Западные и Восточные типы культуры. Смысловая и ценностные характеристики. 2

             КУЛЬТУРОЛОГИЯ

Западные  и Восточные типы культуры. Смысловая  и ценностные характеристики

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Содержание…………………………………………………………………..2

Введение……………………………………………………………….…….3

1. Восточная культура.………………………………………………………5

2. Западная культура……………………………………………...................8

3. Сравнительная характеристика  двух культур……………….................12

Заключение…………………………………………………………….........25

Список литературы……………………………………………………........27

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Введение

Мир меняется на наших глазах с такой стремительностью и глубиной, что даже ученые не успевают осмыслить происходящие перемены и предвосхитить их перспективы. За полвека он пережил конвульсии второй мировой войны, "холодную войну", поставившую человечество на грань самоуничтожения, распад мировой колониальной системы и мировых империй, крушение мировой системы социализма. Человечество на рубеже третьего тысячелетия охвачено новой волной трансформаций мира, межцивилизационных конфликтов, акций международного терроризма. Наиболее характерные и противоречивые черты этой трансформации – многократно ускорившиеся процессы глобализации на фоне становления постиндустриального общества и формирования нового поколения локальных цивилизаций. Эти две тенденции являются и взаимосвязанными, и противоборствующими. Интеграция в пределах цивилизаций может рассматриваться как необходимая ступень глобализации, перехода от обособленных национальных обществ к их единению сперва в цивилизационных (как это происходит в Западной Европе), а затем и в планетарных масштабах. Но одновременно это является обособлением и противостоянием на более высоком, цивилизационном уровне, что может привести к самоубийственному столкновению; элементы этого уже сейчас наблюдаются в локальных межцивилизационных конфликтах и войнах. Обе тенденции действуют в рамках глубокой трансформации мира, становления постиндустриального общества и в значительной мере предопределяют исход и характер великого исторического перехода. Реальной становится угроза будущему локальных цивилизаций.

Проблема цивилизации  сегодня выдвинулась на передний план. Причин интереса к этой проблеме несколько. Одна из них – развитие НТР в современном мире способствует быстрому формированию автоматизированного, информационного, технологического способа производства во всех странах Запада и Востока. Возникла дилемма: существует одна человеческая цивилизация или несколько? Знание проблемы цивилизации поможет понять сближение культур Запада и Востока, Севера и Юга, Азии, Африки, Европы. Ведь это сближение – реальный процесс, который приобрёл огромное практическое значение для всего мира и для каждого человека. Сотни тысяч людей мигрируют, оказываясь в новых системах ценностей, которыми им предстоит овладеть. И вопрос о способе овладения материальными и духовными ценностями другого народа – далеко не праздный вопрос. Овладение ценностями – это использование совокупности средств и методов для осознания материальных и духовных ценностей, их распределение и усвоение. Проблема «цивилизаций» очень актуальна, т.к. каждый человек с ней сталкивается в процессе своей жизнедеятельности или хотя бы из-за того, что любой человек должен знать и уважать свою историю, ценности общества, где он живёт.

Разделение культур  на  западные и восточные подразумевает  не только их географическое расположение, но и различную ментальность населяющих эти территории народов, то есть различие в характеристике способов и методов познания мира, научных, религиозных, художественных, эстетических и духовных ценностей, основных мировоззрений, общественно – экономических и политических структур.

Под понятием «Запада» в  современной культурологии подразумевается  культура Америки и Европы, под  «Востоком», соответственно культуры стран Центральной, Юго-Восточной  Азии, северной Африки, стран Ближнего Востока. В средние века это разделение немного отличалось в зависимости от того, рассматривался этот вопрос с евроцентристской или общемировой точки зрения. Для евроцентристской оценки Восток подразумевал культуры Византии, Египта, Сирии и Палестины, под Западом подразумевались культуры развитых государств Европы – Франции, Италии, Германии, Англии, Испании. Для мировой культуры Восток – это в первую очередь, Япония, Китай, Индия, Персия. К западным относят европейскую культуру и преемственную ей византийскую.

