Восточнославянская мифология. 2

 

 

ФЕДЕРАЛЬНОЕ АГЕНТСТВО ПО ОБРАЗОВАНИЮ

Государственное образовательное  учреждение

высшего профессионального  образования

«Сибирский государственный  аэрокосмический университет

имени академика М.Ф. Решетнева»

 

 

Кафедра рекламы и культурологии

 

 

 

 

РЕФЕРАТ по культурологии

 

ВОСТОЧНОСЛАВЯНСКАЯ МИФОЛОГИЯ

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Выполнила: студентка гр. ТД-92

Киселева М.В.

Проверил: Титов Е.В.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Красноярск 2010

 

Оглавление

 

Оглавление          2

Введение          3

1. Особенности восточнославянской мифологии    5

2. Пантеон славянских богов       9

2.1. Перун          10

2.2. Дажьбог         12

2.3. Хорс          13

2.4. Стрибог         14

2.5. Симаргл         15

2.6. Макошь         15

3. Истоки славянской мифологии      17

3.1. Уровни славянской мифологии     17

3.2. Роль древа мирового в славянской мифологии   19

3.3. Система противопоставлений в славянской мифологии  20

3.4. Праславянские праздники в славянской мифологии  24

3.5. Представление о земном устроении     25

Заключение          27

Приложения          29

Список использованной литературы      30

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Введение

Восточнославянская мифология  – это совокупность дохристианских представлений наших предков. В  основе всех этих представлений лежало убеждение, что человек един с  природой и богами. Факт связи человеческой души со всеми окружающими стихиями считался бесспорным. Мифологические тексты призваны были объяснять и  поэтически выражать окружающий мир.

Мифы – это не просто истории, сказки или предания, а наследие древнейших знаний. Мифология –  древнейший способ постижения окружающей действительности, причём такой способ, который не только объяснял существующий порядок вещей, но и задавал человеку определённый характер действий в этом мире.

Сложилось так, что подлинные  славянские тексты не сохранились: исконная религиозно-мифологическая целостность  язычества была почти окончательно разрушена в период христианолизации славянских народов.

Современное составление  целостной картины мифологических представлений древних славян возможно лишь на основании реконструкции основных элементов мифологии на базе вторичных письменных и вещественных источников. Ценные сведения содержатся в сочинениях византийских писателей и географических описаниях средневековых арабских и европейских авторов. Кроме этого, ценные сведения о мифологии славян исследователи узнают из христианских поучений против язычества; о «низшей» мифологии (поверьях о различных духах) — из фольклора (сказок, обрядов, заговоров); много сведений получают благодаря археологическим раскопкам мест языческих молений, также найденным захоронениям и кладам женских и мужских украшений с языческой символикой, благодаря сопоставлениям с древней религией соседних народов, а также с эпическими сказаниями, например, русскими былинами. [1]

На сегодняшний день, когда мы слышим что-нибудь о греческой мифологии, сразу перед глазами проносится вереница олимпийских божеств. Но когда речь заходит о славянских богах, не каждый может похвастаться знанием хотя бы имен, не говоря уже о функциях, внешнем виде, атрибутах богов. А ведь славяне – это наше прошлое, наша история.

Цель данной работы –  изучить мифологию древних славян, своеобразие восточнославянской мифологии  в целом. Задачами данной работы являются изучение характерных особенностей славянских богов, уровней славянской мифологии, системы противопоставлений славянской мифологии, праславянских праздников, представления о земном устроении.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

1. Особенности восточнославянской мифологии

Восточнославянская мифология  обладает двумя существенными особенностями, которые коренным образом отличают ее от других мифологий. Когда в 988 году  древняя Русь приняла христианство, исторический путь, проделанный славянами, был еще очень коротким, их языческие  представления не успели принять  вид единой системы, а пантеон  высших богов начал только складываться. С принятием христианства язычество  было объявлено «вне закона», и система  славянских мифов так и осталась незавершенной. В этом ее первое существенное отличие. Второе отличие славянский мифологии заключается в том, что она существовала исключительно  в форме устных преданий, потому что до принятия христианства у славян не было письменности. Когда же при князе Владимире Ясно Солнышко вместе с христианством на Руси стала распространяться письменность на церковнославянском языке, она не использовалась для записи языческих верований. [2]

