Международные отношения в Южной Азии

             Содержание     

1. Введение.
2. Международные отношения в Южной Азии.
3. Заключение.

Список литературы.      
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

                                            1.Введение.

           В условиях интенсификации процессов глобализации и интернационализации системы международных отношений, характерных для современной эпохи, проблема обеспечения безопасности приобретает центральное значение для всего мирного сообщества.

          Новые угрозы безопасности, такие как терроризм, трансграничная преступность, экологические катастрофы и т.д. становятся всеобщими и способствуют усилению взаимосвязи между различными уровнями безопасности – национальным, региональным и глобальным.

          На региональном уровне возникают геополитические центры силы ,которые становятся не только «локомотивами роста» отдельных регионов, но и начинают играть ключевую роль в процессе обеспечения региональной безопасности, увязывая её с решением проблем своей национальной безопасности. В Южной Азии такой «региональной сверхдержавой» является Индия.

          Положение Индии как естественного лидера среди государств южно-азиатского субконтинента по ряду географических, демографических и экономических показателей, закрепляется её активной региональной политикой. Позиция Индии в вопросах обеспечения политической стабильности В Южной Азии имеет принципиальное значение для всего комплекса региональной безопасности.

          По мере увеличения значимости южно-азиатского региона в общемировых процессах возрастает и потенциальная угроза мировой системе безопасности в случае нарушения региональной стабильности, что возможно в следствии сохранения на южно-азиатском субконтиненте ряда конфликтов, являющихся наследием как колониального этапа его исторического развития, так и более близкого по времени периода холодной войны. 

          Нарушение стабильности в Южной Азии может затронуть и интересы России, тем более что Индия традиционно имеет тесные экономические и политические связи с нашей страной.

          Намечающиеся контуры взаимодействия России и Индии в сфере энергетической безопасности – тема, чрезвычайно актуальная как с точки зрения извлечения экономической выгоды, так и с позиции усиления влияния России в странах прикаспийского региона и существенного потенциала, появляющегося в этой связи для решения проблем региональной безопасности в Центральной и Южной Азии.

          Со второй половины 80-х годов ХХ века Южная Азия, и прежде всего, Индия как признанный лидер региона, оказались в фокусе международного внимания в связи с бурным развитием индийской экономики. Рост экономического потенциала региона сопровождался углублением процесса его милитаризации. Военные расходы здесь постоянно растут, и в настоящее время по этому показателю Южная Азия уступает только региону Ближнего Востока и Северной Африки. Причем львиная доля – более 90% общих расходов на военные нужды приходится на Индию и Пакистан. Проблема милитаризации Южной Азии не может не волновать мировое сообщество. Наращивание военного потенциала способствует не только увеличению конфликтности в регионе, но и таит в себе реальную угрозу региональной и международной безопасности  и в свете перехода Индией и Пакистаном ядерного рубежа.

          Ядерный аспект проблемы обеспечения региональной безопасности в Южной Азии приобрел особую актуальность в свете проведенных Индией и Пакистаном ядерных испытаний.

         Очевидно, что рост экономического и военного потенциала соответствует интересам национальной безопасности Индии. Однако в региональном контексте это может привести к нарушению геополитического равновесия в Южной Азии, что будет иметь катастрофические последствия для всей системы региональной безопасности. В этой связи имеет особую актуальность проблема корреляции интересов национальной безопасности Индии и более широкого комплекса составляющих региональной безопасности. 
 

                    2.Международные отношения в Южной Азии.  

          Основную роль в системе международных  отношений в Южной Азии играют  индийско-пакистанские отношения  – и из-за наибольшего политического,  экономического и военного веса  двух стран, и из-за их практически  постоянного противостояния. В них  в сконцентрированном виде проявляется  влияние практически всех негативных факторов. Наличие разных национальных интересов, политических систем и политических культур, религиозная гетерогенность дополняются геостратегическим фактором. Пакистан находится на стыке с мусульманским регионом, благодаря связям с которым может получать дополнительные экономические и военные возможности усиления своих позиций в противостоянии с Индией.

         Крайне сложно совместить два  диаметрально разных подхода  Индии и Пакистана к развитию  межгосударственных отношений в регионе. Пакистан категорически отказывается от признания своего подчиненного Индии положения и от прекращения военно-политических контактов с внешними силами, а для Дели абсолютно неприемлемо участие этих сил в региональной системе безопасности.

          Внешне самое острое противоречие между двумя странами связано с вопросом о принадлежности Кашмира. Особенность конфликта состоит в том, что с одной стороны, он зачастую служит причиной нестабильности отношений, а с другой, динамика его развития отражает общий ход индийско-пакистанского взаимодействия.

