Атеистический экзистенциализм Ж.-П. Сартра и А. Камю

Федеральное агентство  по образованию

Государственное образовательное  учреждение высшего профессионального

образования

САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ  ТОРГОВО-ЭКОНОМИЧЕСКИЙ ИНСТИТУТ

Кафедра философии и политологии

Контрольная работа по дисциплине «Философия»

Тема 18: Атеистический  экзистенциализм Ж.-П. Сартра и А. Камю

Заочное отделение

Специальность: Экономика и управление

на предприятии торговли и общественного

питания

Курс: 3

Группа: 134

Зачетная книжка № 29035

Выполнил: Тихомиров Павел Алексеевич

Преподаватель:

Санкт-Петербург

2011

Содержание

Введение

Девизом экзистенциализма может служить название книги французского философа, писателя, драматурга Жана Поля Сартра "Экзистенциализм – это гуманизм", как самое краткое и точное выражение смысла и назначения целого направления современной философии. Экзистенциализм, или философия существования (от позднелатинского existentia – существование) зародился в начале 20 века и в течение нескольких десятилетий завоевал широкое признание и популярность. Среди первых представителей экзистенциализма принято считать русских философов Льва Шестова и Николая Бердяева, хотя основное развитие это течение получило после 1-ой мировой войны в трудах немецких мыслителей Мартина Хайдеггера и Карла Ясперса и в сороковых годах в работах Альбера Камю, Жана-Поля Сартра и Симоны де Бовуар. В то же время своими предшественниками экзистенциалисты считают Паскаля, Кьеркегора, Достоевского и Ницше. В философском отношении на экзистенциализм оказали преобладающее влияние такое направление как философия жизни, а также феноменология Гуссерля и Шеллера. Экзистенциализм как яркое проявление нонкомформизма явился своеобразной реакцией на духовный кризис, вызванный войнами и страданиями. В ситуации безнадежности и душевной растерянности призыв экзистенциалистов к человеческой подлинности, к чувству человеческого достоинства оказался источником мужества и нравственной стойкости. Экзистенциалистски настроенная личность противопоставляла личное решение, волевой акт уверткам «трусливого разума».

Обычно различают религиозный (К. Ясперс, Г. Марсель, А. Бердяев и  др.), и атеистический (М. Хайдеггер, Ж.П. Сартр, А. Камю и др.) экзистенциализм. Такое деление весьма условно, поскольку для многих представителей нерелигиoзного экзистенциализма утверждение, что Бог умер, связано с признанием невозможности и абсурдности жизни людей без Бога.

Центральные вопросы  экзистенциализма – существование человека, смысл его жизни и судьбы в мире – необычайно созвучны любому, задумывающемуся над своим бытием, человеку. Вот почему экзистенциализм столь популярен и по сей день.

Основные вопросы экзистенциальной философии

Бытие в экзистенциализме

Экзистенциализм как  целостное учение строится на принципиально  новом понятии такой категории, как бытие. Экзистенциалисты стремятся  понять бытие как нечто непосредственное и преодолеть интеллектуализм как традиционную рационалистическую философию, так и науки, предполагающей опосредование – основной принцип мышления. Бытие, согласно экзистенциалистам, не есть ни эмпирическая реальность, данная нам во внешнем восприятии, ни та система связей, которая конструируется научным мышлением, ни мир умопостигаемых сущностей, познание которого составляло задачу классического рационализма; во всех этих случаях проводится различие и даже противопоставление субъекта объекту. Преодоление этой противоположности объекта и объекта, если оно допускается, как, например, у Спинозы или Гегеля, для рационалистов возможно лишь в мышлении и является конечным пунктом, целью их философствования. Экзистенциализм рассматривает бытие как некую изначальную непосредственную, нерасчлененную целостность субъекта и объекта; познаваемое и познающее в их целостности должны совпасть, и бытие может быть постигнуто только через самое себя. При этом в качестве изначального и подлинного бытия выступает переживание субъектом своего "бытия в мире". Таким образом, бытие здесь дано непосредственно, в виде собственного бытия - существования, то есть экзистенции. Для описания структуры экзистенции экзистенциалистами был использован феноменологический метод Гуссерля – в качестве структуры сознания выделялась его направленность на другое, интенциональность. В атеистическом варианте экзистенциализма, теоретиком которого был, в частности Сартр, экзистенция определяется как бытие, направленное к ничто и сознающее свою конечность. Структура экзистенции описывается в виде набора модусов человеческого существования. Такие модусы экзистенции, как забота, страх, решимость, совесть определяются через смерть, как способ соприкосновения с ничто. Поэтому именно в пограничной ситуации человек прозревает экзистенцию как глубочайший корень своего существа. Важнейшим свойством экзистенции является выхождение за свои пределы, или трансцендирование. С точки зрения религизного экзистенциализма, трансцендентное – это бог, и хотя он не познаваем, но все духовное творчество есть выражение стремления к богу, попытка выразить его, хотя и терпящее крушение из-за невозможности адекватного постижения бога. А продукты этого творчества есть ни что иное, как шифры трансценденции. Экзистенциалисты-атеисты, в свою очередь, определяют трансценденцию как ничто, как глубочайшую тайну экзистенции.

