Возникновение перевода

ВВЕДЕНИЕ

В условиях глобализации и  усиления международных связей деятельность переводчиков становится все более заметной и ценной. В какой-то мере именно их многовековая «работа» послужила причиной такого тесного сотрудничества в области международных отношений в наши дни. Поэтому не вызывает удивления тот пристальный интерес, который проявляют к переводу многие ученые, писатели, критики, практики перевода.

Переводческая деятельность, как и любое занятие, имеет свою историю. Зародился перевод еще в Древнем мире. Первые контакты между народами, говорящими на разных языках, были устными, поэтому о существовании перевода в то время можно лишь судить по немногочисленным свидетельствам и данным о наличии разнородных контактов между народами.

История перевода в большой степени соприкасается с историей литературы и с историей культуры и более того, представляет собой явление культуры как таковое, поэтому рассматривать историю зарождения перевода мы будем вместе со всеми историческими и культурными факторами.

В данной работе мы освещаем историю возникновения перевода, историю профессии переводчика, историю взглядов на перевод в разных странах мира, начиная с Древнего мира и кончая положением переводческого дела в Средневековье.

1. 1 ПЕРЕВОД  В ДРЕВНЕМ МИРЕ

1.1 Древний Египет

На протяжении многих сотен  лет своей истории Египет вступал  в разного рода контакты – торговые, военные и прочие – с другими иноязычными народами. Следовательно, можно предположить наличие переводческой деятельности уже на ранних этапах существования египетской цивилизации. Первой и изначальной формой перевода был перевод устный, и переводчиками становились лица, обладавшие знаниями двух или более языков. Ни о каком профессиональном занятии переводом тогда говорить не приходилось. Им занимались лишь от случая к случаю. Но по мере расширения контактов с иноязычными народами потребность в переводчиках, уже не случайных, а профессиональных, возрастала. Уже во время Древнего и Среднего царства существовали не только отдельные переводчики, которые занимались переводом от случая к случаю, но и группы переводчиков, вероятно, состоявшие при царской канцелярии или при храмах.

По мере роста могущества Египта его цари стали осуществлять все более дальние походы. В  период Нового царства Египет вступил  в контакт с одним из древнейших очагов цивилизации – Двуречьем. Это обусловило появление школ писцов, которых обучали, помимо всего прочего, и иностранным языкам. Это обстоятельство было чрезвычайно важно для становления переводческого профессионализма.

Косвенным свидетельством о переводческой деятельности можно считать сохранившуюся переписку египетских правителей с вавилонскими, ассирийскими, хеттскими, митанийскими, сирийскими и палестинскими правителями на аккадском языке (международном языке того времени) клинописью и содержащими около 400 писем. Конечно, для этого требовалось достаточное число писцов-переводчиков, которые знали аккадский язык и могли переводить на него послания своих царей. Сохранились также тексты, которые служили пособиями египтянам для обучения аккадскому языку и клинописи.

После завоевания Египта Александром  Македонским и до прихода туда римлян страной управляли Лагиды.

Египетское население  в большинстве своем не знало  греческого языка. В таких условиях государственный аппарат не мог функционировать без переводчиков, т.к. они были необходимы везде, где власти вступали в контакт с местным населением .Предположительно, среди переводчиков было немало египтян.

На протяжении существования  египетский язык развивался и изменялся, менялась и письменность. Возникала потребность переводить с более древних форм языка на более поздние. Тем самым перевод выступал в роли инструмента сохранения традиций, способствовал непрерывности литературного процесса.

В египетских литературных источниках встречается и древнейшее упоминание о конкретной личности переводчика. Имя первого переводчика - Анхурмес, верховный жрец в г. Тинисе, современник одного из фараонов XIX династии (1314-1200 гг.до н.э.). Анхурмес был бедняком, но затем, обучившись, стал переводчиком, знатоком многих языков. В то время социальное положение писца-переводчика было довольно высоким.

В Древнем Египте еще не обнаруживаются явления, которые можно  было бы назвать литературным переводом, однако вполне профессиональные переводчики уже существовали. Чаще всего переводились различные государственные документы и в основном с аккадского языка и на аккадский. Скорее всего в большинстве случаев передавался лишь общий смысл текста.

