Ответственность за незаконный оборот наркотиков. 2

                         МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ

РОССИЙСКОЙ  ФЕДЕРАЦИИ

Восточно-Сибирский  институт экономики и права

Юридический факультет

Ответственность за незаконный оборот наркотиков

Курсовая работа

по дисциплине «Уголовное право»

Иркутск, 2013

 Содержание

Введение

1. Исторический аспект распространения наркотиков и наркомании в России. Проблема незаконного оборота наркотических средств в РФ

1.1 История распространения  наркотиков в России

1.2 Противодействие  незаконному обороту наркотиков  и злоупотреблению ими

1.4 Проблема  незаконного оборота наркотических средств в РФ

2. Основные элементы  состава преступления, предусмотренного  ст.228 УК РФ

2.1 Объект данного  преступления

2.2 Объективная  сторона преступления

2.3 Субъективная  сторона преступления

2.4 Субъект преступления

3. Квалифицирующий признак преступления, предусмотренного ст.228 УК РФ. Деяния, совершенные в особо крупном размере

Заключение

Список использованных источников

Введение

В данной работе рассматривается проблема, связанная  с незаконным оборотом наркотических и психотропных веществ или их аналогов, изложены и пояснены законодательные акты, а также сложившаяся на сегодняшний день практика.

В работе тщательно  рассматривается уголовная ответственность  за незаконный оборот наркотических  средств, психотропных веществ или их аналогов, основанное, главным образом на законодательной базе, анализируются недостатки существующего законодательства и возможности устранения таких недостатков.

В течение многих столетий люди употребляют наркотики, и столько же времени пытаются избавиться от этой беды. Ежегодно употребление наркотиков несет беду миллионам семей во всем мире. Проблема незаконного оборота наркотиков не знает расовых, половых, религиозных, национальных границ. Все чаще из-за применения наркотиков подвергается опасности одна из самых главных ценностей нашей цивилизации – человеческая жизнь.

Существуют  подсчеты, согласно которым в наши дни жители планеты тратят на незаконно  приобретенные наркотики денег  больше, чем на пищу, жилье, одежду, образование  или медицинское обслуживание.

В 2001 г. в России было зарегистрировано 185 832 правонарушения, связанных с наркотическими средствами, психотропными, сильнодействующими и  одурманивающими веществами, а также  совершенных на почве наркомании, - это 7,8% от общего числа зарегистрированных преступлений. Из них 149825 преступлений совершеных крупных и особо крупных размерах, к уголовной ответственности привлечено 102172 человека, изъято 49625,4 кг. наркотических средств, психотропных и сильнодействующих веществ.

Особенно тревожным является то обстоятельство, что, во-первых, возрастает доля потребления так называемых тяжелых наркотиков (героин, ЛСД,и т.п.) и, во-вторых, в сферу наркооборота активно вовлекаются молодежь и школьники. Но социальная опасность потребления наркотиков не ограничивается материальными потерями общества. Развитие организованной преступности, распространение СПИДа и других опасных заболеваний, финансирование террористов – вот далеко не полный список всех печальных последствий распространения наркотиков, разрушающих человеческий потенциал общества.

Актуальность  проблемы борьбы с незаконным оборотом наркотиков не нуждается в доказательствах. Это тот случай, когда цифры  можно и не приводить. С одной  стороны, они чуть ли не каждодневно  называются в средствах массовой информации. С другой стороны - эти данные приблизительны, как приблизительна и статистика преступлений, связанных с наркотическими средствами. Общий вес наркотиков, изъятых из незаконного оборота, в 2006 году составил около 50 тонн. К уголовной ответственности за незаконный оборот наркотических средств и психотропных веществ привлечено 229 тыс. человек (на 11,1% больше, чем в 2005 году). За тот же период 123 тыс. граждан привлечены к административной ответственности.

Статистика  показывает, что с 2001 по 2006 год количество изъятой соломки мака возросло с почти шести тысяч килограммов до 19.100 кг, то есть более чем в три раза.