Человек, личность и свобода в экзистенциализме

Социальный смысл учения об экзистенции и трансценденции раскрывается в экзистенциалистских  концепциях личности и свободы. 
Личность, как ее видят экзистенциалисты, является самоцелью, а коллектив при этом выступает лишь как средство, обеспечивающее возможность материального существования составляющих его индивидов (поскольку развитая экономика предполагает объединение коллективных усилий). А общество в целом призвано обеспечивать возможность свободного духовного развития каждой личности, гарантируя ей правовой порядок, ограждающий личность от посягательств на ее свободу. Но роль общества, по мнению экзистенциалистов, остается, в сущности, отрицательной: свобода, которую оно может предоставить индивиду, является лишь частным ее проявлением – свобода экономическая, политическая и т. д. Подлинная же свобода начинается по ту сторону социальной сферы, в мире духовной жизни личности, где индивиды сталкиваются не как производители материальных благ и не как субъекты правовых отношений, а как экзистенции. Общество таким образом лишь ограничивает личность. Экзистенциализм перемещает центр тяжести с родового, общественного на единичного человека. При этом, однако, для религиозного экзистенциализма важен индивидуум не сам по себе, а лишь постольку, поскольку он есть "явленность трансцендентального". В этой связи вводится различие индивидуальности и личности.

Экзистенциализм различает  в человеке несколько слоев: природный (биологический и психологический), изучаемый естественными науками и составляющий его природную, эмпирическую индивидуальность; социальный, изучаемый социологией; духовный, являющийся предметом изучения истории и философии; и, наконец, экзистенциальный, который не поддается научному познанию и может быть лишь "освещен" философией. Рассматривая проблему свободы, экзистенциализм отвергает как рационалистическую просветительскую традицию, сводящую свободу к познанию необходимости, так и гуманистическую, для которой свобода состоит в раскрытии задатков человека, раскрепощении его "сущностных" сил.

В духе Канта экзистенциалисты подчеркивают, что человек отличается от всех природных существ способностью выбирать самого себя и нести ответственность  перед самим собой за свой выбор; более того, выбирая себя, человек тем самым выбирает и все человечество, так что выбор – не просто его частное дело. Однако у Канта человек должен выбирать себя по закону морального долга, а в атеистическом варианте экзистенциализма он не имеет никакого содержательного критерия выбора: он выбирает себя перед лицом непознаваемого трансцендентного ничто. Так, по Хайдеггеру, выбор своего Я предполагает поставить себя перед самой последней возможностью своего бытия – смертью. Тем самым человек освобождается от власти сущего, от предметного и социального мира, и оказывается перед лицом бытия, которое есть ничто.

Атеистический экзистенциализм как  направление философии существования. Позиция Ж.П. Сартра и А. Камю относительно атеистического экзистенциализма

Принято различать атеистический (в лице таких представителей, как  Хайдеггер, Сартр, Камю) и религиозный (Бердяев, Ясперс, Бубер) экзистенциализм. Градация эта весьма условна. Атеистический  экзистенциализм говорит о "заброшенности" человека, фактически – о его "богооставленности". Экзистенциальная личность полностью отрывается от обстоятельств и следует своему "проекту", подчиняясь лишь свободно избранному пути. Но, отвечая за себя, индивид чувствует за своими плечами всё человечество: "Выбирая себя, я выбираю человечество", - утверждал Сартр. Ответственность, которую в христианстве берёт на себя Бог, искупая вину людей, в экзистенциализме целиком и полностью взваливает на свои плечи каждый человек. Экзистенциализм говорит о "страшном бремени" свободы, "кошмаре свободы". Атеистический экзистенциализм тем самым утверждает необходимость богоподобия человека как основы его подлинного бытия. В атеистическом экзистенциализме появляется идея "ожидания Бога", но Бога, не сводимого к ритуально-магическому объекту, отношения с которым вполне предсказуемы.

