Влияние географических, исторических факторов на формирование народного костюма

Реферат по дисциплине «Народный костюм»

Формирование основных форм ручкой одежды в эпоху средних веков (допетровский период). Основные формы мужского и женского костюма и их связь с художественной культурой и жизнью народа

Оглавление

Введение…………………………………………………………………………...3

Влияние географических, исторических факторов на формирование народного костюма………………………………………………………………..4

Особенности художественной культуры и ДПИ, символика орнамента……...6

Основные формы костюма ……………................................................................9

Женский костюм……………………………………………………………9

Мужской костюм………………………………………………………….18

Прически, головные уборы, обувь, аксессуары………………………...24

Заключение ……………………………………………………………………...34

Библиографический список ……………………………………………………35

Введение

Народный костюм – это бесценное неотъемлемое достояние культуры народа, накопленная веками. Одежда, прошедшая в своём развитии долгий путь, тесно связано с историей и эстетическими взглядами создателей . Искусство современного костюма не может развиваться в отрыве от народных, национальных традиций. Без глубокого изучения традиций невозможно прогрессивное развитие любого вида и жанра современного искусства.

Народный костюм – не только яркий самобытный элемент культуры, но и синтез различных видов декоративного творчества, вплоть до середины ХХ века донёсшего традиционные элементы кроя, орнамента, использования материалов и украшений, свойственных русской одежде в прошлом.

На формирование состава, покроя, особенностей орнаментации русского костюма оказывали влияния географическая среда и климатические условия, хозяйственный уклад и уровень развития производительных сил. Немаловажными факторами явились историко-социальные процессы, способствующие созданию особых форм одежды, значительна была роль местных культурных традиций.

До 1930 годов народный костюм составлял неотъемлемую часть художественного облика сельского населения: русских хороводов, свадебных обрядов, посиделок и т.д. У многих народов национальный костюм в качестве праздничного сохраняется до сих пор. Он осваивается как художественное наследие современными модельерами, живет в творчестве ансамблей народный песне и танцах.

 Влияние географических и исторических факторов на формирование народного костюма в эпоху средних веков

Русская культура уникальна, но именно сочетанием особенностей, которые можно обнаружить и в других культурах. Своеобразие русской культуры было предметом внимания многих исследователей. Существовало множество идейных течений, в которых как-то выражалось отношение к русской культуре. О русской культуре было столько учений и идей, что они в целом едва ли не превосходят идейный багаж самой культуры. [3]

Слово «Русь» употреблялось для обозначения дружины киевского князя. Точного объяснения этого слова до сих пор не найдено. Предполагают, что так называлось варяжское племя, из которого вышли первые русские князья. В Х в. Русью именовался высший слой русского общества, в основном княжеская дружина, состоявшая преимущественно из тех же варягов. Выражение «Русская земля» появилось в 945 г. и имело уже географическое значение: так называлась в основном Киевская земля, где более густо селились пришлые варяги. В XI-XII вв. Русью и Русской землей называли государство, т.е. эти слова приобрели политическое значение. В Х в. русское общество включало высший слой (Русь), куда входили варяги, и славянское простонародье. Позже оно составило низшие слои русского общества, отличавшиеся правами и обязанностями от высших слоев. Из местных и пришлых племен в конечном итоге сформировалось общество Киевской Руси. [8]

Природные, психологические и бытовые факторы формирования культуры Древней Руси совсем не предполагали жесткой и централизованной власти. Централизованный способ правления, утвердившийся на Руси, парализовал стихийное и свободное созревание природных и личностных начал древнерусского человека, обусловил их неопределенность, невнятность выражения, а также их жесткую зависимость от среды, от социальности. Природные и психологические факторы оказались в плену у социального фактора, поскольку социальность никогда не воспринималась простым человеком на Руси как дело его собственных рук. Часто плен социальности понимался им как плен самой жизни, что обессиливало его и гасило интерес к ней. Это не могло не сказаться на развитии культуры, где самыми неразвитыми оказались природные, психологические, бытовые сферы и отношения между людьми. Сказалось это и на соответствующих потребностях, которые у человека на Руси были явно заниженными.