Если в 2001 годы было изъято 63 кг опия, то в 2006 году эта  цифра возросла до 1400 кг. Также во все большей степени налаживается поступление различных видов наркотиков из Азербайджана и Грузии. Из Азербайджана доставка идет, прежде всего, автотранспортом вместе с фруктами и овощами.

Собственно  внутри Российской Федерации основной зоной нелегального выращивания  конопли остается Дальний Восток, откуда также налажена система поставки наркотиков в крупнейшие города Сибири и Урала, а также в Центральную Россию.

Значительная  протяженность границ Российской Федерации  со странами - производителями наркотиков, во многом определяет негативное развитие наркоситуации. Наиболее сложная оперативная обстановка сложилась на южных границах России. Огромные масштабы производства героина и опия в Афганистане, политическая нестабильность и «прозрачность» границ в Центрально-Азиатском регионе, крайне низкий уровень жизни населения бывших среднеазиатских республик СССР - все это привело к значительной активизации поставок наркотических средств опийной группы в Россию через территории Таджикистана, Узбекистана, Киргизии, Туркмении и Казахстана. 96 % героина, изъятого из незаконного оборота российскими таможенниками и пограничниками, перехвачено именно на этом направлении.

Выгодное геополитическое  положение, сложности в организации  и осуществлении погранично-таможенного  контроля привлекают к Российской Федерации интересы международной организованной наркопреступности, в том числе связанной с международным терроризмом.

Кроме того, рост объемов контрабанды героина  обусловлен наличием объективных экономических  условий для транзита этого наркотика  из Российской Федерации в другие страны, в первую очередь, Западной Европы и США. Средняя цена героина на российском «черном рынке» в 3-4 раза ниже, чем в Европе.

Исторический  аспект распространения наркотиков и наркомании в России. Проблема незаконного оборота наркотических средств в Российской Федерации

1. История распространения наркотиков в России

Нити прошлого объективно тянутся в будущее, какими бы тонкими они ни были, помогают с большей уверенностью оценивать  окружающую среду, условия и обстановку, в которых происходят перемены. В этой связи история наркомании и незаконного оборота наркотиков позволяет понять эту проблему в многомерной плоскости и составить о ней объективное представление.

Мы считаем, что совершенствование мер борьбы с незаконным оборотом наркотиков невозможно без знания истории теории вопроса, организационных и правовых основ деятельности органов и учреждений, ее осуществляющих. С давних времен одним из лекарств, широко практикуемых врачами, считался опиум. Его использование в России, по-видимому, следует отнести к концу XVI в., когда в 1581 году в Москве организовалась первая царская аптека с английским аптекарем Джеймсом Френчем, привезшим с собой среди прочих и названное лекарство. Впоследствии русские цари закупали его непременно у англичан, а позднее - на Востоке[1].

Наиболее интенсивно лечили опиумом психически больных  и алкоголиков. Причем подобный опыт, как правило, перенимался от иностранных  специалистов.

Например, в 1833 году профессор Спасский настоятельно рекомендовал “пьяниц горьких” пользовать от “белой горячки” по методу доктора Паули, англичанина, советовавшего больному поутру выпивать небольшую рюмку водки, а на ночь принять один-два грана (один гран равен 64,8 мг) опия в экстракте и натереться мазью, настоянной на опиуме же...

Естественно, алкоголизм у таких пациентов постепенно подменялся привычкой к опиуму, и  человек начинал страдать опиоманией.

Позднее этот вид  наркомании активно пытались лечить изобретенным к тому времени морфием (1803-1817гг.). По этому поводу журнал “Современная медицина” писал в 1866 году: “...Морфий всегда действует и не требует увеличения приема, то есть больные к нему не привыкают, как привыкают к опию”. И хотя уже в 1871 году доктор Лер отметил случаи привязанности и к морфию, в 1898 году Шарль Рише по-прежнему доказывал, что “у детей не образуется привычки к морфию и маленькие дозы дают больший эффект; у привычных же потребителей и колоссальные дозы не дают токсического действия”.[2]

Нездоровое  любопытство к наркотику подогревали  и появившиеся к тому времени  врачи-наркоманы. В 1866 году в России пропагандировался опыт некоего  профессора Нусбаума из Берлина, имевшего 2000 самостоятельных инъекций морфия “по причине болезни головы”...

