Крещение Руси. Роль православия в развитии древнерусского государства

Содержание:

I. Введение………………………………………………………………..……2-5

II. Принятие  христианства на Руси 

1. Древнейшее  прошлое восточнославянского язычества…….……...6-14

2. Предыстория  принятия христианства на Руси………………………14-17

а) Святая равноапостольная княгиня Ольга………………………….…17-23

3. Крещение  Руси………………………………………………………...…..23-29

а) Политический фон крещения Руси………………………………....….29-30

б) Святой равноапостольный князь Владимир…………………...….....30-31

4. Образование  русской православной церкви и её структура.…..….31-33

5. Роль принятия  христианства……………………………………..….....33-36

III. Историческая  роль православия на Руси……………………..……..37-38

IV. Источники………………………………………………………...……..…….39 
 
 
 
 
 
 
 
 

                                       I. Введение.

     Выбор этой темы я могу обосновать тем, что это событие оказало огромное влияние на историю государства. От Крещения Руси и до революции христианство было вплотную связано с государством и пронизывало все слои жизни и культуры народа. Церкви всегда уделялось особое внимание как народа, так и самого государства. Принятие христианства Древней Русью было не только выбором религии, но так же имело и политический характер, так как это помогло укрепить связи с Византией, что имело огромное значение для государства.

      С самого начала хотелось бы оговорить, что мы будем понимать под словосочетанием "Крещение Руси". Это выражение как бы предполагает наличие в прошлом одноразового события: быстрого и повсеместного приобщения к христианству всего народа, целой страны - Древней Руси. Между тем такого события отечественная история не знает. Был продолжительный, растянувшийся на несколько столетий процесс введения христианства в качестве государственной религии централизованной Киевской державы. Официальное начало этому процессу, постепенно подготавливавшемуся всем предшествующим развитием древнерусского общества, положил князь Владимир, крестивший в 988 году только жителей своей столицы, а в последующие годы - и население ряда других городов Киевской Руси. Нельзя называть приобщение к христианству одних лишь киевлян "крещением Руси", этим мы допускаем грубейшее нарушение элементарной логики, известное под названием подмены понятий. Один из начальных моментов длительного процесса христианизации Древней Руси непозволительно отождествлять со всем процессом, у многих складывается впечатление, что это одномоментное и вполне законченное событие, а 988 год считают временем утверждения христианства в древнерусском обществе. Крещение киевлян князем Владимиром (это уже "второе крещение Руси") - лишь начало акции князей Владимира и Ярослава по насаждению христианства в пределах централизованной Киевской Руси: крещение новгородцев, а также жителей других древнерусских городов, расположенных главным образом на водном пути от Киева к Новгороду. Событие 988 года наша православная церковь считает официальным принятием христианства на Руси и недавно отметила тысячелетний юбилей по этому поводу. Однако нужно разделять два понятия: "Крещение киевлян" и "Крещение Руси" - первое событие прошло в один день, а второе - целая эпоха, которая растянулось на столетия.

       История Руси, предшествовавшая принятию христианства, непонятна и слабо изучена. Это связано, прежде всего, с тем, что наши  

первые летописцы  писали не раньше 11 века. А о событиях 9-10 в.в., за исключением немногих письменных греческих свитков, не имели других источников кроме устных народных преданий, за которыми нельзя признать несомненной  достоверности, так как они подвергались вымыслам и изменениям. Таким образом, можно отметить, что только с приходом христианства русский народ получил прочные основы для создания государственной и гражданской жизни, основы, без которой собственно и нет истории.