Атеистический экзистенциализм  начинается с позиции человека, для  которого, по словам Ницше, "Бог умер"; то есть с позиции человека, для  которого идея Бога, по крайней мере, Бога, открывающегося в иудео-христианской традиции, более не обладает какой-либо ценностью. Для такого человека вера в Бога имеет не больше оснований, чем вера в эльфов и фей. Если кто-то настаивает на том, что за деревом эльф и что, когда мы смотрим туда, эльф с невероятной скоростью перемещается на другую сторону, оставаясь невидимым, мы не можем доказать ему, что он говорит ложь, даже если он не может привести никаких доказательств того, что он прав. Тем не менее, большинство людей, по крайней мере, в нашей технической цивилизации, не верят в эльфов и фей. Подобным образом не может быть доказано, что Бог не существует, так как нет веских доказательств Его существования, и многие люди перестали верить в Бога.

При обращении к Сартру такого рода растерянность исчезает. Верно, что Сартр использует странные и темные термины и обороты, заимствованные отчасти из немецких форм выражения; однако в то же время не составляет большой трудности создать общий план его философии. Несмотря на его стремление быть "глубоким", ясность Сартра отчетливо обнаруживает себя. И Сартр к тому же дал чрезвычайно ясное и популярное объяснение своей мысли в лекции "Экзистенциализм и гуманизм" для тех, кто чувствует себя не в состоянии одолеть тайны "Бытия и Ничто", его главной философской работы. Сартр является тем, для кого "Бог умер", то есть человеком, для которого Бог переместился в область мифологии вместе с эльфами и феями. В его случае нет расплывчатости, как у Хайдеггера; нет сомнений относительно его атеизма. Иногда, впрочем, он говорит, что, если бы Бог и существовал, это ничего не изменило бы (в отношении человеческой свободы и ответственности, по крайней мере); однако в своей лекции о гуманизме он ясно провозглашает, что "экзистенциализм – это только попытка вывести все следствия из последовательной атеистической позиции". И, как мы увидим, заключения, которые он выводит из атеизма, очень важны. Тем не менее, Сартр доказывает, что идея Бога самопротиворечива; не может быть Бога.

Под знамя экзистенциализма встают и те, кто ищет нового, неведомого бога, и те, кто ничего не ищет, а лишь предает анафеме все существующее. Таков общий настрой постоянно ищущего, отрицающего, неудовлетворенного и "безблагодатного", по выражению Бердяева, экзистенциализма. С особенно страстным пафосом этот настрой проявился в творчестве Жана Поля Сартра, наверное, самого атеистического, левого и пессимистического из экзистенциалистов. Миропонимание Сартра сформировалось в мире, зашедшем в тупик, абсурдном, где все традиционные ценности рухнули. Первый акт философа должен был, следовательно, быть отрицанием, отказом, чтобы выбраться из этого хаотичного мира без порядка и цели. Отстраниться от мира, отвергнуть его - это и есть в человеке специфически человеческое: свобода. Выражаясь словами самого Сартра, вся его система взглядов строится на двух постулатах экзистенциализма. Во-первых, в качестве отправной точки Сартр воспринял формулу Достоевского "если бога нет, все позволено", дав ей достаточно широкое толкование: "В самом деле, все позволено, если бога не существует. И, следовательно, человек покинут, беспомощен, потому что ни в себе, ни вовне ему не на что опереться. Прежде всего, у него нет оправданий. Если бога не существует, мы не имеем перед собой каких-либо моральных ценностей или повелений, которые оправдывают наши поступки. Не может быть больше добра a priopi, так как нет бесконечного и совершенного разума, чтобы его мыслить. И нигде не записано, что добро существует, что нужно быть честным, что нельзя лгать, и это именно потому, что мы находимся в такой плоскости, где есть только люди. Мы одиноки, и нам нет извинений". Во-вторых, Сартр отталкивается в своих рассуждениях от известного экзистенциалистского принципа "существование предшествует сущности". Суть этого принципа Сартр раскрывает достаточно подробно: "Атеистический экзистенциализм учит, что если бога не существует, то есть, по крайней мере, одно такое существо, у которого существование предшествует сущности, существо, которое начинает существовать прежде, чем его можно определить каким-либо понятием. Этим существом и является человек, или, как говорит Хайдеггер, человеческая реальность.

