Ирина Эланс

Автор который поможет с любыми образовательными и учебными заданиями

Атлантизм. 3

План

Ведение…………………………………………………………………..... 3

1.Атлантизм………………………………………………………………..	5
2.Геополитика мондиализма…...	8
Список использованной литературы…………………………………….	15

Словарь терминов………………………………………………………… 16

1.Атлантизм

Атлантизм — геополитическая философия политического, экономического и военного сближения государств Северной Америки и Западной Европы под общими ценностями «демократии, индивидуальной свободы и верховенства закона».

Теория атлантизма зародилась в конце Второй мировой войны. Её основоположником считается английский географ и геополитик Хэлфорд Маккиндер. На основе этой идеи был запущен план Маршалла, а в 1949 был основан военно-политический блок НАТО, целью которого стало предотвращение распространения советского влияния на территорию Западной Европы.

В XXI веке, когда изначальная причина появления атлантизма уже не существует, эта философия приобрела новый оттенок в свете американской «Войны против терроризма». С 1991 НАТО разрослось с 16 до 26 участников, поскольку практически все государства распавшегося Варшавского договора вошли в Североатлантический альянс. Глобальные политические изменения конца 80-х — начала 90-х привели к тому, что философия атлантизма на государственном уровне сегодня исповедуется больше в странах Восточной Европы, тогда как в Западной начинают преобладать панъевропейские идеи.

Среди наиболее радикально атлантически настроенных восточноевропейских государств — Польша, Румыния и (до января 2010) Украина. Первые две даже втянулись в 2004 в крупный международный скандал, связанный с «секретными тюрьмами ЦРУ».

После Второй мировой войны центр мировой геополитической мысли переместился в США. Резкое доминирование США в мировой экономике трансформировалось в претензии на мировое господство, их экспансию за пределы Западного полушария. В немалой степени этому способствовало и обладание США ядерным оружием. Впервые идея гегемонии США в Евразии казалась реальностью. Американские геополитики оценивали США после Второй мировой войны как первого в мире полноценного гегемона, поскольку только США за всю историю удалось осуществить гегемонию над Европой.

Однако американские претензии на мировое господство были развеяны усилиями СССР и его союзников по мировой системе социализма. Мировое геополитическое пространство после Второй мировой войны довольно быстро упростилось до бинарного строения, т.е. противоборства двух сверхдержав. В римленде образовывались военно-политические союзы, шло действительно серьёзное противостояние между США и СССР, начиная с войны в Корее (1950—1953) и кончая войной в Афганистане (1979—1988). Понятия «Запад» и «Восток» приобрели идеологическое измерение. Если внешняя политика СССР идеологически обосновывалась антиимпериализмом, то США объявили себя защитниками свободного мира. По этому принципу расположенная на Дальнем Востоке Япония стала частью Запада. В противовес НАТО в 1949г. СССР образовал военный блок Организации Варшавского договора (распущен 1 апреля 1991г.).

После распада СССР в 1991г. и крушения коммунистической системы политический ландшафт стал приобретать черты модели однополярного мира во главе с США. Впервые в геополитической истории США со времен Первой мировой войны идея мирового господства начала обретать реальные черты. После «холодной войны» задача США состоит в контроле над всей Евразией как ключевой геополитической ареной. 3. Бжезинский в книге «Великая шахматная доска» (1998) писал:

Сегодня геополитический вопрос более не сводится к тому, какая часть Евразии является отправной точкой для господства над континентом, или к тому, что важнее: власть на суше или на море. Геополитика продвинулась от регионального мышления к глобальному, при этом превосходство над всем Евразийским континентом служит центральной основой для глобального главенства.

1.1.Основные концепции американской современной геополитики

Во второй половине XX в. американская геополитика развивала преимущественно идеи Н. Спайкмена, направленные на обоснование военных форм контроля над Хартлендом, дополняя их определенными новеллами. Вся американская политика в зоне римленда была ориентирована на предотвращение советского доминирования в Евразии и в Мире-Острове в целом. Хотя по мнению американского исследователя Дж. Гэддиса, США в 1945 г. придерживались политики «единого мира», пытаясь интегрировать СССР в новый мировой порядок. Политика «сдерживания путем интеграции» потерпела неудачу. СССР преследовал иные политические цели, и универсалистские идеи были бесполезны. Тогда в 1947г. в отношениях с СССР была взята более твердая линия — так называемая позиция «терпения и твердости» Г. Трумэна.

