Оценка деятельности Ивана Грозного в новейшей отечественной историографии

МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ

 РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ФГБОУ ВПО «УДМУРТСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ

 УНИВЕРСИТЕТ»

Исторический факультет

Кафедра дореволюционной отечественной истории

Специальность            , история

ВЫПУСКНАЯ КВАЛИФИКАЦИОННАЯ РАБОТА

на тему

«Оценка деятельности Ивана Грозного в новейшей отечественной

историографии»

Зав. кафедрой

д.и.н., профессор,

Пузанов Виктор Владимирович

(решение о допуске)

_________________ В. В. Пузанов

«___»___________ 2015 г.

Ижевск, 2015 г.

План.

Введение.

В данной дипломной работе моей целью стало проведение комплексного анализа деятельности Ивана Грозного на основе современных историографических трудов. В истории Российского средневековья почти невозможно найти более противоречивую личность, чем Иоанн Васильевич IV, прозванный Грозным. Собственно фигура первого русского царя выделяется из общего ряда, и интерес к нему и его деятельности всегда был более чем высокий. В своей дипломной работе я постараюсь, опираясь на факты современной историографии, проанализировать труды современных историографов на тему оценки деятельности Ивана IV.

Хронологические рамки дипломной работы ограничены периодом с 13 декабря 1546 года  по 1582 год. Несмотря на то, что трудно точно указать дату, когда взгляды царя на власть оформились окончательно, очевидно, что к 17 годам молодой правитель обладал определенными представлениями о сущности своей власти, правах и обязанностях, налагаемых на ее обладателя.

Территориальные рамки исследования охватывают Московское государство в границах XVI века.

В истории русского средневековья трудно найти более грандиозную и противоречивую одновременно личность, чем Иван IV Грозный. Собственно и во всей отечественной истории фигура первого русского царя стоит особняком. По популярности в научной среде сравниться с ним может, пожалуй, лишь Петр I. В настоящее время интерес к личности первого русского самодержца только усилился. В 2008 г. Иван IV вошел в число двенадцати «финалистов»: проекта «Имя Россия». В 2009 г. увидели свет телесериал А. Эшпая «Иван Грозный», а также фильм П. Лунгина «Царь», посвященный взаимоотношениям Ивана IV и митрополита Филиппа. Регулярно появляются научные, научно-популярные и художественные издания; повествующие об эпохе Ивана Грозного. Таким образом, актуальность исследования прежде всего определяется повышенным вниманием к фигуре первого русского царя в современном российском обществе.

Моей задачей стала оценка деятельности Ивана Грозного в новейшей отечественной историографии. Неизменно повышенный интерес исследователей к фигуре первого русского самодержца во многом также обусловлен тем, что Иван IV является едва ли не единственным крупным политическим деятелем средневековья, оставившим: после себя настолько обширное литературное наследие. К сочинениям царя обращались практически все авторы, специализирующиеся на данном периоде.

Объект исследования: деятельность Ивана Грозного. Предмет исследования: внешняя и внутренняя политика царя за весь период его правления.

Интерес к таким неоднозначным деятелям; русской истории, как Иван Грозный связан с тем, что за каждой подобной фигурой четко прослеживается тот или иной вектор общественно-политического развития, определенный механизм и форма организации власти. В этой связи, серьезное внимание к тому опыту государственного строительства, который олицетворяет, собой личность первого русского царя, показывает, что данный опыт весьма востребован среди определенной части современного российского общества. Полярность оценок эпохи и личности Ивана IV свидетельствует об их неординарности и побуждает исследователей искать новые подходы к изучению России XVI в. как одного из узловых периодов в истории русского средневековья.

Методы, которые я применил в дипломной работе – это анализ, сравнительная характеристика и оценка.

