Военная демография

ВВЕДЕНИЕ

Актуальность науки демографии обоснована тем, что «…демографические процессы, характер и тенденции изменения демографической ситуации оказывают воздействие на все прочие сферы общественной жизни, в значительной мере определяя течение экономических, социальных, политических, этнических и других процессов[1]».

 «В любой науке можно выделить разделы, имеющие более фундаментальный или более прикладной характер, или удовлетворяющие чисто «академический» интерес исследователя, или прямо и непосредственно ориентированные на решение каких-то практических задач. Не является исключением и демография. С этой точки зрения можно говорить о таких ее разделах, как демографический анализ, прикладная демография, региональная демография, военная демография, политическая демография, электоральная демография, демографическое прогнозирование и т.д. и т.п.[3]».

Целью данной работы является закрепить и расширить научные знания о военной демографии, как самостоятельной дисциплине.

Задачей данной курсовой работы является рассмотрение военного раздела науки демографии на примере Великой Отечественной войны.

1. ВОЕННАЯ ДЕМОГРАФИЯ КАК САМОСТОЯТЕЛЬНАЯ ДИСЦИПЛИНА.

1.1 Предмет исследования военной демографии.

Военная демография - научная дисциплина, исследующая роль демографического фактора в военном деле и военной экономике с количественной и качественной сторон.

Как самостоятельные разделы в военной демографии выделяют:

- исследование мобилизационных возможностей воюющих государств, в частности мобилизационных резервов для вооруженных сил (ВС) и экономики;

- исследование военных потерь населения, вызванных войнами миграций;

- изучение влияния войн на воспроизводство населения и его здоровье, демографических последствий военных действий.

Важное значение в военной демографии имеют перспективные расчеты численности и состава населения по полу и возрасту для определения ресурсов стран или их коалиций.

Военная демография исследует  наряду с прямым влиянием войн на население, его здоровье еще и косвенные потери населения, выражающиеся в значительных изменениях рождаемости, брачности, смертности, заболеваемости, а также в его физическом развитии.

Методы исчисления прямых людских потерь в войнах нельзя считать  окончательно разработанными. Под прямыми  военными потерями понимают все случаи гибели людей и потери ими трудо- и боеспособности вследствие боевых поражений или по болезни во время войны, а также пленения неприятелем. При этом военные потери обычно делятся на потери среди военнослужащих и потери среди гражданского населения.

Наиболее разработана  классификация людских военных  потерь среди военнослужащих, рассматривающая  их в военно-оперативном и демографическом  аспектах. В военно-оперативном отношении все потери среди военнослужащих подразделяют на безвозвратные и санитарные. Безвозвратные потери военнослужащих, учет которых ведут штабы воинских частей, – это потери убитыми, попавшими в плен и пропавшими без вести. Убыль по этим причинам считают обычно окончательной. Санитарные потери военнослужащих – это раненые (в т.ч. пострадавшие от средств массового поражения) и больные. Санитарные потери подразделяют на боевые (от любых видов современного оружия) и не боевые. Демографический аспект касается подразделения потерь по возрасту, полу и другим демографическим признакам.

Военная демография изучает многообразные  косвенные военные потери населения. Как показали исследования, в годы войны значительно снижается  уровень брачности вследствие мобилизации молодых мужчин и отсрочки браков.

Среди косвенных военных потерь населения – рост инвалидности. Война отрицательно отражается на здоровье населения, особенно воюющих государств: ухудшается физическое здоровье людей, особенно детей и подростков, повышается уровень заболеваемости практически  по всем классам и группам болезней, связанных с недоеданием. Создаются  благоприятные условия для развития эпидемий, в том числе особо  опасных инфекций (холера, чума и  др).

Самостоятельное значение в военной  демографии имеет исследование миграции населения в предвоенные, военные  и послевоенные годы:

- военной миграции, определяемой мобилизацией и демобилизацией (военной и трудовой);

- эвакуацией и реэвакуацией населения, войск и трудовых резервов; миграции, связанной с экономическими (в том числе продовольственными) трудностями;

- медицинской эвакуации и др.