Славянская мифология  характерна тем, что она - всеобъемлюща и представляет собою не отдельную  область народного представления  о мире и мироздании (как фантазия или религия), но и  находит воплощение даже в быту. Будь то обряды, ритуалы, культы; сохранившаяся демонология (от домовых, ведьм и леших до банников и русалок). Поэтому, практически уничтоженная на уровне текстов до XI века, она продолжает жить в образах, символике, ритуалах и в самом языке. [8]

У восточных славян почти не сохранились собственные космогонические мифы. Большинство же мифов и легенд о происхождении Земли и всего живого на ней в том виде, в каком их помнят в народе, сформировалось достаточно поздно – после того, как с христианской культурной традицией на Русь попало много книг, содержавших не каноническое вероучение, а различные теории, отринутые христианством. В результате  народные восточнославянские мифы о сотворении мира представляют собой сложный сплав нескольких культурных традиций, окончательно сформированный уже после принятия христианства.

Многие считают, что мифология  древних славян забыта. Однако это  не так. Мифологические представления  наших предков продолжают жить в  народных традициях, праздниках, верованиях и обрядах. Древние мифологические персонажи вроде леших, русалок, водяных, домовых и чертей ярко запечатлелись  в речи, пословицах и поговорках.

Ранние сведения о восточнославянской мифологии восходят к летописным источникам. Согласно "Повести временных  лет", князь Владимир Святославович  совершил попытку создать в 980 году общегосударственный пантеон в  Киеве, на холме вне княжеского теремного  двора были поставлены идолы богов  Перуна, Хорса, Даждьбога, Стрибога, Симаргла и Макоши. Главными божествами пантеона были громовержец Перун и "скотий бог" Велес, противостоявшие друг другу топографически (идол Перуна на холме, идол Велеса — внизу, возможно, на киевском Подоле), вероятно, по социальной функции (Перун — бог княжеской дружины, Велес — всей остальной Руси). Единственный женский персонаж киевского пантеона — Макошь — связан с характерными женскими занятиями (особенно с прядением). Другие боги этого пантеона известны меньше, но все они имеют отношение к наиболее общим природным функциям: Стрибог, видимо, был связан с ветрами, Даждьбог и Хорс — с солнцем, Сварог — с огнем. Менее ясен последний бог пантеона Симаргл: некоторые исследователи считают этот персонаж заимствованным из иранской мифологии, другие трактуют его как персонаж, объединяющий все семь богов пантеона. Связи между богами внутри пантеона и их иерархия выявляются при анализе закономерности перечисления богов в летописных списках: обнаруживаются связи Перуна с Велесом, Стрибога с Даждьбогом и Сварогом, периферийное место Симаргла или Макоши. Принятие Владимиром христианства в 988 повлекло за собой уничтожение идолов и запрет язычества на Руси  и его обрядов. Тем не менее, языческие пережитки сохранились. Помимо богов, входивших в пантеон, известны и другие мифологические персонажи, о которых обычно сообщают более поздние источники. Одни из них тесно связаны с семейно-родовым культом (Род) или с сезонными обрядами (Ярила, Купала, Кострома), другие известны из менее надежных источников (Троян, Переплут), третьи вообще являются созданиями так называемой "кабинетной мифологии".

Мифология восточных славян весьма самобытна, хотя в ней можно  найти черты, присущие мировой мифологии  в целом. Прежде всего, она неоднородна. Она складывалась как сложное переплетение элементов славянской, угро-финской, иранской, тюркской, скандинавской мифологических систем, что отразило процесс становления древнерусской народности. Кроме того, особый характер восточнославянской мифологии связан с тем, что она возникла и существовала в дописьменный период славянской культуры. Поэтому она не столь развита, литературно обработана и систематизирована как, например, древнегреческая мифология. Многие черты восточнославянской мифологии утратили свой первоначальный смысл и слились с христианством, а некоторые дошли до наших дней в искаженном виде. Основная часть восточнославянской мифологии зафиксирована в фольклоре (песнях, сказках, былинах, преданиях, обрядах и т.п.). Определенное представление о ней дают археологические находки, сохранившиеся предметы народного искусства, историческая лингвистика. Интерпретация этих материалов – дело очень сложное и неоднозначное.[6]

