Замысел метафизики Юрия Сергеевича Владимирова.

ФЕДЕРАЛЬНОЕ АГЕНСТВО ПО ОБРАЗОВАНИЮ

Государственное образовательное учреждение высшего профессионального образования

«Томский политехнический университет»

Физический-технический институт

Кафедра теоретической и экспериментальной физики

Реферат

Замысел метафизики Ю.С.Владимирова

Выполнил:

Аспирант кафедры  ТИЕФ

Конищев М.Е.

Томск, 2010 г.

Оглавление

Введение

«Метафизика» в традиционном смысле слова

Метафизика Ю.С. Владимирова

Фундаментальная теоретическая физика: основные моменты метафизики

Взаимосвязь редукционизма и холизма в «замысле метафизики» Ю. С. Владимирова

Основные принципы метафизики Ю.С. Владимирова

Заключение

Литература

Приложение……………………………………………………………………………………..23

Введение

Метафизика замечательна в том

отношении, что отнимает у мироздания

все, что оно имеет, и придает ему то,

чего оно не имело.

АнатольФранс. СадЭпикура

В течение XX века были затрачены огромные усилия на попытки объединения закономерностей общей теории относительности и квантовой теории, но они оказались тщетными. Физики-теоретики имели дело с теориями, построенными в рамках принципиально различных метафизических парадигм, а найти более общую парадигму, позволяющую взглянуть на их основания с единых позиций, так и не удалось.

Современный человек привык к изменениям во всех сферах жизни: в науке, технике, в социальной сфере. Одни взгляды и теории сменяют другие. Причём по одним и тем же вопросам, как правило, имеются суждения и теории. Доминирующими становятся то одни, то другие, и далеко не всегда очевидно, какие следует предпочесть. Быстро меняются и знания о космосе, об элементарных частицах, их взаимодействиях. Наиболее консервативными в системе мировоззрения оказались наши представления о пространстве и времени. И так было испокон веков. Точнее, с III века до н.э., когда в “Началах” Евклида были сформулированы положения о пространстве и времени, оставшиеся неизменными более двух тысячелетий вплоть до XX века.

С открытием специальной теории относительности (1905г.) представления о пространстве и времени подверглись радикальному пересмотру. Сначала было осознано, что они образуют единое 4-мерное многообразие, а затем, с созданием общей теории относительности (1913-1916гг.),- что это многообразие искривлено.

Идея, которой горел А.Эйнштейн, геометризация физики, которая немыслима без повышения размерности пространства, была подхвачена и развивалась. Необходимо также добавить достижения физики за время, прошедшее с момента издания книг Л.Д.Ландау и Е.М.Лифшица.

В результате возникновения феномена посткультуры обсуждение взаимосвязи классических и неклассических образов метафизики становится чрезвычайно актуальным. В философском дискурсе комплекс метафизических проблем представляет особое поле, которое, в силу разных обстоятельств, оказывается сегодня на периферии исследовательского внимания.

Юрий Сергеевич Владимиров - доктор физико-математических наук, профессор, ведущий научный сотрудник кафедры теоретической физики физического факультета Московского государственного университета им. М.В.Ломоносова, вице-президент Российского гравитационного общества, научный руководитель школы-семинара по физической картине мира Международного инновационно-исследовательского центра альтернативных образовательных и социальных технологий, автор ряда монографий по общей теории относительности, многомерным геометрическим теориям физических взаимодействий, бинарной геометрофизике, и др. (см. Приложение).

Объектом исследования стала метафизика как базовая философская категория.

Предметом  - метафизика в понимании Ю. С. Владимирова.

Основной целью работы стало обоснование нового статуса метафизики, предложенного Ю. С. Владимировым, в современной культурной ситуации.

Цель определила следующие задачи:

- рассмотреть историю традиционного понимания метафизики;

- выявить отличительные черты и базисные основы «замысла» метафизики Ю. С. Владимирова;

- выявить основные принципы метафизики Ю. С. Владимирова.