Предметом военно-демографических  исследований является также анализ ближайших и отдаленных демографических  последствий войн; воздействие войны  на численность населения, его возрастно-половой  состав, воспроизводство, а также  здоровье (как в целом, так и  по отдельным качественно однородным группам).

1.2 Методология  исследования военной демографии.

Военная демография развивается  на общих методологических основах  демографии и тесно связана с  военной наукой, а также с военной  статистикой, демографической статистикой, санитарной и военно-медицинской  статистикой.

Основными источниками сведений для военной демографии являются:

- статистические данные  о численности и составе населения  до войны, в период войны  и после ее окончания;

- о человеческих потерях  за период военных действий;

- официальные отчеты о  военных кампаниях, основанные  на материалах статистического  учета или специальных разработок  соответствующих первичных документов;

- архивные, литературные  и другие источники сведений  о населении, его воспроизводстве  и миграции.

 Большое значение имеют медико-статистические  отчеты по отдельным боевым  операциям, кампаниям, периодам  войны, за войну в целом.  Однако получение достоверных  и полных сведений о мобилизационных  резервах, о военных и других  потерях осложняется, наряду с  объективными трудностями учета  во время войны, частой фальсификацией  данных со стороны победителя  и побежденного.

Наиболее тяжелые и трудновосполнимые последствия войн – снижение абсолютной численности населения воюющих стран, главным образом из-за сокращения численности мужчин в трудоспособных возрастах. В связи с этим происходит резкое снижение уровней брачности и рождаемости, которое сменяется некоторым, так называемым компенсационным, повышением в первые послевоенные годы; изменение возрастной и половой структур населения. Нормализация полового состава населения воевавших стран происходит обычно крайне медленно.

Демографическими последствиями  войны можно считать также  такие важные социальные явления, как  изменения в семейном и культурном составе населения, происходящие в  результате длительных разлук, отсутствия возможности обучения, закрытия культурно-зрелищных предприятий и т.д. Как ближайшие, так и отдаленные демографические последствия войны существенно влияют на социально-экономическое развитие воевавших государств.

Для более детального изучения данной дисциплины рассмотрим демографическую  ситуацию России на примере Великой Отечественной Войны[1].

2. АНАЛИЗ ДЕМОГРАФИЧЕСКОГО  СОСТОЯНИЯ СССР В ГОДЫ ВЕЛИКОЙ  ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ВОЙНЫ.

 Говоря о демографической ситуации, сложившейся в стране в годы Великой Отечественной войны, необходимо учитывать тот факт, что война началась в условиях неблагоприятной демографической обстановки. По мнению демографов, к началу Великой Отечественной войны наша страна не смогла преодолеть последствия демографических потерь[4], вызванных первой мировой и гражданской войнами. Неблагоприятная демографическая ситуация усугубилась голодом 1921-1922 гг. в Поволжье и голодом 1932-1933 гг. на Украине, раскулачиванием, а точнее сказать, раскрестьяниванием деревни и репрессиями 1930-х гг. Среди демографов нет единого мнения о численности населения накануне войны. Это связано со сложностью подсчётов: изменение границ, массовые миграционные потоки, не подсчитанное число жертв предыдущих катаклизмов. Наиболее часто встречаемые цифры численности  - 195 млн. и 196, 7 млн. человек[5].

Потери населения нашей  страны в годы войны не имеют аналогов в современной истории. Официальная цифра несколько раз меняла своё значение. В 1946 г. И.В.Сталин заявил, что в только что окончившейся войне Советский Союз потерял 7 млн. человек военнослужащих и мирного населения. В 1961 г. руководство страны озвучило новую цифру потерь – более 20 млн. человек[6].

2.1 Численность населения и смертность, как одни из самых динамичных показателей в период с 1941 по 1945 гг.

