Культурно-историческое значение Библии

       1.  Происхождение и состав Библии 

       Слово «Библия» - древнегреческого происхождения. На языке древних греков оно означало «книги». В наше время мы обозначаем этим словом не всякие книги, а одну определенную книгу, состоящую из нескольких десятков отдельных религиозных произведений. Слово «Библия» мы потому и пишем с прописной буквы, что оно является собственным именем, названием одной определенной книги. Это – книга, которую верующие люди христианской и иудейской религии считают своим Священным писанием.

       Библия является собранием некоторых произведений древнееврейской литературы, правовых, обрядово-религиозных и исторических сочинений, специально отобранных и переработанных жречеством, “книжниками”, в целях утверждения и пропаганды учения иудаизма. Выделение ее отдельных частей и определение их даты написания представляет собой трудную задачу.

       Усилиями передовых ученых XVIII — XIX вв. было установлено, что так называемая Тора (Тора по традиции разделяется на пять книг и поэтому называется также “Пятикнижием”) и примыкающие к ней “Писания” исторического содержания состоят, по крайней мере из четырех источников, отнюдь не совпадающих с традиционным делением Библии на книги.

       Изученные источники были использованы составителями в неодинаковой степени в различных частях “Пятикнижия” и “Писаний”. К таким источникам относятся “Яхвист” и “Элохист”, которые называются так условно, по употреблению автором того или иного названия или обозначения для израильского божества (Яхве или Элохим), сборники легенд и исторических преданий периода разъединенных царств, “Второзаконие” — обработка законодательства, которое было создано при Иосии, и “Жреческий кодекс” — продукт религиозно-политической литературной деятельности, в основном, по-видимому, времен вавилонского пленения. Кроме того, в текст включены отдельные фольклорные и другие отрывки (военные песни, пересказы эпоса), древнейшим из которых, как обычно считают, является “Песня Деборы” в “Книге судей” (конец XII — начало XI в. до н.э.).

       Критикам Библии еще на много лет хватит работы, чтобы разобраться в бесчисленных наслоениях текстов, дать им научное определение. Их задачу к тому же осложнили дополнения по тем или иным причинам, внесенные длинным рядом редакторов, толкователей, компиляторов и переписчиков.

       Однако вершиной исследования Библии является ее историческая критика. Туман невежества стал рассеиваться только с наступлением эпохи великих археологических открытий в середине XIX века. Из-под песков пустыни извлекли на поверхность замечательные памятники забытых культур — святилища и гробницы фараонов, а также руины царских дворцов и храмов Хорсабада, Хаттушаша, Ниневии, Вавилона, Ура, Угарита и многих других древних городов Месопотамии и Сирии.

       При раскопках найдено бесчисленное количество письменных документов, буквально целые огромные библиотечки и архивы. Так, например, в руинах дворца ассирийского царя Ашшурбанипала в Ниневии сохранилось двадцать пять тысяч глиняных табличек с клинописными текстами: здесь трактаты, молитвы, литературные памятники и религиозные мифы минувших веков.

       В 1901 г. в Сузах был найден кодекс законов вавилонского царя Хаммурапи (II тыс. до н.э.); кодекс этот, как, оказалось, был источником некоторых законодательных установок “Пятикнижия”.

       В середине 19 века археологические раскопки начались и в Палестине. Было обнаружено большинство городов, название которых мы раньше знали только из Библии.

       В развалинах этих городов найдено подтверждение подлинности ряда фактов, упоминаемых в Библии, в том числе найдены неопровержимые доказательства захватнической политики Иисуса Навина, остатки зданий времен Саула, Давида и Соломона, а также следы опустошительных вторжений арамейцев, ассирийцев и халдеев.

       Израильский народ, как и всякий другой народ, не мог жить в полной культурной и бытовой изоляции, особенно потому, что был молодым народом по сравнению с окружавшими его древними, богатыми и зрелыми цивилизациями.

       Была установлена тесная связь между обычаями, законодательством и религией. Достаточно отметить для примера, что десять заповедей и законы Моисея сложились под влиянием месопотамского законодательства, что история сотворения мира, так же, как и сказание о потопе и ряд других сказаний, заимствована из вавилонской мифологии, что даже вся эсхатология пророков, например, картины страшного суда, загробной жизни, рая и ада, ангелов и сатаны, — все это заимствовано из чужих источников.