Особую черту восточнославянской мифологии составляет историчность. В народной памяти хранятся предания о богатырях, об основателях целых  народов (Чехе и Ляхе, объединивших племена в народы, Кие, Щеке и Хориве – основателях Киева), о князьях-завоевателях, дружинниках, землепашцах-защитниках русской земли и т.д. Совершаемые  ими подвиги всегда нравственно  оправданы и полны высокого героизма. По своему размаху и значимости они  сродни древнегреческим героям и  титанам. Но если древнегреческий герой совершает подвиг, то он это делает во имя собственной славы, русский же богатырь – всегда носитель славы народа, и подвиги он совершает во имя рода-племени, государства, родины. [6]

Языческая мифология восточных  славян была еще крайне несистематизированной, расплывчатой, неустойчивой; функции  их богов часто переплетались  между собой и многократно  дублировали друг друга. Например, культ  солнца так или иначе ассоциировался и с Хорсом (небесным Конем), и с Дажьбогом (тепло, источник поддержания жизни), и со Сварогом (небесный свет и огонь), и с Ярилом, воплощавшим жар весеннего возрождения природы и любовной страсти, зачатие и плодородие, и с Купалой (божеством летнего солнцестояния), и с Колядой (божеством зимнего поворота Солнца на весну). Плодородие природы связывалось с властью не только Ярилы и Купалы, но и Костромы, Макоши, Волоса, Переплута, Дажьбога, возможно, Семаргла. Семью оберегали, кроме Макоши, так же Чур, Род и рожаницы Лада и Леля. Все представители так называемой высшей мифологии славян (верховные божества, олицетворявшие важнейшие природные, космические стихии) находятся между собой в совершенно неопределенных отношениях; практически не известны никакие мифологические сюжеты с участием славянских языческих божеств, и о многих из них исследователям приходится лишь догадываться. Только в отдельных случаях удается реконструировать условный мифологический сюжет.[9]

Причина этого заключается  отнюдь не в том, что после Крещения Руси языческие сюжеты были забыты или соединились с христианской мифологией, - по существу, они еще  окончательно и не сложились в  какую- либо каноническую версию, рассыпаясь на бесчисленные местные варианты общеславянского  мифа. Еще важнее, что славянская мифология существовала не столько в вербализованном виде, т.е. в форме сказаний, эпических песен, космогонических повествований, словесного искусства, но и жила практически – в обрядах и ритуалах, образе жизни, первобытной магии, действиях и поступках людей, в природном календаре. [9]

Таким образом, множественность  древних богов и мифологических персонажей, а также разнообразие связанных с ними культов в  период оформления государственности, несомненно, требовали унификации. В русле этих стремлений к упорядочению лежит своеобразная реформа 980 г., когда князь Владимир утвердил «список» богов с последующим установлением идолов, известных с тех пор под названием «Пантеон князя Владимира».

 

2. Пантеон славянских богов

В 980 году князь Владимир предпринял религиозную реформу, не выходившую за пределы традиционного славянского язычества, с целью упорядочить мифологический хаос, царивший в сознании восточнославянских племен. Был учрежден пантеон  высших славянских богов во главе с Перуном, богом грозы и войны; кроме Перуна в пантеон Владимира вошли Хорс – бог солнца – святила, небесный Конь, Дажьбог – бог белого света и податель небесных благ, тепла; Стрибог – бог ветра и воздушных стихий, распространитель доли; Семаргл – бог – сеятель семян – небесный посланец, связующий небо и землю, и единственный женский персонаж Макошь (мать - сыра земля)- богиня плодородия и плодовитости, мать судьбы (пряха) и урожая, покровительница домашнего очага.[9]

Возникает вопрос: почему именно шесть божеств? В первом случае число «шесть» совпадало с количеством племен, входивших в состав Руси этого времени: их перечислил летописец, рассказывая о славянской грамоте (поляне, древляне, северяне, дреговичи, кривичи полоцкие и словене новгородские). Но в это время, похоже, чисто племенная связь с божествами была утрачена, и все они получали и какое-то функциональное значение

