Влияние Конфуцианства на архитектуру

Оглавление

Введение……………………………………………………………...2

Раздел I.  Конфуцианство как философское учение  ..……...……..4

Раздел II.  Конфуцианство и китайская культура…………..…..7

Раздел III.   Влияние Конфуцианства на аритектуру…………...…10

Заключение ………………………………………………………….12

Список литературы ………………………………………………....13

Введение

Китай – одно из древнейших цивилизованных государств мира. Философские идеи в Китае, берущие начало в глубине  веков, чрезвычайно богаты по содержанию и являются огромной кладовой идей в истории познания всего человечества.

Конфуцианство возникло в условиях достаточно развитого общества, и было реакцией на острый социальный и политический кризис, потрясавший общество и требовавший радикальных сдвигов. Позже, став официальной государственной идеологией, это учение оказалось достаточно крепким и гибким для того, чтобы сохранять в неизменности свои основные принципы и в то же время приспосабливать их к изменяющимся обстоятельствам. Однако, конфуцианство, как и вся возникшая затем под его эгидой религиозно-этическая и культурная система, заметно отличалось от остальных мировых религий и учений как по существу, так и по форме. Эти отличия в своей совокупности сыграли решающую роль в придании китайской цивилизации  уникального культурного облика.

Два наиболее важных фактора обусловили существование этих отличий. Во-первых, относительная изоляция китайского очага цивилизации от других. Эта  изоляция никогда не была абсолютной, а в глубокой древности значение ее было еще меньшим с точки зрения существования  контактов и взаимосвязей. Однако она всегда сказывалась в том смысле, что складывавшиеся в Китае еще до нашей эры иерархия духовных ценностей, формы поведения, мышления и восприятия были в основном результатом спонтанной эволюции в условиях саморазвивающейся и саморегулирующейся системы. Во-вторых, длительность и непрерывность существования китайской цивилизации. В ее зрелом, сложившемся виде (начиная с династии Хань) она не раз подвергалась завоеваниям и нашествиям и испытывала разрушительные внутренние катаклизмы, но каждый раз преодолевала все невзгоды, сохраняя при этом полную преемственность языка, этноса, культуры и государственности.  

В оценке конфуцианского Китая европейцами  существовало две точки зрения: одни  восхищались гуманизмом конфуцианства, его духом высокой морали и культом самоусовершенствования человека и общества, тогда как другие резко порицали конфуцианство за его консервативность и авторитарность. Надо сказать, что позиции обеих сторон достаточно обоснованы, хотя многое здесь зависит от субъективного выбора акцента и критерия. В самом деле, устойчивый консервативный гуманизм с его фиксированными ценностями и культ вневременной морали, ограничивающие бесчеловечность, произвол и тиранию, вполне могут показаться предпочтительнее. С другой стороны, мало привлекательного в доктрине, исходящей из того, что вся Истина уже постигнута, Вечный Порядок установлен раз и навсегда, и на долю благодарных потомков приходится лишь все заучить и действовать, как полагается.

Всем вышесказанным можно охарактеризовать актуальность выбранной темы. В данной курсовой работе мы рассмотрим конфуцианство и его влияние на культуру Китая.

Таким образом,  целью  нашей работы является изучение возникновения  конфуцианства и его последующее  влияние на культуру. Достижение этой цели требует решения следующих задач:

• рассмотреть предпосылки возникновения конфуцианства и его суть;
• выявить влияние конфуцианства на культурное развитие Китая;

Объектом данной курсовой работы является религиозно-философское учение - конфуцианство. Предметом –  влияние конфуцианства на культуру и архитектуру Китая.

        Поставленные нами задачи определили  следующую структуру данной работы: последняя состоит из введения, трех разделов, заключения и списка использованной литературы из  наименований.

Раздел I. Конфуцианство как философское учение.

Одной из основных систем китайской  философии являлось конфуцианство. Его создатель – философ Кун  Цю по прозвищу Кун Фу-цзы (учитель  Кун, в латинской версии – Конфуций) жил примерно в VI-V в.в. до н.э. и излагал свое учение устно. Впоследствии оно было записано его учениками в книге «Беседы и суждения» (Лунь юй).

