Эпоха возрождения. 9

Оглавление:

I. Социально-экономическая основа бытовой культуры эпохи Возрождения (Ренессанса).

II. Повседневная жизнь эпохи Возрождения:

1. любовь и заключение брака;
2. семейные отношения;
3. жилой дом;
4. питание;
5. одежда;
6. среда обитания горожанина;
7. общественные развлечения.

III. Заключение.

Социально-экономическая основа бытовой культуры эпохи Возрождения

Культура Возрождения выросла на фундаменте средневековой культуры Запада. В XIV и XV вв. на историческую сцену выступил новый экономический фактор — развитие товарного производства и обусловленное им денежное хозяйство.

Товарное производство создало  в лице купца совсем новый класс, первую форму современной буржуазии, и до основания изменило быт всех остальных существовавших классов. Этим путем в историю вошли  совсем новые идеологии и совершенно новые силы. Родился новый человек с совершенно новыми взглядами. Из коллективиста он превратился в индивидуалиста и прежде всего — в стяжателя.

Идеология является логическим отражением экономической основы эпохи, высоты развития ее производственного механизма.  Нравственность - идеологическое отражение общих жизненных интересов эпохи, дифференцированных специфическими классовыми интересами.

Огромные противоречия общественного  бытия  (странного смешения обоих  способов производства: феодального, во всех его стадиях, от расцвета до увядания, и восходившего капиталистического) оказали глубочайшее влияние  на мораль века и создали картину, полную величайших противоположностей.

Повседневная жизнь эпохи Возрождения

Любовь и заключение брака

Ренессанс, представленный восходящим классом, противопоставил рафинированности дышавшую силой идеологию здоровья. Этим путем Ренессанс становился в полном смысле слова реалистичным. Он низвел предметы с неба на землю и снял с них мистический покров. И в первую очередь он поступил так с человеком. Человек стал в центре явлений, и притом человек как физическое понятие, а не только в смысле жалкой оболочки бессмертной души, какой он был до сих пор.

Идеальным типом человека Возрождение провозгласило чувственного человека, того, кто лучше всякого другого в состоянии вызвать у другого пола любовь, притом в строго животном смысле, следовательно, сильное половое чувство.

Любовная тоска мужчин и женщин Ренессанса носила очень конкретный характер. Мужчина отнюдь не мечтает о равноправной подруге, рука об руку с которой он устремится навстречу высокой цели жизни, девушка также мало тоскует об освободителе и воспитателе ее души. Оба думают только об исполнении физического акта. Этим вполне определенным желанием исчерпывается вся их любовь.

Основанием всей человеческой культуры со всеми ее излучениями и всеми ее завоеваниями служит институт частной собственности. Интересы частной собственности обусловили и создали также основную форму половой морали, а именно моногамию, единобрачие.

Брак считался в XV и XVI вв. высшим состоянием. Быть холостым или  старой девой считалось пороком, и к таким людям относились как к заклейменным. Поэты и  писатели без удержи прославляют брак. На всех языках, в самых разнообразных видах раздается гимн в честь его: "На брачном ложе спится мягче всего".

В заключении брака видели не религиозный, а юридический акт, правовую сделку. Пока церковное венчание не было еще принудительным, — достаточно было простого обещания женитьбы - "предложения и согласия", чтобы брак считался законным. А если за этим следовало публичное разделение ложа (жених и невеста вместе ложились в постель в присутствии свидетелей), то брак считался и состоявшимся.

В княжеской среде брак был своего рода политическим договором, в силу которого одно государство передавало другому известную территорию или права на власть, олицетворенные в образе невесты. Молодые могли и не видеться до брака: ведь личная склонность не входила как фактор в решение данной задачи. Сделка завершалась публичным разделением ложа, причем сам жених мог и отсутствовать: его роль мог взять на себя уполномоченный посланник, которому было поручено устройство сделки. Он ложился спокойно на парадное ложе рядом со "счастливой" невестой как официальный заместитель своего господина, и брак считался юридически заключенным.

Для законности брака не требовалось ни публичного оглашения, ни составления брачного контракта. Когда в брак вступали молодые  люди, - согласие родителей и опекунов не требовалось. В некоторых деревнях уже четырнадцатилетняя девушка считалась способной к браку.

Характерными для эпохи Возрождения были неравные браки: никогда так часто немолодой уже вдовец не вступал в брак с молодой девушкой, а вдова в зрелом возрасте не выходила замуж за молодого парня. Вполне соответствуя чувственной тенденции эпохи, эта черта, с другой стороны, противоречила ее здоровым инстинктам. Люди прекрасно понимали это противоречие, - такие неравные браки подвергались высмеиванию словом и картиной.