Вполне устойчивый характер имело на Руси земледелие. Охота, рыболовство, бортничество играли подчиненную роль в хозяйстве, развивались в основном под воздействием торговых отношений с другими народами. Благодаря быстрому росту городов развивалось ремесло. К концу периода древности на Руси было около 300 городов. Расцветало металлургическое производство, более всего направленное на изготовление оружия и военных доспехов. Распространялось и ювелирное ремесло. Была освоена различная техника изготовлении ювелирных изделий: ковка, чеканка, в том числе и рельефная, позолота, инкрустация, зернь, скань, эмаль. Широкое развитие получили обработка дерева, строительное дело. Мастера на Руси были знакомы и с иконописным делом, были среди них книжные писцы, косторезы. В связи с тем, что на Руси важнейшими путями сообщения являлись реки и озера, осваивалось производство легких речных судов с низкой осадкой – ладей, челнов, стругов. Истинного мастерства русские люди добивались, когда делали что-нибудь для других, а не для себя, когда работали «на показ», стремясь кого-нибудь превзойти, перещеголять.

Родословное древо русской культуры своими корнями уходит в таинственные толщи средневековья. Эти корни питались неисчерпаемыми родниками народной мудрости. И было нечто общее, объединяющее всю сформировавшуюся нацию: православие с консерватизмом его канонов и обожествлением царской власти, беззаветная любовь к родной земле, Отечеству, обычаям и традициям предков, где тесно переплетались язычество и христианство. [3]

Особенности художественной культуры и ДПИ, символика орнамента

Орнамент русского народного костюма (тканый или вышитый) мог быть растительным, зооморфным, орнитоморфным, антропоморфным и геометрическим. Весьма характерна для русского народного орнамента полиморфность, т.е. гибридность образов – сочетание в них антропоморфных, зооморфных и орнитоморфных черт, причем, чем дальше в глубь времен, тем ярче она проявляется. [4]

В древних орнаментах круг, ромб, крест, свастика олицетворяли солнце, горизонтальная линия обозначала землю, волнообразная ритмическая линия – воду, ломаная – грозные силы природы.

В русском народном костюме с особой силой проявилась любовь славянских народов к композиционным рядам, ярко выраженным в ткачестве, вышивке, несущим долевой масштаб.

Прямолинейность и геометричность орнамента объясняются тем, что техника тканья и вышивки по счету нитей затрудняла выполнение закругленных линий. Потому, например, мотив круга – символ солнца – заменяется квадратом или ромбом, поставленным на угол, что подтверждается названием этих узоров – «круги», «круговые». [4]

На русском севере глубоко традиционными мотивами орнамента были изображения женской фигуры – символа плодородия, Матери сырой земли; солярных знаков – кругов, крестов, свастики, усложненных ромбов, коня, оленя, птицы; дерева – символа вечно живой природы; двух птиц – голова к голове - символа счастливого брака.

Для южнорусского костюма характерны разработки растительных и геометрических узоров. Часто встречались мотивы косых крестов, крючковидных фигур ("гусары"), розеток, восьмиугольных звезд; ромбы с загнутыми отростками, или "рогами", на углах ("рогулечки"), с прямыми отростками ("репьи"), с маленькими ромбиками на углах ("городки"), гребенчатые ромбы и др. [1]

Наряду с ткачеством большую роль в украшении одежды и всех тканых домашних вещей (полотенец, занавесок, белья и пр.) играла вышивка. К старинным приемам русской вышивки относятся: счетная гладь, набор (имитация ткачества), цветная перевить (перевивание сетки цветными нитями, двусторонний крест, белая строчка по "выдернутой" сетке, тамбурная вышивка цветными нитями и др.).