Тема земного зла волновала  всех без исключения философов. Но если в буддизме речь идет о страданиях отдельного человека и способе их преодоления, в конфуцианстве говорится о социальном зле или о несчастиях, которые претерпевает общество. Ведь если оно бедствует, значит, страдает и каждый отдельный его представитель, и, напротив, если общество процветает, благополучен и каждый человек, входящий в него. Каковы причины социальных несчастий? Почему государи обижают свои народы, а народы поднимаются против своих государей? Почему родители не заботятся подчас о детях, а дети не уважают родителей, что порождает вечный конфликт поколений? Почему в мире процветает жестокость, ложь и вражда? И, главное, как избавиться от этих напастей и сделать человеческое общежитие гармоничным и счастливым?

Зло не имеет самостоятельной причины  в мироздании, говорит Конфуций. Наш мир не злой и не может быть таковым, потому что создан и контролируется абсолютно добрым и высшим, безличным, пантеистическим началом – Небом (Тянь), которое, являясь добром, назначило и мирозданию быть добрым. Небо установило порядок (Ли), наполненный добродетелью, то есть имеющий своим смыслом добро. Оно, таким образом, изначально заложено в программу мироздания.

Доброе Небо не создало зло в  качестве самостоятельного элемента мира. Оно проистекает от нарушения  порядка, который был создан добрым, то есть от нарушения добра. И это нарушение производим мы – люди, оттого, что не понимаем данный небесный порядок, не видим его, не можем или не хотим ему следовать, выполнять его. Мы вносим в мир беспорядочность, разрушая изначальную гармонию, создаем в нем хаос, нарушая и уничтожая первоначальный порядок. Поэтому появляются несчастья и беды, поэтому появляется зло. В результате, зло есть результат нарушения мирового баланса или упорядоченности.

Зло – это разбалансированность мироздания. Представим себе прекрасно работающий механизм, все части которого правильно соединены друг с другом и потому нормально функционируют. Теперь представим, что данный механизм разобрали и соединили его части в другой последовательности, неправильно. Будет ли работать разбалансированный механизм, как и раньше? Скорее всего, он вообще не сможет действовать. Так же и в нашем мире, изначально гармоничном и упорядоченном, искажение гармонии, нарушение порядка превращают его в дисбаланс и хаос, в котором все не так, как должно быть: людям следует помогать друг другу, а они враждуют, им следует соблюдать справедливость, а они творят всяческие бесчинства, им надлежит поступать добродетельно, они же совершают злодейства.

Чтобы этого не происходило, чтобы  упорядочить и гармонизировать  человеческую жизнь, сделать ее благополучной, нам следует понять небесную волю и добрый порядок вещей, который оно установило. Мы должны увидеть данный порядок, осознать его до конца, а далее – неукоснительно выполнять и постоянно следовать ему. Нам не следует искать общественное счастье где-либо, поскольку  оно всегда рядом с нами, и им нужно только воспользоваться. От нас требуется только соблюдать добрый порядок, назначенный нам Небом, жить по нему, всегда выполнять все его принципы и правила, и тогда наша жизнь, построенная на исполнении данного порядка, будет безупречно правильной и оттого счастливой.

Основными принципами подобной жизни  или главными добродетелями, установленными Небом, являются великодушие (куань), уважение к старшим (ди), сыновняя почтительность (сяо), верность долгу (и), преданность государю (чжун) и другие. Разумеется, жизнь отдельного человека и общества, покоящаяся на соблюдении данных правил, будет отличаться  необычайной стабильностью. Если люди будут поступать не в силу субъективного произвола каждого, не по разнообразным личным желаниям и устремлениям, противоречащим друг другу и потому раскалывающим общество, а в силу от века установленного порядка, единого для всех, тогда человеческое общежитие тоже станет одним целым, спаянным нерушимым единством общественным организмом, незыблемым и постоянным.

