Этические основы допроса

Содержание

Введение…………………………………………………………….……..3

1. Особенности тактики  допроса несовершеннолетних……….……….5

2. Нравственные основы  допроса несовершеннолетнего………………11

Заключение……………………………………….……………………….17

Список литературы………………………………………………………18

Введение

Допрос принадлежит к  числу следственных действий, тактика  которых носит ярко выраженный этический  характер. Это предполагает производить  допрос в соответствии с действующими в обществе нормами морали. Следственная этика как раздел судебной этики - науки о применении действующих норм морали к специфической деятельности по расследованию уголовных дел - призвана способствовать осуществлению целей уголовного судопроизводства, в частности определению допустимости с моральных позиций тактических приемов производства следственных действий

Следственные действия, в  процессе которых следователь получает и проверяет доказательства, регулируются законом на различном уровне детализации. Сам уголовно-процессуальный закон, в ряде случаев содержит нормы, обязывающие  соблюдать требования нравственности. Нравственный критерий в уголовно-процессуальных нормах выражается обычно в форме  запретов. Это запрет совершать действия, унижающие честь и достоинство, запрет разглашать сведения об интимных сторонах жизни, запрет домогаться показаний  путем насилия, угроз, и иных подобных мер и т. д. Но и сами положения  закона могут допускать различное  истолкование, что наблюдается как  в теоретической литературе, так  и на практике.

Поэтому важно определить ряд общих требований как правового, так и нравственного характера, которые относятся ко всем без  исключения следственным действиям  и соблюдение которых обеспечивает законность и нравственность следствия  в целом. Так, Д. П. Котов считает, что "можно выделить определенную совокупность нравственных требований, характерных для всех следственных действий, для всей следственной тактики. Наряду с принципами справедливости и гуманизма, уважения чести и  достоинства граждан в эту  совокупность необходимо включать как  минимум следующие нравственные требования: непримиримое отношение  к любым нарушениям буквы и  духа процессуального закона, регламентирующего следственные действия; строжайшее соблюдение культуры уголовного процесса; объективность, принципиальность; отсутствие тенденциозности, предвзятости, недоверия, подозрительности, обвинительного уклона; стремление не причинять вреда отдельным лицам и коллективам при производстве любых следственных действий"¹. С этим перечнем нравственных требований следует согласиться, отметив, однако, разный уровень и пестроту в выборе критериев "помещения в список", а также и то, что некоторые из них допускают весьма широкое толкование (культура процесса) или содержат оценочные понятия (отсутствие подозрительности и др.).

В данной работе будут рассмотрены  этические основы допроса несовершеннолетнего.

1. Особенности тактики допроса несовершеннолетних

Тактика допроса несовершеннолетнего  строится с учетом его возрастных особенностей. Для несовершеннолетних, особенно дошкольного и младшего школьного возраста, характерны повышенная внушаемость, склонность к фантазированию, домысливанию неполно воспринятой картины происшедшего события.

Недостаточный уровень развития, ограниченность логического мышления, отсутствие жизненного опыта и профессиональных знаний мешают им порой воспринять в целом картину того или иного события и правильно воспроизвести на допросе запечатленную информацию. Однако зато они легко запоминают наиболее яркие моменты и детали происшедшего (например, номер автомашины, броские приметы преступника и т.п.). Жизнь несовершеннолетних эмоционально насыщена, и последующие впечатления нередко способствуют забыванию воспринятого.

Поэтому их допрос нельзя откладывать  на долгое время. При подготовке к допросу необходимо получить сведения об уровне развития несовершеннолетнего, его интересах, склонностях, привычках, своеобразии семейной микросреды, взаимоотношениях с лицом, в отношении которого будет проводиться допрос. Несовершеннолетний в возрасте до 16 лет вызывается на допрос через его законных представителей либо через администрацию по месту его работы или учебы. Иной порядок вызова допускается в связи с обстоятельствами дела.

При участии в допросе  педагога, а также законных представителей нужно заранее убедиться, что характер их взаимоотношений с несовершеннолетним не повлияет отрицательно на допрашиваемого. Эти лица должны быть предупреждены о недопустимости каких-либо подсказок, наводящих вопросов, назидательного тона, раздражения в отношении несовершеннолетнего.