В данной работе применяются такие методы исследования, как диалектический метод, метод теоретического анализа, обобщения, синтеза, конкретизации, сравнительно-сопоставительный метод.

Работа состоит из введения, двух пунктов основного содержания, заключения и списка использованной литературы, приложения.

«Метафизика» в традиционном смысле слова

Современному человеку непросто ответить на вопрос, что такое метафизика. Одна эпоха сменяла другую и вносила свои коррективы не только в само понятие, но и в отношение к нему.

Прежде чем говорить о связи метафизики с современной физикой вообще и с метафизикой Ю. С Владимирова, хотелось бы выяснить, что такое собственноесть метафизика в традиционном понимании.

Этимология слова «метафизика» – чисто апофатическая, то есть не содержит в себе чего-либо положительного и поэтому ничего не проясняет всодержании предмета. Сама приставка «мета-» (греч. metataphysica - вне, по ту сторону).

Это философское учение о первичных основах всякого бытия или о сущности мира. "Physica" обычно переводят - "природа". Однако следует иметь в виду, что это понятие воспроизводило в философии античности два основных смысла: сущее как таковое и внутренняя сущность предмета (т. е. "природа сущего"). Эти два значения были взаимодополняющими при анализе вещей. Поэтому уже в античности философствование в собственном смысле слова - это и есть вопрошание о "фюсис" в указанном выше двойном значении: вопрошание о сущем и вопрошание о бытии этого сущего.

Понятие "метафизика " - несмотря на весь его глубокий смысл - имеет прежде всего искусственное происхождение и связано с систематизацией аристотелевского наследия в соответствии с тремя дисциплинами - логикой, физикой и этикой. Однако часть работ Аристотеля, посвященная проблемам сущего в целом и составившая так называемую "первую философию", не укладывалась ни в одну из названных дисциплин, ибо в ней обсуждались наиболее общие принципы бытия и знаний. Поэтому редактор аристотелевских работ Антроникос из Родоса, руководитель школы Ликеон (Лицей) в 1 в. до н. э. , предложил использовать для их обозначения термин " метафизика ", что и давало возможность поставить собственно философию вслед за физикой. Кроме того, это было данью уже сложившейся традиции, культивируемой в Ликеоне: науки о мире, природе, растениях, животный называли "физикой", а все то, что находилось вне ("мета") их сферы и составляло как бы общую теорию действительности, обозначалось как "метафизика"[1].

Соответственно и философия как таковая стала называться этим же термином. Метафизика и стала той областью философии, которая стремилась ответить на вопрос "Что есть реальность? " и разработать нормативные критерии для ее определения и отличения от того, что только кажется реальностью, но ею фактически не является. Более того, в философской традиции комплекс подобных фундаментальных вопросов о действительности считался сущностью философии и основанием всех других наук.

Последующая трансформация понятия привела к появлению более четких содержательных смыслов, когда метафизика стала указывать на выход за пределы отдельных сфер сущего. В результате это понятие начало обозначать науку о сверхчувственном (т. е. расположенном за сферой чувственного) и способ его познания. Истоки систематизированных метафизических учений обнаруживаются уже в эпоху классического эллинизма, которая может считаться своеобразной точкой отсчета для европейской метафизики. В этот период она отождествлялась с учением о бытии, получившем в 17 в. название "Онтология". Предметы метафизики и онтологии совпадали в силу фундаментальности вопросов о том, что такое сущее, какова его природа, что такое мир, в чем смысл бытия и т. д.

В последующих исторических типах метафизики по-разному выявлялась фундаментальная структура философствования, которое по сути и является ее основной задачей. Так, определенное своеобразие в метафизическое изучение сущего как такового привнесло средневековье. Патристика, например, продолжая античные традиции размышления о сущем в целом, постепенно изменяет их прежние смыслы, ибо ее сущее здесь понимается как имя Того, кто выше всякого имени, им же установленного (т. е. имя Бога)[2].

