Крестьянский вопрос в годы царствования Александра I и Николая I

Министерство транспорта Российской Федерации

Федеральное агентство железнодорожного транспорта

Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение

высшего профессионального образования

Омский государственный университет путей сообщения  (ОмГУПС)

Кафедра «История, философия и культурология »

Крестьянский вопрос в годы царствования Александра I и Николая I

Контрольная работа

по дисциплине «История отечества»

вариант № 49

                                     Выполнил:

Студент гр. ДОТ-АТ 30466

                                                         Специальность 190901

                                          Карабин И.Л.

                                     Проверил:

                                        Кообар Г.А.

Омск  2013

План.

1) Введение.

2) Крестьянский вопрос в годы царствования Александра I.

3) Крестьянский вопрос в годы царствования Николая I.

4) Заключение.

5) Список литературы.

Введение.

Крестьянский вопрос в России на протяжении многих десятков лет оставался одним из самых болезненных и трудноразрешимых. Под крестьянским вопросом понимается целый комплекс проблем, связанных, как с отменой крепостного права, так и с их решением в дореформенное время. Так как система взаимоотношений крестьян и помещиков находилась под контролем власти, «крестьянский вопрос» в определенном смысле – это  правительственная деятельность в области крестьянского законодательства и его реализации.  

Понятие «крепостное право» в свою очередь означает     совокупность юридических норм, закреплявших личную зависимость человека от его господина. Оно могло принимать мягкие и суровые формы, могло включать все или только некоторые формы внеэкономического принуждения.   В суровых формах,  в которых  крепостничество существовало в XVI—XVIII века  во многих странах Центральной и Восточной Европы, включая Россию, оно означало лишение человека большей части личных прав, а также и права владеть собственностью и совершать от своего имени гражданские сделки, другими словами, быть субъектом гражданского права, что приближало юридический статус крепостного к статусу раба.

Актуальность исследования определяется местом рассматриваемых проблем в исторической науке: вопрос об отмене крепостного права, путях, способах и формах крестьянского преобразования является центральным для истории дореформенной России.

Хронологические рамки работы охватывают период, когда в обществе все громче и громче раздавались требования о необходимости положительного решения крестьянского вопроса, когда углублялся кризис крепостнического хозяйства, доказывавший необходимость отмены крепостного права.

Цель данной темы – рассмотреть эволюцию крестьянского вопроса на протяжении первой половины XIX века, его отражение во внутренней политике и в общественной мысли.

Из указанной цели работы вытекают задачи:

1. Рассмотреть основные направления  политики Александра I по решению  крестьянского вопроса в начале  царствования и во второй половине  правления, проанализировать итоги его деятельности в решении крестьянского вопроса;

2. Проследить развитие общественной  мысли по данному вопросу в  период правления Александра I;

3. Выявить состояние крестьянского  вопроса в начале царствования  Николая I и меры, предпринимаемые правительством для решения данного вопроса.

Крестьянский вопрос в годы царствования Александра I.

Вступление на престол императора Александра I, как известно, было встречено в обществе с большим энтузиазмом и восторгом.

Воспитанник Лагарпа, неоднократно высказывавший либеральные идеи, Александр  I  внушил  обществу надежду на проведение долгожданных реформ, в том числе и в разрешении крестьянского вопроса. Подобного можно было ожидать, если учитывать, как высказывался по крестьянскому вопросу воспитатель и наставник императора швейцарец Лагарп.

Он считал, что «крестьянское сословие - самое неиспорченное 
и приносящее наиболее пользы; из него вышло много великих людей; 
к сожалению, никто не дает себе труда позаботиться о его просвещении». Лагарп, к примеру,  всегда с большим сочувствием говорил о восстаниях рабов, с  большим сочувствием  относится  и к возмущению крестьян. Оправдывая борьбу против рабства, Лагарп говорил:  «Инстинкт, общий  всем животным, заставляет защищаться от нападений. Пчела впускает свое жало в угрожающую ей руку и муравей язвит попирающую его пяту. По какому же праву человек может безнаказанно угнетать себе подобных и требовать от них безропотного перенесения жесточайших страданий? Жестоко было бы зажимать рот страдальцам, чтобы не слышать их криков и рыданий, и в высшей степени неблагоразумно доводить людей до отчаяния с его гибельными последствиями».