В данной работе я попытался проанализировать труды современных историографов: Дмитрия Михайловича Володихина, Даниила Натановича Альшица, Степана Борисовича Веселовского и  Александра Александровича Зимина связанные с рассмотрением деятельности Ивана Васильевича Грозного. В то же время, стоит отметить, что в изучении литературного наследия Грозного по-прежнему сохраняется немало белых пятен. В частности, недостаточное внимание уделяется историографической составляющей его сочинений. В научной литературе в последнее время вполне обоснованно, на мой взгляд, высказывались мнения о пробеле в области изучения религиозных основ правления первого русского царя, а также о повсеместном отказе исследователей от постановки проблемы отражения политических и религиозных воззрений Ивана Грозного в реальной практике государственного строительства Московской Руси.

Источниковая база моего анализа включает публицистические сочинения - самая обширная группа источников, представляющих публицистические сочинения. Ввиду отсутствия целого пласта летописных источников, отображавших официальную точку зрения на события, особую ценность имеют сочинения иностранных авторов, находившихся в тот или иной период своей жизни в России и оставивших воспоминания о пребывании здесь. Таких сочинений сохранилось порядка тридцати.

Так, например, Д.Н. Альшиц хвастливые рассказы Г. Штадена о службе в опричнине относит к области заведомых измышлений, о чем свидетельствует серия «саморазоблачений», противоречий в его сочинении. В то же время, С.Б. Веселовский настаивал на том, что в «Послании» И. Таубе и Э. Крузе «мы находим очень мало достоверного, а их суждения о событиях не имеют никакой цены»1. Более того, сообщаемые ими факты «не могут быть использованы в анализе данной эпохи.

Важнейшим источником публицистического характера является знаменитая переписка Ивана Грозного и князя Андрея Курбского. В научной среде не раз отмечалась крайняя тенденциозность их сочинений, резко снижающая достоверность известий обоих авторов. Вместе с тем, необходимо учитывать одно важнейшее обстоятельство. Князь A.M. Курбский, как к нему не относись, был предателем и изменником, перешедшим на службу к правителю враждебного государства, к тому же иноверного. Более того, доказывая покорность новому владыке, князь водил на Русь вражеские отряды. Само собой, было странным ожидать от его сочинений объективности и достоверности.

Историю принято считать наукой, которая предполагает достоверное описание фактов и стремление исследователей к объективным характеристикам персонажей, процессов, событий. Между тем в исторических трудах со всей очевидностью проявляются субъективность оценок и интерпретаций прошлого, то, что можно назвать авторским произволом.

В настоящее время тема личности Ивана Грозного достаточно актуальна. Многие историки современности занимаются исследованием его деятельности в политике, личностных качеств характера.

Субъективность интерпретаций истории можно рассмотреть на основе анализа некоторых трудов, посвященных внутренней и внешней политике Ивана IV Грозного.

В трудах отечественных историков, писавших о тогдашних событиях, весьма разнятся толкования таких проблем и тем, как роль Избранной рады, значение завоевания Казанского и Астраханского ханств, русско-крымские отношения, Ливонская война, опричнина, после опричный период царствования Ивана IV.

Глава 1. Сравнительный анализ деятельности Ивана Грозного отечественными историками. 

1.1. Оценка деятельности Ивана Грозного с точки зрения историка  Д. М. Володихина.

«В России знают двух Иванов Грозных - мудрого государственного деятеля и кровавого маньяка…»2 - писал Дмитрий Михайлович Володихин.

«Итог того периода правления Ивана IV, который ознаменовался наибольшей степенью его персонального влияния на военные, политические и культурные дела, скорее, отрицательный. Однако итог этот, во-первых, не следует переносить на весь период правления Ивана IV, и, во-вторых, даже на данном отрезке надо отметить не только неудачи, но и достижения…»3.