Цель единобрачия всегда и везде предполагала принципиальное требование добрачного целомудрия. На практике это требование применялось, однако, исключительно к женщине. От жены муж требовал, прежде всего, чтобы она сохранила свою физическую нетронутость до брачной ночи. Ее девственность принадлежала только ему. Сколько бы это требование ни облекалось в хитроумные идеологические измышления, в нем отражается не более как материальная цель единобрачия, заключающаяся в производстве законных наследников.

Обычаи и законы, однако, нисколько не мешали тому, что как раз в эту эпоху особенно часто нарушалось предписание добрачного целомудрия.

Несмотря на то, что большинство мещанских девушек страшно боялись публичного скандала, так как он клеймил их обыкновенно на всю жизнь ввиду ограниченности круга, в котором протекала эта жизнь, то очень часто еще более горячая кровь оставалась победительницей. Мелкобуржуазная мораль могла войти в жизнь только таким образом, что соблюдались внешние приличия.

Еще одной причиной того, что люди тогда легче поддавались своим чувствам, была легкость вступления в брак. Она в значительной степени устраняла опасность публичного порицания.

Так как путем приличного поведения и дешевых средств шарлатанов можно было оставаться в общественном мнении девушкой, не будучи ею на самом деле, то больше всего боялись беременности, ибо только она влекла за собой опалу общества. Этот страх беременности очень трогательно выражается в целом ряде народных песен.

Список "надежных" средств, рекомендовавшихся любой акушеркой  девушкам, не желавшим обнаружить своего падения, был уже в эпоху Ренессанса чрезвычайно длинен. Следует упомянуть, что аборт тогда не считался преступлением, так что можно было довольно открыто  рекомендовать и получать подобные средства.

Семейные отношения.

Образу мышления Ренессанса вполне соответствовало право, предоставленное  мужу, наказывать телесно жену, если она систематически не покорялась его  власти.

Сами женщины находили такое обращение совершенно естественным. Это порабощенное положение женщины  никогда, однако, не удерживало ее усматривать  в браке высшую цель жизни. Законы природы — высшие законы. Общественная мораль разрешала женщине естественное и нормальное удовлетворение своих чувств только в пределах брака. С другой стороны, брак был для женщины средством устроиться в жизни.

Высшим законом брака  во все времена была взаимная верность. Тем не менее, с общей распространенностью повышенной эротики связаны не только более частые добрачные отношения между полами, но и сравнительно более частое уклонение от предписания супружеской верности. Это применимо и к тем классам, идеология которых усматривала в супружеской неверности великое преступление.

Прелюбодеяние сделалось  в эпоху Ренессанса положительно массовым явлением. Увеличившаяся торговая прибыль господствующих и имущих классов освободила женщину от домашней работы. Как только расточительность перестает быть принципиальной опасностью для существования семьи, становясь постоянной возможностью, женщина превращается в предмет роскоши.

Там, где любовь сведена  к удовольствию, где чувственное  удовольствие есть результат роскоши, — на первом плане стоит принцип  разнообразия. Это разнообразие достигается  одновременным половым общением с несколькими мужчинами или  несколькими женщинами.

Институт любовников и  метресс получил наиболее ясно выраженное официальное значение при дворах и среди придворной аристократии. Каждый князь содержал фавориток. Придворные дамы часто составляли не что иное, как официальный гарем.

Для дамы это не считалось  позором, ибо всеми признанная логика абсолютизма гласила: "Кто разделяет  ложе с королем, дарит свою любовь королям и знати, не совершает позорного поступка". Мужья, естественно, имели это в виду и порой даже строили на этом весь свой брак. В таких случаях "права" жены прямо заносились в брачный контракт.

После того как любовь получила товарный характер, она стала наилучше оплачиваемым товаром и вместе с тем наиболее ходким предметом торговли. Многие молодые аристократки, очутившиеся благодаря расточительной жизни родителей в стесненном положении, смотрели на свою красоту как на капитал. Соблазнительная красота жены, дочери или сестры упрощала самые сложные юридические дела. Если уже приемы аристократов, продававших своих жен, не отличались особенной деликатностью, то у простонародья торговля эта велась прямо в открытую.

Однако немало было и таких мужей, которые с величайшей страстностью и ревностью охраняли свои самодержавные права на супружеское ложе. Это привело к изобретению "пояса целомудрия". Он запирался очень сложным замком, ключ от которого находился в руках мужа, жениха или любовника. Из этого еще не следует, что все женщины были таким образом "заперты и застрахованы". Тот же торговец, который продавал мужьям за дорогие деньги "пояс целомудрия", в то же время продавал их женам за не меньшие деньги второй ключ — "противоядие против морали".

