МЕЖДУНАРОДНАЯ АКАДЕМИЯ 

БИЗНЕСА И УПРАВЛЕНИЯ 

Институт  Экономики и Управления 
 
 
 
 

РЕФЕРАТ 

по  предмету: «История отечества» 

«Западники  и славянофилы» 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

Выполнила: Коньшина С.Ю.

     Курс: 3

     Факультет: ФиК

     Отделение: Очно-заочное 
 
 
 
 
 
 
 

Москва 2011 г.

Содержание

Введение…………………………………………………………………….…3 

1.1 Славянофилы, понятие, основная характеристика, представители …...5 

1.2 Западники, понятие, основная характеристика, представители……….11 

Заключение ……………………………………………………………….…..16 

Список использованной литературы ……………………………..…………18 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

Введение

В истории любой страны, во все времена стоит основной вопрос, как и по какому пути, ей развиваться. Очевидно, что в условиях постоянно изменяющегося мира этот вопрос был актуальным всегда.

В ХIХ веке выделилось две основные группы мыслителей - западники и славянофилы.

Они высказали  противоположные версии цивилизационной  принадлежности России. Одна версия связывала  Россию с общей европейской судьбой. Россия - Европа, но только отстала от нее в развитии. За столетия ига европейское лицо россиян существенно изменилось, и только Петр сумел вырвать страну из отсталости и сна, повернуть ее снова на магистральный путь европейской цивилизации. Будущее России - в примере Европы, в заимствовании ее государственного, общественного, технологического опыта. Русские должны по примеру ведущих европейских стран выстраивать свою государственность, развивать парламентаризм¹, демократические традиции, повышать культуру. Важное место западники отводили вопросу о том, что россиянин, наконец, должен осознать себя как независимую творческую личность, знающую и уважающую свои права.

 Славянофилы заняли противоположную позицию. У  России - своя судьба, свой путь в истории. Ей не подходят западные порядки и  рецепты лечения общественных болезней. Россия - земля не государственная, а общинная, семейная. В ней, прежде всего, сильны традиции коллективизма, коллективной собственности. Русский народ не претендует на государственную власть, он доверяет ее монарху, который подобен отцу в семье, его слово и воля - живой закон, не подлежащий оформлению в виде конституций и хартий. Важную роль в жизни страны и ее народа играет православная вера.

Именно  она и указывает россиянам  их истинное предназначение - к истинному  нравственному самоусовершенствованию. 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

1.1 Славянофилы

Славянофилы, представители одного из направлений  русского общества и философской  мысли 40-50-х гг. XIX в., выступившие  с обоснованием самобытного пути исторического развития России, принципиально  отличного от пути западноевропейского. Самобытность России, по мнению славянофилов, - в отсутствии классовой борьбы, в русской поземельной общине, в православии, как единственно истинном христианстве.

Славянофилы оставили богатое наследие в философии, литературе, истории, богословии, экономике. Иван и Петр Киреевские считались признанными авторитетами в области богословия, истории литературы, Алексей Хомяков — в богословии (в знании всех тонкостей богословия ему не было равных), Константин Аксаков и Дмитрий Валуев занимались русской историей, Александр Кошелев и Юрий Самарин — социально-экономическими и политическими проблемами, Федор Чижов — историей искусства. Сохранилось их колоссальное эпистолярное наследие, до сих пор еще полностью не изданное. Причем их письма представляли собой не столько документы личного характера, сколько трактаты и рассуждения на современные им общественно-политические темы. Дважды (в 1848 и 1855 гг.) славянофилы пытались оформить свои политические программы.

Для теоретического обоснования национального пути развития России славянофилы обращались к западноевропейской, главным образом, немецкой классической философии. Особенно они увлекались сочинениями Шеллинга и Гегеля; им импонировала их трактовка исторического процесса.

Термин  «славянофилы», по существу, случаен. Это название им было дано в пылу полемики их идейными оппонентами западниками. Сами славянофилы первоначально открещивались от этого названия, считая себя не славянофилами, а «русолюбами» или «русофилами», подчеркивая, что их интересовала преимущественно судьба России, русского народа, а не славян вообще.