Д. М. Володихин в своем труде «Иван Грозный.  Бич Божий» указывает, что по достижению Иваном Грозным брачного возраста, он был повенчан на царство в 1547 году. Он отмечал, что как правитель Иван Васильевич в первую очередь начинал проводить активные реформы и в этот период у царя формируется свой «кабинет министров», более известный как «Избранная Рада». По словам автора, за всю историю Московского государства, Иван IV был одним из двух государей, решивших «сыграть не по правилам», как и следующий за ним, после смерти его сына Федора, Лжедмитрий. Указывается, что царь не был особо талантливым политиком, скорее он был масштабным и артистичным, т.е. он умел выглядеть великим правителем, но не быть им.4 Автор также утверждает, что государь не обладал особой твердостью характера и силой воли. Сложность административного устройства Московского государства, по всей видимости, показалась молодому царю непростой, и он попытался переделать ее, используя вместо эффективности -  эффектность, а вместо нравственности – лицедейство. 

Иван Васильевич не блистал и на военном поприще, и успехи его в военном деле были сомнительны. Поэтому я цитирую слова Д. М. Володихина: «…Нет ни очевидного успеха, ни очевидного провала».  Провальная Ливонская военная кампания, с которой царь связывал свои устремления и не менее губительное сожжение Москвы татарми, и были двумя самыми страшными ошибками правителя, по мнению историка. Он  также указывал, что даже с Церковью у самодержца было не все безоблачно.

Как указывал Дмитрий Михайлович, дипломатическая деятельность правителя была связана с его артистичным поведением. Иван Васильевич отлично умел играть на публику. Для царя дипломатия была ничем иным, как лицедейством, в котором он был, по сути, главным действующим лицом. Это можно проследить, например, в посланиях Ивана IV английской королеве, в которых упоминалась попытка сватовства к ее сестрам и к ней самой. Также самодержец, нередко в своих письмах оскорблял правителей, соседствующих с Московией. По словам историка, Грозный нередко использовал оскорбительные выражения в личных письмах, например, в письмах шведскому королю Юхану III. Бранчливое письмо царя могло серьезно осложнить русско-шведские отношения, но шведский король находился в столь трудном положении, что безропотно проглотил все оскорбления.

Историк писал, что Иван IV был великим правителем, но не умел сдерживать свои эмоции, его терзали страсти, но как устроитель Московского государства он был хорош. Автор считал его «бичом божьим» русского народа. И одной из причин, по которой он пришел к этому выводу - была именно неспособность царя держать эмоции, его нежелание считаться с другими и слушать советы.

Володихин полагал, что роль Ивана IV в реформаторской, и вообще, в государственной и военной деятельности второй половине 40–50-х годов была незначительной. Доказательство следующее. Есть мнение, также, его противника, самого упорного и настойчивого – князя Андрея Курбского. Он считал, что в этот период весьма важное значение в государстве было у его сторонников, было у его друзей, было у родовитой знати, у княжат.

Автор честно говорит обо всех недостатках правления Ивана Грозного и о настоящих преступлениях, которые творились лично государем или же по его приказу. В результате общий итог царствования первого царя из рода Рюриковичей оказывается отрицательным практически по всем пунктам. В отношении государственных реформ — неудача, во внешней политике — крах, в церковных делах, после смерти митрополита Макария, — полнейший минус. Д.М. Володихин не стал делать из Ивана Грозного чисто патриотическую фигуру.

1.3. Оценка деятельности Ивана Грозного с точки зрения историка  С.Б Веселовского.

Академик С.Б.Веселовский (1876—1952) в своей «Истории опричнины» несовпадение толкований фактов называет «неразберихой». Он обращает внимание на то, что даже такие видные историки, как В.О.Ключевский и С.Ф.Платонов, в своих известных курсах лекций по истории недостаток фактов возмещали «глубокомыслием» и «остроумием».

