Исламская революция

План

    
ВВЕДЕНИЕ……………………………………………………………..………….….…..….3 

    РАЗДЕЛ  I.   Развитие революционного движения…………………….… ….4 

    РАЗДЕЛ II.   Внутриполитическая ситуация…………….……..……...…..10 

РАЗДЕЛ  III.   Внешняя политика исламской революции……….…….….13 

ЗАКЛЮЧЕНИЕ……………….……………………..………………….…..……..………15 

Список  литературы и источников…………………………..……....……......…….17 
 

    Введение 

    Одним из важнейших феноменов на рубеже 80-х годов стало беспрецедентное  возрастание социально-политических движений под исламскими лозунгами. Наиболее впечатляющей среди них  была антимонархическая революция 1978-1979 гг. в Иране. В результате краха  прозападного шахского режима в стране была основана Исламская республика Иран (ИРИ). Согласно Конституции верховная  власть стала прерогативой духовного  вождя. Это положение Конституции  ИРИ было сформулировано на базе концепции  аятоллы Хомейни относительно политических полномочий факиха.

    В общей сложности, продолжающееся возрождение  ислама – сложный и не лишенный внутренних противоречий процесс. Его  развитие в недрах отдельных стран  и общин имеет свои специфические  черты и особенности. Ход этого  процесса в одних странах в  настоящее время ведет к усилению разобщенности (например, в Алжире, Афганистане), в других - к консолидации существующего государственного устройства (Индонезия, Пакистан), в третьих - продолжает угрожать переживающей эпоху стабилизации и демократизации политической системе просветской направленности (Турция, Египет) и т. д.

    Однако  этот тезис никоим образом не отвергает  того, что такие компоненты как  солидарность мусульманских стран  в борьбе за упрочение национального  суверенитета, взаимопомощь в восстановлении и сохранении исламской этики, нравственности, морали и других духовно-культурных ценностей носят общий характер для всех мусульманских общин, переживающих эпоху исламского возрождения.

    О значительном своеобразии процесса исламского возрождения в различных  странах свидетельствуют некоторые  важные черты идейно-политической ситуации в Иране, чему и посвящена данная работа.  
 
 
 

    Раздел  I.

    Развитие  революционного движения 

    Первое  открытое выступление против шахских  властей началось в Иране в  городе Куме при самом активном участии  и под руководством религиозных  деятелей в январе 1978г. Второе выступление  в феврале того же года в Тебризе  представляло собой массовое антишахское  восстание, которое было организовано шиитскими оппозиционерами и  близкими к ним радикальными политическими  группами. В ходе оппозиционных выступлений  в это движение включались новые  социальные и политические силы. Движение переросло в подлинную народную революцию.

    Ряду  радикальных левых и крайне левым  организациям, ранее разгромленным  шахской службой безопасности (САВАК) и другими репрессивными службами, удалось в этих условиях значительно  восстановить свою позицию. Они вступили в борьбу против властей. К их числу  относились и буржуазные организации. Все эти леводемократические  и либеральные группировки приложили  усилия к тому, чтобы добиться признания  со стороны ведущих религиозно-политических деятелей, прежде всего - аятоллы Рухолла  Хомейни, аятоллы Сеид Казыма Шариатмадари и других. Особенно большие шансы  на сближение с популярными религиозно-политическими  лидерами имело "Движение за освобождение Ирана", возглавляемое инженером  Мехди Базарганом. Во-первых, эта организация существовала, давно и в ее руководство входил очень известный богослов аятолла Сейид Махмуд Талегани. Во-вторых, М. Базарган - помимо своей основной профессии - был известен как видный знаток ислама. Он был автором целого ряда оригинальных публикаций по исламу.

    Важно подчеркнуть еще два обстоятельства. В 70-е годы в общественно-политической жизни Ирана произошли новые  сдвиги. Во-первых, среди представителей иранской интеллигенции появились  такие яркие фигуры как Али  Шариати и Джалал Ал-Ахмед, выступившие  с происламско-националистическими концепциями, имеющим явную антимонархическую антизападную направленность. Но они, особенно Шариати, были настроены против традиционного шиитского духовенства . Во-вторых, в этот период вновь выходят на арену левацкие марксистские молодежные организации "моджахидине халк" ("народные моджахеды") и "Федаян-э-халк" ("Федаи народа"), которые выступали за вооруженную партизанскую войну против режима. В своих теоретических публикациях они апеллировали также к "революционным" идеям шиитского ислама (о необходимости восстания против тирании)и т. д.