1. Шумер

В Шумере уже к концу IV тысячелетия до н.э. существовала письменность в виде клинописи. Принципы клинописного письма позже были позаимствованы многими народами, приспособлявшими его к нуждам своих языков. В отличие от мифологических сказаний многих других народов, в которых изобретение письменности приписывается богам, шумерская традиция приписывает изобретение письма человеку – правителю города Урука, который вел спор с верховным жрецом города Арраты, используя для этого гонцов. По преданию, одно из посланий правителя оказалось настолько сложным, что гонец не смог его запомнить. Правитель тут же изобрел письменность и записал свое послание на глиняной табличке.

В развитии переводческого дела большую роль сыграли школы. Расцвет шумероязычной школы приходится на конец III тысячелетия – первую треть II тысячелетия до н.э. Руководитель шумерской школы э-дуба – «дома табличек» - назывался «отцом дома табличек», преподаватели именовались «великими братьями», ученики – «сыновьями дома табличек». К выпускникам школы э-дуба предъявлялись строгие требования В частности писец, оканчивавший обучение, должен был уметь переводить как устно, так и письменно с шумерского языка на аккадский и наоборот, знать наизусть необходимые термины и их правильное произношение на обоих языках, быстро находить шумерские эквиваленты любых аккадских слов. Особо следует подчеркнуть то обстоятельство, что шумерский и аккадский не являлись родственными языками, они принадлежали к разным языковым семьям (шумерский – язык неустановленной принадлежности, аккадский – семитский), а клинопись, позаимствованная аккадским языком от шумерского, была сложной и весьма неудобной системой письма.

2. Вавилон

Вавилонская культура стала  не только преемницей многих традиций шумерской культуры, но и способствовала их развитию и обогащению. Вплоть до конца II тысячелетия до н.э. шумерский язык обслуживал и нужды культа, и нужды школы и лишь затем был вытеснен аккадским. Такое длительное параллельное существование двух языков конечно же обусловливало и развивало переводческие традиции.

Наукой засвидетельствованы, помимо шумеро-аккадских, аккадско-хеттские, шумеро-аккадско-хеттские, аккадско-касситские словари.

Переводчики (сепиру) в Вавилоне осуществляли переводы с аккадского на арамейский, в течение многих веков выполнявший функции международного языка на Востоке и наоборот.

На основании нововавилонских текстов выделяют следующие группы сепиру: царские переводчики; переводчики наместников; переводчики управляющих; переводчики при войске; храмовые переводчики и др. В текстах упоминаются переводчики и при частных лицах, а также сепиру-рабы. В некоторых нововавилонских текстах говорится и о «начальниках над переводчиками». Есть упоминания и о переводчиках-чужеземцах.

3. Хетты

В Хеттском государстве, которое  занимало центральную часть Малой  Азии  (оно просуществовало приблизительно от XVIII до XIII в. до н.э. и временами включало районы Северной Сирии и Северной Месопотамии), культура достигла достаточно высокого уровня развития, оказав воздействие на культуру многих народов (очевидно, включая и древних греков). Перевод здесь стал заметным культурообразующим фактором.

На формирование хеттской культуры значительное влияние оказала  культура хурритов – народа, составлявшего основную часть населения Северной Месопотамии и Северной Сирии. Контакты между хеттами и хурритами развились задолго до того, когда хетты стали передвигаться на юг, однако именно с этого времени следует вести отсчет активного хурритского культурного воздействия на хеттов. О хурритской культуре стало известно только благодаря хеттским переводам с хурритских подлинников. Во многих случаях это были сокращенные переложения и адаптации. Также сохранилось значительное количество хеттских переводов хурритских поэтических произведений.

Но деятельность хеттских переводчиков не ограничивалась переводами с хурритского. В архивах хранятся многоязычные переводные словари, в частности шумеро-аккадско-хеттские, а также хеттские переводы культовых и поэтических текстов с шумерского и аккадского. Такое обилие словарей свидетельствует об активной переводческой деятельности.

В литературе Хатти уже встречались элементы стихосложения с фиксированной метрикой и строфикой. Некоторые из таких культовых стихотворных текстов и величаний царей были переведены на древнехеттский, что позволяет говорить и о влиянии литературы хаттов на литературу хеттов через перевод. В период XVII-XVI вв. до н.э. язык хаттов уже был фактически мертвым, и хеттские писцы провели большую переводческую работу, пытаясь сохранить уходящие в небытие литературные произведения на языке хатти.