В условиях «холодной войны» в американской геополитике политика сдерживания СССР стала главной темой. Многообразие направлений американской послевоенной мысли препятствовало выработке доктринальных основ анализа геополитических отношений в условиях блокового противостояния. Необходим был новый подход, который бы объединил их, указал на главный аспект противоборства.

1.2.Теория «домино» и финляндизация

«Доктрина сдерживания» привела к созданию простых и локальных пространственных моделей, с помощью которых объяснялась и прогнозировалась геополитическая ситуация в отдельных секторах римленда. Затем эти модели распространялась и на другие районы Третьего мира. Следуя этим принципам, У. Pocmoy, М. Тейлор и Р. Макнамара создали теорию «домино», ставшую классической аналогией таких моделей. Смысл теории «домино» состоял в том, что «падение»» одной страны-сателлита неизбежно приведет к ущербу интересам США в соседних странах. Так, потеря Камбоджи привела к усилению рисков в Таиланде, Малайзии и примыкающих странах.

Администрация США, следуя теории «домино», не раз ставила в унизительное положение своих стратегических партнеров по НАТО. Так, во второй половине 60-х годов XX в. игнорирование национальных интересов Франции, которая рассматривалась как плацдарм США для противостояния с СССР, заставило президента Шарля де Голля вывести Францию из НАТО.

В Западной Европе теория «домино» была заменена термином «финляндизация», который был введен Р. Левенталем в 1966г. Как известно, Финляндия была в коалиции с Германией против СССР. Однако в 1944 г. СССР обязал эту страну изменить курс и вступить в борьбу против Германии. Парижский мирный договор был мягок по отношению к Финляндии. Она должна была уступить некоторые территории СССР, ограничить численность своей армии и выплатить СССР репарации на сумму в 300 млн долл. товарами. Финляндией управляли правительственные коалиции, в которых коммунисты играли важную роль. Ради обеспечения полного суверенитета во внутренних делах Финляндия воздерживалась от антисоветских действий. Допускалась экстраполяция такой модели на другие страны Западной Европы. При этом исходили из того, что СССР не будет осуществлять захват стран военным путем, но советское влияние будет распространено с помощью навязанного контроля политики стран, вовлеченных в сферу влияния СССР. Считалось, что Финляндия является образцом такого процесса.

1.3.Концепция «динамического сдерживания» Гоэя

Существенные изменения в модель Спайкмена внес президент Национального института общественной политики (Вашингтон) Колин Грэй. Одним из первых геополитиков он отметил тенденцию перехода от биполярного мира к мультжолярному. По мнению Грэя, СССР, осуществляя мировую экспансию, «перешел» границу сдерживания и утвердился по другую сторону Римленда. Это случилось после Карибского кризиса 1962г., вызванного размещением СССР ракет средней дальности на Кубе. С этого момента СССР сконцентрировал свои усилия на проникновении в развивающиеся страны. Грэй считал, что США следовало пересмотреть свою «политику сдерживания» в римленде и направить ее на те регионы, которые находятся и вне римленда. Однако при этом ключевым регионом для США остается все же Евразия. Такую геополитику Грэй обозначил термином «динамическое сдерживание». По окончании холодной войны Грэй предостерегал от демонтажа американской инфраструктуры вследствие возможной внезапной смены демократической власти в России на тоталитарную.

1.4.Доктрина ядерного сдерживания Алперовица

Американский политолог Тар Алперовиц стал автором теории ядерного сдерживания, которая опиралась на учет новых реалий. Уже во время Второй мировой войны возник новый геополитический фактор, оказавший огромное влияние на все последующее развитие международных отношений — ядерное оружие, обладающее огромной разрушительной силой. Атомная бомба давала США огромную геополитическую власть и означала мировое господство и контроль.

Американское правительство Ф. Рузвельта для достижения мировой гегемонии запустило «Проект Манхэттен» по созданию ядерной бомбы в Лос-Аламосе. Для его осуществления (с 1942 по 1945 гг.) были привлечены лучшие западные ученые, включая немецких, которые были вывезены из Европы еще в период войны, в проект было инвестировано около 2 млрд долл.

Испытание первой атомной бомбы США произошло 16 июля 1945г., т.е. перед началом Потсдамской конференции (17 июля — 2 августа 1945г. ), на которой главы правительств главных держав — победительниц во Второй мировой войне принимали решения о послевоенном устройстве мира. Президент США Г. Трумэн ни словом не обмолвился об испытании в Аламагордо (штат Нью-Мексико) И. Сталину, который возглавлял советскую делегацию в Потсдаме. Позже 6 и 9 августа 1945г., по приказу Трумэна, на японские города Хиросима и Нагасаки, были сброшены две атомной бомбы, унесшие жизни свыше 200 тыс. человек.

