Искусство эпохи Возрождения

Содержание

 

1. Введение         3

2. Искусство эпохи Возрождения      5

3. Стол и меню эпохи Возрождения.      8

4. Искусство застолья  эпохи Возрождения.                 13

5. Заключение         17

6. Список использованной литературы     18

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Введение

 

XIV  –  XVI  века…Начало   заката   средневековья…Эпоха   Великих

географических  открытий…Эпоха  бурного  развития  науки…Эпоха  расцвета искусств и становления высших общечеловеческих идеалов…

В 1456 году португальские корабли достигли Зеленого мыса, а в 1486  г.

экспедиция Бартоломео Диаса обогнула Африканский  континент  с  юга, пройдя

мыс Доброй Надежды. Осваивая  побережье  Африки,  португальцы одновременно посылали корабли в открытый океан, на запад и  юго-запад.  В  результате  на картах появились неизвестные раньше Азорские острова и  острова  Мадейра.  В 1492  г.  свершилось  великое  событие  -   Христофор   Колумб   (итальянец, перебравшийся в Испанию) в поисках пути в Индию пересек Атлантический  океан и высадился у Багамских островов, открыв новый континент - Америку.  В  1498 г. испанский путешественник Васко да Гама, обогнув  Африку,  успешно  привел свои корабли к берегам Индии. С  XVI   в.  европейцы  проникают  в  Китай  и Японию, о которых раньше имели лишь самое смутное представление. С  1510  г. началось завоевание Америки.

И, наконец, португалец Ф. Магеллан (1519-1522), совершив ошеломляющее,

дерзкое,   невозможное   кругосветное   путешествие,    сокрушил    извечное

представление о форме  земли,  разрушил  плоскостное  мироздание  и  подарил

человечеству Землю в форме шара!

Границы мира раздвинулись. Торговые пути теперь пролегли через океаны,

связывая  между  собой  континенты.  Так  благодаря  Великим  географическим

открытиям началась первая фаза создания глобальной цивилизации.

В разрушении средневекового мира огромная  роль  принадлежит  развитию

научной мысли Европы, достижениям в технике  и  естественных  науках.  Среди

многочисленных открытий, которыми была так богата та  эпоха,  одно  занимает

особое место по своему  воздействию  на  умы  людей.  Это  гелиоцентрическая

теория польского ученого Николая Коперника (1473-1543), которая  дала  новое

видение Вселенной и новое понимание места в ней  Земли  и  человека.  Раньше

центром  мира  считалась  неподвижная  Земля  с  обращающимися  вокруг   нее

светилами. Теперь точка отсчета сместилась - Земля превратилась в  ничтожную

пылинку в космосе, повисшую в пустоте. Картина мира стала  пугающе  сложной.

Идею Коперника подтвердили  его  последователи  -  итальянский  мыслитель  и

астроном Джордано Бруно (1548-1600), физик Галилео Галилей (1564-1642).

Огромное влияние естествознание оказало на философию:  новая  картина

мира требовала философского  осмысления.  Для  многих  ученых  успехи  науки

являлись  подтверждением  безграничных  возможностей  человека.  Французский математик и физик Рене Декарт (1596-1650) создал новую картину мироздания  и вывел законы, которые им  управляют.  При  этом  он  основывался  на  данных естественных наук, вводя их в  философию.  Мир  представлялся  ему  огромным механизмом, движение которого определено Богом -  “великим  геометром”,  как называл его Декарт.

Английский ученый и политик Ф. Бэкон (1561-1626)  в  своем  знаменитом

труде  “Новый  Органон”  доказывал,  что  окружающий  мир,  природу  следует

изучать, доверяя только опыту, научному  эксперименту.  Ему  же  принадлежит

идея, которой суждено было сыграть ключевую роль  в  интеллектуальной  жизни XVIII в., о том, что наука даст человеку власть над миром, изменит  жизнь  и даже общественные отношения.