В конце XVIII века Лагарпу, ставшему во главе Швейцарской республики, удалось воплотить на деле свои либеральные взгляды, окончательно отменив там все остатки феодализма и крепостничества. Имел подобные планы и Александр, во всяком случае, в Негласном, или как его называл историк С.Ф. Платонов, «интимном» комитете, эти идеи неоднократно высказывались. Платонов пишет, что «вопрос о крепостном праве крестьян много занимал комитет» .

Конечно, далеко не все в России надеялись на отмену крепостного права,  для подавляющего большинства помещиков ничего страшнее невозможно было и придумать, но были и такие люди, которые восторженно приветствовали  молодого императора.

В первый же год своего правления Александр не без участия Негласного комитета издает несколько указов, «робко затронув щекотливый вопрос о крепостном праве». Сначала были запрещены пожалования дворянам государственных крестьян, а в газетах запрещены публикации объявлений о продаже крепостных крестьян без земли, например: «За 180 рублей продается девка двадцати лет, которая чистит белье и отчасти готовит кушанье. О ней, как и продаже   подержанной   кареты   и   нового седла,   спросить на почтовом дворе...»

Иногда крепостных продавали за долги проигравшегося хозяина. Помещики пытались извлечь выгоду из своих крепостных любым способом. Историк Лаппо-Данилевский пишет об одном помещике, «которому принадлежало почти 400 душ; из них он распродал в рекруты до 100 человек; выручив из продажи 16 тыс. рублей, он уплатил свои долги и в то же время сохранил свою деревню; негодные в рекруты продолжали работать в ней и платить оброк помещику». Лаппо-Данилевский также пишет, что «продажа крестьян… обыкновенно вместе с пожитками их производилась  оптом и в розницу…; муж с женою чаще продавались вместе, чем родители с детьми». В столицу «привозили людей целыми барками для продажи».

Именно это «наиболее возмутительное право помещиков — торговать людьми в  розницу без  земли»  решил в первую очередь устранить император. 6 мая 1801 года, генерал-прокурор, по повелению государя, внес на рассмотрение Госсовета записку о запрете продавать крестьян без земли и проекты указов по этому вопросу. В ней прежде всего упоминалось, что «правительство уже и прежде считало нужным охранить помещичьих крепостных  людей  от злоупотребления  над ними власти господской, не только противного человечеству, но и общей пользе, которые  приносились в жертву безрассудному корыстолюбию, прихоти и даже порокам частных людей; однако,  еще не поставлена точная преграда  этим  злоупотреблениям и до ныне с людьми как с вещественною собственностью поступается и ими торг и продажа, даже публично, производится, а к тому самые земледельцы от семьи и домов их отлучаются и обращаются, со всем последующим родом их, в состояние дворовых людей, большею частью бесполезных, а от праздности и развратных. Поэтому, необходимо изыскать и определить точно положение, в каком должны и могут быть крестьяне и дворовые люди при  помещичьей и господской над ними власти, без нарушения порядка и  общей пользы».

Но Государственный Совет  счел эти  предложения несвоевременными и даже опасными.  Члены Совета опасались, что эта мера «вызовет сильное волнение в простом  народе, всегда жаждущем свободы, который не раз выходил  из  повиновения и по менее важным  поводам, особенно в начале новых  царствований, когда  слух  о новых  учреждениях  располагает его к надеждам  и заставляет во всем видеть исполнение его желаний» .  Таким образом, государственный Совет предложил отложить на будущее решение этого вопроса, а Александр, лично присутствовавший на  заседании,  не стал настаивать.

