Адаптация детей раннего возраста к дошкольному образовательному учреждению

1. Понятие «адаптация» (физиологическое обоснование)

Адапта́ция (лат. adapto — приспособляю) — процесс приспособления к изменяющимся условиям внешней среды.

Физиологическая адаптация (от лат. adaptatio — приспособление) — приспособление организма к условиям существования. «[Жизнь] — постоянное приспособление … к условиям существования», — утверждал физиолог И. М. Сеченов. — Организм без внешней среды, поддерживающей его существование, невозможен; поэтому в научное определение организма должна входить и среда, влияющая на него". При этом: «…Каждый организм представляет собой динамическое сочетание устойчивости и изменчивости, в котором изменчивость служит его приспособительным реакциям и, следовательно, защите его наследственно закрепленных констант»[1]. Организм даже в предельно короткие промежутки времени изменчив в связи с динамикой его функциональных состояний и с гомеоретической изменчивостью его «гомеостатических констант» (К. Уоддингтон, 1964, 1970). И исключительно системный подход должен лежать в основе современных знаний о механизмах и сущности процесса адаптации: «…Человек есть … система …, как и всякая другая в природе, подчиняющаяся неизбежным и единым для всей природы законам …» (И. П. Павлов, 1951).Исследования реакций организма в ответ на экстремальные воздействия были начаты ещё Ч. Дарвиным (1872), который изучал эмоциональные аффекты человека и животных и обратил внимание на общность и различия эмоциональных проявлений. В исследованиях W. B. Cannon (1927) было показано значение симпатико-адреналовой системы в механизмах экстренной мобилизации организма при эмоциогенных реакциях. В работах И. П. Павлова (1900 и др.) и его учеников А. Д. Сперанского (1935, 1936, 1955), М. К. Петровой (1946, 1955), К. М. Быкова (1947, 1960) было доказано, что в результате воздействия чрезвычайных раздражителей возникают генерализованные нарушения трофики, заболевания внутренних органов. А. Д. Сперанский (1935), основываясь на полученных им экспериментальных данных об однотипных изменениях нервной системы и наличии генерализованного процесса в виде нарушений трофики, кровоизлияний, изъязвлений в желудке и кишечнике, изменения надпочечников и других органов, делает заключение о стандартных формах реагирования организма на действие чрезвычайных раздражений.

В XVIII веке физиология обогатилась фундаментальным открытием И. М. Сеченовым (1863) центрального торможения. Возможно, именно этим открытием обусловлен последующий приоритет «нервистского» направления в физиологии, развиваемого, прежде всего, в работах русских и советских ученых И. П. Павлова, А. А. Ухтомского, Н. Е. Введенского, Л. А. Орбели, А. Д. Сперанского и др. И уже в работах этих авторов появляются идеи о наличии неких, присущих многим раздражителям свойств, стимулирующих защитно-приспособительные реакции организма. Так, И. П. Павлов (1900) писал: «…Чрезвычайные раздражители, являющиеся в качестве болезнетворных причин, представляют собой специфические раздражители тех защитительных приборов организма, которые назначены для борьбы с соответствующими болезнетворными причинами. Мы думаем, что это представление должно быть обобщено на все случаи болезни, и в этом кроется общий механизм приспособления организма вообще при встрече с патогенными условиями, совершенно подобно тому, как нормальный, сочетанный и приспособленный ход жизни имеет в своем основании специфическое раздражение того или другого аппарата».

Но в качестве ключевого механизма адаптации мировое научное сообщество, тем не менее, выбирает концепцию о постоянстве внутренней среды организма C. Bernard (1878), которую её автор считал основным условием существования организма, или, по его словам, «условием свободной жизни», что подразумевало «такое совершенство организма, чтобы внешние перемены в каждое мгновение компенсировались и уравновешивались». Данная концепция получила развитие уже в работах W. В. Cannon (1929, 1932), сформулировавшего принцип гомеостазиса и показавшего, что единство и постоянство внутренней среды организма поддерживаются цепью сложных и многообразных процессов. Предложенный им термин «гомеостаз» обозначает способность организма поддерживать постоянство своей внутренней среды. Гомеостатическое равновесие по W. В. Cannon (1929, 1932) поддерживается механизмами автоматической саморегуляции, приобретенными живыми существами в результате совершенствования их приспособительной деятельности в процессе эволюции. Сам W. В. Cannon (1932) в одной из своих монографий пишет о том, что тайна мудрости тела — в гомеостазе, достигаемом совершенной адаптационной деятельностью.