    Нет никакого сомнения в том, что исламско-шиитский компонент в воззрениях выдающихся иранских интеллектуалов, которых принято  называть "светскими исламистами", а также в идеологии революционных  леворадикальных молодежных организации (их в Иране называли исламскими марксистами), оказали огромное воздействие  на то, что оппозиционные религиозно-политические деятели приобрели ореол непререкаемых  авторитетов в глазах широких  масс. Произошла консолидация довольно различных по своим социальным запросам и политическим устремлениям групп  населения. Под влиянием религиозно-политических деятелей их общими требованиями стали  лозунги об упразднении монархии, об освобождении Ирана от политико-экономического засилья сверхдержав и о возрождении  статуса ислама.

    В сложившейся ситуации, в ходе нарастания оппозиционных выступлений, на активную роль в проведении политической реформы  в стране, направленной на ограничение  прерогатив шаха, прежде всего претендовали руководители, впервые появившиеся  в период движения за национализацию нефтяной промышленности, руководимой  доктором М.Мосаддыком, Национального  фронта (К.Санджаби, Ш.Бахтияр, Д.Форухар, Х.Матин-Дафтари), а также М.Базарган и другие. Однако, упомянутые деятели  к лету 1978 г., несмотря на значительное расширение антимонархического движения, от поддержки радикальных исламских  призывов и лозунгов хомейнистов  воздерживались.

    Внимательно следя за ходом массовых оппозиционных  выступлений в Иране из Неджефа (Ирак), Хомейни прилагал огромные усилия, чтобы содействовать сохранению антишахского движения под контролем  шиитских религиозно-политических деятелей. В этом отношении особый интерес  представляет обращение, сделанное им в Неджефе 27 июля 1978 г. В нем он заявил, что "нынешнее святое иранское движение, истоки которого восходят к событиям 5 июня 1963 г., является полностью исламским и его основа заложена могучей рукой духовенства ("руханият") при поддержке великого мусульманского народа Ирана" .

    Далее аятолла подчеркивал, что иранским оппозиционным исламским движением руководили и будут руководить без опоры на какой-либо фронт и деятеля улемы. Он делал строгое предупреждение тем, кто в корыстных или провокационных целях намерен "очернить исламское движение". Известно, что Хомейни и его приближенные в дальнейшем, с приближением распада шахского режима и после провозглашения ИРИ с не меньшим рвением стремились сохранить "исламский характер" возглавляемого им движения. В действительности, как подчеркивает М.Базарган, первоначально Хомейни не выступал за осуществление своей концепции об особых, доминирующих властных функциях факиха . Однако, когда дискуссии вокруг текста Конституции Исламской республики Иран обострились, Хомейни и его вошедшие во вкус твердые сторонники при полной поддержке верующих масс без особого труда реализовали так называемый принцип "велаят-э-факих". Он стал одним из главных положений конституции ИРИ, в котором обоснованы прерогативы "справедливого факиха" - "Вождя". Таковым был провозглашен Рухолла Мусави Хомейни. Этот принцип восходит к догме о существовании "сокрытого имама", через посредство которого (согласно шиизму) осуществляется связь между исламской (шиитской) общиной и аллахом .

    Следует подчеркнуть, что доктрина "велаят-э-факих", по Хомейни, предусматривает собою тип правления в соответствии с "божественными законами" согласно интерпретации Справедливого факиха. Поскольку факих управляет мусульманской общиной (государством) не по собственной воле, то такое правление, согласно Хомейни, не может приобрести диктаторский характер и так как пост факиха не является наследственным, осуществление принципа "велаят-э-факих" не ведет к установлению монархии. Однако, по мнению ряда независимых экспертов, исторический опыт свидетельствует, что осуществление указанного принципа ведет к установлению диктатуры шиитских богословов.

    Важным  шагом на пути упрочения исламского характера законодательной власти стало образование так называемого "совета экспертов", стоящего по статусу  над парламентом - "собранием исламского совета" ("Маджлес-э-шура-йе зелами"). В него избираются одни шиитские улемы. Они, как правило, занимают консервативное крыло в политическом спектре республики. При жизни Хомейни разногласия, возникающие между членами "совета экспертов" и парламентом, разрешались, в конечном счете, самим Руководителем, т. е. Хомейни. Подобную практику многие руководители ИРИ считали вполне законной. Так, в декабре 1988 г. президент С.А.Хаменеи в одной из пятничных молитв заявил, что "вали-э- факих" по своему статусу стоит над законом и даже над основным законом - Конституцией. А.А.Хашеми-Рафсанджани признавал, что с позволения имама Хомейни неоднократно игнорировались положения Конституции ИРИ.