Основная  идея славянофилов — доказательство самобытного пути и развития России, точнее — требование «идти» по этому пути. Община в представлении славянофилов — «союз людей, основанный на нравственном начале», — типично русское учреждение. «Община, — писал А.С.Хомяков, — одно уцелевшее гражданское учреждение всей русской истории. Отними его — не останется ничего; из его же развития может складываться целый гражданский мир». Община импонировала славянам тем, что в ней с ее регулярными переделами земель царит особый нравственный климат, который проявляется в «мирском согласии на мирском сходе», а в древности — на вече.

Развитию этих качеств как нельзя лучше способствует православная церковь. Православная церковь, в отличие от рационалистического католицизма, никогда не претендовала на светскую власть, всецело ограничиваясь сферой веры и духа. Именно поэтому развитие России шло по пути «внутренней правды», нравственного совершенствования и «развития духа», в то время как на Западе — по пути «внешней правды», т.е. по пути развития формальной законности, «вовсе не заботясь о том, нравственен ли сам человек».

Славянофилы приняли версию о «добровольном призвании» власти как начальном моменте русской государственности. Вследствие этого власть здесь, в отличие от Запада, не противостояла народу, напротив, она была желанной защитницей, «званым гостем» народа, осознавшего необходимость установления государства. В России не сложились и классы в западноевропейском понимании этого слова.

В результате в русской истории не было социальной розни, внутренних потрясений. По мнению славянофилов, революционные потрясения в России невозможны и потому, что русский народ политически индифферентен. Он никогда не претендовал на политические права и государственную власть, жил в своем общинном мире, совершенствуя те высокие нравственные качества, которые ему свойственны. Власть, в свою очередь, выполняла присущие ей функции, не вмешиваясь в дела «земли» (мира), в необходимых случаях собирала земские соборы и спрашивала мнение «земли» по тем или иным общегосударственным вопросам. Эти силы развивались как бы параллельно, не вмешиваясь, в дела друг друга. Поэтому между властью и «землей» установились добрые, патриархальные отношения.

Славянофилы стремились доказать, что русскому народу органически присущи социальный мир и неприятие революционных переворотов.    Если и были смуты в прошлом, то они были связаны не с изменой высшей власти, а с вопросом о законности власти монарха.

Так народные массы восставали против «незаконных монархов»: узурпатора вроде Бориса Годунова, самозванцев или: за «хорошего» царя.

Славянофилы выдвинули тезис: «Сила власти царю, сила мнения — народу». Это означало, что русский народ (по своей природе негосударственный) не должен вмешиваться в политику, предоставив монарху всю полноту власти. Но и самодержец должен править, не вмешиваясь во внутреннюю жизнь народа, но считаясь с его мнением. Отсюда требование славянофилов созыва совещательного Земского собора, который выражает мнение народа, выступает в роли «советчика» царя. Отсюда также и требование свободы слова и печати для свободного выражения общественного мнения.

Защита  самодержавия как наиболее приемлемой для русского народа формы власти уживалась у славянофилов с критикой конкретного носителя этой власти и его политической системы, в данном случае Николая I.

Так, Аксаковы называли его царствование «душевредным деспотизмом», «угнетательской системой», а его самого — «душителем», который «сгубил и заморозил целое поколение». Ф.В. Чижов распространял свое нелестное мнение вообще на всю династию «Романовых-Готторпских». «Немецкая семья два века безобразничает над народом, а народ терпит», — с горечью писал он. Славянофилы даже допускали мысль об ограничении самодержавия, но считали, что в России пока нет еще такой силы, которая была бы способна это сделать. Славянофилы справедливо обижались, когда оппоненты называли их ретроградами, якобы зовущими Россию назад. «Передовой боец славянофильства» К. С. Аксаков писал в ответ на эти обвинения: «Разве славянофилы думают идти назад, желают отступательного движения? Нет, славянофилы думают, что должно воротиться не к состоянию древней России (это значило бы окостенение, застой), а к пути древней России. Славянофилы желают не возвратиться назад, но вновь идти прежним путем, не потому, что он прежний, а потому, что он истинный». Поэтому неверно считать, что славянофилы призывали вернуться к прежним допетровским порядкам. Наоборот, они звали идти вперед, но не по тому пути, который избрал Петр I, внедрив западные порядки и обычаи.

