Индустриализация и коллективизация. Пути проведения

     Содержание 

1. Индустриализация  и коллективизация. Пути проведения. Средства. Результаты.
2. Становление новой российской государственно-правовой системы в начале 90-х г. XX века. Экономика. Переход к рыночным отношениям: реформы и их последствия.

Индустриализация  и коллективизация. Пути проведения. Средства. Результаты. 

     Индустриализация  — процесс создания крупной, технически развитой промышленности, прежде всего  отраслей, которые производят орудия и средства производства. Курс на индустриализацию был принят на XIV съезде в декабре 1925 года. Съезд поставил задачу превращения  СССР из страны, ввозящей машины и оборудование, в страну, производящую их, и на этой основе добиться технико-экономической  независимости Советского Союза  от капиталистических стран.

     Индустриализация  предполагала также значительное укрепление обороноспособности СССР, оснащение  Красной Армии современным оружием  и боевой техникой. В ходе индустриализации должно было произойти оснащение  сельского хозяйства тракторами и комбайнами для перевода его  на социалистический путь развития и  интенсификации труда в земледелии. Предполагался также значительный рост рабочего класса, который коммунистическая партия постоянно называла ведущей  силой советского общества, авангардом строительства социализма. Отмечалась также необходимость значительного  улучшения уровня и условий жизни  широких слоев трудящихся, ради которых, собственно, и строился социализм.

     В 1927 году XV съезд утвердил директивы  по составлению первого пятилетнего  плана. В директивах ставились задачи «оптимального сочетания между  производством и потреблением», «между тяжелой и легкой индустрией». Первый пятилетний план был разработан с привлечением группы ведущих ученых в 2-х вариантах: отправном и оптимальном. Оптимальный вариант превышал отправной  в среднем на 20% и, как показала дальнейшая практика, был более рискованным  и трудно выполнимым.

     Первая  пятилетка осуществлялась в 1928 — 1932 годах. Главная задача — превращение  страны из аграрной в индустриальную. И без того высокие темпы развития промышленности (18-20% в среднем за год) в ходе пятилетки неоднократно пересматривались в сторону значительного повышения, что оказалось невыполнимым. 
Важнейшей проблемой пятилетки стало изыскание средств для осуществления индустриализации, поскольку основную массу машин и промышленного оборудования СССР ввозил из-за границы и одновременно вел огромное строительство новых промышленных объектов.

     Средства  были найдены в первую очередь  за счет деревни, от продажи за границей зерна, а также широкого экспорта леса, угля, руды, нефти и других сырьевых ресурсов, от значительного увеличения производства и продажи внутри страны водки; за счет добровольно-принудительного  размещения среди населения займов на индустриализацию, эмиссии денег, (то есть путем выпуска денег, не обеспеченных товарными ресурсами), что вело к росту цен. Практиковалось также перекачивание средств из одних отраслей в другие через государственный бюджет и иные источники. 
Все эти меры дали возможность закупать в массовом масштабе машины и оборудование за границей и вести огромное и дорогостоящее промышленное строительство, как в первую, так и в последующие довоенные пятилетки.

     В январе 1933 года на пленуме Сталин торжественно заявил, что первая пятилетка выполнена  досрочно — за 4 года и 3 месяца. На самом  деле, большинство заданий пятилетки  не было выполнено, а по многим показателям  не были достигнуты не только задания  оптимального, но и отправного плана. И все-таки первая пятилетка стала значительным шагом в реализации курса на индустриализацию.

     Вторая  пятилетка (1933 — 1937) была утверждена в 1934 году на XVII съезде. Главная экономическая задача — завершение технической реконструкции экономики на основе овладения новой техникой и повышения производительности труда. Темпы роста промышленности в целом были запланированы ниже, чем в первой пятилетке. Планировались более высокие темпы развития группы «Б» (отрасли легкой и пищевой промышленности).

     Важнейшие стройки второй пятилетки: завершение строительства Урало-Кузнецкого комбината  — основной угольно-металлургической базы на востоке страны, Уральский  и Краматорский заводы тяжелого машиностроения и др. В Москве в 1935 году была открыта первая линия метро. Создавались новые промышленные районы в Поволжье, на Северном Кавказе и в Закавказье, в Средней Азии и на Дальнем Востоке. Велось значительное школьное строительство. Всего за годы второй пятилетки было построено 4500 крупных промышленных предприятий. Во второй пятилетке началось стахановское движение, направленное на максимальное использование новой техники и повышение производительности труда. Инициатор движения молодой шахтер из Донбасса Алексей Стаханов. Он в ночную смену с 30 на 31 августа 1935 года вырубил отбойным молотком 102 тонны угля, превысив сменное задание в 14,5 раза. Это был рекорд, который ему помогли установить правильная организация труда (вместе с ним в забое трудились двое подсобных рабочих, ставивших крепежный лес) и максимальное использование возможностей отбойного молотка. Подвиг Стаханова получил всесоюзную известность. Началось стахановское движение не только в угольной промышленности, но и в других отраслях экономики.

