Особенности внешней политики США на современном этапе

Оглавление

Введение……………………………………………………………………………………….....3

Глава 1. Внешняя политика США на рубеже XX-XXI вв……………………………...…7

1. Статус США в современном мире……………………………………………...….7
2. Значение Ближнего Востока в идеологии США после окончания «холодной войны……………………………………………………………………………...……..10
1. США и палестино-израильское урегулирование……………………………..14
2. Смешение акцентов политики администрации Дж. Буша-мл. в отношении Ирана…………………………………………………………………………………….25

1.3. Отношения США с Китаем………………………………………………………..31

Глава 2. Особенности внешней политики США на современном этапе …………….34

2.1. Российско-американский диалог после окончания «холодной войны» ……...34

2.2. Новая американская политика в Евразии ………………………………………43

2.3. Внешняя политика  Барака Обамы………………………………………………...46

Заключение …………………………………………………………………………………....51

Список использованной литературы……………………………………………………….....56

         Введение

Мир в первые десятилетия XXI в. вступил в исключительно сложный и опасный период своего развития. Мы живем во время, чреватое самыми разными социальными катаклизмами - экономическими бедствиями, войнами, смутами, крушением государств, межнациональными конфликтами. Каковы наиболее важные черты современности? Во-первых, глобализация, которая во все большей степени подчиняет себе все сферы общественной жизни всех без исключения стран мира. Во-вторых, самый мощный за всю историю экономический кризис, ставший первым кризисом глобального человечества, первым глобальным кризисом. В-третьих, крах однополярного мира, в котором США выступали в качестве единственной сверхдержавы. Однополярный мир сформировался после 1991 г., когда прекратил свое существование СССР, являвшийся противовесом гегемонистским устремлениям США, попыткам правящего класса США сохранить свою гегемонию или переформатировать ее. В-четвертых, возникновение на руинах американской гегемонии многополярного мира¹. В центре современных академических дискуссий по вопросам нового миропорядка по-прежнему находятся вопросы о роли и значении на международной арене ведущей супердержавы. Особый интерес в этом плане представляют взгляды экспертов по актуальным проблемам внешней политики Соединенных Штатов Америки.

Холодная война - глобальная геополитическая, экономическая и идеологическая конфронтация между США и их союзниками, с одной стороны, и Советским Союзом и его союзниками - с другой, длившаяся с середины 40-х до начала 90-х годов XX века. Хотя Соединённые Штаты и СССР никогда не вступали в прямое военное противостояние, их соперничество за влияние часто приводило к вспышкам локальных вооружённых конфликтов по всему миру. США и Советский Союз создали свои сферы влияния, закрепив их военно-политическими блоками - НАТО и Варшавский Договор.

Холодная война сопровождалась гонкой обычных и ядерных вооружений, то и дело угрожавшей привести к  третьей мировой войне. Наиболее известным из таких случаев, когда  мир оказывался на грани катастрофы, стал Карибский кризис 1962 года. В связи с этим в 1970-е годы обеими сторонами были предприняты усилия по «разрядке» международной напряжённости и ограничению вооружений.

Сегодня уже ни для  кого не секрет, что Соединенные  Штаты после окончания «холодной войны» открыто и последовательно проводят политику достижения глобального господства. Совершенно явно об этом говорит американский политолог, бывший помощник государственного секретаря по национальной безопасности США Збигнев Бжезинский, известный своей официозной позицией. Так, в предисловии к своей книге «Великая шахматная доска» он пишет: «Поражение и развал Советского Союза стали финальным аккордом в быстром вознесении на пьедестал державы Западного полушария - Соединенных Штатов - в качестве единственной и действительно первой подлинно глобальной державы»².

В полном согласии со словами Бжезинского доклад ЦРУ о перспективах развития мира на период до 2015 г. предрекает: «Соединенные Штаты останутся главной силой в мировом сообществе. В 2015 с США по глобальному экономическому, технологическому, военному и дипломатическому влиянию не сможет сравниться ни одна из наций, ни одна из международных организаций. Эта мощь не только обеспечит превосходство Америки, но и сделает Соединенные Штаты ключевой движущей силой международной системы»³. В целях подчинения всего мира Западу проводится политика глобального империализма США и их союзников.