Хеттами были позаимствованы у вавилонян и ассирийцев в  виде переводов астрономические, медицинские  труды, сочинения по магии. Но при  этом не делалось никаких попыток  совершенствовать эти тексты.

В помощь местным писцам и для их обучения приглашались писцы  из Вавилона. Выполнялись переводы дословные, подстрочные, вольные, переводы-пересказы, сокращенные изложения.

В некоторых случаях хеттские переводчики стремились к точной передаче значения каждого переводимого слова в ущерб литературному совершенству перевода. Иногда встречаются тщательно обдуманные переводы, в которых переводчики руководствовались не первичным значением переводимого слова, а желанием получить литературно обработанный текст. В переводных хеттских словарях часто встречаются целые  предложения, толкующие переводимое слово, а не одно слово-соответствие.

4. Иран

Состояние переводческого дела в древнем Иране оценить очень сложно, т.е. на тот момент был не один, а множество иранских языков, хоть и близкородственных, но тем не менее различных.

Под властью персидских царей  оказались многие страны и народы; в момент своего наивысшего могущества территория Ирана простиралась от Египта до Северо-Западной Индии.

Однако в условиях многоязычия народов широкого распространения переводческое дело не получило. Причиной этого был тот факт, что языком персидской канцелярии стал арамейский язык, который уже с VII в. выполнял функции «международного» языка на огромных территориях Ближнего и Среднего Востока. При канцеляриях персидских наместников, несомненно, имелись переводчики, но их главной задачей было ведение делопроизводства на арамейском, а не на персидском языке. Переводчики при центральных канцеляриях владели и арамейским и персидским языками. Необходимые распоряжения переводились на арамейский, а затем, если была необходимость, и на местные языки.

Также среди причин, обусловивших слабое распространение переводческой деятельности была относительная неразвитость персидской литературы. Фактически единственным памятником древнеиранской литературы является «Авеста» - сборник священных книг. К тому же, судя по всему, персы не навязывали свою религию покоренным народам, и поэтому не возникало необходимости в переводе священной книги на местные языки.

Сведения о литературе в период парфянского правления  весьма скудны: «Трудно ожидать, чтобы  при малоудобном способе письма, которым пользовались парфяне, могла существовать письменная литература… при дворах парфянских правителей и знати процветала устная поэзия»/1, С.270/ Изменения в культурной обстановке Сасанидского Ирана (III-VI в. н. э.) отразились и на переводческой деятельности. Сасанидский Иран начинает испытывать мощное воздействие эллинизма, и на среднеперсидский язык (пехлеви) осуществлялось много переводов по логике, философии, астрономии, астрологии, медицине, математике в основном греческих авторов. Большинство переводов делалось не с греческого, а с сирийского, на который эти труды были уже переведены.

На пехлевийский переводились литературные произведения и с индийских языков. По данным арабского историка аль-Масуди (X в.), книга «Тысяча сказок»  была переведена на среднеперсидский с индийского оригинала.

«Арабский хронист Хамза (X в.) сообщает о том, что на пехлевийский было переведено семьдесят книг с индийских языков, среди которых была и книга «Синдибаднамак», которая после ее перевода с пехлеви на арабский вошла в состав сказок «Тысячи и одной ночи» как цикл приключений Синдбада» /2, 54/.

Так как на территории Сасанидского Ирана в его западной части  было заметным влияние христианства, а в восточной – буддизма, сохранились переводы произведений христианской и буддийской литератур.

По сравнению с временами Ахеменидов (VI – IV вв. до н. э.) литература Сасанидского Ирана была значительно более разнообразной и светский элемент занимал в ней существенное место. Возможно, это в какой-то степени и объясняет значительно более активную переводческую деятельность.

5. Индия

О древней Индии как  о некоем единстве можно говорить  с большой долей условности. Индийский субконтинент был заселен с древнейших времен большим количеством разноязыких и разнорасовых народов. Устойчивых государственных образований, которые охватывали территорию современных Индии, Бангладеш, Непала, Пакистана и Шри-Ланки, не возникало вплоть до первых веков н.э. «Несмотря на обильную литературу, стойкой историографической традиции, подобной греко-римской, здесь не возникло, что затрудняет изучение не только историчекого, но и культурного развития» /2, 73/.

