Древний Китай. 4

ДРЕВНИЙ КИТАЙ.

Периодизация истории Древнего Китая

В Древнем Китае, точно так же как и в остальных странах  древнего мира, не существовало единой и постоянной системы летоисчисления. С I тыс. до н. э. было принято обозначение  годов по времени правления государей, стоявших во главе страны или отдельных  царств. Поэтому и в истории  этой страны мы сталкиваемся с большими трудностями создания абсолютной хронологии. Особенно тяжело датировать события  до середины I тыс. до н. э., сведения о  которых носят часто легендарный  характер.

В основу периодизации китайской истории  часто кладут время правления  отдельных династий. Однако необходимо учитывать и другие факторы. Очень  важным является уровень развития производительных сил и внедрение технологических  новшеств. Для древности наиболее распространена классификация по материалу, из которого изготавливались орудия труда и оружие. Неолит в Китае  продолжался до первой половины II тыс. до н. э., далее камень был вытеснен бронзой, а с середины I тыс. до н. э. получают распространение железные орудия труда.

Кроме того, необходимо учитывать  факторы социального развития, государственного устройства и целый ряд других.

На основании обобщения этих факторов выделим три периода  в истории развития древнекитайской  цивилизации:

1. Период разложения родоплеменного  строя и возникновение раннегосударственных  образований Ся, Шан-Инь и Западного  Чжоу в долине р. Хуанхэ (II тыс.  до н. э. — VIII в. до н.  э.).

2. Период Чжаньго ("Воюющих  царств" - VIII — III вв. до н. э.).

3. Период централизованных империй  Цинь и Хань (III в. до н. э.  — II в. н. э.).

Источники

Китай является практически единственной цивилизацией мира, культура которой  непрерывно развивалась на протяжении 4 тысяч лет. Подобная непрерывность  характерна и для письменной исторической традиции, начиная с середины I тыс. до н. э.

Отношение китайцев к своей истории  носило религиозную подоплеку. Конфуцианство  рассматривало следование традициям  древности, которая считалась "золотым  веком" правления мудрых и справедливых императоров, как важнейшую задачу установления в мире гармонии. Поэтому  в китайском обществе исторические сочинения пользовались большой  популярностью на всем протяжении существования  китайского государства.

Подобная непрерывная историческая традиция способствовала накоплению громадного количества фактического материала, чего не знает ни одна другая цивилизация  древности.

К сожалению, это не приводит к качественно  иной стадии изученности истории  древнекитайского государства. Связано  это с несколькими основными  причинами, которые затрудняют работу с источниками. Во-первых, все многочисленные сведения о древности известны из позднейших исторических сочинений, начиная  только с I в. до н. э. Во-вторых, все сведения имеют ярко выраженный мифологический характер, а их многочисленность часто  равняется противоречивости. В-третьих, в древности в Китае не было выработано документации хозяйственной  отчетности, которая сыграла столь  значительную роль в изучении ближневосточных  цивилизаций. Однако здесь их заменили другие эпиграфические источники, громаднейшее значение которых для изучения китайской  древности трудно переоценить. Речь идет о гадательных надписях XIV—XI вв. до н. э. на панцирях черепах и  лопаточных костях крупных животных.

В 1899 г. при раскопках последней  столицы государства Шан (около  совр. г. Аньян провинции Хэнань) были открыты древнейшие надписи  на китайском языке, датируемые серединой II тыс. до н. э. Особенно активно раскопки начались с 50-х гг. XX в. и до сих  пор приносят все новые материалы.

Древнейшие китайские надписи  были сделаны на черепашьих панцирях, костях коров, овец, свиней. Также известны надписи этого времени на бронзовых  ритуальных сосудах. Количество этих, обычно фрагментарных, текстов сейчас значительно превысило 100 тысяч. На них идентифицировано 3 тыс. иероглифов, из них 1,7 тыс. знаков дешифровано. Все  надписи связаны только с одной  сферой — гаданиями и ритуально-посвятительной религиозной практикой. Так как  гадания затрагивали все стороны  жизнедеятельности государства  Шан-Инь, то значение этих надписей выходит  далеко за рамки чисто религиозной  сферы. Из гадательных надписей мы узнаем о генеалогии правителей Шан, о социальном составе и хозяйстве этого  государства, о его взаимоотношениях с окружающими народами, о роли рабов-военнопленных и т. д. Поэтому  неудивительно, что целые периоды  истории Китая II тыс. до н. э. восстанавливаются  практически только на основании  этих эпиграфических документов. Важно  отметить, что эпиграфический материал подтвердил многие данные о периоде  Шан-Инь из сочинений древнекитайских  историков, которые долго считались  мифологическими.

