Институциональная матрица

Об институциональных матрицах:

Замечено, что  на рубеже веков усиливается тенденция  к тесному взаимодействию наук, видов  искусства, философии и политики. Каждый раз, завершая очередной столетний  период своей истории и готовясь отсчитывать новое время, человеческая цивилизация как бы вновь осознает себя как единое целое. Свидетельством этого являются многочисленные попытки интеграции, синтеза разнообразных отраслей духовного знания.

В общественных науках это  выражается в росте междисциплинарных  исследований и взаимопроникновении экономики, социологии, политологии и др. наук в предметные области друг друга. Экономическая наука обращается к анализу политических структур и социальных отношений, социология активно использует методологические достижения эволюционной экономической теории, политология анализирует экономические интересы хозяйствующих субъектов и т.д.

Характерным примером расширения и объединения поля общественных дисциплин являются современные  институциональные исследования. В  экономике, социологии, политологии и др. общественных науках все большее число ученых сосредотачивают свои научные интересы в сфере анализа институтов. По-видимому, это связано с тем, что без рассмотрения институционального устройства общества становится невозможным объяснить и предвидеть те трансформации и изменения, которые происходят в современном глобальном мире.

Предварительные замечания

В отличие от прошлого века и первой половины нынешнего  институт понимается современной наукой не как установленное правило ("институция") или обычаи и традиции, а как система взаимозависимых формальных правил и неформальных ограничений, совокупность которых определяет пространство выбора и рамки, пределы человеческой деятельности. Институты проявляются, реализуются как на формальном уровне - в виде конституции, законодательства, правового регулирования и т.п., так и в неформальной сфере - как нормы поведения, обычаи, традиции, исторически устойчивые системы ценностей и др. Это означает, что понятие института не редуцируется к его составляющим, а является целостным. О нем можно говорить тогда, и только тогда, когда некое социальное отношение, или исторически устойчивая форма связи социальных субъектов (групп, территориальных общностей), существует и на формальном, и на неформальном уровне, пронизывая все сферы общественной жизни.

Следует также подчеркнуть, что институты - это исторически  устойчивые способы взаимодействия людей между собой в обществах, обеспечивающие выживание обществ, их целостность, а также непрерывность  хозяйственной и политической деятельности социальных субъектов. Мы полагаем, что формирование институтов, наряду с социальными причинами, в значительной мере обусловлено внешними условиями развития государств.

Карлом Поланьи и в  более развернутой форме Дугласом Нортом были высказаны предположения о том, что система институтов каждого конкретного общества образует своеобразную институциональную матрицу, которая определяет веер возможных траекторий его дальнейшего развития. Поланьи полагал, что институциональная матрица направляет экономические отношения между людьми и определяет место экономики в обществе, она задает социальные источники прав и обязанностей, которые санкционируют движение благ и индивидуумов при входе в экономический процесс, внутри него и на выходе (Polanyi, p xxxii). По определению Норта, институциональная матрица общества представляет собой свойственную ему базисную структуру прав собственности и политическую систему (Норт, с. 147-148). Совершенно справедливо Норт полагает, что экономические и политические институты в институциональной матрице взаимозависимы, политические правила формируют правила экономические, и наоборот. При этом и Поланьи, и Норт полагают, что каждое общество имеет конкретную, свойственную только ему институциональную матрицу.

Изучение институциональных матриц не являлось основной целью исследований названных авторов, занимавшихся историей экономических институтов. Поэтому этот термин используется ими скорее как некий образ, а не вводится специально как содержательная научная категория. В наших исследованиях институциональные матрицы, столь значимые для понимания истории и перспектив развития государств, стали основным объектом научного анализа.

На основании изучения современного трансформационного периода  России, ее истории, а также древней  и современной истории стран Западной Европы, Юго-Восточной Азии и США нами была разработана самостоятельная концепция институциональных матриц. Методологической основой этой концепции послужило творческое развитие идей, содержащихся в трудах Д. Норта, К. Поланьи и О. Э. Бессоновой. Концепция институциональных матриц продолжает традиции системного подхода как методологии изучения социальных объектов, характерные для новосибирской экономико-социологической школы, основанной академиком Т. И. Заславской.