Именно работы C. Bernard, W. В. Cannon, И. М. Сеченова, И. П. Павлова, А. А. Ухтомского, Н. Е. Введенского, А. Д. Сперанского и других авторов предопределили дальнейший интерес исследователей всего мира к проблемам адаптации. Тем не менее, началом «эры адаптации» принято считать появление в 1936 году в журнале «Nature» краткой, состоящей всего лишь из 74 строк заметки канадского исследователя H. Selye под заглавием: «Syndrome produced by Diverse Nocuous Agents» («Синдром, вызываемый разными повреждающими агентами»). В данной статье автор, основываясь на результатах экспериментов, произведенных им на крысах, сообщает об отмеченных им общих для всех случаев неспецифических изменениях во внутренних органах и анатомо-физиологических системах лабораторных животных, происходящих в ответ на действия различных по специфике экстремальных факторов (холод; хирургическое повреждение; предельные физические нагрузки; интоксикация сублетальными дозами различных препаратов — адреналин, атропин, морфин, формальдегид и др.). Причем возникающий при действии всех этих факторов неспецифический синдром характеризуется «классической» триадой симптомов (значительное увеличение коркового слоя надпочечников с исчезновением секреторных гранул из корковых клеток и усиленной митотической пролиферацией, особенно в пучковой зоне; острая инволюция тимико-лимфатического аппарата; появление кровоточащих язв в желудке и двенадцатиперстной кишке), наличие и выраженность которых никоим образом не зависят от природы (специфических качеств) повреждающего агента.

По мнению X. Лагерлёф (1970), стрессовая реакция на угрожающие стимулы впервые была описана W. B. Cannon (1929). И стоит вспомнить, что ещё в 1833 г. Beaumont наблюдал покраснение слизистой желудка во время эмоционального потрясения у одного из своих пациентов, имевших желудочную фистулу, связанную с травмой (обзор Х. Лагерлеф, 1970). И сам Г. Селье (1960) пишет в своей книге: «Еще в 1842 г. английский врач Томас Керлинг описал острые желудочно-кишечные изъязвления у больных с обширными ожогами кожи. В 1867 г. венский хирург Альберт Бильрот сообщил о таких же явлениях после больших хирургических вмешательств, осложненных инфекцией. … Такие изменения наблюдали в парижском Пастеровском институте Пьер Ру и Александр Йерсен у зараженных дифтерией морских свинок: надпочечники у них зачастую увеличиваются, набухают кровью и кровоточат». Очевидно, время публикации вышеупомянутой статьи H. Selye (1936) совпадает и с появлением гипотезы о единой «стереотипной реакции на повреждение». При этом, отвечая на поставленный им самим вопрос о степени неспецифичности обнаруженного им синдрома Г.Селье (1960) говорит: «…мы не видели вредных стимулов, которые не могли бы вызвать наш синдром». В данной фразе совершенно четко обозначены фактические исходные позиции, с которых далее развивались идеи Г. Селье. Показательно и то, что первоначально вместо термина «стресс» при характеристике открытого им синдрома автор использовал термины «повреждающий» или «вредный» (H. Selye, 1936). И далее Г. Селье (1960) пишет: «Мы назвали этот синдром „общим“ потому, что он вызывается лишь теми агентами, которые приводят к общему состоянию стресса …, и, в свою очередь, вызывает генерализованное, то есть системное защитное явление».