Женщина - аристократка эмансипировалась от священнейших материнских обязанностей. Материнство и его обязанности плохо влияли на ее качества предмета роскоши. "Другая женщина кормит ее ребенка, чтобы ее грудь и тело оставались чистыми и нежными".

Детство в эпоху Возрождения  еще не утвердилось прочно как  автономный возраст. Даже дети дворян, не говоря об остальных, почти никогда  не носили одежду, отличавшуюся от костюма  взрослых.

Крестьянские семьи и  семьи горожан обычно были многодетными. Очень бедные родители не имели достаточно времени и досуга для того, чтобы лелеять свое многочисленное потомство. Грубость по отношению к детям, физические наказания, причем за ничтожные провинности, были не редкостью.

Определенное равнодушие к малышам на протяжении длительного  времени наблюдалось даже в счастливых семейных домах. Конечно, это уменьшало скорбь, вызванную безвременной смертью, так как смертность среди детей была очень высокой. Только с XVI в. смерть ребенка в раннем детстве уже переживалась с меньшим безразличием.

Взрослых детей – младших сыновей и незамужних дочерей состоятельные родители часто отдавали в монастырь, чтобы не делить имущество.

Жилой дом

Городские дома самых состоятельных  и именитых горожан - частные дворцы (палаццо) отличались просторными и многочисленными помещениями. Пышный вестибюль соединялся с внутренним двориком, украшенным скульптурой, фронтонами, экзотическими растениями. На втором этаже находились залы, куда допускались гости и друзья. Этажом выше располагались женские и детские спальни, гардеробные, лоджии для хозяйственных надобностей и отдыха, кладовые. Комнаты соединялись друг с другом, уединиться было весьма трудно. Вся жизнь такого шумного, многолюдного дома проходила в больших комнатах, бывших одновременно гостиными и спальнями.

Дом рядового горожанина —  ремесленника и купца — помимо жилых помещений включал в  себя мастерскую и лавку. Тут же жили ученики, подмастерья, слуги. Поработав  в мастерской на первом этаже, хозяин мог подняться отдохнуть в  жилое помещение на втором этаже. Каморки подмастерьев и слуг находились этажом выше, в мансарде. Чердаки  служили складами. Кухни обычно располагались на первом или в полуподвальном этаже; во многих семьях они одновременно служили и столовой. Нередко дома имели внутренний дворик.

Деревенские дома, даже наиболее зажиточные из них, обычно состояли из одного жилого помещения, служившего одновременно горницей, спальней и кухней. Помещения для скота и хозяйственных нужд часто располагались под одной крышей с жилым.

Окна были небольшими, покрывались промасленными тканями или бумагой, слюдой, просто деревянными ставнями. Окна не давали света и плохо защищали от холода.

Источниками искусственного освещения служили факелы, масляные светильники, лучина, сильно коптившие  свечи, огонь камина и очага. От такого освещения стены помещений и  мебель быстро покрывались копотью, что, конечно, затрудняло поддержание  чистоты как дома, так одежды и  тела.

Тепло дому давали кухонный очаг, камин, печи, жаровни. Камины были доступны далеко не всем и даже в  очень богатых домах имелись  лишь в немногих помещениях. 

С XVI в. особенно широко распространились печи. Они делались из кирпича, камня, глины, иногда облицовывались фаянсовыми плитами. Перед такой печкой или вокруг нее устраивали лежанку или лавку, на которой спали. Тем не менее, в домах недоставало тепла.

Водопровод, как и канализация, в домах отсутствовали. Вместо умывания по утрам даже в высших слоях общества было принято обтирать лицо и руки мокрым полотенцем.

Даже еще в XVI в. на сон  грядущий совершенно раздевались, спали  голыми. И притом оба пола и все  возрасты; обыкновенно муж, жена, дети и слуги спали в общей комнате, не разделенные даже перегородками. Таков был обычай не только в крестьянстве и в низах, но и среди высшего  бюргерства и аристократии. Даже перед  гостем не стеснялись, и он спал обыкновенно  в общей спальне с семьей.

Питание

В мире богатых облик человека — в особенности силуэт женщины в XV - XVII в. становится все более дородным. Мужчины все более ценили в женщинах пышность форм. Все более частое пользование каретами, более тяжелая пища, чревоугодие, разумеется, сыграли свою роль в этом ухудшении форм тела. Рацион характеризовался чрезвычайным изобилием мяса, главным образом домашней птицы и дичи.