Восточная культура

Технологические системы  в древних обществах возникали  сперва в пределах отдельных общин  и были примитивными; сравнительно схожими, будучи предназначены для  охоты, рыболовства, собирательства, а  затем – для производства продукции  земледелия, скотоводства и ее переработки, а также для изготовления неолитических орудий производства, строительства поселений и городов. Однако уже в раннеклассовом обществ (IV-II тысячелетиях до н.э.) возникали технологические системы более высокого уровня в рамках государств, а то и локальных цивилизаций первого поколения. Примером могут служить сложнейшие системы ирригационных сооружений на реках Нил, Тигр, Евфрат, Инд, Янцзы, цикл связанных с ними сельскохозяйственных работ, градостроения и т.п. Джон Бернал писал о бурном подъеме технического творчества, возникшем вместе в началом городской жизни в огромных речных долинах Месопотамии, Египта, Индии и Китая и продлившемся примерно с 3200 до 2700 г. до н.э. Это и стало материальной основой возникновения первого поколения локальных цивилизаций, расположенных узкой полосой к северу от экватора. Эти цивилизации, казалось бы, развивались изолированно; но применяемые ими технологии имели много общего, что диктовалось схожестью естественных условий воспроизводства, общностью нового этапа развития сознания и культуры, а также интенсивным обменом технологическими достижениями между локальными цивилизациями. Тем не менее говорить о глобальном технологическом пространстве было преждевременно: на большей части населенной людьми территории Земли использовались неолитические технологии, да и авангардные цивилизации были обособлены, периодически возникали и почти бесследно исчезали (шумерская, минойская цивилизации), чтобы быть заново открытыми изумленными археологами через несколько тысячелетий¹. 
     Все ученые признают существование либо одной отдельной китайской цивилизации, которая возникла по крайней мере в 1500 году до н. э. (возможно – даже на тысячу лет раньше), или двух китайских цивилизаций, одна их которых сменила другую в первые столетия христианской эпохи. Несмотря на то, что конфуцианство является основной составляющей китайской цивилизации, китайская цивилизация – нечто большее, чем учение Конфуция, и не ограничивается также Китаем как политической целостностью. Термин “синский”, который употребляли многие ученые, подходяще описывает общую культуру Китая и китайских сообществ в Юго-Восточной Азии и везде вне Китая, а также родственные культуры Вьетнама и Кореи².

Некоторые ученые объединяют японскую и китайскую культуры под единой вывеской дальневосточной цивилизации. Большинство ученых, однако, не делают этого, выделяя Японию в отдельную цивилизацию, которая отпочковалась от китайской цивилизации в период между 100 и 400 годами н.э.

По крайней мере одна из ряда сменяющих друг друга цивилизаций, как это повсеместно признано, существовала в Индостане как минимум с 1500 г. до н.э. Все цивилизации этого ряда именуются индийскими, индусскими или индуистскими, причем последний термин предпочтительнее в отношении самой современной цивилизации. В той или иной форме индуизм был центральной культурой Индостана со второго тысячелетия нашей эры – “… это более чем религия или социальная система; это сама суть индийской цивилизации”. Индуизм сохранил эту роль до наших дней, несмотря на то, что в самой Индии имеется значительная мусульманская община, а также несколько менее многочисленных культурных меньшинств. Как и “синский”, термин “индуистский” также проводит различие между названием  цивилизации и названием стержневого государства, что крайне желательно в случаях, подобных тому когда цивилизация не ограничивается пределами этой страны.

Все ведущие ученые признают существование отдельной исламской  цивилизации. Возникший на Аравийском полуострове в седьмом веке нашей  эры, ислам стремительно распространился на Северную Африку и Пиренейский полуостров, а также на восток, в Среднюю Азию, Индостан и Юго-Восточную Азию. В результате этого внутри ислама существует множество отдельных культур и субцивилизаций, включая арабскую, тюркскую, персидскую и малайскую.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Западная культура

Зарождение западной цивилизации обычно относят к 700–800 годам нашей эры. Ученые обычно подразделяют ее на три основных составляющих: Европа, Северная Америка и Латинская  Америка.

