Голландская болезнь и макроэкономическая нестабильность

Оглавление

Введение 4

ГЛАВА 1. Сущность проблемы «Голландской болезни» 6

1.1. Симптомы и последствия  «Голландской болезни» 6

1.2. «Голландская болезнь» в России 10

ГЛАВА 2. Причины  макроэкономической нестабильности и  методы решения проблемы. 13

2.1. Отрицательные последствия укрепления национальной валюты. 13

2.2. Резервные фонды РФ 20

2.3. Размещение средств резервных фондов и стерилизация доходов. 22

Заключение 26

Приложение 1 28

Список использованной литературы 30

Введение

В 50-х годах прошлого века стали разрабатываться первые концепции  суверенных фондов национального благосостояния. Первичной целью данных фондов было обеспечение экономической стабильности государств, бюджет которых находился в сильной зависимости от конъюнктурных факторов, как правило, мировых цен на сырье. Данные государства занимают лидирующие места по добыче углеводородов и полезных ископаемых, в их числе такие страны как Норвегия, США, Кувейт, Катар, Чили. Официальные названия подобного рода фондов разнятся, наиболее распространенные – стабилизационный фонд и фонд будущих поколений. Главными функциями данных фондов являются: покрытие дефицита государственного бюджета в условиях неблагоприятной конъюнктуры, аккумулирование избыточных экспортных поступлений, а также выплата внешнего долга, обеспечение пенсионных программ, программ альтернативной энергетики, субсидирования цен на нефтепродукты и др.

Данная тема является актуальной, поскольку львиную долю доходов  РФ приносит продажа нефти марки  URALS. Проблемы российского бюджета заметно сглаживались при повышении цен на нефть на мировом рынке и, наоборот, обострялись при их падении. Доходы от нефти позволили образовать стабилизационный фонд страны. Он образовался за счет разницы экспортной цены и так называемой «цены отсечения», т.е. цены на нефть, учтенной в бюджете. С 1 февраля 2008 года стабилизационный фонд был разделён на две части: Резервный фонд и Фонд национального благосостояния.

Объектом данной работы являются федеральные резервы РФ

Предметом исследования являются финансовые отношения в сфере  распределения и регулирования  избыточных экспортных доходов.

Цель работы: в России средства данных резервов использовались и для покрытия дефицита федерального бюджета, и для выплаты государственного долга, и для покрытия дефицита пенсионного фонда, но в рамках данной работы целесообразно рассмотреть использование накоплений для борьбы с симптомами так называемой «Голландской болезни». Для достижения поставленной цели необходимо решить следующие задачи:

1. Дать определение понятию «Голландская болезнь».
2. Рассмотреть характерные для РФ последствия данного явления.
3. Рассмотреть структуру резервов РФ.
4. Определить механизм стабилизации и возможного экономического роста при использовании федеральных резервов.

В процессе работы были использованы различные методы исследования, среди  которых можно выделить:

1. Сбор и анализ библиографических источников по исследуемой теме.
2. Систематизация и обобщение полученного материала.

При написании курсовой работы использовались различные источники, включая аналитические записки, сводки макроэкономических показателей и учебная литература. Учитывая государственную значимость рассматриваемого вопроса, особое внимание уделялось информации доступной на сайте Министерства финансов РФ и некоторым нормативно-правовым актам.

ГЛАВА 1. Сущность проблемы «Голландской болезни»

1. Симптомы  и последствия  «Голландской болезни»

Согласно узкому определению, «голландская болезнь» заключается  в деиндустриализации экономики в результате открытия нового источника природного ресурса. Ее механизмом является рост курса национальной валюты страны вследствие улучшения торгового баланса, что делает продукцию отраслей обрабатывающей промышленности менее конкурентоспособной. Это определение относится ко всем несырьевым отраслям экономики, производящим торгуемый (tradeable) продукт, то есть продукцию и услуги, которые можно свободно экспортировать и импортировать. В отличие от этих отраслей (Т-сектора) в любой стране существуют отрасли, производящие неторгуемый (non-tradeable) продукт (Н-сектор). К Н-сектору относится государственный сектор экономики (оказывающий, например, услуги по обеспечению национальной и общественной безопасности, государственному управлению), автодорожное и жилищно-коммунальное хозяйства, сфера услуг населению и т.п. Н-сектор не конкурирует с иностранными товаропроизводителями вследствие нетранспортабельности выпускаемых им услуг и продуктов.