       Восточная территория Европейской России была населена чудскими и тюркскими племенами, а в западной половине, кроме литовского и чудского народов, примыкавших своими поселениями к Балтике, жили славяне под разными местными названиями держась берегов рек: Волхово, Днепра, Припяти, Сожи, Горыни, Стыри, Случи, Буга, Днестра, Сумы, Десны, Оки и их притоков. Жили небольшими общинами. Никаких установлений, связывающих между собой племена, не было. Признаки государственной жизни так же отсутствуют. Религия славян состояла в обожании природы, в поклонении солнцу, воде, небу, земле, ветру, деревьям, птицам. Их религиозные представления отчасти выражались в форме идолов. У них не было ни храмов, ни жрецов, поэтому их религия не могла претендовать на повсеместность. Так же у славян не было ясных представлений о существовании жизни после смерти, верили они и в волшебство.

       Видимо, Православие потому столь естественно и глубоко вошло в душу наших предков, что уже их язычество было более предрасположено к этому. В отличие от римлян и греков, чья развитая философия оказала сопротивление новой религии, Русь была в этом отношении по-детски чиста - и восприняла Православие как очевидную, гармоничную и всеохватывающую Истину о смысле бытия, с которой примитивные языческие верования не могли конкурировать.

       Русь крестилась не ради земного счастья, а ради спасения для жизни в Царствии Небесном. В нем, а не в зыбком земном бытии, увидел русский человек награду за свою суровую и опасную жизнь. Именно Царство Божие, стяжаемое в праведных делах, наделяло благодатным смыслом подвиг жизни в земном мире. Этим измерялся долг и крестьянина, и Царя, власть которого, в отличие от западного абсолютизма, была ограничена условием служения Богу (только такого Царя призывал слушаться Иосиф Волоцкий).

      Ведя речь о Крещении Руси, главнейшем событии древней истории нашего Отечества, следует прежде заметить, что под этим следует понимать не совсем то Крещение или Просвещение, которое свершается над отдельным человеком при вступлении его в Церковь. Такое отождествление Крещения Руси приводит к довольно ошибочным представлениям об этом историческом событии. Строго говоря,  

Крещение  Руси было, прежде всего, актом утверждения  христианства, его победой над  язычеством в смысле политическом (поскольку  речь идёт именно о государстве, а не отдельной личности). С этого времени христианская Церковь в Киево-русской державе становится не просто общественным, но и государственным институтом. В общих чертах, Крещение Руси было ничем иным, как учреждением поместной Церкви, управляемой епископатом на местных кафедрах, которое осуществилось в 988 г. (возможно 2-3 годами позднее) по инициативе великого князя Владимира. 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

                     II. Принятие христианства на Руси.

        Древнейшее прошлое восточнославянского язычества.

     Вначале несколько слов о самом термине "язычество". Он - литературного происхождения. Произошел от церковнославянского слова "языци", т. е. "народы", "иноземцы". Таким образом, русские книжники эпохи Киевской Руси - христиане по вере - как бы "отгораживались" от народов, еще не крещенных. В современной науке под язычеством понимается комплекс Религиозных обрядов, верований представлении, предшествовавший возникновению" мировых религий (христианства, магометанства, буддизма) и послуживший их основой.

     Язычество древних славян имеет глубокие корни. Истоки его видятся за много тысячелетий до начала нашей эры. А отголоски сохранялись вплоть до недавнего времени. Говоря о своеобразии в эволюции и формах восточнославянского и древнерусского язычества, мы не должны забывать, что его развитие не шло в стороне от путей, по которым развивались языческие комплексы других народов. При всех различиях в условиях существования - социальных, географических, климатических - необходимо помнить о прохождении одинаковых стадий в становлении языческих воззрений у разных народов.

      Входя в мир славянского язычества, мы должны также четко представлять, что его развитие опосредовано окружающей человека природной средой и господствующими общественными отношениями.

      По мнению известного советского ученого-религиеведа И.А. Крывелева, общая особенность мышления человека в древности состояла в том, что его объектом и материалом были предметы и явления, входившие в непосредственное окружение человека и имевшие для него жизненное значение. Поэтому и религиозные представления вначале относились к предметам и явлениям ближайшего окружения, притом к тем, которые были вплетены в жизнедеятельность человека.