Следует подчеркнуть, что  в отличие от Перуна, Стрибога, Дажьбога и Мокоши, божеств исконно славянского (общеславянского) происхождения, во Владимиров пантеон оказались включены боги явно восточного (иранского, хорезмийского) ареала, т.е. была отражена диалектика славянского и восточного компонентов древнейшего восточнославянского божества, которые не только сосуществовали и взаимодействовали в архаическом сознании и мифологии восточных славян, но и составляли важный момент восточной и южной политики киевских князей в 970-980 гг. Прокопий Кесарийский, писатель 6 века говорит о религии древних славян: «Они признают единого бога – творца молний и грома (разумеется, Перуна) единым господином вселенной и приносят ему в жертву быков и иных священных животных». Таким образом, Перуна представляли славяне, как главное божество языческого пантеона.[9]

 

2.1. Перун

 «И хмелясь  победным пиром,

За лучом бросая луч,

Бог Перун владеет  миром,

Ясен, грозен и  могуч».

                                       С. Городецкий «Перун».

Имя Перуна очень древнее. В переводе на современный язык оно  означает «Тот, кто сильнее бьет», «разящий». Некоторые ученые усматривают  связь имени бога грозы с такими словами, как «первый» и «правый».[5] Что касается «первого», то Перун действительно был главнейшим богом в языческом пантеоне Киевской Руси. Не лишено смысла и сближение его имени с «правым», т.к. наши предки считали Перуна учредителем нравственного закона и самым первым защитником правды. [7] В белорусском и украинском языках слово «Перун» означает «гром», «удар грома». Если молния зажигала какую-нибудь постройку, то говорили: «Перуном спалило». Такой пожар тушить нельзя. Известно проклятие, ходившее в народе: «Чтоб тебя Перун убил!». В славянской мифологии имя Перуна впервые встречается в летописи под 907 годом.

Перуна славяне представляли себе немолодым разгневанным мужем с рыжей клубящейся бородой. Вообще рыжая борода – непременная черта у Бога Грозы у самых разных народов. В частности, рыжебородым считали своего громовержца (Тора) скандинавы. Волосы же Бога Грозы уподоблялись грозовой туче – черно-серебрянные («Голова серебряна, ус злат»). В некоторых летописях написано: ноги у него железные, а одной рукой держал он камень в виде молний, украшенный драгоценными камнями. (рис.1)

Славяне видели своего бога, летящим среди туч верхом на коне либо в колеснице, запряженной крылатыми  жеребцами, белыми и вороными. Между  прочим, сорока была одной из птиц, посвященных  Перуну именно из-за своей черно-белой  окраски.[9]

Отчаянно гремит по неровностям  туч несущаяся Перунова колесница  – вот откуда гром, вот почему он «прокатывается по небесам». Говорили, что гром и молния – эхо и  отблеск ударов, которыми Перун награждает зло. Воплощением зла считался Змей (не природный большой змей, вроде  удава, но фантастический, часто крылатый, многоголовый. Пышущий ядом и огнем, враг всего живого). О борьбе Перуна со Змеем существовали мифы, следы  которых находят в поздних  славянских сказках.

Богу Перуну было посвящено  животное – дикий тур, огромный, мощный лесной бык. К сожалению, в  дикой природе последний тур  был убит еще в 1627 году, и до наших  времен дожили лишь прирученные потомки  туров – домашние быки и коровы.

 Есть у Перуна свое  дерево-дуб, есть и любимый  цветок, который в Болгарии до  сих пор зовут Перуникой. У  него шесть лилово-голубых лепестков,  поросших золотыми волосками  (молния!). Он расцветает весной, когда  гремят первые грозы. Цветок  этот очень красив, и мы зовем  его ирисом.

У Перуна был свой еженедельный день – четверг. Русская пословица-поговорка «после дождичка в четверг» имеет самое непосредственное отношение к Перуну и его дню.

