Гиппий. Политическая риторика

Муниципальное образовательное учреждение

Южно-Уральский профессиональный институт

Кафедра Бухгалтерский учет, анализ и аудит

 

 

 

 

 

 

 

 

 КОНТРОЛЬНАЯ РАБОТА

по дисциплине Риторика

 

Гиппий

Политическая риторика

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

2009

 

Оглавление

1.Гиппий…………………………………………………………………..3

2 Политическая риторика

2.1Что такое риторика………………………………………………………7

2.2 Судебное совещательное и  торжественное красноречие……………10

2.3 Виды политической речи………………………………………………13

Заключение ……………………………………………………………..…15  

Список использованных источников ………………………………..….16

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

       

 

 

       1. Гиппий

             Гиппий родился в пятом веке до нашей эры. Он относился к числу древнегреческих софистов, младший современник Протагора. Он был старшим сыном Писистрата и, как утверждает традиция, наиболее способным к политике из его сыновей. Был прославлен как знаток математики, естествознания, музыки, этнографии, за что приобрел прозвище «многознающий» (Полигистор).  В математике Гиппий был известен предложенным решением задачи трисекции угла и квадратуры круга. Сочинения Гиппия не сохранились. Брал за обучение немалые деньги, прославился умением произносить речь на любую тему без предварительной подготовки. Сведения о нем дают платоновские диалоги Гиппий Больший  и  Гиппий Меньший .

По сообщениям античных авторов, Гиппий держал своих наемников в жесткой дисциплине и старался убедить младшего брата смирить свое легкомысленное поведение, однако не сумел: домогательства последним молодого Гармодия стали основанием заговора, жертвой которого пал Гиппарх и едва не пал Гиппий. После гибели Гиппарха в 514 г. Гиппий переходит к политике репрессий, в частности вновь прогоняет из Афин Алкмеонидов во главе с Клисфеном, которые со своей стороны начинают борьбу против тирании; их попытка закрепить местечко Лепсидрий оканчивается провалом; выбитые из Лепсидрия, Алкмеониды подкупают Дельфийский оракул, который приносит спартанцам повеление свергнуть тиранию. Первый поход спрартанцев (в 511 или 510 г.) Гиппию получилось отразить с поддержкой союзной фессалийской конницы, при чем в бою погиб спартанский царь Анхимолий. Яростные этим спартанцы немедленно отправили допотопное войско, во главе с царем Клеоменом, к которому пристроились и афинские противники тирании. Гиппий был осажден на акрополе. Как утверждает Геродот, он обладал все возможности перенести

осаду, однако боясь за судьбу детей, попытался ночью неприметно удалить их из Афин; дети были перехвачены спартанцами, и в результате Гиппию привелось сдаться и оставить Афины.  Гиппий направился в Сигей (в Троаде, где правил его сводный брат Гегесистрат. В 508 до н. э. произошло восстание афинян против олигархии Исагора и спартанской интервенции, и спартанцы подоспевают к мысли возобновить тиранию Гиппия; однако это предприятие терпит неудачу из-за несогласия всех союзников участвовать в походе. Гиппий снова возвращается в Азию и принимается упорно интриговать при дворе персидских сатрапов Лидии и самого персидского царя Дария I, стараясь возвратиться в Афины с персидской помощью. В 490 до н. э. Гиппий, уже глубокий старик, участвует в персидской экспедиции против Афин; собственно он ведет персов и указывает им в качестве места лагеря Марафонскую равнину, где персы и потерпели поражение в Марафонской битве. В том же году Гиппий умирает. Как было настрочено выше кто и что собой предствавляет Гиппий можно познать прочитав платоновские диалоги «Гиппий Большой и Гиппий малый. В «Гиппии большом» Гиппий ведет диалог с Сократом о том, что значить понятие слова - прекрасное.  Подобая написанным диалогам можно обусловить всю степень ума или интеллекта того или иного собеседника. Но прежде всего можно заметить, что Гиппий не столько философ или обладатель немалых способностей к оратории, как просто напросто внимательный слушатель, с быстрым мышлением и способностью оперировать услышанным, произносить на поставленный вопрос формулировку сходную же и согласную с задаваемым вопросом. Так, например, возьмем отрывок из диалога Сократа и Гиппия:  Гиппий умеющий, изъясняться на «массы», обладал всеми приемами ораторской речи, был способен донести и вселить каждому или почти каждому человеку свои мысли и прежде всего то, что нужно было в то время. Причем делалось все это не бескорыстно. Гиппий- древнегреческий софист, вел жизнь странствующего учителя и часто выполнял посольские миссии своего