В отделке крестьянской праздничной одежды получили развитие техника и орнаментальные мотивы древнерусской золотой вышивки, первоначально украшавшей предметы культового и великосветского обихода. Особенно пышно расшивались золотыми нитями головные уборы, платки и душегреи русских крестьянок. Золотошвейки пользовались пряденными или волоченными нитями, битью – тонкой узкой полосой металла, канителью – скрученной спиралью тонкой проволочкой, плетенными шнурами. Металлическая нить накладывалась на ткань и в разнообразных комбинациях-ритмах прикреплялась мелкими стежками шелковой или льняной нитью. Растительные, зооморфные и другие узоры воплощались с помощью большого количества разнообразных швов-прикрепов: "клопчик", "денежка", "ягодка простая", "ягодка с черенком", "перышки", "рядки" и др. Известно, что золотошвейками Торжка применялось более сотни различных швов. Золотом шили по бархату, шелку, кисее, коже, дополняя шитье жемчугом, блестками, бисером, гранеными стеклышками в металлических гнездах и проч.

Разнообразие орнаментики народной одежды достигалось использованием разномасштабности мотивов, их простой и сложной повторностью, техникой швов, варьированием цветов и т.д. Орнамент при этом выполнял ряд художественных конструктивных функций: соединение разных материалов, цветов, конструирование формы и определение ее тяжести, разбивка плоскостей.

Следует отметить, что народный орнамент постоянно обогащался и в художественном, и образном выражении, отражая изменения в жизни крестьянства. Древние орнаментальные мотивы и темы со временем приобретали все более декоративный и сказочно-поэтический смысл, и в традиционную иконографию вводились реалистические, часто бытовые мотивы и образы. Возникали новые материалы, стилистические и технические приемы.

В народной вышивке, преимущественно счетной (по счету нитей ткани), обычно ограничивавшейся вначале одним-двумя цветами нитей, каждый вновь вводимый цвет подчинялся прежним, отчего эта вышивка долго удерживала национальное своеобразие цветового строя, став многоцветной, но не пестрой. Так, в большинстве районов России в вышивке доминировал красный цвет с вкраплением синего и черного (смоленская вышивка), в сочетании с белым и синим (в тульской), с зеленым (в калужской), с черным (в тамбовской), с многоцветным дополнением (в каргопольской). [4]

Основные формы костюма допетровской Руси

Женский костюм

С самых древних времен женская одежда на Руси была разделена на нижнюю (нательную) и верхнюю. Это объяснялось прохладным климатом и требованиями гигиены. Поэтому нательная сорочка имелась в гардеробе даже самых бедных крестьянок. Шилась она, как правило, прямой и свободной из выбеленного льняного полотна. Однако точный покрой ее неизвестен: этические представления русского средневековья не позволяли художнику «вольностей» — изображения женщин в одном нижнем белье. Рукава сорочки делались очень длинными, превышающими длину рук и поддерживались на запястье наручами — браслетами, изготавливавшимися из стекла, металла, дерева и обтянутых иногда кожей, иногда берестой или тканью. Детали наручей археологи сотнями находят в захоронениях.

Для украшения частей сорочек, видных из-под верхнего платья, их владелицы в деревне использовали бусинки и льняной плетеный ажур (мережку или кружево). По поверью, «нечистая сила» не могла ни войти, ни выйти через отверстие, защищенное рукотворным декором — вышивкой или плетением. Потому в женской одежде на Руси тщательно украшались ворот, обшлага и подол. В XVI-XVII вв., по словам англичанина Дж. Флетчера, вышивка на сорочке или орнамент с бусинами и мелким речным жемчугом (который предпочитали горожанки) мог быть «до трех-четырех пальцев в ширину». У знатных дам на льняных рубах (сорочках) были нашиты дробницы — мелкие и легкие металлические пластинки в виде блесток, листиков, лапок. В XIV-XV вв. у княгинь и самых богатых боярынь праздничная сорочка стала шиться из шелка. Привозимые из Византии и Персии матово отблескивавшие шелка продавались купцами на русских базарах по баснословным ценам. Шелковые одежды считались роскошью, надевали их редко и хранили очень бережно. [5]

У богатых женщин поверх нательной сорочки во времена Московского царства (XVI-XVII вв.) надевалась еще одна — красная, праздничная. Удивленный Дж. Флетчер, который не сталкивался с подобным в своем туманном Альбионе, поспешил сообщить об этой «странной», как он считал, привычке носить две рубахи. Красная сорочка кроилась московитками из шелковой ткани, часто полосатой или узорной, более длинной, чем нательная рубашка. Чем тоньше была ткань, из которой шилась нарядная сорочка, — тем более длинными делались ее рукава, достигавшие иногда 4,5 м.