Стабильное общество, живущее по собственному неизменному установлению, не будет меняться веками, а течение  людской жизни будет столь  же размеренным, как вечное движение Солнца по далекому лазурному небосводу. Внутренние изменения неведомы подобному обществу, а от влияний и потрясений извне оно гарантировано, ибо, живя исключительно автономными законами, является совершенно изолированным от остального мира. Пусть вокруг кипят страсти, и действительность стремительно меняется, пусть в одночасье созидаются и погибают целые государства, нам нет до этого никакого дела, потому что у нас собственное назначение, собственный путь и собственное разумение.

Обратимся теперь к анализу учения философа, в первую очередь к его социальной этике, игравшей во взглядах Конфуция первостепенную роль. Конфуций создал свой идеал совершенного человека, цзюнь-цзы.¹ Высокоморальный цзюнь-цзы должен был отличаться двумя основными достоинствами: гуманностью и чувством долга. Понятие гуманность трактовалось философом весьма расширительно и включало в себя такое великое множество достоинств и добродетелей, что редко кто из современников Конфуция, вплоть до его ближайших учеников и последователей, удостаивался чести называться гуманным.

Гуманность, по Конфуцию, значила очень  многое. Она предполагала сдержанность, скромность, ум, доброту, беспристрастность, чувство справедливости. Гуманный человек должен был выше всего ставить гуманность в строгом смысле этого слова, т. е. прежде всего любовь к людям; он должен быть лишен эгоистических помыслов и все свои силы и способности отдавать на благо других. Гуманность — это то, чего не надо искать.

Гуманными в представлении Конфуция были великие правители древности  Яо, Шунь и Юй, рассматривавшиеся впоследствии в Китае в качестве эталона истинно добродетельного императора.

Второй стороной обязательных качеств  цзюнь-цзы было то, что в учении Конфуция получило наименование «и», т. е. долга.² Долг в его учении — это, прежде всего, моральное обязательство перед обществом, которое человек в силу своих добродетелей и совершенств сам накладывает на себя.

Гуманность и долг в учении Конфуция были неотъемлемы друг от друга. Именно сочетание обоих этих достоинств давало человеку возможность стать цзюнь-цзы.

Таким образом, сформулированный  социальный идеал впоследствии сыграл огромную роль в Китае. Однако многое в нем изменилось. Если искренним  субъективным стремлением Конфуция было создать идеал гуманного, добродетельного  и гармонично развитого человека, то с течением времени в учении конфуцианства на передний план вышла не суть, а лишь внешняя форма, проявляющаяся преимущественно в виде демонстрации преданности к старшим, уважения к порядкам древности и т. п. Многочисленные последователи философа, слепая преданность которых каждому слову великого учения мудреца сильно способствовала превращению его учения в  догму, стали видеть в идеале цзюнь-цзы не столько выражение внутренней ценности свободно избравшего свою судьбу человека, сколько внешнее оформление благопристойности в обществе.

Такова была эволюция учения Конфуция о социальном идеале, цзюнь-цзы. Будучи модифицированный и  умело приспособленным к условиям централизованной монархии с ее мощным бюрократическим аппаратом, это  учение сыграло огромную роль в истории Китая и его культуры. На протяжении многих веков социальный идеал Конфуция оказывал влияние на отношения в обществе.

Раздел II. Конфуцианство и китайская культура

Конфуцианское учение как нельзя лучше  соответствовало историческим процессам экономической, политической и культурной консервации и изоляции Китая и на долгое время стало официальной доктриной, способствуя внутренней целостности, неизменности и национальной самобытности китайской цивилизации, постоянно являясь для европейцев непостижимой и загадочной. Запад не понимал и удивлялся Китаю, подчас восхищаясь его мудростью и независимостью.