В эпоху Возрождения еда  не только была обильной, но блюда оказывались мало совместимыми друг с другом из-за излишнего употребления пряностей и слишком сладкой. Тем не менее, благодаря бургундскому двору и Италии кулинария, начиная с XV в., становится искусством, публикуются первые кулинарные книги.

Прием пищи включал четыре перемены: первая состояла из засахаренных фруктов, две следующих включали мясо и домашнюю птицу, чередующиеся со сладкими блюдами. До десерта убирали скатерть и предлагали гостям надушенную воду, чтобы они вымыли себе руки; после чего на стол ставили сладкие блюда, взбитые с сахаром желтки и сиропы.

Изобилию кушаний на столе  привилегированных слоев противостоял голод нищих. Повторявшиеся крестьянские восстания, частые голодные годы, повышенная смертность среди простого народа достаточно ясно указывают на то, что в конце XVI в. народные массы еще оставались полуголодными. Простонародье иногда устраивало большие пирушки, без сомнения очень продолжительные, которые только подтверждали их необычность на фоне постоянной воздержанности в еде.

Одежда

Решающий момент в истории  костюма относится к середине XIV в., когда расстаются с длинными и широкими одеяниями, которые до тех пор полагались и мужчинам и женщинам. С этого времени  мужская и женская одежда развивалась  по-разному.

В эпоху Возрождения изменения  в моде и роскошь отделки характеризовали  мужской костюм в той же степени, что и женский. Костюм становится прилегающим, застегивается на пуговицы или шнуруется. Чтобы дать возможность двигаться более свободно и непринужденно в узкой одежде, пришлось брюки и рукава в некоторых местах перерезать. Эти разрезы декоративно украшались, так что из куртки сквозь разрезы выступала шелковая рубашка в виде буфов, а разрезы в брюках снабжались буфами других цветов.

Мода на буфы открывала безграничные возможности демонстративному щеголянию богатством и великолепием костюма. Множество новых элементов возбуждали фантазию. При дворах забота о моде становится чем-то более важным, чем просто приятное времяпрепровождение. Одевание внезапно приобретает неслыханное значение и считается одним из важнейших занятий государей и дворян.

Женский костюм был крайне разнообразен благодаря корсажам, блузкам, шемизеткам, воротничкам. Нижнее платье, часто более длинное, чем верхнее, и другого цвета.

Женщины во что бы то ни стало  хотели казаться полными, отличаться пышными  формами. Тенденция века шла все категоричнее навстречу к декольтированию, к самому смелому обнажению груди. В отличие от других эпох, в период Ренессанса женщины декольтировались не только в бальной зале, но и дома, на улице и даже в церкви. Особенно щедры в этом отношении были они в праздничные дни.

От замужней женщины обычай требовал, чтобы ее декольте было значительно скромнее. А вдова была даже обязана наглухо, до самой шеи, застегивать платье. Впрочем, это требование ограничивалось только годом траура.

Так как благородство костюма  возрастало в той же мере, в какой  увеличивалось декольте, и так  как, с другой стороны, обнаженная грудь  считалась высшим украшением женщины, то господствующие классы присвоили  эту привилегию только себе.

Простонародью и трудящимся предписывалось ношение скромной одежды, что имело целью поставить  их на определенное место.

В конце XVI в. под тройным влиянием: Испании, католической реформы и кальвинистской суровости черный цвет торжествует над всеми цветами, а требования к женской одежде становятся более жесткими. Но дорогие тяжелые ткани, используемые в костюме, перегруженность драгоценностями компенсировали недостаточную элегантность. Более чем прежде костюм привилегированных сословий контрастировал с одеждой людей из простонародья.

Среда обитания горожанина

Города представляли собой скопление тесно прилегавших друг к другу, почти соприкасавшихся верхними этажами домов. Городские улочки были узкими, извилистыми, темными, часто заканчивались тупиками. Мощеные улицы попадались редко.

Водопроводы и канализация отсутствовали. Фонтаны не только услаждали взор, но и снабжали питьевой водой. Воду набирали также в реках, колодцах. Сточные канавы на улицах издавали зловоние и служили источником заразы.

Несмотря на запреты властей, горожане продолжали держать в городе скот.

Крайне плохое санитарное состояние городов было причиной частых эпидемий и высокой смертности населения.

Жизнь для знати в городе была очень дорогой. Строить и  обставлять дворцы, выступать в роли меценатов, участвовать в придворных празднествах, снабжать дочерей богатым  приданым, заниматься благотворительностью, разъезжать в каретах — все это могли себе позволить только те, кто пользовался милостями монарха.