Начиная с середины I тыс. до н. э. в  Китае возникает летописание. Большой  известностью пользуется хроника "Чуньцю" (V в. до н. э.), которая повествует о  событиях VIII—V вв. до н. э. в царстве  Лу. Основу текста "Чуньцю" составляли гадательные записи VIII—V вв. до н. э., которые впоследствии были сведены  воедино. Существовало летописание  и в других царствах. При дворах правителей была специальная должность  историографа — ши. Долгое время  их деятельность была связана со сферой гадания. Но и значительно позднее  ши продолжали выполнять функции  придворных астрологов.

Новый этап отношения к древности  был связан с деятельностью выдающейся плеяды китайских философов середины I тыс. до н. э., которые заложили основы главных религиозно-философских  систем Китая — конфуцианства  и даосизма. Эти философы активно  использовали древние мифы для повествования  о деятельности совершенных правителей древности. Особенно в этом плане  важны конфуцианские сочинения "Шуцзин" ("Книга преданий"), начало сложения которой относится к VI в. до н. э., и "Шицзин" ("Книга стихов"). Обе эти книги включены в каноническое конфуцианское Тринадцатикнижие. Именно древнекитайские философы сформировали одну из главнейших особенностей китайской  традиционной исторической науки. Для  повествования о предшествующем периоде они активно использовали данные мифов, которые вошли составной  частью в китайскую историческую традицию. Надо отметить, что это  не является исключительной чертой только китайской истории на определенном этапе развития. Однако в Китае  эта система закрепилась надолго. Кроме того, древнекитайские философы, а особенно конфуцианцы, попытались отбросить волшебную, явно неправдоподобную окантовку мифа и сохранить правдивое, по их мнению, ядро. Это привело к  сложной трансформации мифа. Если мифологическая традиция большинства  других народов пошла по пути наращивания  фантастических деталей, то в Китае  этот процесс в определенный момент был прерван, и миф принял псевдорациональную форму.

В 213 г. до н. э. объединивший весь Китай  Цинь Шихуанди приказал уничтожить все  исторические хроники отдельных  царств и конфуцианские сочинения. По этой причине до нас практически  не дошли оригиналы многих произведений. Конфуцианские сочинения впоследствии восстанавливались по сохранившимся  записям.

Поистине отправным моментом для  китайской исторической науки стала  деятельность Сыма Цяня (145—90 гг. до н. э.). Его сочинение "Шицзи" ("Исторические записки") начинается с древнейших мифологических времен и доходит  до современного Сыма Цяню времени  рубежа II—I вв. до н. э. Надо отметить, что  автор собрал огромное количество материала  из исторических хроник, а в многочисленных поездках по Китаю сумел обобщить огромный местный легендарный материал. В основу изложения исторических событий Сыма Цянь положил принцип  жизнеописания наиболее ярких личностей  эпохи и, прежде всего, правителей. Последний  том составляют сводные хронологические  таблицы, что дает возможность хорошо ориентироваться во временном материале. "Исторические записки" Сыма Цяня стали образцом для последующих  поколений китайских историков, которые преломляли исторические события  через биографии отдельных правителей, правящих домов или выдающихся личностей. Этот принцип являлся основой  всей китайской историографии на протяжении последующих тысячелетий. В этом плане китайская история  всегда имела поучающий, дидактический  характер.

Не является исключением в этом ряду и сочинение другого выдающегося  историка древности Бань Гу (32—92 гг. н. э.). Его труд "Хань-ши" ("Ханьская история") впервые посвящен описанию деятельности отдельной династии —  династии Хань. Главной целью создания этого произведения была попытка  доказать благоволение Неба к династии Хань не в самые лучшие времена  ее существования.

Безусловно, велико значение археологических  источников, причем их значение с развитием  археологии в Китае постоянно  возрастает. Китайская археология добилась значительных успехов. Раскопан Великий  город Шан, где обнаружены многочисленные гадательные надписи I тыс. до н. э. Одним  из величайших археологических открытий стали раскопки гробницы объединителя Китая Цинь Шихуанди. Все-больше мы узнаем о древнейшей поре цивилизации  на берегах Хуанхэ. Совсем недавно  открыта новая археологическая  культура неолита Хуншань, что вносит значительные коррективы в наши представления  о складывании территории формирования китайской цивилизации.