       Словом, все христианские религиозные концепции на несколько столетий старше Библии, из которой мы их почерпнули.

       Просто трудно поверить, что этот калейдоскоп сказаний, полных пластики, движения, колорита, а также человеческих образов из плоти и крови, мог возникнуть в столь отдаленном прошлом и просуществовать до наших дней. Содержание Библии так богато, как богата сама жизнь. Библия содержит также тщательно отобранные стихотворные сборники речей, произнесенных пророками (VIII — Ш вв. до н.э.) новеллистические сочинения, афоризмы, сборник разновременных культурных песнопений (“Псалмы Давида”), религиозно-философские и другие произведения разного времени (наиболее поздние — III в. до н.э.), в том числе интересную своей скептической философией, не уничтоженной официально-религиозной обработкой, книгу “Экклезиаст”.

       Структура Библии, состоящей из шестидесяти  шести книг, подчиняется определенному  принципу распределения текстов. Обобщенно, вся структура Библии, все её книги размещены в двух главных разделах: Ветхом Завете и Новом Завете.  

       Состав  и текст Ветхого завета не полностью  совпадают в иудаизме и в христианстве. Первые пять книг Ветхого завета составляют так называемое Пятикнижие Моисееве; церковно-синагогальная традиция приписывает их авторство мифическому Моисею, которому бог якобы открыл свой «закон» на горе Синай.

       За  ним следуют три с лишним десятка  других канонических книг. Они делятся  обычно богословами на две группы: исторические книги и писания. В иудаизме это деление нашло свое выражение в том, что весь Ветхий завет именуется Танах,— три согласные в этом слове означают Тора (Пятикнижие), Небиим («пророки») и Хсубим или Ксубим («писания»). В христианской литературе книги пророков включаются в рубрику «исторических». Если подойти более точно к классификации ветхозаветных книг, то группу «исторических» надо отделить от пророческих, ибо, действительно, в Ветхом завете имеется ряд книг, имеющих значительно большее историографическое значение, чем другие. Это книга Судей, четыре книги Царств, две клиги Паралипоменон, или Хроник, книги Ездры и Неемйи. Что касается пророков, то по традиции они делятся на больших и малых. К первым относятся Исаия, Иеремия, Иезекииль и Даниил, ко вторым причисляют двенадцать, называемых по именам Осни, Иоиля, Амоса, Авдия и др.

       Группа  писаний включает в себя чрезвычайно  разнородные по характеру произведения. Видимо, именно из-за того, что этой группе нельзя дать более точную общую  характеристику, к ним применено такое неопределенное название, как «писания». В эту группу входят и своего рода философские трактаты (Екклезиаст, Иов), и сборник молитвенных песнопений — псалтирь, и лирико-эротическая поэма, не имеющая никакого отношения к религии и к богу, — Песнь Песней. К этой группе ветхозаветных произведений может быть применено обозначение, которое у нас обычно звучит как «и прочие» или «и другие», то, что не вошло в общую рубрикацию.

       Не  следует думать, что указанные  выше группы библейских книг расположены  в церковных и синагогальных изданиях Библии именно в указанном выше порядке. Данная группировка — в известной мере логическая, расположение же библейских книг подчиняется церковному и синагогальному канону. При этом несколько по-разному выглядит этот порядок в христианской и иудейской Библиях. В первой, например, после книг Царств непосредственно следуют Хроники, или Паралипоменон, во второй они отнесены к самому концу Ветхого завета. На других местах в иудейской Библии находятся и Псалтирь, и книга Даниила, и ряд других. Впрочем, существенного значения этот порядок не имеет ни в том, ни в другом вариантах, ибо в основе его не лежит какой-нибудь выдержанный' хронологический или логический принцип.