Движение традиционной метафизикикновоевропейской связано с научной революцией, произведенной во взглядах на природу Коперником, Кеплером, Галилеем, Ньютоном, и становлением экспериментально-математического естествознания. В этот период наблюдается заметное переориентирование философской рефлексии от традиционных метафизических проблем к оформлению программы научного познания природы и построению новых систем "первой философии" (Ф. Бэкон, Декарт, Спиноза, Лейбниц и др. ). Подъем научной мысли был связан с интересом к природе, проявлением "вкуса познания" реальных вещей. Установка на выявление объективно-причинных зависимостей стимулировала разработку системы научных методов, так как стало ясно, что для познания недостаточно только созерцания природы. Поэтому знание, наука были объявлены основным средством власти человека над природой. Идеалом науки Нового времени выступала классическая физика (первая теоретическая область естествознания). Она рассматривала мир как огромный механизм, состоящий из множества простых и устойчивых тел, изменения которых сводились к их перемещению в пространстве. Сложившийся в культуре этой эпохи пиетет перед физикой вызвал не только редукцию к ее представлениям других сфер естествознания, но и переоценку роли философской рефлексии: она неизменно должна была стать наукоцентричной и превратиться, главным образом, в метод научного исследования. Подобная интерпретация метафизики как специфического метода познания, фиксирующего объективную устойчивость и неизменность вещей, имела, таким образом, определенное историческое оправдание и стала позже характерной для ряда рационалистических философских систем (марксизма, позитивизма, неопозитивизма и др. ).

Своей содержательной трансформацией традиционная метафизика обязана и картезианскому перевороту, переосмыслившему проблему сущего как вопрос о познающем субъекте. Методическое сомнение есть подлинное новшество Декарта по сравнению с традиционной метафизикой: истинно сущим становится мышление субъекта, а в качестве прежнего сущего выступает мир исследуемых объектов. Не природа, не Бог, не мир идей, а именно мыслящее Я и есть последнее основание философии. В этом принципе заложены истоки последующего преобразования классической метафизикиобъекта в неклассическую метафизику субъекта[3].

Следующей культурно значимой вехой в исторической судьбе метафизики является формирование теории субъекта, в которой делается акцент на специфике познающего сознания. Новоевропейская трактовка сущего как объекта, определяемого через Я-субъекта (Декарт, Беркли), получает новую версию в философии Канта, который видит сущее в трансцендентальном единстве сознания. Это означает, что Кант заставил философов взглянуть на мир другими глазами: не с точки зрения картезианского варианта метафизики ("Что и как познает человек? "), а в принципиально иной плоскости - "Как в принципе возможно познание мира? " (в кантовском варианте это метафизика природы) и "Как возможна свобода человека? " (метафизика нравственности).[4] Интерпретация сущего в немецкой классической философии имеет и другие варианты определения: так, Фихте видит сущее "в сознании как таковом", Шеллинг - в "Я", как "абсолютном сущем". Новый подход породил и два пути решения проблемы познающего субъекта - рациональный и иррациональный. Рациональный способ решения метафизических проблем получил свое логическое развитие в философии Гегеля, для которого сущее репрезентировано абсолютной идеей, понимаемой как мысль, мыслящая саму себя, как разворачивающееся всеобщее мышление. Исходя из данной трактовки сущего, Гегель рассматривает отдельные вещи только как моменты саморазвития и самопознания идей или понятий, тем более, что ничего существующего вне понятия нет. Таким образом, Гегель демонстрирует рациональное познание особого типа, которое строится по законам диалектической логики. Развивая диалектический метод, он одновременно делает его и инструментом метафизики субъекта и тем самым пытается преодолеть прежнюю теорию метафизики с ее метафизическим способом мышления[5].