 

 

родного города.Он брался обучать учеников. В большинстве своем ему приходилось доносить до людей исторические Эллады, так как людям легче воспринимать прошлое, нежели задумываться о истинном и размышлять и «строить» планы на будущее. Что в свою очередь не исключительно огорчало Гиппия. Гиппий  так же учил своих учеников таким наукам как математика, музыка, естествознания, этнографии. Антропологические и этические воззрения представителей древнегреческой  философии (Сократ ,Демокрит, софисты,  Аристотель ,Платон, стоики и эпикурейцы). История софистики разделяет на два периода. Первый соединен с деятельностью “старших софистов”. К ним относятся Георгий, Протагор из Абдер, Гиппий из Элеи, Антифонт . Второй этап - деятельность “младших софистов”: это Фразимах ,Алкидам, Ликофрон. История характеризуется буйными спорами между самими софистами, как между ними и их противниками - Сокритом, сократиками, а далее и Платоном. Две проблемы значительнее всего занимали спорящих: общество, гос-во и нравственность, с одной стороны, природа и познание с другой. Но все это -  на фоне размышлений о человеке. Всем этими науками он владел, так хорошо, как казалось хорошо в то время. В результате  можно сделать вывод, что Гиппий не смотря на, в некотором смысле, комичные диалоги с Сократом, представленные Платоном, являлся величайшим мастером ораторской речи, способным заставить слушателя признать правоту сказанного им.

 Накладываясь на теоретическую  проблематику, порождается проблема  соображения самого общества, его  судеб и  сущности, путей преобразования, а также принципов человеческого  поведения вообще и нравственности  в частности. Распространяя учение  о внеприродном происхождении общества, софисты противопостовляют “природное” и “искусственное”. Платон так изображает софитическую концепцию гос-ва: “В гос. управлении … разве лишь незначительная часть относится к природе, большая же - искусству.

 

 

Стало быть, и всякое законодательство обусловленно … не природой, а искусством; вот почему его положения и далеки от истины”. Универсальное противопостовление природы искусству разворачивается в трояком плане: в плане возникновения общества и гос-ва, законодательства, религии и веры в богов. Согласно теории Протагора, с одной стороны, искусство есть “божественный” дар, благодаря которому человек отличается от других животных, С другой - искусство само по себе способно преобразовать жизнь людей. Гегель писал, что софистика встала на путь свободного мышления, которое должно было “вывести за пределы существующих нравов и наивной религиозной веры”. Это был путь критики и сомнени, описанный впервые Протагором. “Он первый заявил, что о всяком предмете можно сказать двояко и противоположным образом”. Сократ. По словам Алкивиада, главным предметом речей и бесед Сократа были вопросы этиким - вопросы о том, как следует жить. Беседа Сократа, изображенная Платоном в первой книге “Гос-во”, посвящена понятию о “справедливости”. Теория выдвинутая Платоном состоит в том, что следует признать безусловный, всеобщий божественный разум и между ним и разумом человеческим не должно быть разногласий. Божественный мировый закон размещается в основе гос-ва и человеческих законов, которые, однако, могут отклонять от своего назначения в силу людского несовршенства. Сократ не допускает существующего: он опознает значение общественной жизни и гос-ва, требует участия в гос. деятельности; он вызывает исполнения обязанностей по отношению к отеческим богам; он проповедует справедливость как исполнение законов отечества и т.д. Любое общество, основанное на антогонизме классов, чревато нравственными парадоксами. Моральное действие зачастую влечет аморальный результат. Разрешить этот парадокс в пределах этики невозможно - здесь требуется перестройка общественных отношений. Сократ же довольствовался призывом к