Вспомним знаменитый монолог Чацкого  у Грибоедова, в котором главный  герой рассказывает, как один француз  собирался «в Россию, к варварам, со страхом и слезами». Он думал, что приедет к дикарям, а попал будто бы в родную страну: вокруг французская речь, французские платья и манеры. Чацкий досадует на наше преклонение перед заграничным влиянием, когда мы столь бездумно все перенимаем, словно у нас нет ничего великого и прекрасного. Он в отчаянии восклицает: «Ах, если рождены мы все перенимать, хоть у китайцев бы нам несколько занять премудрого у них незнанья иноземцев».

В конфуцианстве понятие «ли» («этика-ритуал»), охватывающее родственные понятия («правила поведения», «обряд», «обычай», «благопристойность» и др.) стало высшим символом ритуализованной этики, превратилось в наиболее общую характеристику правильного, даже идеализированного, социального устройства и поведения человека: «Правитель руководит подданными посредством ли», «Преодоление себя и обращение к ли составляет гуманность. В тот день, когда преодолеют себя и обратятся к ли, поднебесная вернется к гуманности».³

Не отделенность этики из синкретического комплекса норм, охватывающая мораль, обычаи, право, обряды, церемонии, ритуалы и т.п. и ее практическое слияние с ритуалом и с «моральной теорией человеческих действий», помогли конфуцианству, этому вначале чисто философскому учению, постепенно овладеть и религиозными функциями, эффективно используя в своей проповеди не только разум, но и веру.⁴ С обретением мощных социальных и духовных санкций официально-государственной, рационально-философской, эмоционально-психологической, религиозной, конфуцианские и конфуцианизированные этико-ритуальные нормы и ценности стали непререкаемо обязательными для всех членов общества, от императора до простолюдина.

Для традиционной китайской культуры не характерна связь типа бог —  личность, прямая или опосредованная фигурой жреца, как это было присуще иным культурам. Здесь связь принципиально иного типа: «Небо как символ высшего порядка — земное общество, основанное на добродетели», опосредованная личностью осененного небесной благодатью правителя. Этот императив, стократно усиленный конфуцианством, определил на тысячелетия развитие Китая. Как известно, основное содержание учения Конфуция сводится к провозглашению идеала социальной гармонии и поиску средств достижения этого идеала, эталон которого сам мудрец видел в правлении легендарных мудрецов древности — тех самых, что блистали добродетелями. Выступив с критикой своего века и высоко ставя века минувшие, Конфуций на основе этого противопоставления создают идеал совершенного человека, который должен обладать гуманностью и чувством долга. Конфуцианство с его идеалом высокоморального человека явилось одной из основ, на которых зиждилась гигантская централизованная империя с ее мощным бюрократическим аппаратом.

Социальная несправедливость, междоусобные войны, народные выступления, различного рода неурядицы в обществе рождают утопии. Мечта об идеальном обществе, где нет ни насилия, ни войн, где все люди в равной степени пользуются земными благами, не обижая и не угнетая друг друга, живет в каждом народе, и китайская нация не составляет исключения. Уже в древнюю эпоху китайской истории были выработаны понятия «Датун» («великое единение» или «великая гармония») и «Тайнин» («великое равновесие» или «великое спокойствие»), с которыми неразлучно связана вся история общественно-политической и, естественно, утопической мысли Китая.⁵

Ярким выражением конфуцианских утопических представлений о счастливой стране является «Персиковый источник» Тао Юань мина, ставший синонимом прекрасного, радостного, безбедного общества. Утопические мотивы можно найти и в таких повествованиях, как «Путешественник на Запад», «Цветы в зеркале», в рассказах Ляо Чжая и других литературных произведениях. Социально-утопические идеи переустройства мира, имущественного равенства, уравнительного распределения земных благ, рассуждения о честных и мудрых чиновниках, не знающих других помыслов, кроме как «служить народу», встречаются в произведениях многих политических мыслителей — от Конфуция и Мо-цзы до Кан Ювея и Сунь Ятсена, которые, познакомившись с теориями западного социализма (научного и ненаучного), восприняли их не в чистом виде, а переделали их на китайский лад.⁶

