Эвтаназия. 15

   Введение

   Эвтаназия (или эйтаназия) (греч. ευ- «хороший» + θάνατος «смерть») — практика прекращения (или сокращения) жизни человека, страдающего неизлечимым заболеванием, испытывающего невыносимые страдания; удовлетворение просьбы без медицинских показаний в безболезненной или минимально болезненной форме с целью прекращения страданий.

   Термин  «эвтаназия» ныне употребляется  в различных смыслах, среди которых  можно выделить следующие: ускорение  смерти тех, кто переживает тяжелые  страдания; прекращение жизни «лишних» людей; забота об умирающих; предоставление человеку возможности умереть.

• «Краткий оксфордский словарь» даёт три значения слова «эвтаназия»: первый — «спокойная и лёгкая смерть», второе — «средства для этого», третье — «действия по её осуществлению».
• «Эвтаназией» также называют усыпление лабораторных и бродячих животных.

   Эвтаназия, как новый способ медицинского решения  проблемы смерти (прекращения жизни) входит в практику современного здравоохранения  под влиянием двух основных факторов. Во-первых, прогресса медицины, в  частности, под влиянием развития реаниматологии, позволяющей предотвратить смерть больного, т.е. работающей в режиме управления умиранием. Во-вторых, смены ценностей  и моральных приоритетов в  современной цивилизации, в центре которых стоит идея прав человека.

   В "Кодексе врачебной этики" указано: «врач сохранять жизнь, защищать и восстанавливать здоровье, уменьшать  страдания своего пациента, а также  содействовать сохранению естественных основ жизни, учитывая их значение для  здоровья людей. В своей работе врач должен в первую очередь руководствоваться благом больного. »  Принципы всей врачебной этики вытекают из общих этических норм, которые лежат в основе клятвы Гиппократа и присяги врача. Они обязывают врача соблюдать права человека и заботиться о профессиональном авторитете врача.         

     Право людей на жизнь и здоровье  являются приоритетными и самыми  значимыми среди всех других  прав, гарантированных законами  всех цивилизованных стран. Поэтому  ничего удивительного в том. что большинство в обществе совершенно искренне полагает, что врач должен спасать погибающего во всех случаях в силу своего профессионального долга и самого предназначения медицины, даже не задумываясь над тем: а можно ли считать разумным и гуманным стремление во что бы то ни стало возвратить к жизни больного, умирающего от рака, когда болезнь достигла последней стадии, или оживить новорожденного, появившегося на свет в состоянии тяжелой продолжительной асфиксии, приведшей к необратимому нарушению функций коры головного мозга? Безусловно, такое оживление теряет всякий смысл. Что в таких случаях следует делать врачу, чтобы свести к минимуму нестерпимые страдания больного, если радикально помочь ему больше ничем нельзя и не нарушать при этом  клятвы Гиппократа, которую дает каждый медицинский работник, в которой сказано: "Я не дам никому просимого у меня смертельного средства и не покажу пути для подобного замысла"? Созвучна Клятве Гиппократа и Женевская декларация Всемирной медицинской ассоциации: "Я буду сохранять высочайшее уважение к человеческой жизни с самого момента зачатия; даже под угрозой я не буду использовать мои медицинские знания вопреки законам гуманности.» 

   Виды  эвтаназии

   Термин "эвтаназия" предложил английский философ Фрэнсис Бэкон, живший в XVI - XVII веках, для обозначения легкой и безболезненной смерти (от греческого ей - хорошо, thanatos - смерть).

   Различают активную и пассивную эвтаназию.  

   При пассивной эвтаназии прекращается оказание медицинской помощи, жизнеподдерживающего лечения, что ускоряет наступление естественной смерти. Но чаще всего, когда говорят об эвтаназии, имеют ввиду активную эвтаназию, под которой понимают введение умирающему каких - либо лекарственных веществ, влекущее за собой быстрое и безболезненное наступление смерти.

