Влияние теневой экономики на социально-экономическое развитие

      Содержание 

      Введение

     Проблема  теневой экономики возникла отнюдь не вчера. Она имеется во всех странах мира. Основные различия теневой экономики разных стран — это её удельный вес в реальной экономике. В европейских странах удельный вес теневой экономики не столь велик как в России. К примеру, если «теневая» составляющая ВНП развитых стран оценивается в 5-10%, то в России — около 50% в среднеотраслевом значении.¹ В мировом списке из 85 стран Россия занимает 76-ю позицию и входит в большую «шестерку» стран с самой развитой теневой экономикой. В России наблюдается тенденция разрастания теневого сектора в экономике. И это не может не оказать пагубного влияния на все сферы экономической деятельности.

     В поле отечественной экономически теневая экономика попала только в конце 1980-х гг., на излете советской эпохи (работы О.В. Осипенко, И.Г. Райга, А.И. Гурова, Т.И. Корягиной и др.). Это было обусловлено как социально-экономическими причинами, связанными с возрастанием ее роли в народном хозяйстве и криминализацией, так и с идеологическим причинами..²

     Объектом  данного исследования является теневая  экономика как феномен социально-экономического развития России.

     Предметом исследования является влияние теневой  экономики на развитие России.

     Цель: исследовать влияние теневой  экономики на социально-экономическое развитие.

     Для достижения цели необходимо решение  следующих задач:

• Проанализировать понятие теневой экономики.
• Исследовать структуру теневой экономики в современной России.
• Исследовать роль теневой экономики в развитии России.

     Одной из наиболее отталкивающих черт современной  российской социальной действительности является, распространенность теневых, полукриминальных и откровенно криминальных форм взаимодействий, дошедшая в настоящее время до такого уровня, который можно с полным основанием обозначить как доминирование внеправовых социальных практик. По мнению исследователей, с непомерным развитием теневой экономики сопряжены основные признаки социальной дестабилизации, к которым можно отнести:  дезорганизацию федеральной власти,  все более приобретающей закрытый, клановый характер и явную ориентацию на частноэгоистические интересы определенных групп, что становится препятствием для реализации безопасной экономической политики в интересах общества как целостности; наличие глубоких противоречий между федеральной властью и региональными элитами, обусловленных отсутствием единства, невыгодностью для регионов сложившихся отношений с центром, доминированием и на региональном уровне, как и на федеральном, частногрупповых приоритетов; общую экономическую и хозяйственную разлаженность, связанную с деструкцией институциональных механизмов поддержания социального и экономического порядка, которая проявляется, в частности, в росте числа техногенных катастроф и чрезвычайных происшествий; крайне низкую защищенность населения, высокий уровень рисков и угроз, связанный с этим социальный пессимизм, окрашивающий массовые ожидания; резкое социально-имущественное расслоение населения страны, сопровождаемое постоянным расширением маргинальных слоев, уровень жизни которых ниже необходимого для воспроизводства рабочей силы.³ Деформализация формальных социальных регулятивов и вытеснение их неформальными правилами игры, конфигурирующими новое социальное и экономическое пространство доминирующих теневых отношений и взаимодействий, о чем мы говорили выше, тоже является составной частью системной теневизации российского общества.

     Поскольку теневое пространство характеризуется  прежде всего деформированной субординацией  интересов — в нем частноэгоистические интересы индивидов и групп являются превалирующими, — оно по определению является пространством хаоса и деструкции, хотя и представляет собой, с другой стороны, специфическую форму социального порядка.  В силу этого теневизация общества составляет главную, на наш взгляд, угрозу экономической безопасности современной России. В настоящей главе мы постараемся это обосновать.