Понятие институциональной матрицы

Слово "матрица" происходит от латинского matrix (matricis), что значит "матка". В самом общем виде матрица означает общую основу, схему, некую исходную, первичную модель, форму, порождающую дальнейшие последующие воспроизведения чего-либо.

Институциональная матрица, соответственно, - это модель базовых  общественных институтов, сложившихся  еще на заре возникновения первых государств - устойчивых человеческих сообществ. Все последующие институциональные  структуры воспроизводят и развивают, обогащают эту первичную модель, сущность которой, тем не менее, сохраняется.

Институциональная матрица  обеспечивает взаимосвязанное функционирование основных общественных подсистем - экономики, политики и идеологии. Экономика, или  хозяйство, является основой физического воспроизводства общественного богатства, производственным базисом развития социума. Политика включает в себя государственное устройство, формы правления и фундаментальную структуру принятия и исполнения решений в обществе. Она однозначно согласована с типом экономической системы и представляет собой способы мобилизации общественных ресурсов на достижение значимых целей и эффективное функционирование экономики. Идеология в этом ряду понимается как базовая общественная ценность, выражаемая типом господствующей идеи. Такая идея представляет собой сложившуюся общественную норму - явную или неявную, определяющую массовое, типичное поведение населения. Для экономической сферы доминирующая идея служит основанием принятия решений о направлениях использования общественного продукта, создаваемого населением страны. В политической сфере базовая идея является критерием справедливости того или иного государственного порядка и складывающейся системы властных отношений.

Институциональная матрица - это устойчивая, исторически сформировавшаяся система базовых институтов, регулирующих взаимосвязанное функционирование основных общественных сфер - экономической, политической и идеологической. Другими словами, институциональная матрица - это архетипическая триединая институциональная форма; она представляет собой систему базовых экономических, политических и идеологических институтов, находящихся во взаимно однозначном соответствии. Схематически институциональная матрица изображена на рис. 1.

Рис. 1. Схематическое представление институциональной матрицы

Смысл такой  схематизации институциональной матрицы  в том, чтобы показать: ее базовые  институты образуют своеобразную внутреннюю арматуру, жесткую структуру, "стягивающую" главные подсистемы общества в целостное образование, не позволяющую обществу распасться. Другими словами, институциональная матрица - это форма общественной интеграции в основных, значимых сферах жизнедеятельности социума - экономике, политике и идеологии.

Два типа институциональных матриц

Наши исследования показывают, что многообразные институциональные  комплексы, регулирующие жизнь древних  и современных обществ, имеют  в своей основе одну из двух институциональных матриц. Мы назвали эти матрицы восточными и западными. Такое определение, с одной стороны, опирается на известные в научной среде дуальные оппозиции "Восток - Запад", используемые при характеристике своеобразия общественных структур. С другой стороны, такое определение нейтрально в оценочном плане. Названные матрицы различаются содержанием образующих их институтов.

     Для западных институциональных матриц характерны следующие институты:

-в экономической  сфере - это институты рынка, или обмена;

-в политической  сфере - федеративные начала государственного  устройства, или институты    федерации в широком смысле слова;

-в идеологической  сфере - доминирование индивидуальных  ценностей, приоритет Я над  Мы, илисубсидиарность, то есть примат личности, ее прав и свобод по отношению к ценностям сообществ более высокого уровня, которые по отношению к личности имеют субсидиарный, дополнительный характер.

   Для восточных институциональных матриц характерны следующие базовые институты:

-в экономической  сфере - институты редистрибутивной (по К. Поланьи), или раздаточной (по О. Бессоновой)экономики;

-в политической  сфере - институты унитарно-централизованного государственного устройства;

-в идеологической  сфере - доминирование коллективных  ценностей и общих интересов над индивидуалистическими, приоритет Мы над Я, или коммунитарность.

Развитые, доступные  для анализа типы институциональных  матриц мы находим в первых, известных  истории государствах. Так, Древний  Египет характеризовался восточной  институциональной матрицей, в то время как города-государства современной ему Вавилонии (Месопотамии) имели в основании своего общественного устройства западную матрицу.

Опишем содержание различающихся институтов западных и восточных институциональных  матриц подобнее.

