Западничество и славянофильство. 2

МИНИСТЕРСТВО  ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Государственное образовательное учреждение высшего  профессионального образования

«НАЦИОНАЛЬНЫЙ ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКИЙ

ТОМСКИЙ ПОЛИТЕХНИЧЕСКИЙ  УНИВЕРСИТЕТ»

Институт дистанционного образования

 Направление 031600 «Реклама и связи с общественностью»

ЗАПАДНИЧЕСТВО И СЛАВЯНОФИЛЬСТВО

Реферат

по дисциплине «Культурология»

Студент 1 курса,

з11Г11 группы _______________ О.Б.Косачева

 (Подпись, дата)

Преподаватель_______________В.В. Колодий

(Подпись,  дата)

Томск 2012

ОГЛАВЛЕНИЕ

ВВЕДЕНИЕ ................................................................................................................................... 3

1. Славянофильство……………………………………………………………………………….4.

1.1. Сущность и идеи славянофил……………………………………………………………….4

1.2. Религия и отношения с Церковью……………………………………………………..…….5

2. Западничество…………………………………………………………………………………..6

2.1. Сущность и идеи западничества……………………………………………………..……..6

2.2. Проблема Западничества……………………………………………………………………8

3. Отношения между славянофилами и западниками……………………………………..…..10

ЗАКЛЮЧЕНИЕ............................................................................................................................ 11

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ.................................................................... 12

ВВЕДЕНИЕ

Говоря о том, как обустроить Россию, на какие идеалы при этом ориентироваться, какую роль здесь может сыграть Русская Православная Церковь, невозможно обойти вниманием спор славянофилов и западников. Кем же были эти люди, и отчего по их поводу ходит столько ложных стереотипов? Об этом существуют разные мнения, но очевидно, что поставленные ими вопросы до сих пор остаются актуальными.

Целью моего реферата является объяснить, почему же тема славянофилов и западников до сих пор является актуальной.

Тема западников и славянофилов много изучалась и осмысливалась  в научной литературе, но до сих  пор не ясно, что содержаться под  самим понятием «славянофилы» и  «западники». Есть мнение, что свое название «славянофилы» получили, потому что они любили славян, а «западники»  потому что предпочитали народы Западной Европы. Но так ли это давайте  рассмотрим. Выясним, кто же такие  на самом деле были и славянофилы  и западники, рассмотрим их идеи, и  почему современному человеку надо знать  идеи этих двух групп мыслителей.

1.Славянофильство

1.1. Сущность и идеи  славянофил

В 1839 г. в московских светских и литературных салонах стала распространяться записка '' О старом и новом''. Её автором был Александр Степанович Хомяков, участник кружка, в котором через много лет встретились повзрослевшие друзья юного Веневитинова (братья Киреевский, А.И.Кошелев ). К ним присоединились Ю.Ф.Самарин, И.Д.Беляев, братья Константин и Иван Аксаковы. Членов нового кружка стали называть славянофилами.

Славянофилы — это то направление русской мысли, которое вернуло ей теоцентричный тип мышления. То есть мышление, основа которого — представление о бытии Божием и о Его Промысле. Все происходящее в земной жизни рассматривается с позиций Жизни Вечной.

Членов кружка объединяла идея о глубоком отличии России от стран Западной Европы, об особом пути её развитии. Главные особенности России они видели в крестьянской общине и православной вере. Критически относясь к современному церковному устройству, славянофилы считали , что православие принесло в Россию дух братского общения и человеческой теплоты, которым отличались первые христиане. Благодаря православию и общинности, доказывали члены кружка, в России нет внутренней борьбы, все классы и сословия мирно уживаются друг с другом. Преобразования Петра оценивались ими критически. Славянофилы считали, что они отклонили Россию с естественного пути развития, хотя не изменили её внутренний строй и не уничтожили возможность возвращения на прежний путь, который отвечает духовному складу всех славянских народов. В конце концов они сошлись на формуле ''царю - власть, народу - мнение''. Исходя из этого, члены кружка выступали за созыв Земского собора, отмену крепостного права, но против конституции по западному образцу. Славянофилы были люди неторопливые, не терпевшие городской суеты ,любившие на лето разъезжать по своим имениям ,удить рыбу и в сельском уединение размышлять о судьбах России.