    С целью предотвращения возникновения  серьезных разногласий между  парламентом и "советом экспертов" еще при жизни Хомейни в  феврале 1988г. был учрежден специальный  примирительный комитет. Одновременно в том же году, в апреле, Хомейни  учредил "Собрание по определению  интересов общественной системы". Уже после смерти имама Хомейни (3.VI.1989), осенью 1989 г. по указу нового духовного руководителя ИРИ С.А. Хаменеи в собрание вошли 18 постоянных членов. Членами собрания стали известные  религиозно-политические и общественные деятели, в том числе аятолла  М.Р.Мехдави-Кяни, Тавассоли, Хасан Саней, Мир Хосейн Мусави, Ахмед Хомейниидр.

    Это собрание внесло заметный вклад в  разрешение ряда важных вопросов, касающихся осуществляемых правительством президента А.А.Хашеми-Рафсанджани экономической либерализации, направленной прежде всего на развитие рыночных отношений и расширение сферы деятельности частного капитала. В связи с завершением войны с Ираком, были предприняты значительные усилия по восстановлению пострадавших от военных действий промышленных объектов, городов и сел, особенно в зоне Персидского залива и расположенных к юго-западу останах (провинциях).

    Отказ от соблюдения некоторых крайних  элементов "исламской линии" в  области экономической деятельности, принятие и осуществление планов хозяйственного развития и другие меры содействовали известному экономическому и общественному подъему. Однако они не сопровождались подлинной либерализацией в сфере культуры и политической жизни. Тем не менее, правительство А.А.Хашеми-Рафсанджани сделало определенный шаг в сторону демократии, обеспечив в существующих в Иране условиях свободу выборов нового президента. Результаты выборов сказались неожиданными для правого крыла правящих сил. Большая часть молодых людей и особенно женщин в майских президентских выборах 1997 г. отдали свои голоса за Мохаммеда Хатами, известного как сторонника либерализации исламского режима в Иране. Co времени, когда новый президент приступил к исполнению своих обязанностей в области политической либерализации в ИРИ, - серьезных перемен еще не произошло. Но в политической атмосфере страны все более ощущалось дуновение нового ветра - исламского либерализма. Весной 1999 г., выступая на пятничной молитве в столице, аятолла Кашани, намереваясь выдать желаемое за действительное, заявил, что религиозно-политическое руководство продолжает оставаться единым как и во Бремена Хомейни. Однако, растущие разногласия между левой и правой группировками в верхах делались все более очевидными.

    Верность  этого тезиса была подтверждена тем, что за последние годы все чаще открытой критике подвергалась главная доктрина хомейнизма - "велаят-э-факих". При этом среди тех, кто выступал с подобными идеями, встречаются имена деятелей, сыгравших видную роль в упрочении позиций покойного имама Хомейни. При их участии была подготовлена и утверждена Конституция ИРИ. Это аятолла Мехдави-Кяни, аятолла Х.Монта-зери, публицист и философ А.Соруш и другие. Подобная эволюция в воззрениях бывших соратников имама Хомейни неслучайна. Некоторые существенные элементы шиитско-исламского радикализма, содействовавшие в период революции сплочению большой части оппозиции на борьбу против шахской диктатуры, ныне служат интересам лишь консервативного крыла исламистов. По этой причине либеральное крыло исламистов, возглавляемое президентом М.Хатами, предпринимает усилия в той или иной мере поддержать устремления демократически настроенных сил иранского общества. Благодаря этим усилиям современный персидский язык обогатился таким понятием как "мардомсалари" - "господство народа" - слово, равнозначное "демокраси" ("демократия"), вызывавшее у покойного имама аллергию из-за своего западного происхождения.