Последующая ревизия метафизики как теории и метода и развитие диалектики как всеобщего философского метода осуществлялось в философии марксизма. Дихотомия метафизики.и науки, анализ метафизики как методологии позитивного знания являлись предметом исследования классического позитивизма и неопозитивизма. Проблеме мировоззренческой реабилитации метафизики , когда она объявляется вполне законной философской дисциплиной, необходимым элементом всякой теоретической деятельности, выяснению ее значимости для развивающегося постнеклассического естествознания 20 в. и построению "новой метафизики - неометафизики" уделяет внимание постпозитивизм (или в более широком контексте "философия науки").

Вторая половина 19 в. привнесла иные смыслы в жизнь человека, до сих пор находившегося под влиянием культа разума, знания и науки, с помощью которых предполагалось радикально изменить прежний мир. Внутри культуры в виде оппозиции начинает формироваться новое видение мира, которое стремится выявить сущностные характеристики бытия человека, определить способы его ориентации в мире и предложить систему общезначимых ценностей, базирующихся на иных постулатах и принципах, и способных помочь человеку освободиться от веры в прогресс. Комплекс новых проблем человеческого бытия расширил первоначальные рамки метафизики субъекта. Тем более, что формирующаяся неклассическая (современная) философия, отказавшись от классического рационализма, занялась исследованием огромного, практически неизученного, пласта иррациональных (внелогических) факторов человеческой субъективности. Стало ясно, что человеческий мир намного многограннее, противоречивее и бесконечнее, чем представлялось рациональному знанию. Именно в силу указанных причин произошел так называемый "антропологический поворот" в современной философии, когда многие проблемы теории субъекта, только поставленные в новоевропейской метафизике, получили дальнейшее развитие в русле новых методик. Таким образом, проблема человека стала сквозной темой неклассической философии, даже, когда эти вопросы выходили в иные области философского знания: философию науки, философию языка и др. Это означает, что многообразный культурный опыт породил философский плюрализм в русле иррационалистических, этико-психологиче-ских, религиозных, феноменологических ориентации в изучении проблем бытия человека, наряду с развивающимися рационалистическими направлениями, пытающимися выявить новые эвристические возможности метафизики для современного научного знания. На этом историческом этапе наблюдались попытки реформирования идеалистических концепций сущего, например, в учении Шопенгауэра о мировой воле и рассуждениях Ницше об исторически преобразующейся воле к власти. Не менее глубокие трактовки сущего обнаруживаются в русской философии - у В. Соловьева (сущее как "всеединое сущее"), Франка (сущее как "абсолютное бытие или сверхвременное единство"), С. Трубецкого (сущее как явление, либо как идея, либо как предмет веры). Впоследствии Хайдеггер отметит основные исторические вехи метафизики , которые, с его точки зрения, ознаменованы тремя основными способами понимания сущего: античный (сущее как подлежащее), средневековый (сущее как сотворенность), новоевропейский (сущее как объект, определяемый через Я-субъект). Предметом современной метафизики , по Хайдеггеру, является бытие сущего, что принципиально разнит его позицию от марксистского определения сущего как бытия вообще.

Наконец, судьба метафизики в течение всего 20 в. в немалой степени оказалась зависимой от интерпретации проблемы языка во всех его функциональных проявлениях. Ведь апелляция к теме языка - это попытка, с одной стороны, преодоления традиционных, исторически себя исчерпавших форм разума, легализованных целым рядом "центризмов" (лого-, эго-, этно- и т. п. ), с другой - возможность переключиться на решение проблемы соотношения языка - мира - человека, модифицировав тем самым предметное поле предшествующей метафизики. Правда, критики такого подхода усматривают в этой триаде контуры формирования абсолютного панлингвизма, который вытесняет мир и человека на периферию языка. Проблема статуса языка, его онтологического бытия имеет в структуре метафизического знания свою историю: так явственно прослеживается тенденция движения от взглядов Витгенштейна с его методом философской терапии (направленной на выявление "языковых аномалий", "болезней" в процессуальной деятельности метафизики) - к позиции Хайдеггера, для которого "Язык - дом Бытия", в обители которого живет человек[6], Дерриде и его методу деконструкции метафизических высказываний. В отличие от метода реконструкции как рабочего инструмента всех историко-научных исследований в пределах панлогизма, деконструкция отвергает саму возможность анализа "означаемых, минуя означающее", и ее цель видится в активизации внутритекстовых "очагов сопротивления" диктату "логоцентризма"[7].