Конфуцианство наложило глубокую печать на все стороны жизни китайского общества, в том числе и на функционирование семьи, а именно: конфуцианский культ предков и культ сыновней почтительности способствовали расцвету культа семьи и клана. Семья считалась сердцевиной общества, ее интересы намного превосходили интересы отдельного человека, который рассматривался лишь в аспекте семьи, сквозь призму ее вечных — от далеких предков к отдаленным потомкам — интересов. Подрастающего сына женили, дочь отдавали замуж по выбору и решению родителей, причем это считалось настолько нормальным и естественным, что проблема любви при этом не вставала. Любовь могла прийти после брака, могла и не приходить вовсе (в состоятельной семье мужчина мог ее отсутствие компенсировать наложницей, и жена не имела права этому препятствовать). Однако это не мешало нормальному существованию семьи и выполнению осознанного социально-семейного долга — рождению детей, прежде всего сыновей, призванных продолжать род, упрочить позиции семьи в веках.

Отсюда и постоянная тенденция  к росту семьи. В результате большие  семьи, включавшие в себя несколько  жен и наложниц главы семьи, немалое  число женатых сыновей, множество внуков и иных родственников и домочадцев, стали весьма распространенным явлением на протяжении всей истории Китая (образ жизни одной из них хорошо описан в классическом китайском романе «Сон в красном тереме»).⁷ Дальнейший процесс развития семьи привел к появлению мощного разветвленного клана сородичей, крепко державшихся друг за друга и населявших порой целые деревни, особенно на юге страны.

Сила и авторитет этих кланов признавались властями, охотно предоставлявшими им решение различных мелких тяжб и внутренних деревенских дел. И сами кланы ревниво следили за сохранением за ними этих прав — принято было выносить на суд родственников все заботы, как гражданские и имущественные, так и сугубо интимные: не было ничего святого, своего, личного, чего не должны были бы знать семья и клан. Нарушение традиций не поощрялось: строгие нормы культа предков и соответствующего им воспитания подавляли эгоистические наклонности в детстве. Человек с первых лет жизни привыкал к тому, что личное, эмоциональное, свое на шкале ценностей несоизмеримо с общим, принятым, рационально обусловленным и обязательным для всех. Повиновение старшим было одной из важных основ социального порядка в императорском Китае.

Раздел III. Влияние Конфуцианства на архитектуру.

В Китае существуют восходящие к глубокой древности традиции, немалое место занимают жестко сформулированные стереотипы поведения и речи, исторически сложившиеся нормы взаимоотношений, принципы социальной структуры и административно-политического устройства. Архитектура не составляет исключения.

Конфуций основал систему общественных отношений, которая стала одной  из фундаментальних основ китайской  цивилизации, а уже в начале 2 в. до н. э. получила статус культурной ортодоксии.

Под влиянием конфуцианства в это  время в быт, культуру и менталитет китайцев глубоко проникла конфуцианская система ценностей:

仁 человеколюбие、义 справедливость、礼 ритуал、智 мудрость、信 вера.

Следует отметить, что в данном случае предоставлено лишь по одному формально-словарному переводу слова  в соответствии с устоявшейся переводчиской традицией. На самом деле, за каждой из вышеупомянутых концепций стоит глубокая древняя мудрость, достойная отдельного философского трактата.

Наряду с прочими духовными и материальными сферами, конфуцианство также проникло и в архитектуру.

Начиная с древних времен, возведение традиционных зданий происходило в соответствии с жесткими общественно-политическими нормами. Древние административные здания отличались масштабом, декором и другими аспектами согласно их значимости.

Начиная с VII в. н.э. были определены параметры и установленные нормы декора, кровли и других аспектов, которые регламентировали строительство всех типов зданий: административных, богатых имений и домов простых людей. В случае выявления нарушений этих норм, к нарушителю применяли жесткие меры наказания, в том числе и смертную казнь. Таким образом здания превратились в воплощение “Ли” (礼) и стали его символом.

Вчастности, “сыхэюань” являет собой реализацию принципа “Ли” в семейной жизни — семейная институция социального урегулирования.