Допрос малолетних (в возрасте до 14 лет) проводится с участием педагога. Такой допрос предпочтительнее проводить в привычной для них обстановке — в детском учреждении, школе, дома. Желательно начинать допрос с беседы, включающей элементы игры, которая поможет установлению доверительных отношений. Психологическому контакту с допрашиваемым будет способствовать спокойный, уверенный тон следователя, его благожелательная манера общения. Помощь в проведении допроса может оказать педагог, специалист-психолог, воспитатель. При оценке показаний несовершеннолетнего следует обращать внимание на гладкость, заученность сообщаемых им сведений, использование несвойственных допрашиваемому оборотов, наличие противоречий, что может свидетельствовать о влиянии заинтересованных лиц².

При допросе несовершеннолетних обвиняемых необходимо учитывать их склонность к самооговору в результате воздействия более взрослых участников преступления либо из ложно понятого чувства товарищества. Полученные показания поэтому должны быть обязательно проанализированы с точки зрения наличия в них внутренних противоречий, характерных умолчаний и проговорок, а также противоречий с другими доказательствами.

Рассмотрим подробнее, как эти обстоятельства должны учитываться следователем, судьей во время допроса несовершеннолетнего, какие правила и процедуры психологического характера в этих целях предусмотрены в законе.

Понятно, что содержание, форма, достоверность свидетельских показаний несовершеннолетних во многом зависят от уровня развития их психики, от индивидуально-психологических особенностей личности.

Известно, что дети уже в раннем возрасте (до трех лет)способны к восприятию людей, их действий, воспринимают различные объекты, особенно отличающиеся своей яркостью и необычностью. На собственном опыте они начинают понимать, что значит толкнуть, ударить, драться, и поэтому уже в пятилетнем возрасте ребенок в состоянии выделить наиболее характерные для конфликтной ситуации действия ее участников.

Однако выделение этих действий происходит у детей не по их объективной значимости, а по каким-то отдельным, скорее случайным признакам.

Описывая предметы, происходящие явления, ребенок часто прибегает к сравнениям. Однако эти сравнения бывают весьма не точны и относительны. Это подтверждается тем, что, воспроизводя детали какого-то события, дети дошкольного и младшего школьного возраста обычно прибегают к довольно неопределенным понятиям (большой — маленький, старый — молодой, далеко — близко и т.п.).

Несмотря на уже достаточно большой словарный запас у детей дошкольного возраста, многие из усвоенных ими слов составляют пассивный словарь, поскольку ребенок ими не пользуется, хотя и понимает их.

Причем, обращают внимание М. М. Коченов и Н. Р. Осипова, некоторые слова употребляются детьми не в их точном значении, а в соответствии с влияющими на них семейными традициями. И это нельзя игнорировать, допрашивая ребенка.

Умение строить самостоятельный  рассказ появляется у детей около пяти лет. В этом дошкольном возрасте ребенку легче что-либо узнать (в смысле — опознать), чем воспроизвести на вербальном уровне. Дети данной возрастной группы (от 3 до 7 лет) плохо разбираются в причинных связях событий, обычно воспринимают их фрагментарно, нередко дополняя свой рассказ вымыслом на основе своих собственных представлений, возникших в том числе под влиянием фантазии, роль которой все же не следует преувеличивать.

На протяжении последних  десятилетий сложилась традиция приписывать детям дошкольного возраста повышенную склонность к фантазированию и исключительно богатое воображение. Однако, как считают М.М.Коченов и Н.Р.Осипова, специально исследовавшие данный вопрос под углом зрения задач, стоящих перед судопроизводством, повышенная склонность к фантазированию у малолетних свидетелей встречается не так уж и часто. Поскольку содержание и продуктивность воображения ребенка объясняются не только его возрастом, но в значительной мере зависят от его жизненного опыта, который следует также учитывать, оценивая показания с точки зрения влияния на них воображения малолетнего свидетеля.