       Как было выше сказано, православные и католические издания Библии содержат помимо тех книг, которые считаются каноническими, и неканонические: Товит, Юдифь, Варух, Премудрости Иисуса сына Сирахова и др. Иногда в литературе эти книги именуются апокрифическими, что является ошибкой. Протестантские, в том числе баптистские, богословы и историки христианства не делают различия между не- каноническими и апокрифическими книгами Ветхого завета — для них и те и другие представляют собой просто документы, не имеющие никакого отношения к христианской вере. Православные же и католическая церкви проводят здесь очень строгое различие: неканонические книги они публикуют в своих изданиях Библии, о публикации же в церковных изданиях таких апокрифических книг, как Вознесение Моисея, Енох, Юбилеи, Завещание двенадцати патриархов и т. д., не может быть и речи. Само слово апокриф означает «сокровенный», «тайный». В этом названии, видимо, отразилось то обстоятельство, что апокрифические книги были в свое время запрещены для чтения христианам, так что пользоваться ими можно было только втайне.

       С Новым заветом в этом отношении  дело обстоит проще. Он состоит из 27 канонических книг, расположенных  в принятом всеми церквами порядке: сначала идут четыре евангелия (от Матфея, Марка, Луки, Иоанна), затем следует  книга Деяний апостольских, 21 книга  Посланий апостольских, в том числе 14, приписываемых апостолу Павлу, и, наконец, Откровение Иоанна Богослова, или Апокалипсис. Неканонических новозаветных книг не существует, апокрифических же насчитывается несколько десятков. Раньше их было еще больше, но многие не сохранились до нашего времени; другие новозаветные апокрифы сохранились только частично. Книги Нового завета не расположены по хронологическому признаку, то есть по датам их появления.

       В целом Библия представляет собой  собрание разнородных по содержанию, по времени своего возникновения и по литературной форме отрывков, «книг», текстов. Тем не менее идеологи христианства и иудаизма отстаивают положение о единстве Библии, как якобы цельного произведения, проникнутого общими идеями. Почему, однако, церковь (а в отношении ветхозаветной части — и синагога) настаивает на тезисе о единстве Библии, явно и очевидно противоречащем истине? Только потому, что она ищет в ней некую вероисповедную платформу, которую можно представлять верующим в виде источника высшей истины, в виде опоры религии.

       Библия  была написана на нескольких языках. Первоначальный текст Ветхого завета был написан на древнееврейском языке (очень немногие фрагменты — на арамейском); первоначальный текст Нового завета — на древнегреческом. Есть, правда, мнение, что некоторые книги Нового завета, в частности Евангелие от Матфея, были первоначально написаны по-армейски и лишь потом переведены на греческий, но, во всяком случае, из этих гипотетических арамейских текстов до нас не дошла ни одна строчка.

       Ветхий  завет был очень рано переведен  на греческий язык. Этот текст именуется  переводом Семидесяти, или Септуагинтой, что по-латински означает семьдесят. Основание для такого наименования заключается в легенде о происхождении  этого перевода. Узнав, якобы, о существовании в Иудее «закона Моисея», египетский царь Птолемей Филадельф поручил своему придворному, еврею Аристею, организовать перевод этого «закона» на греческий. Тот отправил письмо иерусалимскому первосвященнику Елиазару с просьбой о присылке переводчиков. Прибыли 72 человека—по 6 от каждого из 12 колен израильских. Их поселили на острове Фарос, где каждый в течение 72 дней перевел в одиночку весь текст Пятикнижия; и хотя переводчики были друг от друга изолированы, все 72 текста оказались дословно совпадающими. Подложность «письма Аристея» неопровержимо доказана. На самом деле история Септуагинты — совсем другая.

       В последние столетия до нашей эры в г.Александрии существовала многочисленная колония евреев. Они забыли свой язык, и их языком стал греческий, так что древнееврейский текст Ветхого завета стал для них недоступен и возникла потребность в его греческом переводе. Постепенно один за другим появлялись поэтому переводы различных вехтозаветных книг, составившие Септуагинту. Вероятно, полностью перевод был закопчен лишь к началу нашей эры. Христианскими церквами Септуагинта считается столь же боговдохновенным документом, как и древнееврейский оригинал.