         Так, именно из-за  Кашмира вспыхнули индийско-пакистанские войны 1947-48 гг., и 1965 г., мини-война 1999 гг. и сложилась кризисная ситуация в 2001-2002 гг. Боевые действия в этом спорном районе велись также в период войны 1971 г. Многократные попытки договориться по вопросам принадлежности Кашмира, его статуса, взаимоотношений Дели и Исламабада с подконтрольными им частями бывшего княжества и другим вновь возникающим проблемам не увенчались практическим успехом ни на двустороннем, ни на международном уровнях.    

         Имевшие место до сих пор неоднократные попытки нормализации отношений между Пакистаном и Индией и, соответственно, ослабление напряженности вокруг Кашмира лишь на время приводили к желаемым результатам. Оттепель всякий раз сменялась похолоданием и очередным обострением ситуации. Пока еще преждевременно говорить о том, какая судьба постигнет нынешнюю разрядку, равно как и об окончательном решении наболевшей кашмирской проблемы.

        Особенность кашмирского конфликта заключается и в том, что он географически входит в зону нестабильности, зону столкновения цивилизаций, порождающую перманентные конфликты. В связи с этим, исследование факторов конфликтогенности в данном регионе приобретает особое значение.

         Кашмирская проблема напрямую влияет на безопасность и стабильность всего Южноазиатского региона. Постоянное состояние напряженности, взаимного недоверия и подозрительности двух ключевых государств Южной Азии создают почву для возникновения нового вооруженного конфликта на субконтиненте.

          Особенно негативно на двусторонние отношения влияет культурно-цивилизационный фактор. При определенной степени культурно-цивилизационной близости в Индии и Пакистане господствуют различные религии – индуизм и ислам. При наличии глобальной тенденции к усилению религиозного ревайвализма противоречия между Индией и Пакистаном могут лишь углубляться. 

         Близость социальных структур, уровней и моделей экономического развития способна позитивно воздействовать на двусторонние отношения, сначала на экономическую подсистему, а затем на политическую. В последние десятилетия заметно укрепились позиции крупной торгово-промышленной буржуазии Пакистана, наиболее заинтересованной в плодотворном экономическом сотрудничестве с Индией (естественно, в условиях некоторого протекционизма, направленного против более мощного индийского капитала). Однако пока этот процесс сдерживается крайне напряжёнными политическими отношениями.

         Общность истории не играет в индийско-пакистанских отношениях такой позитивной роли, как во взаимоотношениях Индии с другими странами Южной Азии. Раздел Индии в 1947 г. по религиозному принципу (к Пакистану отошли территории, населенные преимущественно мусульманами, а к Индии – индуистами) сопровождался исключительно кровопролитным переселением миллионов индусов в Индию и мусульман в Пакистан. Чисто психологически в общественном сознании населения двух стран соседнее государство ассоциируется не с существованием единой цивилизации на Индостане и совместной борьбой с колониальными властями, а с событиями, происходившими во второй половине ХХ в. При этом в Пакистане Дели воспринимается как центр, откуда постоянно управляли пакистанскими территориями, а для Индии Пакистан – это территория, через которую на протяжении всего тысячелетия осуществлялись бесчисленные набеги и завоевания (тюркские завоеватели-мусульмане в XI-XIV вв., мусульманские захватчики из Средней Азии и Афганистана и т.д.). Первое же столкновение между индуистами и мусульманами произошло еще в 712г. в Синде.

         Индийские власти постоянно обвиняют  Пакистан в заброске диверсантов  в индийский Кашмир и в обучении  кашмирских террористов на своей  территории (в штате происходят  постоянные вооруженные столкновения  между исламскими экстремистами  и индийской армией и полицией), утверждая, что Пакистан ведет  необъявленную войну против Индии.  В свою очередь, пакистанское  руководство заявляет о «геноциде» мусульман в Кашмире. Несколько раз страны оказывались на грани новой войны.