    Следует заметить, что в стране сегодня  все больше дает о себе знать рост продемократических настроений и среди  определенной части шиитско-исламского духовенства. Некоторые "независимые" религиозные деятели фактически выступают за восстановление преднамеренно  упраздненного в ходе революции  самостоятельного статуса и звания моджтехидов. Моджтехиды фактически исполняли обязанности руководителей, входящих в шиитскую общину субобщин. В период революции 1978-1979 гг. эти субобщины распались, перестали активно функционировать и их духовные предводители. Так, до революции в Исфахане и его окрестностях верующие мусульмане разделялись на несколько групп: последователи (мукаллиды) моджтехидов аятоллы Хои, аятоллы Хакима, аятоллы Монтазериибехаиты. 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

    Раздел  II.

    Внутриполитическая  ситуация 

    Расстановка внутриполитических сил в стране во второй пол. 70 гг. была следующей:

    - на правом фланге политического  спектра находилась иранская  монархия, скомпрометированная в  глазах широких масс населения  репрессивными методами правления,  негативными социальными последствиями  "Белой революции", отрицанием  исламских традиционных ценностей  и внедрением сверху чуждых  правоверным шиитам западных  норм и обычаев. В сложившихся  условиях Шах мог опереться  на Армию, тайную полицию "САВАК", бюрократию госаппарата и госсектора  и связанную с ними буржуазную  верхушку, т. е. социальная опора  режима была крайне узкой. В  критические для него месяцы 1978 - нач. 79 гг. Шах проявил чувство реализма и готовность отказаться от большей части своих полномочий по руководству страной (при сохранении контроля над силовыми структурами) в пользу другой светской силы - умеренно-буржуазной оппозиции в лице Национального Фронта (НФ).

    - иранская мелкая и средняя  торгово-промышленная буржуазия  была экономически слабой и  политически трусливой. Когда  Шах предложил одному из лидеров  НФ Бахтияру возглавить Правительство  и последний на это согласился, большая часть руководства НФ  дезавуировало Бахтияра и исключило  его из Партии, т. к. опасалась обвинений со стороны духовенства в коллаборационизме с "ненавистным тираном". Таким образом, иранская буржуазия упустила исторический шанс прихода к власти, подарив его духовной мусульманской оппозиции: вместо эволюционного мирного перехода власти от одной светской силы (Монархия) к другой светской силе (НФ) она оказалась захваченной насильственным революционным путем мусульманскими фундаменталистами.

    - Мусульманское духовенство во  главе с аятоллой Хомейни черпало  политические силы не только  в традиционалистской реакции  большинства населения Ирана  на шахскую революцию сверху, ограниченно прогрессивную с  экономической точки зрения для узкой прослойки населения, но разорительную для большинства крестьянства, ремесленников, мелкой и средней буржуазии. По традиционным шиитским представлениям шахская власть (в отличие от суннитов) не сакрализованная: со времен первой иранской Конституции 1906 г. в стране существовал выгодный духовенству принцип разделения властей, отводивший Шаху всего лишь функции Главы исполнительной власти, а высшим духовным главой правоверных шиитов признавался двенадцатый скрытый Имам-Мессия.

    Появившийся для спасения правоверных "скрытый" Имам в лице Хомейни проповедовал исламский путь развития и противопоставлял его "капитализму и коммунизму, двум лезвиям одних и тех же ножниц, подрезающих общий исламский  корень". В 78-79 гг. оппозиция под  руководством Хомейни представлялась мировой общественности умеренно-мусульманской  на фоне диктаторского шахского режима.

    - Левомусульманская оппозиция (аятолла  Талегани, моджахедины, федаины)  представляла собой серьезную  силу, способную конкурировать при  определенных условиях с Хомейни  (имели заслуги в антишахском  движении, используют уравнительные  тенденции исламского вероучения  и призывы к построению "общества без эксплуатации").

    - На левом фланге политического  спектра находилась партия иранских  коммунистов ТУДЭ во главе  с Киянури. Подвергаемая Шахом  наиболее жестокому и методичному  преследованию, ТУДЭ работала  в глубоком подполье и эмиграции,  что ослабило возможности ее  влияния на массы. В революции  1979 г. Партия не могла выдвинуть  собственные лозунги - это выглядело  бы актом подрыва антишахского  фронта во главе с Имамом, поэтому  было решено поддерживать Хомейни "для подталкивания его влево" (левомусульмане могли себе позволить критиковать Хомейни, как представителя другого цвета исламского движения, и расценили сотрудничество ТУДЭ с ним как предательство). С другой стороны, духовенство расценило готовность атеистической ТУДЭ сотрудничать с ними как лицемерие и коварство. Таким образом, иранские коммунисты оказались в исламской революции в полной изоляции.