Древнейшими дошедшими до нас памятниками древнеиндийской  письменности являются наскальные эдикты (указы) императора Ашоки, относящиеся к III в. до н.э., хотя имеются сведения, что раннеиндийская литература в ее устной форме начала складываться уже в VII в до н.э. Явление, когда литература получает значительное развитие без письменной фиксации, - достаточно редкое.

Эдикты Ашоки переводились на арамейский язык для ираноязычного населения и на греческий для грекоязычного населения ряда провинций. Очевидно, писцы, переводившие эти эдикты, испытывали большие затруднения при переводе особенно на арамейский, и зачастую перевод превращался в передачу основного содержания, причем в некоторых случаях искажался даже сам смысл царского указа. Переводчики передавали типично буддийские идеи в понятиях, доступных тому населению, для которого они предназначались. В переводах обнаруживаются и пропуски, вынужденно появлявшиеся там, где переводчики оказывались не в состоянии адекватно передать слово или фразу оригинала. Хотя точных сведений нет, кем были переводчики в то время, можно предположить, что или был иранцы.

В эдиктах Ашоки упоминается правитель Египта Птолемей Филадельф (III в. до н.э.). Это свидетельствует о дипломатических контактах Индии и Птолемеевского Египта, что, в свою очередь, говорит о возможном существовании переводчиков.

Санскритская литература, санскритский эпос оказали решающее воздействие на формирование ряда литератур  Южной и Юго-Восточной Азии, и в этом важнейшую роль сыграл перевод. В пределах же самой Индии в условиях многоязычия индийского субконтинента складывались и развивались литературы не только на санскрите. Можно не сомневаться, что делались переводы и на языки этих литератур.

Каких-либо конкретных сведений ни о писцах, ни о древнеиндийских  школах обнаружить пока не обнаружено. Известно, что к профессии писца монахи не допускались (полная противоположность средневековым европейским монахам), но среди мирян быть писцом считалось выгодным и почетным.

Китай

«Закрытость» китайской  цивилизации уже на ранних этапах ее развития отмечена многими исследователями. Как и в Греции в период ее расцвета, в Китае не обнаружены следы сколько-нибудь заметной литературной переводческой деятельности, несмотря на наличие богатейшей литературы. Первый всплеск переводческой деятельности в Китае связан с проникновением в эту страну буддизма.

В древнем Китае уже  создавались словари, но то были не двуязычные словари, а толковые лексикографические пособия, что также говорит о неразвитости переводческого дела в рассматриваемый период. Можно констатировать наличие в древнем Китае школ. Засвидетельствованы даже своего рода университеты, но практиковалось ли там обучение писцов-переводчиков, неизвестно.

Япония

Япония испытала серьезное воздействие могучей китайской культуры как непосредственно, так и прежде всего через Корею. Проникновение китайской письменности в Японию относят к V-VI вв. до н.э., но процесс этот был довольно длительным и достаточно сложным. Первые собственно японские литературные сочинения – исторические хроники – складываются лишь в конце VII – начале VIII в. н.э. Сведения об исторических событиях более раннего времени можно почерпнуть в основном из китайских источников.

Известно, что японцы отправлялись на учебу в китайские «университеты».

Японские паломники совместно  с китайцами работали над переводами и комментированием буддийских текстов. Можно утверждать, что литературный перевод в древней Японии отсутствует, т.к. первое появление памятника  японской письменности – «Истории императоров древности» - датируется 712г. Не известны также и словари эпохи древности Японии.

Греция

Греческую цивилизацию, несмотря на то что она, испытывала различные влияния других культур и цивилизаций, обычно относят в «первичным» цивилизациям. К тому же греки проявляли известное высокомерие к другим народам, называя всех не-греков «варварами». Соответственно, греки крайне неохотно изучали иностранные языки (а без знания таковых перевод невозможен). Ни одна цивилизация древности не имела такой поразительно богатой литературы, как Греция. На протяжении нескольких сотен лет, вплоть до I в. до н.э., когда наблюдался расцвет римской литературы, ни по своим достоинствам, ни по обилию создававшихся произведений ни одна литература народов, с которыми греки вступали в контакт, не могла идти ни в какое сравнение с греческой. Этот факт тоже послужил причиной слабого развития перевода на греческий на протяжении длительного периода времени. Сведения о переводах на греческий появляются именно с эпохи великих завоеваний Александра, хотя греческая колонизация Средиземноморья началась задолго до возникновения греко-македонской империи.