Славянофилы - в основном мыслители  и публицисты (А.С. Хомяков, И.В. и  П.В. Киреевские, И.С. Аксаковы, Ю.Ф. Самарин) - идеализировали допетровскую Русь, настаивали на её самобытности, которую они  усматривали в крестьянской общине, чуждой социальной вражды, и в православии. Эти черты, по их мнению, должны были обеспечить мирный путь общественных преобразований в стране. Россия должна была вернуться к Земским соборам, но без крепостного права.

Самарин не только разрабатывал теоретические основы освобождения крестьян, но и обосновал их, так сказать, экспериментально. Будучи богатым помещиком, он в своих имениях в Самарской и Московской губерниях на практике осуществил переход крестьян от крепостного состояния к свободному. А впоследствии он же занимался проблемами местного самоуправления, был теоретиком и практиком земского движения, потому что отмена крепостного права подразумевала и развитие местного самоуправления. Так что можно сказать, что в России крепостное право было уничтожено по славянофильскому рецепту.

Славянофилы в своей трактовке  русской истории исходили из православия  как начала всей русской национальной жизни, делали упор на самобытный характер развития России, тогда как западники  основывались на идеях европейского Просвещения с его культом  разума и прогресса и полагали неизбежным для России те же исторические пути, которыми прошла Западная Европа.

Заслугой славянофилов является то, что они не захотели больше разыгрывать  унизительной роли, которую навязал  России Петр. Они много и плодотворно  поработали, чтобы понять идейные  основы государственного и культурного  творчества русского народа до Петра. Славянофилы поняли, что принципы, на которых опирается европейская  культура далеки от идеальных, что Петр I ошибся, когда вообразил что  подражание Европе — гарантия здорового  государственного и культурного  строительства. Славянофилы говорили: "Русские — не европейцы, они  носители великой самобытной православной культуры, не менее великой, чем европейская, но в силу неблагоприятных условий  исторического развития, не достигшей  еще такой стадии развития какую  достигла европейская культура".

Когда в 1855 г. на престол вступил Александр II, К. Аксаков представил ему “Записку о внутреннем состоянии России”. В “Записке” Аксаков упрекал правительство в подавлении нравственной свободы, приведшей к деградации нации; он указывал, что крайние меры могут только сделать в народе популярной идею политической свободы и породить стремление к ее достижению революционным путем. Ради предотвращения подобной опасности Аксаков советовал царю даровать свободу мысли и слова, а также возвратить к жизни практику созыва Земских соборов. Идеи предоставления народу гражданских свобод, отмены крепостного права занимали важное место в работах славянофилов. Неудивительно поэтому, что цензура часто подвергала их преследованиям, мешала свободно выражать свои мысли.

Философско-историческая концепция  славянофилов пропитана верой в  особую историческую миссию России, которая  призвана соединить противоположные  начала жизни, явив миру образец высокой  духовности и свободы. В их системе  ценностей скорее Европе нужно было догонять Россию.

Люди, которых мы сейчас называем славянофилами, были тогда в России лучшими знатоками Европы. Можно  сказать, что они были большими западниками, чем сами западники. Они, как и все тогдашние образованные люди, знали множество языков, часто и подолгу бывали на Западе, многие из них там учились, имели тесные интеллектуальные связи с Европой, прекрасно ориентировались в тамошней культурной жизни. Это поколение русских интеллектуалов, которые столь глубоко впитали западную культуру. Влияние западных идей на славянофилов было огромным. Если тот же Герцен воспринимал Запад на довольно поверхностном уровне — социально-политическом, экономическом, то славянофилы шли вглубь западной культуры, постигая ее религиозные основы.