Историческая судьба метафизики представляется сложной и неоднозначной, вынуждающей часто менять характер философствования - либо в силу авторских вариантов решения тех или иных концептуальных построений, либо как следствие цивилизационных сдвигов, затронувших в целом философское знание. Поскольку трактовки метафизикисвязаны, в первую очередь, с пониманием предмета философии, ее сущности и функций в культуре, поскольку существовали не просто различные версии метафизики, но зачастую и ее альтернативные интерпретации. В ее развитии просматриваются как моменты преемственности новых вариантов метафизикис классической традицией, так и попытки отказа от нее. Однако, при всем многообразии интерпретаций метафизики в современной философской мысли господствующей является трактовка ее как философского учения о наиболее общих основаниях бытия человека в мире. Вместе с тем встречаются и иные подходы (также продолжающие ту или иную традицию): метафизики понимается и как "философствование вообще", и как синоним понятия "онтология", и как специфический, и как исторически ограниченный ("антидиалектический") метод познания.

В этой связи особый интерес представляет замысел метафизики, предложенный Ю.С. Владимировым.

Метафизика Ю.С. Владимирова

Традиционно центр современной философской рефлексии составляют проблемы историософии, антропологии, онтологии, теории познания, теории ценностей. Метафизика подразумевается как "созданная" наука, в рамках которой обсуждению могут быть подвергнуты только некоторые частности. Иногда даже можно слышать высказывания о том, что поиск в области метафизики чреват тавтологией, неумеренным эпатажем, "интеллектуальным пижонством".

В своей «Метафизике» Ю. С. Владимиров начинает с того, что анализирует вклад своих предшественников и на основе этого очерчивает возможности, ими еще не использованные. Так, «в XX веке один из создателей (копенгагенской) интерпретации квантовой механики Макс Борн в лекции, посвященной юбилею Джоуля (в статье «Физика и метафизика»), сказал: «Позвольте процитировать вам определения метафизики, взятые у двух современных философов. Согласно Вильяму Джемсу, «метафизика — это необычайно упорное стремление мыслить ясным образом». Бертран Рассел пишет: «Метафизика, или попытка охватить мир как целое посредством мышления». Эти формулировки подчеркивают две главные стороны метафизики: одна — метод (обязательная ясность мышления), другая — предмет изучения (мир как целое)... Я предлагаю употребить слово «метафизика» в более скромном значении — как в отношении метода, так и предмета, — а именно как «исследование общих черт структуры мира и наших методов проникновения в эту структуру».[8] После обсуждения достижений фундаментальной физики и их влияния на мировоззрение человечества М. Борн закончил лекцию одним замечанием по поводу определения метафизики, данного Расселом: «Метафизика — попытка постичь мир как целое с помощью мысли. Имеет ли какое-нибудь значение для решения этой проблемы гносеологический урок, преподанный физикой? Я думаю, что да, ибо он показывает, что даже в ограниченных областях описание всей системы в единственной картине невозможно. Существуют дополнительные образы, которые одновременно не могут применяться, но которые тем не менее друг другу не противоречат и которые только совместно исчерпывают целое. Это весьма плодотворное учение, и при правильном применении оно может сделать излишним многие острые споры не только в философии, но и во всех областях жизни»[9].

Ю. С. Владимиров ведет речь идет об основаниях бытия с позиций не философа, а физика и рассматриваются вопросы, которые в прямом смысле лежат “за физикой”, “над физикой” или “после физики”. Находясь на границе собственно теоретической физики, математики и философии (даже религии), данная область знания занимается философским осмыслением физики, достигшим к концу ХХ века высот, вплотную приблизивших ее к тому, что естественно назвать старым термином “метафизика”.