В 1965г. Гар Алперовиц ввел термин «атомная дипломатия». По его мнению, с учётом уроков «холодной войны» современная фаза геополитического развития должна учитывать влияние ряда факторов. С одной стороны, существование ядерных вооружений в известном смысле помогло предотвратить мировую войну из-за опасности взаимного гарантированного уничтожения противников. С другой — малые военные интервенции (Вьетнам, Афганистан, Персидский залив) продемонстрировали ограниченную полезность ядерного оружия, исходя из финансовых, моральных и политических оценок. Кроме того, поддержание массированного военного потенциала западными великими державами ведет к снижению их международной конкурентоспособности по сравнению со странами, которые не несут существенного военного бремени. В то же время реальной и непосредственной угрозой национальной безопасности является, конечно, ядерное оружие в руках безрассудной державы.

Испытание атомной бомбы в СССР в 1949г. в Семипалатинске лишило США глобального преимущества. Теперь любой конфликт между двумя супердержавами будет ядерным с самого начала войны. Следовательно, главным является фактор внезапности. Затем постепенно сформировался «Атомный клуб», куда вошли США (атомная бомба была взорвана в июне 1945 г., водородная — в ноябре 1952 г.); СССР (август 1949 г. и август 1953 г.); Великобритания (октябрь 1952 г. и май 1957 г.); Франция (февраль 1960 г. и август 1968 г.); Китай (октябрь 1964 г. и июль 1967 г.); Индия (май 1974г.). После этого гонка вооружений происходила по линии военных технологий, связанных с повышением эффективности ядерного оружия.

В современной стратегии ядерного устрашения НАТО и в доктрине национальной безопасности России по-прежнему обосновывается необходимость сохранить «перспективу» использования атомного оружия первыми. Многие политики и исследователи считают, что политика ядерного сдерживания воспитала политическую психологию, исключающую достижение политических целей противоборствующих идеологий военным путем.

Огромную угрозу миру представляет так называемое ядерное подполье. По оценкам экспертов, от 25 до 30 государств мира обладают возможностями для создания ядерного оружия. Угроза ядерного шантажа сегодня также исходит от террористических организаций.

Наряду с этим, более 100 стран стали участниками безъядерных зон. ЮАР отказалась от обладания ядерным оружием и демонтировала созданные ядерные устройства. Все Южное полушарие объявлено безъядерной зоной планеты. После поражения в войне в Персидском заливе Ирак был принужден Советом Безопасности ООН к демонтажу промышленного потенциала для создания оружия массового уничтожения.

Вслед за безъядерными зонами в Латинской Америке и в южной части Тихого океана появились безъядерные зоны в Африке и в Юго-Восточной Азии.

До недавнего времени главное внимание ядерных держав было направлено на поиски путей отказа от ядерного оружия главных претендентов в «Атомный клуб» — Индии, Пакистана и Израиля. Индия и Пакистан в мае 1998г. провели ядерные испытания (Индия — пять испытаний на полигоне Покхарап, а Пакистан — примерно столько же испытаний на полигоне в горах Чагай). Израиль вообще негативно относится к проблеме международного контроля над его ядерной программой, хотя в настоящее время никакой ядерной угрозы для Израиля практически не существует. Союзнические отношения с США и фактические гарантии основ его безопасности лишают дальнейшие работы над ядерной программой убедительной мотивировки.

2.Геополитика мондиализма.

В англо-американской геополитике мондиализм представляет собой доминирующее течение, которое достаточно разнородно. Наиболее известны несколько версий американского мирового господства.

Концепция униполярного мира А. Страуса Исполнительный директор «Ассоциации за объединение демократий» (1985—1991), координатор от США в Комитете НАТО по Восточной Европе и России американский политолог Аир Страус — автор концепции «униполярного мира». По его мнению, логика развития мирового геополитического пространства состоит в движении от многополярности к биполярности, а затем к однополярности. Глобальное униполе, согласно Страусу, представляет собой баланс сил государств, которые не рассматривают друг друга в качестве антагонистов, у них отсутствует намерение решать спорные вопросы военным путем.