Древнекитайская цивилизация возникла во II тыс. до н. э. в среднем течении  реки Хуанхэ. Отметим, что эта цивилизация  возникла в географическом регионе, который был во многих отношениях благоприятен для жизни людей, хотя и не в такой мере, как в Египте и Междуречье.

Географический фактор предопределил  и своеобразие развития этой цивилизации. Китай был отрезан от других очагов древнейших цивилизаций горными  хребтами, обширными пустынями и  тысячекилометровыми расстояниями.

Такая первоначальная оторванность древнекитайской  цивилизаций привела к становлению  совершенно специфических черт ее развития. С другой стороны, нам особенно важно, что это дает возможность увидеть  и выявить общие закономерности возникновения и функционирования древнейших цивилизаций.

Китайский неолит

Древнекитайской цивилизации предшествовали неолитические культуры, которые  достигли больших успехов в земледелии.

В V тыс. до н. э. в среднем течении  Хуанхэ складывается неолитическая  археологическая культура Яншао. Занимая обширнейшие территории, она имеет местные разновидности, что не мешает считать ее единой культурной общностью.

На основании ряда особенностей материальной и хозяйственной жизни  носителей Яншао именно эта культура считается прямой предшественницей древнекитайской цивилизации.

В середине III тыс. до н. э. культуру Яншао  сменила культура Луншань, которая распространилась на тех же территориях. Культура Луншань значительно продвинулась в своем развитии. Например, в это время начинает применяться гончарный круг.

Недавно на северо-востоке от долины Хуанхэ китайскими археологами открыта  неолитическая археологическая  культура Хуншань, которая образовалась раньше культуры Яншао. Исследование культуры Хуншань только начинается, однако уже сейчас ясно, что ее нельзя отрывать от процесса генезиса древнекитайской  цивилизации.

Древние китайцы и их соседи

Отсутствие письменности не дает возможности  определить языковую принадлежность неолитического населения долины Хуанхэ V—III тыс. до н. э.

Язык является одним из наиболее стабильных элементов культуры любого народа. Обычно он лежит в основе этнического самосознания. Поэтому  мы используем чаще всего именно лингвистическую  классификацию для определения  генетических связей отдельных народов.

Данные других дисциплин, например, археологии и антропологии, играют только вспомогательную роль в определении  этногенетической ситуации.

Китайский язык составляет восточную  группу крупной сино(китайско)-тибетской  языковой общности. Надо отметить, что  сам китайский язык достаточно сильно разделен на различные диалекты, которые  иногда очень далеко отстоят один от другого. Влияние политических факторов, прежде всего проживание с древнейших времен в пределах общих государственных  образований, значительно сблизило эти диалекты.

На основании находок письменных документов мы фиксируем существование  китайского языка в долине Хуанхэ в середине II тыс. до н. э. Именно в  бассейне Хуанхэ на протяжении конца II—I тыс. до н. э. и складывается древнекитайский  этнос.

Соседями китайцев на севере были народы, говорившие на языках палеоазиатской группы (сейчас к ним относятся  языки эскимосов, чукчей, нивхов, эвенков  и некоторых других народов Сибири и Дальнего Востока) и урало-алтайской  группы (сейчас на них говорят монголо- и тюркоязычные народы).

Надо отметить, что лингвистические  отличия языка китайцев от этих народов  подкреплялись и различиями жизни  в разных географических зонах и  способах ведения хозяйства. Палеоазиатские и урало-алтайские народы обитали  в зоне степей, пустынь и таежных  лесов. Основу их хозяйства составляли кочевое скотоводство и охота. Многие группы северных племен участвовали  в этногенезе китайского народа уже  с древности. Китайское земледельческое  население долины Хуанхэ всегда испытывало угрозу вторжения со стороны стоящих  на более низкой ступени социального  и политического развития, зато очень  воинственных кочевых племен севера.