     До нашего времени дошли источники, свидетельствующие о поклонении древних славян таким предметам и явлениям. Автор "Хождения Богородицы по мукам" - произведения XII-XIII вв. - пишет, что "они все бога прозваша: солнце и месяц, землю и воду, звери и чади". Знаменитый русский церковный деятель XII в. Кирилл Туровский в одной из своих проповедей яростно восклицал: "Уже бо не нарекутся Богом стихия, ни солнце, ни огнь, ни источници, ни древеса!". Отсюда видно, что на ранней стадии язычники-славяне поклонялись различным неодушевленным и одушевленным предметам, обожествляли силы природы. Вера в сверхъестественные возможности какого-либо объекта называется фетишизмом. Фетишем могли быть добычливые орудия охоты, деревья, плоды которых утоляют голод, и т. д. Первоначально  

предмет сам  по себе воспринимался как проявление сверхъестественных сил. С усложнением мышления человек, задаваясь вопросом об источнике этих сил, начинает думать, что их носителем является существующая в объекте какая-то неведомая ему сила-своеобразный двойник данного объекта. Зримый образ этого "двойника" еще не сложился в сознании людей, и он выступал безликим и бесформенным, не оторванным от предмета. Это уже новая форма развития первобытных верований - анимизм.

      У восточных славян отголосками фетишизма и анимизма, преломленных тысячелетиями, было поклонение, например, камням, деревьям, рощам. Культ каменных фетишей - очень древний. Вполне возможно, что у древних славян он возник из почитания каменных орудий, необходимых в охоте и хозяйстве. Во всяком случае, у древних римлян существовал культ первобытного кремневого орудия - "ударника" (отсюда и бог Юпитер носил еще имя Феретрий - ударник). "Культ камней, оказался у славян весьма живучим. "Слово. Иоанна Златоуста" (по русскому списку XIV в., но написанное гораздо раньше) при перечислении мест, куда русские "приходаше молятсь" и "жертву, приносящу", называет "камення". Среди белорусов до недавнего времени существовало поверье, что в седую старину камни говорили, чувствовали, росли и размножались, как люди. 
На берегу Плещеева озера в древнем русском городе Переяславле-Залесском до сих пор лежит камень-валун - Синь-камень весом 12 т. В дославянские времена ему поклонялось туземное население язычников-мерян: Сменившие в IX-XI вв. славяне продолжали поклоняться камню. При встрече весны камень украшали цветами и лентами, вокруг него водили хороводы. Вот как об этом писала летопись: "Бысть во граде Переславе камень за Борисом и Глебом (имеется в виду церковь Бориса и Глеба) в бояраку, в нем же вселися демон (дух), мечты творя и привлагая к себе из Переяславля людей: мужей и жен и детей их и разсевая сердца в праздники великих верховных апостолов Петра и Павла. И они слушаху его и к нему стекахуся из году в год и творяху ему почестью." Несмотря на отчаянную борьбу церковников с камнем (его и топили и закапывали), камень "дожил" до наших дней. Известны и другие каменные фетиши, например "Конь-камень" на острове Коневиц на Ладожском озере, которому местные жители приносили в жертву лошадей. Фетиши могли изготовляться и самими людьми. Существуют русские сказки, в которых перед смертью мать завещает дочери чудесную куклу. Кукла - дух материнского рода. Согласно обычаю душу покойной надо кормить, а она будет защищать падчерицу.

     Объектом поклонения восточных славян были также деревья, рощи, лес. О почитании деревьев упоминается в "Житии Константина Муромского", о молитве "в дрова" сообщает и "Слово Иоанна Златоуста". В северных районах Руси существовал культ березы. По предзнню на месте города Белозерска раньше росли березы, которым  

приносились жертвы. Культ березы сохранялся и позже. В 1636 году нижегородские священники жаловались в своей челобитной, что "собиратся жены и девицы подъ древа, подъ березы, и приносятъ яко жертвы, пироги и каши и яичницы и поклоняс березамъ оучнуть походя песни сатанинские приплетая пети и дланми плескати, и всяко бесятся".