          В обеих странах выражают крайнее беспокойство по поводу милитаризации, осуществляемой противоположной стороной. В процентном отношении Пакистан тратит на оборону существенно больше (более 6% ВВП в 1996 г.), чем Индия (чуть более 2%). Но в абсолютных цифрах последняя имеет, естественно, преимущество по всем основным компонентам[2] : по численности вооруженных сил она превосходит Пакистан более чем в 2,5 раза, по самолетам - более чем в 2 раза, по танкам - в 1,7 раза, по артиллерии - в 1,6 раза. При этом качество военной техники, находящейся на вооружении индийских ВС, значительно выше, чем у Пакистана (хотя и в Индии много устаревшей техники: самолеты МИГ-21, например, были боевой новинкой почти четыре десятилетия назад); явное превосходство заметно и в мобильности, материально-техническом обеспечении, уровне управления войсками. Правда, в 90-е годы Пакистан начал существенно модернизировать свою армию. Только за последние пять лет ВВС страны получили более 120 новых самолетов. Однако потенциал Индии несравненно выше. По упоминавшемуся прогнозу специалистов «Рэнд корпорейшн», к 2015 г. военный капитал Индии будет почти равен этому показателю у Китая, в 3 раза превзойдет японский показатель и уступит американскому только в 2,5 раза.

          Напряженные отношения с Пакистаном заставляют Индию держать около 2/3 сухопутных сил на границе с противником. Даже в разгар афганского кризиса Пакистан дислоцировал на севере лишь 60 тыс. военнослужащих, а около 4/5 вооруженных сил (18 из 22 дивизий) находились на границе с Индией (следует, правда, учитывать, что основные центры Пакистана сконцентрированы вдоль границ с Индией).  

          В ноябре 1991 г. Россия впервые поддержала в ООН предложение Пакистана об объявлении Южной Азии безъядерной зоной (интересно отметить, что, например, Франция и Япония при голосовании воздержались). Эта позиция была отражена и в совместном российско-пакистанском сообщении по итогам визита А. В. Козырева, являвшегося в то время министром иностранных дел. Россия также согласилась с пакистанским предложением о проведении международной конференции в составе США, России, Китая, Индии и Пакистана по вопросам, связанным с ядерными программами в Южной Азии.

          Долгое время лидеры двух стран категорически отвергали наличие у них ядерного оружия. Именно это обстоятельство позволило Пакистану назвать «абсурдным» индийское предложение от 1995 г. о неприменении первыми ядерного оружия, предусматривавшее отказ от нанесения ударов по крупным населенным пунктам и важнейшим промышленным целям.

          Испытание трех ядерных устройств в Индии(на индийском полигоне Покхаран)11 мая 1998 г. (а затем еще двух - 13 мая) привлекло внимание всей мировой общественности к Южной Азии. Известие об испытаниях было встречено в Индии с ликованием, тогда как народы и страны всего мира высказали свою глубокую озабоченность. Она еще более усилилась, когда испытания ядерных устройств осуществил Пакистан. 26 мая Пакистан(на полигоне Чагаи) взорвал пять ядерных устройств, а 30 мая - еще одно.

          Индийские правящие круги неизменно связывают постоянное членство в СБ ООН (стратегическая цель внешней политики Индии - превращение страны в глобальную державу - была определена еще полвека назад) с обладанием ядерным оружием и средствами его доставки. Это обстоятельство, наряду с опасениями по поводу ядерной политики Китая и ядерной программы Пакистана, и было основным фактором, повлекшим за собой испытание Индией ядерных устройств. Республика сейчас согласна идти почти на любые уступки по данной проблеме, если ее ядерный статус будет официально признан. Для Пакистана же особенно важно наличие паритета с Индией. Обращает на себя внимание, что Пакистан испытал такое же количество зарядов, как Индия (включая взрыв в 1974 г.), с таким же интервалом (два дня) и примерно той же мощности.

         Позицию южноазиатских стран трудно назвать конструктивной. Даже само стремление к обладанию ядерным оружием имеет чрезвычайно серьезные последствия: это не только угроза региональной безопасности, но и разжигание ядерных амбиций других «пороговых» стран, что создает опасность подрыва системы глобальной безопасности.

          Уступая Индии практически по всем показателям, Пакистан всегда стремился к привлечению внешних сил для создания противовеса Индии. Основная ставка была на США, КНР, исламские государства и другие страны Южной Азии. В соответствии с региональной и глобальной обстановкой Пакистан делал главный упор на развитие отношений с теми или иными государствами, при этом одновременно старался сохранить добрые отношения и с другими. Так, некоторое охлаждение отношений с США в конце 70-х годов привело к резкой активизации мусульманского фактора в пакистанской внешней политике. В конце 80-х годов нежелание США и КНР оказывать Пакистану содействие в его противостоянии с Индией было одним из фактором, содействовавших усилению крена Пакистана в сторону исламского мира.

          Внешние факторы всегда существенно воздействовали на систему взаимоотношений в Южной Азии. Державы глобального уровня никогда не были источником напряженности в регионе, но они оказывали ключевое влияние на характер и направленность развития внутрирегиональных отношений.