До 1991 г. глобальный империализм  США сдерживался военной, политической и экономической мощью Советского Союза. Все развивающиеся страны имели возможность идти независимым курсом, ориентироваться на свои национальные интересы, реализовывать экономический, политический и культурный суверенитет. Если бы не сдерживающая сила могущественного СССР, многие страны «третьего» мира стали бы полуколониями США и их союзников. Распад СССР снял все препятствия для глобальной экспансии США, которые, став единственной сверхдержавой, приступили к бесцеремонной политике подчинения себе всего мира. Без сомнения, то, что мы наблюдаем в последние годы, - войны против Ирака и Югославии и др., - было бы невозможно, если бы существовал Советский Союз. И в этом прекрасно отдают себе отчет в развивающихся странах.

При этом Бжезинский объясняет  глобальное господство США следующим образом: «Америка занимает доминирующие позиции в четырех имеющих решающее значение областях мировой власти: в военной области она располагает не имеющими себе равных глобальными возможностями развертывания; в области экономики остается основной движущей силой мирового развития, даже, несмотря на конкуренцию в отдельных областях со стороны Японии и Германии (ни одной из этих стран не свойственны другие отличительные черты мирового могущества); в технологическом отношении она сохраняет абсолютное лидерство в передовых областях науки и техники; в области культуры, несмотря на ее некоторую примитивность, Америка пользуется не имеющей себе равных притягательностью, особенно среди молодежи всего мира, - все это обеспечивает Соединенным Штатам политическое влияние, близкого которому не имеет ни одно государство мира. Именно сочетание всех этих четырех факторов делает Америку единственной мировой сверхдержавой мира в полном смысле этого слова»⁴.

Представленная работа посвящена теме «Внешняя политика США после окончания «холодной войны». Проблема данного исследования носит актуальный характер в современных условиях. Об этом свидетельствует частое изучение поднятых вопросов.

Вопросам данного исследования посвящено множество работ. В основном материал, изложенный в учебной литературе, носит общий характер, а в многочисленных монографиях по данной тематике рассмотрены более узкие вопросы изучаемой проблемы. Однако требуется учет современных условий при исследовании проблематики обозначенной темы.

Высокая значимость и  недостаточная практическая разработанность  проблемы  определяют несомненную новизну данного курсового исследования.

Актуальность настоящей  работы обусловлена, с одной стороны, большим интересом к теме «Внешняя политика США после окончания «холодной войны» в современной науке, с другой стороны, ее недостаточной разработанностью. Рассмотрение вопросов связанных с данной тематикой носит как теоретическую, так и практическую значимость.

Объектом данного исследования является анализ условий «Внешняя политика США после окончания «холодной войны». При этом предметом курсового исследования является рассмотрение отдельных вопросов, сформулированных в качестве задач данного исследования.

Целью курсовой работы является – рассмотреть основные приоритеты внешняя политика США после окончания «холодной войны».

В рамках достижения поставленной цели автором были поставлены и решения следующие задачи:

- рассмотреть особенности внешней политики США в конце XX века;

- выявить стратегические направления внешней политики США в последние годы;

- дать перспективы внешнеполитических отношений США и всего мира.

Работа имеет традиционную структуру и включает в себя введение, основную часть, состоящую из 2 глав, заключение и список использованной литературы.

Во введении обоснована актуальность выбора темы, поставлены цель и задачи исследования, охарактеризованы методы исследования и источники информации.

Глава первая раскрывает общие вопросы, раскрываются исторические аспекты проблемы внешняя политика США на рубеже XX-XXI вв. Определяются основные понятия, обуславливается актуальность звучание интересуемых нас вопросов.

В главе второй «Особенности внешней политики США на современном этапе» более подробно рассмотрены содержание и современные проблемы внешней политики США, России и Европы.

По результатам исследования был вскрыт ряд проблем, имеющих отношение к рассматриваемой теме, и сделаны выводы о необходимости дальнейшего изучения / улучшения состояния вопроса.

Таким образом, актуальность данной проблемы определила выбор темы работы, круг вопросов и логическую схему ее построения.

Теоретической и методологической основой проведения исследования явились: базовая учебная литература, фундаментальные теоретические труды крупнейших мыслителей в рассматриваемой области, результаты практических исследований видных отечественных и зарубежных авторов, статьи и обзоры в специализированных и периодических изданиях, книги и материалы периодических изданий, справочная литература, прочие актуальные источники информации по теме курсовой работы.