Нередко бытующее мнение о скудности исторических фактов, архивных материалов и рукописей несостоятельно — по крайней мере тогда, когда речь идет об относительно поздних этапах развития общества. Например, изыскания в архивах и библиотеках позволяют исследователю познакомиться с огромным количеством письменных материалов, повествующих о событиях эпохи Ивана Грозного. Совсем не отсутствие необходимого числа источников и не недостаток фактов являются причиной неоднозначности оценок и субъективности в истории, а различия в мировоззрении историков, а также в определяемой этим мировоззрением методологии.

Система взглядов на объективный мир, на место человека в нем определяет не только убеждения, идеалы, принципы познания, но и — применительно к историческим изысканиям — интерпретации событий. Мировоззрение человека складывается на основе воспитания в семье, образования, усвоенных личностью социально-исторических и философских знаний, под влиянием господствующих в той или иной стране предрассудков, предпочтений и т.п. Мировоззрение неизбежно субъективно, вследствие чего исторические интерпретации также субъективны.

Академик С. Б.Веселовский в своем труде «История опричнины» анализируя труды других историков, высказывался, что «…даже такие видные историки, как В.О.Ключевский и С.Ф.Платонов, в своих известных курсах лекций по истории недостаток фактов возмещали «глубокомыслием» и «остроумием»». Историк утверждал, что историография Грозного связана с атмосферой внутренней политики страны.

Большое внимание автор уделил одному из серьезнейших факторов внутренней политики Ивана Васильевича – опричнине. Он крайне негативно относился к деятельности царя в целом. Степан Борисович утверждал что, когда Иван IV организовал опричную систему, большая часть самых развитых внутренних землевладений отошла к опричной территории.

С.Б.Веселовский писал: “В нашей историографии нет, кажется, вопроса, который вызывал бы большие разногласия, чем личность царя Ивана Васильевича, его политика и, в частности, его пресловутая опричнина. И замечательно, что по мере прогресса исторической науки разногласия, казалось бы, должны были уменьшиться, но в действительности наблюдается обратное”.

Историк характеризовал позицию княжат как противников царя, исходя  из сообщения Курбского, не подозревал и не делал различия между рядовыми княжатами и последними остатками удельного строя.

Крупная и яркая личность царя Ивана Грозного, историческая значительность событий его царствования и, в частности, его опричнина с многочисленными опалами и казнями, по мнению С. Б. Веселовского, произвели глубокое впечатление на современников и ближайших потомков. Ни одна, кажется, эпоха русской истории до Петра I не оставила такого большого количества источников, отечественных и иностранных, как царствование Ивана IV Васильевича.

И много позже, когда трагическая личность грозного царя и его время отошли в область истории, «…они неизменно привлекали к себе внимание не только историков, но и поэтов, писателей, художников, композиторов, публицистов и популяризаторов исторических знаний». Надо, однако, признать, что этот повышенный интерес широких кругов читателей к царю Ивану и его времени едва ли был полезен для исторической науки.

Отыскивать новые источники, подвергать их необходимой предварительной критике и обрабатывать, терпеливо устанавливать факты и точно описывать события с тем, чтобы понять и уяснить читателю большие и сложные события эпохи,— все это требовало много времени, самоотверженного черного труда и хорошей научной подготовки. Широкие круги читателей не интересуются «кухней» исторической науки и нередко проявляют наклонность относиться с пренебрежением и полным неуважением к неблагодарному труду ученых, посвящающих свои силы разработке источников и технике научного исследования, так считал С. Б. Веселовский. Читатель требует от историка широких обобщений, ярких характеристик лиц и событий, категорических суждений и эффектных в соответствии с темой картин. Историки поддавались соблазну выполнить «заказ» читателя, не тратить свои силы и время на неблагодарный груд фактического исследования прошлого и спешили дать читателю эффектные, мнимонаучные обобщения и концепции, также заявлял историк.

1.4. Приоритет торгово-экономических направлений в политике Ивана Грозного в видение истории России критика А.А.Зимина (1920—1980).