На талии нижняя сорочка подхватывалась тонким пояском, служившим в дохристианские времена «оберегом», таким же, как кружево и вышивка. В XVI-XVII вв. пояс на сорочке стал символом целомудрия и благочестия. Появиться без пояса даже дома считалось зазорным, а уж при посторонних оказаться неподпоясанной считалось просто верхом неприличия. Летописи и другие официальные источники XVI в. сообщают разные версии семейной драмы царя Ивана Грозного, закончившейся убийством его сына. Но все они сходятся в том, что поводом, вызвавшим ярость царя, была распоясанность жены царевича, которая посмела попасться на глаза самодержцу «в одной простой рубашке», без пояса, простоволосой. Заметим: в таком обличье беременная невестка самодержца оказалась не где-нибудь на людях, но на женской половине терема, у печи. Тем не менее, Грозный бросился на несчастную с кулаками. Царевич решил защитить жену и был убит. [6]

Согласно правилам, поверх нательной сорочки должно было быть надето хоть какое-нибудь верхнее «платье». В деревне поверх рубы носили запашную юбку — поневу (от древнерусского «понять» — обнять). Эта часть женского костюма родилась из набедерного полотнища кочевников. Поневы делались и однотонными, и пестрыми из холста, льна или шерстяной ткани. В городах поневу перестали носить уже к XIV в., но в одежде крестьянок она сохранилась на многие столетия.

Поверх поневы и сорочки древнерусские женщины, особенно в холодное время года, надевали шерстяные, хлопчатобумажные, а некоторые и ворсистые одеяния разной формы и длины. И у зажиточных, и у бедных они были одинаковыми по крою, но различными по использованным тканям. По ним-то и судили о положении владелицы костюма на социальной лестнице. Кроме того, костюм княгинь или боярынь имел больше предметов и деталей в каждом виде одежды, можно сказать, был «укомплектован» большим числом компонентов. [7]

Фресковые изображения княжен, боярынь и их прислужниц, а также миниатюры древнерусских летописей позволяют заметить, что женщины на Руси предпочитали длинные платья неприталенного свободного силуэта, дополненные какой-нибудь накидкой, распашным одеянием. И платье, и накидка украшались по стыку ткани каймой. Среди знати очень «модными» считались плащи, которые путешественники с Востока, увидев на русских женщинах, назвали «хила» (халат). Древние руссы именовали их ризы. Это были простые четырехугольные полотнища, которые накидывали на плечи и закалывали там булавками или застегивали пряжками. Плотная ткань ниспадала вдоль тела широкими складками, иногда вокруг талии её подвязывали поясом.

Пояс, подол и вообще вся верхняя одежда богато орнаментировались. Требовавшие прилежного труда и кропотливой работы, эти орнаменты были нашивными, используемыми по многу раз. Об этом говорят завещания княгинь, в которых они отписывали дочерям и невесткам нашивные спорки со своих нарядов. Рисунки их, выложенные тесьмой, шитые золотом и серебром, не утомляли глаз однообразием. Были тогда и излюбленные мотивы, которых не встретишь, например, в похожей на древнерусскую византийской «моде» того времени. Это — изящные «лунницы» (месяцеобразный орнамент), мотив «плетенки» (имитация прутьев в корзине), затейливые сердцевидные фигурки под полуциркульными арками — «кокошниками». [6]

Особую роль в торжественной одежде женщин Древней Руси играли большие накладные воротники-ожерелки, выполненные на какой-нибудь жесткой основе — кожаной или берестяной, обтянутые шелком, плотной бархатной или парчовой тканью, вышитые золотом и «саженные жемчугом». Такой драгоценный воротник, расшитый жемчугом в 3190 зерен, отказала в своем завещании волоцкая княгиня Ульяна (XIV в.) своим детям.