Богу Перуну приносили  жертвы, чаще всего животных, но когда  народу грозило несчастье, то и человеческую. Жизнь во все времена считалась  священным актом. По утверждению  ученых, человек, назначенный в жертву, вовсе не обязательно заливался  горючими слезами и пробовал убежать. Жертвы бывали и добровольными: человек  уходил к богам, чтобы поведать им о неудачах своего народа, попросить  о помощи. Еще Перуну приносили  в жертву косы девушек и бороды старцев. Также посвящали Богу целые  леса, где под страхом смертной казни запрещено было рубить дрова. [9]

 

2.2. Дажьбог

Поклонение солнцу и разным его божественным воплощениям было составной частью языческих религий  едва ли не всех народов мира. У восточных  славян следов солнечного культа множество. К солнцу обращались как к источнику  плодородия земли, подателю урожая. Славяне  называли Бога Солнца Даждьбогом (или  в другом произношении Дажьбогом). Народ  называл его Царем-Солнцем. Несомненно, в Дажьбоге воплощались вечные и  добрые свойства Солнца – его тепло, свет, с ним связывали незыблемость постоянного круговорота природы  и обеспечения жизненного благополучия людей. Но солнце не было  покровителем и благодетелем только русского народа; потому - то оно и благоволило  к нему, потому что  оно было соединено  кровным родством со всем славяно-русским  народом.

Славяне верили, что Дажьбог  ездит по небу на чудесной колеснице, запряженной четверкой белых  златогривых коней с золотыми крыльями. А солнечный свет происходит от огненного щита, которым Дажьбог  с запада на восток измеряет нижнее небо, светя Нижнему миру. (рис.2) Дважды в сутки (утром и вечером) он пересекает океан-море на ладье, запряженной водоплавающими птицами, гусями, утками, лебедями. Поэтому наши предки приписывали большую силу оберегам в виде уточки с головой коня. Они верили, что славный Бог Солнца поможет им, где бы он ни находился, в Дневном мире или в Ночном. [9] В Древней Руси символические знаки солнца в виде кружочков с точкой, крестов, колес со спицами и прочего наносились на многие предметы. Солнцу посвящались различные украшения, обереги в виде круглых подвесок, яйца - писанки из терракоты и др.

Но в восточнославянской мифологии солнечным богом был  не один Дажьбог. Рядом с ним в  пантеоне стоит божество солнечного светила, воплощающего животворящие силы солнца, - Хорс.

 

2.3. Хорс

Хорс (осетино-персидское – хурь – солнце) был богом Солнца, в знак особого уважения и почтения его называли Великим Хорсом. (рис.3) Предполагалось, что имя Хорса происходит от скифского бога, позднее ставшего у славян названием божества. Однако существует взгляд о славянском названии Великого Хорса, его принадлежности к славянам. Хорс мог обозначать собою солнце в ежедневном круговороте. Он сравнивал русское Хорэ с греческим хорос – круг. В русском языке «хоровод» – круговое движение, «хоромы» – первоначально – постройка для языческих ритуалов, а также колобок, около и др., «хорошо» – тоже восходит к древнему «хоршо», букв. «солнечно». Да и само солнце поднималось на востоке и опускалось  на западе, словно описывает круг. [5]

Кроме этого Хорса некоторые  исследователи считали богом  пьянства (Г. Глинка). Его имя производят от «ковш», «корш». Поэтому богу и  дано имя от орудия, всего чаще им употребляемого в пьянствованиях своих. В правой руке держит ковш, вокруг него лежат груды черепков от разбитых кувшинов, сам же сидит на утлой, опрокинутой дном бочке. Словяне  молились ему, выступая на пьянственные поединки. Ибо в древности у  славян тоже немалым почитался богатырем, кто мог перепить всех. Поэтому-то и вошел Хорс в пантеон, что  славяне любили выпить. [9] Но даже если предположить, что Хорс был богом солнца, это не значит, что он тождествен Дажьбогу. Дажьбог - податель благодатного тепла, Хорс же - глаз всевидящий и всеведущий, так как в мифологическом понимании значимость Солнца не столько в том, что оно «светит», сколько в том, что это «дневное око», которое все видит, все ведает, обо всем знает.

 

2.4. Стрибог

                «Стрибог упился боем

                и воет: «Успокоим,

                на дне любовь сокроем!

                Морское дно, покоем

                И женам будь, и вям!»

С. М. Городецкий «Стрибог».