Поскольку при открытии и  разработке богатого месторождения  сырья страна получает значительный объем природной ренты, душевые  показатели валового внутреннего продукта (ВВП) и реальных доходов населения  растут. Поэтому общий рост спроса приводит к росту выпуска неторгуемых товаров в Н-секторе, которые нельзя импортировать в обмен на экспортируемое сырье (raw material), производимое в М-секторе. Прирост занятости в Н-секторе при этом может поглотить высвобождающуюся из Т-сектора рабочую силу. Почему же тогда «голландская болезнь» считается столь негативным явлением?

Во-первых, возникает сложная проблема изъятия и перераспределения рентных доходов. Они могут быть присвоены владельцами месторождений, а доходы большинства граждан при этом сократятся или останутся неизменными, либо будут расти более низкими темпами. Это приводит к высокой дифференциации доходов и социальному неравенству, рассматриваемому многими экономистами и политиками (например, в скандинавских странах) как чрезвычайно негативное явление. Чтобы этого не случилось, государство должно изымать природную ренту с помощью налогов (включая экспортные пошлины) или платы за пользование недрами, находящимися в государственной собственности. Однако нигде еще не удавалось этого сделать безболезненно и эффективно.

Во-вторых, даже при полном изъятии природной ренты государством и справедливом ее распределении  между гражданами могут возникнуть проблемы региональной несбалансированности спроса и предложения продуктов. Поскольку Н-сектор производит нетранспортабельные  виды продукции и услуг, их нельзя перемещать из одного региона (или населенного  пункта) в другой. В такой пространственно  протяженной стране, как Россия, дифференциация обеспеченности населения  услугами велика, а единый рынок  труда по-существу отсутствует. Поэтому рост спроса на неторгуемый продукт приводит к росту цен на него при одновременном сокращении выпуска торгуемого продукта и росте безработицы в тех регионах, в которых он производился. А это в целом по стране означает и макроэкономическую несбалансированность экономики.

В-третьих, важным аспектом «голландской болезни» является ее развертывание  во времени. Резкое сокращение производства торгуемого продукта и занятости  в Т-секторе означает возникновение  убыточности и банкротства предприятий  обрабатывающей промышленности, сельского  хозяйства, а также высокотехнологичных  отраслей экономики. Это приводит к  высокой структурной безработице  и снижению заработной платы многих категорий занятых, особенно в наукоемких отраслях, обладающих высокой квалификацией. Ведь нелегко переквалифицироваться из исследователя фармацевтической или авиакосмической компании в работника торговли. Происходит также недоамортизация вложенного в развитие предприятий Т-сектора капитала. Временно возникают «узкие места» в производстве неторгуемого продукта, что приводит к росту структурной инфляции. Поскольку освоение крупных месторождений углеводородов занимает многие годы, структурный кризис также может затянуться надолго. А это вызывает уже застойную безработицу и устойчивые инфляционные ожидания.

В случае истощения месторождения  природного ресурса может начаться структурный и валютно-финансовый кризис. Выздоровление от «голландской болезни» может оказаться еще  тяжелее, чем структурный кризис при ее начале.

В-четвертых, для рынков сырьевых товаров характерна сильная неустойчивость цен. Это порождает сильную макроэкономическую нестабильность. В период повышенных цен происходит укрепление курса  национальной валюты и обострение «голландской болезни». После падения цен происходит ухудшение торгового баланса  и девальвация национальной валюты, что порождает всплеск инфляции. При этом происходит обратная структурная  перестройка экономики – ускоренный рост Т-сектора. То есть страна-экспортер  сырья постоянно находится в состоянии структурной, региональной и макроэкономической несбалансированности. «Голландская болезнь», таким образом, может возникнуть и вследствие резкого роста цен на минеральное сырье, поскольку влияние на экономику страны-экспортера роста цен на него схоже с влиянием роста добычи.

В-пятых, даже если отвлечься  от проблемы неустойчивости во времени  цен на сырье, возникает вопрос: является ли вообще наличие возможностей добывать и экспортировать сырье, присваивая природную ренту, благом для России? Некоторые исследователи считают, что богатство страны природными ресурсами является негативным фактором экономического развития или «ресурсным проклятием» (resources curse) . По мнению их оппонентов, специализация на экспорте сырья является естественной для России, и она не должна с помощью протекционистских мер стимулировать развитие Т-сектора. которые не укладываются в эту логику.