XX век - это время создания и освоения принципов теории относительности (как специальной, так и общей), квантовой теории и новых открытий в физике элементарных частиц, а также многочисленных попыток еще глубже проникнуть в суть природы классического пространства-времени и физики микромира.

Если принять определение метафизики как ядра философии, то можно утверждать, что современная фундаментальная теоретическая физика все более приближается к метафизике. Она позволяет, с одной стороны, рассмотреть научные проблемы, а с другой - раскрыть тесную связь принципов фундаментальной физики с идеологией и социальной жизнью.

Фундаментальная теоретическая физика: основные моменты метафизики

В физике принято различать 1) прикладную часть, где во главу угла ставится физический эксперимент (в теоретической физике — это соответствие теоретических построений опыту), 2) математический аппарат (логическую, рациональную составляющую теории) и 3) физическую интерпретацию (философское осмысление). Часто ведутся споры о том, какая из этих трех сторон физики важнее.
На протяжении большей части XX века полагалось, что безусловным приоритетом в науке пользуется практика, эксперимент, и назначение науки виделось в решении, главным образом, прикладных задач. Поэтому подавляющая часть ассигнований на физику, выделялась в связи с потребностями военно-промышленного комплекса. Многие и сегодня продолжают утверждать, что физика — наука, прежде всего, экспериментальная.

Со времен античности бытует мнение, что научность той или иной области знания определяется степенью использованной в ней математики. Современная физика без математики немыслима, причем к концу XX века в теоретической физике использовались буквально все разделы современной математики. Иногда бывает трудно различить, где кончается математика и начинается физика[10].

Обратимся к физике. С одной стороны, это один из разделов науки, а с другой стороны, это фундамент всего естествознания. Весь накопленный человечеством опыт в области естествознания сконцентрирован в теоретической физике. Однако, в настоящее время теоретическая физика должна быть разделена на три части: фундаментальную теоретическую физику, собственно теоретическую физику и прикладную теоретическую физику. Собственно теоретическая физика опирается на господствующую в соответствующий момент времени физическую парадигму. Например, сейчас с некоторыми оговорками  можно сказать, что собственно теоретической физикой является то, что изложено в 10 томах "Теоретической физики" Л.Д.Ландау и Е.М.Лифшица. Под прикладной теоретической физикой естественно понимать применение уравнений и известных физических закономерностей для решения конкретных технических задач. Наконец, фундаментальная теоретическая физика имеет дело с основными понятиями, принципами, концепциями и законами, лежащими в фундаменте физической картины мира. В ее рамках производится анализ самых первичных понятии и принципов, соотношений между ними, изучаются возможности их изменений и обобщений.

  Представляется, что в настоящее время сложились все условия для выделения и формирования как особого раздела физики фундаментальной теоретической физики. Поскольку этот раздел имеет дело с первоосновами физической картины мира, то, согласно данному выше определению, он непосредственно примыкает к религии. Видимо, есть основания даже для введения понятия физической религии. С другой стороны, фундаментальная теоретическая физика, являясь разделом физики, нацелена на построение целостной физической картины мироздания логическими методами, т.е. одновременно является философией, точнее - физической философией, а если вспомнить былые традиции, - ее следует назвать метафизикой.

Как имеется множество философских систем, различающихся тем, что в них выбирается в качестве ключевых первичных категорий, так и в современной фундаментальной теоретической физике имеется ряд физических философских систем, названных нами физическими парадигмами. Под парадигмойздесь понимаем систему понятий, категорий и принципов, определяющих основу и характер теоретических построений.

Аналогично тому, как классифицируются философские системы, в основных работах[11][12] предложено классифицировать представленные в современной литературе физические парадигмы в зависимости от характера первичности в них трех ключевых физических категорий:

1.                  пространства-времени;

2.                  частиц (на квантовом уровне - фермионов);

3.                  полей переносчиков взаимодействий.