          Прекращение холодной войны в целом позитивно сказалось на позициях Индии в регионе. В приоритетах внешней политики США она стала занимать значительное место, тогда как Пакистан - относительно меньшее, а Бангладеш и малые страны Южной Азии находятся на периферии американских интересов. Соединенные Штаты рассчитывали на сотрудничество с Пакистаном не в глобальных, а в региональных целях, причем за пределами Южной Азии - в зоне Персидского залива и на Среднем Востоке. Фактический отказ США от военного сотрудничества с Бангладеш и малыми странами объективно приводил к снижению их значимости для американской политики.

          В начале 90-х годов произошло дальнейшее падение значения Пакистана для Соединенных Штатов, при этом проблемы ядерной программы в Пакистане и существования в нем авторитарного режима, которые ранее затушевывались, теперь стали основными в двусторонних отношениях. Политический курс США в Южной Азии всегда определялся ситуацией на глобальном уровне межгосударственных отношений, и перемены в ней вели к изменению политики Соединенных Штатов в регионе.

          Для Индии особо значимым является то обстоятельство, что уже в конце 80-х годов Соединенные Штаты и Китай фактически признали ее доминирование в Южной Азии и ее стабилизирующую роль в региональной системе. В перспективе значение Индии для США может возрастать по мере экономического развития страны и дальнейшего укрепления ее влияния в Азии.

           Всемерное расширение экономических связей с Севером стало одним из главных направлений индийской внешней политики с начала 90-х годов. Политика либерализации, проводимая в Индии, выразилась, в частности, в уступках иностранному капиталу в сфере финансов и страхования, создании совместных предприятий и открытии чисто иностранных фирм, конвертации рупии. Вместе с тем в этой области остаются значительные ограничения. Представители либеральной школы и развитые страны призывают Индию ускорить либерализацию, усилить приватизацию (например, ввести частное страхование), уменьшить государственные расходы. США требуют от Республики изменить патентное законодательство, а ЕЭС - снять барьеры против ввоза некоторых потребительских товаров и разрешить ввоз сельскохозяйственной продукции. Однако индийские власти считают, что в настоящий момент индийская экономика не может стать полностью открытой. Доля Индии в мировой торговле составляет всего 0,6%. В 90-е годы индийские власти пытались стимулировать рост экспорта, но в целом роль внешней торговли, как и внешних капиталовложений, осталась для Республики весьма незначительной.

           Однако слабо интегрированная в мировую экономику, полузакрытая и непривлекательная для иностранных инвесторов, Индия показывает высокие и довольно стабильные темпы экономического роста. Огромный внутренний рынок, появление весьма значительного сектора населения, потребляющего по европейскому стандарту, позволяют Республике добиваться немалых успехов без полной интеграции в мировое хозяйство. При почти миллиардном населении, далеко не полностью освоенных внутренних ресурсах и большой доле незанятого населения имеются существенные возможности расширения внутреннего рынка, и лишь какие-то экстремальные обстоятельства могут привести к длительному замедлению роста индийской экономики.

           Продолжение независимого внешнеполитического курса по-прежнему считается в Индии крайне важным фактором для повышения ее статуса. Больше внимания стало уделяться развитию отношений со странами Европейского союза и Японией (правда, участие ряда европейских стран в агрессии против Югославии в 1999 г. вызвало сомнения в Индии по поводу реальной независимости Западной Европы).

           Мало изменений произошло в двусторонних отношениях с Россией, которые к середине 90-х годов в целом вернулись на прежней уровень.

           Особые опасения в Индии вызывают перспективы формирования однополярного мира. Республика начала прорабатывать возможности сближения с Китаем, Японией, Европейским союзом, странами Юго-Восточной Азии, в частности, в целях противостояния этой глобальной тенденции. 

           В настоящее время продолжается процесс улучшения двусторонних индийско-американских отношений (осложненный, правда, ядерной политикой Индии), хотя на глобальном уровне происходит рост (пока скрытый) противоречий между двумя странами.

           На рубеже последнего десятилетия XX в. Индия взяла курс на нормализацию отношений с Китаем. В 90-е годы Китай проводит курс на постепенное выравнивание отношений с Индией и Пакистаном. Но Индия по-прежнему расценивает Китай в качестве союзника Пакистана, а в долгосрочном плане - как основного стратегического противника в Азии. Пока существуют многие ограничители всестороннего развития отношений Индии с Китаем. Нет существенного продвижения вперед в индийско-китайских переговорах по территориальной проблеме. Крайнее беспокойство в Индии вызывают продолжающееся китайско-пакистанское военное сотрудничество, совершенствование ядерного оружия в Китае, развитие военной инфраструктуры в зоне Индийского океана.