 О боге Стрибоге  мы знаем совсем не много.  В «Слове о полку Игореве»  есть такая фраза: «Вот ветры,  Стрибожевы внуки, веют с моря  стрелами (т.е. из дождевой тучи  молниями) на храбрые полки Игоря». Значит ли это, что Стрибог  был богом ветров? Большинство  ученых согласны с таким выводом.  В подтверждение этого слово «стри» переводят, как «воздух, поветрие» или возводят к древнерусскому глаголу «стрити», «стрети» со значением «встречать», «дуть с противоположной стороны», «навстречу».[5] Можно сказать, что Стрибог был богом грозы, как небесный владыка, являющийся в бурях и вихрях, царь ветров. (рис.4) Стрибогу молились мореплаватели, прося «ветра в парус». Другие названия, даваемые славянами богу ветров, были Погода и Посвист. В областных говорах Полтавской губернии погода употребляется в смысле громовой тучи, ветра, метели, бури, дождливого или смешанного времени. Ветры сопутствуют богу - громовику в его битвах с демонами и пользуются его стрелами. Веяние стрелами и метание ими позволяет говорить о Стрибоге и как о славянском боге войны. Это подтверждает и поясняет первая часть слова Стрибог, где стри – от древнего стрити – уничтожать. Отсюда и Стрибог – уничтожитель добра, бог уничтожающий или бог войны. Таким образом, Стрибог – уничтожающее начало в противовес доброму Даждьбогу.

Существует также взгляд на Стрибога как на высшее божество славян. Имя Стрибога, согласно сторонникам  этой точки зрения, складывается из слов, означающих «отец» и «небо». Следовательно, он в славянском пантеоне занимал  место небесного отца. Культ Стрибога был достаточно распространен на Руси, на это указывают некоторые  географические названия, связанные  с именем грозного бога: река Стрибожская  на Киевщине, село Стрибожье на Житомирщине  и т.д.[9]

 

2.5. Симаргл

Среди перечисленных в  летописи богов, стоящих на киевской горе, не совсем ясна сущность Симаргла. Даже имя его в разных источниках писалось по-разному: и как Симаргл, Семургл и как Сим и Рьгл. И объясняли это слово тоже различно, прежде всего, спорили о  том, считать ли имя неизвестного бога или божка «Симаргла» за одно слово или видеть здесь два  слова, по небрежности переписчика  слитые в одно. [9]

Б.А. Рыбаков пишет о  Симаргле: «Это священный крылатый пес, охраняющий семена и посевы. При  изобилии в те времена мелкого  рогатого зверя (косули, серны) охрана посевов от предания и вытаптывания была важным делом.[2]

Симаргл был как бы олицетворением «вооруженного добра»; при мирных аграрных функциях он был наделен  когтями, зубами и в добавок крыльями; он – «защитник посевов». (рис.5) В его честь пили из рогов изобилия, значит, Симаргл был связан с земными богатствами. [9] А богиней земли была стоявшая за Симарглом в летописи Макошь.

 

2.6. Макошь

Макошь – женское божество, оно является одним из наиболее загадочных  и противоречивых. Отношение исследователей к этому женскому божеству весьма различно. Одни просто уклонялись от каких – либо пояснений. Другие считали его близким греческой Афродите. (рис.6) Е.В. Аничков приравнивал Макошь к знахарке, писал о «гадательном характере» богини, так как по его мнению, слово «кош»  означало «жребий», «судьба». Третьи видели Макошь богиней земли. «Ма» – понятно, «мать», «мама», а «кош» – «кошелек», где хранится богатство, кошара, куда загоняют живое богатство – овец. [5] А также и короб, большую корзину, куда складывают собственный урожай – земные плоды, а ведь именно он составлял богатство, судьбу и счастье древнего человека. Вот и получается: Макошь – Всеобщая мать, Хозяйка жизни, Дарительница урожая. Одним словом – Земля. Земля извечно относилась к чистой сфере мироздания. Она не принимает в себя ничего нечистого. [7] Вредоносная, нечистая сила в мифах и фольклоре обычно проваливается «сквозь землю», а не остается в ней. Отсюда и родилась суровая клятва: «Провалиться мне сквозь землю». Считалось, что земля не станет носить обманщиков.