Глобальное униполе имеет трёхцентровое пространственное строение. В него входят три центра силы — США, Европейский Союз и Япония. При этом трехсторонняя система военного и экономического союза сконцентрирована вокруг США. Лидерство США, как отмечает Страус, носит характер первенства среди равных и друзей, а не господства одной державы над сопротивляющимися подчинёнными партнёрами. Западное униполе наращивало идентичность, способности и структуры в течение всего периода смены мировоззрения от многополярности к биполярности и униполярности. Очень важный момент в рассуждениях Страуса — практическое отождествление современных самых мощных демократий с униполем. Он пишет, что на протяжении XX в. демократии превратились в самую мощную силу в мире, перестав быть хрупким меньшинством, какое они составляли в начале века. Затем западное униполе прошло через испытания. После образования НАТО в 1949г. Великобритания, Франция и США стали рассматривать мощь друг друга как дополнение собственной и уже не составляли планов на случай войны друг с другом. Германия и Япония были возрождены в рамках крепнущего униполя, реализуемого, главным образом, через НАТО и в меньшей степени через ОЭСР.

ОЭСР — Организация экономического сотрудничества и развития (OECD) включает в себя более двух десятков экономически высокоразвитых стран мира. Ее главные цели: вклад в развитие мировой экономики; координация политики государств-членов и согласование помощи развивающимся странам.

Страус отмечает, что для подрыва Британской империи США многое сделали в период военного альянса 1941 — 1945 гг. Такое отношение США сохранялось и во время «холодной войны». Оно достигло предельной точки во время Суэцкого кризиса.

По его мнению, восточные монархии ушли от полного идеологического разрыва с Западом, восприняв идеи постепенной эволюции в направлении современного либерального государства. Тем не менее, идеи антизападной направленности упорно сохраняются. Даже в обеих мировых войнах автор видит поляризацию между Западом и Востоком. В период «холодной войны» устройство мира напоминало земляной орех. А. Страус считает, что для дальнейшего выживания мировой цивилизации очень важно, чтобы Россия вошла в состав униполя. Тогда огромные резервы униполя сохранят коллективное глобальное лидерство на долгие времена. Если же Россия не войдет в униполе, то позиция глобального лидерства (очевидно, США) сохранится на долгие времена. При этом униполярность Запада будет основной структурой глобального могущества, но уже без России, т.е. без достаточной широкой базы, чтобы обеспечить стабильность мира. Что касается Китая, то его вхождение в униполе в лучшем случае видится автором в весьма долгосрочной перспективе. Исходя из реальной политики России, мировое сообщество относит Россию к странам-консерваторам, все более склоняющимся к национализму и поэтому усиленно пропагандирующим идею многополярного мира. Безусловно, это полностью противоречит представлениям о том, что Россия — стратегический союзник США. Тем более, что в реальной своей политике Россия все больше стремится к укреплению своих отношений с Китаем и Ираном, достаточно активно продает оружие стратегическим противникам США, считает Страус. Критика униполярности может свестись к тому, что остается не совсем ясным, куда отнести огромную периферию мира с ее региональными центрами (Индия, Бразилия), скрыто или явно претендующими стать если не глобальными, то региональными центрами.

Внутри мондиализма самостоятельное направление представляют собой концепции, которые обосновывали природу американской мировой гегемонии. Глобальное доминирование США объяснялось различными факторами, которые на разных этапах рассматривались как решающие.

2.1.Теория конвергенции

Эта концепция разработана 3. Бжезинским в период холодной войны. В ее рамках предполагалось создание новой «промежуточной» цивилизации смешанного типа на основе сближения атлантической и континентальной моделей, путем преодоления идеологических противоречий марксизма и либерализма. В работе Бжезинского «План игры. Геостратегическая структура ведения борьбы между США и СССР» (1986) обосновывался конкретный план сближения геополитических систем СССР и США. По мнению Бжезинского, Советский Союз должен перейти к умеренной социал-демократической версии социализма с элементами рынка и частной собственности, отказаться от принципов классовой борьбы и диктатуры пролетариата. Одновременно Западу предлагалось ограничить свободу рынка, ввести государственное регулирование и смягчить социальные антагонизмы. Объединить две сближающиеся системы должны были ценности и традиции Просвещения — идеи гуманизма, демократии и свободы.

2.2.Концепция «конца истории»

Она возникла в начале 1990-х и получила название по одноименной статье американского политолога Френсиса Фукуямы. Ее базовый постулат — новая геополитическая структура мира будет основана на ценностях свободного рынка и демократии.