Рыночные и редистрибутивные (раздаточные) экономики

Рыночные экономические  системы, как известно, это такие  системы, в которых основным институтом является частная собственность, задающая характер всей институциональной экономической среды. Институт частной собственности определяет, что лица или организации, владеющие своей собственностью, обладают всей полнотой прав и ответственности по ее использованию и распоряжению.

Деятельность  частных собственников регулируется институтом конкуренции, то есть они соперничают друг с другом в получении необходимых производственных ресурсов и результатов своей деятельности. Именно институт совершенной конкуренции, как показали Адам Смит и др. экономисты, приводит в тенденции к эффективному распределению и использованию дефицитных ресурсов в рыночных экономиках.

Воспроизводство рыночных экономик невозможно иначе, чем посредством обменов (или купли-продажи) производимых продуктов, имеющих характер товаров. Если в широком смысле рынок понимается как регулятор общественного воспроизводства соответствующих экономических систем, то в узком значении рынок трактуется, прежде всего, как институт обмена. Институт обмена, или купли-продажи, регулирует взаимоотношения между частными собственниками, или производителями, таким образом, чтобы обеспечивалось их простое и расширенное воспроизводство.

Частная собственность  на средства производства и на рабочую  силу создают институт найма труда. Таким образом, трудовые отношения также имеют характер обмена, или купли-продажи, как писал К. Маркс, рабочей силы. Наемный труд является всеобщим институтом, регулирующим привлечение общественных сил к труду и обеспечивающим их воспроизводство в условиях частной собственности. С этой точки зрения трудовые отношения в рамках индивидуального предпринимательства также означают найм, правда, собственной рабочей силы, когда это является конкурентным по сравнению с наймом рабочей силы извне.

Общественно признанным критерием эффективности, регулятором, посредством которого соотносится  в масштабах всего общества деятельность обособленных частных хозяйств, является прибыль, или, более широко - капитал, который К. Маркс выделил как основное общественное отношение рыночных (капиталистических) экономик. Осуществление воспроизводства капитала, или получение прибыли, является для участников производства сигналом обратной связи, свидетельством того, что их деятельность признана, оценена обществом, и созданы возможности продолжения экономической деятельности. Тем самым институт прибыли совместно с институтом конкуренции обеспечивает саморегуляцию рыночных экономик и сигнализирует об эффективности экономической системы.

Описанный институциональный  комплекс, составляющий ядро рыночных экономик, давно и подробно исследуется, начиная с Адама Смита, то есть более 200 лет.

Редистрибутивным (раздаточным) экономикам в этом отношении повезло меньше. Экономическая наука практически не признает их "право на существование". Согласно доминирующей в economics точке зрения, экономика представляет собой по сути отношения обмена, и все экономические системы в своей основе суть рыночные системы. При этом апологеты рыночной парадигмы склонны рассматривать общества со слабо представленными рыночными институтами как общества, находящиеся на более низкой, “предрыночной” стадии развития, развивающиеся, тем не менее, в сторону рынка и по законам рынка.

Наиболее последовательные возражения этим общепринятым взглядам мы находим, прежде всего, в работах  историка-экономиста и антрополога  Карла Поланьи. В посмертно изданной его последователями книге "The Livelihood of Man", до сих пор не переведенной, к сожалению, на русский язык, Поланьи детально исследует формы интеграции экономического процесса в разные исторические эпохи и в разных странах. Он выделяет две доминантные формы, которые составляют, по его мнению, основу классификации всего множества общественных хозяйств - редистрибуцию (redistribution)* и обмен (exchange),

Опираясь на результаты своих многочисленных исследований, Поланьи в жесткой форме утверждал, что созданная А. Смитом теория экономики, в основании которой лежат институты рынка и свойственные ему механизмы спроса-предложения-цены, была не более чем здравым смыслом по отношению к окружающей его самого реальности (Polanyi, p.6-7). Значительную часть своей книги Поланьи посвятил доказательствам того, что рыночно-устроенный, базирующийся на обмене институциональный комплекс не является общим для экономики всех обществ. Многие общества, по результатам его экономико-исторических исследований, характеризуются иным типом экономической системы, основанной на редистрибуции.

Современные исследователи  подтверждают этот вывод Поланьи. Так, например, Марио В. Льос в предисловии  к книге Э. Де Сото "Иной путь. Невидимая  революция в третьем мире" пишет: "в Перу никогда не было рыночной экономики…Эта концепция применима ко всей Латинской Америке, и, вероятно, к большинству стран третьего мира" (Де Сото).