Вот так неожиданно для себя в XIV веке в Италии, а в других странах  в

XV веке Европа рванулась  ввысь из мрака средневековья  и сделала  первый  шаг

во Вселенную, а с позиции сознания  она  сделала  первый  шаг  во  Вселенную

Разума. Так наступила эпоха Возрождения, эпоха Ренессанса.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Искусство эпохи Возрождения

 

 

Искусство средневековой Европы, как  губка,  жадно  впитывало  в  себя

живительную влагу перемен, происходивших в просыпающейся Европе.  Нужен  был лишь небольшой толчок,  чтобы  рассыпались  в  прах  казавшиеся незыблемыми догмы и идеалы. И такой толчок не заставил себя  долго  ждать.  Хотя  вернее это было бы назвать землетрясением.

Наверное, именно в это время Европа осознала  себя  в  едином,

непрерывном,  всесвязующем  временном  потоке,  в  который  и  поспешила   с

радостью окунуться.

Да, искусство Возрождения было порождено волшебной, животворящей  силой

образцов античной культуры. Но вместе с тем, у культуры Возрождения  были  и

средневековые корни - светские традиции городской  ,  народной  ,  рыцарской

культуры .

Идейной  основой  искусства  Возрождения  стал   гуманизм   –   учение,

основанное на признании  "ценности  человека  как  личности,  его  права  на

свободное  развитие  и  проявление  своих  способностей,  утверждение  блага

человека,  как  критерия  оценки   общественных   отношений"[?].   Церковный

аскетизм зашатался под  напором  новых  моральных  ценностей,  обращенных  к

радостям мирской жизни. Вершиной ценностного Олимпа  стали  семья,  уважение сограждан, слава в памяти  потомков.  Да,  свою  основную  задачу  гуманисты первоначально видели  в  возрождении  идеалов  античной  культуры   (отсюда, собственно  и  произошло  название  –  Возрождение,  впервые   этот   термин встречается у итальянского живописца и историка искусства Вазари в  середине 16 века). Но доминантой ренессансного гуманизма  стала  идея  Человека,  чье высокое достоинство определялось не знатностью происхождения,  не  званиями или  богатством,  но  только  личной  доблестью,  благородством  в  делах  и помышлениях.

Ранние гуманисты: поэт философ Ф. Петрарка  (1304(1374),  писатель  Дж.

Боккаччо (1313(1375) (  хотели  создать  прекрасную  человеческую  личность,

свободную от предрассудков средневековья, и поэтому, прежде всего,  пытались

изменить систему  образования:  ввести  в  нее  гуманитарные  науки,  сделав

акцент на изучении античной  литературы  и  философии.  При  этом  гуманисты

отнюдь не ниспровергали религии, хотя сама по себе церковь  и  ее  служители

были  объектами  насмешек.  Скорее,  они  стремились  совместить  две  шкалы

ценностей.

В своей “Исповеди” Петрарка писал, что аскетическая мораль христианства

очищает душу,  но  не  менее  важно  и  осознание  ценности  земного  бытия,

унаследованное от греков и римлян. Таким образом, устранялось  средневековое

противопоставление плоти и духа.

Языческая жизненность и христианское смирение дополняли друг  друга  в

культуре Возрождения, их сочетание рождало  идеалы  гармонии  и  равновесия.

Иллюстрацией к этому могут служить  строки  одного  из  величайших  деятелей

Возрождения Леонардо да Винчи (1452—1519):

Любовь возвышенна, когда в союзе двух

Пред высотой души она благоговеет.

Любовь низка, когда ничтожен дух,

И низок мир того, кто избран ею.

Дарят покой и прогоняют страх

Часы любви. Но ты отмечен, если

Природа мудро держит на весах

Любовь и дух в прекрасном равновесье.

Изменилось само пространство  вокруг  человека.  В  архитектуре  стали

преобладать светские сооружения –  общественные  здания,  дворцы,  городские

дома, Используя ордерное  (колоннадное)  членение  стены,  арочные  галереи,

колоннады,  своды,  купола  архитекторы  (Брунеллески,  Альберти,  Браманте,

Палладио  в  Италии,  Леско,  Делорм  во  Франции)придали  своим  постройкам

величественность в сочетании  с  легкостью,  гармоничность  и  соразмерность

человеку (в отличие от готики, которая человека подавляла).