Фукуяма исходит из того, что у либеральной демократии «нет альтернативы». Это стало возможным в результате поражения СССР в «холодной войне». Если прежде распространению западных ценностей в мире мешала советская идеология, то после ее очевидного поражения ничто не может стать на пути вестернизации мира. Идеологическая эволюция завершена, можно говорить об универсальности западной либеральной демократии. «Конец истории» в данном случае совпадает с переходом общества к постиндустриальной стадии, где определяющую роль играет наука и техника. В мире нет конфликтов глобального масштаба, закончилось противостояние двух мировых политико-экономических систем. Нет культурной конфронтации, происходит разрушение национальных рамок культуры, экономики; проблемы из сферы политической переносятся в сферу экономической. Наступает конец периода внешних изменений, понимаемых как прогресс.

Вопреки прогнозам Фукуямы история продолжается, только она становится все более драматичной. Мир охвачен целой сетью конфликтов низкой интенсивности, которых с каждым годом становится все больше. Бурное развитие национализма и религиозного фундаментализма в разных концах планеты сопровождается ростом антиамериканских и антизападных настроений. Оптимистические прогнозы Фукуямы на практике оказались либеральной утопией: экспансия западных ценностей в мире осуществляется посредством бомбардировок (так было в Югославии, Афганистане, Ираке).

2.3.Доктрина «американской гегемонии нового типа»

Это современная версия мирового господства США, она появилась на рубеже нового века. Ее автор — Збигнев Бжезинский. В своей работе «Великая шахматная доска. Господство Америки и его геостратегические императивы» (1998) он представил современную версию атлантизма — концепцию «американской гегемонии нового типа». Бжезинский выявляет как явные, так и тайные цели и механизмы американской гегемонии, представляя геополитическое пространство в виде шахматной доски, где поведение «фигур» определяется их потенциалом.

Главный императив глобальной политики в XXI в. не сводится к дилемме «атлантизм — континентализм», достижению власти на суше или власти на море. По его мнению, «геополитика продвинулась от регионального мышления к глобальному, при этом превосходство над всем Евразийским пространством служит центральной основой для глобального главенства». Согласно Бжезинскому, современная американская гегемония знаменует собой новый тип мирового господства, ранее не встречавшийся в истории. Среди отличительных признаков новой гегемонии он выделяет следующие:

впервые в истории действительно мировой державой является одно государство;
гегемоном выступает неевразийское государство, превосходящее все другие в мировом масштабе;
решающим фактором гегемонии неевразийской державы (т.е. США) является контроль за центральной (осевой) частью мира — Евразией.

Бжезинский разработал скоординированную американскую геостратегию в отношении Евразии, которая, как на шахматной доске, продумана на несколько ходов вперед с учетов возможных ответных ходов. Эта геостратегия, рассчитанная на длительное время, включает систему диспозиций (политических практик), сориентированных на краткосрочную (следующие пять или около пяти лет), среднесрочную (до 20 лет или около 20 лет) и долгосрочную (свыше 20 лет) перспективы. Кроме того, эти стадии он рассматривает не в изоляции друг от друга, а как части единой системы: первая стадия должна плавно и последовательно перейти во вторую, а вторая стадия должна затем перейти, соответственно, в третью.

В краткосрочной перспективе Америка заинтересована укрепить и сохранить существующий геополитический плюрализм на карте Евразии. Согласно геостратегии Бжезинского, на практике это означает, что Соединённые Штаты добиваются реорганизации межгосударственных отношений во всей Евразии, чтобы в результате на континенте было не одно ведущее государство, а много средних, относительно стабильных и умеренно сильных, но обязательно более слабых по сравнению с Соединёнными Штатами как по отдельности, так и вместе. Особое значение в этом отношении имеет Украина. Бжезинский считает, что эта задача может быть выполнена, если удастся предотвратить появление враждебной Америке коалиции, которая попыталась бы бросить вызов ведущей роли США.

В среднесрочной перспективе американская геостратегия предполагает акцент на появлении все более важных и в стратегическом плане совместимых партнеров, которые под руководством США могли бы помочь в создании трансевразийской системы безопасности, объединяющей большее число стран.

В долгосрочной перспективе все вышесказанное должно постепенно привести к образованию мирового Центра обеспечения «по-настоящему совместной политической ответственности».

Отношения между Россией и США Бжезинский описывает в терминах «зрелого стратегического партнерства», которое сводится к тому, что:

Америка никогда не намеревалась делить власть на земном шаре с Россией, да и не могла делать этого, даже, если бы и хотела. Новая Россия была просто слишком слабой, слишком разоренной 75-ю годами правления коммунистов и слишком отсталой социально, чтобы быть реальным партнером Америки в мире.