В.И. Семевский пишет, что в этом «впервые обнаружился недостаток решительности в молодом императоре по отношению  к крестьянскому вопросу» . Действительно, не став настаивать на своем предложении, Александр ограничился «косметическими мерами», отдав приказ о запрете публикаций в прессе объявлений о продаже крепостных без земли.

По сути, этот указ  мало что изменил, и, как писал   декабрист Якушкин, «прежде печаталось прямо - такой-то крепостной человек или такая-то крепостная девка продаются; теперь стали печатать: такой-то крепостной человек или такая-то крепостная девка отпускаются в услужение, что означало, что тот и другая продавались» .

Наиболее значительным шагом в «робких попытках»  решения крестьянского вопроса стал указ от 20 февраля 1803 года о «вольных (свободных) хлебопашцах», согласно которому   помещики могли отпускать своих крепостных на волю с земельными наделами за выкуп.

Примечательно, что подтолкнула правительство к принятию такого указа инициатива графа Румянцева, пожелавшего отпустить на волю 199 крестьян на основе добровольного соглашения и предложившего проект этого закона. Об этом говорится и в самом тексте указа: «Действительный тайный советник граф Сергей Румянцев, изъявив желание некоторым из крепостных его крестьян при увольнении их утвердить в собственность продажею или на других добровольных условиях участки из принадлежащих ему земель, испрашивал, чтоб условия таковые, добровольно заключаемые, имели то же законное действие и силу, какое прочим крепостным обязательствам присвоено, и чтоб крестьяне, таким образом уволенные, могли оставаться в состоянии свободных земледельцев, не обязываясь входить в другой род жизни». И далее: «Мы считаем справедливым и полезным, как ему графу Румянцеву, так и всем, кто из помещиков последовать примеру его пожелает, распоряжение таковое дозволить» .

Историки до сих пор расходятся в оценке этого указа. С одной стороны, это был первый в истории России закон, дававший возможность освобождения крестьян от крепостной зависимости. Еще В.О. Ключевский писал, что «закон 20 февраля был первым решительным выражением правительственного намерения отменить крепостное право» .  Подобное мнение высказал и С.Ф. Платонов, написав, что указ «послужил для общества достоверным признаком, по которому можно было заключить о направлении правительства в крестьянском вопросе», признавая при этом, что  он «остался почти без применения» .

Действительно, практическое применение указа было незначительным. Помещики, естественно, не спешили расставаться со своей собственностью. За 1804 год от крепостной зависимости было освобождено 5232 крестьянина, а всего за 25 лет царствования Александра приобрести себе свободу, договорившись с помещиком, смогли только около 47 тыс. крестьян.  Семевский также пишет, что из 161 случая освобождения крестьян только 17 помещиков отпустили своих крестьян на волю без всякого выкупа, общее число таких помещиков составило 7415 человек, из них – 7 тысяч крестьян было освобождено без земли по духовному завещанию помещиком Каршем, значит – в остальных 16 случаях было освобождено всего 415 человек. Среди этих крестьян были 199, освобожденных графом Румянцевым,  71 крестьянин – освобожден олонецким помещиком Рагозиным, потребовавшим, правда, с них выплаты оброчной недоимки в сумме 1280 рублей, и 44 крестьянина освобождено нижегородским помещиком Трофимовым по духовному завещанию. Примерно половина отпущенных на волю за вознаграждение крестьян должна была компенсировать помещику определенную сумму сразу или  с рассрочкой, таких случаев, по данным Семевского, было 73, число освобожденных за выкуп крестьян – 28 944 человека, что составило 61% от всех, перешедших в вольные хлебопашцы. 