1.2.Религия и отношения  с Церковью

Взаимоотношения Русской Церкви и русской религиозной мысли всегда были довольно напряженными. Кого-то это может удивить — ведь многие, глядя со стороны, до сих пор считают, что русская религиозная мысль и Православная Церковь едва ли не тождественны. Они ссылаются на то, что целый ряд выдающихся русских мыслителей (особенно в первой половине XX века) стали священниками или монахами. Сергей Булгаков, Павел Флоренский, Алексей Лосев…

Церковь во все времена весьма осторожно относилась к богословским исканиям светских философов, и зачастую эта осторожность была вполне оправданной.

Что же касается славянофилов, то в их времена — в 40–50-е года XIX века — Православная Церковь не играла особой роли ни в публичной сфере, ни в интеллектуальной жизни общества. Она жила своей жизнью, а культурное образованное общество — своей.

Заслуга славянофилов в том, что они, особенно братья Киреевские, стали возвращаться в Церковь. Возвращаться от немецкого романтизма, от немецкой философии — к изучению отцов Церкви, к патристике. Они первыми навели эти мосты между русской интеллектуальной элитой и Церковью. Но для Церкви они были людьми, которые пришли туда за Истиной, а не теми, кто принес в нее Истину. Церковь не считала их своим рупором в обществе, не делала на них ставку. Да и вообще не слишком-то их знала. Вот характерный пример: Юрий Федорович Самарин умер в 1876 году в Берлине после несчастного случая от заражения крови. А священник посольской церкви (а другого православного храма тогда в Берлине не было) отказался его отпевать — так вышло, что пропали его документы, а без документов, мол, не положено. В результате Самарина отпевали в лютеранской кирхе.

2.Западничество

2.1. Сущность и идеи  западничества

Западники при всех их колоссальных различиях, было характерно антропоцентричное мышление. То есть в основе всего — человек, причем не в вечной, а в земной перспективе. Гуманизм, Ренессанс, «человек — мера всех вещей», политика, интерес к собственному телу, медицина, естествознание, обустройство земной жизни — вот что вышло на первый план. Бог не был изгнан из этой цивилизации, но Он стал лишь «одним из», то есть важным, но не единственным и даже не самым главным фактором, обусловливающим эту культуру.

Западники - это люди очень разные, в том числе и по отношению к вере. Среди них были атеисты: Герцен, Бакунин, были идеалисты, например Кавелин, были глубоко верующие люди — тот же Тимофей Грановский; были колеблющиеся, сомневающиеся. Но всех их объединяло то, что во главу угла ставился человек, причем вне связи с Богом. Человек — как некое социокультурное или же психологическое явление — то есть человек исключительно в земной перспективе, но не человек, чья судьба обусловлена спасением. При этом не надо думать, будто они считали человека лишь винтиком в общественном механизме — нет, они (Кавелин, Герцен) подчеркивали сложность и глубину человеческой психологии, говорили и о душе, но вне религиозной проблематики.

В этом их основное отличие от славянофилов. Они ведь в основном не о том спорили, хороша или плоха крестьянская община, не о том, считать ли Россию Европой или Азией, самобытны мы или нет. Все эти темы вторичны по отношению к главному — к смысловому стержню цивилизации.

Более того, если брать именно круг социально-исторических вопросов (а именно такие вопросы всего важнее и интереснее тем, кто в наши дни рассуждает о западниках и славянофилах), то многие западники в итоге перешли на славянофильские позиции, например тот же Герцен. Тут и критическое отношение к Петру Первому, и отказ от тотальной критики допетровской Руси, и понимание того, что крестьянская община — это не случайность, что не случайно не складывается в России институт частной собственности, что парламентаризм, партии, конституция — это не русский путь социально-исторического развития, и так далее, и тому подобное.

Западники, в отличие от славянофилов, русскую самобытность оценивали как отсталость. С точки зрения западников, Россия, как и большинство других славянских народов, долгое время была как бы вне истории. Главную заслугу Петра I они видели в том, что он ускорил процесс перехода от отсталости к цивилизации. Реформы Петра для западников — начало движения России во всемирную историю.