Для Т-сектора в наибольшей степени характерны позитивные экстерналии (внешние эффекты), связанные с научно-техническим прогрессом. Как известно из теории эволюции технико-экономических систем, развитие наукоемких и высокотехнологичных отраслей приводит к диффузии технологий-процессов в другие отрасли экономики. Кроме того, для современного НТП характерно постоянное обновление выпускаемой продукции с освоением изделий, имеющих повышенные потребительские свойства. Их разработка требует крупных затрат на НИОКР, которые распределяются на весь объем выпускаемой продукции. Возникает «эффект отдачи от масштаба», из-за которого совершенно нерентабельно выпускать несколько самолетов или несколько тысяч автомобилей новой модели. Для Т-сектора характерно также явление «обучение действием» (learning by doing). Из-за него освоение высокотехнологичных изделий возможно только при наличии опыта выпуска менее сложных изделий. По этому пути идет в настоящее время Китай. Российская экономика двигалась до сих пор в противоположном направлении, теряя накопленные научно-технические заделы и утрачивая потенциал производства высокотехнологичных вооружений, на закупку которых государство не выделяло средства годами. Теперь, когда такие средства начали выделяться в большем объеме, выявляются «узкие места» в технологических цепочках производства технически сложных изделий, возникшие вследствие перепрофилирования производства комплектующих изделий на выпуск продукции, простой в изготовлении.

Для функционирования конкурентоспособного Т-сектора требуется армия инженеров, дизайнеров и исследователей, имеющих  высокую квалификацию. В то же время  квалификационные требования к работникам Н-сектора, как правило, гораздо ниже. В наибольшей степени с понятием Н-сектора ассоциируется сфера личных услуг населению и услуг, оказываемых государством. Для них характерны наименьшие темпы роста производительности труда. Следовательно, расширение этих сегментов экономики – не самый эффективный путь к обеспечению устойчивого экономического развития и заметного (многократного) повышения благосостояния граждан.¹

2. «Голландская болезнь» в России

После 1998 г. произошло временное  ослабление «голландской болезни» благодаря  многократной девальвации рубля, вызванной  падением цен на нефть и валютно-финансовым кризисом. Последовавший рост цен  на энергоносители стал причиной ее нового «приступа», хотя, по мнению некоторых  авторов, пока что наблюдаются только первые признаки обострения «голландской болезни». В первом полугодии 2006 г. на фоне быстрого роста валового продукта (на 6,3%) качество экономического роста ухудшилось. Вклад обрабатывающих секторов в прирост промышленного производства резко сократился и составил 70% против 86% за первое полугодие 2005 г. При этом вклад машиностроительных производств упал с 37% до 4,4% . Само промышленное производство возросло лишь на 4,4%, в том числе по виду деятельности «обрабатывающие производства» – на 4,5%.²

Наряду с секторами  экономики, производящими торгуемый  и неторгуемый продукт, в российской экономике следует выделить три промежуточных сектора. В-сектор производит вооружения, военную технику, спецсредства и другую продукцию, которая экспортируется из России, но почти не импортируется по соображениям национальной безопасности или другим причинам. К П-сектору относятся пищевая и легкая промышленности, машиностроение и т.п. отрасли, импорт и экспорт продукции которых затрудняется протекционистскими барьерами, причем более высокими в западных странах, чем в России. Их экспорт осложняется также несоответствием качества российской продукции международным потребительским стандартам и вкусам, формируемым, в частности, рекламой. Д-сектор производит товары (металлы, минеральные удобрения и т.п.), которые продаются на внутреннем или внешнем рынках вследствие своей дешевизны, порождаемой более низкими внутренними ценами на энергоносители, чем за рубежом. Другими словами, наличие протекционистских и транспортных барьеров препятствует дальнейшему свертыванию обрабатывающей промышленности в России.

При выделении трех промежуточных  секторов от Т-сектора в России мало что остается. Из нее экспортируются уже в основном сырьевые либо энергоемкие  товары. Быстрый экономический рост, базирующийся на притоке внешнеэкономических доходов, маскировал потерю позиций российских компаний на внутренних и внешних рынках. Это проявлялось в опережающем росте импорта по отношению к расширению рынка. При этом рост общего объема внутреннего рынка был настолько интенсивным, что на фоне стремительного расширения конкурирующего импорта оставалось пространство и для наращивания внутреннего производства. В результате в период падения мировых сырьевых цен экономика автоматически оказалась в регрессивной стадии «голландской болезни», вызвавшей, в свою очередь, гораздо более глубокое сокращение ВВП в период нынешнего экономического кризиса.