Зимин Александр Александрович - современный историк, автор многих книг по истории России. В своих трудах он разносторонне рассматривал личность Ивана Грозного. По его словам, в начале своей политической деятельности царь умел ценить талантливых людей и приближал их к своему двору. К сожалению, мнительный характер царя, его эмоциональная несдержанность и подозрительность привели к тому, что большая часть людей, которые искренне хотели провести нужные реформы, была со временем удалена от двора. Последующий после этого период правления стал временем тирании, убежденной в неограниченности своей власти, освещенной церковью, что, в конечном итоге порождало моральных уродов, прикрывавших маской ханжества и религиозности безграничную жестокость к собственным подданным.  
                 Созданная в 1549г. Избранная рада была, по мнению Зимина, «правительством, отражавшим интересы широких кругов феодалов», «правительством компромисса». Историк отождествляет Избранную раду с Ближней думой — официальным органом власти при царе, в состав которого входили наиболее преданные престолу «представители феодальной знати». 
По мнению Зимина, Избранная рада проводила политику компромисса между дворянством и «дальновидной частью боярства»; преобразования тех лет способствовали укреплению правительственного аппарата. 
Падение Избранной рады историк объясняет тем, что «правительство компромисса» в обстановке «народных движений» стремилось консолидировать силы феодалов и поэтому не могло пойти на «решительную борьбу с удельной децентрализацией». 
Присоединение Казанского и Астраханского ханств, по мнению Зимина, было вызвано потребностями русской экономики. Эти государства были помехой для русской восточной торговли, а плодородные земли Поволжья были предметом интереса для служилого дворянства. 
Взятие Казани в 1552г. Зимин называет «делом нелегким» и отмечает превосходство русских в «передовой военной технике». Главным итогом падения татарской столицы историк считает то, что Иван IV мог после этого именоваться не только «государем всея Руси», но и «казанским царем». 
Присоединение «всего волжского пути», по мнению Зимина, предотвратило для народов Поволжья «гнет татарских феодалов» и «новое порабощение» со стороны «султанской Турции», а также создало условия для экономического и культурного развития региона. 
Повышенную агрессивность Крымского ханства Зимин связывает с пропагандой идеологии религиозной непримиримости к «неверным», ставшей основой «политики грабежа и насилия», исходившей от «султанской Турции». Считая борьбу с крымским ханом одной из главных задач России в связи с подготовкой к «борьбе за выход к Балтийскому морю», историк называет «близорукой» политику Избранной рады, предлагавшей прекратить Ливонскую войну и усилить борьбу с Крымом. 
Нападение турецко-крымского войска на Астрахань в 1569 г. было, по мнению Зимина, попыткой Турции вбить клин между Россией и Ираном. Историк полагает, что крымский хан предпринял в 1571 г. поход на Москву, чтобы не допустить создания «прочной обороны на юге России». Поражение крымцев при Молодях в 1572 г. объясняется образованием объединенного опрично - земского войска. Основанием для создания опричнины Зимин считает то, что у Ивана IV была потребность в дальнейшем наступлении на «феодальную знать», для чего требовалось «завершение процесса объединения русских земель, ликвидация пережитков феодальной раздробленности и утверждение абсолютной власти монарха». Историк отмечает, что опричнина, задуманная с целью искоренения феодального сепаратизма, «сама вносила в жизнь элементы децентрализации». Зимин отмечает также укрепление в годы опричнины режима единоличной власти Ивана IV. Историк называет Ивана IV незаурядным, но жестоким правителем, главной целью которого было «укрепление самодержавного деспотизма». Для достижения этой цели царь был готов обречь на гибель «многие тысячи крестьян и горожан, дворян и бояр».Упразднение опричнины Зимин связывает с «новгородской трагедией», а также с тем, что после ликвидации удела князя Владимира Старицкого, «остатков новгородской вольности» и подчинения Церкви государству дальнейшее существование опричнины потеряло всякий смысл. Историк также отмечает, что неэффективность существования отдельного опричного войска была доказана битвой при Молодях в 1572г. 
Зимин связывает решение московского правительства «поставить вопрос о присоединении Прибалтики» с «укреплением Русского государства в XVIв.». Среди мотивов, побудивших к этому решению, он выделяет необходимость приобретения выхода России в Балтийское море для расширения культурных и экономических связей с Европой. В войне было, таким образом, заинтересовано русское купечество; дворянство же рассчитывало приобрести новые земли. 
Зимин считает втягивание в Ливонскую войну «ряда крупных западных держав» результатом «близорукой политики Избранной рады». С этим, а также с разорением страны, с деморализацией служилых людей, с гибелью в годы опричнины искусных военачальников историк связывает поражение России в войне. 
Период 1572—1575 гг. Зимин считает временем внутренней стабилизации. Однако в эти годы обострилась «борьба угнетенных классов с новыми господами» (бывшими опричниками). 
Передачу Иваном IV титула великого князя всея Руси Симеону Бекбулатовичу Зимин называет «политическим маскарадом». Историк связывает действия царя с «малым мятежом» на Земском соборе 1575 г. 
Убийство Иваном IV своего сына-наследника, по мнению историка, было результатом «бешенной выходки гнева» царя, болезненно переживавшего военные поражения от войск Батория. 
Историк отмечает, что во время правления Ивана IV началось закрепощение крестьянства и «угнетение народов Поволжья и Сибири». На такой основе «зиждилось процветание Российского царства».5