Художники стали видеть мир  иначе:  плоскостные,  как  бы  бестелесные

изображения   средневекового   искусства   уступили    место    трехмерному,

рельефному,  выпуклому  пространству,  в  котором  причудливая  дымка  света

играет с невесомой  прозрачностью  тени.  Донателло,  Мазаччо,  Пьеро  делла

Франческа, Мантенья,  Леонардо  да  Винчи,  Рафаэль,  Микеланджело,  Тициан,

Веронезе, Тинторетто в Италии, Ян ван  Эйк,  Рогир  ван  дер  Вейден,  Питер

Брейгель, Иероним Босх в Нидерландах, Дюрер, Нитхардт, Хольбейн в  Германии, Фуке, Гужон,  Клуэ  во  Франции  последовательно  овладевали  художественным отражением   всего   богатства   действительности   –   передачей    объема, пространства,  света,  изображением  человеческой  фигуры   (в   том   числе обнаженной) и реальной среды  –  интерьера,  пейзажа,  всего,  что  окружало человека  и  составляло  часть  его  бытия.  воспевали   своим   творчеством совершенную личность, в которой  физическая  и  духовная  красота  сливаются воедино в  соответствии  с  требованиями  античной  эстетики.  Да,  источник вдохновения для них был в античной культуре.  Но  в  их  творчестве,  как  в правдивом зеркале, отражался окружающий мир.  А  ведь  эпоха  Возрождения  – это еще и эпоха войн,  моровых  эпидемий  (чума,  оспа),  все  еще  стойкого церковного мракобесия, когда на кострах инквизиции заживо сжигали  людей,  а народ, распаленный  страстными  призывами  монаха-доминиканца  Савонарола  к уничтожению произведений гуманистов, сжигал на аналогичных кострах  творения Петрарки, Леонардо да Винчи  и  многих,  многих  других.  На  костре  сожгли Джордано Бруно, Галилея заставили отречься от своих  убеждений…  Вот  почему так мрачны краски на полотнах Гольбейна. Вот почему так  трагически  страшен Дюрер, изобразивший гибель человечества в  серии  гравюр  "Апокалипсис"  (15 шт. - иллюстрации к откровению Иоанна-Богослова). Наибольшая  известность  - лист "Четыре всадника",  символизирующий  страшные  бедствия  людей:  война,

голод, неправедный суд и смерть. Их кони топчут всех  на  своем  пути,  даже

короля и священника. Вот почему с полотен нидерландского художника  Иеронима Босх на нас смотрят фантастические чудовища.

Человек  Возрождения   -  он  наивно  радовался  живой   чувственности

античности, стремился понять окружающий мир и себя в этом мире,   и,  вместе

с тем, боялся еще до  конца  заглянуть  в  бездонную  пропасть  своей  души.

Французский  поэт  XV  в.  Франсуа  Вийон  так  выражал  мысль  о  неведении

человеком себя самого:

Я знаю, как на мед садятся мухи.

Я знаю смерть, что рыщет все губя,

Я знаю книги, истины и слухи,

Я знаю все, но только не себя.

 

Человек с его земными страстями и желаниями появился  и  в  литературе.

Запретная  прежде  тема  плотской  любви,  ее   натуралистические   описания

получили право на существование. Однако  плотское  не  подавляло  духовного.

Как и философы, писатели старались создать  гармонию  двух  начал,  или,  по

крайней мере, их уравновесить. В знаменитом  “Декамероне”  Боккаччо  озорные

фривольные новеллы о сластолюбцах чередуются  с  трагическими  рассказами  о безответной или  самоотверженной  любви.  В  сонетах  Петрарки,  посвященных прекрасной Лауре, небесной любви приданы земные черты, но и  земные  чувства возвышены до небесной гармонии.

Литература Возрождения создала такие памятники  непреходящей  ценности,

как "Гаргантюа и Пантагрюэль"  Рабле,  драмы  Шекспира,  роман  "Дон  Кихот"

Сервантеса  и  многие  другие,  органично  соединившие  в  себе  интерес   к

античности с обращением к народной культуре, пафос комического  с  трагизмом бытия. Сонеты Петрарки, новеллы Бокаччо, героические поэмы  Ариосто,  Тассо, сатирический трактат Эразма Роттердамского  "Похвала  глупости"…  Написанные разными авторами, окрашенные многоцветьем национального колорита,  каждое  в своей  форме  и  по-своему  –  они  воплощали   в   себе   идеалы   и   идеи возрожденческого гуманизма.