Для снятия трудноразрешимой проблемы выбора между необходимостью борьбы с инфляцией в условиях нарастающего притока нефтедолларов и укреплением рубля, снижающего конкурентоспособность торгуемого и отчасти экспортного секторов, было предложено два основных средства – создание Стабилизационного фонда (фискальная мера) и рекомендации по скорейшему началу промышленной политики, направленной на диверсификацию экономики. Усиление протекционистских мер рассматривалось как неэффективная и непрогрессивная мера. (Заметим, что до 2004 года избыток валюты, изымаемый государством, шел на покрытие внешнего госдолга.)³

Первая задача – по созданию и наполнению Стабилизационного  фонда – была, как считают многие экономисты, успешно решена усилиями экономического блока правительства, а вторая – по диверсификации экономики, так же успешно провалена. Более  того, эти направления противопоставлялись  друг другу. Фактически считалось, что  диверсификация, стимулируемая государством, не будет достаточно эффективна (плохое качество институтов) и приведет, в конечном счете, к росту инфляции.⁴

ГЛАВА 2. Причины макроэкономической нестабильности и методы решения  проблемы.

1. Отрицательные последствия укрепления национальной валюты.

Вопрос о стимулировании обновления технологической базы посредством  укрепления курса рубля требует  более подробного рассмотрения. Действительно, до середины 2008 года наблюдался стремительный  рост инвестиционного импорта. Но такая  динамика инвестиционного импорта  была сформирована решениями государства  об обнулении таможенных пошлин на широкий круг импортируемого оборудования и комплектующих (режим промсборки), что нанесло ущерб отечественной сфере разработки и производства высокотехнологичной продукции. Кроме того, не надо забывать, что при укреплении рубля не только снижаются издержки на закупку импортного оборудования, но и параллельно возрастает конкурентоспособность аналогичной готовой импортной продукции, снижая в конечном счете рентабельность установки нового оборудования. Таким образом, уменьшается привлекательность инвестиционного проекта для отечественного предпринимателя.⁵

Общеизвестен и тот  факт, что для притока прямых иностранных  инвестиций (инвестиции в основной капитал), наиболее востребованных для  экономики инвестиций и по большому счету единственный для российской экономики серьезный источник длинных  денег, благоприятен не завышенный курс национальной валюты, а заниженный. Кто занимается реальными инвестициями – получат премию при более  слабом курсе рубля за счет уменьшения общей стоимости своих вложений в валютном выражении. При продаже  валюты они смогут выручить больше рублей: стоимость же иностранного оборудования в валюте для них  будет неизменной, а продукция, создаваемая  в России с использованием отечественного сырья и рабочей силы, будет иметь меньшую стоимость в валюте. Это обеспечит им больше прибыли от размещения производства внутри страны, нежели от продажи готового соответствующего импортного продукта.

И наконец, что касается инвестиций и возможности долговременного  устойчивого роста в условиях заниженного курса национальной валюты, то в 2008 году был представлен  интересный доклад экспертов Всемирного банка, посвященный анализу развития экономик 13 стран, которым удавалось  расти более 25 лет с темпом роста  не менее 7% в год. Так вот, в результате анализа этого успешного опыта  и опыта неудач догоняющего развития эксперты пришли к выводу о категорическом недопущении преждевременного укрепления курса национальной валюты до того, как экономика не будет готова к переходу в сферу высокопроизводительных отраслей промышленности.⁶ Отказ от регулирования валютного курса провоцирует рост импорта за счет снижения спроса на продукцию внутренних производителей.

С 1999 по 2008 год рост объемов  импорта оказался в 3 раза больше, чем  рост промышленного производства, продукции  сельского хозяйства и ВВП. Одновременно рост реального курса рубля к доллару опережал рост производительности, который определяет адаптационные возможности экономики в условиях роста курса рубля и ухудшения конкурентоспособности внутренних производителей. В 2003–2008 годах реальное увеличение курса рубля часто значительно превышало рост производительности (в отдельные периоды в три и более раз) (рис. 2, Приложение 1), тем самым оказывая сильный негативный эффект на внутренне-ориентированные отрасли, которые столкнулись с резким усилением конкуренции со стороны импорта.