Иногда крестьян отпускали с обязанностью исполнения барщины до смерти помещика, иногда барщина сочеталась с оброком, взносом продуктов или другими обязанностями. Семевский приводит несколько подобных фактов: оренбургская помещица Живоглотова отпустила на волю 58 крестьян с условием, что до ее кончины они должны были выплачивать ей 150 рублей, обрабатывать ее земли и давать по 1 барану, по 1 гусю, по пуду свинины, по 20 аршин льняного полотна; помещица Коптева освободила 52  своих крестьянина в  саратовской губернии  и 5 - во владимирской, с условием выплачивать ей до смерти 400 руб. оброка, выстроить дом в  400 руб. и внести по 100 руб. за каждую крестьянскую девушку, достигшую 14-ти лет. 

Но в целом, как уже отмечалось, закон не имел большого практического значения, зато обсуждения данного закона были очень оживленными. Либеральная общественность встретила его воодушевленно, а сторонники старых порядков – с большим опасением.

Показательная с этой точки зрения позиция Карамзина, которую он высказал в своей «Записке о древней и новой России в ее политическом и гражданском отношениях» и которая соответствовала взглядам большинства представителей высшего сословия: «Что значит освободить у нас крестьян? Дать им волю жить, где угодно,  отнять у господ всю власть над ними,  подчинить их одной власти правительства.  Хорошо.  Но сии земледельцы не будут иметь земли, которая — в чем не может быть и спора — есть собственность дворянская».  По мнению Карамзина, получившие волю крестьяне «или останутся у помещиков, с условием платить им оброк,  обрабатывать  господские  поля,  доставлять   хлеб   куда надобно,  одним словом,  для них работать,  как и прежде,  — или, недовольные  условиями,  пойдут  к   другому,   умереннейшему   в требованиях,  владельцу».  В первом случае, помещики пойдут по пути навязывания крестьянам   «самых тягостных   условий», ведь    «дотоле   щадили   они  в  крестьянах  свою собственность»,  а после освобождения крепостных «корыстолюбивые владельцы захотят взять  с них  все  возможное  для  сил  физических:  напишут  контракт,  и земледельцы не исполнят его,  — тяжбы,  вечные тяжбы!».  Во втором случае, считает историк, будет нанесен ущерб казне   «в сборе подушных денег и  других  податей», земледелию, так как многие поля останутся необработанными, превратятся в пустоши. Видел Карамзин в этом шаге и другую проблему: «уже не  завися от суда помещиков,  решительного,  безденежного, крестьяне начнут  ссориться  между  собою  и  судиться  в  городе,  — какое разорение!.. Освобожденные от надзора господ, имевших собственную земскую исправу,  или полицию, гораздо деятельнейшую всех земских судов, станут пьянствовать, злодействовать, — какая богатая жатва для  кабаков  и  мздоимных исправников,  но как худо для нравов и государственной  безопасности!» .

Карамзин тем самым указывал и на экономические последствия подобного указа, и на последствия для правопорядка, считая, что освобождение крестьян нанесет ущерб государственной безопасности и правопорядку.

Об этом говорили и многие другие, отмечая, что многие обнадеженные указом крестьяне, требуя освобождения,  начнут бунтовать. С целью предотвращения беспорядков, о которых говорили противники закона, министром внутренних дел графом Кочубеем  был разослан особый  циркуляров для губернаторов,  в котором указывалось, что указ вовсе не предполагает «ослабить порядок,  ныне  существующей между помещиками и крестьянами». Крестьяне должны остаться в той же зависимости и в безмолвном  повиновении  к  своим господам.  Губернаторам было рекомендовано  при малейшем  непослушании  «действовать силою вверенной им власти по всей строгости закона».  Но подобные меры не понадобились.

Существует много версий и рассуждений о причинах того, почему Александр так и остановился в крестьянском вопросе на указе «о вольных хлебопашцах», не пойдя дальше по пути освобождения крестьян. Одни связывают это с противоречивой личностью самого императора, который, по сути, так и не довел до конца ни одно из своих начинаний, другие, со слабостью его характера, поддавшегося давлению дворянства, третьи – с несвоевременностью этих планов и трудностью их осуществления. С.Ф. Платонов писал, что «если правительство не пошло здесь далее  частной меры, то причина этого не в его настроении, а в трудности дела. Негласный комитет нашел в крепостном праве камень преткновения, не разрешив этого основного вопроса русского общественного устройства, ему современного…»

 Камнем преткновения для  «негласного комитета» крестьянский вопрос был не только по тому, что большинство дворянства воспринимали любые попытки его решения очень болезненно, но и потому, что в самом комитете не было единства по этому вопросу.