В XVI-XVII вв. излюбленной и очень практичной формой повседневной и праздничной одежды женщин стал знаменитый сарафан. Поначалу это была одежда мужская, и лишь с XVI в. его стали носить женщины. Типы сарафанов были многообразны: комнатные, уличные, в виде цельного платья без рукавов или юбки на лямках, надевавшиеся через голову и распашные, «глухие» и застегивающиеся спереди на пуговицы (их искусно ковали из металла или вырезали из дерева). Сарафаны шили из плотных и ярких цветных материй. Простейшие, для полевых работ — из домашней крашенины, нарядные — из дорогих привозных тканей. Украшались готовые платья золотой нитью «в прикреп», кружевом, драгоценными камушками.

Сарафаны не подпоясывались. Именно в XVI в. с распространением православной аскетической концепции и теремов с их затворнической жизнью женщин из среды знати, в женской одежде возникла тенденция полностью скрывать абрис фигуры, не подчеркивать талии и бюста. Пояс стал употребляться в Московии лишь для нательного белья. Верхние же, надеваемые поверх сорочки и сарафана одежды — и поясные (до талии), и до пят (длинные) — не содержали и намека на природное сложение их обладательниц. Не случайно многие виды верхних женских одежд принято было носить внакидку или, по крайней мере, не застегнутыми: так были видны платья и иные наряды под ними и в тоже время скрывалась фигура.

Внакидку, например, носили душегреи (одежду, «греющую душу», верх груди) — короткие и широкие курточки до талии, а также опашни («опахивавшие» фигуру) — своеобразные «жакеты» с очень длинными, сужавшимися к запястью рукавами и спиной, кроившейся длиннее переда. Опашни не застегивались, хотя имели множество драгоценных пуговок. Иногда их украшали мехом по подолу. В XVI-XVII вв. душегреи и телогреи дополнились новым безрукавным вариантом, так называемым бострогом. Типичным стал крой поясной распашной одежды с немыслимым количеством складок у талии, равным образом скрывавших и большой живот, и излишнюю худобу. [7]

Из длинных одежд для улицы самой популярной у женщин Московии XVI-XVII вв. был летник. Он стал к тому времени и непременной деталью свадебного туалета женщины. Очень простые по крою, напоминающие перегнутые пополам прямоугольные полотнища, летники были просторны и широки. Их короткие и свободные рукава, как крылья, свисали с плечей, оставляя видными богатую вышивку сорочки. Нижняя часть летника часто делалась из более тяжелой парчевой или бархатной ткани, с рельефным узором. Летник надевали поверх сарафана, причем подолы нижних одежд выглядывали из-под него, образуя «лесенку».

Зимний вариант летника назывался кортелем. Его подбивали мехом и вообще шили, сдублировав несколько тканей для теплоты. Украшения на кортелях и летниках — вошвы, были нашивными, и каждое представляло собой произведение искусства, по-своему уникальное, неповторимо сочетающее фантазию и вкус его создательницы. Вошвы передавали из поколения в поколение, равно как и пристяжные воротники-ожерелки. [5]

Другие виды верхних женских одежд эпохи Московии — однорядки (бесподкладочные, «в один ряд», одеяния с длинными рукавами до пола и прорезями в них для рук) и епанчи (бесподкладочные плащи типа бурок) — имели тот же прямой или расклешенный силуэт. По традиции, впереди на них было нашито множество пуговок, но это было чисто декоративное «излишество»: все одежды были распашными и предполагали доступ для обозрения нижних слоев костюма.

В торжественных случаях поверх всех этих нарядов боярыни и княгини, а особенно царицы в Московской Руси носили еще и мантию, которую в Московии очень точно называли приволокой, так как она именно «волочилась» за платьем. Шили эту роскошь из шелка — красного или белого с золотым и серебряным шитьем. Зимой приволока надевалась поверх шуб.