       В конце IV в. нашей эры Библию перевел  на латинский язык Иероним Блаженный. Этот перевод, получивший наименование Вульгаты («народный», «общедоступный»), постепенно завоевывал авторитет среди христианского духовенства и стал в конце концов официальным для римско-католической церкви текстом Библии, столь же «боговдохновенным», как и древнееврейский и Септуагинта. Это было подтверждено Тридентским собором католической церкви в XVI в., но в традиционный текст Иеронима при этом было внесено большое количество изменений и исправлений.

       Как католическая, так и православная церкви всячески тормозили дело перевода Библии на народные языки. Тем не менее в IX в. появился славянский текст, выполненный Кириллом и Мефоднем, а в дальнейшем и ряд других. Дело перевода Библии на народные языки было широко поставлено протестантскими церквами. В XIX в. все христианские церкви развернули издание Библии на разных языках, был осуществлен и русский перевод, имеющий хождение до сих пор. В настоящее время Библия переведена практически на все языки мира.

       Христианство  и его идеологи упорно держатся за Библию как за высшую духовную ценность, они не перестают восхвалять ее как «книгу книг», как эталон мудрости, красоты и благородства. И когда не хватает фактов и доказательств для такой оценки, богословы и богословствующие философы нанизывают одну за другой «возвышенные» фразы, почти не имеющие реального смысла, но звучащие таинственно и благородно. Вот, например, что писал в свое время не безызвестный православный богослов протоиерей  С.Булгаков: «Библия вообще есть целый мир, она есть таинственный организм, жить в котором нам удается только частично. Неисчерпаемость Библии коренится для нас одновременно и в божественном ее содержании, и в этой ее пестроте и многообразии, и, наконец, в нашем собственном, исторически изменяющемся, состоянии ограниченности. Библия — это вечное созвездие светил, горящее над нами в небесах, в то время как мы движемся в мире житейском, созерцая их все в неизменности, но и в новом положении для нас».  
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

       2. ПРЕДСТАВЛЕНИЕ О БОГЕ, ЧЕЛОВЕКЕ И ОБЩЕСТВЕ В ВЕТХОМ ЗАВЕТЕ 

       Одна из важнейших тем в Ветхом Завете – место Бога в мире, его соотношение с человеком, его роль в регулировании жизни людей, их поведения, судьбы. Историки религии признают, что в начале II тысячелетия до н.э. евреи были политеистами. Видимо, Яхве был богом одной из этнических общностей и позже стал выходить на первое место как покровитель древнеизраильского союза племен. Основная идея Ветхого Завета - подчинение всей истории и законов мира одному Господу Богу, Яхве. Все иные многочисленные боги признавались заблуждениями людей. Лишь единый Бог управляет миром – вселенной и земным человечеством, осуществляет высший суд и высшую власть.

       По  крайней мере, с конца XIX – начала ХХ вв. многие историки полагают, что  на идеи монотеизма Моисея, отраженные в Ветхом Завете могли повлиять идеи древнеегипетского фараона Аменхотепа IV (1375-1358 гг. до н.э.). Фараон провозгласил культ единственного бога Атона, его именем была названа столица царства. Сам фараон принял имя Эхнатон (угодный Атону). Однако после смерти Эхнатона вновь главным божеством стал Амон-Ра. Допустимо, что в этот период Моисей находился в Египте, а его идеи оказались созвучны идеям реформы Аменхотепа IV.

       В представлении ветхозаветных пророков Господь творит и пересоздает  мир (космос). Он обладает истинным суверенитетом  во всех отношениях, независим от людей и народов, хотя может и учесть их желания, действия. Бог знает и определяет законы мира, его путь. Он – праведный, справедливый и высший судья над отдельными людьми, народами  и над вселенной.

       Истину  и путь человечества Бог реализует как непосредственно, так и через природные и социальные явления, избранных доверенных лиц, ведущих за собой людей, через избранные народы, которым в Ветхом Завете признается еврейский народ. Путь человечества, народов населяющих землю, их правителей и наставников весьма сложен, вписывается в ритмы социально-политической жизни, идет через приближение к Богу и временное отдаление от него в случае отступления людей и их правителей от истин, открываемых Богом людям. Путь человечества по указанному ему свыше направлению – путь не лишенный индивидуальных и общественных трагедий и потерь, путь приближения к истине, вечному благу, к Богу.

