и может быть в этих априорных формах.

Вспомним учение Секста Эмпирика: каждое живое существо устроено неким  определенным образом и поэтому  оно воспринимает действительность не такой, какая она сама по себе, но всегда видит только то, что может и должно увидеть в силу этого своего устройства. У человека, говорит Кант, тоже по-особенному устроены органы чувств и разум, и мы воспринимаем окружающий мир именно таким, каким он должен быть по нашим представлениям, т. е. не сознание сообразуется с реальными вещами, познавая их, а, наоборот, вещи — с формами сознания. Иначе говоря, мы наделяем мир своими изначальными, врожденными, доопытными знаниями и постигаем в действительности то, что сами же в нее вкладываем.

Например, мы считаем, что  реально существует время. Но давайте  вдумаемся в это понятие —  оно ведь существует только в человеческом уме, являясь специфическим термином, которого нет ни у какого другого  живого существа. А если бы не было вовсе на земле человека, то кто тогда говорил бы о времени, ведь в этом случае данного понятия нигде, никак и никогда не могло бы быть. Что же тогда такое время: реальность или же наша выдумка, которой мы пытаемся наделить реальность? Но ведь то же самое можно сказать и обо всем остальном. Мысленно проведем такую процедуру — устраним человека из мира, представим себе реальность без него. Чем тогда будет мир? Неужели таким же, как и сейчас? Но кто тогда назовет один предмет — деревом, другой — животным, а третий — рекой, кто тогда скажет, что гора выше, чем растение, что весенняя листва зеленая, что птицы летают и т. п.? Ведь нет существа, которое могло бы произнести все эти понятия и увидеть действительность через их призму. Мы просто слишком привыкли к своему представлению о мире, что считаем его самим миром, наше субъективное восприятие реальности так прочно к ней приклеилось, что мы уже давно не замечаем, что эта реальность совсем не такова, какой мы ее мним.

Вспомним всем хорошо знакомую с детства операцию: какое-либо простое  слово (например, «кастрюля») надо повторить 30—50 раз, при этом постоянно вдумываясь в его значение. Через несколько десятков повторений это слово потеряет для нас свой смысл, превратится в абсурдный набор звуков, и мы с удивлением спросим себя, почему данная вещь называется именно таким «странным» термином, а не другим. Мы привыкли к тому, что один предмет называется «кошкой», другой — «планетой», а третий — «цветком» и совершенно не задумываемся о связи названия с самим предметом, никогда не спрашиваем себя, почему дерево — это «дерево». Точно так же мы не задумываемся о связи наших представлений о мире с самим миром (хотя на самом деле связи-то никакой нет) и не спрашиваем себя, такая ли на самом деле действительность, какой мы ее видим (нисколько не подозревая, что она совершенно иная).

Вместе с тем главная  задача разума есть достижение абсолютной целостности в понятиях рассудка, овладение «трансцендентальными идеями», которые не соприкасаются с чувственным опытом. Таких идей три: о Душе, как безусловном единстве всех психических процессов; о мире, как безусловном единстве всех условных, причинных явлений; о Боге, как безусловной причине всего сущего и мыслимого. Доказать их теоретически невозможно, но противоречия, рожденные размышлениями о них, мнимые. Они возникают потому, что человек подчиняется заблуждению о возможности теоретического познания всего существующего. Такого рода суждения существуют только благодаря вере. Космологические, теологические, психологические науки не имеют права на существование; стремящиеся поставить веру в зависимость от знаний, они порождают новые иллюзии.