Очередным “лекарством”, применяемым в лечении вышеперечисленных  наркомании, стал кокаин, открытый в 1855 году.

Алкоголизм, опиоманию, морфинизм и кокаинизм пробовали  лечить изобретенным во второй половине XIX в. героином. Такая практика тоже ни к чему хорошему не привела. Более того, М. Брейтман в 1902 году настоятельно рекомендовал героин со страниц одного медицинского издания широкому кругу публики как препарат, “вентилирующий легкие”, что в первую очередь предназначалось для русских спортсменов. Предлагалось его употреблять и в “антибронхиальных” целях. А, по мнению доктора Ладыженского, дозы героина в случае привыкания к нему следовало обязательно увеличивать! И только в 1923 году отечественный психиатр С. И. Каган сделал, наконец, вывод о недопустимости лечения наркомании наркотиками, запоздало, признав многочисленную и долговременную практику своих коллег-предшественников “ошибочной”...

Статистика  не располагает сведениями о количестве жертв подобных способов лечения. Однако и по сей день в ряде стран принцип “клин клином вышибают” в ходу. На Западе (а сегодня пытаются и в России) при лечении героиноманов активно используют метадон. Вместе с тем этот препарат чаще употребляется наркоманами как самостоятельно, так и в смеси с другими наркотическими средствами - для повышения “качества” эйфории. И, нет среди наркологов согласия - полезен этот метод или нет...

Последний “лекарственный”  толчок в распространении бытовой  наркомании отечественная медицина дала в конце 20-х годов, когда на селе стали открыто рекламировать и продавать пасту опия. Ее стали интенсивно использовать крестьянки, дававшие наркотик грудным детям вместо более безобидного отвара мака, не всегда имевшегося под рукой. Делалось это в целях успокаивания детей на период хозяйственных работ матери. Началась эпидемия детской наркомании. “Детей-опиофагов в нашем уезде много”, — писал сельский врач К. К. Верещагин из Тамбовской губернии...

Интересна роль в распространении немедицинских знаний о наркотиках в России и со стороны “пишущей братии” - литераторов и Журналистов. Волна подобной информации о наркотиках пришла из-за рубежа.

Вскоре по примеру  “Клуба гашишеедов” начали образовываться “тайные” общества наркоманов в России. Их расцвет достиг кульминации вероятно в начале нашего столетия, а внутренняя жизнь наиболее удачно нашла свое описание, по-видимому, в киносценарии для немого кино неизвестного сегодня кинодраматурга Ливерия Авида(1916).

Не менее  занимательна история привнесения наркотических средств в нашу страну извне за счет старания отечественных ученых. Например, известный русский востоковед (тюрколог, иранист, монголовед) И. Н. Березин (1818-1896) во время пребывания в Каире в 60-х годах XIX в. познакомился с воздействием гашиша на психику человека. Несмотря на отмеченную ученым опасность от употребления дурмана, он всячески одобрял бытовое использование гашиша и был убежден в том, что этот наркотик “при умении удержаться от излишеств просто безвреден”, а также что наша северная конопля, как и южная, хоть и в меньшей степени, но имеет одурманивающего свойства.

Я думаю, что  все-таки решающую роль в создании благоприятной  среды для широкого употребления наркотиков сыграли незадачливые медики, литераторы и путешественники. Недальновидная активность этих “специалистов” в распространении наркомании и наркотиков не коснулась крестьян, рабочих, мастеровых людей, а нашла отклик в обеспеченных, грамотных слоях общества. Простой народ все это время заливал свои чаяния алкоголем - ядом, не менее опасным для здоровья нации, чем наркотическая отрава.