 

 

самосовершенствованию. Он по существу обернул добродетель в знание, знание того, что такое благо. Более того, надеясь на знание блага как необходимое и достаточное условие добродетели, Сократ не подмечает того, что знанием-то блага он как раз и не располагает. И это свидетельствует о бессилии его этического учения. Гос-во начинается потому, что каждый из людей не в силах ублаготворить свои потребности и принужден обращаться к помощи других - крестьянам, торговцам, ремеслиникам. Защита гос-ва от внутренних и внешних врагов обусловливает необходимость в сословии стражей - воинов, а нужды управления - в тех, кто захватил “царским искусством”, т.е. сознает идеалы справедливости и добра и способен их осуществлять.  Для того, чтобы в гос-ве не сформировались “два гос-ва”, богатых и бедных, в высших сословиях частная собственность упразднена. Гос-во - сплоченное единство безличных существ, исполняющих свои социальные функции безотносительно к своим интересам, запросам, потребностям . Гос-во предстает в его сочинении как естественный и необходимый способ существования людей - “общение подобных друг другу людей в целях возможно лучшего существования”    качестве равноправных граждан, входят только свободные. После рождения дети отбераются у родителей и направляются в особое воспитательное учреждение, причем ни ребенок не знает своих родителей, ни они его. Аристотель исследует добродетели в контексте общественной жизни античного общества. Особое место занимает у него справедливость. Справедливое - середина между двумя родами несправедливости: нарушением закона и неодинаковым отношением к равным. Сопоставление справедливости с законом и равенством приводит к заметному делению ее на уравнивающую и распределяющую. Цель первой - способствовать возданию равным за равное; второй - распределение благ согласно достоинству лиц, вступающих в общество. Учение о справедливости образует прямой переход к гос-ву. В

 

 

“Политике” Аристотеля общество и гос-во по существу не различаются. Ограничения частной собственности направлены на достижение той же цели, что и у Платона - выработать так, чтобы свободные не разбивалсь на враждующие лагеря. Из основоположений своей этики Эпикур вываживает учение о гос-ве (обществе). Общество представляет собой сумму индивидов, каждый из которых, руководствуясь стремлением к удовольствиям, воздействует таким образом, чтобы не препятствовать другим. Из принципа удовольствия выводится понятие о справедливости, определяемое на основе общественного соглашения не вредить друг другу.  По соображению Зенона - основателя данной школы - обычаи общества (гос-ва) общеприняты, но за ними находится “космос - огромное гос-во с единым гос. устройством и единым законом. . Но ограниченные местом гос-ва многочисленны по количеству и имеют различные, ни в коем образом не одинаковые устройства и законы”.Естественный разум предписывает, что следует делать и запрещает то, чего делать не следует. Это определяется тем, что трудно общаться со странами, размещенными в удаленных частях мира или на остравах и т.д. Выход - единение людей и богов в всеобъемлющем едином космосе. Есть основания считать, что Зенон подключал в понятие жизни, своеобразной  с природой, также социальную справедливость .  Но главное - это стремление к власти и богатству за счет других и вырастяющее отсюда взаимное недоверие. Его преемники же склонны думать, что существующий строй подключен в единый мировой процесс, и надежда на “золотой век” справедливости и равенства спутывается лишь с мировым пожаром, за которым последует в порядке времени, но опять-таки лишь на время, этот блаженный век.