Идеалом же для А. Камю является бунтарство “по ту сторону нигилизма”, помнящее о своих “щедрых истоках” и не обманывающееся прагматикой “исторических ценностей”. Трактат Камю, поссоривший его с Сартром и другими идеологами французской “левой интеллигенции”, стал отповедью революционаризму, исходившей от человека, стоящего на демократических позициях и понимающего глубинную оправданность всех форм бунтарства. В этом трактате выразилась также характерная для Камю-моралиста тенденция постулировать этику атеистического гуманизма, исходящую исключительно из земного жизненного опыта личности и в конечном итоге открывающую выход к сознательному и коллективному историческому действию.

Атеистический экзистенциализм Жана-Поля Сартра

Личность Жана-Поля Сартра

Принадлежность Сартра к психологической науке очевидна и бесспорна. Экзистенциальное направление  в психологии и психотерапии, за последние полвека завоевавшее  огромную популярность, восходит к  его представлениям о природе и назначении человека. А "Очерк теории эмоций", написанный Сартром в 1940 году, представляет собой один из наиболее значительных психологических трудов на эту тему. 
Жан-Поль Сартр (1905-1980) приобрел известность после публикации романа "Тошнота" (1938). До этого времени он изучал и преподавал философию, публиковал первые свои философские работы – и усиленно трудился над романом, считая это занятие главным для себя. 
Решающее значение для формирования философии Сартра имела немецкая философия – феноменология Гуссерля и экзистенциализм Хайдеггера. В начале 30-х годов Сартр увлекся "интенциональностью" Гуссерля, согласно которой "сознание есть всегда сознание чего-то". Сознание "направлено", а это значит, во-первых, есть "объекты", они существуют, они не есть сознание, а во-вторых, что сознание – отрицание, утверждающее себя как отличие от объекта.

Сартр был увлечен  феноменологией потому, что увидел в феномене возможность преодоления  традиционной коллизии материализма и  идеализма, увидел возможность покончить, наконец, с субъективизмом, с так называемой "пищеварительной" философией, превращающей вещи в содержимое сознания. "Мы освобождаемся от Пруста",- заявлял Сартр, повторяя, что все "вовне", что все субъективные реакции являются способами открытия мира, что если мы любим, значит, предмет любви содержит в себе достойные любви качества. Однако качества "вовне" выявляют себя только в отличие от сознания; внешний мир соотносителен внутреннему. "Все дано", но сознание не есть "данность", сознание – это отрицание, свободный выбор, это сама свобода, а она сущности не имеет, она предшествует сущности. Сартр повторяет вслед за Хайдеггером: "существование предшествует сущности" и основополагающим понятием всех своих размышлений делает понятие свободы.

Творчество Ж.П. Сартра

Литературная деятельность Сартра началась с романа «Тошнота» (фр. La Nausée; 1938). Этот роман считается лучшим произведением Сартра, в нём он поднимается до глубинных идей Евангелия, но с атеистических позиций. В 1964 году Жан-Поль Сартр был удостоен Нобелевской премии по литературе «за богатое идеями, пронизанное духом свободы и поисками истины творчество, оказавшее огромное влияние на наше время». Он отказался принять эту награду, заявив о своём нежелании быть чем-либо обязанным какому-либо социальному институту и поставить под сомнение свою независимость. Кроме того, Сартра смущала «буржуазная» и ярко выраженная антисоветская ориентация Нобелевского комитета, выбравшего, по его словам («Почему я отказался от премии»), неудачный момент для присвоения премии — премия была присуждена, когда Сартр открыто критиковал СССР. В том же году Сартр заявил о своем отказе от литературной деятельности, охарактеризовав литературу как суррогат действенного преобразования мира.

Мировоззрение Сартра сложилось  под влиянием, прежде всего, Бергсона, Гуссерля, Достоевского и Хайдеггера. Увлекался психоанализом. Написал предисловие к книге Франца Фанона «Проклятьем заклеймённые», способствуя тем самым популяризации его идей в Европе.