Славянофилы приветствовали блага современной им цивилизации — распространение фабрик и заводов, строительство железных дорог, внедрение достижений науки и техники. Они нападали на Петра I не за то, что он использовал достижения западноевропейской цивилизации (это они считали его заслугой), а за то, что он «свернул» Россию с ее «истинных» начал. Они полагали, что заимствуя у Запада полезное, можно было бы вполне обойтись без ненужной ломки коренных русских устоев, традиций и обычаев.

Таким образом, славянофилы вовсе не считали, что будущее России в ее прошлом. Они призывали идти вперед по тому «самобытному» пути, который гарантирует страну от революционных потрясений. Характерно, что крепостное право они считали одним из «нововведений» Петра I (хотя и не западным) и выступали за его отмену не только из экономических соображений — считали его очень опасным в социальном смысле. «Из цепей я куются ножи бунта», — писал К. С. Аксаков.

А. И. Кошелев  в 1849 г. даже задумал создать «Союз благонамеренных людей» и составил программу «Союза», предусматривавшую постепенное освобождение крестьян с землей. Эту программу одобрили все славянофилы.

Петровская  европеизация России, как считали славянофилы, коснулась только верхушки общества — дворянства и «власти», но не народных низов, прежде всего, крестьянства. Вот почему такое большое внимание славянофилы уделяли простому народу, изучению его быта, ибо, как они утверждали, «он (народ) только и сохраняет в себе народные, истинные основы России, он только один не порвал связи с прошедшей Русью». В изучении народных традиций и быта особенно значительный вклад внес П.В. Киреевский.

Правительство настороженно относилось к славянофилам, видя в их учении «признаки вредного политического движения». Им запрещали демонстративное ношение бороды и русского платья, усматривая в этом некий «тайный умысел». Некоторых славянофилов за резкость высказываний подвергали арестам. Так, в 1847 г. был арестован Ф.В.Чижов, подозреваемый в политическом либерализме, в заговоре в пользу австрийских славян и в связях с украинским Кирилло-Мефодиевским обществом. Он подвергался допросам, но за отсутствием улик вскоре был освобожден, 1849 г. были арестованы и посажены на несколько месяцев в Петропавловскую крепость И.С.Аксаков и Ю.Ф.Самарин. В условиях усиления реакционного политического курса период «мрачного семилетия» (1848—1855) славянофилы вынуждены были на время свернуть свою деятельность.

К концу 50-х годов уже не было в живых основных в участников прежнего славянофильского кружка — А.С.Хомякова, И.В. и П.В. Киреевских, С.Т. и К.С.Аксаковых, Д.А.Валуева. На сцену выступили А.И.Кошелев, Ю.Ф.Самарин, В.А.Черкасский, которые приняли активное участие в подготовке и проведении крестьянской реформы. Видным публицистом и издателем в пореформенное время стал И.С.Аксаков. Характерно, что славянофильство было явлением исключительно «московской» общественной жизни.

Славянофильство как идейно-политическое течение русской общественной мысли сходит со сцены мерно к концу 70-х годов XIX в. 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

1.2 Западники

Западники, направление русской антифеодальной общественной мысли  40-х годов XIX века, противостоящие славянофилам. По своему социальному происхождению и положению большинство западников, как и славянофилов, относились к дворянской интеллигенции. В московский кружок западников входили А.И.Герцен, Т.Н.Грановский, Н.П.Огарев, В.П.Боткин, Н.Х.Кетчер, Е.Ф.Корш, К.Д.Кавелин и др. Тесную связь с кружком имел живший в Петербурге В.Г.Белинский. К западникам относился также С.И.Тургенев, И.А.Гончаров, С.М.Соловьев, правоведы М.Н.Катков и филолог Ф.И.Буслаев, а также видные писатели — И.И.Панаев, позднее — Н.А.Некрасов.

Термины «западники», «западничество» (иногда «европейцы»), так же как и «славянофильство», «славянофилы», родились в идейной полемике 40-х годов. Споры о том, идти ли России вслед за Западной Европой или искать «самобытный» путь, полемика о тех или иных особенностях русского национального характера, разногласия в оценке реформ Петра I и т.д. были лишь формой постановки более существенного вопроса - о будущих социальных преобразованиях России. Западники связывали их с усвоением исторических достижений стран Западной Европы, славянофилы отстаивали близкую течениям феодального социализма² утопию, идеализируя порядки, существовавшие в допетровской России.