 

 

 

 

          2.Политическая риторика

           Риторика – это наука о воздействии на человека с помощью слова. Центральная категория для изучения этого воздействия – категория убеждения Только в приказе оно осуществляется напрямую, с опорой на силу, а при обмане и манипулировании недобровольность подчинения чужому слову скрыта от самого слушателя. .  С одной стороны, сюда входят способы воздействия, связанные со скрытым или явным принуждением: манипулирование, обман, приказ. Все это случаи принудительного словесного воздействия на слушателя  ,  а  с  другой стороны, слушатель может испытать вполне добровольное влияние и помимо убеждения. Речь, например, может производить хорошее впечатление, очаровывать, забавлять, но не убеждать.

Ключевым коммуникативным качеством речи, напрямую связанным с убедительностью и чрезвычайно важным для понимания сути риторики, является ясность речи. Ясность выделяют наряду с такими коммуникативными качествами речи, как правильность, уместность и красота. Демократизация и публичность политики: проблемы приспособления и воспроизводства политических элит. История свидетельствует о том, что попытки народа (масс) взять в свои руки бразды управления государством в основном ограничивались революционным беспределом, переделом и разбазариванием частной собственности (как это было во время бархатной революции в Киргизии). Однако затем стабилизация обстановки непременно связывается с делегированием народом своей бесполезно растрачиваемой власти нескольким представителям; те, всвою очередь, или наводят порядок в государстве и обществе, или же создают лишь видимость реформирования и наведения порядка, что позволяет им удерживаться у власти до некоторых пор, пока на их место не придут новые реформаторы.. Во власть должны избираться «мастера» своего дела, способные не только управлять политическим механизмом, но и

 

 

поддерживать его в работоспособном состоянии, заботиться о нем, следить за его сохранностью, стабильностью функционирования и т.д. В этом, в частности, и заключается роль политических лидеров и участников. Как видим, избрание отдельных людей во власть является как бы вынужденным средством, т.к. иначе народ не смог бы организованно участвовать в управлении страной. Однако в таком случае возникает проблема возможности и методов контроля обществом тех, кого оно избрало в качестве собственных представителей, иначе – «ищи ветра в поле».

           Проблема  контроля власти в демократических  обществах проявляется в достаточно  простых, на первый взгляд, способах, которые в реальности не так  просто осуществить. Так, предполагается, что если депутат не оправдал  доверия избирателей, то его в  следующий раз не изберут. Данное  положение достаточно логично: казалось  бы, действительно, избиратель, мыслящий  рационально, не ошибется во второй  раз (как, например, в практическом  маркетинге некачественный товар  может быть куплен одним и  тем же покупателем всего один  раз: покупатель не склонен во  второй раз брать то, что однажды  не оправдало ожиданий качества). Однако, как показывает опыт «новоиспеченных»  демократий стран СНГ, избиратель  действует несколько иначе, чем  рациональный покупатель, избирая  во второй или даже в третий  раз в парламент тех, кому не  доверяет, причем хронически. В результате  в парламенте вновь и вновь  оказываются люди, дискредитировавшие  себя, будучи депутатами прошлых  созывов, во всяком случае, не  проявившие себя как народные  избранники и даже не пытавшиеся  заслужить уважение избирателей. В конце концов, у избирателей  возникает своеобразное привыкание  к тому, что на экране телевизоров  вновь и вновь появляются одни  и те же лица, которые, казалось  бы, после тех или иных дискредитирующих  их событий не должны там  больше появляться (предлагаем назвать  данный феномен «эффектом Чубайса»). Люди просто 

 

 

перестают реагировать на это, в результате чего возникает

ощущение, что политический выбор граждан с одной стороны, а власть и

управление с другой – совершенно разные, независимые друг от друга вещи.