Ренессанс  поставил  в   центр   человеческую   личность,   энергичную, устремленную на преобразование мира,  с  ярко  выраженным  волевым началом.

Культура Возрождения, если можно так выразиться, была  еще  слишком  юной  и наивной, и она все еще ставила превыше всего красоту человеческой  личности, красоту человеческого тела и возвышенную картину  космических  просторов.  В дальнейшем, после Ренессанса, этот юный и красивый индивидуализм,  прекрасно и честно чувствующий свою  ограниченность,  будет  прогрессировать  в  своей изолированности, в своей отдаленности от всего внешнего и от  всего  живого, в  своей  жесткости  и  жестокости,  в  своей   бесчеловечности   ко   всему окружающему.

Нельзя не привести, в связи с этим, слова выдающегося русского  ученого

А. Ф. Лосева. “Эстетика Ренессанса,( пишет А.  Ф.  Лосев,(  базировалась  на

человеческой  личности,  но  она  прекрасно  понимала  ограниченность   этой

личности. Она буйно и бурно  заявляла  о  правах  человеческого  субъекта  и

требовала его освобождения (  и  духовного,  и  душевного,  и  телесного,  и

вообще материального. Но эстетика Ренессанса  обладала  одним  замечательным свойством,   которого   не   было   в   последующей   эстетике    буржуазно- капиталистического  мира:  она  знала  и  чувствовала   всю   ограниченность изолированного  человеческого  субъекта.  И  это  навсегда  наложило  печать трагизма   на   всю   бесконечно   революционную   стихию   возрожденческого индивидуализма”.

По мысли Лосева, самую глубокую критику индивидуализма  дал  в  XVI  в.

Шекспир,  титанические   герои   которого   столь   полны   возрожденческого

самоутверждения.   Герои   Шекспира   (Гамлет,   Макбет)   показывают,   как

возрожденческий индивидуализм обнаруживает свою собственную недостаточность и свою трагическую обреченность. Ренессанс, который так глубоко  пронизывает все существо творчества Шекспира, в каждой его трагедии превращается лишь  в целую  гору  трупов,  потому  что  такова  страшная,  ничем   неодолимая   и убийственная  самокритика  всей   возрожденческой   эстетики. Шекспир, утверждает Лосев, ( колоссальное детище возрожденческого индивидуализма,  на заре буржуазного индивидуализма дал беспощадную  критику  этого  абсолютного индивидуализма,  хотя  только  в  XIX  и  XX  вв.  стали  понимать  всю  его ограниченность и невозможность.

Музыкальное искусство также  оказалось  захвачено  животворным  потоком

преобразований. В  музыке  эпохи  Возрождения,  проникнутой гуманистическим мироощущением,   развиваются   вокальная   и   инструментальная    полифония (многоголосье),   появляются   новые   жанры   светской    вокальной  и инструментальной музыки.  Эпоха  завершается  появлением  новых  музыкальных жанров – сольной песни, кантаты, оратории и оперы.

 

 

Меню и стол эпохи Возрождения.

XVI —начало XVII в. кардинально  не изменили  питания  по  сравнению  с

XTV—XV вв., хотя первые  последствия  Великих  географических  открытий  уже начали сказываться  на пище европейцев. Западная  Европа еще  не  освободилась  от страха перед голодом. Обеспеченность  продуктами питания,  как  и  встарь, во многом зависела от  природных, климатических  и  погодных  условий  данной местности. В то  же  время  рыночные  связи,  пути  сообщения,  транспортные  средства хотя и успешно  развивались,  пока  еще  окончательно  не  победили местную замкнутость, в  известной мере натурального  характера  крестьянского хозяйства. По-прежнему были велики различия  в  питании  «верхов»  и  «низов»  общества, крестьян и горожан.

Еда была довольно однообразной. Около 60% рациона  занимали  углеводы:

хлеб, лепешки, разные каши, супы. Главными злаками являлись пшеница и  рожь, из которых первая преобладала в Южной и Средней Европе, вторая —в  Северной.

Полба и просо (в южных регионах), овес (в  северных)  существенно  дополняли

главные зерновые культуры. Чрезвычайно широко был  распространен  ячмень.  С XVI  в.  «хлебное  меню»  жителей  Северной  и  Средней  Европы  пополнилось гречихой, а южан — кукурузой (маисом), завезенным из Америки.