Латинская Америка, однако, имеет одну характерную особенность, которая отличает ее от Запада. Хотя Латинская. Америка и является отпрыском европейской цивилизации, она эволюционировала совершенно другим путем, чем Европа и Северная Америка. Культура там клановая и авторитарная, что в Европе проявилось значительно слабее, а в Северной Америке не проявилось вовсе. И Европа, и Северная Америка почувствовали на себе влияние Реформации и объединили в себе католическую и протестантскую культуры. Латинская Америка исторически была только католической, хотя сейчас ситуация может меняться. Латиноамериканская цивилизация ассимилировала местные культуры, которые не существовали в Европе и были полностью уничтожены в Северной Америке и значимость которых меняется от Мексики, Центральной Америки, Перу и Боливии с одной стороны до Аргентины и Чили – с другой. Политическая эволюция и экономическое развитие Латинской Америки резко отличаются от моделей, превалирующих в североамериканских странах. Сами жители Латинской Америки отличаются по субъективной самоидентификации. Некоторые говорят: “Да, мы – часть Запада”. Другие заявляют: “Нет, у нас своя уникальная культура”, а великие писатели Латинской и Северной Америки тщательно описывают свои культурные различия. Латинскую Америку можно рассматривать либо как субцивилизацию внутри западной цивилизации, либо как отдельную цивилизацию, близко связанную с Западом и не определившуюся во мнении, принадлежит ли она к Западу или нет. Для анализа, который фокусирует внимание на международных политических аспектах цивилизаций, включая взаимоотношения между Латинской Америкой с одной стороны и Северной Америкой и Европой – с другой, последняя точка зрения более приемлема.

Таким образом, Запад  включает в себя Европу, Северную Америку, а также страны, населенные выходцами из Европы, то есть Австралию и Новую Зеландию. Взаимоотношения между двумя основными составляющими Запада, однако, менялись со временем. В течение длительного  периода своей истории американцы определяли себя как общество, противопоставленное Европе. Америка была страной свободы, равенства возможностей, будущего; Европа олицетворяла угнетение, классовый конфликт, иерархию, отсталость. Заявлялось даже, что Америка – отдельная цивилизация. Это противопоставление Америки и Европы было в значительной мере следствием того, что по крайней мере до конца девятнадцатого столетия контакты Америки с не-западными цивилизациями были ограничены. Однако как только Соединенные Штаты вышли на мировую арену, у них появилось чувство более широкой идентификации с Европой. Если Америка девятнадцатого века ощущала себя отличной от Европы и противопоставленной ей, то Америка двадцатого столетия определяет себя как часть и, несомненно, как лидера более широкой идентификации – Запада, – которая включает в себя Европу.

Сейчас термин “Запад”  повсеместно используется для обозначения  того, что раньше именовалось западным христианством. Таким образом, Запад  является единственной цивилизацией, которая определяет себя при помощи направления компаса, а не по названию какого-либо народа, религии или географического региона.

Такая идентификация  вырывает эту цивилизацию из ее исторического, географического и культурного  контекста. Исторически западная цивилизация  является европейской цивилизацией. В современную эру западная цивилизация стала евроамериканской, или североамериканской, цивилизацией. Европу, Америку и Северную Атлантику можно найти на карте, а Запад – нельзя. Название “Запад” также дало повод для возникновения концепции “вестернизации” и способствовало обманчивому объединению понятий “вестернизация” и “модернизация”: легче представить себе “вестернизацию” Японии, чем ее “евроамериканизацию”. Европейско-американская цивилизация, однако, повсеместно называется западной цивилизацией.

Железный век (античная цивилизация) породил противоречивые тенденции: с одной стороны, дифференциацию технологий, основанных на эффективном использовании набора железных орудий в рамках многочисленных государств-полисов с обособленной экономикой; с другой стороны, типизацию технологий и широкое их распространение по пространствам мировых империй – от империи Ахеменидов и краткосрочной империи Александра Македонского до Римской империи, подчинившей своему влиянию значительную часть населенного мира. Развитое судоходство, межцивилизационные войны, торговля, культурный обмен, создание колоний, захват рабов способствовали сближению технических систем в рамках технологического способа производства античности. Но и здесь признаков глобальности еще не наблюдается.