Опыт постсоветских демократий показывает, что власть в демократизируемых обществах (при наличии всех формально необходимых механизмов формирования демократических органов власти) способна к самовоспроизводству не в меньшей степени, чем власть в монархических странах и тоталитарных государствах. Под первым подразумевается общественный деятель, государственный муж, владеющий красноречием как средством политической деятельности. Под вторым - знаток теории красноречия, правил речевого мастерства, умеющий ими владеть и их преподавать, но не дерзающий вступать в реальные политические споры о судьбах государства. Конечно, случалось и единство профессиональных специализаций. Наиболее яркий пример тому - Цицерон, прославленный оратор, охотно обучавший приемам красноречия и размышлявший о них в диалогах об ораторском мастерстве. Однако в первую очередь Цицерон - политик и общественный деятель, именно политический оратор, а не ритор. Из-под пера учителей красноречия выходило много пособий под названием «Риторика». Они стремились классифицировать бытовавшие роды публичного слова и систематизировать приемы каждого из них. Через всю античность прошло различение трех основных родов красноречия: эпидектическое (торжественное), судебное, совещательное (симбулевтическое). Такую группировку определили особенности общественной жизни античности. Похвала, прославление героических деяний, а также надгробные плачи перешли постепенно в прозаическое слово из песнопений аэдов, являвшихся неотъемлемой частью жизни архаической Греции. Судопроизводство большинства греческих городов-республик основывалось на решении судей-присяжных, насчитывавших в

 

 

торжественных случаях более 500, а порой и до 1500 человек. Понятно, сколь велика здесь роль обвинительной или защитительной речи. От этого зависело наказание обвиняемого, а порой и его жизнь. И все же большинство риторов и риторик согласны, что наивысший и наисложнейший род красноречия - симбулевтическое  (совещательное) или политическое слово. В этих случаях «то, о чем люди совещаются или по поводу чего высказывают свое мнение ораторы, сводится, можно сказать, к пяти главным пунктам; они следующие: финансы, война и мир, защита страны, ввоз и вывоз продуктов и законодательство», - писал Аристотель. Такими и были в основном дела, выносившиеся в демократических полисах Греции и в античном республиканском Риме на обсуждение народных собраний. Отсюда и уважение, которым пользовались граждане, способные удержать внимание многотысячного народного собрания, убедить в разумности своего предложения, настоять на немедленном его утверждении. Так красноречие из свойства, от природы присущего многим людям, постепенно превратилось в профессию немногих, в незаменимое для античности орудие общественно-политического влияния и авторитета. Ведь только с помощью убедительной публичной речи можно было увлечь в едином порыве массу людей, донести до всех вместе и до каждого в отдельности необходимую мысль, повести за собой. Политическая содержательность античного красноречия, его актуальность, ориентация на практическую действенность высказанных предложений, их открытость создают обширную сферу общности политического устного слова и публицистики.  О характере этой общности можно судить полнее, если познакомиться с красноречием самых прославленных ораторов древности - Демосфена и Цицерона. Два века, что разделяют их жизни, являются целой эпохой, эпохой эллинизма. Демосфен стоял у ее колыбели, Цицерон воспринимал как наследие. Пламенные политические речи Демосфена о мерах борьбы с агрессией македонского

 

 