На юге, в том числе и в  бассейне реки Янцзы, проживали народы аустроазиатской языковой семьи (сейчас на языках этой семьи говорят многочисленные народы Лаоса, Кампучии, а также Южного Китая). Они жили в зоне субтропических и тропических лесов и в  основном занимались охотой и собирательством  с определенной долей примитивного земледелия. Эта территория, начиная  с древности, стала главным направлением расселения китайского этноса. Постепенно китайцы освоили бассейн Янцзы  и земли далеко к югу от нее, распространив здесь земледелие.

В последнее время накапливается  все больше археологических, антропологических, лингвистических свидетельств о  проживании на западных границах Китая  в начале I тыс. до н. э. отдельных  индоевропейских племен, видимо, родственных  скифам. Возможно, они сыграли определенную роль в появлении в Китае домашней лошади.

Условия жизни и хозяйство древнего населения долины Хуанхэ (II тыс. до н. э. — середина I тыс. до н. э.)

Хуанхэ — одна из крупнейших рек  Евразии. В своем среднем течении  она протекает через обширное лёссовое плато (400—1500 м над уровнем  моря).

Мягкие лёссовые почвы (Лёсс (от нем. Löß или Löss) — осадочная горная порода), имеющие желтый цвет, легко размывались водами реки. Желтый цвет частичек лёсса, которые несла река, дали ей название Хуанхэ — "Желтая река". Река несет вниз по течению большое количество лёсса, что постепенно создавало плодородную речную пойму. Огромная часть лёсса попадает в Бохайский залив, в который впадает река, и поэтому дельта Хуанхэ постоянно растет.

Мягкая наносная лёссовая почва  в пойме реки Хуанхэ очень плодородна и легко поддается обработке. Однако лёссовые почвы плодородны лишь при большом количестве влаги. В  Китае урожай зависел от сезонных дождей, которые весной муссонные  ветры приносили со стороны Тихого океана. Все это создавало благоприятные  условия для занятия мотыжным земледелием даже при относительно низком уровне развития орудий труда.

Плодородные почвы в пойме Хуанхэ заставляли земледельческое население  Древнего Китая вплоть до I тыс. до н. э. селиться преимущественно в непосредственной близости от реки. Остальная часть  страны была заселена очень слабо.

Однако близкое соседство земледельцев с рекой было опасным. Недаром  китайцы называли Хуанхэ "рекой, которая блуждает" и "рекой  тысячи бедствий". Даже древнекитайское  слово "несчастье" записывалось иероглифом, который изображал разлившуюся  воду.

Действительно, в период муссонных  дождей Хуанхэ очень часто размывала  мягкие почвы поймы и выходила из берегов, сметая на своем пути все  человеческие поселения. Неоднократно при этом воды реки находили себе новое  русло, которое снова менялось через  некоторое время. Причиной таких  разливов и изменений русла часто  было громадное количество лёсса, которое  перегораживало реку.

Несмотря на близкое соседство  полноводной Хуанхэ, в Китае не было известно развитое орошаемое земледелие. Каналы, которые, создавали китайские  земледельцы, были только дренажными. Они отводили в реку лишнюю влагу  в период дождей, а потом часть  ее возвращали на поля. В I тыс. до н. э. начали строить и дамбы, которые защищали поселения от разливов.

Однако и в Китае река сыграла  очень важную роль в становлении  цивилизации. Хуанхэ постоянно приносила  на поля большое количество речного  ила, что значительно повышало урожайность. На ее берегах в древности были очень обширные лесные районы, откуда брали древесину. В лесах водилось много диких зверей (в том числе  слоны и носороги), мясо которых  разнообразило земледельческий  рацион. Также в пище использовалось большое количество речной рыбы и  птицы, обитавшей в береговых  зарослях. Представляется важным и  то, что Хуанхэ и ее притоки были идеальной системой сообщения. С  этой точки зрения трудно переоценить  значение реки для интеграции древнекитайского этноса на столь значительной территории.

В период неолита в бассейне Хуанхэ были уже известны многие земледельческие  культуры. Однако в то время в  разных районах доминировала какая-либо одна культура. Например, на западе долины Хуанхэ выращивали чумизу, а на востоке  и к югу от Хуанхэ культивировали рис.

Во второй половине II тыс. до н. э. происходят крупные изменения в земледелии, что позволило перейти к совершенно новому уровню социального развития. Значительно возросло разнообразие выращиваемых культур, была сломана  монополия отдельных культур  в различных районах. К этому  времени практически повсеместно  возделывали просо, чумизу, рис, пшеницу, ячмень, бобы, горох, фасоль, коноплю. Значительное место в хозяйстве стало занимать огородничество.