      В Приднепровье был распространен культ дуба. Византийский император Константин Багрянородный в своем сочинении "Об управлении государством" (948-952), основываясь на личных впечатлениях, писал о россах - русских, что они в походе "у весьма великого дуба приносили в жертву живых птиц". Два мощных "священных" дуба были обнаружены уже в нашем веке на перекрестке двух торговых путей средневековья "из варяг в греки" и из Киева в Чернигов. Их подняли со дна Десны и Днепра в 1909 и 1975 гг. при расчистке дна этих рек. Радиоуглеродный анализ второго из этих дубов показал, что он перестал существовать (вероятно, упал вследствие подмыва берега) в середине VIII в. Ученые считают, что, по-видимому, "священные" дубы росли в "священных" рощах, которые также являлись объектом поклонения древних славян.

      Обнаруженные дубы указали и на другой пласт верований язычников-славян. В стволы деревьев на высоте нескольких метров (там, где начинали расходиться ветви) были симметрично и прочно засажены кабаньи челюсти. Наряду с почитанием дуба днепровские славяне поклонялись священным животным - диким кабанам-вепрям. Древнерусские летописи и былины неоднократно повествуют об охоте на вепря и о торжественном поедании кабаньего мяса на княжеских пирах. Некоторые исследователи видят в этих "вепревых" угощениях отголоски обрядового поедания мяса вепря, связанного с древним культом. Здесь мы встречаемся уже тотемизмом и культом животных.

     Тотемизм - это вера в происхождение человеческого рода от какого-либо вида животных. Появление тотемизма, прежде - всего, связано с организацией рода как общественной ячейки существования людей в первобытном обществе. Человек в рамках рода осознает общность происхождения всех его членов. Но возникает вопрос: а как произошел сам род, люди данного рода? Существование анимистических воззрении и окружающая природа помогают ответить на него. Разные роды произошли от разных предков. А предки (духи-двойники к тому времени перешли от статического состояния к мобильному, что дало возможность говорить о "переселяемости" и "оборачиваемости") происходят от представителей животного мира, которые наиболее похожи, по мнению тотемистов, на людей. Образ тотемистического первопредка возник как религиозное отражение структуры родового общества, построенного по принципу генеалогического дерева. Этот вид первобытных религиозных верований широко распространен у  

различных народов  мира - от австралийских аборигенов до народностей нашего Крайнего Севера.

      Вопрос о тотемистическом культе у восточных славян довольно сложен. Возможно, что в ряде случаев мы сталкиваемся с трансформацией тотемизма в культ предков в образе животных. Отголоски "звериных" культов прослеживаются в ранних церковных поучениях. В упоминавшемся уже "Хождении Богородицы по мукам" сообщается, что славяне "богы прозваша" зверей ("тварей"). Отцы церкви неистовствовали, когда новообращенные христиане продолжали соблюдать "бесовские" обряды, при которых их участники "надевали на себя звериные шкуры", плясали, скакали и пели "бесовские" песни. Тотемистические игры в медведя ("комосдица") сохранялись в белорусской деревне до второй половины XIX в. Здесь, видимо, можно усмотреть пережиток ритуальных плясок на празднике тотема, который известен, и изучен у народов Крайнего Севера и многих других.