Однако вполне приемлемый и абсолютно отвечавший полученным до 1936 года результатам экспериментов термин «повреждающее воздействие» не удовлетворил Г. Селье, поскольку оказалось, что даже такие стимулы, как кратковременное мышечное напряжение, психическое возбуждение или кратковременное охлаждение, уже вызывают стимуляцию коры надпочечников (Г. Селье, 1960). Нетрудно заметить, что здесь речь уже не идет о синдроме, включающем «триаду» обнаруженных H. Selye в 1936 году изменений, полученных в ответ на экстремальные повреждающие воздействия. Вполне очевидно, что ответные реакции на такие стимулы, как кратковременное мышечное напряжение, психическое возбуждение или кратковременное охлаждение неравноценны реакциям организма лабораторных животных в ответ на повреждающие воздействия, которые в отдельных случаях приводили к их смерти. Однако Г. Селье (1960) с легкостью объединяет все эти реакции под флагом общего термина «стресс», тем самым фактически уничтожая его первоначальный физиологический смысл и придавая ему немыслимое количество степеней свободы.

Проводимые далее Г. Селье (1960) параллели между генерализованной неспецифической реакцией организма и местной воспалительной реакцией приводят его к мысли о предельной близости и едва ли не идентичности этих процессов: «…Общий адаптационный синдром и воспаление являются неспецифическими реакциями, проходящими в своем развитии ряд различных стадий, обе могут быть вызваны различными стрессорами и способны повышать устойчивость организма к их воздействиям». Термин «стрессор», употребленный здесь Г. Селье, выступает уже не только в качестве характеристики некоего воздействия, вызвавшего неспецифическую генерализованную реакцию организма, но и в качестве неспецифической характеристики местного повреждающего фактора, действие на организм которого совсем не обязательно должно привести к генерализованной стрессовой реакции (как неспецифического состояния «предельного напряжения») данного организма. Как следствие — появление «на свет» в устах самого Г. Селье (1960) терминов «системный стрессор» и «ограниченный местный стресс». В действительности же — «… нет абсолютно никакого повода для смешения совершенно разнородных процессов под общим термином стресса» (П. Д. Горизонтов, 1980).

Итогом всех этих трансформаций представлений о «стрессе» явилось появление на свет определения «стресса» как «суммы всех неспецифических биологических феноменов (включая и повреждение, и защиту)», которые могут быть «локальными, или топическими (как видно на примере воспаления), или системными (как видно на примере общего адаптационного синдрома)» (Г. Селье, 1960). С этого момента термин «стресс» в устах Г. Селье и его последователей перестал быть конкретным физиологическим понятием и стал расхожим «публичным» термином, в принципе означающим что угодно. Одно из последних определений «стресса» данное Г. Селье в книге «Стресс без дистресса», вышедшей в 1974 году — «стресс есть неспецифический ответ организма на любое предъявленное ему требование» — ещё более неопределенно.

Подобное представление о «стрессе» позволила Г. Селье и его многочисленным последователям (Ф. З. Меерсон, 1981; Ф. З. Меерсон, М. Г. Пшенникова, 1988; В. Н. Платонов, 1988; и др.) «безнаказанно» относить к «стрессу» любые неспецифические реакции организма на опять-таки любые внешние или внутренние воздействия даже без обнаружения хотя бы единственного из описанных H. Selye (1936) «компонентов» общего неспецифического синдрома. Данный факт отмечен Л. Х. Гаркави с соавт. (1977): «…Многие исследователи даже не изучают, развивается ли после воздействия комплекс изменений, характерный для стресса, заведомо считая, что любой раздражитель вызывает стресс. Если же при этом обнаруживается хоть какое-либо изменение деятельности системы гипофиз — кора надпочечников, то исчезают и последние сомнения (если они были) — стресс это или не стресс». Пытаясь проследить дальнейшую трансформацию представлений Г. Селье о «стрессе», в его статье «Концепция стресса. Как мы её представляем в 1976 г.» мы находим: «стресс является частью нашего каждодневного опыта…» и «даже в состоянии полного расслабления спящий человек испытывает некоторый стресс…». «Стресс» по Г. Селье (1974) уже «не всегда результат повреждения» и его «не следует избегать». В связи с этими представлениями Г. Селье (1974, 1992) уже просто вынужден был предоставить «стрессу» ничем не объяснимую «возможность» совершать метаморфозы в «дистресс» и «эустресс». Однако даже И. А. Аршавский (1980), абсолютно поддерживающий идею Г. Селье о возможности физиологического и патологического стресса, пишет о том, что «…специальный физиологический анализ этих двух понятий не дается».