Западники подчеркивали, что Россия и Западная Европа идут одинаковым историческим путем, поэтому Россия должна заимствовать опыт Европы. Важнейшую задачу они  видели в том, чтобы добиться освобождения личности и создать государство  и общество, обеспечивающие эту свободу. Силой, способной стать двигателем прогресса, западники считали “образованное  меньшинство”.

2.2. Проблема  Западничества

Анненков признавал (и тут с  ним невозможно не согласиться), что по существу в идейном столкновении этих двух направлений отечественной мысли нашел свое выражение трудный и противоречивый процесс становления национального самосознания, выявились различные типы самого подхода к проблеме «внутреннего смысла русской истории», к вопросу «о месте, которое мы занимаем в среде европейских народов, и о способах самовоспитания и самоопределения, которые должны быть выбраны нами для того, чтобы это место сделать для нас почетным». В сущности, дело тут шло, по словам Анненкова, «об определении догматов для нравственности и для верований общества и о создании политической программы для будущего развития государства», о «приготовлении материалов» для грядущих «реформ и изменений».

Тем не менее и десятилетия спустя, вплоть до наших дней, имели и  имеют место попытки (насколько  основательны и с какой целью  — вопросы особые) усматривать  в конфронтации «западничества»  и «славянофильства» главный стержень всей идейно-политической борьбы в России.

Между тем, вопреки широко распространенным предрассудкам, родоначальники «западничества»  были ничуть не меньшими патриотами, чем  «славянофилы» («русофилы»). Просто они  были «другого рода» патриотами.

Беда состоит в том, что зачастую «идентификация» современной России через прошлое осуществляется в  теоретически неосмысленных, а практически  — бесплодных (если не прямо вредных  для духовного здоровья народа) формах разного рода исторического романтизма, являющегося — в данном случае — типом игнорирующего реальность реставрационного идеологического сознания¹.

Представители одной из таких форм ставят и решают ныне проблему русского национального самосознания весьма своеобразно; призывая к «духовному возрождению Великой России», они  занимаются изничтожением «западнического», демократического идейного наследия, то есть в сущности — выбрасыванием на свалку значительного пласта отечественной интеллектуальной культуры XIX века. Отождествляя русскую культуру с православием, а российскую историю с историей .государственности, «державности», ряд авторов, например, «Нашего современника» и некоторых других родственных ему изданий выводят все «западничество» за пределы русской культуры и философии.

В деятельности и творчестве «западников» усматривается «всеобщее очернительство» Родины, «помои и отбросы разнузданной анти-культуры», либо «зелье», приправленное «тонким ядом» западной мистики и антиправославия².

Такое направление «национал-патриотизма» порой выступает в современной журналистике с крайне агрессивных позиций. Еще шаг — и за границами русской культуры окажется М. Лермонтов, назвавший Россию «страной рабов, страной господ», где «народ вполне послушен голубым мундирам»; вместе с ним рискует оказаться и А. Пушкин, сказавший однажды: «Чёрт догадал меня родиться в России с душою и талантом»; ну и, само собой, Л. Толстой, как известно, на дух не переносивший православной церкви, прислуживавшей самодержавию...

3.Отношения между  славянофилами и западниками

Славянофилы и западники – все были выходцами из одной компании. Примерно одинаковый возраст, один и тот же социальный круг. Кстати, и славянофилы, и западники — это преимущественно московское явление, большинство из них жило в Москве, было тесно связано с Московским императорским университетом: почти все они там учились, многие преподавали. То есть изначально это была одна компания.

А потом они разошлись. И поскольку большинство из них были людьми глубоко идейными, честными, открытыми и возвышенными натурами, то свои идейные расхождения они восприняли предельно серьезно, это для них была страшная драма, они глубоко переживали свой разрыв. И в какой-то момент они расстались, и перестали жать даже руку руг другу.