Решительно отбросив таким образом любые предположения о возможном «стратегическом партнерстве» между Россией и США, он акцентирует внимание на стратегических задачах Америки.

Ближайшая задача американской геостратегии заключается в том, чтобы удостовериться, что ни одно государство или группа государств не обладают потенциалом, необходимым для того, чтобы изгнать Соединенные Штаты из Евразии или в значительной степени снизить их решающую роль в качестве мирового арбитра. Для достижения этой цели он конструирует сложную архитектуру американской геополитической гегемонии. Ее механизм основан на системе тайных союзов и коалиций, цель которых состоит в том, чтобы сохранить господство Америки и не допустить создания антиамериканских континентальных блоков. Он откровенно заявляет, что США заинтересованы в сохранении существующего геополитического плюрализма на карте Евразии. Эта задача предполагает систематические усилия, направленные на то, чтобы предотвратить появление враждебной коалиции евразийских государств, способных «бросить вызов ведущей роли Америки».

Однако, по мнению Бжезинского, глобальная гегемония США очевидна не для всех, она может быть оспорена рядом геополитических акторов, которые тяготятся доминированием одной сверхдержавы.

Наиболее опасным сценарием он считает создание антиамериканской коалиции с участием Китая, России и Ирана, которых будет объединять не идеология, а взаимодополняющие обиды. Чтобы не допустить осуществления столь неблагоприятного сценария, он рекомендует использовать старую тактику «разделяй и властвуй». Она включает метод сепаратных переговоров с каждым из континентальных государств, разжигание между ними взаимных обид и обещание при условии сотрудничества с США каких-то мифических дивидентов в виде «двухстороннего стратегического партнерства».

Не менее угрожающим для гегемонии США является возможность заключения союза Китая и Японии. Он объединит мощь двух динамично развивающихся стран, цивилизационно близких друг другу, опирающихся на конфуцианские ценности в качестве некой формы «азиатчины». Предотвращение этого сценария связано с укреплением японо-американских отношений. По мнению Бжезинского,

Япония, если она повернет свое лицо к миру и отвернется от Азии — должна быть значительно поощрена и получить особый статус, чтобы были удовлетворены ее собственные национальные интересы.

Платой за это может стать заключение американо-японского соглашения о свободной торговле, в результате которого будет создано особое американо-японское торговое пространство. Такой план обеспечит геополитическую опору для длительного присутствия США на Дальнем Востоке. Все серьёзные инициативы США последних лет направлены на нейтрализацию любых континентальных альянсов России, Китая, Японии, Индии. Американская дипломатия, по Бжезинскому, умело использует экономические и политические рычаги для проведения сепаратных переговоров с каждой из крупных восточных держав, не допуская опасных сближений евразийских соседей. В его мондиалистской концепции «рах Americana» опирается на тактику двух- и трёхсторонних соглашений в области безопасности. Это, прежде всего, расширенное НАТО, подписавшее особую хартию с Россией, а затем — с Китаем. Помимо этого, он считает необходимым пролонгацию особого двухстороннего договора о безопасности США с Японией и проведение трёхсторонних консультаций между США, Японией и Китаем.

Наименьшая опасность для гегемонии США, по Бжезинскому, исходит от Европы, и то в том случае, если процесс интеграции зайдет в тупик. В этой ситуации возможна перегруппировка сил и образование франко-российского или германо-российского союза. Но в настоящее время такая принципиальная переориентация европейской политики маловероятна. Более того, он всерьез рассчитывает на то, что именно европейская геополитическая ориентация России поможет нейтрализовать ее опасные самостоятельные инициативы в международных отношениях. Бжезинский полагает, что такая тактика может быть успешной, по крайней мере, на 30 лет «на период существования одного поколения».

Следует заметить, что многие сюжеты книги достаточно спорны, а аргументы автора весьма сомнительны. По крайней мере, осуществлять гегемонию в современном мире практически невозможно, тем более в условиях нарастающей динамики угроз и вызовов. Это наглядно показали события 11 сентября 2001г., провал военных кампаний США в Ираке и Афганистане. Для того чтобы выступать в роли мирового судьи и полицейского, США нужны веские моральные основания. Напротив, мир захлестнули антиамериканские настроения. Сегодня стало понятно всем, что под вывеской борьбы с международным терроризмом и под предлогом «насаждения демократии» на практике США осуществляют геополитический передел мира в свою пользу.