 

• Врождённая идея добра

 

Если нам ничего неизвестно о мире, то как в нем ориентироваться и, вообще, жить? Здесь Кант, так же, как и Юм, говорит, что нет ничего страшного в нашем незнании о реальности, в теоретическом неведении, достаточно того, что практически мы вполне можем жить в непонятном мире и достаточно неплохо в нем ориентируемся. Надо выяснить только, есть ли (или может ли быть) что-либо общее и безусловное для всех людей, некое представление или убеждение, или знание, в котором бы никто вообще не мог сомневаться. Таким принципом является врожденная идея добра, которая неизменно представлена в сознании любого нормального (не больного психически) человека. Каждый из нас прекрасно знает, что хорошо, а что плохо, что делать можно и чего нельзя, и считает добро, как и зло, чем-то реально существующим, а не просто человеческой выдумкой. Предположим, что вам предложили убить человека, гарантировав отсутствие всякого юридического наказания, а также привели убедительные аргументы в пользу того, что добро и зло — это вздор и всего лишь вымысел ума, что в действительности их нет и поэтому каждый волен делать абсолютно все. Вам доказали, что убить можно, станете ли вы убивать? Конечно же, нет. Но почему? Потому что что-то вас удерживает от этого, вы, несмотря ни на какие аргументы, видите, что этого делать нельзя, что это зло и преступление. Вам не требуется никаких доказательств, т. к. вы это знаете наверняка, а точнее — не знаете, а верите в это полностью и безусловно.

Такая вера и является врожденной идеей добра, которая прочно встроена в наше сознание, является его неотъемлемой частью и удерживает нас от непозволительных поступков. Ведь если бы мы искренне считали добро произвольной выдумкой, то творили бы все подряд. Значит, мы однозначно верим в то, что добро существует само по себе, в качестве некой реальности. Откуда в нашем уме эта идея? Оттуда же, откуда солнце в небе, сердце в груди, крылья у птицы. Что следует из нее? Ведь если добро, как мы полагаем, существует на самом деле, значит, должен быть какой-то вечный его источник или некий незыблемый гарант, которым может быть только Бог. Иначе говоря, если мы неизбежно верим в наличие добра в действительности, то вследствие этого мы также обязательно верим в Бога, как в непременную причину этого добра. Такое рассуждение является знаменитым кантовским доказательством существования Бога, который чаще всего называют нравственным аргументом. Он будет шестым по счету после пяти, рассмотренных нами в главе о средневековой философии.

Кант говорит, что ни доказать, ни опровергнуть неким логическим путем  существование Бога невозможно. Поэтому  его мысль только условно можно назвать аргументом, ведь в ней Бог выводится из нравственности. Захочется ли нам, спрашивает немецкий философ, жить в мире, который устроен по законам зла, где торжествуют злодеи и страдают невинные, где процветает только ложь и подлость, насилие и жестокость, где преступление почитается добродетелью и возможна одна несправедливость, где творятся самые жуткие и немыслимые вещи? Конечно же, не захочется. Мы непроизвольно считаем, что мир, в котором мы живем, не таков, что в нем есть и правда, и справедливость, и добро, и порядок. И поскольку мы так твердо убеждены в этом, то обязательно должны признать существование Бога как гарантии действительности и незыблемости всего вышеперечисленного. Такое предположение необходимо, т. к. без него наше существование немыслимо. Таким образом, если бы Бога и не было, то мы все равно не могли бы в него не верить, а значит, его следовало бы создать, или если Бога и нет, то он все равно есть. Вот так парадоксально, но в то же время вполне убедительно звучит кантовский аргумент.

Идея добра, неизбежная для  нашего сознания, может и должна стать всеобщим принципом взаимоотношений  между людьми. Насколько улучшится  и станет более счастливой жизнь  человеческая, если каждый будет соблюдать  одно простое правило: поступать  с другим так же, как хотел бы, чтобы поступали с тобой. Скольких бед и несчастий можно было бы избежать, если бы все мы всегда руководствовались этим нравственным требованием и считали бы его безусловным, несомненным и обязательным. Кант неоднократно говорил, что две вещи всегда завораживали его — это звездное небо над головой и моральный закон в душе.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

• Критика способности суждения

 

Кант называл культурой  способность ставить какие-либо цели. Целесообразность выступает у  Канта универсальным принципом как для природы (единого гармонического мира), так и для человека, обладающего способностью к художественному творчеству, сопровождаемому чувством удовольствия. Природу можно рассматривать - как своего рода произведение искусства, а человека - как порождение природы и Творца одновременно. Целесообразность проявляется в искусстве через прекрасное, в теологии через совершенное.