    Хомейни оказался мастером политического лавирования. Сначала во главе единого фронта он ликвидировал шахский режим; затем  дезориентировал левомусульман  и коммунистов насчет своих истинных намерений посредством привлечения  их к подавлению буржуазных организаций (параллельно наступлению на политические позиции иранской буржуазии Хомейни  практиковал яростный антиамериканизм); после ликвидации всех своих противников  справа при помощи левых Имам разгромил  ТУДЭ (федаины и моджахедины не могли помочь атеистической партии); левомусульмане были последней жертвой  Хомейни, оказавшей наибольшее сопротивление  своей ликвидации.

    В новой Конституции страны 1979 г. высшая власть была официально закреплена за Хомейни (после его смерти - за его  преемником), а прерогативы гражданской  политической власти - за Президентом, Премьером и Меджлисом. С принятием  этой Конституции было узаконено  установление в стране теократического  режима со всеми его атрибутами.

    Иранская  революция 1979 г. по массовости своих участников является одной из крупнейшей революцией ХХ. Поэтому представляется естественным разброс мнений и оценок в отношении ее характера. На первом своем этапе она была исламской по форме; антимонархической и антиимпериалистической по основной направленности; буржуазной по социальной сущности (за смену типа капиталистического развития), хотя внешне это проявлялось в антикапиталистических лозунгах и тенденциях. На втором этапе (с к. 1979 г.) революция идет по нисходящей и из исламской по форме становится также исламской и по содержанию. Теоретически революция должна была расчистить возможности демократического развития капитализма снизу - на практике же в обществе, живущем по законам ислама, выработанным тысячелетие назад в другую историческую эпоху, такое развитие может происходить только в деформированном виде. 
 
 
 

    Раздел  III.

      Внешняя политика исламской революции 

    На  этапе свержения шахского режима наибольшую опасность для революции  представляла угроза американского  вмешательства в защиту своего верного  союзника - Мухаммеда Реза Пехлеви. Однако Хомейни правильно рассчитал, что

Москва  на международно-законном основании  не допустит утверждения позиций

США на своих южных границах (Договор 1921 г.) Поэтому руководство революцией культивировало антиамериканизм вплоть до грубых провокаций в отношении  США для укрепления своей массовой базы. США не решились на крупномасштабное вмешательство в Иране и фактически предали Шаха, опору американского  влияния на Среднем Востоке в  послевоенный период.

    Самым крупным внешнеполитическим событием для исламского режима была ирано-иракская война. Для ее возникновения существовало множество причин и поводов (проблема раздела вод реки Шатт Эль-Араб; взаимное использование курдского меньшинства  обеих стран для подрывной  сепаратистской деятельности; конкуренция  двух экспортеров нефти на мировом  рынке; противодействие Тегерана намерениям Багдада превратить нефтяной Кувейт в иракскую провинцию, что изменило бы соотношение сил Ирана и  Ирака в пользу последнего; боязнь Тегерана дестабилизации провинции  Хузестан, богатой нефтью и со значительной прослойкой арабского населения). Однако основной причиной ирано-иракской войны  был приход к власти в Тегеране фундаменталистов-шиитов с лозунгами  экспорта исламской революции, угрожавшими  правящей в Багдаде суннитской верхушке Саддама Хусейна (шииты составляют 52% мусульманской общины Ирака). Не дожидаясь укрепления теократического шиитского режима в Тегеране, Багдад нанес превентивный удар, рассчитывая на успех благодаря развалу исламской революцией ранее мощной шахской Армии.

    Надежды Багдада на легкую победу не оправдались: для исламского руководства в  Тегеране иракская агрессия пришлась как нельзя кстати, поскольку предоставляла ему возможность укрепить теократический режим посредством завинчивания гаек в условиях военного положения и отвлечь внимание народа от нерешенности внутренних проблем. Поэтому Хомейни не пожалел ни средств, ни людских ресурсов (погибли сотни тысяч необученных добровольцев) для ведения этой войны. Война была выгодна режиму до тех пор, пока соотношение сил не стало меняться в пользу более современной Армии Ирака - только тогда Хомейни согласился на ее прекращение (но к этому времени уже произошла тотальная исламизация всех сфер жизни и государственного управления Ирана).

    Параллельно ведению войны с Ираком Тегеран  оказывал существенную поддержку афганской  контрреволюции, хотя ее шиитская фракция  не играла ведущей роли в борьбе против ДРА с большинством суннитского населения.