     Первоначально стахановское движение отражало искренний  энтузиазм трудящихся, но вскоре оказалось  заорганизованным. На ряде предприятий  стахановцам создавались льготные условия труда, нередко им приписывались результаты труда других рабочих. К тому же стахановское движение объективно вело к пересмотру норм выработок и расценок за сделанное, что, вполне естественно, вызывало недовольство части, особенно неквалифицированных или малоквалифицированных, рабочих.

     Официально  было объявлено, что вторая пятилетка, как и первая, была выполнена досрочно, за 4 года и 3 месяца, хотя это не соответствовало  действительности. Тем не менее, вторая пятилетка вывела Советский Союз на второе место в мире после США  и первое место в Европе по валовому объему промышленной продукции. 
Но по ряду показателей вторая пятилетка не была выполнена: по производству металла и энергетического оборудования, добыче угля и строительству электростанций, и, что особенно важно, были провалены многие плановые задания по группе «Б». 
Крайне отрицательно на результатах пятилетки сказались массовые репрессии хозяйственных кадров, занимавших руководящие должности в экономике.

     Третья  пятилетка (1938 — 1942) была утверждена на XVIII съезде в марте 1939 года. Она была прервана нападением Германии на СССР и, следовательно, не завершена. 
Реальными в годы третьей пятилетки стали ускоренное развитие химической промышленности, производство спецсталей, приоритетное развитие оборонной промышленности в целом. В результате оборонная промышленность могла накануне войны выпускать более 6 тыс. танков и около 10 тыс. самолетов в год, что в 1,5 раза превышало мощности танковой и авиационной промышленности гитлеровской Германии. На востоке страны строились заводы-дублеры, создавались стратегические запасы на случай войны.

     Коллективизацию в СССР можно охарактеризовать, как  процесс насильственного форсированного вступления индивидуальных крестьянских хозяйств (единоличников) в производственные кооперативы (колхозы), где объединяются земельные наделы, средства производства, осуществляется коллективная обработка  земли и ведется общественное животноводство.

     Традиционно считается, что курс на коллективизацию  был взят на XV съезде в декабре 1927 года. Но в решениях съезда говорилось о развитии всех форм кооперации, а  не одной производственной, то есть колхозов. Отмечалось, что переход  к коллективной обработке земли  будет осуществляться «на основе интенсификации и машинизации земледелия», «на основе новой техники». Какой-либо одной, единой формы коллективизации  съезд не определил. Говорилось о  наступлении на кулачество, но не ликвидации кулачества как класса. Предполагалось вытеснение кулаков экономическими методами (налоги, аренда земли, найм работников и пр.), а не методами разорения и прямых репрессий.

     По  плану первой пятилетки предполагалось, что к ее завершению различными формами  кооперации будет охвачено 85% крестьянских хозяйств, но в производственную кооперацию (колхозы) ставилась задача вовлечь  только 18-20% индивидуальных крестьянских дворов.

     Но  в конце 1927 — начале 1928 года возникли серьезные хлебозаготовительные трудности, связанные с нежеланием крестьян сдавать государству хлеб по низким твердым ценам. Это угрожало политике индустриализации и планам экспорта зерна с целью получения валюты, остро необходимой для закупок  промышленного оборудования. Кроме  того, индустриализация вызвала значительный приток в города новой рабочей  силы, главным образом из села. И  для всего этого срочно, ежегодно требовалось значительное, все возрастающее количество хлеба, причем дешевого, по твердым государственным, а не рыночным, закупочным ценам. Индивидуальное крестьянское хозяйство такого количества хлеба  государству дать не могло. К тому же единоличник стремился продавать  хлеб по рыночным ценам, которые многократно  превышали государственные.

     В ноябре 1929 года Сталин публикует статью «Год великого перелома», в которой  он заявил, что крестьянство повернуло  в сторону колхозов, что началась массовая коллективизация. Эти выводы были далеки от действительности, но они  стали сигналом для ускорения  процесса коллективизации и усиления натиска на крестьянство, не желавшее вступать в колхозы.