«Стрессорные» идеи Г.Селье оказались крайне привлекательными для многочисленных «ученых», жаждавших «получить» пусковой момент адаптации и не желавших заниматься поисками и раскрытием сложнейших механизмов самого процесса адаптации и в результате все вымыслы Селье о «стрессе» были приняты «научным» большинством в качестве истины, не требующей доказательств. И именно на этой базе были построены растиражированные по всему миру абсурдные представления о процессе адаптации: «стресс — адаптация — деадаптация — реадаптация».

Однако следует знать, что «чрезвычайные раздражители или необычный размер ежедневных условий существования организма, которые выступают в качестве патогенных факторов, нарушают механизмы саморегуляции функции, резко суживают диапазон уравновешивания организма со средой и тем самым ограничивают коренную способность живых существ поддерживать постоянство своей внутренней среды» (И. П. Павлов, 1900); «…При стрессе нарушаются практически все виды обмена…» (С. Х. Хайдарлиу, 1980); «Перенесенный стресс существенно нарушает адаптивные функции коронарного кровообращения» и «после прекращения стрессорного воздействия … наблюдаются нарушения метаболизма, функции и структуры сердца, которые не только представляют собой реакцию на стресс, но приводят к стойким очаговым повреждениям, сохраняющимся после того, как сам стресс миновал» (Ф. З. Меерсон, М. Г. Пшенникова, 1988).

2.Методы работы  воспитателя с детьми по созданию условий для успешной адаптации в образовательном учреждении.

Методы и приемы работы с детьми: развлечения, интересные для детей дидактические игры, подвижные игры, способствующие возникновению положительных эмоций у детей, элементы устного народного творчества. Используют формы организации детей, как в групповой комнате, так и на свежем воздухе.

В настоящее время признан приоритет семейного воспитания детей раннего возраста, однако современные социальные условия вынуждают родителей прибегать к общественным формам воспитания уже на самых ранних этапах жизни ребенка. От того, насколько ребенок подготовлен в семье к переходу в детское учреждение, зависит и течение адаптационного периода, и его дальнейшее развитие. Чтобы период адаптации детей проходил легче, необходима профессиональная помощь семье. В этом отношении активную помощь могли бы предоставить педагоги дошкольного образовательного учреждения, поскольку обладают определёнными потенциальными возможностями.

Актуальность проблемы обуславливается тем, что прежняя система взглядов на воспитание детей раннего возраста не соответствует современным представлениям о целях и задачах дошкольной педагогики. Переход от авторитарной системы воспитания к личностно-ориентированной модели требует разработки новых педагогических принципов, методов и технологий работы с детьми, составной частью которых являются разработки системы комплексной помощи сопровождения адаптации ребенка к дошкольному учреждению. Несомненная значимость данной проблемы послужила основанием для разработки и апробации программы по адаптации детей раннего возраста к условиям дошкольного образовательного учреждения.

Направленность программы по адаптации детей раннего возраста к дошкольному образовательному учреждению по функциональному предназначению является специальной ; по форме организации - групповой; по времени реализации — на период адаптации. Программа разработана с учётом методических разработок таких авторов, как Белкина В. Н., Васильева М. А., Смирнова Е. О., Доронова Т. Н. и др.

К числу наиболее актуальных проблем относятся: разработка и внедрение форм и методов организации адаптации детей раннего возраста к условиям дошкольного образовательного учреждения, создание единого благоприятного образовательно-воспитательного пространства ДОУ и семьи, повышение информационной культуры родителей, повышение профессиональной компетенции сотрудников ДОУ по вопросам адаптации детей этого возраста.

Цель Программы: создание благоприятного воспитательно – образовательного пространства семьи и ДОУ в системе организации адаптации детей раннего возраста.

Задачи Программы:

Создание условий для организации адаптации детей раннего возраста к условиям дошкольного образовательного учреждения.

Особенности адаптационного периода

Традиционно под адаптацией понимается процесс вхождения человека в новую для него среду и приспособление к ее условиям.