           Вместе с тем рост исламского фундаментализма будет подталкивать эти страны к сближению (их правительства начали открыто обсуждать вопрос о возможностях установления исламских фундаменталистских режимов в Центральной Азии еще в конце 80-х - начале 90-х годов). «Мусульманская дуга» тянется от северо-запада Африки до юго-востока Азии. Южная Азия может превратиться в один из центральных районов противостояния исламских фундаменталистов с мировым сообществом. Индию (с ее 100-миллионным мусульманским населением) и Китай (с мусульманским населением в Синьцзяне) будут объединять сходные проблемы и задачи.

            Явно объединяет две страны и то, что для каждой из них неприемлема перспектива формирования однополярного мира. Можно ожидать упрочения их связей в случае попыток навязывания (особенно силового) такого строения мировой системы. Именно эта тенденция обозначилась в отношениях двух азиатских гигантов после военной операции НАТО против Югославии.

            В целом, однако, наиболее вероятным на ближайшее десятилетие представляется сохранение статус-кво в индийско-китайских отношениях: постепенное развитие связей и продолжение их «вяло текущей» нормализации.

            Поступательное развитие парламентской демократии в Индии, ее стремление к стабилизации обстановки в регионе, поддержка ею буржуазно-демократических движений в соседних странах, с одной стороны, и попытки добиться эволюционной демократизации режимов в странах-соседях - с другой, отвечают современным внешнеполитическим интересам держав глобального уровня. Усилия Индии по развитию собственного экономического потенциала, по преодолению отсталости стран региона, ее подход к созданию модели всеобщей экономической безопасности заслуживают поддержки. 

                                        3. Заключение. 

            Возрастание геополитического и  экономического значения Южной  Азии в системе современных  международных отношений, с одной  стороны, и тесная взаимосвязь  между интересами региональной  безопасности Южной Азии и  национальными интересами Индии,  с другой, определяют актуальность  данного исследования, предметом  которого является политика Индии  в сфере обеспечения национальной  и региональной безопасности.

           Проблема продовольственной безопасности на южно-азиатском субконтиненте также трудно совместима с «региональной» направленностью исследования, так как ее более целесообразно рассматривать в рамках национальных систем безопасности. Анализ составляющих экологической безопасности, напротив, подразумевает более широкий глобальных подход (если, конечно, речь не идет об экологической безопасности конкретного промышленного объекта или населенного пункта). Проблема демографической безопасности, хотя и является очень актуальной в масштабах всей Южной Азии, но в то же время, ее главный аспект - миграция населения - связан, главным образом, с неурегулированностью конфликтов в военно-политической сфере - межэтнических и межконфессиональных противоречий, которые подробно рассмотрены в данной работе.

           Период с начала 90-х гг. ХХ в. До настоящего времени характерезуется кризисом биполярной системы международных отношений, что привело к образованию своеобразного вакуума в сфере обеспечения региональной безопасности во всем мире и отразилось на региональном балансе сил в Южной Азии. Укрепление в рассматриваемый период экономического потенциала Индии вкупе с ростом её националистических амбиций определяют наступательный стиль региональной политики этой страны, стремящейся в создавшейся геополитической обстановке расширить своё влияние в масштабах южно-азиатского субконтинента.

           За последние 10-15 лет Южная Азия в целом и Индия, в часности, стали объектом пристального внимания исследователей в различных странах, как один из перспективных с точки зрения экономического развития и политического влияния регионов планеты. Особый интерес вызывают геополитическая конфигурация этого региона и факторы, влияющие на её формирование, главным из которых является позиция Индии в вопросах обеспечения региональной и глобальной безопасности. 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

                                      Список литературы. 

1. Лебедева  Н.Б.Международные отношения в  зоне Индийского океана. М,2001
2. Лунев С.И. Ведущие позиции Индии в системе международных отношений в Южной Азии, и её противоборство с Пакистаном. Роль ключевых стран в международных отношениях в 1990-е годы. – М., 1995
3. Лунев С.И. Вызовы безопасности южных границ России. М., 1999
4. Москаленко В.Н. Ядерное оружие – конфликт интересов  «Южная Азия: конфликты и геополитика», М., 1999
5. Юрлов Ф.Н. «Россия и Индия в меняющемся мире», М.,2007.