     В декабре 1929 года был выдвинут лозунг ликвидации кулачества как класса на основе сплошной коллективизации. Все  это подталкивало местные партийные  и советские органы к ускорению  создания колхозов и раскулачиванию. В начале января 1930 года ЦК принял постановление  «О темпе коллективизации и мерах  помощи государства колхозному строительству». В нем ставились задачи завершить  коллективизацию в основных зерновых районах страны (Нижнее и Среднее  Поволжье, Северный Кавказ) не позднее  весны 1931 года, в Центральной Черноземной  области, на Украине, в зерновых районах  Урала, Сибири и Казахстана — к  весне 1932 года. Постановление указывало  также, что основной формой колхозов должна стать сельскохозяйственная артель и что в колхозы запрещается  принимать кулаков.

     Сплошная  коллективизация проводилась без  необходимой технической базы, так  как тракторные и комбайновые  заводы еще строились или только вводились в эксплуатацию.

     Для запугивания не желавших вступать в  колхозы середняков и бедняков широко использовался термин «подкулачник». К подкулачникам могли применять  те же репрессивные меры, что и к  кулакам: конфискация имущества, высылка  за пределы данного района, ссылка в отдаленные и необжитые области  Урала, Сибири, Казахстана, Дальнего Востока, тюремное заключение и др. Политика раскулачивания охватила свыше 1 млн. крестьянских хозяйств, то есть репрессиям подверглись  более 5 млн. человек. 
Насилие над крестьянством вызвало различные формы сопротивления и протеста: убийства партийных, советских, комсомольских работников, поджоги и потравы колхозного имущества, массовый забой скота в хозяйствах единоличников, восстания и волнения. За короткий промежуток времени с января до середины марта 1930 года в стране произошло более 2 тыс. антиколхозных волнений. Опасаясь общероссийского крестьянского бунта, Сталин 2 марта 1930 года публикует статью «Головокружение от успехов». В ней он переложил вину за все «перегибы» в деревне на местные партийные и советские органы.

     К концу первой пятилетки в стране насчитывалось 210 тыс. колхозов, 4300 совхозов (государственных предприятий в  земледелии), 2400 государственных машинно-тракторных станций (МТС) для обработки колхозных  полей.

     Трагической страницей насильственной коллективизации  стал голод 1932 — 1933 годов, охвативший ряд  сельских районов Украины, Северного  Кавказа, Поволжья, Дона, Южного Урала  и Казахстана. Голодало примерно 30 млн. крестьян. Голод не был следствием неурожая. Он явился результатом принудительного  изъятия государством хлеба в  колхозах для его продажи за рубеж  и выполнения заданий по индустриализации. 
Голод тщательно скрывался советским руководством и от своего населения, и от всего мира. За распространение сведений или хотя бы слухов о голоде люди подвергались суровым уголовным наказаниям. Между тем голод приводил к страшным последствиям: по разным оценкам от голода умерло от 3 до 7 млн. крестьян.

     Коллективизация продолжалась и в годы второй пятилетки. В начале 1933 года были созданы политотделы  МТС и совхозов, куда направлялись члены партии. Они должны были решить две задачи: обеспечить безусловное  выполнение государственных заданий  по заготовке зерна и другой сельскохозяйственной продукции и очистить колхозы, совхозы  и МТС от «вредителей и классово-враждебных элементов».

     В 1939 году устанавливается обязательный для каждого колхозника минимум  трудодней — от 60 до 100 в год  в зависимости от района. Нарушители считались «выбывшими из колхоза» и  потерявшими права колхозника, в  том числе и право на приусадебный участок. В результате всех мер властей к концу второй пятилетки в колхозах находилось 93% крестьянских хозяйств и колхозам принадлежало 99% сельскохозяйственных угодий.

     Произошло раскрестьянивание страны. Крестьянин перестал быть собственником и свободным тружеником. Он превратился в колхозах в поденщика, незаинтересованного в результатах своего труда, обезлички и символической оплаты. При введении в 1932 году в СССР паспортной системы крестьяне не получили паспортов, то есть были лишены права свободного передвижения, выбора места жительства и профессии. Произошло как бы второе закрепощение крестьянства, но уже Советским государством. К положительным последствиям коллективизации можно отнести обеспечение хлопковой независимости СССР, увеличение контуров полей, на которых можно было применять тракторы и комбайны, некоторый рост производительности труда по сравнению с маломощными доколхозными единоличными хозяйствами. Объемы сельскохозяйственного производства за годы коллективизации либо выросли незначительно (по зерну), либо не выросли вообще (по мясу и молоку).