Хлеб бедняков отличался от хлеба богачей. На столе  последних  обычным

был пшеничный хлеб из просеянной муки. Очевидно, в  XVI  в.  вместо  простой

закваски для замешивания хлеба научились использовать пивные дрожжи,  отчего хлеб получался более мягким и пышным. Мария Медичи питала слабость к  хлебу, приготовленному из дрожжевого  теста  на  молоке.  Крестьяне,  даже  если  и выращивали пшеницу, почти не знали вкуса пшеничного хлеба.  Их  уделом  были ржаной хлеб из муки плохого помола, просеянной, с добавлением рисовой  муки, которой гнушались состоятельные. Хлеб заменяли лепешками из  муки  различных злаков, а то и из каштанов, игравших в Южной Европе до  появления  картофеля роль очень важного пищевого ресурса. В голодные  годы  бедняки  добавляли  в хлеб желуди и коренья.

Важное дополнение к зерну составляли бобовые: бобы,  горох,  чечевица. Из гороха даже выпекали хлеб. С горохом или бобами обычно  готовили  тушеное мясо. До XVI в. ассортимент овощей и фруктов, выращивавшихся  в  огородах  и

садах европейцев, по сравнению с римской эпохой  существенно  не  изменился.

Благодаря  арабам  европейцы  познакомились  с   цитрусовыми:   апельсинами,

лимонами. Из Египта пришел миндаль, с Востока — абрикосы.

Результаты Великих географических открытий в эпоху Возрождения  только

начали сказываться на европейской кухне. В Европе появились тыква,  кабачки,

мексиканский огурец,  сладкий  картофель  (батат),  фасоль,  томаты,  перец,

какао, кукуруза, картофель. С неодинаковой быстротой они распространялись  в

разных районах и социальных слоях.

Пресную пищу в большом количестве  приправляли  чесноком  и  луком.  В

качестве приправы широко использовались сельдерей, укроп, порей, кориандр.

Из жиров на юге Европы были  больше  распространены  растительные,  на

севере —животного происхождения. Растительное масло выделывалось из  оливок, фисташек, миндаля, грецкого и  кедрового  ореха,  каштанов,  льна,  конопли, горчицы.

Баланс мясной и растительной пищи зависел не только от географических,

хозяйственных и социальных, но и от религиозных условий  общества.  В  общей

сложности около половины года составляли постные дни, связанные  с  четырьмя основными и еженедельными (среда, пятница, суббота) постами.  В  эти  дни  с большей  или  меньшей  строгостью  запрещалось  есть  мясо  и   мясомолочные продукты. Исключения делались для тяжело больных, рожениц, евреев. В Средиземноморской Европе потребляли мяса  меньше,  чем  в  Северной.

Дело  не  только  в  жарком  климате  Средиземноморья.  Из-за  традиционного

недостатка кормов, выпасов и т.п. там разводили меньше скота. В то же  время

в Венгрии,  богатой  пастбищами  и  славившейся  мясными  породами  крупного

рогатого скота, потребление мяса было самым  высоким  в  Европе:  в  среднем

около 80 кг на человека в год (против около 50 кг во Флоренции  и  30  кг  в

Сьене в XV в.). В Центральной и  Восточной  Европе  ели  больше  говядины  и

свинины; в Англии, Испании, Южной Франции и Италии  —  баранины.  Правда,  в XVI—XVII вв. города Северной Италии (особенно Венеция) охотно  и  в  большом количестве  закупали  на  убой  рогатый  скот  из  Венгрии.  Мясной   рацион пополнялся за счет  дичи,  домашней  птицы.  Специально  для  еды  разводили голубей. В крупных городах  потребление  мяса  было  в  целом  выше,  чем  в мелких; горожане ели мяса больше, чем крестьяне.

Трудно переоценить значение рыбы в питании того  времени.  Свежая,  но

особенно соленая, копченая, сушеная рыба заметно дополняла  и  разнообразила

стол, в первую очередь в  дни  многочисленных  долгих  постов.  Для  жителей

побережья морей рыба и дары моря составляли едва  ли  не  основные  продукты

питания. Балтика  и  Северное  море  кормили  сельдью,  Атлантика—треской  и

макрелью, Средиземноморье —тунцом и сардинами. Но и в дали  от  моря  чистые воды больших и малых рек и озер служили источником богатых рыбных  ресурсов.