В эту эпоху путешествия  были не очень в ходу. Если же обстоятельства вынуждали к этому, то люди за все  время путешествия были положительно прикованы друг к другу, потому что опасность дороги заставляла даже в случае недалекого путешествия заручиться защитником. Так как дороги были плохи, то повозки не годились для путешествия. Путешествовали поэтому обыкновенно верхом.

Страна изобиловала бывшими  ландскнехтами и солдатами, ставшими ворами и разбойниками. Немало преступных элементов встречалось и среди "бродячего люда", которыми тогда  были полны проезжие дороги. Там, где  разбойники были в большинстве, они удовлетворяли свои желания силой — грабили, убивали, насиловали.

Даже и на улицах многих городов честь женщины никогда  не была в безопасности. Указы городских  властей запрещали женщинам с  наступлением темноты выходить на улицу  без света и без мужской  охраны.

Кроме того, тогда во многих странах и во многих ремеслах подмастерья  не имели права жениться. Для этой значительной части населения оставалось только внебрачное удовлетворение половой  потребности, притом в продолжение  почти всей их жизни. Чем больше росла  индустрия, а с ней и число  занятых в ней подмастерьев —  часто они составляли половину населения, — тем, естественно, увеличивалась  опасность, грозившая женщинам и  девушкам от этой холостой части населения.

Под влиянием этих причин в  эпоху Ренессанса была узаконена  проституция.

Общественные развлечения

В эпоху Ренессанса важнейшие формы общественных увеселений были не чем иным, как средством создать благоприятные условия для любви, и притом для любви телесной.

Одним из главных очагов общественного развлечения была баня. В бане совместно купались оба пола. Мужчины носили в лучшем случае передник или же имели в руке маленький веник, когда выходили из бани. Одежда женщины состояла из маленького фартука, едва прикрывавшего тело. Вместе с тем женщины подчеркивали свою наготу изысканностью прически и сверкающими украшениями: ожерельями, браслетами и т. д. Галантное обращение с купавшейся рядом женщиной служило лучшим поводом для знакомства. А коротали время при помощи пения, музыки, шуток, а так как купались по целым часам, то и едой и выпивкой. С XVI в. общественные бани становятся все более редкими. Исследователи объясняют это как боязнью сифилиса, принявшего характер эпидемического заболевания, так и острой критикой со стороны церкви, не без основания видевшей в банях угрозу морали.

Другой формой общественных развлечений во всех странах, как в деревне, так и в городе, было посещение так называемой прядильни.

В публичных прядильнях один или два раза в неделю зимой для совместной работы собиралась вся деревня или, по крайней мере, несколько молодых и более пожилых женщин, чтобы скоротать длинный зимний вечер. А так как местным парням доступ сюда был не запрещен, то эти учреждения стали отправными точками общественных увеселений. 
На этих собраниях царил обычай, в силу которого каждый парень сидел сзади своей девушки. Чем смелее и дерзче действовал парень, тем выше становилась его репутация в глазах девушки и тем более последней завидовали ее подруги. Плохое освещение этих помещений весьма способствовало таким эксцессам, на которые старики закрывали глаза.

Народным праздником в эпоху Ренессанса была масленица, во время которой устраивался маскарад. С маской на лице, в шутовском костюме мужчины и женщины могли безбоязненно позволять себе всякие смелости и всякую свободу, на которые они не отважились бы с открытым лицом. На площадях разыгрывались масленичные пьесы. Они воплощали всегда веселый жанр — комедию и фарс.

Вечное праздничное настроение ограничивалось теми немногими городами, где огромные богатства соединялись  с продиктованной классовым господством  необходимостью пышного представительства. В большинстве городов праздничные дни были исключениями. 
Еще в большей степени это нужно сказать о городах, лежавших в стороне от больших дорог всемирной торговли, и о деревнях. Во всех этих местах уже одно появление странствующих фокусников или показывателей слонов, медведей или львов составляло событие огромной важности.

Заключение

Таким образом, общество в эпоху Ренессанса стало более динамичным; продвинулось вперед общественное разделение труда; были сделаны первые ощутимые шаги в секуляризации общественного сознания; течение истории ускорилось. Технические новшества, тем не менее, случались редко и изменения в области быта происходили крайне медленно.

Литература

1. Фукс Э. Иллюстрированная история нравов. Эпоха Ренессанса: Пер. с нем. — М.: Республика, 1993. — 511 с.

2. Делюмо Ж. Цивилизация  Возрождения: Пер. с франц. И. Эльфонд. —

Екатеринбург: У-Фактория, 2006. — 720 с. (Серия ≪Великие цивилизации≫).

3. http://maxbooks.ru