     На  ряд десятилетий у советского руководства прочно укоренился глубоко  ошибочный взгляд на колхозы как  на источник дешевой сельскохозяйственной продукции и столь же дешевой  рабочей силы. Были введены обязательные поставки колхозной продукции государству  по символическим ценам, машинная техника  колхозам не принадлежала, а находилась в государственных МТС, которые обрабатывали колхозные поля за весьма высокую натуральную плату. Колхозное производство жестко регламентировалось партийными и государственными органами, вплоть до указаний, когда, что, на каких площадях сеять и убирать. Все это лишало колхозы их самостоятельности и превращало в бесправный придаток административно-бюрократического аппарата власти.  

Становление новой российской государственно-правовой системы 

в начале 90-х г. XX века. Экономика.

Переход к рыночным отношениям: реформы и их последствия. 

     Роспуск КПСС после Августовского путча, прекращение существования СССР и переименование Российской Советской  Федеративной Социалистической Республики (РСФСР) в Российскую Федерацию (РФ) в декабре 1991 г. еще не означали, что  покончено с советским социалистическим строем, основами которого были безраздельное  господство государственной и общественной собственности, находившейся в бесконтрольном распоряжении бюрократии, и Советы как декорация народовластия, за которой скрывалась однопартийная диктатура. В 1992 г., стремясь выйти из затяжного кризиса, порожденного всей системой «развитого социализма», Россия вступила на путь радикальных реформ, в ходе которых именно эти основы подверглись демонтажу. Суть экономических реформ заключалась в переходе к рыночной экономике, в основе которой лежат свобода товарно-денежных отношений и частное предпринимательство. Суть политических – в замене Советов отделенными друг от друга органами законодательной и исполнительной власти, избранными населением путем истинно демократических выборов.

     К концу 1991 г. социалистическая система  народного хозяйства, слегка подновленная полурыночными мерами периода «перестройки», оказалась на грани краха.

     Стремительно  нарастал дефицит бюджета, который  правительство СССР пыталось покрывать  внешними займами и выпуском ничем  не обеспеченных бумажных денег. Закономерным результатом такой политики стала  инфляция; в условиях, когда цены устанавливает государство, она  проявлялась в исчезновении товаров  из магазинов, откуда они перекачивались на «черный рынок», в беспрерывном росте цен и спекулятивном  обмене рублей на доллары на «черном  рынке», в недофинансировании промышленных предприятий, колхозов и совхозов. Это  вело к спаду производства и сокращению с каждым месяцем числа занятых в производстве (за период с января по сентябрь 1991 г. число работающих сократилось на 9,9 млн. человек по сравнению с 1990 г.).

     В итоге потребительский рынок  развалился окончательно: товарный дефицит  стал повсеместным, прилавки магазинов  опустели, за продуктами питания и  промышленными товарами, которые  «выбрасывали» в продажу, стояли длинные очереди. А государственные  запасы были почти исчерпаны.

     Как это обычно бывает при экономическом  кризисе, осложнилась криминогенная обстановка. Так, по данным Госкомстата РСФСР), в октябре 1991 г. по сравнению с октябрем 1990 г. преступность возросла на 14 %; наиболее значительно увеличилось число краж государственного и общественного имущества.

     Острое  недовольство населения унизительно  низким уровнем обеспечения продовольственными и промышленными товарами, ростом преступности, нерешенностью жилищной проблемы и обострением межнациональных  отношений трансформировалось в  негативное отношение к власти в  самых разных слоях населения. В 1991 г. страна подошла к пику социальной напряженности.   

     Таким образом, решительный переход к  радикальным рыночным реформам стал единственным способом спасения страны от надвигающегося голода и социального  взрыва. 

     В конце октября 1991 г. на V съезде народных депутатов РСФСР президент России Б.Н. Ельцин заявил о необходимости  решительного реформирования экономики. Правительство провозгласило программу  радикальных рыночных реформ, цель которой состояла в уничтожении  старой плановой системы и командных  методов руководства экономикой, переход к свободному рынку, который  регулируется объективными экономическими законами. Ввиду масштабности преобразований президент заявил о своей готовности лично возглавить правительство  и попросил у съезда согласия на предоставление дополнительных полномочий; таковые были ему даны сроком на один год.

     Основополагающими документами на начальном этапе  радикальных преобразований стали  указы президента о либерализации  цен и свободе торговли, о реформировании колхозов и совхозов, а также два  закона о порядке приватизации.