Ю. С. Владимировым показано, что известные физические теории и программы можно распределить по десяти физическим парадигмам. К первой парадигме (общепринятой) относятся теории, в которых все три названные категории имеют самостоятельный первичный характер. Вторая, третья и четвертая парадигмы содержат дуалистические физические теории, в которых в качестве первичных рассматриваются пары из трех категорий, а третья полагается производной от двух других. В частности, ко второй парадигме относятся физические теории, опирающиеся на представления частиц в виде солитонных решений полевых уравнений, к третьей парадигме принадлежат теории прямого межчастичного взаимодействия Фоккера-Фейнмана. Следующие три физические парадигмы (пятая, шестая и седьмая) также являются дуалистическими, однако в них какие-то пары из категорий объединяются в одну обобщенную. Гак, в пятой парадигме, к которой принадлежат общая теория относительности и многомерные теории Калуцы- Клейна, кате-гории пространства-времени и полей объединяются в одну обобщенную категорию искривленного пространства-времени. В седьмой парадигме в одну обобщенную категорию объединяют-ся категории бозонных полей и частиц (фермионов). Этой парадигме принадлежат модные ныне теории с суперсимметриями. Наконец, последние три парадигмы составляют монистические теории, опирающиеся на одну обобщенную категорию. Примерами таких теорий являются теории суперструн и супергравитации (десятая парадигма) или уилеровская геометродинамика (восьмая парадигма)[13].

Взаимосвязь редукционизма и холизма в «замысле метафизики» Ю. С. Владимирова

Вопросы об основаниях (физической) картины мира, о числе ключевых физических категорий, о виде возможных парадигм и их числе следует отнести к сфере метафизики. Таким образом, фундаментальная теоретическая физика XX века оказалась неразрывно связанной с метафизикой.

В метафизике всегда присутствовали два подхода к реальности: холизм и редукционизм. Холизм основан на таком понимании мира, когда целое доминирует, предшествует своим частям. Холизму противостоит редукционизм, в котором единое расщепляется на части, понимаемые более первичными, предшествующими целому. Оба эти подхода имели важное значение и дополняли друг друга в процессе познания мироздания.

Редукционизм доминировал (и продолжает доминировать) в развитии представлений о структуре материи. Достаточно назвать учение об атомно-молекулярной структуре вещества, понимание атомов в виде ядер, окруженных электронными оболочками, протонно-нейтронную модель ядер, кварковую структуру нуклонов, гипотезы о прекварках и т. п. Редукционизм проявился и в выделении названных выше категорий: пространства-времени, частиц, полей переносчиков взаимодействий, которые в триалистической парадигме имеют статус самостоятельных сущностей.

Холизм можно усмотреть в трудах античных мыслителей, в стремлениях Р. Декарта, Р. И. Бошковича и других естествоиспытателей и философов нового времени построить монистическую картину мира. Особо важное значение идеи холизма имели в XX веке, что проявилось в попытках теоретиков объединить известные виды физических взаимодействий, построить единую теорию поля и геометризовать всю физику.

Названные выше главные физические теории, определявшие лицо физики XX века, свидетельствуют о том, что доминирующей была тенденция перехода от триалистической парадигмы, сформулированной еще Ньютоном, через дуалистические к монистической парадигме, опирающейся на единую обобщенную категорию, т. е. наблюдалось стремление от категорийногоредукционизма к холизму. Именно эти вопросы, а также попытки найти и описать единую обобщенную категорию (первооснову мира) находятся в центре внимания данного исследования.

Чрезвычайно важным фактором метафизического характера является выделенность, как в редукционистском, так и в холистском подходах, двоичности и троичности[14].

В работах автора анализируется и развивается тенденция к категорийному холизму (к монистической парадигме), т. е. названные категории предлагается считать лишь временными, вспомогательными понятиями, удобными для восприятия мироздания. Основное внимание будет сосредоточено на выявлении в теориях различных парадигм свойств более глубокой сущности (единой обобщенной категории), лежащей за ними.