В некоторых местах Европы, например,  в  Чехии,  рыбу  (карпа)  разводили  в

искусственных прудах. Рыба в меньшей  степени,  чем  мясо  была  привилегией

богатых. Но если пищей бедняков была дешевая местная рыба, то богатые  могли позволить себе полакомиться «благородной» рыбой, привозимой издалека.

Долгое время Европа была ограничена в сладком, так как сахар  появился

здесь лишь с арабами и вплоть до XVI в. считался роскошью. Его  получали  из

сахарного тростника, производство было дорогим и трудоемким.  Поэтому  сахар

был доступен лишь состоятельным слоям общества.  Из  напитков  первое  место

традиционно занимало виноградное вино —и не только потому, что  европейцы  с удовольствием  предавались  утехам  Бахуса.  К  потреблению  вина  вынуждало плохое качество воды. Так что вино давали даже детям.  Если  основная  часть населения прибегала к местному вину, чаще плохого качества, то  высшие  слои общества, гурманы заказывали себе тонкие  вина  из  дальних  стран.  Высокой репутацией пользовались  кипрские,  рейнские,  мозельские,  токайские  вина, мальвазия, позже — портвейн, мадера,  херес,  малага.  На  юге  предпочитали натуральные вина, на севере Европы, в более прохладном климате —  крепленые; а со  временем  пристрастились  к  водке  и  спирту,  которые  долгое  время относились к лекарствам. В конце XV в. это  «лекарство»  пришлось  по  вкусу такому количеству горожан, что власти  Нюрнберга  были  вынуждены  запретить продажу спиртного в праздничные дни. Но настоящим  бичом  спиртное  стало  с XVII в. Истинно народным напитком, особенно к северу  от  Альп,  было  пиво, хотя от хорошего пива не отказывались также  богачи  и  знать.  Лучшее  пиво варили из проросшего ячменя (солода) с  добавлением  хмеля  и  какого-нибудь злака. В Северной Франции конкуренцию пиву составлял сидр,  особенно широко вошедший в употребление  здесь  с  конца  XV  в.  Сидр  пользовался  успехом преимущественно у простонародья.

Из новых напитков, распространившихся в эпоху Ренессанса, следует  упомянуть в первую очередь о шоколаде. Кофе и чай проникают в  Европу  лишь  в  первой половине XVII в. Шоколад же нашел приверженцев  в  высших  слоях,  например, испанского общества уже во второй половине XVI в. Ему приписывали  целебные свойства, как средству против  дизентерии,  холеры,  бессоницы,  ревматизма.

Однако и побаивались. Во Франции в XVII в. распространились  слухи,  что  от

шоколада на свет появляются чернокожие дети.

В средние века, когда  угроза  голода  всегда  подстерегала  человека,

главным достоинством еды и стола были сытность и изобилие. В праздник  нужно было  обязательно  наесться  так,  чтобы  потом  в  голодные  дни  было  что вспомнить. Поэтому на свадьбу в деревне семья закалывала  последнюю  скотину и вычищала погреб до основания. В будни же кусок сала с  хлебом  считался  у простолюдина-англичанина  «королевской»  едой,  а  какой-нибудь   тосканский испольщик довольствовался той же краюхой хлеба с сыром и луковицей. В  целом же, как пишет Ф.Бродель, до потребности современного человека,  определяемой в 3,5—5 тыс. калорий в  день,  «дотягивали»  лишь  верхи  общества.  Средняя масса ограничивалась 2 тыс. калорий.

Хотя состоятельным  людям  не  приходилось  опасаться  голода,  их  стол  не

отличался изысканностью. Современники, оставившие нам свидетельства о  пирах известных людей, обращали внимание в основном на количество  съеденной  пищи и выпитого вина. На свадьбе одного баварского феодала в конце  XV  в.  Съели 300 бычьих туш, 62 тыс. кур, 5 тыс. гусей, 75 кабаньих туш, 750 тыс.  раков, выпили 440  бочек  вина.  При  обилии  мяса  знаменитые  застолья  не  имели богатого выбора овощей, фруктов, сладостей, выпечки.