Глава 1. Внешняя политика США на рубеже XX-XXI вв.

1. Статус США в современном мире

К началу XXI века в мировой  политике сложилась ситуация, которую  многие западные авторы поспешили охарактеризовать термином «новый» и при этом «однополярный» мировой порядок. После распада биполярного миропорядка Соединенные Штаты действительно оказались единственной сверхдержавой современного мира. Причем сверхдержавный статус США обусловлен подавляющим превосходством Америки либо ее уверенным лидерством в целом ряде областей. Так, США располагают самым емким в мире внутренним рынком, самым крупным и самым диверсифицированным научно-технологическим потенциалом. В политическом плане американское влияние в различных странах мира сохраняется за счет лидирующей роли США в межправительственных организациях, а также за счет формирования устойчивой сети транснациональных акторов (включая ТНК, НГО и т.н. GONGO, т.е. формально независимые, но созданные по инициативе и/или при поддержке правительства организации). В военном смысле о преобладающей мощи США свидетельствует не только наличие огромного ядерного арсенала, современных вооруженных сил, оснащенных первоклассной техникой и располагающих хорошо подготовленным персоналом, но и тот факт, что в настоящее время на их долю приходится около половины мировых военных расходов и более половины расходов на военные НИОКР и закупку вооружений. Помимо сказанного, США выступают единственной страной в мире, обладающей такими внушительными экспедиционными возможностями, что способны при необходимости осуществить проекцию силы практически в любом районе мира⁵.

Исследователи изучают  перемены во внешней политике США  сквозь призму так называемой теории политических поколений и генерационных  перемен. Согласно этой точке зрения, многое в действиях текущей администрации  Обамы объясняется влиянием поколения  шестидесятников, которые еще находятся у власти. Следовательно, более радикальные перемены стоит ожидать лишь после очередной смены поколений политикоформирующих сил в США.

В различных исследованиях  делается вывод о доминировании  в американской политике элементов высокомерия и нарциссизма, что было свойственно администрации Дж. Буша. На этой основе возникает целый комплекс мифов и верований о могуществе Соединенных Штатов, их глобальной миссии, роли их в качестве единственного миротворческого государства, этакого супергероя и «глобального полицейского», что ведет к переоценке своих возможностей и сил, к непродуктивной внешней политике и неэффективным интервенциям. При этом линия, отделяющая самоуверенность и высокомерие на деле так тонка, пишут ученые, что трудно отличить здоровое позитивное отношение от патологического бреда и реального всемогущества. Перед политикоформирующими лицами, поэтому стоит задача отделить одно от другого, определить реальные выполнимые действия и приемлемые способы достижения политических целей. Те, кто не сумеет это сделать, рискуют, по мнению экспертов, уподобиться судьбе Икаруса или Дж.Буша.

Другой внутренней проблемой  США является, по мнению исследователей, отсутствие внешнеполитических знаний у доминирующей части американского  общества, что было выявлено в ходе регулярно проводимых опросов еще в начале XX в. Ситуация с тех пор не изменилась. В 2011г. обзор 1000 граждан США продемонстрировал недопонимание причин участия США в холодной войне у 73% респондентов⁶.

Однако глобальное доминирование во многих аспектах невозможно обеспечить только «жесткой силой», то есть военным или экономическим превосходством. Как показывает опыт последних десятилетий, преобладающую экономическую и военную мощь не всегда можно конвертировать в политический контроль. Без «мягкой силы» это практически невозможно. В конце XX века тенденции глобализации и стремление политических элит ряда стран Запада воспользоваться объективными процессами, чтобы трансформировать систему международных отношений по приемлемому для них сценарию формирования однополярного мира, породили серьезную проблему, вставшую на пути сторонников униполярного мирового устройства. Это проблема острого дефицита легитимности в действиях основных мировых акторов. Причем речь шла о дефиците легитимности как со стороны крупнейших государств - лидеров мировой системы (в лице стран Запада, и, прежде всего США), властные притязания которых выходили за привычные территориальные границы, так и обретающих силу и вес в процессе глобализации новых транснациональных акторов (ТНК, НГО и т.д.). В условиях отсутствия легитимности было все сложнее находить консенсусные решения тех или иных мировых и региональные проблем. В итоге не дефицит силы, а именно отсутствие легитимности спровоцировали кризис однополярности, особенно после того как США и «коалиция желающих» вторглись в Ирак в 2003 году. Тогда и обнаружилось, что достичь консенсуса даже в рамках стран, составляющих ядро униполя, - задача непростая.