В 2010 году в российской экономике  снова наблюдается ускоренный рост импорта, опережающий темпы роста  и внутреннего производства, и  потребления (рассчитанного как  разница между суммой объема ВВП  и импорта за вычетом экспорта). Так, при нулевом росте объема внутреннего потребления в I квартале 2010 года по сравнению с I кварталом 2009 года объем импорта за этот же период вырос на 11% (рис. 3, Приложение 1). В значительной степени опережающий рост импорта является следствием политики Банка России, который отказывается принимать активное участие в процессе регулирования валютного курса. В результате объем импорта во II квартале 2010 года вырос на 33,1% по отношению к соответствующему периоду 2009 года, в то время как объем промышленного производства – лишь на 10,9%, а реальный ВВП – на 5,2% (рис. 4, Приложение 1).

Если провести сравнение  со II кварталом докризисного, 2007 года, то объем импорта ко II кварталу 2010 года не только восстановился, но и  вырос на 10,8%, в то время как  объем промышленного производства не сумел даже восстановиться (–0,1%).

Завышенный курс рубля  снижает конкурентоспособность  российских товаров на внешних рынках.

Снижение конкурентоспособности  вследствие роста курса рубля  особенно справедливо для продукции  российского машиностроения, доля которой  на внешних рынках неуклонно снижается (рис. 5, Приложение 1). При этом в результате роста курса рубля относительно других валют происходит постоянный рост цен на российскую продукцию. Так, на белорусском рынке в 2002 году цены на товары российского экспорта были в среднем на 5% ниже по сравнению со средними ценами импорта машиностроительной продукции из других стран, а в 2008 году этот разрыв сократился практически до нуля (до 0,5%) (рис. 6, Приложение 1). Аналогичная ситуация отмечается на Украине: в 2008 году средние цены российской продукции сравнялись со средними ценами поставок из других стран, в то время как в 2002 году российские цены были ниже на 16%. Средние цены поставок российской машиностроительной продукции в Казахстан в 2008 году на 8% превысили средние цены казахстанского импорта.

Рост курса рубля осложняет  положение отечественных сельхозтоваропроизводителей, конкурирующих с импортом.

Эта проблема особенно актуальна  для тех видов продукции, по которым  Россия в интересах обеспечения  продовольственной безопасности добивается импортозамещения на внутреннем рынке (например, производство говядины). Снижение валютного курса рубля могло бы не только способствовать расширению внутреннего производства и потребления, но и стимулировать экспорт российской сельхозпродукции. Так, важной задачей в следующем году станет восстановление позиций России как крупного экспортера пшеницы и подсолнечника, а также продвижение на внешний рынок животноводческой продукции, внутренние потребности в которой практически удовлетворены (например, мясо птицы, свинина).

Более того, снижение курса  рубля может стать практически  единственным способом защиты российских сельхозпроизводителей от конкуренции  с зарубежными производителями. Так, в рамках переговоров о вступлении в ВТО министр сельского хозяйства Елена Скрынник заявила, что Россия не будет увеличивать господдержку агропромышленного сектора, в 2013–2017 годах сократит ее более чем в два раза – с 9 млрд. долл. до 4,4 млрд. долл. в год, а также будет соответствовать требованиям ВТО в части отказа от использования экспортных субсидий.

Рост курса рубля ведет  к значительному сокращению объема нефтегазовых доходов бюджета и  росту его дефицита.

Нефтегазовые доходы федерального бюджета «привязаны» к мировым  ценам на энергоносители и курсу  рубля к доллару. Повышение курса  рубля ведет к сокращению доходной базы бюджета за счет снижения поступлений по НДПИ и экспортным пошлинам и соответствующему увеличению его дефицита. Так, при росте номинального курса рубля в 2011 году только на 1 рубль за 1 долл. по сравнению с прогнозными 30,5 руб. за 1 долл. недополученные доходы федерального бюджета за год составят 132,0 млрд. руб. Для сравнения, эта сумма сопоставима с объемом запланированного бюджетного финансирования в 2011 году по разделам «Охрана окружающей среды», «Физкультура и спорт» и «Культура и кинематография» вместе взятым (141,1 млрд. руб.).⁷

Рост курса рубля может  привести к провоцированию необходимости  снижения ставок экспортных пошлин и  ставок НДПИ и соответственно снижению доходов федерального бюджета.