Интенсивное, масштабное распространение наркотиков начало ощущаться с развитием восточной  колониальной политики царской России, когда огромный поток крестьянства и казачества двинулся для освоения новых земель в Среднюю Азию, на Дальний Восток. В те времена на 20 млн. мусульманского населения (1880) приходилось до 800 тыс. потребителей только гашиша. И это число считалось заниженным, так как, по свидетельству доктора Л.В. Анцыферова (1923), в Средней Азии “редко можно было встретить коренного жителя, не познакомившегося хотя бы раз в жизни со вкусом и действием “наши” (гашиша - прим. авт.).

Контакт между  двумя расами людей привел среди  прочих последствий и к тому, что, по выводам современников, “коренное население прививало пришлому гашишизм, последнее прививало коренному - алкоголь”.

Уже в 1878 году генерал-губернатора  Туркестанского края предупреждали  о возможных последствиях для  жителей европейской части России, если местными властями не будут предприняты решительные меры для борьбы с наркоманией среди азиатских мусульман.

Говоря о  проблеме бытовой наркомании и процветавшем многие столетия наркобизнесе в Азии, поневоле приходится затрагивать чрезвычайно  важные вопросы национальных взаимоотношений. В этой связи требует своего рассмотрения и роль китайских мигрантов XIX-XX в.в. в деле распространения наркотиков на территории Российской империи.

Развязанный Англией  в XIX в. наркогеноцид по отношению к  китайскому народу (“Опиумные” войны 1840-1842, 1856-1860 гг.) обернулся трагедией для населения не только Поднебесной империи, но и сопредельных государств, в частности, приграничных с Китаем территорий России. Приобретя статус доходного товара, опиум распространился от южных провинций Китая до его северных владений по линии Кашгар — Кульджа и Дальнего Востока.[4]

С 1871 по 1881 годы русские войска, находясь по приглашению  манчжур на территории Китая в  Илийском крае (так называемая “Новая территория” Цинской империи — Синьцзян), еще сдерживали волну наркотиков. Отвод войсковых частей обратно, в Туркестанский край, повлек за собой отток из Поднебесной некитайских народов, сочувствующих России, — уйгуров (таранчи), дунган и казахов. К 1881 году на российскую территорию их перешло не менее 200 тыс. человек.

К сожалению, многие представители этих этнических групп  успели заразиться в Китае наркоманией, а уйгуры и еще более дунгане (мусульмане по вероисповеданию) — овладеть приемами наркобизнеса. И если в Туркестанском крае из-за кочевого образа жизни тамошнего населения (киргизов и казахов) культура опийного мака не приживалась, то, начиная с 80-х годов XIX в., его активно начали высевать мигранты.

В такой же закономерной последовательности складывалась наркоситуация и на Дальнем Востоке. Если верить наблюдениям известного русского ученого-этнографа В.К. Арсеньева, эмигранты из Китая и Кореи повсеместно арендовали у приморских и приамурских крестьян и казаков земли, предназначенные под хлеб, перепахивая их (с зелеными всходами) для посевов мака. Простые люди, получая от аренды пашни денег больше, нежели они могли выручить от культивирования пшеницы, отучались от труда, предавались праздности, безделью, пьянству и наркомании, которая постепенно распространялась среди аборигенов, колонистов, затем жителей Камчатки, Сибири, Поволжья.

Характерен, на наш взгляд, следующий факт. В 1915 году, после издания Николаем II закона о запрещении посевов опийного мака, на имя директора департамента полиции Российской империи сенатора графа В.А. Брюн-де-Сент-Ипполита и еще шестерых адресатов из Правительства от жены есаула Шестакова (Полавский уезд Приамурского края) поступила телеграмма с угрозой: в случае уничтожения 8000 десятин (11 600 га - прим. авт.) с посевами опийного мака 4000 арендаторов устроят “полный разгром” ввиду “сильного среди них брожения”[5].