В холода древнерусским женщинам без меховой одежды было просто не обойтись. Шубы в морозной и снежной Руси были необходимостью, так что даже в самых бедных семьях имелась теплая одежда. Разнообразие и богатство мехов, носившихся на Руси, неизменно потрясали иностранных путешественников. По их словам, состоятельные княгини шили шубы из дорогостоящих шкурок горностая, соболя, куницы, рыси, бобра. Бедные женщины довольствовались дешевыми. «Девичьим» мехом называли на Руси мех белки и зайца. Богатым «мужатицам» считалось зазорным носить такие «легкомысленные» шубки!

Самым доступным на Руси и носким мехом была овчина. Те же, кто не мог раскошелиться на покупку даже дешевой шубы (цена ее была примерно 20 рублей, что равнялось стоимости имущества небольшой крепостной семьи), носили теплую одежду из нескольких слоев шерстяного сукна. О таких шубах остряки говорили, что они «на рыбьем меху», т. е. холодные: «у кого-то шуба соболья, а у нее — сомовья».

Все виды шуб надевали тогда мехом вовнутрь. Лишь в бедных семьях, где не было средств для тканого чехла, довольствовались нагольным тулупом или кожухом (ставшим сейчас популярной «дубленкой»). Но такая одежда считалась грубой, рабочей. А на «выход» большинство женщин на Руси имело даже не один, а несколько тканых чехлов для меховых одежд, причем из самых разнообразных и ярких тканей. У русской княгини XV в. могло быть до десятка разных шуб. «Багряная, червчатая, сизая, бело-голубая, зеленая», да еще «кожух из беличьих животиков», да две «шубы собольи из дикого (серо-голубого — Н. П.) бархата с золотым шитьем», да «шуба, покрытая венецианским шелком» перечислены в завещании холмской княгини, передавшей все это богатство дочери (XV в.).

Иностранцы не уставали удивляться яркости русских шуб, их буквально сказочным украшениям: в XVI-XVII вв. модной декоративной деталью женской меховой одежды стало кованое серебряное кружево. С такой отделкой, например, дал приданое дочери шуйский купец В. И. Бастанов, сшивший ей аж пять таких шубок, в том числе одну «на горностаях», мехе, которым в Европе украшались лишь королевские мантии. Впрочем, и на Руси такие роскошные меховые одежды хранили больше в сундуках и надевали изредка, в особо торжественных случаях. Дорогими мехами украшались нередко рукава и подол платьев. Из этой «моды» родилось слово «опушка» — то есть что-то «опушенное», украшенное мехом или пухом. Ширина такой отделки доходила порой до полуметра, что не могло не удивить иностранцев.

К шубам в холодную погоду надевались рукавицы или просто мешочки на меху. Рукавки персчаты — перчатки — были редкостью даже в гардеробе цариц. Обыкновенным был обычай в морозы просто «спускать рукава» и прятать в них руки, не надевая варежек. [7]

Древние фрески говорят о том, что одежда женщин знатных и богатых была многоцветной, если не сказать пестрой, предполагала яркие сочетания, свежие, сочные тона. Специалисты по археологии и тканям, а также лингвисты установили, что в Древней Руси были известны десятки наименований оттенков различных цветов, получаемых с помощью естественных красителей. Синюю краску делали из сон-травы, василька, черники; желтую — из дрока, березы; золотисто-коричневую — из шелухи лука, коры дуба, груши. Но излюбленным цветом всех женщин на Руси был красный, цвет-«оберег». Не случайно слова «красный» и «красивый» в древнерусском языке были синонимами. Да и природных красок, дающих красно-коричневый оттенок, было в то время с избытком: гречишник, зверобой, кора дикой яблони, ольхи, крушины.