Одной из внешних причин, мало способствовавших активной переводческой  деятельности, являлось широчайшее распространение  греческого языка уже в начале эллинистического периода (т.е. с конца IV в. до н.э.). Греческий язык настолько прочно вошел в быт, что даже после завоевания этих земель римлянами не был вытеснен латынью. Процесс оживления местных языков начинается лишь приблизительно с IV в. до н.э. Римские чиновники, купцы, военные власти часто прибегали к греческому языку в общении с карфагенянами, египтянами, сирийцами, евреями и многими другими народами. Греческий язык, а позже и латынь, проникли далеко на Восток. Знали греческий и некоторые индийские цари.

На греческом языке  создавались произведения по истории  не-грекоязычных стран, в частности Рима.

Проявляя, с одной стороны, несколько высокомерно-пренебрежительное  отношение к другим народам, древние греки, с другой стороны, обладали удивительной любознательностью, стараясь побольше узнать о других народах (так, например, возник монументальный труд Геродота, который отправлялся в дальние путешествия для сбора сведений).

Греческие историографы, путешественники  вынуждены были прибегать к помощи местных переводчиков.

Завоевания Александра Македонского способствовали тому, что греческая  культура и язык распространились на огромных территориях Азии. В разных регионах степень их влияния была различной, но несомненно, что это  влияние во многих случаях обусловило развитие переводческой деятельности. Однако то были переводы с греческого, и выполнялись они в большинстве случаев не-греками.

Переводчики участвовали  в делопроизводстве, переводили речи египтян для царей, царские реляции, распоряжения и послания для египтян. Такие переводы носили массовый характер. Если в литературных переводах греческие  переводчики прибегали к переводам-адаптациям, то в переводах деловых документов они стремились к максимальной, дословной  точности. Сосуществование по меньшей мере двух подходов к осуществлению переводов говорит о четком понимании задач перевода.

Существовали также греческие  переводы книг по медицине, астрологии, астрономии и др., а также книг о путешествиях.

Греческая лексикография  берет свое начало еще в классическую эпоху, но ее расцвет приходится на эпоху так называемого эллинизма. Создавались словари трудных слов, устаревших слов и слов, вышедших из употребления.

Таким образом, то обстоятельство, что «греческая культура не развивалась, как это часто бывало в других странах, под доминирующим влиянием чужеземной культуры» /3, 113/, а также ряд других факторов – особенности греческого характера, могучее развитие литературы и отсутствие равновеликих иноязычных литератур, широчайшее распространение греческого языка – и привели к тому, что перевод для греков играл лишь подсобную роль и как таковой оставался анонимным, что также очень показательно.

Рим

Контакты Рима с Грецией  начинаются задолго до превращения  Греции в римскую провинцию. Греческая  культура оказывала опосредованное влияние на римскую культуру через  этрусков. Однако моментом, с которого можно отсчитывать постоянные сношения Рима и Греции, считается вторжение в Италию в 280г. до н.э. эпирского царя Пирра, которое завершилось для него неудачей. Пирру и римлянам пришлось общаться не только на поле брани, но и через вестников и послов. А поскольку Пирр относился к римлянам как к варварам и едва ли поэтому мог знать латынь, то для обеспечения контактов противоборствующих сторон нужны были переводчики, или же следует предположить, что некоторые римляне, по крайней мере среди военачальников, знали греческий язык.

Первым переводчиком и  одновременно зачинателем большой  римской литературы был грек из Тарента Луций Ливий Андроник (ок.275-200гг. до н. э.). Андроник был сначала рабом, а затем вольноотпущенником в доме сенатора Ливия Салинатора, обучавшим детей знати латинскому и греческому языкам.

Согласно древней традиции Ливия Андроника называют первым римским поэтом. Одной из важнейших заслуг Андроника можно считать то, что основы римской поэзии он заложил своим переводом «Одиссеи» Гомера на латинский язык. «Одиссея» переведена старинным размером народной поэзии – сатурнийским стихом. Андроник придал переводу некоторые черты римского колорита: так, греческие боги названы именами римских божеств. С другой стороны, при переводе Андроник столкнулся с необходимостью вводить новые слова, которые передавали бы понятия и реалии, отсутствовавшие в римской действительности и в латинском языке. Можно утверждать, что, таким, образом, Андроник стал родоначальником адаптационного перевода, приобретшего в Риме большую популярность.