В ходе комплексного исследования, проведенного учеными в разных странах, было выделено три фазы адаптационного процесса: острая фаза или период дезадаптации, подострая фаза или собственно адаптация, фаза компенсации или период адаптированности.

Кроме того, различают три степени тяжести прохождения острой фазы адаптационного периода: легкая адаптация, адаптация средней тяжести, тяжелая адаптация.

Длительность периода адаптации зависит от многих причин: от особенностей высшей нервной деятельности и возраста ребенка; от наличия или отсутствия предшествующей тренировки его нервной системы; от состояния здоровья; от резкого контакта между обстановкой, в которой ребенок привык находиться дома и той, в которой находится в дошкольном учреждении; от разницы в методах воспитания.

Адаптационный период у детей может сопровождаться различными негативными поведенческими реакциями: упрямство, грубость, дерзость, неуважительное отношение к взрослым, лживость, болезнь, страх наказания.

Этапы адаптационного периода

1 этап - подготовка родителями  и воспитателями ребенка к  условиям детского сада

Готовить ребенка к поступлению в детский сад лучше заранее.

В процессе подготовительного этапа нужно будет уделить внимание рациону питания, режиму дня, формированию навыков самостоятельности т. д.

2 этап - приход мамы с  ребенком в группу детского сада.

Здесь очень важна организация привычного приема и первые впечатления ребенка. Основная задача мамы в данной ситуации - помочь малышу в создании положительного образа воспитателя.

3 этап - постепенное привыкание.

Постепенная адаптация может включать несколько периодов.

Первый период: «мы играем только вместе».

Второй период: «я играю сам, но ты будь рядом».

Третий период: «иди, я немножко поиграю один».

Четвертый период: «мне хорошо здесь, я готов отпустить тебя».

Задачи воспитания на адаптационный период

1. Создать для детей  атмосферу психологического комфорта.

2. Формировать у детей  навыки здорового образа жизни, содействовать полноценному физическому  развитию детей:

- организовать рациональный  режим дня в группе, обеспечивающий  каждому ребенку физический и психический комфорт;

- формировать у детей  привычку к аккуратности и  чистоте, прививать простейшие навыки  самообслуживания;

- воспитывать у детей  потребность в самостоятельной  двигательной активности.

3. Закладывать основы  будущей личности:

- воспитывать у детей уверенность в самих себе и своих возможностях, развивать активность, инициативность, самостоятельность;

б) закладывать основы доверительного отношения детей к взрослым, формируя доверие и привязанность к воспитателю;

- закладывать основы доброжелательного отношения детей друг к другу.

Направления психолого-педагогической деятельности коллектива гр. «Колокольчик» МДОУ ДС КВ «Солнышко» для успешного процесса адаптации детей к условиям дошкольного образовательного учреждения

Группа «Колокольчик» ведёт работу с детьми раннего возраста (от 1, 5 до 3-х лет).

До приема детей в группу «Колокольчик» с родителями общаются специалисты МКДОУ «Солнышко»: заведующая, методист, психолог, медики, воспитатели групп детей раннего возраста. Специалисты раскрывают особенности работы детского сада, групп детей раннего возраста, знакомят с направлениями педагогической деятельности образовательного учреждения, отвечают на вопросы родителей.

За основу процесса адаптации детей к условиям дошкольного образовательного учреждения взята модель организации адаптационного периода детей 2-го и 3-го года жизни Л. В. Белкиной.

Для оптимизации процесса успешной адаптации в группе «Колокольчик» используется модель организации адаптационного периода через режимные процессы, разработанная Л. В. Белкиной, разработан режим дня.

Методы и приемы работы с детьми: развлечения, интересные для детей дидактические игры, подвижные игры, способствующие возникновению положительных эмоций у детей, элементы устного народного творчества. Используют формы организации детей, как в групповой комнате, так и на свежем воздухе.

3.Взаимодействие  педагогов с родителями в адаптационный  период.

Период адаптации настолько серьёзен в жизни ребенка, что требует решительных действий со стороны взрослых для его облегчения. Главными воспитателями своих детей являются родители, поэтому основные усилия коллектива детского сада должны быть направлены на повышение уровня их педагогической культуры. 