      1. Теневая экономика

     1.1. Понятие теневой  экономики

     В экономике каждой страны есть такая  составляющая, которая не укладывается в сложившиеся и узаконенные  представления о норме. Но до сих  пор не устоялась терминология, характеризующая эту составляющую. До настоящего времени не существует единого понятия «теневая экономика», причем данный термин трактуется по-разному как в разных странах, так и разными авторами, что, в общем-то, естественно. К определению сущности «теневой экономики» — термина получившего в последнее время широкое распространение, имеется большое число подходов.⁴

     Высказывается мнение, согласно которому теневая  экономика — экономическая деятельность, противоречащая данному законодательству, т.е. она представляет собой совокупность нелегальных хозяйственных действий, которые подпитывают уголовные преступления различной степени тяжести. Согласно другому мнению, под теневой экономикой понимаются все виды деятельности, направленные на формирование или удовлетворение потребностей, культивирующих в человеке различные пороки.⁵ Так, Большой экономический словарь трактует «теневую экономику» как «не контролируемое обществом производство, распределение, обмен и потребление товарно-материальных ценностей и услуг, то есть, скрываемые от органов государственного управления и общественности социально-экономические отношения между отдельными гражданами, социальными группами по использованию государственной собственности в корыстных личных или групповых интересах».

     Каждая  из указанных точек зрения по-своему правильна и отражает в той или иной степени, наблюдающиеся в экономике реальные процессы. Они характеризуют теневую экономику с различных сторон и по существу не противоречат друг другу.

     Многие российские авторы теневую экономику «подразделяют» на криминальную, «скрытые» и «неформальные» экономические явления. В то же время А. Нестеров и А. Вакурин полагают, что «криминальная экономика» — это более широкое понятие, чем «теневая экономика» и включает последнюю как составную часть.

     Налицо теоретическая путаница, которую предопределяют следующие основные моменты.

     Во-первых, имеет место некорректная интерпретация  двух понятий «shadow economy» и «black economy» , заимствованных из англоязычных источников. Часто термин «black economy», означающий «черная экономика», или «чисто криминальная», переводится как «теневая экономика»

     Во-вторых, «теневая экономика» не может быть адекватно описана с помощью  норм существующего права. По мнению Д.Макарова, часть его диспозиций включает в себя деяния, «относимые к нелегальной, и к теневой экономике, некоторые нормы одновременно регулируют процессы и теневой, и контролируемой экономики, а отдельные негативные процессы теневой экономики вообще не урегулированы». Следует согласиться с тем, что на самом деле «теневая экономика» — экономический, а не правовой феномен, отражающий негативные экономические процессы в обществе. Это легальная, но не контролируемая экономическая деятельность, которую «сопровождают» различные правовые нарушения, будь то уголовные или административные. Она имплицитно содержит незаконную часть.

     В-третьих, долгое время существовал устойчивый стереотип, согласно которому вся экономика  делится на «белую» и «черную», т.е. легальную и криминальную. Сегодня  становится ясно, что «цветовой» спектр видов значительно шире: он представлен массой разнообразных оттенков или «различных градаций серого цвета».

     С учетом вышесказанного термином « теневая  экономика» логично обозначать всякую экономическую активность, не зарегистрированную официальными органами. На самом деле УК РФ насчитывается их на порядок больше. Они предусмотрены более чем в 100 из 260 статей особенной части кодекса. Преступления, предусмотренные этими статьями, совершаются по мотивам корысти, наживы, прибыли (сверхприбыли) и могут рассматриваться как преступный бизнес, дающий теневой (чёрный, серый), неконтролируемый государством доход.⁶ Итак, как мы видим сущность «теневой экономики» можно определить с разных точек зрения. И, конечно же, существует еще множество других подходов к истолкованию понятия «теневая экономика», но все они отмечают главный её признак — это скрытый характер.

      1.2. Структура теневой  экономики

     Из  раскрытой выше сущности «теневой экономики» следует, что это явление имеет  весьма многогранный и разнородный  характер. В связи с этим возможны различные критерии разграничения её элементов. Таким образом, структура теневой экономики как бы распадается на следующие крупные блоки:⁷

     1. Легальная (неофициальная)  экономика (legal, rule-of law economy) — экономическая деятельность, не нарушающая ни действующих законодательных норм, ни прав других хозяйственных агентов, которая при этом не фиксируется в отчетности и контрактах. Хорошим примером служит натуральное производство домашних хозяйств.