Целесообразность в эстетической области как бы не имеет цели и представляет собой свободную игру способностей человека. Прекрасное демонстрирует свою форму и тем доставляет удовольствие.  Содержание в нем либо отсутствует, либо не представляет интереса, либо недостижимо. Именно поэтому только в сфере художественного творчества возможна гениальность, так как только в ней возможны оригинальность, создание идеальных образов, новых норм и принципов. Наука же, связанная с реальным миром и его познанием, творцов не терпит. Ее удел - талантливые люди. Художник заключает цель своего существования в себе самом и может определить ее разумом. Наивысшим из всех искусств Кант считал поэзию, соединяющую в себе пластичность с полнотой мысли. Наименее совершенна музыка, которая представляет собой ощущения без понятий и без материала к размышлениям.

Целесообразность в природе  заключается в организации существ, их развитии и воспроизводстве. Этот процесс служит аналогом для человека, творца мира культуры. Она же, в свою очередь, представляет собой систему гуманистических ценностей, несущих счастье человечеству.

В первом крупном произведении критического периода «Критика чистого  разума» Кант сформулировал три  принципиальных вопроса: «Что я могу знать? Что я должен делать? На что  я смею надеяться?». В его творческом поиске родились ответы, породив еще один,- но самый принципиальный вопрос: «Каким надо быть, чтобы быть человеком? Что такое человек?»

Суть ответов коротко  сводится к следующему:

- Наши знания не являются копиями процессов, протекающих во внешнем мире. Продуктивное воображение человека располагает поступившие извне хаотичные сведения в соответствии с логическими конструкциями рассудка, полученными доопытным путем. Разум синтезирует знания, давая им единство. Он свободно порождает понятия и строит умозаключения. Свободно - значит в ходе выбора. В реальном мире все зависимо и обусловлено, и лишь в царстве знаний человек волен делать то, что считает целесообразным, опираясь на разум и веру.

-  Человека человеком  делают не знания, а поступки. Они характеризуются как моральные  лишь в том случае, когда определяются  внутренним повелением, моральным  законом. Свободно   повинуясь   долгу,   индивид   стремится   к   нравственным идеалам, то  есть видит в своем лице и в образе ближнего все человечество. Он морален, если в поведении руководствуется общечеловеческими ценностями.

-   «Дорога надежды»  прокладывается человеком собственными  усилиями  и представляет собой   творчество  в  сфере культуры.

- Человек по природе  своей зол, так как мир противоречив  и неразумен, но в нем есть  зачатки добра. Моральное воспитание  позволяет им проявиться и  победить склонности ко злу. Но нравственное благо не может быть осуществлено ни отдельным человеком, ни для одной личности. Это достижимо лишь для всех людей, только в коллективе.

 

 

 

• Вклад в социальную  философию

 

Кант видел в обществе серьезную опору гуманизма, которая  укрепляется правом.

Если надежды человека в его внутреннем мире базируются на творческих потенциях, то во внешнем  мире они обеспечиваются деятельностью  социальных институтов и юридических  законов.

Кант, придавая особое значение свободе индивида, выделяет права, которые  ее обеспечивают, являясь природными и неотчуждаемыми (в этом случае развиваются идеи, сформулированные Руссо). Гарантией таких прав выступает коллективная воля всех членов общества, ибо это их общие права. Прежде всего Кант говорил о праве приобретения, по которому всякое лицо может присвоить себе любой предмет, если это не нарушает свободы других лиц.

Вполне в духе веления  практического разума звучит сентенция  философа о том, что в обществе всякий человек должен повиноваться правовому порядку, адресованному  каждому в виде общих законов. Свобода у Канта есть право повиноваться тем законам, с которыми он согласен. Равенство - право признавать высшим, главным того, кто подчиняется безусловно диктуемому всем остальным гражданам.

Кант - враг деспотии и тирании. Избавление от них возможно путем строгого разделения властей: исполнительной,

законодательной и судебной. Их разумное соотношение позволит обуздать и ограничить любое своеволие. Единственным строем, отвечающим условиям свободы, Кант считал парламентскую республику.