Многие исследователи отмечали нарастание имперских амбиций в американской внешней политике после «холодной войны». Однако особенно сильно такая позиция проявилась в период президентства Дж. Буша-мл. Как отмечают Ф. Гордон и Дж. Шапиро, там, где Клинтон дипломатией достигал сложных компромиссных решений с европейскими союзниками по таким вопросам, как ядерная оборона, Международный уголовный суд, Киотский протокол, даже Иран и Ирак, у Буша, очевидно, не хватало терпимости к европейской точке зрения.

Команда Буша-мл. постепенно разработала доктрину поведения  Америки на мировой арене. Администрация Буша-мл. полагала, что внешнеполитические цели США можно реализовать только при лидерстве Америки, а если необходимо, то и в одностороннем порядке. С такой же позиции определялась и роль международных организаций и договоров. Так, по словам вице-президента Дикз Чейни, ООН доказала свою несостоятельность при отражении таких угроз, как государства-изгои, вооруженные смертоносным оружием. В результате, такие документы как Договор о запрещении испытаний ядерного оружия, Конвенция о биологическом оружии, договор о создании Международного уголовного суда, Киотский протокол были признаны администрацией несущественными и отвергнуты.

Пренебрежение международными институтами и необходимостью достижения многостороннего консенсуса, характерное для администрации Дж. Буша-мл. с первых дней ее нахождения в Белом доме, являлось частью идеологии американского «Возрождения», сторонники которой составляли большинство среди политиков, определявших внешнеполитическую стратегию Вашингтона⁷. Так, после трудной победы Дж. Буша-дл. на выборах 2000 г. ключевые внешнеполитические посты в его администрации получили многие видные члены ПНАВ: Р. Чейни стал вице-президентом, Д. Рамефелд был назначен министром обороны, П. Вулфоаиц стал его заместителем, Л. Либби получил пост руководителя аппарата вице-президента, а Р. Армитидж - заместителем государственного секретаря по глобальным проблемам.

По словам американского  политолога Уолтера Мида, приверженцы  американского «Возрождения» были «убеждены в том, что новые  стратегии, которые они отстаивают, приведут к возрождению американской мощи (и американских ценностей), действующей во всем мире»⁸. Как считает У. Мид, основой внешней политики американского «Возрождения» является вера во взаимосвязь опоры на традиционные американские ценности и обеспечение безопасности. Таким образом, при Дж. Буше-мл. произошел некоторый пересмотр приоритетов во внешней политике, а экономические вопросы зачастую стали рассматриваться сквозь призму интересов безопасности.

1.2. Значение  Ближнего Востока в идеологии США после окончания «холодной войны»

Большое место в исследованиях  экспертов внешней политики США  отводится изучению ближневосточной  стратегии США. Вовлечение США в  регион Ближнего Востока, пишут исследователи, включает комплекс правительственных и неправительственных действий разного уровня и объема, разной целевой и временной направленности. Не существует единой универсальной формулы урегулирования конфликтов. Выбор наилучшей комбинации эффективно действующих принципов требует особого внимания к специфике ситуации и тщательной отработки альтернативных сценариев. В этом смысле, считают западные специалисты, правительство США сталкивается с особым подбором препятствий и преимуществ воздействия на курс арабских революций. При этом один комплекс барьеров относится к широкому кругу интересов и проблем США, разнородным приоритетам различных структур правительства, в результате чего их действия носят не скоординированный характер. Другой комплекс препятствий связан с распространенным в регионе недоверием к правительству США, предположительно вследствие тесных связей Вашингтона с авторитарными арабскими лидерами, его несбалансированными отношениями с израильтянами и палестинцами, и неуважением к исламу.