Существование западников как единого лагеря не отменяет, однако, того факта, что обращались они к разным сторонам западной действительности, защищали различные пути будущего преобразования России, выражали, в зависимости от принадлежности, интересы разных классов. Со второй половины 40-х годов расхождения затрагивали область эстетики (споры Белинского с Болоткиным), выражались в разном отношении к атеизму и материализм и особенно резко - в трактовке социально-политических проблем. Белинский, Герцен, Огарев хотели строить на развалах самодержавия социализм, умеренные западники мечтали о буржуазном царстве «правового порядка.

Константин  Дмитриевич Кавелин (1818—1885) — один из основателей (совместно с С.М.Соловьевым и Б.Н.Чичериным) так называемой государственнической школы в истолковании истории России. Согласно его представлениям, основу и движущую силу исторического процесса образует борьба личности за свободу и «постепенное изменение» общественных форм — от родовых отношений к семейным, которые, в свою очередь, уступили высшей форме общественных отношений — государству. Россия шла тем же историческим путем, что и Западная Европа, но отстала от нее и потому должна прибегать к заимствованиям достижений цивилизации.

В этом смысле реформы Петра I двинули Россию по пути европейского развития в сторону  свободы и управления с помощью  «современных актов и законов». Оправдание эпохи петровских реформ — в ее целях, поскольку средства дала, навязала ей сама старая Русь. В отличие от славянофилов Кавелин считал, что наряду с общинным индивидуальное начало все-таки присутствовало и до Петра и привело к постепенному созданию у нас общественности и юридической гражданственности, хотя и в неразвитой форме «умственной, нравственной и гражданской культуры».

С более  радикальных философско-исторических позиций критиковал славянофилов Тимофей  Николаевич Грановский (1813—1855), для  которого историческое развитие всегда сопровождается борьбой разнородных сил и каждую эпоху отделяет от другой «резкое различие», в том числе войны и революции (например, завоевания древних германцев, Французская революция XVIII в.). Историческое развитие бесконечно, поскольку вечно новы противоположности и никогда они не возвращаются к прежним пунктам, «из борьбы их исходят вечно новые результаты».

Об интересе знаменитого профессора всеобщей истории  в Московском университете к отечественной  истории свидетельствует его публичная полемика с литературными распространителями доктрины «официальной народности» (Погодиным, Шевыревым) и славянофилами, а также его критика некоторых упрощенных западнических воззрений на прошлое России.

Так, в  речи Грановского перед студентами 1845 г. в связи с началом курса по истории средневековья содержится прямое указание на основных идейных оппонентов: «И вам, и мне предстоит благородное, и, надеюсь, долгое служение России — России, идущей вперед и с равным презрением внимающей клеветам иноземцев, которые видят в нас только легкомысленных подражателей западным формам, без всякого собственного содержания, и старческим жалобам людей, без всякого собственного содержания, которые любят не живую Русь, а ветхий призрак».

Западники, в отличие от славянофилов, по-иному судили о путях развития России. В противоположность славянофилам они доказывали, что Россия хотя и «запоздала», но идет по тому, же пути исторического развития, что и все западноевропейские страны, ратовали за ее европеизацию.

В отличие от славянофилов они отрицали самодержавную власть монархию и выступали за конституционно-монархическую форму правления западноевропейского образца, с ограничением власти монарха, с гарантиями свободы слова, печати, неприкосновенности личности, с введением гласного суда. В этом плане их привлекал парламентарный строй Англии и Франции, вплоть до идеализации его некоторыми западниками.

Как и  славянофилы, западники выступали  за отмену крепостного права сверху, отрицательно относились к самодержавно-бюрократической системе николаевского царствования, противоположность славянофилам, западники решающее значение отводили разуму. Они выступали за самоценность человеческой личности как носителя разума, противопоставляли свою идею свободной личности славянофильской идее корпоративности (или «соборности»), западники возвеличивали Петра I, который, как они говорили, Россию.

Деятельность  Петра I они рассматривали как первую фазу обновления страны; вторая, по их мнению, должна начаться с проведения реформ, которые явятся альтернативой пути революционных потрясений. Профессора истории и права (например, С. М. Соловьев, К. Д. Кавелин, Б. Н. Чичерин) большое значение придавали роли государственной власти и стали основоположниками так называемой «государственной школы» в русской историографии. Здесь они основывались на схеме Гегеля, считавшего государство творцом развития человеческого общества.