На этом вопрос о крепостном праве был практически закрыт и на долгое время Александр к нему не возвращался. Одной из последних попыток решения крестьянского вопроса в начальный период царствования Александра I стал проект М.М. Сперанского, который после постепенного отхода императора от Негласного комитета, имел большое влияние на Александра.

Крестьянский вопрос стоял далеко не на первом плане в проектах государственных преобразований, предложенных Сперанским, однако, нельзя признать справедливым и мнение тех, кто считает, что Сперанский совсем игнорировал вопрос об ограничении крепостного права. Сперанский был одним из тех, кто участвовал в разработке указа «О вольных хлебопашцах», в своих проектах он призывал лишить помещиков  права наказывать крепостных  без суда и сдавать  их в  рекруты без очереди, предлагал установить  крестьянские суды,  законодательно определить повинности крестьян.  Сперанский также неоднократно указывал на губительность крепостного права для экономического развития страны. Таким образом,  постепенное ограничение крепостного права он видел не в освобождении крестьян без земли, а в постепенных мерах, которые необходимо начинать с установленных законодательно размеров крестьянских повинностей и ограничения власти помещика над крепостными.

Однако, как известно, проект М.М.Сперанского, как и многие проекты переустройства империи, был не реализован, ни в части политических преобразований, ни в части ограничения крепостного права.

Таким образом, несмотря на столь воодушевившие либералов заявления и начинания первой половины своего царствования, Александр  I в решении крестьянского вопроса не пошел дальше некоторых осторожных шагов, которые, в принципе, не затрагивали основ крепостничества.

Помимо нерешительности самого императора, поддавшегося на давление консерваторов,  еще одной из причин, помешавших реализации либеральных планов Александра, в том числе и в решении крестьянского вопроса, стала его переориентация на вопросы внешней политики, в частности под  влиянием напряженной борьбы, которую ему пришлось вести с  Наполеоном.

После победы над Наполеоном некоторые шаги императора внушали надежду на возвращение к курсу начала его царствования. Дарование конституции польским землям и, особенно, освобождение крестьян в западных (Прибалтийских) землях, давали основание рассчитывать на то, что подобные меры будут приняты и в России.

По поручению правительства было разработано  несколько проектов, большинство из  них основывалось на идее безземельного  освобождения  крестьян, были и такие, которые предусматривали освобождение  с землей.

Один из проектов был предложен Н.С. Мордвиновым. Он предложил выкупать  личную свободу  крестьянам, но вся земля должна была остаться во владении помещиков. Сумма выкупа личной свободы по проекту Мордвинова должна была зависеть от возраста крепостного:  за детей  от 9 - 10 лет  - 100 руб.; за работника 30 - 40 лет – максимальные  2 тыс.; за работника  40 - 50 лет – уже меньше и т.д. по мере работоспособности.

Еще один проект предложил граф Аракчеев в котором предполагалось провести освобождение крестьян под руководством правительства. Государство должно было  постепенно покупать крестьян у помещиков с землей, каждому крестьянину полагалось две десятины на человека. Цены на крестьян и на землю определялись   соглашением в зависимости от местности.  Средства на выкуп крестьян с землей, а их ежегодно потребовалось бы около 5 миллионов рублей , предлагалось брать «посредством отчисления известной суммы из питейного дохода» , либо же выпускать  5-процентные облигации государственного казначейства.

Этот проект, как и хотел император,  предусматривал большие выгоды для помещиков – землевладельцев. Например, для землевладельцев, очень пострадавших в войну, появлялась возможность освобождения от долгов посредством такого освобождения крепостных, у них появлялся оборотный капитал, и при этом они не лишались рабочей силы, так как крестьянам, получившим  столь малый надел, ничего не оставалось, как брать помещичьи земли в аренду.