     2. Внеправовая экономика  (out-of-law economy) — экономическая деятельность, нарушающая права других хозяйственных агентов, но не регламентированная действующим законодательством и находящаяся, таким образом, во внеправовых зонах. Это "розовые рынки" (rosy markets), они включают деятельность уполномоченных властными структурами фирм, наделенных «статусом наибольшего благоприятствования», который дает возможность получать льготы, дешевые кредиты, работать с особо ликвидными товарами и т.д. Хрестоматийным примером стала деятельность "финансовых пирамид" в середине 90-х годов, от которой пострадали миллионы людей, но в процессе которой просто использовались "дыры" в законодательстве. К числу других примеров следует отнести нарушение экологической безопасности, лоббирование в пользу отдельных хозяйствующих субъектов, предоставление в виде "исключении" индивидуальных льгот и субсидий и т.п.

     В этой «неприкасаемой» для других зоне функционируют так называемые «карманные» фирмы, которым позволительно, например, ежегодно закупать несколько  миллионов тонн нефти по заниженным ценам (в том числе за региональные расчетные векселя) и отправлять её на переработку или на экспорт, но уже по мировым ценам; фактически даром занимать землю в центре города под строительство своих объектов и элитного жилья и т.д. и т.п.

     Розовый рынок функционирует как на федеральном, так и на региональных уровнях  и имеет сквозной характер. Причем значительная часть этого рынка  находится в полной тени. Общим  правилом для его «игроков» является увод активов в зарубежные офшоры.

     3. Полуправовая экономика (semi-legal economy) — экономическая деятельность, по своим целям соответствующая законодательству, но периодически выходящая за его пределы. Это "серые рынки" (grey markets) — зона полулегальных операций, таких как обеспечение утечки капиталов за рубеж; не полная инкассация выручки; челночный бизнес с неучтенными операциями; городские вещевые рынки без инкассации выручки, вымогательство местными органами власти у предпринимателей денег на местные нужды — проведение праздников, во внебюджетные фонды.

     Этот  рынок функционирует на основе деятельности ряда полутеневых предприятий, организаций  и оказывающих им содействие представителей федеральных и региональных органов  власти.

     Другая  составляющая серого рынка — это достигшее огромных размеров присвоение (хищение) государственной собственности(феномен «несунов»).Процветали и приписки на производстве, с одной стороны, позволяющие фиктивно выполнять спускаемые сверху нереальные планы, а с другой стороны — скрывать воровство материалов и оборудования, которые затем перепродавались на черном рынке. Несмотря на суровые наказания, теневая экономика процветала, помогая сглаживать неизбежные при сверхцентрализированном управлении и планировании ошибки в распределении ресурсов.

     В современных условиях сложился новый тип серого рынка, на котором властные органы, используя свои полномочия, принуждают бизнес делать взносы в свои полуофициальные внебюджетные фонды. Такой оброк может заменяться взятками или откупами за право не платить оброк. Взамен власти закрывают глаза на правонарушения бизнесменов.

     4. Нелегальная, криминальная  экономика (non-legal, criminal economy) — экономическая деятельность, запрещенная законом и по своей сути нарушающая закон. Это "черные рынки" (black markets). включает сделки и операции в сфере неучтенного денежного оборота, теневое производство товаров и услуг на предприятиях, не зарегистрированных в налоговых и других государственных органах, или производство «левых» неучтенных товаров и услуг на формально соблюдающих законы предприятиях; а также взятки, контрабанду, проституцию, рэкет, наркобизнес и скрытые от налогообложения виды деятельности («левые» репетиторство услуги врачей, спортивных тренеров; теневые банки, черная касса). На этом рынке, как на «зоне» (каламбур), авторитеты преступного мира определяют правила (понятия) экономического поведения.⁸

     Черный  рынок — это своего рода офшор внутри страны. Посредством нелегальных видов деятельности создается добавленная стоимость, свободная от налогообложения. Однако существуют своеобразные трансакционные издержки: дань криминалу (цена безопасности) и милиции (право на неприкасаемость), а также «арбитражные» издержки на «разборки».

     Гигантские  масштабы «черного рынка» и его четкая структурированность позволяют  сделать выводы о наличии внутри страны параллельного государства с аналогичной официальной системой управления.