Свои  идеи западники пропагандировали с  университетских кафедр, в статьях, печатавшихся в «Московском наблюдателе», «Московских ведомостях», «Отечественных записках», позже в «Русском вестнике» и «Атенее». Большой общественный резонанс имели читаемые Т. Н. Грановским в 1843—1851 гг. циклы публичных лекций по западноевропейской истории, в которых он доказывал общность закономерностей исторического процесса России и западноевропейских стран. По словам Герцена, Грановский «историей делал пропаганду». Западники широко использовали московские салоны (Елагиных, Свербеевых, Чаадаева и др.), где они «сражались» со славянофилами и куда съезжалась просвещенная элита московского общества, «чтоб посмотреть, кто из матадоров кого отделает и как отделают его самого». Разгорались жаркие споры. Особенно изощрялся в полемическом задоре и остроумии Герцен. Выступления заранее готовились, писались статьи и трактаты. Это была отдушина в мертвящей обстановке николаевской России. III отделение было хорошо осведомлено о содержании этих споров через своих агентов, аккуратно посещавших салоны. 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

Заключение

Не смотря на различия в воззрениях, славянофилы и западники выросли из одного корня. Почти все они принадлежали к наиболее образованной части дворянской интеллигенции, являлись крупными писателями, учеными, публицистами. Их объединяло, по крайней мере, в начальный период, решительное осуждение крепостного рабства и административно-судебного произвола, а также боязнь того, что если перемены не придут сверху, то переворот явится снизу. В этом отношении они близки в отдельных пунктах своих политических программ и декабристам и народникам

Подводя итоги можно сказать, что ранних славянофилов отличали: во-первых, идеализация в той или иной мере древнерусского быта и связанная с ней патриархально-утопическая теория общества, исходящая из того, что оно должно строиться по типу семейных отношений, ибо его истинной основой является семья. Во-вторых, вытекающая из данной идеализации вера в то, что спасение России заключается в возвращении, к ее исконным началам, сохранившемся в народных воззрениях и в быту простого народа. Кроме того, также мысль о том, что все проблемы и недостатки современного славянофилам российского общества в большей или меньшей степени обязаны своим происхождением прозападным петровским реформам. В-третьих, учению славянофилов была присуща определенная система религиозных воззрений, тесно связанных с социально-политическими. Славянофилы были сторонниками самодержавия как своеобразной и характерной черты русского общества, противостоящего западному абсолютизму.

Что касается западников, то вопреки широко распространенным предрассудкам, родоначальники «западничества» были ничуть не меньшими патриотами, чем «славянофилы» («русофилы»). Просто они были «другого рода» патриотами. В 1864 году Герцен так отвечал славянофилу Ю. Самарину на обвинения в не патриотизме: «Любовь наша (к народу русскому) — не только физиологическое чувство племенного родства, основанное исключительно на случайности месторождения, она, сверх того, тесно соединена с нашими стремлениями и идеалами, она оправдана верою, разумом, а потому она нам легка и совпадает с деятельностью всей жизни».

После реформ 60-х гг. острота разногласий  между славянофилами и западниками утратила свое былое значение.

Таким образом, термины «западники» и «славянофилы» отражают некоторые реальные моменты истории идейной борьбы 40-х годов. Однако они не являются строго научными, содержательными категориями. Оставаясь на поверхности явлений, они не выявляют сути идейной борьбы 40-50-х годов, когда «... весь русский вопрос... заключался в вопросе о крепостном праве. 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

Список  используемой литературы: 

1. Соловьев В. Западники, западничество. «Энциклопедический словарь» Брокгауза и Ефрона. Т. 12 (23). СПб., 1894 г., стр. 244.

2. Философский энциклопедический словарь./Редкол.: С.С. Аверинцев и др. - 2-е изд. - М.: Сов. энциклопедия, 1989 г.

3. Элбакян Е. С. Славянофилы и религия: век минувший и век нынешний.// Кентавр, №  , 1997 г

4. Володин А. Проблема «Западничества». Как она видится нам сегодня?// Свободная мысль, № 7-8, 1994 г