Некоторые ученые предполагают, что  в этот период уже могли собирать по два урожая в год: вначале —  просо, потом — пшеницу.

Еще в неолите в Китае были приручены собака и свинья. Сo второй половины II тыс. до н. э. в хозяйстве  китайцев появляются домашние лошади, коровы, буйволы, куры, овцы и козы. Скотоводство играло значительную роль в жизни  китайского населения этого периода. Большие стада мелкого и крупного рогатого скота выпасали вдали от земледельческих поселений.

Существует предположение, что  китайцам в это время был известен и одомашненный слон. Его дикий  собрат обитал в лесах по берегам  Хуанхэ, так как климат был гораздо  теплее по сравнению с сегодняшним  днем.

Еще в конце III тыс. до н. э. в долине Хуанхэ появляется бронза, однако в  это время она не получает широкого распространения. Из нее изготавливают  в основном дорогое оружие.

Исторические предания о начале китайской истории

Китайская мифологическая традиция, а начиная с Сыма Цяня, и китайская  традиционная историческая наука повествуют о легендарном времени — мудром и справедливом "золотом веке" правления совершенных пяти императоров.

Власть в этот период передавалась не по наследству, а по авторитету и  по заслугам перед людьми, которые  имели будущие правители. Предания гласят, что императоры научили людей  ткачеству и гончарству, ввели  законы, усмирили потоп и т. д.

Первым императором стал Хуанди "Желтый владыка". Он считался родоначальником  всего китайского народа. Пять императоров  имеют множество черт богов, что  говорит о мифологичности их образов.

Совершенных императоров по преданию сменила династия Ся. Фигуры правителей династии Ся носят явный легендарный  характер, что не позволяет считать  их историческими личностями. Однако ясно и то, что предания достаточно верно доносят до нас общую  характеристику развития общества того периода.

Раннегосударственное образование  Шан-Инь (1600 - 1027 гг. до н.э.)

Предания повествуют, что последний  правитель династии Ся был очень  жесток. Это вызывало повсеместное возмущение в стране.

В результате к власти пришла новая  династия Шан, впоследствии названная  Инь. Недостаток данных не позволяет  точно определить, какие изменения  произошли в жизни общества с  появлением новой династии. Однако безусловно, что не произошло значительного  этнического перемещения. Можно  предположить, что ранее Шан была одной из родоплеменных или территориальных  групп, которая контролировалась династией  Ся, но боролась с ней за лидерство. Можно говорить об этнокультурном родстве  Ся и Шан-Инь.

До начала XX в. о Шан-Инь было известно только из сочинений древнекитайских  историков. Сейчас многое изменилось благодаря  открытиям археологов. Большой материал дали раскопки столицы государства  Шан-Инь — Великого города Шан (около  совр. г. Аньян провинции Хэнань), как его называли китайские источники. Здесь в 1899 г. были обнаружены древнейшие надписи на китайском языке, датируемые серединой II тыс. до н. э.

Принимая мало-мальски значительное решение, не говоря уже о важнейших  для всей страны, правители государства  Шан-Инь прибегали к троекратному гаданию, чтобы заручиться поддержкой божественных покровителей. Тройной  вопрос к богам всегда задавался  в разной форме во избежание ошибок. Кость прожигали раскаленным  стержнем в определенном месте, а  по образовавшимся трещинам правитель  делал вывод об ответе богов. Затем  специальным ножом наносили на кость  сам вопрос и обводили иероглиф красящим веществом. Иногда по истечении времени  делали отметку и о свершении  гадания. Связки таких гадальных  костей и черепашьих панцирей составляли своеобразный архив, который закапывали в специальных ямах около святилища, где проходили гадания.

Китайские традиционные историки, начиная  еще с Сыма Цяня, довольно много  рассказывали о правлении Шан-Инь. Долгое время эти данные считались  полностью легендарными и отрицалась их историческая основа. Однако открытие гадательных надписей полностью  изменило отношение к древнекитайским  историческим сочинениям. Оказалось, что  реконструированная на основе эпиграфических данных гадательных надписей генеалогия правителей династии Шан-Инь практически  совпадает с генеалогией, приведенной  Сыма Цянем. Это дало возможность  с доверием относиться и к другим данным древнекитайских историков  о периоде Шан-Инь. Кроме того, из гадательных надписей стало известно о социальном составе и хозяйстве  этого государства, о его взаимоотношениях с окружающими народами, о роли рабов-военнопленных и т.д.