     В результате отпуска цен на товары и продукты питания, по замыслу реформаторов, должно было произойти автоматическое определение их рыночной стоимости, должен был установиться баланс спроса и предложения и, как следствие, - исчезнуть дефицит товаров. Либерализация  торговли должна была улучшить товарооборот и систему торговли за счет частной  инициативы. Приватизация государственной  собственности (передача ее за плату  или безвозмездно в частные руки) должна была способствовать созданию среднего класса - устойчивого слоя предпринимателей.

     Либерализация цен и торговли началась 2 января 1992 г. Роль стихийного регулятора цен  и производства была отдана деньгам, правительство полностью устранилось  от контроля над формированием цен. Следствием такой позиции стал их резкий и невиданный рост: в январе 1992 г. он составил 1000 – 1200 %, к концу 1992 г. цены выросли более чем в 30 раз (реформаторы ожидали, что при оптимистическом течении событий цены вырастут всего в 3 - 4 раза, при пессимистическом - в 8 - 10 раз).

     Возник  «заколдованный круг»: стремясь уменьшить  потери, предприятия повышали цены на продукцию, покупательная способность  рубля и возможности населения  снижались. Заработная плата на протяжении 1992 г. увеличилась лишь в 12 раз. Начался  лавинообразный рост дефицита государственного бюджета, для покрытия которого правительство  увеличило выпуск бумажных денег. Следствием этого стала высокая инфляция. Она, в свою очередь, привела к острой нехватке наличных денег и полному обесцениванию вкладов населения в сберегательных банках.

     Надежды правительства на широкомасштабную валютную помощь Запада, которая могла  бы стабилизировать финансовую систему, не оправдались. Кризис финансов, естественно, усугубил критическое положение в производственной сфере.

     В промышленности шел быстрый рост взаимных неплатежей: предприятия не могли рассчитаться друг с другом за поставленную по договорам продукцию. Пытаясь стабилизировать финансовую систему и уменьшить дефицит  государственного бюджета, правительство  резко сократило дотации убыточным  предприятиям, и они вынуждены  были сокращать производство.

     Наиболее  сильный удар был нанесен по военно-промышленному  комплексу, транспорту и энергетике. Рост цен на потребительском рынке  вызвал резкое повышение тарифов  на перевозки товаров, сырье и  энергию. Сельскохозяйственные предприятия, продав осенью 1991 г. урожай по старым ценам, не могли приобрести семена, удобрения  и технику для весеннего сева 1992 г.

     Безудержный рост цен резко снижал реальную заработную плату. Вдобавок следствием кризиса  наличных денег стали постоянные задержки с выдачей зарплаты, стипендий, пенсий, пособий. С другой стороны, правительство  снизило социальные выплаты населению. Практически прекратилось финансирование науки, образования, здравоохранения, культуры.

     Выход из кризиса правительство видело в ускорении либерализации экономики, в углублении рыночных отношений. По мере обострения кризиса в экономике стремительно падал жизненный уровень населения. Пустые прежде прилавки магазинов наполнялись продовольственными и промышленными товарами, в том числе импортными, а покупательная способность основной массы населения падала. По данным Министерства труда, с января 1992 г. по сентябрь 1993 г. цены выросли в 163 раза, тогда как денежные доходы населения - всего в 57 раз.

     Таким образом, реальный жизненный уровень  народа упал в среднем в три  раза. Основная часть населения быстро нищала и спешила использовать ваучеры, как-то «вложить» их, в результате чего почти все ваучеры оказались  в руках дельцов «черного рынка». Подавляющее большинство россиян, лишившись накоплений за прежние  годы в сберегательных банках и не получив ничего от приватизации, с  трудом сводило концы с концами. На фоне массового обнищания все  заметнее становилось обогащение меньшинства  населения.   

     Список  использованных источников 

1. Артёмов В.В. история: учебник для СПО.-М: «Академия», 2004. – 448с.
2. Загладин Н.В. Всемирная история, 10-11 кл., Москва, 2008. 400с.
3. История Отечества: Социально-экономические и политические преобразования в СССР в 20 — 30-е годы / Под ред. В.Рябова и др. — М., 2002.
4. История России. ХХ век: Школьная энциклопедия. — М., 2003.
5. Отечественная история: Энцикл. словарь юного историка. — М., 1997.
6. http:/Clow.ru: Познавательный портал.
7. http:/school-collection.edu.ru. Единая коллекция цифровых образовательных услуг.