Яркие, разноцветные ткани в сочетании с украшениями золотой и серебряной нитью придавали женским одеждам пышность и парадность. Продемонстрировать богатство и великолепие своих платьев русским княгиням и боярыням удавалось на свадебных пирах. Даже современному читателю трудно удержаться от восторга, когда в летописях или завещаниях описываются наряды тогдашних «модниц». Скажем, у дочери верейского и белозерского князя Михаила Андреевича, кнж. Анастасии было около трех десятков различных одежд, летних и зимних, сшитых из всевозможных тканей — от шелков и «паволок» (на Руси их называли еще «тканым воздухом») до парчи и бархата. Особенно хороши были у Анастасии шубки: белая, «рудо-желтая», багряно-зеленая, «червчатая», подбитые куницей, соболями и белкой. Одна из повседневных шубок, алая («червчатая»), была на лисьем меху. Чувствуется, что верейский князь баловал свою дочь — ведь лисья шкурка стоила в то время больше рубля серебром (цена, равная крестьянскому оброку за целый год). [6]

Представляя костюм древнерусских женщин допетровского времени как целое, стоит подчеркнуть, что все его детали «работали» на создание образа величественности и спокойствия. Судя по фольклорным произведениям, идеалом женской красоты и в Древней Руси и, особенно, в эпоху Московии XVI-XVII вв., считался высокий рост, природная статность, размеренность и плавность движений, умение ходить, «словно плыть», «как лебедушка». Считалась, что красивая женщина должна быть несуетной, иметь горделивую посадку головы, а глаза опускать долу, за исключением самых знатных и царицы.

Многие иностранцы, побывавшие в русской земле, отмечали дородность виденных ими московиток. Так, придворный медик царя англичанин Самуил Коллинз, мысленно сравнив крупнокостных жительниц Московии со своими сухопарыми соотечественницами, написал: «Маленькие ножки и стройный стан почитаются у них (московитов) безобразием. Красотою женщин они считают толстоту. Худощавых полагают нездоровыми, и потому те, кто от природы не склонны к толстоте, предаются эпикурействам с намерением растолстеть: лежат целый день в постели, пьют русскую водку, очень способствующую толстоте, потом спят и снова пьют...». Где тут правда, а где — фантазия, разобраться нетрудно.

От водки трудно растолстеть, а описанный англичанином образ жизни с бесконечным лежанием в постели можно было «подсмотреть» лишь в среде богатого боярства. Обманчивое подчас представление о толщине «русских баб» рождалось у иностранцев как раз под влиянием непривычного для их глаза силуэта русского женского костюма — широкого и свободного в крое, многослойного. Он, формировавшийся столетиями, сильно отличался от европейской моды с ее подчеркнуто акцентированной талией. Русские женщины, рацион которых включал главным образом изделия из круп и злаковых, вплоть до петровских реформ не носили ничего подобного корсетам, и потому, как верно заметил другой путешественник, И. Г. Корб, — стан их формировался иначе, чем «у прочих европеянок и тело, нигде не стесняясь убором», могло «разрастаться, как попало».

Крупность и дородность фигур русских женщин, не портила, однако, по мнению большинства иностранцев, общего благоприятного впечатления от их внешности. Буквально все «критики» сходились в том, что русские женщины «черезвычайно красивы». Одни из них отмечали, что они «белы лицом, имеют небольшие груди, большие черные глаза, нежные руки, тонкие пальцы». Так представил московиток начала XVII в. шведский дипломат Петр Петерей. Другие, в том числе немец Адам Олеарий, отмечали, что «русские женщины вообще среднего роста, но стройные и нежного телосложения». Единого мнения с ним был и австриец И. Г. Корб: «У русских женщин стройный рост и лицо красивое». Созданию общего положительного мнения о красоте женщин и служил их традиционный костюм X-XVII вв., выгодно подчеркивавший достоинства и скрадывавший недостатки. [7]

Мужской костюм

Основой мужского костюма являлась рубаха. Рубаха доходила до колен и имела у ворота разрез — либо посредине груди, либо сбоку (косоворотка). Воротника рубаха не имела, но к нарядной рубахе пристегивался неширокий круглый воротник-ожерелье, а вокруг кисти рукав скрепляли запястьем. Ожерелье и запястье были сделаны из дорогой ткани и богато расшиты жемчугом и каменьями. Рубахи шили из льняных и хлопчатобумажных тканей, а также из шелка.