       Перед читателем Ветхого Завета в мифологической форме проходят века за веками древней  истории еврейского народа с описанием  жизни ряда пророков и их пророчеств, правления великих и менее выдающихся правителей древнего Израиля. Войны, победы и поражения, бедствия народа и его торжество – все выступает как события, нанизанные на одну нить – на волю Бога, на соответствие или несоответствие указанному им пути движения и основ жизни отдельных людей, общества и их правителей.

       Бог бесконечен и всемогущ, с ним несопоставим конечный человек (в том числе  правители, обладающие предельной внешней  властью над людьми) и народы земли, иные смертные существа. В книге пророка Исаии говорится, что все народы пред Богом – ничто, “менее ничтожества и пустоты считаются у него” (Исаия 40:17), что “Он обращает князей в ничто, делает чем-то пустым судей земли” (Исаия 40:23). Господь Бог “умножает народы и истребляет их; рассеивает народы и собирает их” (Иов 12:23). Бог, согласно Ветхому Завету, произносит слова: “Я создал землю и сотворил на ней человека: Я – Мои руки распростерли небеса, и всему воинству их дал закон Я” (Исаия 45:12).

       Взаимоотношения между Богом и человеком, по Ветхому Завету, - очень сложные, они регулируются специальными договорами, «заветами», которые Бог заключает с теми или иными группами людей. Через весь Ветхий Завет проходит одна линия: как заключаются договоры между Богом и людьми и как они выполняются обеими договаривающимися сторонами.

       В Ветхом Завете запрещая, созданному Богом человеку в раю есть плоды от дерева познания добра и зла, Господь Бог заметил: “ибо в день, в который ты вкусишь от него, смертью умрешь” (Быт 2:17). После этого Бог создал ему жену, которую, согласно легенде, хитрый змей уговорил съесть плоды от запретного дерева. При этом, змей убедил ее, что они не умрут и сообщил, что в день, в который они попробуют запретные плоды, откроются их глаза и будут они как боги, знающие добро и зло. Для того чтобы этого не случилось, ослушавшиеся Бога Адам и Ева были изгнаны из рая, а у сада Едемского был поставлен херувим (сверхъестественное крылатое существо, служащее Богу) и “пламенный меч обращающийся”, чтобы охранять путь к дереву жизни.

       Из  этого следует два вывода: во-первых, истина, абсолютное знание, в том  числе и основ жизни, критериев  ее оценки, ключи к бессмертию –  не даны человеку изначально, не являются чертами человеческой природы. Это  – сфера божественного мира, свойства и способности Бога. Во-вторых, человек почти сразу выходит за рамки, определенные ему Богом и, по крайней мере, потенциально становится на путь приближения к Богу. Дерево знаний и дерево жизни, отделяющие его от божественного мира, оказываются для него достижимыми. Тем не менее, Бог стремится не допустить, по крайней мере, до времени соприкосновение человека с некими тайными знаниями, возможно уберегая его от их последствий.

       Кажущаяся жесткость Господа – это жесткость  любящего Отца. Что делают отец и мать, когда видят, что их сын связывается с дурной компанией и может стать преступником, наркоманом? Отсекают всякое общение: бьют ребенка, изолируют его, переезжают в другой город, уходят в пустыню… Подобное было и в Ветхом Завете, было и страшнее. Когда иудее завоевывали землю обетованную, т.е. обещанную Богом, появилась угроза, что они мгновенно развратятся вместе с жившими там язычниками. В те грубые и страшные века приходилось истреблять этих язычников для того, чтобы вот та единственная пуповина, соединявшая человечество и Бога, все же не прервалась. Иначе бы иудее развратились полностью.

       Один  из святых отцов говорит, что Господь  не зря выбрал один из самых жестких, самых непокорных народов, чтобы  именно через него провести все человечество к принятию Спасителя, и тем дать пример всем другим народам. Поэтому мы, читая Библию, видим и весь ход человеческой истории – не только Ветхозаветной, но и Новозаветной. Эта книга является для нас примером и вечным источником исторических и духовных аналогий для того, чтобы познать, как надо быть верным Богу, как надо отсекать всякий грех неверности  и сомнений. 