Канал распространения  наркотиков “Азия — Европа” существовал в немалой степени благодаря продажности работников правоохранительных органов, собирающих огромные взятки с торговцев наркотиками. “... Самое большое зло в водворении контрабанды кроется в продажности чинов этой стражи”, — так характеризовали своих коллег по оружию контрразведчики из жандармерии. “...Соблазн вошел в кровь и плоть пограничной стражи”, — добавляли они. Так же характеризовал чинов полиции и таможни Средней Азии авторитетный исследователь И.С. Левитов, неоднократно наблюдавший, как покрываются “грешки” и “грехи” притоносодержателей и сбытчиков наркотиков. Да и высокие сановники, чего скрывать, изрядно “грели” руки на незаконном обороте наркотиков.

Вот далеко не полный перечень обстоятельств, способствовавших созданию в предреволюционной России благоприятной почвы для наркомании, для ее взрыва в первые десятилетия советской власти и постоянном присутствии в условиях наших дней.

Одна из причин заключалась в неведении медиков  относительно вредных последствий  толком не проверенных методик лечения наркомании наркотиками и слепого копирования своих западных коллег. Эта “наивность” продолжает эстафету и сегодня.[6]

Что касается торговцев  наркотиками, то этот вид смертоносного бизнеса не имеет национальных признаков и обладает механизмом социальной преемственности так же, как и навыки наркотизма. В нашем случае - это целая историческая схема: англичане - китайцы - дунгане - поселенцы Туркестана (Дальнего Востока) - жители Сибири... Нынче к этой цепочке присоединились колумбийцы, голландцы, нигерийцы и многие, многие другие.

1.2   Противодействие  незаконному обороту наркотиков  и злоупотреблению ими

Контроль над  оборотом наркотиков в Древней Руси осуществлялся задолго до установления христианства идеологическим органом родоплеменной княжеской власти — языческими жрецами, известными на Руси как волхвы или ведуны. Сущность контроля над оборотом наркотиков со стороны института волхвов заключалась в том, чтобы в общинах люди не злоупотребляли этими средствами, а использовали их строго в лечебных целях под надзором ведунов.

Несколько позднее  функции по контролю над оборотом наркотиков переходят от Православной Церкви к воеводам, подчиненным Разбойному и Земскому Приказам.

Контрабандно поступавший в тот период на Русь табак (как правило, из Польши), который курили обычно из коровьего рога, также стали называть зельем, поскольку он одурманивающе воздействовал на сознание людей. Употребление же крепких спиртных напитков по распоряжению Ивана Грозного, наоборот, поощряется и легализуется.

Водка показала себя товаром, выгодным для доходной части государственного бюджета. В  итоге за курение табака рвали  ноздри, а распитие спиртного поощрялось.

С приходом на трон Петра Великого, в противовес уголовной политике Ивана Грозного, власти начинают приобщать население к курению табака. Петр I, побывав за рубежом, понял, что табак не менее прибыльный для бюджета страны товар, как и водка. Торговля табаком как прежде, так и в наши дни имеет место в большинстве стран мира.

Вместе с  этим действия, связанные с веществами, которые мы сегодня называем сильнодействующими, наркотическими, психотропными и  ядовитыми, в случае их обращения  без предписания властей стали  относиться к разряду политических преступлений.[7]

В Российской империи  вплоть до ее краха в 1917 году контролем  над оборотом наркотиков ведали Министерство внутренних дел и Церковь. В МВД  этим вопросом занимались Департамент Полиции и Медицинский Департамент.

На священнослужителей, по законам конца XIX- начала XX вв., возлагалось  отпускать грехи аптекарям, неправомерно продавшим наркотикосодержащие  лекарства, повлекшие смерть лица после  их приема.

Специализированных правоохранительных структур, занятых на борьбе с наркобизнесом, в России со времен монархии не имелось, хотя с развитием путей транспортного сообщения между Туркестанским краем и Москвой-Петербургом тема наркомании постепенно завоевывала внимание общественности.[8]

По некоторым  оценкам, в Средней Азии начала XX в. проживало не менее 1 млн. человек, интенсивно злоупотреблявших наркотиками, а контрабандный оборот опия и гашиша переваливал за сотни тонн.