Власть закона дарит людям  мир, и он должен стать вечным. Мечта  о вечном мире выражалась и обосновывалась многими мыслителями прошлого. Создавались  проекты, предлагались планы. Не остался  в стороне от этой идеи и Кант.

У Канта противоречия являются источником развития. Они свойственны всем сферам человеческого бытия (разумной, нравственной, творческой), полным антиномиями, не терпящим умиротворения и довольства. Стремясь к согласованности в отношениях, люди создали государство, установили внутри него правовой порядок, ввели законы. Но это породило другую проблему - установление правовых отношений между государствами. Неуживчивые люди и государственные организации «побуждают сначала к несовершенным попыткам, но, в конце концов, после многих опустошений, разрушений и даже полного внутреннего истощения сил, к тому, что разум мог бы подсказать им и без столь печального опыта, а именно - выйти из не знающего законов состояния диких и вступить в союз народов, где каждое, даже самое маленькое государство могло бы ожидать своей безопасности и прав не от своих собственных сил или собственного справедливого суждения, а исключительно от такого великого союза народов, от объединенной мощи и от решения в соответствии с законами объединенной воли».

Преодолеть войну можно, по мнению Канта, лишь тогда, когда она станет непосильным экономическим, финансовым и нравственным бременем для всех. Бесполезно призывать к миру тех, кто в ней виновен, бесполезно упрекать воинственных и эгоистичных, бесполезно взывать к совести монархов и политиков. Стремясь к самосохранению и опираясь на добрую волю, государства сами в ходе истории откажутся от решения вопросов военным путем. Человек стремится к счастью, и потому он заинтересован в вечном мире. А достичь его можно либо путем договора, запрещающего войны, либо «вечный мир» установится на всемирном кладбище после очередной войны.

 

 

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

 

 

Философия Канта - завершение и одновременно критика Просвещения. Она положила начало последней фазы развития классической европейской  философии, представленной школой немецкого идеализма. Особое место философии Канта, объясняет тот факт, что именно к его идеям возвращалась философская мысль XIX и XX столетий.

С именем Канта связана  революция в европейской философии. Переосмыслив традиционные философские установки, он совершил крутой поворот от онтологии к гносеологии, от натурфилософии к антропологии, результатом чего явилось создание им стройной философской системы, оказавшей громадное воздействие на последующее развитие философии и науки.

Но Кант был также крупным ученым своего времени. Предложенная им научная программа содержала целый ряд достоинств и обладала в силу этого дальнодействием. При этом он избежал абсолютизации естественнонаучного знания, соединив учение о познании с социально-культурной проблематикой и поставив на первое место человеческую личность. Сферу философии, писал он, составляют следующие вопросы. Что я могу знать? Что я должен делать? На что я смею надеяться? Что такое человек? «На первый вопрос отвечает метафизика, на второй – мораль, на третий – религия и на четвертый – антропология. Но в сущности все это можно было бы свести к антропологии, ибо три первых вопроса сводятся к четвертому». Таким образом, Кант включал антропологию в систему знаний.

Влияние идей Канта на современников и потомков огромно. Его работы породили споры и дискуссии, сформировали целые направления последователей и противников. Дебаты вокруг его творчества продолжаются до сих пор. Что в судьбе философа может быть более достойным? Кант умер и похоронен в своем родном городе. На этом месте соотечественники создали мемориал. Много войн пронеслось над городом; в 1944 году авиация союзников превратила центр Кенигсберга в руины; Советская Армия брала его штурмом. Единственным сооружением, уцелевшим в этом огненном смерче, была могила Канта.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

ИСТОЧНИКИ И ЛИТЕРАТУРА

 

1. Асмус В. Ф. Иммануил Кант. М., 1973.

2. Блинников Л. В. Великие философы: Учебный словарь-справочник. М., 1998.

3. Голубинцев В.О. и др. Философия. – Р н/Д, 2004.

4. История философии/ Под ред. В.М. Мапельман, Е.М. Пенькова. – М., 1997.

5. Кант И. Сочинения. Т. 1-6. М., 1963.

6. Маркс К.,  Энгельс  Ф.,  Из ранных произведений.  М.,  956

     7. Возможности и границы познания. М., 1995.