    Исламская революция привела к осложнению политических и ослаблению экономических  связей с Москвой. После ослабления угрозы американского вмешательства  Хомейни заговорил о недействительности советско-иранского Договора 1921 г. и необходимости борьбы не только с империализмом, но и с коммунизмом ("и с большим, и с малым Сатаной"). Под предлогом необходимости повышения цен на иранский газ была прекращена его поставка в Закавказье, а Трансиранский газопровод был в значительной степени разобран под предлогом его "ненужности" (трубы использовались для военных нужд).

    Распад  СССР создал для Ирана новую геополитическую  ситуацию: вдоль его северных границ образовалась "тюркская дуга" (Турция, Азербайджан, Туркменистан, Узбекистан, Кыргизстан, Казахстан), потенциально ориентирующаяся на Анкару. Только Армения разрывает эту "дугу" – поэтому Тегеран оказал поддержку христианскому Еревану, а не мусульманскому Азербайджану в Карабахском вопросе. От стабильности в зоне тюркской дуги зависит этнополитическая стабильность многонациональных государств - Ирана и России, сотрудничающих в поддержании мира в этом регионе. Иран заинтересован в сотрудничестве с РФ на Каспии, в поставках российской военной техники и оборудования для АЭС. 
 
 

    Заключение 

    Победа  исламской революции 1978-1979 гг. в Иране  привела как академические, так  и правительственные, финансово-деловые  круги США и других ведущих  держав в состояние шока. Это вполне понятно. Вследствие крушения иранской монархии Вашингтонские военно-политические союзники в Европе понесли огромные потери как в политическом, так  и в экономическом плане. В  результате иранской драмы был разрушен форпост США в важнейшем регионе, который позволял им установить свой контроль над крупнейшими центрами добычи и экспорта нефти на Среднем Востоке.

    Приход  к власти исламских деятелей в  Иране, осуществляемая ими новая  политика в области экспорта нефти  вызвали большие потрясения на мировом  рынке нефти. Эта политика сказала  сильное влияние на деятельность ОПЕК. Открытая конфронтация Ирана с ведущими нефтяными монополиями Запада оказала заметное воздействие даже на поведение таких прозападных исламских государств как Саудовская Аравия, Кувейт и других.

    Современная политическая ситуация, которая сложилась  после 1997 г. в стране, предвещает новые  значительные коллизии в политической, религиозно-идеологической и культурной жизни Исламской республики Иран в наступившем XXI столетии. Началу раскола  в иранском обществе положили события  конца 90-х годов, когда после победы Мохаммада Хатами на президентских выборах весной 1997 г. обнаружились серьезные разногласия в ветвях верховной власти. Еще в своих предвыборных выступлениях М.Хатами обещал добиваться построения "гражданского общества" в рамках существующего исламского строя, обеспечить развитие демократии и свободы слова. Став президентом, Хатами содействовал демократизации и свободы в иранской прессе. Он ввел в политический лексикон понятие "исламская демократия", назвав ее одной из главных целей исламской революции 1978-1979 гг.

    Сторонники  Хатами победили в феврале 1999 г. на выборах  в местные советы. Вслед за этой победой последовали серьезные стычки между сторонниками реформ и исламистами. Еще более острые столкновения произошли в июле того же года в Тегеране и в более десяти городах страны. Тогда студенты, сторонники реформ, организовали демонстрации протеста в связи с закрытием популярной газеты "Салам", способствовавшей расширению политической базы реформистского течения и победе Хатами в президентских выборах 1997 г. Согласно некоторым зарубежным источникам, острая реакция студентов на борьбу в верхах власти не случайна. В стране ныне около 60% населения составляет молодежь. Ее большая часть те, кого называют "детьми революции". Они родились после крушения шахского режима. Численность студентов - 1,2 млн. человек. Наиболее острыми проблемами для молодежи остаются трудоустройство и жилье. Большая часть молодежи симпатизирует исламским лидерам либерального толка и выступает за расширение культурных связей с западными странами. Президент Хатами и его соратники-реформаторы пользуются большим авторитетом у студентов. Значительной частью социальной опоры президента являются женщины. Новые идеи, привнесенные в иранскую политику президентом Хатами, особенно его мысли о необходимости разрешения существующих между Западом и Ираном (и исламским миром) кардинальных разногласий посредством диалога, поддерживается также большим числом представителей новой иранской бюрократии, интеллигенции и частного капитала.