      Элементы тотемизма прослеживаются и в более позднем, уже земледельческом, обряде "вырывания бороды" - последних колосьев с поля. При этом поются особые песни, призывающие на помощь волков, лисиц, медведей и других животных. Но наиболее ярко подтверждают существование тотемизма у восточных славян архаические пласты русских народных сказок, прежде всего волшебных и о животных. Тотемным животным выступает в сказке чудесная корова, помогающая падчерице. Падчерица не ест мяса коровы и с почетом ее хоронит. В данном случае отношение к корове определяется представлением, что тотем может спасти человека, предупредить его об опасности; причинение вреда тотему наносит вред и связанному с ним человеку. Зачастую в сказках животных называют лисичка-сестричка, волк-братик, медведь-дедушка. Это в определенной мере свидетельствует о существовании представлений о кровно-родственных связях человека и животных. Интересно, что австралийцы, у которых тотемизм в чистом виде существовал еще в прошлом веке, называли своих тотемных животных: "это наш отец", "это наш друг". Глубоко архаические воззрения о родстве человека и животных донесла до нас сказка "Медведь - Липовая нога" восточнославянского происхождения. Мужик, повстречавший медведя, в схватке отрубает ему лапу и приносит ее домой бабе. Старуха сдирает с лапы кожу и ставит лапу варить (медвежье мясо), а сама начинает прясть медвежью шерсть. Медведь же, сделав из липы деревянную ногу, идет в спящее село, вламывается в избу и съедает обидчиков. Медведь мстит по всем правилам кровно-родственной мести: око за око, зуб за зуб. Раз его мясо едят, значит, и он ест живых людей.

     Здесь прослеживается архаический мотив нарушения запрета убивать и употреблять в пищу тотемное животное. Вместе с тем в сказках описывается и ситуация, когда зверь преданно следует  

священной родственной  связи и обязательствам, вытекающим из нее. Так, в сказке об Иване-царевиче и Сером волке вначале волк убивает коня Ивана. А затем клянется царевичу служить "верой и правдой". С точки зрения тотемизма, пишет В. П. Аникин, "понятно, почему сказочный волк, причинив вред человеку, считает себя обязанным возместить урон верной службой. Родственная связь считалась священной, и нарушение ее каралось. Когда поступки шли вразрез с родовой моралью, они требовали возмещения, и возмещения самого точного. Волк съел коня. Он сам служит герою конем. Он берет на себя обязанность помогать человеку добровольно, без принуждения: и для него родственные связи священны. Логика первобытного мышления здесь несомненна".

      Тотемистический уровень сознания отражают сюжеты о брачных отношениях человека и зверя. Психология первобытного человека допускала возможность брачных союзов между животными и людьми, а сами животные нередко воспринимались как непосредственные родственники человека. Всем известны русские сказки, в которых медведь проживает с бабой, змеи летают по ночам к женщинам, человек может рождаться от коровы, кабана, собаки, быка, а из яиц могут вылупиться мальчики.В этой связи показательна сказка восточных славян об Ивашке-Медвежье ушко - сыне человека и медведя. Медведь (медведица) встречает женщину (мужчину) и уводит ее (его) в берлогу. У них рождается мальчик: "совсем человек, только уши медвежья" ("до пояса человек, а от пояса медведь). Этот персонаж отличается необычайной и неуемной силой (в шесть лет выворачивает дуб с корнем из земли и т. д.). В результате его полузвериного происхождения у него две силы: человечья и медвежья.

     В другой сказке - "Девушка и медведь" - рассказывается о побеге трех сестер из медвежьей берлоги, куда их хитростью утащил медведь. Это уже свидетельствует об отражении в сознании неприятия и стремления избежать брачных связей человека с животным. Фольклорные рассказы о похищении девушек или женщин зверем приобретают иной раз неожиданно реалистический характер" В 1925 году Олонецкой губернии произошел такой случай. В одну из деревень повадился ходить медведь, который загрызал скот. По совету стариков, "чтобы медведя ублажить", жители решили сделать "медвежью свадьбу", "девкой отделаться" - отдать медведю девушку "на совесть... как встарь деды делали... самую раскрасавицу". По жребию выбрали девушку, одели в наряд невесты и, несмотря на ее сопротивление, отвели в лес к медвежьему логову, где привязали к дереву: "Не осуди, Настюшка. Ублажай медведюшек. Заступись за нас, кормилица, не дай лютой смертью изойти". Разновидностью культа предков в облике животных является оборотничество. В русских былинах Вольга охотится в образе сокола, обращается в муравья, когда надо пролезть через подворотню из рыбьего зуба. Русская сказка широко использует мотив  