царя Филиппа II, грозившей независимости родного города, уже в античности именовались «филиппиками». За 10 лет (351-341 г.г. до н.э.) оратор создал 8 «филиппик». Они обращены к народному собранию Афин, ко всем гражданам афинского полиса и подчинены одной идее: собрать силы для отпора македонской агрессии, защитить независимость демократического отечества. Эта борьба была очень трудной из-за того, что промакедонские настроения проникли в среду афинских граждан. Активно выступали на народном собрании сторонники мира и компромиссов с Филиппом. Цель «филиппик» - организация мощного отпора врагу. Доказательства необходимости и возможности этого концентрируются вокруг истолкования очередных политических акция Филиппа, трактовки поступков афинских союзников и противников среди других греческих полисов, объяснения реакции афинских граждан. Серия доказательств подводит к необходимости срочных практических мер. Оратор предлагает перераспределить налоги на строительство флота, быстро соорудить боевые корабли, выступать в походы, активно поддерживать города, которые борются с Филиппом, направлять посольства для заключения новых союзов против македонян. Такова содержательная сторона «филиппик». Что же касается их построения, они, по свидетельству древних, были исполнены и донесены так, что производили неотразимое впечатление на слушателей. К сожалению дошедшие до нас тексты «филиппик» нельзя считать точно соответствующими реально сказанным. И все же по ним можно судить о приемах построения политических речей Демосфена. В главном они соответствуют тем рекомендациям «Риторик», которые требовали находить возможные способы убеждения относительно каждого данного предмета. Способов убеждения, зависящих от личности самого оратора, множество - здесь действует весь его политический и жизненный кругозор, нравственный опыт, авторитет. Риторики с особой тщательностью выделяли средства

 

 

выразительности, способные заинтересовать аудиторию вне зависимости от предметного содержания речи. Таковы состязательность, острота полемичности, «лобовое» противопоставление доводов «за» и «против». Эти безотказные средства привлечения внимания слушателей стали приметами античного красноречия. Для Демосфена характерен обостренный полемизм, прямое и категоричное скрещение своих доводов с доводами противника. В «филиппиках» это, с одной стороны, опровержение миролюбивых заверений Филиппа фактами его захватнических действий, с другой - обличение сторонников промакедонской политики в самих Афинах.Если слушатель выступает судьей того, что уже совершилось, перед нами судебное красноречие. Поэтому судебные речи обвиняют или оправдывают, говорит философ. Это, в самом деле, особый случай, и он может иметь место не только в настоящем суде. Суть именно в том, что события уже свершились и надо принять ту или иную их версию. Причем от слушателей, что для риторики существенно, ход самих событий не зависит.

Если же слушатель выступает «судьей» того, что должно случиться (например, бросает в урну бюллетень), перед нами совещательное красноречие. Дело совещательных речей, говорит философ, склонять или отклонять. Это существенно иной случай. Решая вопрос о том, имел ли место поджог или пожар был случайностью, слушатель не вправе сказать: «Я хочу, чтобы это был поджог, и да будет так!» Но, решая вопрос о выборе президента, слушатель может и даже должен рассуждать следующим образом: «Я хочу, чтобы выбрали моего кандидата, да будет так! Я сам приложу к этому свои силы». Поэтому эмоциональные аргументы получают здесь гораздо большее оправдание, чем тогда, когда мы решаем, что же именно произошло на самом деле.

Третий случай, по Аристотелю, состоит в том, что слушатель является простым зрителем. Назначение торжественной речи, по словам философа,

 

 

хвалить или порицать. Разумеется, такая речь формирует определенное мнение, на основании которого слушатель в будущем будет поступать так или иначе, но в момент произнесения речи слушатель не стоит перед выбором, от него не требуется никаких действий, и именно поэтому Аристотель выделяет этот случай как самостоятельный. В остальном же торжественное красноречие близко к совещательному, так как обращено только в будущее потенциальное, возможно, очень отдаленное, возможно, размытое. Так, восхваление героя может привести к тому, что слушатель когда-нибудь станет ему подражать. Совещательное же красноречие обращено в актуальное, ближайшее будущее.

Вот яркий пример торжественного красноречия. Перикл произносит речь на могиле павших воинов. При этом он прославляет и пропагандирует определенные политические идеи:

«Наш государственный строй не подражает чужим учреждениям; мы сами скорее служим образцом для некоторых, чем подражанием другим. Называется этот строй демократическим, потому что он зиждется не на меньшинстве, а на большинстве их [граждан]» (цитируется по Фукидиду).

Точно так же знаменитое торжественное слово митрополита Иллариона, произнесенное в храме Софии Киевской, не преследуя конкретных политических целей, пропагандирует политическую и нравственную доктрину Руси.