Так уж порадели поколения историков, предполагает Зимин А. А., так уж постарались, живописуя черной краской деяния Иоанновы, что в понимании обывателя и Грозным-то его назвали из-за его беспримерной жестокости. Мало кто сейчас помнит, что Грозным сначала назвали деда Ивана Васильевича - Ивана III, заслужившего это прозвище в двенадцатилетнем возрасте, когда в 1452 году гонял по Вологодским лесам Дмитрия Шемяку. Имя это ему было дано в похвальном смысле; грозным он был для врагов и строптивых ослушников.

1.1 Происхождение термина Избранная рада

  В отечественной историографии вопрос об Избранной раде был и остается дискуссионным. В частности возникают вопросы, когда возникло данное учреждение, какого его место в системе органов власти и что вообще представлял из себя данный институт. Многие историки видят в Избранной  раде Боярскую Думу. Н.П.3агоскин видел в ней «не что иное, как государеву думу, очищенную и обновленную в своем составе».  По словам В.О.Ключевскоrо, «трудно разобрать, что разумел князь Курбский под «избранной радой». Но, скорее всего, он «имел в виду большую думу».

Письменные источники времени Ивана Грозного упоминают Ближнюю Думу, помимо старой Боярской. «С цapствования Грозного, ближняя дума не раз мелькает в своих и иностранных известиях о высшем московском управлении» . В «¬Гpaмотe цecape¬вым послам» 475 г. царь пишет о Н.Р. Юрьеве, кн. В.А. Сицком и дьяке ближнем А.Щелкалове, что посылал к ним, послам, для переговоров «бояр, ближнюю свою думу»;  думные дворяне Зюзин и Черемисинов, бывшие в числе уполномоченных при заключении перемирия с Баторием в 1578 г., названы «ближние думы дворянами» . Смирнов сообщает, что «Понятие ближняя дума неоднократно встречается в письменных и устных заявлениях митрополита Макария, относящихся к середине XVI века».  В связи с этим, становится понятно почему многие историки видят в Избранной раде Боярскую думу.

 Другие исследователи, отождествляют Избранную Раду  с Ближней Думой. С.В.Бахрушин  задался вопросом: «Не следует  ли в «Избранной раде» видеть «ближнюю думу» официальных источников». И пришел к выводу, что ««Избранная Рада это «правительственный кружок», проводивший реформы 1550¬-x годов. А также, считал Раду «учреждением неофициальным» .