 
Сущность  теории экзистенциализма Ж.П. Сартра

Экзистенциальная философия  Сартра обнаруживает себя как одно из современных ответвлений феноменологии Гуссерля, как приложение его метода к "живому сознанию", к субъективно-деятельной стороне того сознания, с каким конкретный индивид, заброшенный в мир конкретных ситуаций, предпринимает какое-либо действие, вступает в отношения с другими людьми и вещами, стремится к чему-либо, принимает житейские решения, участвует в общественной жизни и так далее. Все акты деятельности рассматриваются Сартром как элементы определенной феноменологичной структуры и расцениваются фактически в зависимости от задач личностного самоосуществления индивида. Сартр рассматривает роль "субъективного" (подлинно-личностного) в процессе человеческой персонализации и исторического творчества. По Сартру, акт специфически человеческой деятельности есть акт обозначения, придания смысла (тем моментам ситуации, в которых проглядывает объективность – "другое", "данное"). Предметы представляют собой лишь знаки индивидуальных человеческих значений, смысловых образований человеческой субъективности. Вне этого они – просто данность, сырая материя, пассивные и инертные обстоятельства. Придавая им то или иное индивидуально-человеческое значение, смысл, человек формирует себя в качестве так или иначе очерченной индивидуальности. Внешние предметы – здесь просто повод для "решений", "выбора", который должен быть выбором самого себя.  
Поскольку у Сартра человеческая деятельность – в той мере, в какой она свободная и творческая, - лишена корней в содержании объективности, в том числе и в содержании форм опредмеченной человеческой деятельности (то есть культуры), то содержанием ее оказывается натуралистически взятое содержание природы самого индивида, его уникальные биологические зависимости, события и травмы глубокого детства, довлеющие над индивидом, как рок. В этой связи Сартр развивает метод, называемый им экзистенциальным психоанализом, который призван прояснить облик индивидуальности путем выявления тех обстоятельств детства и тех специфических биологических зависимостей, в ответ на которые она себя строит.

Философская концепция Сартра развивается  на основе абсолютного противопоставления и взаимоисключения понятий: "объективность" и "субъективность", "необходимость" и "свобода". Источник этих противоречий Сартр усматривает не в конкретном содержании сил социального бытия, а во всеобщих формах этого бытия (вещественные свойства предметов, коллективные и обобществленные формы бытия и сознания людей, индустриализация, техническая оснащенность современной жизни и так далее). Свобода индивида как носителя беспокойной субъективности может быть лишь "разжатием бытия", образованием в нем "трещины", "дыры", ничто. Индивида современного общества Сартр понимает как отчужденное существо, возводя это конкретное состояние в метафизический статус человеческого существования вообще. Всеобщее значение космического ужаса приобретают у Сартра отчужденные формы человеческого существования, в которых индивидуальность стандартизирована и отрешена от исторической самостоятельности, подчинена массовым, коллективным формам быта, организаций, государства, стихийным экономическим силам, привязана к ним также и своим рабским сознанием, где место самостоятельного критического мышления занимают общественно принудительные стандарты и иллюзии, требования общественного мнения и где даже объективный разум науки представляется отделенной от человека и враждебной ему силой. Отчужденный от себя человек, обреченный на неподлинное существование, находится не в ладу и с вещами природы – они глухи к нему, давят на него своим вязким и солидно-неподвижным присутствием, и среди них может себя чувствовать благополучно устроенным только общество "подонков", человек же испытывает "тошноту". В противовес "объективным" и опосредованным вещами отношениям, порождающим индивидуальные производительные силы, Сартр утверждает особые, непосредственные, натуральные и цельные человеческие отношения, от реализации которых зависит подлинное содержание человечности.

В мифологизирующем утопическом  мышлении Сартра все же на первый план выступает неприятие действительности современного общества и его культуры, выражающее сильную струю современного социального критицизма. Жить в этом обществе, согласно Сартру, как живет  в нем "довольное собой сознание", можно лишь отказавшись от себя, от личной подлинности, от "решений" и "выбора", переложив последние на чью-либо анонимную ответственность – на государство, нацию, расу, семью, других людей. Но и этот отказ – это ответственный акт личности, ибо человек обладает свободой воли.