Кроме того, следует также помнить, что дети по сравнению со взрослыми более внушаемы. В контексте рассматриваемых проблем под внушаемостью следует понимать, с одной стороны, склонность подростка к не осознаваемому следованию требованиям других лиц (взрослых, старших сверстников) и, с другой,— податливость его к постороннему воздействию, благодаря которому подросток сознательно рассказывает не то, что помнит, а то, что ему говорят старшие. Однако, рассказы о том, чего не видели сами дети, обычно выглядят значительно более обедненными, схематичными, неестественными, как бы заученными. В подобных случаях, чтобы убедиться в том, что малолетний свидетель говорит по наущению кого-то, следует поинтересоваться: понятно ли то, о чем он говорит, и тогда сразу же обнаружится вымысел.

В период между 7 —10 годами у  детей происходят глубокие изменения в их сознании, мышлении и речи, заметно обогащается словарный состав, появляется способность с учетом приобретенного опыта объяснения происходящих событий, формируются навыки последовательного, логически стройного их изложения с большей детализацией. Увеличивается объем восприятия. Воображение становится богаче и реалистичнее. К 10 годам появляется умение припоминать увиденное или услышанное, хотя все еще подростки до 14 лет не способны логически восстановить событие, выделить в нем главное. И тем не менее в этом возрасте, примерно с 8 —10 лет, в разговоре с ними можно апеллировать к их чувству долга, к осознанию того, что человек должен быть честным, правдивым

У детей подростковой группы (от 11 до 14 —15 лет) значительно расширяются познавательные интересы, растет самосознание, стремление к самостоятельности, самоутверждению, обостряются отдельные черты характера (излишняя самоуверенность, самолюбие, повышенная ранимость, эмоциональная неустойчивость и др.).

По достижении 14-летнего  возраста считается, что для молодого человека становится очевидной общественная опасность таких преступлений, как убийство, умышленное причинение тяжкого, средней тяжести вреда здоровью, насильственные действия сексуального характера, разбой и некоторые другие. Поэтому с этого возраста несовершеннолетний, совершивший данные преступления, подлежит привлечению к уголовной ответственности за них.

К 16 годам у молодого человека в целом формируется правосознание, в основном (хотя на этом периоде, безусловно, точку ставить ни в коем случае нельзя) завершается процесс социализации личности. Вот почему с этого возраста, согласно действующему законодательству, установлена уголовная ответственность. Несовершеннолетние в возрасте от 14 до 18 лет имеют широкие права самостоятельно, без согласия родителей, усыновителей и попечителей совершать целый ряд гражданско-правовых сделок, несут имущественную ответственность в специально предусмотренных случаях³.

В этой связи совершенно справедливо признается, что допросы лиц, достигших 16 —17-летнего возраста, целесообразно проводить «в основном с применением тех же тактических приемов, которые рекомендуются при допросе взрослых»⁴

Прежде всего вызов  на допрос свидетеля, не достигшего 16 лет, производится, как правило, через его родителей или иных законных представителей. Для участия в допросе свидетелей в возрасте до 14 лет, а по усмотрению следователя при допросе свидетелей и от 14 до 16 лет, вызывается педагог. Участие последнего возможно и при допросе несовершеннолетнего обвиняемого, не достигшего 16 лет, а также при допросе обвиняемого старшего 16 лет, если он признан умственно отсталым. В случае необходимости вызываются также и законные представители несовершеннолетнего или его близкие родственники.

Свидетели, не достигшие 16 лет, не предупреждаются об ответственности за отказ от дачи показаний и за дачу заведомо ложных показаний.

Допрос несовершеннолетнего  свидетеля в суде, когда этого требуют интересы установления истины, может быть по определению (постановлению) суда проведен и в отсутствие подсудимого. Свидетель, не достигший 16 лет, должен быть удален из зала заседания по окончании его допроса, кроме случаев, когда суд признает необходимым дальнейшее присутствие этого свидетеля.

Аналогичный порядок, направленный на то, чтобы как можно меньше нанести вреда психике несовершеннолетнего подсудимого, предусмотрен и во время исследования в суде обстоятельств, могущих отрицательно повлиять на него.

С соблюдением тех же правил проводится допрос несовершеннолетних свидетелей и при судебном рассмотрении гражданских дел.

2. Нравственные  основы допроса несовершеннолетнего

Допрос является наиболее распространенным следственным действием. Закон предусматривает следующие  виды допроса: допрос свидетеля, допрос потерпевшего, допрос обвиняемого, допрос подозреваемого, допрос эксперта. Цель любого допроса — получение показаний  об обстоятельствах, существенных для  дела, но содержание допроса и нравственные проблемы, могущие возникнуть при  его производстве, существенно различаются. Достаточно сопоставить, например, допрос обвиняемого, не признающего себя виновным, и допрос свидетеля, дающего добросовестные и подробные показания.