превращения прекрасной девушки-невесты в лебедя, утку, лягушку. "Царевна обернулась белой лебедью и полетела с  корабля"; "Упала, ударилась о  корабль, превратилась в уточку и улетела..."; А лягушка ночью выпрыгнула на крыльцо, оземь грянулась и стала царевной-красавицей". У восточных славян интересны поверья о людях-волках - волколаках. Вера в волколаков и рассказы о них были особенно распространены у белорусов и украинцев, а также у великорусов. Одни рассказы говорят о колдунах, умеющих превращаться на время в волков, другие - о людях, превращенных в волков. Вера в оборотничество, недостаточно еще изученная наукой; - свидетельство существовавшего поклонения восточных славян животным. Отрыв духа-"двойника" от объекта, которому он присущ, наряду с тотемизмом порождает веру в души мертвых, а также культ предков. Вероятно, одной из форм этого культа было почитание Рода и рожаниц, возникшего в связи с разрастанием и усилением родов и укреплением родовой организации, как полагает известный ленинградский историк В. В. Мавродин.

     В последнее время была высказана точка зрения, что Род был верховным божеством славян до Перуна. Однако вряд ли в условиях политической и экономической разобщенности древних славян, замкнутости родов у славян мог существовать верховный бог, подчиняющий себе всех остальных.

     Другим социальным фактором возникновения культа предков послужило выделение в роде возрастной группы старейших. Их почитаемость в земной жизни сказывалась на отношении к ним родичей после смерти. След этой формы культа сохранился в известном образе Чура, или Щура. По мнению видного советского этнографа С. А. Токарева, это был почитаемый предок-родоначальник. Сохранившиеся сейчас в детских играх восклицания: "Чур меня!", "Чур, это мое!" - означали в древности заклинания, призывания Чура па помощь. Что Чур-Щур был именно предок, видно из слова "пращур", прапредок. На культ предков указывает и сохранившийся обычай поминания умерших родителей в определенные дни года. Археологи фиксируют проявления культа предков в курганных и простых захоронениях.

     Невидимые духи - души предков и родичей, двойники фетишизируемых предметов и явлений, объекты тотемистического культа постепенно "населяют" окружающий древнего славянина мир. Уже не сам предмет является объектом почитания. Поклонение относится к живущему в нем духу, демону. Не сам предмет, а именно они оказывают положительное или отрицательное влияние на ход событий в мире и на судьбы людей.

     Язычество восходит на новую ступень. Это-стадия полидемонизма. Демоны - ранее двойники реальных вещей и явлений объективного  

мира, а также  людей, но покинувшие своих реальных носителей и ставшие самостоятельными существами. Они приобретают антропоморфный образ. Теперь и лес, и вода-матушка, я даже жилище - земное и неземное, где находятся души мертвых, становятся обитаемыми, в них поселяются демоны. Именно демонов, населяющих то или иное природное пространство, имеют в виду средневековые авторы, когда пишут, что славяне поклоняются водным и лесным стихиям.

     Как отмечает византийский писатель VI в. Прокопии Кесарийскин, славяне "почитают реки и нимф, и всякие другие божества". Митрополит Иоанн в "Правиле церковном вкратце" - наставлении для древнерусских церковников XI в. - как о повальном явлении сообщает, о поклонении болотам, колодцам с живущими там духами: "йеже жруть бесом и болотом и кладезем".

     Таким образом, с течением времени духи, первоначально представлявшие однородную массу, начинают различаться. Прежде всего - по месту обитания, становясь "хозяином места". Современные исследователи разделяют демонических персонажей сферы "вне дома" (лес, поле, болото и т. п.), сферы "дом", сферы "ниже земли" и "выше земли", а также персонажи, связанные с определенным периодом времени (полудница, полуночь и др.). Отличаются они и отношением к человеку: злые и добрые.