     Черный  рынок организован по принципу пирамиды. На ее вершине стоят криминальные авторитеты, а в основании — «рабочая сила»: торговцы наркотиками и оружием, рэкетиры, бандиты, грабители, наемные убийцы, сутенеры и т.п. Часть основания пирамиды занята коррумпированными представителями органов власти и управления. Через них «черный рынок» смыкается с розовым, например, когда возникает потребность перевода учтенных безналичных денег в неучтенные наличные. По разным оценкам, эта группа коррупционеров составляет от 5% до 25% от численности всей пирамиды.

     Вторая  группа формирует среднюю часть  пирамиды и состоит из «теневиков-хозяйственников» (предприниматели, коммерсанты, банкиры). Представляющих серый рынок. Здесь черный рынок смыкается с серым. Следует, отметить, что многие представители как черного, так и серого могут войти в нормальную белую экономику. Пока же они вынуждены уходить в «полутень» потому, что издержки их деятельности при существующих правилах экономической игры зачастую превышают доходы.

     Третья  группа представлена наемными работниками  физического и умственного труда, для которых нерегистрируемая деятельность — вторичная (неформальная) занятость. Род их занятий сам по себе не является противоправным, но в силу разного рода обстоятельств (правовых и экономических) эти занятия уводятся в тень. К ним примыкают мелкие и средние государственные служащие, в доходах которых до 60% составляют взятки. Всего данная пирамида, по нашим подсчетам, включает порядка 30 млн. чел. Экономически активного населения страны, производящих более 40% ВВП.⁹

      2. Дестабилизирующий потенциал теневой экономики

     Процесс разрастания теневого сектора во всех сферах жизни общества зашли в современной России настолько далеко, что вся система взаимоотношений человека с окружающим миром, в сущности, начинает приобретать теневой характер. Как подчеркивают Л. Косалс и Р. Рывкина, с середины 80-х годов и особенно в течение последнего десятилетия, внутри теневой экономики, как и в её положении в обществе, произошло качественное изменение, которое они называют институционализацией. Под институционализацией теневой экономики следует понимать габитусное закрепление тех или иных форм теневого экономического поведения в виде организационно устойчивых фигур повторяющихся социальных практик, признаваемых и воспроизводимых множеством акторов и передаваемых следующим поколениям посредством неформальной нормативной трансляции.

     Ядром и отправным пунктом теневизации  общества, без сомнения, является теневая экономика. Поскольку экономическая сфера представляет собой лишь одну из социетальных подсистем, она целостна и компактна. Локусом зарождения и воспроизводства теневых отношений является экономическое поле, сфера хозяйственных взаимодействий. Главное видовое отличие теневых экономических отношений заключается в их закрытости, непроницаемости для государства и общества, в их неподвластности формальной регламентации. По мнению В. Исправникова и В. Куликова "теневая экономика" — это "всякая экономическая активность, не зарегистрированная официально уполномоченными органами... Это такой уклад экономических отношений, который складывается в обществе вопреки законам и формальным правилам хозяйственной жизни"¹⁰.

     Уже тот факт, что существует стандартный показатель масштабов теневой экономики (доля теневого производства в ВВП), свидетельствует о возможности свести все многообразие разнокачественных видов теневой экономической деятельности к общему для них всех единому количественному показателю. В показателе доли теневой продукции в ВВП теневое экономическое поведение всех разновидностей как бы приобретает общий знаменатель. Таким образом, теневая экономика даже на количественном уровне обладает целостностью и может рассматриваться как единое явление, причем некоторые авторы выделяют ее как особый экономический уклад в рамках социетального хозяйственного организма.

     Это верно, особенно если принять во внимание развитие процесса институционализации  теневых отношений. Институционализированный теневой сектор экономики представляет собой, в сущности, вклинивание качественно иного институционального пространства в пространство легальных экономических практик. Для российской экономики вообще типична хозяйственная многоукладность, и феномен институциональной дифференциации не является чем-то новым. Современное социально-экономическое пространство России, сосуществует и определяет характер взаимодействий как минимум три принципиально разных институциональных сектора: сектор легального рынка, сектор общественной регуляции нерыночной деятельности и сектор теневых рыночных отношений. Каждый сектор несет в себе определенную целостную совокупность правил игры, которая может быть смоделирована посредством построения институциональных матриц.