Переход к технологическим способам производства средневекового, а затем раннеиндустриального обществ, ремесленному и мануфактурному производствам сначала характеризовался некоторым регрессом (по крайней мере в Европе) по сравнению технологиями Римской империи, перемещением эпицентра мирового технологического прогресса на Восток, в Китай и Индию, в Византию, арабские страны, которые унаследовали многие технические достижения античности. Однако затем столетие за столетием нарастали волны технологических усовершенствований, реализуемых через базисные инновации. По оценке Питирима Сорокина, если за 1300 лет античной цивилизации в западном мире было отмечено 243 естественнонаучных открытия (из них 113 – в V-III вв. до н.э. и 62 – в 1-11 вв. н.э., а на последующие три века приходилось от 2 до 4 открытий на столетие) и 107 технических изобретений (из них 28 – в I в. до н.э.– 1в.н.э.), то в средневековом обществе эта волна спадает: за 850 лет – 31 открытие и 49 технических изобретений. Но за 400 лет раннеиндустриальной цивилизации темп прогресса резко нарастает – до 1153 открытий и 489 изобретений³. Правда, здесь сказывается и фактор времени: многие открытия и технические изобретения древности и средневековья оказались неизвестными.  
      Во всех цивилизациях третьего поколения средневекового и раннеиндустриального периодов наблюдались схожие формы технологической организации ремесленного, цехового, а затем мануфактурного, а также сельскохозяйственного производств. Разрыв в технологическом уровне цивилизаций был незначительным. Если судить по данным о производстве промышленной продукции на душу населения, то в 1750 г. в Европе (в целом) и в Китае он был равным, в Японии и Индии – отставал примерно на 12%, в России – на 25%. Хотя глобального технологического пространства еще не существовало, но различия между отдельными, самостоятельно развивающимися цивилизациями были не столь велики (кроме отставших из-за изолированности цивилизаций Нового Света, которые практически были уничтожены европейскими колонизаторами), осуществлялся интенсивный обмен техническими достижениями особенно после великих географических открытий, созданию колониальных империй и ускоренного развития международной торговли.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Сравнительная характеристика двух культур

Обратимся к истории  человечества. С древних времён различались Восточная и Западная цивилизация. Исследования историков свидетельствуют, что с самого начала специфика цивилизаций была связана с особенностями трудовой деятельности людей, на которую влияли географическая среда, плотность населения и другие факторы. Системы рисового орошения, требующие управления снабжения водой из одного центра, во многом стимулировали развитие азиатского способа производства, для которого было характерно единоначалие и «общественный» характер работ, иерархия социальных привилегий, а в духовной сфере – ориентация на подчинение личного самосознания мировому абсолюту – Богу (Небу, Солнцу) и его наместнику на земле – императору и феодалу, господину. Как видим, на специфику общественной жизни оказывали воздействие технологические и социально – экономические способы освоения материальных ценностей: организация орошения рисовых полей, сбор риса, управленческие иерархические структуры и т.п.

На развитие и особенности  цивилизации влияло содержание религиозных  и философских форм общественного сознания, а также использование их в качестве важнейших средств овладения всеми другими ценностями общества. В Китае – буддизм и конфуцианство, в Индии – буддизм, брахманизм, философия йоги оказала воздействие на регламентацию всей человеческой жизнедеятельности. Западная цивилизация развивалась под меньшим воздействием монолитных культовых структур и единоначалия. Она более активно менялась под влиянием науки, искусства, политики. Для Восточной цивилизации характерно усвоение материальных и духовных ценностей, а также их производство в условиях авторитарного

Формирование человека как послушного и добродетельного наложило отпечаток  на всю жизнедеятельность человека восточных стран, на саму культуру и  способы её освоения. Это специфическое  человеческое начало стало здесь весьма существенным. Для Западной цивилизации характерно ускоренное развитие техники и технологии, быстрое изменение предметного мира и социальных связей людей, ибо и в её культуре доминирует научная рациональность, которая выступает как особая самодовлеющая ценность.