Поланьи называл  другой тип экономических систем, отличных от рыночных, редистрибутивными  экономиками. В редистрибутивных экономиках преобладает физическое перемещение производимых благ и услуг к центру, откуда затем они вновь передаются экономическим субъектам. Редистрибуция представляет собой процесс storage-cum-redistribution, то есть аккумулирование, собирание, совмещенное с новым, вторичным распределением и раздачей. Именно через редистрибуцию в этих обществах достигалось воссоединение распределенного, разделенного труда (Polanyi, p. 40-41).

Поланьи сделал только первые шаги в изучении такого типа экономик, эта работа не была им закончена. По признанию его коллег, Поланьи не успел достигнуть поставленной им теоретической цели "создать самостоятельную нерыночную экономическую теорию, которая бы обеспечила общую концептуальную рамку для тех обществ, в которых образцом интеграции не выступают превалирующие обмены" (Polanyi, p. xxxv).

Таким образом, со времени К. Маркса, исключившего из своего теоретического исследования "азиатский способ производства", теория развития нерыночных экономик, сопоставимая с марксовой концепцией развития рыночного хозяйства, в  экономической и социологической науке не была разработана.

Ответом на этот вызов можно считать институциональную  теорию хозяйственного развития России, предложенную в начале 90-х годов  О. Э. Бессоновой - представителем Новосибирской  экономико-социологической школы. Основы этой концепции, названной О. Э. Бессоновой теорией раздаточной экономики, изложены в ряде ее работ (Бессонова, 1994, 1998, 1999 и др). Построенная в результате обобщения развития российского хозяйства с IХ века и до наших дней, эта теория, на наш взгляд, предоставляет необходимый методологический и категориальный аппарат для анализа нерыночных экономических систем других государств, поскольку в ней представлены и описаны институты, регулирующие экономики такого типа. К основным институтам раздаточной экономики О. Э. Бессонова относит институт раздач, институт служебного труда и сдач, институты общественно-служебной собственности и административных жалоб.

В чем коренное отличие редистрибутивных (раздаточных) экономик от рыночных экономических  систем? В том, что определяющим институтом, в рамках которого осуществляется хозяйственная деятельность, служит не частная, а общая (общественная, публичная) собственность в различных ее формах.

Что же обусловливает  формирование и преобладание институтов общей, а не частной собственности в экономической сфере? Почему в определенных государствах раздаточные, редистрибутивные отношения оказывались конкурентно-способными по отношению к рыночным механизмам?

В рамках общей  экономической теории уже описаны  условия ведения хозяйства, при которых формируется общая собственность: “Общая (коммунальная) собственность возникает там и тогда, где и когда издержки по спецификации и защите частных прав собственности чрезвычайно высоки. Выгоды же от их установления или равны нулю (если благо имеется в изобилии), или явно меньше затрат, связанных с установлением частных прав собственности”. Другими словами, институт общей собственности развивается тогда, когда он является более эффективным для данного сообщества как целого в решении задач устойчивого хозяйственного развития. Причинами этого являются материально-технологические предпосылки, влияющие на специфику экономических институтов и институциональных матриц в целом.

Итак, основным экономическим институтом, обусловливающим  специфику всех остальных в редистрибутивной (раздаточной) экономике, является институт общественно-служебной собственности. Это означает, что владельцем всех основных ресурсов признается общество в целом. При этом в каждый исторический период существует признанный представитель этого общественного интереса, основные акторы, сначала в виде лиц (например, князь, царь или император), а затем организаций (“пути”, приказы, государственные организации в современной России). Данные акторы несут ответственность за использование имеющихся национальных ресурсов в интересах всего общества.

Воспроизводство в редистрибутивной (раздаточной) экономике  регулируется не отношениями обмена, нецелесообразными в рамках единой собственности, а осуществляется на основе раздач и сдач.