Структура государства Шан-Инь

Государство Шан-Инь занимало значительные территории в среднем течении  реки Хуанхэ. Это было раннегосударственное политическое образование.

Во главе страны стоял правитель  — ван. Его власть была военной и административной, но уже приобретала и сакральные черты. Ван считался главным жрецом, только он мог совершать гадания. В результате сформировался культ правителя. В своей титулатуре ваны о себе говорили: "Я, Единственный [среди людей]". Ван отдавал приказы о начале всех сельскохозяйственных и других сезонных работ. Он должен был участвовать во всех важнейших мероприятиях в стране, что, по мнению подданных, приносило магическую удачу и благополучие.

Вот что говорят об этом гадательные  надписи. "Гадали [не пора ли] отдать приказ сеять просо". "Если ван  поедет ловить рыбу — будет удача, если ван не поедет ловить рыбу —  удачи не будет".

Власть вана, возможно, была ограничена советом знати и народным собранием. Для управления страной уже создается  специальный административный аппарат  из чиновников.

Собственно, иньцы по происхождению  были только социальной верхушкой в  государстве. Основную массу населения  составляли близкие культурно, подчиненные  им родственные родоплеменные образования. Свои внутренние проблемы они решали самостоятельно. Власть вана носила верховный  характер и выражалась в сборе  дани и призыве племенных ополчений  к совместному участию в военных  действиях.

Хозяйства государства Шан-Инь  строилось на основе постепенно развивающегося земледелия. Подавляющее большинство  населения составляли свободные  крестьяне.

Иньское население объединялось в  родовые общины. Общинники в основном трудились на своих полях. Эксплуатация свободных общинников носила еще  опосредованный характер. В определенное время устраивались общественно-полезные работы на полях вана и храмовых полях, а также другие общественные работы, например, по строительству  дворцов, храмов, усыпальниц правителей.

Одним из важных факторов могущества и подчинения окружающей территории была большая численность собственно иньского населения. Оно постоянно  росло в результате политической стабильности и успехов земледелия.

Возникло профессиональное войско, состоявшее из аристократов-колесничих и пехоты из простолюдинов. Значительным шагом вперед стало использование  в военном деле запряженной лошадьми боевой колесницы. Это военное нововведение дало иньцам значительные преимущества перед своими противниками. Именно на военном превосходстве во многом держалась власть династии Шан-Инь  над окружающими племенами.

Военное превосходство привело  к появлению большого количества пленных. Чаще всего они использовались для многочисленных жертвоприношений во время церемоний гаданий, а  также при похоронах знатных  людей. Это говорит о том, что  способы использования пленных  в производственной деятельности еще  не были найдены, а оставлять большое  количество мужчин-врагов было небезопасно.

Иньцы и в культурном развитии продвинулись далеко вперед по сравнению с окружающими  их племенами. В период Шан-Инь возникают  крупные города.

Столица государства Шан-Инь несколько  раз переносилась, о чем красочно повествуют предания. Возможно, это  было связано с разливами Хуанхэ или исчерпанием плодородия почв в ранее заселяемых местах.

При ване Пань Гэне столица была перенесена в Великий город Шан. Здесь  она оставалась 300 лет до конца  правления династии.

Раскопки показали, что общая  площадь города была очень значительной. В городе было много огромных для  того времени дворцов и храмов, которые сооружались на специальной  приподнятой глинобитной платформе. Столицу и другие поселения окружали теперь стены, иногда более 6 м толщиной.

Неподалеку от города располагались  усыпальницы ванов. Практически  это подземные дворцы с богатейшим для того времени инвентарем и  сотнями похороненных вместе с правителями  подданных. Полную противоположность  этим могилам составляют очень бедные погребения, где вообще нет инвентаря. Это, безусловно, свидетельствует о  далеко зашедшей социальной дифференциации.

В Великом городе Шан проживало  много ремесленников различных  специальностей. В этот период повсеместное распространение получает бронза. Она  использовалась в том числе для  изготовления ритуальных сосудов, которые  являются шедеврами искусства того времени. Развивалось камнерезное  дело, ткачество, гончарство. Разнообразный  высокохудожественный орнамент на ремесленной  продукции говорит об уровне мастерства и художественного вкуса.