Этот проект имел много недостатков, в нем было «мало  доброжелательства к крестьянам» , однако, он был достаточно взвешенным и вполне осуществимым. Мы рассмотрели лишь два различных проекта, на самом деле их было гораздо больше, что было связано с высказанной Александром мыслью вернуться к решению крестьянского вопроса.

Подводя итоги царствованию Александра І, мы можем констатировать, что несмотря на все многочисленные либеральные высказывания и заявления императора о понимании им необходимости  отмены крепостного  права, многочисленные подаваемые императору проекты улучшения жизни крестьян, и если не отмены, то хотя бы смягчения крепостничества, в его царствование этот трудный для России вопрос был решен, и то достаточно спорно, если не сказать неудовлетворительно, лишь в  Остзейском крае (Прибалтике); что же касается собственно Российских губерний, то даже для ограничения крепостничества было сделано ничтожно мало.

Постоянно наталкиваясь на сопротивление консервативного дворянства, заинтересованного в сохранении существующего порядка, Александр не смог или не захотел проявить воли и настойчивости в решении крестьянского вопроса, ограничившись только несколькими «косметическими», не имевшими большого практического значения мерами: запретом печатать объявления о купле-продаже крестьян в прессе и разрешением помещикам отпускать своих крепостных по взаимной договоренности, которое известно как указ «О вольных хлебопашцах».

В то же время растет число образованных людей, понимающих необходимость отмены крепостного права, о чем свидетельствует большое количество различных проектов, консервативных или либеральных, порой даже революционных, но направленных на решение только одного важнейшего вопроса – крестьянского вопроса. Медлительность правительства в самом главном вопросе  внутренней политики возбуждала, недовольство в лучших представителях русской интеллигенции, дворянства, офицерства и особенно в молодом поколении, и это недовольство все более усиливалось по мере усиления реакции. Существование крепостного права со всеми его злоупотреблениями и практически полная бездеятельность правительства в крестьянском вопросе  были, и по признанно многих декабристов, одною из главных причин их вступления в тайное общество.

Александр оставил после себя многие нерешенные проблемы, которые предстояло теперь решать его брату – Николаю, в том числе и самый острый - крестьянский вопрос.

Крестьянский вопрос в годы царствования Николая I.

Ко времени вступления на престол императора Николая I во внутренней политике России накопилось много нерешенных вопросов, которые создавали напряженность в обществе.

Эти вопросы накапливались с самого начала царствования Александра, который, как мы видели, был склонен  на либеральные обещания, которые так никогда и не выполнялись, и которого, очевидно, больше занимали вопросы внешней политики и его роль царя – освободителя Европы, затем превратившаяся в роль жандарма Европы.

Между тем, разрешения многих внутриполитических вопросов, среди которых одним из самых острых оставался крестьянский вопрос, нетерпеливо ожидала либерально настроенная передовая общественность, успевшая после короткого, но  близкого общения с Европой в  1813— 1815 годах, выработать у себя определенные политические идеалы, которые  шли совершенно вразрез с  реакционным направлением деятельности правительства. Это реакционное направление внутренней политики  к концу царствования Александра приобретало все более уродливые формы, пример тому - военные поселения, создание которых тесно связывали с деятельностью Аракчеева.

Дальнейшее экономическое развитие государства делало необходимым переход  к более интенсивным формам хозяйства, а между тем сделать подневольный крепостной труд  более продуктивным, производительным  было практически невозможно.  Многие помещики убеждались по собственному опыту, что при каком угодно жестком режиме  подневольный труд никогда не  сравнится  в производительности с вольнонаемным. К 40-м годам  для думающих и читающих сельских хозяев это убеждение  стало уже аксиомой.  Многие помещики ясно видели, что введение улучшенного хозяйства с машинами,  с удобрениями, с более сложным севооборотом требует затраты значительного капитала, которого не было, а крепостные перестали даже окупать  стоимость своего содержания.