Институт раздач обеспечивает наделение хозяйствующих субъектов частями общественно-служебной собственности и установление правил ее использования. Служебный характер собственности означает, что она должна использоваться "на службу государству", по предписанным, согласованным правилам и по определенному назначению. Как и любой институт, институт раздач предусматривает санкции за неэффективное выполнение той функции, на которую он нацелен. Если полученная хозяйствующим субъектом собственность используется недостаточно эффективно, не по назначению или при ее использовании возникает ущерб общественным интересам, действуют механизмы изъятия, возвращения собственности основному актору и передачи другим, более эффективным хозяйствующим субъектам.

Институт сдач регулирует процесс формирования общественного богатства, то есть передачу хозяйствующими субъектами произведенных ими

продукции и  услуг, полученных при использования  общественно-служебной

собственности, соответствующим потребителям. Институт сдач определяет также правила и пропорции распределения создаваемого продукта между производителем и обществом в целом и создает основу для следующего цикла раздач.

В рамках единой собственности складывается служебная организация труда. Это означает, что существуют обязательные правила исполнения трудовых обязанностей на объектах общественно-служебной собственности. Такие правила предусматривают объем раздач, необходимых для процесса труда и воспроизводства рабочей силы в разных звеньях единого хозяйства, а также объем трудовых сдач, требуемых для национального воспроизводства.

Как институты  обмена (купли-продажи) и найма рабочей  силы обеспечивают общественное воспроизводство  в рыночных экономиках, так институты  сдач и раздач, а также служебного труда обеспечивают воспроизводство  в рамках редистрибутивных (раздаточных) экономических систем.

Непрерывность функционирования экономической сферы  общества обеспечивается тогда, когда  участники хозяйственной деятельности постоянно имеют необходимые  производственные ресурсы и условия  своего воспроизводства. В условиях редистрибутивной (раздаточной) экономики это означает, что необходимо существует координация сдаточно-раздаточных потоков. Закон координации сдаточно-раздаточных потоков  регулирует эффективное использование дефицитных ресурсов в общественных интересах. Если в том или ином сегменте хозяйства наличные условия производства позволяют организовать требуемый объем сдач для общего потребления, то ситуация является стабильной. Если же условия сдачи превосходят возможности участников производства, или, наоборот, являются более выгодными по сравнению с общими правилами, то, соответственно, имеет место отток или приток в этот сегмент ресурсов служебного труда. Тем самым достигается балансировка сдаточно-раздаточных потоков в масштабах всего общества.

Процесс координации  сдач и раздач предполагает наличие  у всех хозяйствующих субъектов  информации об условиях деятельности в том или ином сегменте экономики. Если в рыночных экономиках основу этой информации составляет прибыль, которая  складывается в различных отраслях и организациях, то в редистрибутивной (раздаточной) экономике такими сигналами являются наличие или отсутствие жалоб хозяйствующих субъектов на условия экономической деятельности.

Именно институт административных жалоб, неизвестный нашим ученым-экономистам, но понятный и очевидный для отечественных хозяйственников во все времена, является основным механизмом обратной связи и обеспечивает координацию сдаточно-раздаточных потоков, т.е. служит саморегуляции редистрибутивной (раздаточной) экономики. На жалобах имеет смысл остановиться подробнее, поскольку они являются наименее изученным феноменом такого рода экономик. В то же время значение института административных жалоб для поступательного, стабильного развития редистрибутивных (раздаточных) экономических систем является чрезвычайно важным.

В концепции  О. Э. Бессоновой, которая впервые  указала на роль жалоб как главной  обратной связи в экономике раздатка, жалобы понимаются более широко, чем  это принято в юридической  или судебной практике. Они включают в себя всевозможные сигналы от участников хозяйственной деятельности по поводу возникающих проблем в экономической сфере, а также информацию, полученную в результате разного рода инспекций, проверок, экспертиз и проч., то есть так называемые "латентные жалобы". В отличие от активных жалоб, сигнализирующих о наиболее острых проблемах, и жалоб-обращений, позволяющих корректировать неточные решения, латентные жалобы позволяют предвидеть еще не проявившиеся в полной мере отклонения от нормального хода экономической деятельности, Кирдина. Одновременно в обществе действуют санкции за ненадлежащее исполнение жалоб, предусматривающие, прежде всего, ответственность соответствующих должностных лиц.