 На различных этапах войны в действующей армии с обеих сторон участвовали от 8 до 13 млн. человек. Война втянула в свою орбиту многомиллионные армии. Только Советский Союз и Германия привлекли в свои армии около 56 млн. человек, а все воевавшие страны – около 120 млн. человек[7].

В ходе войны в Красную  Армию и Флот было привлечено вместе с кадровым составом 34 476 700 человек, из них женщины составляли 570 000 человек. Таким образом, на укомплектование  Вооружённых сил и других формирований были изъяты десятки миллионов наиболее трудоспособных людей. Количество демобилизованных в Вооружённые силы по численности было равно всему населению Дании, Нидерландов, Норвегии, Швеции и Финляндии вместе взятых. За годы войны в вооружённые силы было мобилизовано 8% населения страны. Число безвозвратных потерь составило (табл. 1.) К этой численности необходимо также прибавить 500 тыс. человек военнообязанных, призванных по мобилизации, но не зачисленных в списочную численность войск. В основном они погибли в пути или были захвачены противником. Таким образом, число безвозвратных потерь Вооружённых сил составило 9168,7 тыс. человек. Для сравнения приведём данные о безвозвратных потерях немецких войск и союзников Германии. В целом они составили 8 649 500 человек, из них безвозвратные потери Германии – 6 923 700 чел. (по уточнённым данным Рюдигера Оверманса 7,750млн., из которых потери вооружённых сил составили 5,3 млн., гражданского населения– 2450 тыс.), союзников Германии – 1 725 800 человек[8].

Таблица 1 -  Безвозвратные потери Вооружённых сил в годы Великой Отечественной войны (в тыс. чел.)

Основная масса потерь советских военнослужащих пришлось на возраст 21-25 лет – 1 907 тыс. чел., затем  значительные потери понесли возрастные группы 20 лет и моложе – 1.560,3 тыс. чел. и 26-30 лет – 1 517 тыс. человек. Всего  до 30-ти летнего возраста погибло 4 984,3 тыс. человек, что составило 57,5% всех потерь.

Среди безвозвратных потерь, понесённых вооружёнными силами большой удельный вес занимает категория “без вести пропавших”, составивших 42,4% всех потерь. Причём следует отметить, что за 1941 г., наиболее трагический год войны, без вести пропавшими значатся 77,4%. Сверхсмертность наблюдалась среди лиц, находившихся в плену. По документальным данным установлено, что в фашистском плену находилось 4 059 тыс. советских граждан. Из них после окончания войны вернулось 1 836 тыс. человек, не вернулось около 2 223 тыс. чел., т.е. из каждых пяти военнопленных не вернулось три человека.

Совсем иная картина наблюдалась  у наших противников. За годы войны  в плен попали 3 525 380 военнослужащих германской армии. Из них вернулось  на Родину после окончания войны  – 2.652.672 человека, умерло в плену – 474 967 человек[9]. Таким образом, в советском плену погибло 15%  общей численности заключённых. Эти цифры не идут ни в какое сравнение с потерями советских военнопленных в немецком плену, где погибло более 60% заключённых.

По данным военно-медицинской  статистики санитарные потери советских  вооружённых сил составили 22 326,9 тыс. человек, в том числе 14 685,6 тыс. раненых, обмороженных и контуженных и 7 641,3 тыс. больных. За годы войны было мобилизовано из РСФСР 21 187,6 тыс. человек, что составило 71,6% общего числа мобилизованных. Военнослужащие - граждане Российской Федерации понесли и наибольшие демографические потери в войне, составившие 6 537,1 тыс. человек или 71,3% общих демографических потерь Вооружённых сил СССР.

Людские потери понесли все  национальности и народы, населявшие Советский Союз. На фронтах войны русские потеряли – 5 747,1 тыс. чел. – 66,3%; украинцы – 1 376,5 тыс. чел. – 15,9%, белорусы – 251,4 тыс. чел. – 2,9%; татары – 188,3 тыс. чел. – 2,2%; евреи – 138,7 тыс. чел. – 1,6%; казахи – 130 тыс. – 1,5%; узбеки – 121,4 тыс. чел. – 1,4%[10]. Наибольшие демографические потери Советский Союз понёс не на фронтах Великой Отечественной войны, а в результате политики геноцида, осуществляемой гитлеровскими захватчиками на оккупированной территории.