     Однако  в настоящее время речь идет уже, в сущности, не о наличии институтов теневой экономики как параллельной структуры, а о беспрецедентном росте масштабов теневых отношений во всех сферах жизни общества и фактически об институциональной подмене легальных отношений теневыми. И это явление качественно отличается от всего когда-либо наблюдавшегося в практике российской хозяйственной жизни. Естественно, что оно вызывает разнообразные трактовки исследователей, которые не могут прийти к единому мнению о сущности и природе процессов теневизации. Некоторые из них склонны считать, что распространение процессов теневизации в пореформенной России обусловлено в первую очередь потребностью в спонтанной самоорганизации общества перед лицом кризиса государственной власти, то есть что теневизация — это реакция социетальной системы на возникшую угрозу ее целостности. С помощью развития теневых процессов система адаптируется к происходящим изменениям аномийного характера. Как подчеркивают исследователи, (Косалс), влияние теневой экономики на процессы социально-экономической стабилизации и дестабилизации и состояние экономической безопасности в прошлом следует оценивать не как однозначно негативное, а как амбивалентное. Так, Косалс выделяет несколько направлений стабилизирующего влияния теневой экономики на российское общество и его экономику.¹¹

     Прежде  всего это позитивное влияние  проявилось в том, что теневая  экономика в целом способствовала росту эффективности экономической  деятельности: к примеру, полная или  частичная неуплата налогов означала увеличение чистой прибыли, в силу чего у производителей-теневиков возникали значительные конкурентные преимущества.

     Помимо  этого стабилизирующая роль теневой  экономики заключалась и в  том, что благодаря ей сформировались новые рыночные ниши, и это способствовало выживанию населения в период спада официальной экономики и снижения уровня жизни, поскольку возникли новые рабочие места и источники дохода, несколько компенсируя неравенство доходов и уровня жизни, уменьшая социальное напряжение.

     Наконец, благодаря теневой экономике создалась финансовая база для негосударственной социальной деятельности. Таким образом она в самом деле послужила средством формирования гражданского общества в его специфическом российском виде, включающем полукриминальные и даже всецело криминальные формы.

     Однако  даже исследователи, настаивающие на позитивной роли теневой экономики в кризисный  пореформенный период, считают, что  в настоящее время теневая  экономика стала мощным фактором дестабилизации российского общества. А в современном российском обществе теневые формы экономических отношений приняли монструозные масштабы и опираются в своем существовании на безответственную и аморальную политику: ведь они разрастались и укреплялись при сознательной активной помощи властных структур всех уровней. Теневая экономика подобного характера и масштаба — это системное паразитическое социальное явление мафиозного плана. Устойчивость и темпы развития теневых процессов в значительной степени были обусловлены их прочной связью с коррумпированными чиновниками аппаратов власти и управления. Соответственно, позитивные аспекты функционирования в обществе теневой экономики отошли на задний план, и естественным образом проступили негативные, чреватые социально-экономической деструкцией черты последней.

     По  мере расширения масштабов теневых  составляющих экономики и политики нарастала их взаимозависимость, окрепли  их возможности и ресурсы, что  вызвало потребность в их легитимации. Отсюда проистекают усилия деятелей теневой экономики по лоббированию провала в Государственной Думе законопроектов, направленных против криминальной и криминогенной теневизации. Фактически институциональное закрепление теневых форм взаимодействий, их распространение за пределы экономики — на все сферы жизни общества — привело к прогрессирующему вытеснению легальных фигур социальной практики, к деградации государства.