Административные  жалобы, постоянно циркулирующие  между всеми иерархическими звеньями управленческой экономической системы, поступающие как от населения, так и от всех хозяйствующих субъектов, содержат основную информацию о состоянии экономической системы в каждый момент времени. Их значимость для процесса нормального воспроизводства редистрибутивной (раздаточной) экономики требует того, чтобы общество целенаправленно направляло свои усилия для развития и совершенствования института административных жалоб.

Сошлемся на опыт рыночных экономических систем. Когда практиками, а вслед за ними и учеными была осознана роль цены, или прибыли как сигналов обратной связи, когда выявилось значение динамики цен для прогнозов или смягчения кризисов, тогда в западных странах стало разрабатываться множество организационных механизмов и процедур, позволяющих строить ценовые индексы и обеспечивать участников рынка этой информацией. Рассчитываемые и широко публикуемые сегодня индексы Доу-Джонса и подобные ему выступают ориентиром для всех экономических субъектов и позволяют строить им более осознанную экономическую политику.

Аналогичную роль для редистрибутивных (раздаточных) экономик выполняет информация об объеме накопленных жалоб в разных секторах и на разных уровнях экономики. Сегодня  эта информация большей частью закрыта  и мало доступна участникам экономического процесса. Также недостаточно разработаны процедуры, позволяющие проводить количественный анализ содержащейся в них информации.

Описанный в  нашей совместной работе опыт классификации  и измерения уровня жалоб в  экономической сфере представляет собой чуть ли ни единственную попытку решения такого рода задачи (Бессонова, Кирдина. О'Салливан; Bessonova, Kirdina, O'Sullivan). Но уже этот опыт свидетельствует: количественная обработка информации, содержащейся в жалобах, возможна и перспективна. Предложенные процедуры позволили сравнивать эффективность деятельности различных организаций в редистрибутивной (раздаточной) экономике, когда неприменимы ценовые критерии. Результаты сравнения, как показала практика, позволили осознанно корректировать курс экономических преобразований в конкретной отрасли хозяйства.

Итак, рыночные и раздаточные (редистрибутивные) экономики  характеризуются качественно различными институтами, посредством которых  элементы экономического процесса –  от материальных ресурсов и труда до создаваемых благ – связываются в процессе воспроизводства.

Федеративные и унитарно-централизованные политические системы

Специфика институциональных  матриц определяется также качественным различием образующих их политических институтов. В изучении политических институтов сложилась определенная традиция, являющаяся в значительной мере следствием научной рефлексии западных обществ. Как правило, современная зарубежная наука выделяет две группы политических институтов - институты государства и гражданского общества.

Концепция институциональных  матриц предлагает иное теоретическое  представление об институциональном  устройстве политической подсистемы общества. При определении базовых политических институтов мы опирались, с одной  стороны, на традиции российской государственно-исторической школы конца XIX – начала XX вв., представителями которой являются А. Д. Градовский, М. Ф. Владимирский-Буданов, П. Мрочек-Дроздовский и др. С другой стороны, здесь отразились результаты многолетних исследований социально-территориальной структуры советского (российского) общества, проводимых в рамках Новосибирской экономико-социологической школы под рук. Т. И. Заславской в 1970-1990 гг. (Кирдина, 1999б).

Выделяются следующие  базовые институты, обеспечивающие функционирование политических общественных систем:

-институты территориальной организации государства;

-институты устройства системы государственного управления;

-институты, определяющие порядок заполнения управленческих позиций;

-институты формирования и реализации государственных решений;

-институты, обеспечивающие обратную связь в политической системе.

Характеристика  институтов, формирующих федеративные и унитарные, или унитарно-централизованные политические системы, свойственные государствам с западными и восточными институциональными матрицами, представлена в ранее опубликованных работах (Кирдина, 1998, 1999а). В концентрированном виде различие институтов в альтернативных политических системах представлено на рис. 2.

В практике федеративных отношений субсидиарность означает приоритет прав более мелких самоуправляющихся  территориальных субъектов по сравнению  с территориальными общностями более  высокого уровня, т.е. построение системы управления "снизу".

Задачи федеративного  и унитарно-централизованного институциональных  комплексов являются сходными. Они  заключаются в согласовании индивидуальных, местных (региональных, локальных) и  общенациональных интересов для достижения оптимального и сбалансированного развития государства в целом. Способы же, которыми осуществляется выполнение этих функций, различны.