Тесные экономические связи между высокопоставленными американскими и арабскими чиновниками предоставляют Вашингтону рычаг, способный в критические моменты внести раскол в ряды арабского руководства и ускорить свержение того или иного лидера. В то же время финансовые и другие ресурсы, которые США направляют в арабские страны, могут содействовать скорейшему преодолению сложного переходного периода. НПО в массе своей не обладают такими возможностями, но, в отличие от представителей правительственных учреждений США или американо-спонсируемых организаций, могут пользоваться большей степенью доверия у различных слоев населения. Более того, представители НПО могут встречаться и работать с организациями, находящимися вне зоны досягаемости официальных лиц США. Их сотрудничество с местными организациями может привлечь внимание к конструктивным ценностям и практическому опыту американцев. Таким образом, заключают исследователи, продвижение демократии в ближневосточном регионе зависит от сотрудничества США с организациями гражданского общества. США могут усилить свое влияние на Ближнем Востоке, предоставляя там большую свободу действий для американских неправительственных организаций, что параллельно будет способствовать решению большинства других региональных проблем.

Среди перечисленных  выше вопросов наиболее важное место изначально занимала проблема доступа к ресурсам углеводородного сырья, как на Ближнем Востоке, так и в других регионах. Она стала одной из основ большой американкой стратегии при Дж. Буше-мл. покоящейся на «трех слонах»:

1) ограничение возможности агрессивных государств и организаций расширять сферу влияния в Европе, Азии и в частности на Ближнем Востоке;

2) обеспечение свободного и безопасного использования морских и воздушных коммуникаций;

3) обеспечение гарантированных и бесперебойных энергоносителей поставки энергоносителей на мировом рынки⁹.

Объединение этих трех направлений  в политике США в отношении  Ближнего Востока произошло в  рамках подхода, согласно которым только самая агрессивная зашита американских ценностей позволит справиться с угрозами безопасности США, которые исходят из этого региона¹⁰. Хотя изначально идейный комплекс американского «Возрождения», как и приоритеты внешнеэкономической деятельности США разделялись многими политиками в окружении Дж. Буша-мл., подчинение внешней политики этой идеологии произошло не сразу.

Так, по словам А.И. Шумилина, накануне террористических актов 11 сентября 2001 г. в Нью-Йорке среди американских дипломатов преобладало мнение о  том, что Соединенным Штатам Америки  необходимо дистанцироваться от Ближнего Востока, ограничить активность в этом регионе даже по сравнению с деятельностью администрации Клинтона¹¹. Можно только предполагать, сколько времени заняло бы изменение ближневосточной политики Вашингтона в соответствии с идеологией американского «Возрождения», если бы не 11 сентября.

Практически все аналитики, и американские, и российские, согласны с тем, что усиление унилатерализма США непосредственно связано  с событиями 11 сентября 2011 года. «Доктрина  Буша» стала в данном случае выражением и закреплением права США на проведение односторонних действий. Как подчеркивает А. Этциони, президент Буш-мл. «исходил из подавляющего военного превосходства Америки над всеми остальными государствами, отсюда следовало, что США могут действовать в одностороннем порядке, игнорируя международные нормы, право и институты... приветствовалась безоговорочная поддержка Америки со стороны (других стран), но подлинные консультации или сотрудничество считались излишними»¹².

Как поясняет Э. Баталов, «вызов, - а сентябрьский теракт был равноценен именно как вызов, - брошенный Соединенным Штатам террористами не мог не пробудить у американцев... миссионистский дух»¹³.

Эту же мысль более  жестко и однозначно сформулировал  Роберт Кейган - Соединенные Штаты  Америки по-прежнему живут в истории, используя свою силу в анархическом мире, где нельзя полагаться на нормы международного права и где истинные 6езопасностъ, оборона и распространение либерального порядка зависят от обладания и применения военной мощи.

«Сентябрьская трагедия заставила содрогнуться весь мир. Но Америку - в том числе ее интеллектуальную элиту - она буквально потрясла», - указывал Э. Баталов. Прежде всего, это проявилось в оценке политической значимости и исторической роли этих событий. Большинство теоретиков и аналитиков подчеркивали изменившийся характер, как внутриполитического ландшафта США, так и международной политической системы в целом. «Американцы вступили в новую эру истории…» - писал Джон Гэддис. Строуб Тэлбот и Найан Чанда определили характер новой эпохи как «век терроризма»¹⁴. Действительно, беспрецедентность данного события была связана для США с тем, что американцы впервые в жизни перестали чувствовать себя в безопасности. «Угроза безопасности Соединенных Штатов стала исходить чуть ли не отовсюду, в том числе, - и это было для американцев самым страшным, - из собственного дома» - подчеркивает Э. Баталов.