Весной Макошь вступает в брачный сад с Небом. После первого весеннего грома оплодотворенная дождем земля вновь обретает способность рождать  и называться «мать- сыра- земля». 10 мая Земля считалась именинницей. В этот день не пахали и не боронили землю.

Соотнесенность земли  с человеком выразилась в наделении  ее антропоморфными чертами: волосы Земли – трава, кустарники, деревья; кости – скалы и камни,; кровь – вода; жилы – древесные корни и т.д.

Язычники относились к  Земле с величайшей любовью, и  все сказания говорят, что она  платила им тем же. В одной из былин героя предостерегают, чтобы  не вздумал сражаться с каким- то богатырем. Этот богатырь непобедим. А почему? «Его Земля- матушка любит…»

Была у нее еще одна важная забота – Макошь покровительствовала бракам, была защитницей прочных семейных устоев. Сидя на удобном пригорке, поросшем цветущими медоносными травами, наш языческий предок чувствовал под собой теплые колени Матери-Земли.[9]

Таким образом, в пантеоне Владимира была до известной степени  учтена диалектика взаимосвязи неба и земли, столь важная для мифологических представлений древневосточных славян о человеке и природе, их взаимозависимости, о мироздании в целом. Среди выделенных из множества других божеств, олицетворяющих различные силы и атрибуты природы, особо почтенны были: солнце как источник тепла и света, стихии, грозы и ветра, плодородие земли и природы в целом, силы, руководящие судьбой и долей, подающие блага, общие для всех людей.

 

3. Истоки славянской мифологии

3.1. Уровни славянской мифологии

По функциям мифологических персонажей, по характеру их связей с коллективом, по степени индивидуализированного воплощения, по особенностям их временных  характеристик и по степени их актуальности для человека внутри славянской мифологии можно выделить несколько  уровней.[10]

Высший уровень характеризуется наиболее обобщенным типом функций богов (ритуально-юридическая, военная, хозяйственно-природная), их связью с официальным культом (вплоть до раннегосударственных пантеонов). К высшему уровню славянской мифологии относились два праславянских божества, чьи имена достоверно реконструируются как Perunъ (Перун) и Velesъ (Велес), а так же увязываемый с ними женский персонаж, праславянское имя которого остается неясным. Эти божества воплощают военную и хозяйственно-природную функции. Они связаны между собой как участники грозового мифа: бог грозы Перун, обитающий на небе, на вершине гор, преследует своего змеевидного врага, живущего внизу, на земле. Причина распри — похищение Велесом скота, людей, а в некоторых вариантах — жены громовержца. Преследуемый Велес прячется последовательно под деревом, камнем, обращается в человека, коня, корову. Во время поединка с Велесом Перун расщепляет дерево, раскалывает камень, мечет стрелы. Победа завершается дождем, приносящим плодородие. Не исключено, что некоторые из этих мотивов повторяются в связи с другими божествами, выступающими в других, более поздних пантеонах и под другими именами (например, Свантовит). Знания о полном составе праславянских богов высшего уровня весьма ограниченны, хотя есть основания полагать, что они составляли уже пантеон. Кроме названных богов в него могли входить те божества, чьи имена известны хотя бы в двух разных славянских традициях. Таков древнерусский Сварог (применительно к огню — Сварожич, т.е. сын Сварога). Другой пример — древнерусский Даждьбог. Несколько сложнее дело с названиями типа древнерусских Ярила и Яровит у балтийских славян,  так в основе этих имен — старые эпитеты соответствующих божеств. Подобные эпитообразные наименования, по-видимому, соотносились также с богами праславянского пантеона (например, Мать сыра земля и другие женские божества).

К более низкому уровню могли относиться божества, связанные с хозяйственными циклами и сезонными обрядами, а также боги, воплощавшие целостность замкнутых небольших коллективов: Род, Чур у восточных славян и т.п. Возможно, что к этому уровню относилось и большинство женских божеств, обнаруживающих близкие связи с коллективом, иногда менее уподобленных человеку, чем боги высшего уровня.

Элементы следующего уровня характеризуются наибольшей абстрагированностью  функций, что позволяет иногда рассматривать  их как персонификацию членов основных противопоставлений; например, Доля, Лихо, Правда, Кривда, Смерть, или соответствующих  специализированных функций, например Суд.