Эпоха Ренессанса внесла заметные изменения  в  европейскую  кухню.  На

смену  необузданному  обжорству  приходит  изысканно,  тонко  представленное

изобилие. Забота не только о духовном, но и о телесном приводит к тому,  что

еда, напитки и их приготовление привлекают все большее внимание,  и  его  не

стыдятся.  В  моду  входят   стихи,   восславляющие   застолье,   появляются

гастрономические книги. Их  авторами  иногда  были  гуманисты.  Образованные

люди  в  обществе  обсуждают  старые  —  античные  и  современные   рецепты.

Достоинства садов и огородов не только воспевались  в  поэмах  гуманистов  и

описывались   в   агрономических   трактатах.   Они    стали    неотъемлемой

принадлежностью пригородного пейзажа. Знать и нувориши разбивали  у  себя  в

имениях  сады  и  огороды,  посылали  друг  другу  семена  редких  растений,

обменивались советами по их выращиванию. Именно в это время  Европа  вернула себе многие из забытых в эпоху варварства растений.

К мясным блюдам, как  и  прежде,  приготовлялись  самые  разнообразные

соусы со всевозможными приправами. Для них  по-прежнему  не  жалели  дорогих восточных  специй:  мускатного  ореха,  корицы,  имбиря,  гвоздики,   перца, европейского шафрана и др. В ходе географических открытий  приток  восточных и заокеанских пряностей в Европу возрос, цены на  них  снизились.  Европейцы могли  полнее  удовлетворить  свое  пристрастие  к   специям.   Их   широкое употребление можно объяснить не только гастрономическими вкусами эпохи.  Это было и престижно. Кроме того,  пряности  использовали,  чтобы  разнообразить блюда и по возможности скрыть скверный  запах  мяса,  рыбы,  птицы,  которые трудно было хранить свежими в тогдашних условиях. Тем не  менее  к  XVII  в. наметилась   тенденция   постепенного   угасания   интереса   к   пряностям. Западноевропейские гурманы, попадая на  застолья  к  коронованным  особам  в Центральной и Восточной Европе, с неудовольствием  отмечали  злоупотребление не только чесноком, но и пряностями. Появляются  новые  рецепты.  Одни  напрямую  указывают  на   связь   с географическими открытиями (например, индейский  рецепт  супа  из  кабачков, попавший в Испанию в XVI в.). В других слышны отголоски современных  событий

(например, блюдо под названием  «Голова турка», известное в той  же Испании  в

XVI в.). Вместе с рецептами  растет число перемен блюд. В 1488  г.  Венецианский гуманист Эрмолао  Барбаро описывал  в  письме  к  своему  приятелю  свадебное  застолье в Милане, в котором  он принял участие: «У меня  не  было  аппетита, поэтому я  больше смотрел по сторонам, чем  ел. Сначала принесли розовую  воду для мытья рук. Потом предложили  пастилки из кедровых орешков  и  засахаренный миндаль, называемый  здесь марципаном.

На  второе  были  гренки  со  спаржей.

Третье  блюдо:  отварная  сепия,  гарнированная  мелко  нарубленной  жареной

печенью. На четвертое: жаркое  из  газели,  пятое  блюдо:  отварная  телячья

голова. Шестое: ассорти из каплуна,  откормленных  голубей,  кур,  говяжьего

языка и ветчины. Седьмое блюдо: жаркое  из  козлятины.  Восьмое:  куропатки,

фазаны и другая птица, а к ним — оливки. Девятое блюдо  —  жареный  петух  в

медовом соусе. Десятое блюдо: жареная свинина в соусе.  Одиннадцатое  блюдо:

жареный павлин в соусе с фисташками.  Двенадцатое:  сладости,  сделанные  из

яиц, молока, сахара, шалфея. Тринадцатое:  артишоки  с  сосновыми  орешками.

Четырнадцатое: засахаренная айва. Пятнадцатое: финики, фрукты, сладкие  вина

и прочий десерт».

В XV в. в Италии кондитерские изделия приготовляли еще аптекари. В  их

заведениях можно  было  найти  в  ассортименте  торты,  бисквиты,  пирожные,