Допрос с психологической  стороны представляет собой беседу. Ее процедура и условия регулируются законом, а собеседники находятся  в заведомо неравном положении, когда  один вправе спрашивать, определяя  предмет и приемы беседы, а другой обязан отвечать и притом, как правило, правдиво. Только обвиняемый и подозреваемый  не несут уголовной ответственности  за заведомо ложные показания.

Остановимся более подробно на этических аспектах допроса несовершеннолетнего.

Цель допроса  несовершеннолетнего, как и любого допроса — получение у допрашиваемого правдивых показаний об обстоятельствах, существенных для дела. Следователь не может ограничиваться простым фиксированием того, что скажет на допросе свидетель, обвиняемый, потерпевший. На следователе лежит обязанность установить по делу истину, а для ее выполнения необходимы достоверные доказательства, в том числе соответствующие действительности показания допрашиваемых. Свидетель, потерпевший, эксперт обязаны дать правдивые показания под угрозой уголовной ответственности.

Получение правдивых показаний  при допросе — правовая и нравственная обязанность следователя.

Во время допроса следователь  стремится получить от допрашиваемого показания обо всех известных  тому обстоятельствах дела, и при  этом правдивые показания, соответствующие  тому, что знает допрашиваемый, а  также преодолеть ложь, если она  имеет место.

Нравственная сторона  получения показаний при допросе  заложена в уголовно-процессуальном законе. Запрещается домогаться показаний  обвиняемого и других участвующих  в деле лиц путем насилия, угроз  и иных незаконных мер.

Насилие в целях получения  показаний глубоко безнравственно и незаконно. Оно влечет уголовную  ответственность допрашивающего.

Насилие как способ получения  показаний широко применялось в  средневековом процессе, где пытка, мучительство допрашиваемого использовались в целях "приведения к признанию". Физическое и психическое насилие, запрещенное международно-правовыми  актами и национальным законодательством, фактически до сих пор применяется, вопреки закону. Достаточно упомянуть  об американской практике "допросов третьей степени", о публикациях  по поводу применения в различных  странах при допросах медикаментозных  средств, гипноза и т. п.⁵

В Российском государстве  признается преступлением и строго карается принуждение к даче показаний  путем применения угроз или иных незаконных действий со стороны лица, производящего дознание или предварительное  следствие. А если эти действия соединены  с применением насилия или  издевательством над личностью  допрашиваемого, то они влекут весьма строгую санкцию. Принуждение к  даче показаний путем угроз или  иного психического насилия и  всякое физическое насилие при допросах с целью просто получить показания  или же показания, желательные допрашивающему, преступно и глубоко аморально.

Закон прямо запрещает  допрашивающему применять насилие  и угрозы, а также иные незаконные меры. Таково, например, задержание свидетеля  по надуманным основаниям в целях  получения от него желательных для  следователя показаний. Оно само по себе уже образует состав преступления, предусмотренного ст. 301 УК. Но нельзя признать законным и всякое другое принуждение  лица к даче показаний, домогательство показаний путем мер, аналогичных  насилию и угрозам. И хотя закон  не расшифровывает сущности "иных незаконных мер", следует прийти к выводу, что имеется в виду всякое воздействие  на допрашиваемое лицо, понуждающее  его к даче показаний вопреки  его воле, производимое приемами и  способами, несовместимыми с демократическим  правопорядком, правовым статусом личности. Приемы, грубо нарушающие действующие  в обществе нравственные принципы и  нормы, в конечном счете нарушают закон.