К началу 1943 г. под вражеской  оккупацией оказалось огромная территория в 2 млн. кв.км., на которой проживало 78 млн. человек или 48% всего населения страны того времени. Осуществление своих преступных замыслов гитлеровцы начали с момента вторжения на территорию нашей страны. Как вспоминают очевидцы тех событий при входе гитлеровцев в какой-либо населённый пункт, следовали расстрелы местных жителей, попавшихся под руку, а затем начиналось планомерное истребление “политически враждебных элементов”[11].

На оккупированных территориях  происходили массовые казни заложников и просто мирного населения. Для  массового истребления населения  были создано несколько сотен  лагерей смерти, применялись машины-душегубки. Многие места массового уничтожения  населения нашей страны навсегда останутся в памяти народа: Бабий  Яр, Саласпилс, Хатынь, Аджимйшкай. Только в Бабьем Яру было уничтожено свыше 100 тыс. советских граждан. Всем известно белорусское село Хатынь, где немцы сожгли всех жителей, но никто не знает названий ещё 628 белорусских сёл, сожжённых вместе с жителями.

Невозможно без содрогания читать свидетельства очевидцев  уничтожения советских людей. М.И. Прохорова оказалась свидетельницей уничтожения мирного населения  у селения Журжева в Витебской области в июле 1941 г. «В двух километрах от Журжева я видела донага раздетых людей, поставленных на краю огромной ямы. Фашистские людоеды из пулемётов расстреливали их. …Детей бросали в ямы живьём, некоторых малышей фашистские душегубы хватали вдвоём за ноги и разрывали их тельца на части. Над местом расстрела стояли вопли и стоны истекающих кровью и гибнущих людей»[12]. Подобные сцены проходили в период всех трёх лет оккупации. Неугодное население в сельской местности блокировалось в своих населённых пунктах, затем загонялось в амбар или церковь и там сжигалось заживо вместе с детьми. В период отступления немцы создавали лагеря, в которых загоняли уцелевшее гражданское население прифронтовой полосы. Вот воспоминания заключённой лагеря смерти  Озарачи (Белоруссия), в котором содержалось 25 тыс. человек, 14-летней Ульяны Беленькой: «…всех избивали палками. Били за то, что пытались захватить с собой сухари, за то, что просили есть или пить и просто без всяких причин. Пищи никакой не давали. Продукты, что были с собой, немцы и полицейские у нас отобрали и сожгли». А вот что заявила другая заключённая этого лагеря Н.Н. Кундо: «Всё что пережито лично мною, всё, что видела я своими глазами, никогда не забудется. Немцы веками не сумеют хоть сколько-нибудь загладить свои зверства, чинимые ими». На оккупированной территории происходило массовое уничтожение еврейского населения, начавшегося с первого дня оккупации и продолжавшееся до его последнего дня. Мелкие еврейские поселения уничтожались сразу, там, где еврейское население проживало большими группами, создавались гетто. Гетто превратились в издевательски медленный способ умерщвления людей, когда из них сначала выкачивали все средства, а потом прежде чем убить, делали всё, что только может представить себе воспалённое воображение садиста. Так после взятия г. Могилёве немцы закопали живыми 10 000 евреев: мужчин, женщин, детей, стариков. На оккупированных территориях СССР удалось выжить лишь около 1% еврейского населения. Остальные были уничтожены26. Всего по официальным данным в годы войны на территории СССР было уничтожено 800 тысяч евреев[13].

В период отступления немецкой армии была проведена тайная операция под кодовым названием «акция 1005» по уничтожению свидетельств массового геноцида. По сохранившимся далеко не полным документам на территории СССР было эксгумировано 1,5-2 млн. трупов.