       Также мы видим в Ветхом Завете не только жестокость Бога, но кроме того, надо подчеркнуть мысль, выраженную в Ветхом Завете очень отчетливо, хотя несколько обще и без оттенков: Господь справедлив, Он не равнодушен ко злу. Это представление о «нравственном» Боге составляют основу всякой правильной идеи о Боге, а потому и всякого верного религиозного чувства.

       Идеи  человеческой и божественной справедливости рассматриваются как соотносимые, взаимно проникнутые и координируемые обратной связью, но в то же время жестко определяемые божественным началом, для которого далеко не всегда действуют те же координаты, критерии, что и для человеческой нравственности, человеческого сознания. Бог обсуждает с избранными им людьми различные проблемы, отвечая на их вопросы, соглашаясь или не соглашаясь с доводами, в некоторых случаях, уточняя или даже меняя свое решение, но в целом – последовательно проводя свои основные идеи, используя для этого широкий арсенал средств. Порой Бог проверяет, имеющуюся у него информацию, как, например, с городами Содомом и Гоморрой, которые, согласно легенде, Бог сжег серой и огнем, “пролитыми” с неба “за беззакония” городов (Быт 19:24). Накануне уничтожения городов, желая заступиться за них, Авраам обратил внимание Бога на то, что в них могут быть и хорошие люди, - неужели и они будут погублены? Бог пообещал не губить город Содом, если в нем найдется хотя бы десять праведников. Однако после посещения ангелами Содома, он был сожжен за исключением Лота, его жены и двух дочерей.

       Человек должен быть справедливым, бояться  Бога и соблюдать законы, в основе которых лежит воля Бога. Понятие  справедливости в Ветхом Завете многогранно. Суть справедливость – в следовании божественным законам, указаниям Бога, который есть воплощение справедливости и высшего разума. “Соблюдайте все уставы Мои и все законы Мои и исполняйте их…” (Лев 19:37), “Исполняйте постановления Мои, и храните законы Мои, и исполняйте их, и будете жить спокойно на земле” (Лев 25:18). Соблюдение законов Бога понимается как основное средство правильного упорядочения общественных отношений и конструирования всех элементов системы нормативного регулирования отношений между людьми.

       Человеку  предписывается руководствоваться  указанной ему справедливостью, истиной, не опускаться до несправедливости и лжи ссылаясь на других, даже учитывая их действия по отношению к нему. “Не говори: “как он поступил со мною, так и я поступлю с ним, воздам человеку по делам его” (Притч 24:29). В другом месте о том же говорится: “Если голоден враг твой, накорми его хлебом; и если он жаждет, напой его водою, Ибо, делая сие, ты собираешь горящие угли на голову его, и Господь воздаст тебе” (Притч 25:21-22). И это вряд ли было всепрощением, а скорее верой в то, что Бог сам разберется и накажет виновного. Для человека же важнее не наказать кого-то, не навредить ему, а сохранить собственную душу и иного пути к этому как повседневное следование любви, справедливости и милосердия нет.

       Также бесконечно часто в Ветхом Завете говорится о милосердии Божьем. Будучи совсем не равнодушным ко злу, Бог, тем  не менее, умеет прощать, притом с  тем  большим великодушием, что Ему, с Его бесконечным всемогуществом совершенно нечего опасаться со стороны грешников. Больше того, человеческая слабость является поводом к беспредельному состраданию.

       В Ветхом Завете трагически преломляется напряженность в отношениях между  Богом и человечеством. Бог призывает  человека так, как будто нуждается в нем, требует его сотрудничества «в осуществлении великих планов» и ждет от него ответа. Человек не отвечает, восстает или отклоняется о правого пути; вместо великих и прекрасных дел творит безобразные или ничтожные. И тогда его постигает кара.    