К сожалению, крайне слабая профессиональная подготовка чинов  полиции, пограничной стражи, а отчасти  и таможенников, не способствовала организации эффективной борьбы с незаконным оборотом наркотиков, их транспортировкой из Азии в Европейскую часть России и далее.

Объяснялась столь  негодная профессиональная подготовка полицейских еще и тем, что  за 30 лет до указанных выводов  местные власти Туркестана вынесли  вердикт, как уже отмечалось ранее, оставить решение проблемы наркотиков будущим поколениям ввиду нехватки сил и средств на лечение наркомании и борьбу с наркопреступностью.

С 1916 года администрация  некоторых крупных городов России начинает поощрять открытие частных  клиник для лечения больных наркоманией. Департамент Полиции МВД Российской империи вступает в широко не афишируемую борьбу с Государственной Думой, вынашивающей идеи легализации оборота и приема наркотических средств.

Первая мировая  война ввергает страну в проблему кокаинизма, распространенности героина. Все чаще полицией регистрируются ограбления потерпевших, опоенных одурманивающими препаратами.

Проблема наркотиков заставляет монархическую власть принять 7 июня 1915 года первый в истории России целевой антинаркотический Закон  “О мерах борьбы с опиумокурением”, явившийся прототипом известных ныне ст. 224 УК РСФСР и ст. 228 УК РФ.

Этот правовой эксперимент имел юридическую силу только в пределах Приамурья. Сановники  Российского Императора намеревались распространить юрисдикцию данной нормы  на всю территорию страны после “обкатки” закона в наиболее криминогенном, с их точки, зрения наркорегионе. Однако последующие исторические события 1917 года прогрессировали рассматриваемую проблему в еще более актуальную фазу ее развития.

Начало становления  органов и учреждений, противодействующих незаконному обороту наркотиков (НОН), относится к 1918 году с предписания СНК РСФСР о борьбе со спекуляцией кокаином.

В это время  в ВЧК организуется подотдел по борьбе со спекуляцией кокаином (наркотиками) в составе отдела по борьбе со спекуляцией. В структуре НКВД подобное подразделение не создавалось, хотя функции борьбы с незаконным оборотом наркотиков возлагались на уголовный розыск.

По предложению  ВЦИК и СНК 9 апреля 1924 года Президиумом  Госплана СССР создается специальная  Комиссия для организации борьбы с незаконным распространением наркотиков. В протоколе заседания Президиума Госплана зафиксировано:

По ходатайству  Центрального Административного Управления НКВД РСФСР к заседаниям Комиссии регулярно привлекались представители  милиции. Вместе с другими членами Комиссии специалисты из НКВД принимали участие в разработке антинаркотических законодательных актов, решению иных ответственных вопросов в данной сфере.[9]

В 1935 году эта Комиссия, по-видимому, оказалась реформирована. По крайней мере, нам известно постановление СНК СССР от 29 июля 1935 г. “О возложении на Всесоюзную государственную инспекцию при СНК СССР наблюдения и контроля за оборотом в СССР опиума и других наркотических веществ”.

Таким образом, уже в 30-е годы в стране функционировали  межведомственные государственные  структуры, прямо отвечающие за наркоситуацию  в стране.

В наши дни такая  задача отнесена к компетенции Правительственной  комиссии по противодействию злоупотреблению наркотическими средствами и их незаконному обороту, о которой еще будет рассказано в других разделах книги.[10]

Позднее, в 1937 году, с образованием службы по борьбе с хищениями социалистической собственности (БХСС) линию борьбы с наркобизнесом стали главным образом доверять этой организационной структуре милиции, так как в незаконном обороте в основном преобладали наркотикосодержащие лекарственные препараты. Но и с других оперативных аппаратов НКВД, МГБ, МВД СССР раскрытие преступлений, связанных с наркотиками, не снималось.