В свете сказанного следует  поддержать развернутую С. Г. Любичевым  критику ряда так называемых тактических  приемов, рекомендуемых некоторыми авторами в интересах получения  показаний, которые, по мнению допрашивающего, являются правдивыми. К числу таких  приемов относятся, в частности, побуждение обвиняемого к "чистосердечному  признанию", хотя закон считает  смягчающим ответственность обстоятельством  не признание вины, а чистосердечное раскаяние, а также активное способствование  раскрытию преступления (п. 9 ст. 38 УК). Недопустимо разжигание конфликта  между "соучастниками", использование  отрицательных свойств личности допрашиваемого или обмана при допросе, в том числе и формирование ошибочного мнения относительно тех  или иных обстоятельств. "Формирование неправильного представления, которое  может быть только намеренным, умышленным, есть не что иное, как обман, причем в наиболее изощренной форме", —  считает М. С. Строгович⁶. С. Г. Любичев, как и ряд других авторов, подвергает критике рекомендации "создания напряжения" в ходе допроса путем предъявления многочисленных и не связанных между собой доказательств, разного рода "следственные ловушки" и т. п.

Критикуются также рекомендации о проведении так называемого "эмоционального эксперимента". Сущность последнего приема, предложенного А. В. Дуловым, состоит в неожиданном предъявлении обвиняемому связанной с преступлением  материализованной информации (вещественные доказательства, человек и пр.) и  наблюдение за эмоциональной реакцией допрашиваемого, которая может быть зафиксирована на кинопленку, магнитофонную  ленту. Проводя такой эксперимент, следователь наблюдает реакцию  обвиняемого и убеждается в правильности своей гипотезы о его причастности к уголовному делу. В допросе несовершеннолетнего такие методы недопустимы.

К числу незаконных и безнравственных  приемов допроса несовершеннолетнего относится постановка наводящих вопросов. Наводящий вопрос, содержащий в своей формулировке желательный для спрашивающего ответ, внушает допрашиваемому информацию, которой он во многих случаях не располагает, и крайне опасен для установления истины. Но постановка наводящих вопросов и безнравственна, так как противоречит требованию объективного, беспристрастного следствия. Следователь, спровоцировавший наводящими вопросами неправильные, не соответствующие действительности ответы, впоследствии оказывается вынужден искать выход из ситуации, которую сам же и создал, если убедится в ошибочности своей версии. Но еще хуже, если последствием неправильных методов допросов явятся необоснованные выводы по делу, привлечение к ответственности невиновного.

В процессуальной и криминалистической литературе разработана классификация  видов вопросов, которые следует  ставить при допросах несовершеннолетнего в интересах получения достоверной информации. Вопросы могут быть дополняющими, напоминающими, контрольными, уточняющими, вспомогательными и т. д. Одновременно не рекомендуется задавать наводящие вопросы, "улавливающие" вопросы, "оскорбительные" вопросы. По-разному оцениваются "косвенные" и "условные" вопросы.

Общими требованиями к  любым вопросам, которые ставятся при допросе несовершеннолетнего, следует считать безусловный запрет в какой бы то ни было форме подсказывать желательный допрашивающему ответ и недопустимость постановки вопросов, по форме и содержанию унижающих достоинство допрашиваемого.

К числу небезупречных  в правовом и нравственном отношении  приемов допроса несовершеннолетнего относят допрос с выходом на место происшествия в случаях, когда он заведомо не может дать новых доказательств. Допрос свидетелей и потерпевших, производимый на основании оглашения показаний других лиц, также нарушает общий запрет задавать наводящие вопросы и право свидетеля давать показания свободно, сообразуясь со своей совестью, и о том, что он лично знает.

М.С. Строгович характеризовал практику оглашения допрашиваемым  свидетелем показаний других лиц  как насилие над совестью свидетеля.

Допрос несовершеннолетнего во всех случаях должен производиться с соблюдением общих требований к культуре поведения должностного лица. Официальность, корректность, вежливость, внимание к лицу, дающему показания, уважение к его личности в соответствии с занимаемым в деле положением, но во всех случаях без попыток унизить достоинство — обязательные требования к допрашивающему.

В ряде литературных источников можно найти рекомендации о способах установления психологического контакта с допрашиваемым, чтобы расположить  его к следователю и побудить к даче правдивых и откровенных  показаний. Однако, пользуясь такими рекомендациями, следователь во всех случаях обязан исходить из того, что  по своему правовому статусу он является представителем власти и действует  официально, в рамках закона. Поэтому  при допросе несовершеннолетнего не должны допускаться панибратство, приспособление к допрашиваемому в целях налаживания "взаимопонимания".