Восточный и западный типы цивилизаций взаимодействуют  между собой. Результатом этого  взаимодействия является возникновением различных «гибридных» обществ, усваивающих на основе своей культуры новую культуру.

Сегодня перед российским обществом остро встали вопросы: можем ли мы воспринимать образцы современного западного опыта как некоторый идеал или же эти образцы должны быть подвергнуты критике; каков путь вхождения России в мировую цивилизацию – западный или восточный; что такое Россия вообще; каковы пути развития мировой цивилизации в наше время.

Сегодня Запад – это синоним  понятия «развитые страны». По этому  признаку некоторые политологи стали  относить Японию к Западу, что совсем неправомерно. Несмотря на общий с  западными странами технологический базис, Япония остаётся страной Восточной цивилизации, даже по способу освоения общечеловеческих ценностей.

Понятие «западная цивилизация» сформировалось в сопоставлении  и нередко противопоставлении с  другим — «восточная цивилизация». Первое понятие используется как синоним европейской культуры, культурной общности стран и народов Европы, сохраняющейся с эпохи Древней Греции по настоящее время и опирающейся на типологическую общность культурных традиций и способов их самоосуществления на всем протяжении исторического развития. Второе распространенное значение— способ культурного самоосуществления, образа жизни и ценностей западного мира, выходящего за пределы Западной Европы и включающего Северную Америку, Австралию и другие регионы. Термин «западная» характеризует типологические отличия от восточной культуры, а термин «цивилизация» говорит не только о внутренних импульсах и культурных установках, но и о последствиях, результатах, технологической оснащенности западной культуры, что в совокупности дает эффект западной цивилизации. В этом случае речь идет прежде всего о доминирующем типе культуры, что вместе с рассмотрением вопроса о способах ее реализации доводит его обсуждение до проблем цивилизационно-исторической целостности и создания теоретической модели Запада.

В современных исследованиях  обычно цивилизация Запада отождествляется  с европейской техногенной культурой, исторически базирующейся на экспериментальной  науке, превращающейся в современном  обществе в поставщика технологий, и соответствующей системе образования. Техника и наукоемкие технологии сделали возможной европейскую цивилизацию, в которой человек впервые в его истории вынесен за пределы производственного процесса. Европейская наукоемкая культура предполагает постоянное обновление и модернизацию производства и всего социального уклада. Изменяющиеся представления о знаниях и познавательных установках, которые переакцентируются вследствие беспрестанно расширяющихся информационных возможностей и коммуникационных взаимодействий с объекта на субъект, затрагивают фундаментальные вопросы человеческого бытия и пределов изменения среды, природного и социального окружения человека, что выступает второй, оборотной, стороной модернизационных возможностей Запада.

Глобальные цивилизационные характеристики Запада обосновываются обычно в соответствии с тем, по каким параметрам проводится различие между Западом и Востоком (в настоящее время добавляется новая оппозиция Север — Юг, но этим не снимается прежняя). В этом отношении проводится различие буквально по всем глобальным вопросам: «механистическая» наука на Западе и «организмическая» на Востоке, в частности в Китае, соответственно экстравертный и интровертный тип личности, гилозоизм и иррационализм как преобладающий тип мироощущения на Востоке и рационализм и прагматизм на Западе. Эта проблема не может быть самозначащей, поскольку речь идет о конститутивных основах западной цивилизации, объединяющих ее в единый цивилизационно-исторический тип. Чаще всего в качестве таковых называют культурные достижения эпох Возрождения; Просвещения; научно-технической революции⁴.

В свою очередь возникают  вопросы о культурной преемственности  Возрождения и в целом европейской  культуры с античностью, роли средневековья  и «осени» средневековья, культурном проекте Просвещения и его исчерпанности в настоящее время, и т. д. Эти вопросы не только погружают в центр современных дискуссий о сущности и будущем Запада, они рисуют изменяющийся культурный образ Запада, основанный на идеях и размышлениях, отличающих целые эпохи в его культурном развитии, выступающих для них культурными ориентирами и регулятивами, позволяют говорить о Западе как итоге и результате сложных исторических метаморфоз. И только за этими идеями и образами угадывается целостный облик Запада как цивилизационно-исторического образования, синонимичность понятий Западная Европа и Запад при этом сохраняется.