Очередной взрыв  наркопроблемы после гражданской  войны пришелся на вторую половину 50-х годов. В этот период УВД Омской области создает на базе аппарата уголовного розыска мобильную оперативно-служебную группу (ОСГ). В ее состав вошли: 7 оперуполномоченных уголовного розыска (УР), один оперуполномоченный ИТУ, 4 оперуполномоченных органов внутренних дел на транспорте (ОВДТ), один следователь и члены КООД.

За шесть  лет ее существования эти специалисты  обезвредили 300 преступных организованных групп.

Итогом работы указанной ОСГ стал актуальный и  для наших дней вывод: с незаконным оборотом наркотиков можно успешно  бороться только на корпоративной внутриведомственной и межведомственной основе.

Специальным распоряжением  Министерства охраны общественного  порядка (МООП) РСФСР 18 января 1963 года лидирующей службой милиции в этой сфере  определяется уголовный розыск, где  создается специальное отделение в отделе по борьбе с преступлениями против жизни и здоровья граждан. Спустя 10 лет, 7 июля 1973 года на базе этого отделения создается самостоятельный отдел по борьбе с наркоманией УУР МВД СССР со штатной численностью 6 человек. В органах внутренних дел этой проблемой занимались тогда 282 сотрудника.

В борьбе с незаконным оборотом наркотиков аппараты уголовного розыска с 1963 года. признаются ведущими. Они наделяются функциями выявления  крупных сбытчиков наркотиков, организуют взаимодействие с оперативными аппаратами ИТУ, следствием, государственными учреждениями, общественными организациями, средствами массовой информации и т.д.[11]

Вместе с  тем проблема наркомании в стране к середине 80-х годов значительно обостряется, растет торговля наркотиками, увеличивается число лиц. злоупотребляющих ими. Последующие 10 лет не внесли серьезных изменений в активизацию борьбы с НОН.

Начиная с 1986 года намечаются кардинальные перемены в  деятельности МВД СССР по противодействию незаконному обороту наркотиков. Численность сотрудников отдела по борьбе с наркоманией в структуре ГУУР увеличивается до 12 человек, а общее число этих специалистов в подразделениях министерства и его региональных органах составило 409 человек.

В результате принимаемых  мер со стороны властных структур, правоохранительных органов и органов  здравоохранения, других министерств  и ведомств в 1987-1989 годах наступает  некоторая стабилизация этого явления. Однако к началу девяностых годов "мода" на наркотики в России усиливается. Социально-экономические условия жизни граждан также толкают многих на путь потребления наркотических средств, наркобизнес становится прибыльным и начинает расширяться не только на национальном уровне, но и на международном. В 1988 году впервые в истории советских правоохранительных органов нормативно унифицируются теория и практика внутриведомственного взаимодействия органов внутренних дел по предупреждению и пресечению незаконного оборота наркотиков. В МВД СССР в 1989 году отдел ГУУР по борьбе с наркотиками реорганизуется в 3-е Управление по борьбе с незаконным оборотом наркотиков и преступлениями, связанными с иностранными гражданами.

Два из трех отделов  указанного управления специализируются на проблеме наркотиков. В 1990 году по инициативе данного управления утверждается научно-практическая программа комплексного межведомственного взаимодействия с распределением обязанностей каждого соисполнителя этого документа.

В 1990 году за счет штатной численности ГУУР и ГУБХСС МВД СССР создается Управление по борьбе с распространением наркомании ГУУР МВД СССР. В его структуре, помимо двух центральных, формируются еще семь межрегиональных отделов по борьбе с наркобизнесом, подчиненные непосредственно МВД СССР. Основные функции управления вошли, например, такие, как организация работы с межрегиональными подразделениями, международное взаимодействие, научное обеспечение оперативно-служебных задач.

Таким образом, в 1990 году в МВД СССР создается  определенная система борьбы с преступлениями в сфере незаконного оборота наркотиков, организационно и структурно функционально адекватная внутриведомственному, межведомственному и международному направлениям работы. В целом задача борьбы с незаконным оборотом наркотиков по-прежнему возлагалась на подразделения уголовного розыска.