При допросе несовершеннолетнего, как и при любом общении с участвующими в деле лицами, следователь обязан соблюдать определенные правила речевого этикета, вежливую форму обращения. Нельзя обращаться к допрашиваемому на "ты", независимо от того, кто допрашивается. Исключение может иметь место лишь в отношении малолетних (до 14 лет). При допросе допрашивающий и допрашиваемый находятся в неравном положении. Но это тем более не дает следователю права вести допрос грубо, невежливо, подчеркивая свое превосходство.

В УПК нет прямого указания о форме обращения следователя  к другим лицам. Но из всего содержания УПК ясно, что следователь Обязан обращаться ко всем гражданам на "вы".

Протоколирование допроса  должно производиться в соответствии с законом "в первом лице и по возможности дословно". Отступления  от этого требования имеют определенную нравственную окраску и могут  повлечь за собой нежелательные  этические последствия. Если допрошенный, ознакомившись с протоколом, обнаруживает, что его показания в той  или иной степени искажены, записаны не полностью, он утрачивает доверие  к следователю, что, естественно, сказывается  на нравственной оценке личности следователя, его авторитете. При этом не имеет  существенного значения, сознательно  ли следователь исказил или неполно  записал показания допрошенного. Разумеется, умышленно неправильное фиксирование показаний в протоколе - глубоко аморально и противозаконно.

Протокол во всех случаях  должен быть полным и точным. Спор по поводу правильности протокола между  следователем и допрошенным крайне нежелателен. Если же допрошенный просит занести в протокол уточнения  и поправки, то отказать ему в  этом следователь не вправе.

Заключение

Таким образом, допрос принадлежит  к числу следственных действий, тактика  которых носит ярко выраженный этический  характер. Это предполагает производить  допрос в соответствии с действующими в обществе нормами морали.

Анализ следственной практики показывает, что в ней имеют  известное распространение недостатки в части как соблюдения закона, так и выполнения этических норм. К ним относятся: обвинительный  уклон, связанный с разработкой  лишь одной версии; необеспечение  прав участвующих в следственных действиях лиц; поверхностное ведение  следствия; пассивность, приводящая к  нераскрытию преступлений; небрежность  при производстве следственных действий и их протоколировании. Встречаются  и отдельные случаи фальсификации  следственных материалов. Некоторые  из этих недостатков можно объяснить  низким уровнем профессионализма, малоопытностью следователей, значительная часть которых  имеет небольшой следственный стаж. Но наряду с этим нельзя не отметить и недостатки в сфере правового  и нравственного сознания: неразвитое чувство профессионального долга; процессуальный нигилизм; дефекты профессиональной совести; низкий уровень общей и  правовой культуры и др. Преодоление  такого рода недостатков требует  устранения многих объективных и  субъективных причин. Что же касается деятельности следователя при совершении любого следственного действия, то она может быть успешной лишь при  условии, что, во-первых, обеспечивается строжайшее соблюдение процессуального  закона; во-вторых, следователь создает  здоровую нравственную атмосферу, уважая достоинство всех участвующих в  деле лиц, действует объективно.

Список литературы

1. Конституция РФ (принята на всенародном голосовании 12 декабря 1993 г.) (с изм. от 30.12.2009 г.) // Российская газета от 21.01.2009 г.
2. Уголовно-процессуальный кодекс РФ от 18.12.2001 № 174-ФЗ (по состоянию на января 2009 года).- М.: ТК Велби, 2009.
3. Уголовный кодекс Российской Федерации от 13 июня 1996 г. № 63-ФЗ (по состоянию на 1 сентября 2008 года). - М.: Норма, 2008.
4. Васильев В.Л. Юридическая психология. – СПб.: Питер Ком, 1998.
5. Васильев А.Н., Карнеева Л.М.Тактика допроса при расследовании преступлений. – М.: Юристъ, 2006.
6. Кобликов А. С. Юридическая этика. Учебник для вузов. — М., Издательская группа НОРМА — ИНФРА-М, 1999.
7. Кокорев Л. Д., Котов Д. П. Этика уголовного процесса: Учебное пособие. Воронеж, 1993.
8. Строгович М.С. О судебной этике // Проблемы государства и права на современном этапе. Вып. 7. М., 1973. С. 9.
9. Юдина Е.В. Юридическая психология. – Ростов н/Д: Феникс, 2006.