Эволюция теоретического самоописания Запада начинается с его  противопоставления Востоку, которое  осуществили древние греки, увидевшие  в надвигающихся на них армадах персов скопище рабов, предводительствуемых тираном, и противопоставивщие им идеалы человеческой свободы и достоинства личности. Однако уже Аврелий Августин, размышляя о причинах падения античного мира (Римской империи) и проводя радикальное различие между «градом божьим» и «градом земным» закладывал основы линейного понимания истории. В новое время обосновывается идея исторического прогресса, но уже на рациональном основании (Pуcco, Тюрго, Кондорсе). Разум рассматривается как демиург истории, а Европа — как цель и итог исторического развития. В просвещенческой модели культуры, основанной на рационализме, историзме и гуманизме, и в немецкой классической философии сохраняется различие сущего и должного, а рефлексия, самосознание духа (Гегель) превращается в обязательную процедуру саморазвития культуры. Но тем самым складывается европоцентристское понимание исторического развития, итогом и эталоном которого выступает самоовозобновляющаяся и самообновляющаяся культура Европы.

При этом необходимо избежать абсолютизации европейского пути развития. Если наука в ее технологической  значимости, диктующей способность современных стран к конкуренции, — результат уникального европейского пути, то не значит ли это, что Европа изначально встала на этот путь. Данная тема не рассматривается специально в теоретическом плане, но ответ на ряд вопросов можно найти при обращении ко взглядам Шпенглера, который заметил принципиальное различие между античной и новоевропейской культурой, между апполоновским и фаустовским человеком. Новоевропейская культура, характеризующаяся прагматизмом — это особенность европейского исторического пути. Античное стремление к славе и современное стремление к потреблению — это совершенно разные вещи. Античность уже провозгласила верховенство закона, прав человека и самоценность личности, но она не провозглашала самоценности богатства и потребления. Не случайно Шпенглер противопоставил культуру, как проявление жизни души, цивилизации, как окостенению духа. В то же время Шпенглер тем самым объясняет равноценность культур по их духовному содержанию. Современное общество, с позиции Шпенглера, погружается в окостеневший мир цивилизации. Со Шпенглером можно спорить, но то, что он видел самоценность разного типа культур, это — самоочевидно.

В то же время открывается  простор для рассмотрения проблем  цивилизации. Традиционные культуры создали  свои цивилизационные миры, или они вливаются в единую мировую цивилизацию? На этот вопрос имеются два противоположных ответа, которые не получили еще достаточной научной разработки: 1 — процессы глобализации стирают культурные различия разных цивилизаций, что объективно ведет к культурной и социально-антропологической унификации; 2 — стремление сохранить цивилизационные различия характеризует современные мировые процессы (процессы самоидентификации), что неминуемо ведет к столкновению цивилизаций.

Разрушение европоцентристской позиции связано с крушением иллюзий о возможности построения рационального и гармоничного мира на принципах разума. В конце XIX — первой половине XX в. кризис культуры становится одной из основных тем философствования. У Шпенглера подвергалась сомнению, казалось бы, самая простая и убедительная мысль — об историческом единстве античности и Европы. Она разбивается о твердое убеждение Шпенглера в несхожести различных типов культур, применительно к которой невозможно говорить не только об исторической связи, но и обо всякой преемственности и духовном родстве. Античная культура, как и всякие другие культуры, о которых мы знаем, бесконечно далека от нас и не имеет для нас никакого значения. Современный западный человек замкнут в своем одиночестве и находится в скорлупе собственного цивилизационного пространства и окаменелости духа. Поэтому речь должна идти о двух типах культур: античной — аполлоновской и европейской — фаустовской.