Концепция свободы воли развертывается у Сартра в теории "проекта", согласно которой индивид  не задан самому себе, а проектирует, "собирает" себя в качестве такового. Поэтому трус, например, ответственен за свою трусость. Экзистенциализм Сартра стремится заставить человека осознать, что он полностью в ответе за самого себя, свое существование и окружающее, ибо исходит из утверждения, что, не будучи чем-то заданным, человек постоянно строит себя посредством своей активной субъективности. Он всегда "впереди, позади себя, никогда – сам". Отсюда то выражение, которое Сартр дает общему принципу экзистенциализма: "... существование предшествует сущности..." По сути это означает, что всеобщие, общественно-значимые (культурные) объективации, которые выступают как "сущности", "природа человека", "всеобщие идеалы", "ценности" и так далее, являются лишь отложениями, застывшими моментами деятельности, с которыми конкретный субъект никогда не совпадает. "Экзистенция" и есть постоянно живой момент деятельности, взятый в виде внутрииндивидуального состояния субъективно. В более поздней работе "Критика диалектического разума" Сартр формулирует этот принцип как принцип "несводимости бытия к знанию". Но экзистенциализм Сартра не находит иной основы, из которой человек мог бы развить себя в качестве подлинно самодеятельного субъекта, кроме абсолютной свободы и внутреннего единства "проектирующего я". В этом своем возможном развитии личность одинока и лишена опор. Место активной субъективности в мире, ее онтологическую основу Сартр обозначает как "ничто". По утверждению Сартра, "... человек, без всякой опоры и помощи, осужден в каждый момент изобретать человека" и тем самым "человек осужден на свободу". Но тогда основой подлинности (аутентичности) могут быть только иррациональные силы человеческого подполья, подсказки подсознательного, интуиции, безотчетные душевные порывы и рационально не осмысленные решения, неминуемо приводящие к пессимизму или к агрессивному своеволию индивида: "История любой жизни есть история поражения". Появляется мотив абсурдности существования: "Абсурдно, что мы рождаемся, и абсурдно, что мы умираем". Человек, по Сартру, - бесполезная страсть.

Все эти темы своей  философии Сартр развивает в  виде определенной психологической диалектики жизни индивида в обществе, схемы которой он переводит также и на язык художественного творчества (для экзистенциализма характерно вообще слияние философии с формами искусства). По своему содержанию эта философия очень близка к религиозному переживанию, воспроизводит его морально-психологическую схему и своеобразную логику, но освобожденную от теистического аппарата представлений и ритуалов, от бога. Напряженность атмосферы, царящих в романах и философских трактатах Сартра (как и других экзистенциалистов), часто выглядит как выражение эмоции потери бога в отчужденном мире (нечто вроде религии наоборот), а самое ее содержание легко может быть расшифровано в терминах "греха", "бренности существования", "страдания и искупления", болезненно ощущаемой "вины", "ответственности" и так далее. Такое сочленение экзистенциализма и религии связано с общими им элементами социального утопизма. Особенно явственными эти элементы стали у Сартра в послевоенные годы. Теория, сформулированная в "Критике диалектического разума", остается экзистенциалистской. В этой работе Сартр уже включает в "проект" материальную обусловленность человеческой деятельности и пытается, исходя отсюда, дать картину общественно-исторического процесса как целого. Проект обладает структурой практики. Индивид практически "тотализирует" выступающие в поле проекта материальные обстоятельства и отношения с другими людьми и сам творит историю – в той же мере, в какой она – его. Строение общественно-исторического процесса должно быть понято и выведено из цельности индивидуального действия, из его логики. Но зависит индивид в диалектике своего проекта от бытия, материальную обусловленность которого Сартр понимает как схему отчуждения и продолжает в качестве человеческого рассматривать лишь субъективность индивида и его внутреннего отношения с другими людьми. Объективные экономические и социальные структуры выступают в целом как отчужденная надстройка над внутренне-индивидуальными элементами проекта. Объективно-материальное как таковое оказывается чуждым, "колдовским", его элементом, приводящим к иррациональному отклонению всех человеческих намерений и целей. Таким образом, исторический процесс рассматривается в плане экзистенциалистской антитезы социальных отношений и отношений непосредственно человеческих, а объективно-социальное бытие введено в структуру индивидуального проекта в виде мифологической силы. Сумма отношений, складывающихся в этой области, очерченной взаимодействием и борьбой между "человеческим" и "античеловеческим" внутри проекта, и является, по Сартру, источником исторических судеб людей, скрытым двигателем истории. Но это скорее движение судьбы. 
Миропонимание Сартра сформировалось в мире, зашедшем в тупик, абсурдном, где все традиционные ценности рухнули. Первый акт философа должен был, следовательно, быть отрицанием, отказом, чтобы выбраться из этого хаотического мира без порядка, без цели. Отстраниться от мира, отвергнуть его – это и есть в человеке специфически человеческое: свобода. Сознание – это именно то, что не увязает "в себе", дыра в бытии, отсутствие, ничто. Это сознание свободы человека есть в то же время сознание одиночества человечества и его ответственности: ничто в "Бытии" не обеспечивает и не гарантирует ценности и возможности успеха действия. Существование – это именно переживаемый опыт субъективности и трансцендентности, свободы и ответственности. Воспроизводя формулу Достоевского "Если бога нет, все позволено", Сартр добавляет: "Это отправная точка экзистенциализма". Этот способ восприятия мира, подкрепленный у Сартра изучением Кьеркегора, Хейдеггера и Гуссерля, нашел выражение, прежде всего, в его психологических этюдах и романах. Он изучает воображение, в котором открывается существенный акт сознания: суть его в том, чтобы отстраниться от данного мира "в себе" и оказаться в присутствии того, что отсутствует. "Акт воображения – м агический акт: это колдовство, заставляющее появиться вещь, которая желательна".  