Рост курса рубля приводит к снижению рублевого эквивалента  выручки от экспорта компаний, занимающихся добычей энергоресурсов, в то время  как издержки производства и капитальные  затраты номинированы в рублях. В таких условиях компании будут вынуждены сокращать капитальные затраты, что, в свою очередь, приведет к снижению объемов добычи и экспорта. В результате для сохранения объемов добычи может потребоваться пересмотр ставок экспортных пошлин на нефть, нефтепродукты, природный газ и/или снижение уровня индексации ставки НДПИ на добычу нефти и природного газа.

В этом случае в 2011–2013 годах  произойдет снижение заложенных в федеральный  бюджет нефтегазовых доходов. Так, при  снижении в 2011 году ставки экспортной пошлины на сырую нефть на 1 долл. за баррель доходы федерального бюджета  сократятся на 66,5 млрд. руб.

Рост курса рубля способствует притоку спекулятивного иностранного капитала на российский финансовый рынок  и росту подверженности ситуации на рынке внешним шокам.

Одним из важных последствий  роста курса рубля к доллару  является фактическое стимулирование международных финансовых спекуляций. При наличии пассивов в долларах появляется возможность получения  дохода просто от инвестиций в рубль (даже без использования других финансовых инструментов), что только усиливает  давление на рубль в сторону дальнейшего  повышения его курса. Использование  финансовых инструментов, номинированных в рублях (в частности, государственных  облигаций), позволяет увеличить  эту доходность. В результате как у иностранных, так и у российских участников финансового рынка снижаются стимулы для инвестиций в реальный сектор.

Вложения в рубль при  наличии пассивов в долларах США  в течение 1999–2008 годов могли принести до 9,3% годовых за год, что значительно  выше ставок по привлечению займов в долларах на международном финансовом рынке.

При этом ситуация усугубляется планами российского правительства  по увеличению государственных заимствований  на внутреннем рынке. Проектом федерального бюджета на 2011 год и на период 2012–2013 годов предусмотрено, что  верхний предел внутреннего государственного долга (за исключением государственных  гарантий) по сравнению с 2010 годом  в 2011-м вырастет на 38,9%, в 2012-м –  на 91,2%, в 2013-м – в 2,43 раза. Более того, Алексей Кудрин заявил, что в случае выгодной конъюнктуры заимствований на внутреннем рынке Минфин откажется от привлечения части запланированных бюджетом внешних заимствований в пользу внутренних. Нарастание в 2011–2013 годах объема внутренних заимствований повысит уровень внутреннего долга (государственные ценные бумаги) до 11,5% ВВП (в конце 1997 года внутренний долг составлял 15,5% ВВП).

Одновременное повышение  курса рубля и рост объема государственных  заимствований на внутреннем рынке  создадут, как уже было сказано, благоприятные  условия для притока на российский рынок иностранного спекулятивного капитала, который в первую очередь  будет инвестирован в государственные  ценные бумаги. В результате значительно  вырастет степень зависимости российского  финансового рынка от конъюнктуры  мировых финансовых рынков и других факторов, влияющих на поведение спекулятивного капитала. Соответственно многократно  повысится вероятность быстрого ухода с рынка держателей крупных  пакетов государственных ценных бумаг и массового выхода спекулятивного капитала на валютный рынок. Если это  произойдет, то правительство и Банк России либо будут вынуждены использовать значительную часть золотовалютных резервов для стабилизации курса  национальной валюты, либо согласиться  на «обвальное» падение курса  рубля.⁸

Рост курса рубля может  привести к сокращению числа рабочих  мест и снижению заработной платы.

Утрата ценовой конкурентоспособности  отечественной продукции перед  нарастающим импортом заставляет предприятия  искать способы сокращения издержек. Наиболее распространенным выходом  в такой ситуации является сокращение занятости и/или снижение заработной платы, что неизбежно влечет за собой  тяжелые социальные последствия, особенно в моногородах. Согласно конъюнктурному опросу российской промышленности, проведенному ИЭП в августе 2010 года, этой осенью предприятия ожидают нулевых  темпов роста спроса на свою продукцию, тогда как в I квартале 2010 года предприятия  имели оптимистичные ожидания относительно восстановления продаж. В связи с  этим планы изменения занятости  на сентябрь-октябрь у предприятий  снизились до нулевого уровня (годового минимума) – промышленность предполагает свернуть набор персонала. В условиях стагнации рост курса рубля может стать дополнительным фактором, способствующим ухудшению положения отечественных предприятий и сокращения занятости.