           Итак,  видно, что классификация Аристотеля  обнимает самые общие случаи  и не связана с тематическим  делением, как конкретные виды  красноречия: торговое красноречие, судебное (в узком смысле этого  слова), военное, академическое. Эти  отдельные виды красноречия изучаются  так называемыми частными риториками, в отличие от общей риторики, посвященной, соответственно, общериторическим проблемам. Политическое красноречие именно такой частный вид красноречия – это красноречие,

 

 

к сфере политики. К какому же из трех родов оно относится?

Как нетрудно догадаться, политическое красноречие – это в первую очередь красноречие совещательное. Сам Аристотель, говоря о совещательных речах, называет их темами финансы, вопросы войны и мира, охраны страны, снабжения ее продовольствием, выработку законодательства. Политическое красноречие обращено в будущее. От воли его слушателей зависит не только принятие решения (скажем, при голосовании), но и в определенной мере общественное поведение (трудолюбие, лень, решимость, мужество, терпение, скепсис – все это персонажи общественной драмы). Поэтому политическое красноречие захватывает и зону красноречия торжественного, направленного на воспитание определенных качеств, на мобилизацию определенных психологических ресурсов. Кроме того, в наше время, когда предвыборные кампании длятся месяцами, возникает и красноречие промежуточного вида – совещательное, ибо в конечном счете речь идет о единовременном акте выбора, и в то же время торжественное, так как реальный выбор все-таки далеко. В отдельных случаях, когда речь идет об анализе прошлого, политическое красноречие сближается с судебным, но эта связь слаба.

·  информационная функция;

·  контролирующая функция (манипуляция сознанием и мобилизация к действию);

·  интерпретационная функция (создание «языковой реальности» поля политики);

·  социальная идентификация (дифференциация и интеграция групповых агентов политики);

·  агональная функция (соперничества, конкуренции).

Эти функции (каждая в отдельности и все вместе) отражают главную особенность политической коммуникации — ее направленность на оказание воздействия на адресата, на его картину мира, на осознание своих потребностей. 
          

 

 

                                                Заключение

 

         В первой  части данной работы было представлено  ораторской искусство Гиппия, способного внушить ту или иную мысль, как основу чего то самого важного. Пусть это будет простое выступления на публику, или ж это будет непростой диалог с равным себе собеседником ли правильнее сказать оппонентом.

Вторая часть описывает политическую риторику. Целью и функцией политической риторики является как можно глубже донести до народа, будь то программа партии или политики, или какой ни будь тезис, лозунг. Не всегда речь политика является истиной, поэтому, чем лучше он будет владеть приемами разговорной речи или  всеми способами влияния на человека с помощью речи, тем скорее он добьется определенной цели.

          Речь  в  общественно - политической сфере всегда отражает борьбу за власть, то есть за такое положение в обществе, которое позволяет по-разному (в зависимости от статуса) воздействовать на интеллектуальную, волевую и эмоциональную сферы того кому она предназначена.  
            Эти цели чаще всего связаны с функциями людей, занимающих руководящие посты в государственной власти, поэтому относятся к государственной речи и делятся на президентскую, парламентскую, правительственную и губернаторскую. Примеры этих речей мы постоянно видим и слышим в информационных выпусках новостей или в специально выделенное время на различных каналах радио и телевидения, читаем в прессе.  
 
           


 

 

       Список использованный источников

 

 

1. Введенская Л.А. Русский язык и культура речи. – Ростов н/Д.: Феникс, 2005.

2Петров О.В. Риторика. – М.: Проспект, 2006. .

3Хазагеров Г.Г. Политическая риторика. М.: Никколо-Медиа, 2002.

4.Яценко Н., Толковый  словарь обществоведческих терминов. СПб, 1999.

 

 

 

 

 


Гиппий. Политическая риторика