После событий 11 сентября 2001 г. принципы унилатерализма в американской внешней политике и ведения превентивных (опережающих) действий во имя зашиты демократических ценностей и всего свободного мира были всесторонне проанализированы и получили моральное одобрение многих американских экспертов-политологов¹⁵. Таким образом, ряд важных внешнеполитических установок неоконсерваторов и правых лег в основу новой доктрины национальной безопасности США. Во вводной части этого документа, датируемого сентябрем 2002 г., прямо сообщалось о необходимости нанесения упреждающих военных ударов по «новым противникам» США - террористическим группировкам и так называемым государствам «оси зла» - Ираку, Ирану и Северной Корее, стремящимся обрести ОМУ.

В «стратегии» было оговорено  право на одностороннее применение военной силы СШA. Администрация  Буша-мл. обозначила приоритетный регион, который подлежал первоочередной демократизации - Ближний Восток. Задача изменения общественно-политического уклада этого региона напрямую указывалась с обеспечением безопасности США. Распространение базовых демократических ценностей и утверждение соответствующих институтов в регионе должно было привести к снижению исходящих угроз национальной безопасности Соединенных Штатов Америки. Кроме того, демократизация стран этого региона для администрация Буша-мл. выглядела не только как аспект безопасности, но и как исторический шанс вывести американское влияние в регионе на новый уровень.

Обоснование связи между  террористической угрозой, находящейся  со стороны государств Ближнего Востока, и ее устранением путем утверждения  демократического режима правления  состояло в том, что демократизация как форма организации общественно-политической жизни снижает террористическую активность, предоставляя большие возможности для самореализации и диалога между властью и обществом, создавая механизм «приглушения» экстремистских настроений.

Резюмируя вышесказанное, нужно отметить, что после Второй мировой войны Соединенные Штаты Америки определили основные цели своей политики на Ближнем Востоке, такие как обеспечение растущих энергопотребностей США, противодействие распространению влияния СССР и поддержка государства Израиль. Главными опорами американской политики в регионе стали Израиль, Саудовская Аравия и Иран (последний до 1979 г.).

Сдерживание рассматривалось  Вашингтоном как главный инструмент региональной политики. После окончания  «холодной войны» этот инструмент сохраняет важное значение для политики Соединенных Штатов Америки на Ближнем Востоке, несмотря на то, что была предпринята попытка заменить сдерживание на стратегию расширения сообщества рыночной демократий или распространения демократии, подразумевавшей укрепление стабильности и предсказуемости в международных отношениях. В середине 1990-х годов стратегия распространения демократии была дополнена концепцией либерального интервенционизма, допускавшей конфронтацию с режимами, представлявшими угрозу для сообщества демократий. Такими режимами на Ближнем Востоке стали Ирак, Иран и Ливия.

Важно отметить, что с  точки зрения практического применения официальных концепций ближневосточная  политика демократической администрации  У. Клинтона (1993-2001 годы) мало отличалась от политики предыдущих администраций. Важнейшим региональным партнером США оставался Израиль, а Ирак и Иран рассматривались как оппоненты, по отношению к которым применялось «двойное сдерживание».

Приход республиканской  администрации Дж. Буша-мл., и, особенно, ее реакция на террористические акты в США 11 сентября 2001г., внесли серьезные коррективы в идейные основы ближневосточной политики страны, поскольку президент и его окружение разделяли идеологию американского «Возрождения». Одной из ее особенностей был унилатерализм, проявлявшийся во всех трех направлениях большой американской стратегии Дж. Буша-мл.: 1) ограничение возможности агрессивных государств и организаций расширять сферу влияния; 2) обеспечение свободного и безопасного использования морского и воздушного пространства; 3) обеспечение энергетической безопасности.

Борьба с терроризмом  также носила при Дж. Буше-мл. характер односторонности. Одним из ключевых элементов этой борьбы стала демократизация прежде всего, арабских стран Ближнего Востока, откуда исходила террористическая угроза Соединенным Штатам Америки. Таким образом, идея администрации Клинтона о том, что расширение сообщества рыночных демократий приведет к региональной стабилизации, сохранила актуальность и для администрации Дж. Буша-мл. и ее политики на Ближнем Востоке.