     Институционализация теневых отношений проявляется, по мнению Л. Косалса и Р. Рывкиной¹², в ряде стабильных признаков, характеризующих сложившуюся в обществе систему неформальных взаимодействий.  К таким признакам они относят наличие привычных для акторов устойчивых теневых экономических ролей; наличие сложившихся норм теневого поведения, отличающихся от легальных норм (например, такой нормы, как «обналичивание» финансов под фиктивные контракты); формирование устойчивых (габитуализированных) видов теневых экономических взаимоотношений (например, «прикрытие бизнеса» определенных предпринимателей сотрудниками силовых ведомств); появление новых типов организаций, внутри которых и с помощью которых осуществляется теневое поведение субъектов (например, специальные фонды, которые опосредуют отношения бизнесменов и сотрудников силовых ведомств; фирмы, специализирующиеся на «обналичивании»). Такие скрытые, но значимо проявляющие себя подструктуры конституируют особое теневое социально-экономическое пространство. Объясняя причины «взрывного роста и институционализации теневой экономики в постсоветской России», Косалс и Рывкина находят их как на микросоциальном, так и на макросоциальном уровне. В качестве основной микросоциальной причины указывается традиционная «государствофобия» россиян, стремление достигнуть максимальной автономии от государственного контроля, возникшее как реакция на тотальный контроль советской эпохи. Вторая причина институционализации теневой экономики — возникновение «делового тандема» чиновника и предпринимателя. Этот специфический для современной России феномен обусловлен характером проведения реформ «сверху», с оставлением специального пространства для сохранения и воспроизводства старых административных структур. Тем самым предприниматели оказались в зависимости от чиновников, многие из которых создали на этом себе «теневой бизнес», злоупотребляя за мзду своими должностными обязанностями.

     Институционализация теневых форм экономического взаимодействия, естественно, предполагает пронизанность  теневыми отношениями всех сфер хозяйствования. В России постоянно возникают  и ликвидируются десятки тысяч  предприятий, зарегистрированных на подставных лиц, с ложной информацией об учредителях, владельцах, уставных фондах, юридических адресах, что позволяет им бесконтрольно осуществлять нелегальные хозяйственные и финансовые операции, укрывать доходы от налогообложения, не возвращать кредиты и т.п.¹³

     Значительное  сокращение легальной сферы производства и рост его теневого сектора рано или поздно должны привести к банкротству  государственного бюджета: в определенный момент объем собираемых налогов  окажется недостаточным для выполнения государством своих социальных и иных функций. Банкротство может произойти даже в относительно благоприятной ситуации, когда ВВП не падает, а теневое производство растет пропорционально сокращению легального. Если взять за основу те темпы роста теневой экономики, которые были в России в 90-х годах, то предварительным расчетам банкротство государства может наступить через 7-8 лет после начала бурного роста теневой экономики.

     Помимо  этого негативное влияние теневой  экономики проявляется в дезорганизации легального производственного процесса, препятствующей функционированию нормально работающих экономических организаций. Теневая экономика представляет собой фактор дестабилизации управления трудом: она способствует снижению трудовой мотивации работников и их деквалификации, препятствует освоению инноваций, зачастую требующих сверхнормативных трудовых усилий, и в конечном итоге может вызвать дезинтеграцию коллектива и предприятия.¹⁴

     В силу своей связанности с криминальным и полукриминальным миром теневая  экономика стимулирует развитие конфликтогенных процессов и нагнетание атмосферы насилия в обществе и экономической подсистеме. Мы уже отмечали выше, говоря о рискогенности современного российского общества, что масштабы насилия в его  экономике довольно велики, начиная хотя бы с силового характера «шоковой терапии». Согласно результатам социологических опросов от 30 до 40% руководителей предприятий лично сталкивались со случаями рэкета, вымогательства, попытками поставить предприятие под контроль криминальных групп.

     В настоящее время кризис продолжается, хотя и принял вялотекущий характер. Для его преодоления нужны  дальнейшие институциональные реформы, которые бы ввели теневую экономику  в социально приемлемые формы  и масштабы. Если это произойдет, в России, по-видимому, может быть достигнут "новый социальный порядок", отличный от того, какой был в СССР и от того, каким он сформировался в первые пореформенные десятилетия. Трудно предвидеть, какие формы примет в рамках этого порядка государство, что будет с рыночными институтами и демократией, не окажется ли этот порядок еще хуже нынешней нестабильности. Не претендуя на полные и исчерпывающие ответы на эти вопросы, сформулируем пока некоторые соображения о влиянии теневой экономики на состояние экономической безопасности.