Атеистический экзистенциализм Альбера Камю

Особенности личности А. Камю

Альбер Камю – одна из ключевых фигур литературной жизни во Франции послевоенного времени, властитель дум целого поколения, прозаик, эссеист, драматург, журналист, участник подпольного Сопротивления, лауреат Нобелевской премии по литературе  Его философско-эстетическое развитие, мировоззренческая траектория, отчасти напоминающая траекторию богоборческих героев Достоевского, отличаются тем, что Камю умел признавать и анализировать свои ошибки.

Камю родился в Алжире в очень бедной семье: отец был  сельскохозяйственным рабочим, через год погиб на фронте, мать зарабатывала на существование уборкой. По этой причине для Альбера Камю "удел человеческий" всегда предполагал "условия человеческого существования", нечеловеческие условия нищеты, которые не забывались. Они не в малой степени стимулировали бунтарство Камю, хотя он и чуждался политики, отсюда его недоверие к элитарному, "чистому" искусству, предпочтение искусства, которое не забывает о тех, кто выносит на себе "груз истории".

От мощного стимула  первоначальных, алжирских впечатлений происходил "романтический экзистенциализм" Альбера Камю. Он сообщал о намерении написать о своем современнике, "излечившемся от терзаний долгим созерцанием природы". У раннего Камю господствует языческое переживание красоты мира, радость от соприкосновения с ним. Все острее ощущающий экзистенциалистское отчуждение, Камю не оставляет потребности в постоянном "контакте", в "благосклонности", в любви. 
Камю много размышляет о смерти, в дневнике признается в том, что боится ее, ищет возможности к ней подготовиться. Камю не верит в бессмертие души. Вместо этого он хочет доказать, что тот, кто был счастлив в жизни, способен к "счастливой смерти". Эта "счастливая смерть" превращается у него в наваждение.

Еще один очень важный момент, определивший жизненную и творческую судьбу Камю, относится к сфере духовной культуры. Камю был страстным читателем.  С точки зрения экзистенциальной проблематики он находился под сильным впечатлением от Плотина и Августина, Киркегора и Ницше, Хайдеггера и Шестова. Камю штудирует Достоевского, раздумывает над "Исповедью" Толстого. С особым вниманием читает своих современников и соотечественников: Мальро, Монтерлана, Сент-Экзюпери, Сартра.

В 1938 году Камю еще до встречи и дружбы с Сартром  определил разницу между собой  и автором "Тошноты". Рецензируя роман Сартра в алжирской печати, Камю писал: "И герой г-на Сартра, возможно, не выразил смысла своей тоски, поскольку он настаивает на том, что его отталкивает в человеке, вместо того чтобы основывать причины отчаяния на некоторых особенностях его величия".