В разных источниках описываются душераздирающие сцены, как, случайно встречаясь, они бросались друг другу на грудь, плакали, но после этого говорили, что всё между ними кончено и что впредь они общаться не будут. Между прочим, точно такие же расставания случались и в среде западников, которая, как мы помним, была очень разнородной.

Характерный пример. В 1860-х годах, уже  после польского восстания, Юрий Федорович Самарин приехал в  Лондон, где жил в эмиграции  Герцен. Общаться с ним было весьма опасно, но Самарин послал ему письмо — давайте встретимся. И вот  они встречаются в гостинице, обнимаются, плачут — и часами спорят. Ни к какой единой точке зрения не приходят: Самарин считает, что  Герцен своими действиями разжигает  гражданскую войну в России, а  Герцен уверен, что Самарин, участвуя в восстановлении административного  управления в Польше, предает идеалы свободы. Н между ними такая глубочайшая  привязанность и уважение!

Либеральные идеи западников и славянофилов пустили глубокие корни в русском обществе и оказали серьезное влияние на следующие поколения людей, искавших для России пути в будущее. В спорах о путях развития страны мы слышим отзвук спора западников и славянофилов по вопросу о том, как соотносятся в истории страны особенное и общечеловеческое, чем является Россия — страной, которой уготована мессианская роль центра христианства, третьего Рима, или страной, которая представляет собой часть всего человечества, часть Европы, идущая путем всемирно-исторического развития.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Славянофилы и западники жили и мыслили полтора века назад, но очень многие их идеи и прозрения продолжают оставаться актуальными. Мы вот постоянно спорим, как обустраивать Россию, — и зачастую изобретаем очередной велосипед. Огромные надежды лет 15-20 назад россияне возлагали на западные политические механизмы: на демократию, многопартийность, парламентаризм. И не понимали, что просто вот так взять и пересадить их на нашу почву их нельзя — не приживутся. А еще полтора века назад Самарин говорил своим оппонентам: «Не торопитесь с введением конституции, русский народ не достиг еще того уровня социально-политического развития, когда он действительно может избирать. Если вы сейчас это сделаете, то всё разрушите, потому что власть в выборных органах захватят какие-то определенные круги, к примеру, дворянство, недовольное реформой 1861 года, или быстро разбогатевшее (а потому малоответственное) купечество, и так далее». История подтвердила его правоту. И вот исчезло на нашей земле и парламентаризм, и партийное развитие, и прочее. Многие предупреждения славянофилов пережили свое время, они остаются актуальными и сейчас. Надо только их всерьез прочитать и понять.

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

1. Герцен А. И. Собр. соч. В 30-ти тт. М.: Наука, 1954-1960 г., Т. 2, стр.24.

2. Философский энциклопедический  словарь / Редкол.: С.С. Аверинцев и др. - 2-е изд. - М.: Сов. энциклопедия, 1989.- 814 с.

3. Замалеев А.Ф. Курс истории  русской философии. Учебное пособие  для гуманитарных вузов. - М.: Наука, 1995 - 191 с.

4. Володин А. Проблема «Западничества».  Как она видится нам сегодня?// Свободная мысль, № 7-8, 1994 г.

5. Соловьев В. Западники, западничество // «Энциклопедический словарь» Брокгауза и Ефрона. Т. 12 (23). СПб., 1894, стр. 244.

6. Володин А. «Бедная русская мысль» // Свободная мысль, 1992. - № 5.

7. Михайловский Н.К. Соч. В 6-ти тт. Т. 3. СПб., 1888, стр. 159.

8. Кавелин К.Д. Наш умственный строй. Статьи по философии русской истории и культуры. М., 1989, стр. 289.
9. Элбакян Е.С. Славянофилы и религия: век минувший и век нынешний.// Кентавр № 1997, стр. 120-130.

¹ Володин А. Проблема «Западничества». Как она видится нам сегодня?// Свободная мысль, № 7-8, 1994 г.

² Володин А. «Бедная русская мысль» // Свободная мысль, 1992. - № 5.