Фаустовский человек (один из образов Запада, у Шпенглера  речь идет именно о Западе — Abendland) потерял самое ценное — единство с жизнью. В погоне за бесконечностью мира и собственным могуществом он пришел к собственному духовному оскудению. В этом обнаруживается сердцевина кризиса западного человека. Но другая сторона вопроса состоит в том, что при таком взгляде Европа теряет свои духовные основы, из которых исходили целые эпохи и духовные движения — Ренессанс, Реформация, Просвещение. Нет здесь никакой преемственности, не устает утверждать Шпенглер, евклидова математика — это одно, современная — совсем другое, и так далее. Провозглашается духовное одиночество Европы, полная оторванность ее от корней и источников, каковыми всегда выступал античный мир. Но самый главный удар приходится по западной гуманитаристике, в основе развития которой лежала процедура рефлексивной соотнесенности с античной культурой, позволяющая выяснить смысл и назначение европейского человека, обосновать основные ценности Запада: свободу, разум и права человека. Разрушается возможность культурной идентификации современного европейского человека с совершенным миром порядка и меры, и фаустовский человек, лишенный античного зеркала культуры, начинает замечать в своем лице страшные гримасы и звериный оскал.

Первым, однако, поднял знамя  антисциентизма Ф. Ницше и, как следствие этого, развенчал рационалистический образ античности как родины европейского разума и науки и провозгласил создание нового образа Запада. В XX в. с антисциентистских же позиций, оценивая античную и европейскую культуру в целом и обосновывая возвратное движение «назад к досократикам» ⁵ как альтернативу «рационализму и метафизике», выступил М. Хайдеггер.

Начинаемая античностью  история западной метафизики есть, по Хайдеггеру, история великой трагедии бытия. Истина бытия принадлежала досократикам, в то время как вся история западной метафизики, начиная с Платона, есть «забвение бытия». Именно досократики говорили на языке бытия, им была доступна безрефлективная истина бытия в их «прислушивании» к голосу природы («фюсис»). Именно «фюсис-концепции» досократиков дают возможность «помнить» о бытии, обеспечивают присутствие бытия во взаимодействии с вещами. Логика, познание, характерные для Запада, — начало забвения бытия, поскольку они разрывают с этим первоначальным исконно антропологическим содержанием «фюсис».

В глобальном плане в  истории мировой цивилизации  Западу должно быть отведено особое место, однако не для того, чтобы противопоставить Запад Востоку, хотя различия в динамике их исторического развития несомненны. Запад демонстрирует необычайную  мобильность и обновление. Восток и на рубеже третьего тысячелетия проявляет верность своим традиционным культурным ценностям и ориентирам. Вопрос состоит в том, чтобы избежать европоцентризма, монолинейного понимания культурно-исторического развития, во главе которого стоят страны Европы, а в пыльном хвосте еле просматривается отсталые страны и народы. Освальдом Шпенглером, в частности, была продекларирована равноценность и равнозначность мировых культур⁶.

Другое дело, как реализовать  эту декларацию в практике историко-цивилизационного построения. В этом случае важно увидеть многообразие, «полифонизм» мировых культур. Учет специфики Запада не только не закрывает путь к воспроизведению этой многообразной культурной палитры, но и позволяет подчеркнуть традиционные особенности национальных типов культур, которые вовлекаются в современное культурное взаимодействие, не теряя своего своеобразия. Несколько обобщая, можно было бы заметить, что унифицирующее воздействие современной западной цивилизации на традиционные типы культур состоит в том, что она втягивает их в орбиту научного по происхождению, техногенного по сущности сообщества.

Именно Европа (и в  этом смысле наиболее значимо выражение  — Запад) породила науку как социокультурный  институт. Речь идет лишь об экспериментальной науке, которая и создает научно-техническое общество. В этом случае и приходится констатировать взаимосвязь и взаимообусловленность трех культурных событий в истории европейской цивилизации: Возрождения, Реформации, научнотехнической революции. В современном мире наука, как институт социального обновления и поставщик технологий, распространяется по всему миру. Научный (западный) тип культуры проявляет свое унифицирующее воздействие лишь на современном этапе исторического развития. Отрицание линейного понимания культурно-исторического развития вовсе не предполагает, что западная культура не может пониматься универсалистски, т. е. как общечеловеческое достояние. Но понимается она в этом качестве прежде всего по своему вкладу в культуру современности, по результатам ее культурного развития, а не по предполагаемой обязательности, универсальности исторических путей Запада для всего человечества.