Ключевым принципом концепции “Ли” является иерархия. В соответствии с этим принципом, жители сыхэюаней проводили чёткое разделение на “своих” и “чужих”. Причём, “свои” должны подчиняться чёткой иерархии, а вот “чужих” нужно держаться подальше (изолировано).

Функции и расположение комнат были также жестко регламентированы, что  показывает китайский менталитет, основанный на принципах конфуцианства, четко прослеживается иерархия и порядок в семье. Центральный зал северного здания выполняет функции гостиной или семейного зала, восточная комната – спальня старейшин, западная – спальня хозяина, восточные и западные боковые комнаты – комнаты для молодого поколения, комната для семьи старшего сына находится на востоке, а младшего – на западе. В южной части находятся гостиная и рабочий кабинет. Южные фланговые помещения ограничены невысокой стеной и воротами Чухуа — разделяют пространство и создают внутреннее и внешнее двор, что еще раз показывает изолированность семейной жизни. Женщинам даже было запрещено покидать внутренний двор, а гостям войти в него. Сихэюань, больше среднего, также, как правило, имел фронтальную беседку, которая использовалась для нужд незамужней девушки, прислуги.

Однако, местом наивысшей концентрации идеи «Ли» поправу считается Императорский дворец. Принцип отношений индивида и социума всегда подчеркивался в конфуцианских идеях и ярко воплощена в Императорском дворце.

Храм Конфуция в Цюйфу построен по принципу императорского дворца, главные сооружения которого расположены на центральной оси, ориентированной с юга на север, вспомогательные – выстроены симметрично, по левой и правой сторонам. Сам храм занимает строго прямоугольную площадь, обнесенной общей стеной из красного кирпича. В основе композиции принцип наращивания масштабности архитектурных сооружений, разделенных квадратными дворами и постепенно увеличивающихся по мере приближения к центральному, самому высокому зданию.

Таким образом, мы видим, что архитектура  Китая начиная от домов-сыхэюаней до дворцовых комплексов подчинена иерархии и жестко регламентирована, основана на древних традициях и принципах, которые культивирует Конфуцианство.

Заключение

Архитектура и культура Китая нераздельна от ее философии. Как и в любой другой культуре, в Китае мировоззрение отразилось в архитектуре от самых маленьких жилых домов и до самых масштабных храмовых комплексов. Подчинение иерархии, регламентированность, родственная преемственность – все это отразилось в архитектуре Китая.

Список литературы:

1. Васильев Л.С. Культы, религии, традиции в Китае. – М.: Издательская фирма «Восточная литература» РАН, 2001.
2. История и культура. – М.: Логос, 2000.
3. Культура в странах Азии и Африки: вопросы теории и практики. – М.: Главная редакция восточной литературы издательства «Наука», 1989.
4. Культурология: История мировой культуры. Учебное пособие. – М.: Академия, 2003.
5. Малявин В.В. Конфуций. – М.: Молодая гвардия, 1992.
6. Садохин А.Н. Культурология: Теория культуры: учеб.пособие. – М.: Юнити-Дана, 2004.
7. Столяров Д.Ю., Кортунов В.В. Культурология: Учебное пособие для студентов заочного обучения всех специальностей. - М.: ГАУ им. С. Орджоникидзе, 1998.
8. Чанышев А.Н. Философия Древнего мира: Учеб. для вузов. – М.: Высш. шк., 1999.
9. Гусев Д.А.- Популярная философия.
10. Материалы Интернета.

¹Васильев Л.С. Культы, религии, традиции в Китае, Москва, 2001.

² Васильев Л.С. Культы, религии, традиции в Китае, Москва, 2001.

³ Малявин В.В. Конфуций, Москва, 1992.

⁴ Малявин В.В. Конфуций, Москва, 1992.

⁵Васильев Л.С. Культы, религии, традиции в Китае, Москва, 2001.

⁶ История и культура, Москва, 2000.

⁷ Культура в странах Азии и Африки: вопросы теории и практики, Москва, 1989.