         В руках Бога, согласно Ветхому Завету, находятся все средства наказания, – как силы неба, природы, так и силы общества, отдельных людей. Одним из таких видов наказания отдельных людей, правителей и целых народов выступает внешнее завоевание, а окружающие древний Израиль государства в одних случаях, как и армия самого Израиля в отношении этих стран, их городов в других случаях, – средством наказания, средством исполнения божественной воли. Гибель и разорение людей и государств в результате природных катастроф и военных поражений оказываются следствием наказания народа и его правителей божеством. 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

       3. ОСОБЕННОСТИ НОВОЗАВЕТНОЙ МОРАЛИ 

       Моральная жизнь присуща всем людям - по самой  их природе; можно сказать, что моральная  сфера как бы "вписана" в дух человеческий. Человек всегда живет в моральном плане; даже те, кто попирает все правила морали или отвергает в своем сознании всякую мораль, не может устранить из своей души моральные оценки. По слову Ап. Павла, "дело закона написано в сердцах язычников, о чем свидетельствует их совесть". Всеобщность моральных движений не означает, конечно, одинаковости их у всех людей: моральные суждения людей крайне разнообразны; они могут быть низменными и высокими, злыми и добрыми, эгоистичными и великодушными. Но человек, по самой природе своей, живет в моральном плане.

       Господь Иисус Христос освободил моральное  сознание Израиля и от  национализма и от  формализма.

       Христианская  мораль имеет не национальный, а  универсальный характер, она обращена ко всем людям, ко всем народам, так как все люди, все народы созданы Богом, который для всех людей и для всех народов есть наш Отец небесный. Из этого богосыновства всех людей вытекает братство всех людей; служение людям есть в то же время служение Христу. Это делает новозаветную мораль христоцентричной - она неотделима от нашего служения Христу.

       Но  новозаветная мораль препобеждает и  формализм, который так глубоко  извращал ветхозаветных людей: "Не человек для субботы, а суббота  для человека", учил Господь (Марк. гл. 2, ст. 27). Следование закону не должно отстранять заповеди любви, - и Господь не раз исцелял больных именно в субботу, чтобы этим показать фарисеям неправду их законничества. Основной принцип новозаветной морали выражен с предельной ясностью самим Господом: "Ищите прежде Царствия Божия и правды его" (Матф. гл. 6, ст. 33).

       Это искание Царства Божия имеет  однако ценность лишь в том случае, если оно определяется не внешними мотивами (например боязнью наказания за неправду), а вытекает из глубины нашего существа, является свободным движением духа. Мы должны понять, что христианская мораль глубочайше связана именно со свободой духа, и только то и ценно с христианской точки зрения, что определяется свободным устремлением к Богу. Бог ждет от нас именно свободного обращения к Нему; с другой стороны, и сам дар свободы раскрывается впервые лишь в стремлении к Богу. Как естественное свойство нашего духа, дар свободы носит на себе печать первородного греха - вот отчего по естеству свобода наша часто влечет нас ко злу, - но этим извращается тайна свободы, как творческой силы. Только со Христом и во Христе свобода становится творческой, так как она восполняется благодатью. В этом и состоит, по христианскому воззрению, "тайна" свободы - она должна восполняться благодатью Божией; лишь вместе с Богом мы овладеваем даром свободы, а без благодатной помощи Божией наша свобода неустойчива, двусмысленна и хаотична. Сам Господь указал нам условия истинной свободы в нас: "познайте истину, сказал Господь (Иоанн гл. 8, ст. 32), и истина сделает вас свободными", - и это значит, что подлинно свободны мы только тогда, когда пребываем в истине. Еще яснее иные слова Господа: "если Сын вас освободит, истинно свободны будете", - т.е. мы овладеваем даром свободы, только соединяясь со Христом. Свобода должна стать "христоцентрической", т.е. быть связанной со Христом, чтобы быть истинной свободой. У Ап. Павла мы находим много указаний на это (особенно в послании к Галатам). "Стойте в свободе, которую даровал нам Христос... К свободе призваны вы, братья" (Галат. гл. 5, ст. 1, 1.3). Отсюда понятны слова Ап. Павла: "во Христе мы не под законом, а под благодатью" (Римл. гл. 6, ст. 14). Но тот же Ап. Павел предостерегает нас: "все мне позволительно, но не все полезно; все мне позволительно, но ничто не должно обладать мной" (1 Коринф, гл. 6, ст. 12).