С С.В. Бахрушиным солидарен А.А.Зимин. Исследователь отмечает: «В литературе уже ставился вопрос о так называемой Избранной раде, которая, по словам Курбского, в 50-¬e годы XVI в. осуществляла правительственные мероприятия. С.В.Бахрушин показал, что это название было переводом термина «Ближняя дума». Выделение Ближней думы было одним из следствий расширения состава Боярской думы» . А.А.Зимин, так же как С.В. Бахрушин, видит в Избранной Раде «правительственный кружок, осуществлявший в 50-х годах ХVI в. важнейшие реформы государственного аппарата».  Этому кружку историк дал название «правительство Адашева», которое «выступило с развернутой программой, имевшей своей основной целью укрепление централизованного аппарата власти в интересах класса феодалов в целом».  По Зимину, то «было правительство компромисса между отдельными группами феодалов, правительство консолидации сил господствующего класса вокруг растущей великокняжеской власти».

В. М. Панеях также согласился с С.В. Бахрушиным: «Вокруг  царя Ивана в период с 1547 по 1549 г. сложилась немногочисленная груп¬па советников, из которой образовался правительственный кружок, названный князем Андреем Курбским Избранной Радой».  Также В.М. Панеях, считает, что: «Андрей Курбский заменил этим термином синонимические термины «Ближняя дума», «Тайная дума».

К такому же выводу об Избранной Раде пришли А.Г. Кузьмин и В.Д. Назаров. А.Г. Кузьмин, «нa¬блюдая за расширением в конце 40-х годов ХVI века состава Боярской Думы, увидел возникновение «внутри ее «Ближней думы», более известной в литературе под данным Курбским названием «Избранная рада»».  Первым лицом «Ближней думы» становится Алексей Адашев, не имея на первых порах боярского звания» .

По В.Д. Назарову, Избранная Рада и Ближняя  Дума – разные наименования одного и того же института. Исследователь высказал следующую точку зрения: «Для человека, знакомого с текстами документов 50¬-x годов XVI в., словосочетание «Избранная рада» звучит необычно. Термин, однако, давно прижил¬ся в научной, да и популярной литературе, говорят нередко о правительстве «Избранной рады», хотя подобное сочетание суть тавтология. Князь Андрей Курбский, уже будучи в эмиграции, изобрел «Избранную раду» как привычное для шляхетского уха Великого княжества Литовского понятие. Если cдeлать eгo кальку на тогдашний русский язык, то получим ближнюю думу или ближний совет при царе».

Р.Г. Скрынников также разделял позицию Бахрушина по поводу термина «Избранная рада»: «Высшим правительственным opганом в середине XVI в., была «ближняя дума», выделившаяся из Боярской думы.  Ближняя дума 50-¬x гг. известна в исторической литературе под названием Избранной рады. Впервые она получила это наименование в сочинениях Курбского».  Согласно Р.Г. Скрынникову «Избранная Рада (Ближняя Дума), являлась новым правительством, выдвинувшим «в конце 40¬x г. г. широкую программу реформ». Избранную Раду исследователь считал возможным «рассматривать как правительство компромисса», хотя и «с существенными оговорками». Кроме правительства, т.е. Избранной Рады, Р.Г.Скрынников обнаруживает наличие кружков  («группировок»), занимавшихся правительственной деятельностью и входивших полностью или частично в правительство. То были «кружок Адашева» и «кружок Сильвестра». Наиболее значимым  являлся «кружок Сильвестра»: «Правительство середины 50¬x г.г. называют обычно правительством Адашева и Сильвестра. Но доминирующее по¬ложение в нем занимал, бесспорно, кружок Сильвестра и кня¬зя Д.И. Курлятева, пользовавшийся поддержкой могуществен¬ной Боярской думы»; «Дворянский кружок А.Ф.Адашева занимал подчиненное положе¬ние в ближней думе».