      В водной стихии, считали древние славяне, жили берегини и водяные. Берегини, а позднее вилы и русалки - это женские духи рек, озер, прудов, колодцев и т. д. По народным поверьям, весной русалки выходят на берег, качаются на ветвях, расчесывают свои длинные зеленые волосы, поют песни, заманивают прохожих и стараются защекотать их до смерти. С русалками связаны также представления о погибших в воде женщинах, девушках, о некрещеных умерших детях. Видимо, здесь на образ русалок наслоились отголоски культа мертвых. Но русалки - и духи растительности: деревьев, трав, цветов, хлебов, - ведь они дают растениям жизненную влагу, посылают благодатный дождь на поле. Водяной - косматый, с бородой по колено, злой, проказливый и мстительный старик, живет на дне рек и озер, в омутах. Лес - это царство лешего, или лесовика, который, по словам поэта,

Владыка полновластный

Зеленого народа,

Он всей лесной державе

Судья и воевода.

Л.А. Мей 

     Леший обитает на деревьях или в дуплах. По ночам он "дико кричит, выглядывая из-за старого дуба" (вспомним, что дуб тоже связан с языческими верованиями).

     На полях в высокой траве или в высоких колосьях живут полевики - козлообразные существа. Возникновение их образа говорит нам о развитии земледелия. Полевики могли быть мужского и женского пола.

      В жилище "хозяин" домовой - маленький горбатенький старикашка. Он - покровитель дома, домашнего хозяйства. В зависимости от конкретного "местопребывания" его называли дворовым, овинником, гуменником, банником. Если о нем заботиться, то он помогает в хозяйстве. "Царь хозяюшка дворовой! царица хозяюшка дворовица! и дарую я цебе и хлебом и солью и низким поклоном, а што сам ем, пью, тем цебе дарю; а ты, хозяюшка-бацюшка и хозяюшка-матушка, мене береги и скоцину блюдзи", - говаривали в старицу. Если же его не кормить, то он душит кур, беспокоит своей возней ночью. Тогда он превращается в проклятого "беса хоромо-жителя", как называли домового церковнослужители ("Слово св. Василия о посте" - памятник XIV в.).

     Таковы лишь некоторые представители сонма демонов славян-язычников, Их ощущения этого "демонического" мира, их взаимоотношения с ним образно передал Сергей Городецкий:

Предки меня не чураются,

В космах зеленых  снуют.

В жизнь озираются,

В нежить зовут.

      Таким образом, у восточных славян на протяжении многих веков складывался своеобразный пантеон демонов, или низших божеств. С течением времени на их первоначальные функции наслаивались новые. Поэтому в ряде случаев до нас дошли их полифункциональные образы. Пример тому, как отмечалось выше, - русалки. Между демонами существовали отношения, отражающие родственные и бытовые связи людей. У славянских демонов существовала определенная иерархия: среди них были начальники и подчиненные, старшие и младшие. Домовой имеет семью: жену (домаха, домовиха), детей. Леший также может иметь парный персонаж - лесную хозяйку (лешачиху, лешавицу). Русалки считались дочерьми водяного. В одном из письменных памятников XIX в. о вилах говорится, что "их же числом тридевять сестрениц, глаголять невегласи и мнять богинями". Домовые ходят в гости друг к другу, иногда ссорятся и даже дерутся. Домовой водит знакомство, а иногда воюет с банникамн, овинниками, лесовиками и  

полевиками, а с водяными непримиримо враждует. "Все эти духи близкие и родные или друзья, кумовья", - говорили русские  крестьяне. Видимо, главой рожаниц - духов  рода, рождения и плодородия был  Род. В подчинении у лесного хозяина был боровой.