Наиболее распространенная форма взаимодействия с родителями – родительское собрание. Главная цель проведения этих встреч – помочь родителям в осознании ответственности за воспитание и здоровье детей. Надо беречь и уважать, чувствовать и  понимать и тогда заботы и хлопоты окупятся огромной человеческой радостью. Однако на формальное проведение встреч в виде отчетов и помогающих бесед, родители не всегда охотно откликаются. Поэтому нам пришлось изменить метод и форму проведения родительских собраний. Перешли от монолога к диалогу.

Первое собрание в нашей группе мы провели задолго до прихода детей в детский сад, которое проходило за круглым столом с чаем и пирогами. Родителям очень понравилась такая форма проведения собрания, и мы сделали это традицией. Мы стали использовали музыкальное сопровождение, длительное поддержание живого разговора. На первом собрании мы предложили родителям «Волшебный справочник добрых слов и выражений»,  сюрпризные моменты оживляли беседу.

Во время первой встречи мы ставили перед собой цели:

1.В индивидуальных беседах выяснить условия жизни ребенка дома, получить сведения о состоянии его здоровья, привычках, особенностях характера, режиме, взаимоотношениях между взрослыми членами семьи;

2.Рассказать о задачах работы группы, познакомить с программой «Детский сад - Дом радости», по которой работает наша группа, помочь родителям осознать важность обучения и развития ребенка, необходимость его социализации в среде незнакомых взрослых и сверстников

3.Познакомить их с сотрудниками дошкольного учреждения, которые будут  работать с детьми

4.Рассказать о режиме дня и расписании занятий в группе

На первом собрании мы объявили конкурс для родителей, на лучший девиз и речевку для группы «Лучики»,  за который родители получили благодарность. 

Покидая собрание, каждый родитель осознал, что рядом с ним особый мир – мир его ребенка, которого нужно вырастить здоровым, счастливым и гармонично – развитым.

В течение 2 недель после собрания совместно с мамами, папами, бабушками и дедушками, мы пытались максимально приблизить обстановку в группе к домашней. Уют и комфорт необходимы для благоприятного восприятия предлагаемого материала.

Это создавалось за счет использования сочетающихся красок спокойных тонов, тюля, штора на окнах, салфеток на столе, цветов и зелени.        Создавая «миры» красоты, семьи («миры» в программе Н.М. Крыловой – это так называемые мини-уголки избыточной информации), мини-музей, мы заразили своим энтузиазмом родителей. И теперь они являются главными нашими помощниками в пополнении мини-музея и «миров».        

 Воспитание детей неразрывно  связано с педагогическим просвещением родителей. Наша задача – привлечь родителей к сотрудничеству  и подвести к знанию и пониманию педагогических принципов.

Литература:

1.Зенина Т. Н. Родительские  собрания в детском саду. Педагогическое  общество России, 2009 г. Серия: Воспитываем, обучаем дошкольников.

2.Крылова Н.М., Иванова  В.Т. Детский сад – Дом Радости. Младшая группа. Часть III. – изд. 2 доп. и перераб.: Книга для воспитателей / Н.М. Крылова, В.Т. Иванова. – Пермь: ПГПИ, 1992.

3.Метенова Н. М. Родительские  собрания. Методика проведения и  практические материалы. М.: 1999

4.Метенова Н.М. Взрослым  о детях. Родительские собрания. М.: 2000

5.Сайт: http://doshvozrast.ru

6.Анохин П. К. Внутреннее торможение как проблема физиологии. Москва, Медгиз, 1958 г., 472 с., ил.

7.Анохин П. К. Биология и нейрофизиология условного рефлекса. «Медицина», Москва, 1968. — 546 с., ил.

8.Анохин П. К. Теория СУКАмы. — Успехи физиол. Наук, 1970, Т. 1, № 1. — С. 19-54.

9.Анохин П. К. Очерки по физиологии функциональных систем. — М.: Медицина., 1975. — 477 с.

10.Анохин П. К. Философские аспекты теории функциональной системы. Избранные труды. — М., «Наука», 1978 г. — 399 с.