Не менее жестоким методом  истребления населения был массовый угон на непосильные каторжные работы в Германию. По подсчётам А.А. Шевякова было отправлено 5 623 тыс. человек. Из них  от голода, непосильного труда и  истязаний погибло 3 млн. человек.

Естественно при таком  грандиозном размахе массового  террора, стремлении фашистов скрыть свои преступления подсчитать точное количество жертв невозможно. На Нюрбергском процессе были приведены следующие данные. Гитлеровцами было уничтожено и расстреляно на территории РСФСР 1 793 тыс. чел., Украинской ССР – 4 497 тыс., Белорусской ССР – 2 198 тыс., Латвийской ССР – 644 тыс., Литовской ССР – 666 тыс., Эстонской ССР – 125 тыс., Молдавской ССР – 64 тыс. В целом по СССР эта цифра составила 9 987 тыс. человек[14].

Массовое истребление  населения на оккупированных территориях  породило аномалию в демографической  структуре населения этих районов. Особенно ярко она выразилась в соотношении  полов. Безусловно, на него повлияло и  массовая мобилизация мужского населения, но, прежде всего, уничтожение  мужского трудоспособного населения в  период оккупации. Если до начала войны  на территории РСФСР, позднее подвергшейся оккупации, на 100 мужчин в возрасте с 16 до 55 лет приходилось 105 женщин, то после освобождения – 255 женщин. Прежде всего, военные действия отразились на динамике численности населения страны (табл. 2). Безусловно, приведённые данные страдают большими погрешностями, т.к. не учитывают численность населения на оккупированной территории. Казалось бы, логика требует, что по мере освобождения территории РСФСР от захватчиков, количество жителей должно было бы возрастать, однако численность населения по сравнению с довоенным периодом не только не возрастала, но наоборот, несколько повысившись к 1944 г., продолжала убывать.

Таблица 2 - Динамика численности населения РСФСР в 1941-1945 гг.

(без оккупированных территорий), (тыс. чел.)

Война привела к перераспределению  населения страны. В ходе военных  действий значительно сократилось  население районов страны, над  которыми нависла угроза оккупации. В тоже время в районах массовой эвакуации населения – Урал, Поволжье, Волго-Вятский регион, Сибирь, население, несмотря на массовую мобилизацию, не только не уменьшилось, но наоборот возросло. Так, население Куйбышевской области  за годы войны выросло с 624 тыс. до 1205 тыс., Саратовской - с 839 тыс. до 1007 тыс., Татарской АССР - с 644 тыс. до 774 тыс. человек. Всего в Поволжье на 1 января 1943 г. численность эвакуированного населения составила 1001,8 тыс. человек. Основной поток эвакуированных размещался в городской местности. Поэтому если численность городского населения тыловых регионов росло, то сельское сокращалось. Так сельское население Поволжья уменьшилось по сравнению с довоенным 1939 г. на 23%. Фактически весь период войны село продолжало оставаться основным резервуаром, откуда государство черпало живую силу. Материальное положение советского крестьянства в годы войны было очень трудным, близким к катастрофическому[15].

Великая Отечественная война  изменила процесс воспроизводства  населения. Прежде всего, состояние  войны отразилось на уровне смертности населения тыловых районов. Количественные параметры смертности прошли два  этапа: на первом (июнь 1941 – осень 1942 гг.) уровень смертности значительно  увеличился, на втором (осень 1942 – весна 1945 гг.) – понизился (табл. 3).

Материалы табл. 3 свидетельствуют  о стремительном нарастании смертности населения тыловых районов в  начале войны. В январе 1942 г. уровень смертности превысил показатели соответствующего месяца 1941 г. на 43,1%, в феврале 1942 г. – на 52,7%, в марте 1942 г. – на 65,5%. По расчётам В. А. Исупова общий коэффициент смертности в СССР в 1942 г. по отношению к 1940 г. вырос на 44%, в том числе в городах – на 74%, в сельской местности – на 22%.

Таблица 3 - Сезонные колебания смертности гражданского населения

тыловых районов РСФСР  в 1941-1942 гг. (в %)