Помещики все более и более приходили к сознанию дороговизны и малой производительности крепостного труда, кроме чисто промышленных местностей, где крепостные, отпускавшиеся на оброк, иногда приносили значительные доходы своим господам.

Особенно остро чувствовали помещики невыгодность крепостного труда в годы неурожаев, когда обязанность кормить крепостных ложилась на их расстроенные хозяйства непосильным бременем. Непомерная задолженность имений наталкивала многих помещиков на мысли об освобождении крестьян.

Многие помещики искали выход путем усиления  эксплуатации крепостного труда, обращая имения, ранее бывшие на оброке, в барщинные и заводя вотчинные фабрики. На некоторых таких фабриках крестьян стали обращать в  «месячников», работавших без всякой заработной платы и получавших скудное пропитание от помещиков. Положение таких «фабричных  рабов»  было ужасно; но и эта система оказалась для помещиков  недостаточно выгодной, ибо при вялой работе таких крестьян даже и скудное их пропитание оказывалось слишком дорогим для помещиков.

Вторым  фактором, требовавшим неотложного рассмотрения крестьянского вопроса, было  все обострявшееся настроение крепостных по отношению к  их  господам. Владеть крепостными становилось опасно.

А.А. Корнилов пишет: «Прежние патриархальные отношения, как ни малопривлекательны они были, заменились еще худшими, нередко для крестьян прямо невыносимыми. Злоупотребления  помещиков и разорение крестьян, несмотря на строгое вмешательство правительственной власти, встречались все чаще. Отношения обострялись. Убийства помещиков и управляющих, поджоги и волнения крестьян повторялись все чаще и сильнее. Сильная правительственная власть еще удерживала внешний порядок,  но людям  проницательным не трудно было уже чувствовать, насколько этот строй становился непрочен, и каким потрясением все это могло разрешиться»

Император Николай во все свое царствование не переставал напряженно искать выхода из этого положения. Хотя он и считал себя первым дворянином империи, хотя он и был окружен тайными и явными крепостниками — он понимал, однако же, необходимость и неизбежность упразднения крепостного права. Его никогда не оставляла мысль, высказанная впоследствии его сыном – Александром II  московскому дворянству,— мысль о том, что лучше, чтобы отмена крепостного права началась постепенно сверху, нежели снизу. И все же он тоже не решился на этот шаг, ограничившись весьма скромными мерами.

Николай понимал, что без реформ не обойтись. Он решил начать с преобразований, направленных на улучшение положения государственных крестьян.

Вообще, различия в положении государственных и помещичьих крестьян усилились к началу 19 века. Государственные крестьяне были окончательно освобождены от раздачи помещикам, крепостные – продолжали зависеть от их произвола; государственные крестьяне стояли в ведении органов казенного управления, крепостные же отстранялись от таких отношений помещиками, стоявшими между ними и государственной властью; права и учреждения государственных крестьян были отчасти признаны законом, крестьяне помещичьи, напротив, оставались почти «мертвыми в законе, разве по делам уголовным» .

Дальнейшие реформы должны были улучшить быт государственных крестьян.

Эти реформы провел генерал П. Д. Киселев — член Госсовета и министр государственных имуществ. Главным пунктом преобразований, осуществленных в 1837—1841 гг., явилось введение крестьянского самоуправления. В деревнях стали создаваться школы и больницы. Там, где земли не хватало, иногда принималось решение о переселении крестьян на свободные земли в другие районы страны, особенно в восточные. Для того чтобы обезопасить крестьян от неурожая, было решено оставить часть земли на «общественную запашку». На этих участках крестьяне работали сообща и пользовались плодами общего труда. Нередко на таких общественных наделах насильно заставляли сажать картофель. Это было непривычно для русских крестьян и привело в начале 40-х гг. к «картофельным бунтам».