Ливий Андроник был также автором первого гимна для богослужения, сочиненного по греческому образцу вместо традиционного.

Развитие римской литературы на ранних этапах происходило под  непосредственным влиянием переводов, переделок, переработок с греческого языка. Именно перевод заложил основы римской литературы и привел в конечном счете к созданию величайших творений словесности, достойных великого народа.

Уровень знания греческого языка римлянами и степень его распространенности оказывали непосредственное воздействие на развитие переводческой деятельности, на формирование переводческих принципов и совершенствование переводческого мастерства. В связи с этим представляется необходимым коротко рассмотреть статус греческого языка в Риме.

С одной стороны, греческий  язык был уделом самых низших слоев, рабов, приток в Рим которых продолжался  в III-I вв. до н.э., а с другой он был в почете у верхушки римского общества. Греческим языком хорошо владели многие римские должностные лица, не говоря уже о поэтах.

В «грамматических», т.е. средних школах, в Риме преподавался не только греческий язык, но и перевод с греческого. Но все же основная масса латиноязычного населения греческого языка не знала или владела им слабо.

На ранних этапах развития римской литературы основное количество переводов и переделок приходилось  на драматургию, т.е. было ориентировано  на восприятие их массовой публикой, и  лишь позднее, в связи с распространением книгоиздательского дела, резко увеличилась  доля переводов текстов для чтения, прежде всего романов. В I в. до н.э. в связи с освоением производства «бумаги» из папируса и развитием сети переписочных мастерских тиражи книг достигали десятков тысяч экземпляров.

Именно освоение греческого наследия посредством перевода и  привело к созданию вполне самостоятельной римской литературы. Именно перевод поднял римскую литературу до уровня греческой.

Появление прозаических переводов  отражало изменения в культуре, и начиная с I в. до н.э. именно прозаический перевод становится ведущим. Если поэтические переводы и выполнялись, то они предназначались для тех читателей, которые могли оценить все тонкости работы переводчика (насколько ему удалось передать греческий оригинал, так хорошо знакомый многим, или насколько изящно переводчик от него отклонился).

После эпохи Августа (I в. н.э.) «римская литература вступает в новый период развития. До сих пор она ориентировалась на греческие образцы; теперь почти все жанры греческой литературы были уже освоены Римом и почти во всех из них были созданы классические произведения, которые могли соперничать с греческими»/17, 9/. Во II в., когда римская литература стала обнаруживать признаки увядания, снова учащается обращение к греческим авторам. Эллинофильство было характерным для Рима начиная с III в. до н.э. и фактически до конца существования Западной Римской империи, оно переживало свои взлеты и спады, но никогда не исчезало совсем.

Однако массовый читатель западной части Империи, особенно после  потрясений III в. н. э., все больше терял связь с греческим культурным наследием и был вынужден все чаще обращаться к переводам. К тому же после I в. н. э. литература заметно разделилась на элитарную, где преобладали поэзия, камерная риторика (т.е. речи уже писались не для произнесения, а для прочтения), и массовую, где преобладал роман, причем, судя по всему, в основном переводной.

Невиданные масштабы римской  экспансии и относительная стабильность римской государственности, удерживавшаяся на протяжении довольно длительных отрезков времени, обеспечивали римлянам постоянный и длительный контакт со множеством народов. К концу I в. н. э. Римская империя включала с себя в виде провинций значительную часть Британии, современные Францию, Нидерланды, Швейцарию, часть Германии и Австрии, Болгарию, Румынию, Югославию, Грецию, Испанию, всю Северную Африку, Малую Азию, Палестину, Сирию. Латинизация происходила достаточно быстро, но не везде и не в одинаковой степени; восточные части империи, например, вообще никогда по-настоящему не латинизировались, оставаясь под доминантой греческой культуры и языка. В начальный период завоеваний при римском войске должны были находиться переводчики, которые вербовались из местного населения завоевываемых территорий, а позже, до закрепления латыни как основного языка общения в западной половине империи, при административных аппаратах работали переводчики, занимавшиеся переводом различных указов и распоряжений римских властей. Вторжение варваров в пределы Римской империи, начавшиеся в III в. н. э., снова вызвали необходимость в переводчиках.