   В активной эвтаназии различают следующие  формы:   

    1."Убийство из милосердия" происходит  в тех случаях, когда родственники  или сам врач, видя мучительные  страдания безнадежно больного  человека и будучи не в силах  их устранить, впрыскивают или  вводят ему обезболивающего препарата,  в результате чего наступает  быстрая и безболезненная смерть. Вопрос о согласии пациента в данном случае вообще не ставится, поскольку он не в состоянии выразить свою волю.   

    2. Вторая форма активной эвтаназии  - самоубийство, ассистируемое врачом, происходит с согласия пациента, врач только помогает ему покончить с жизнью.    

    3. Третья форма - собственно активная  эвтаназия - происходит без помощи  врача. Пациент сам включает  устройство, которое приводит его  к быстрой и безболезненной  смерти, как бы сам накладывает  на себя руки. 

   Мнения  «За и против»

   Проблема  эвтаназии возникла не сегодня и  не вдруг. Своё летоисчисление она начинает с глубокой древности, и уже тогда  она вызывала многочисленные споры среди медиков, которые не прекращаются и по сей день. Отношение к возможности и целесообразности умышленного наступления смерти неизлечимо больного с целью прекращения его страданий никогда не было однозначным, причем мнения на этот счет носят диаметрально противоположный характер.

   Для каждого человека   больно и невыносимо видеть, как страдают умирающие. Современный человек разучился переносить  боль стоически, а человечество в целом во многом утратило умение терпеть.  При этом сегодня люди страдают от онкологических заболеваний много больше и много страшнее, чем в прошлом.  

     Как ни парадоксально, но связано  это с тем, что за последние  десятилетия в борьбе с раком достигнут  несомненный прогресс. Прогресс, который привел к тому, что теперь человек не погибает, как это было раньше, на ранних стадиях своего заболевания и даже в тех случаях, когда лечение не приводит к выздоровлению или ремиссии, дотягивает до того момента в развитии болезни, который в прошлом был принципиально недостижим. В тот страшный момент, когда метастазы поражают весь его организм, человек сталкивается с запредельным истощением и чудовищными болями. Раньше до этой стадии развития болезни доживали  единицы, теперь это стало уделом большинства больных раком.

   В результате эвтаназия становится все  более частым решением "проблемы боли", справиться с которой оказываются не в состоянии ни сами больные, ни их родственники, ни врачи. Со стороны это кажется чудовищным, но специалисты, практикующие эвтаназию, получают от родственников своих пациентов благодарственные письма, в защиту эвтаназии выступают и сами больные, бесконечно уставшие и истощенные.  

     Все чаще говорится о том,  что человек должен иметь возможность  воспользоваться правом на смерть" в случае смертельной болезни,  которая все равно приведет  к неминуемой гибели через  две или три недели.    

     В то же время противники  эвтаназии: врачи, писатели, юристы, духовенство, верующие и атеисты  - не устают повторять, что современная  цивилизация идет по пути оправдания  самоубийства, что "помощь в  совершении самоубийства" (именно  так квалифицируется тот способ  введения больному дозы снотворного, приводящей к безболезненной смерти, который практикуется в настоящее время Джеком Геворкяном) - недопустима.

   Когда кто-либо начинает рассуждать об эвтаназии  и ее недопустимости, ни одной ночи не просидев у постели умирающего и не зная по своему собственному опыту, что такое эта боль, то он выглядит не только неубедительно, но как-то безнравственно.

   Наоборот, сторонниками эвтаназии, как правило, являются люди мягкие, сознающие, насколько  чудовищен ужас боли, или просто знающие, что это такое, по опыту  ежедневной работы.

   Люди, в которых невозможно увидеть  злодеев, стремящихся как можно  скорее избавиться от больной

   В таком способе ухода из жизни, говорят "верующие" апологеты  эвтаназии,  люди  нуждаются лишь по той причине, что их жизнь уже была искусственно продлена врачами, без вмешательства которых они бы умерли много раньше.

   Но  как быть с эвтаназией? Человек  чувствует, что она почему-то недопустима, но не может понять, почему? Атеист или  агностик начинает говорить на языке  священника, что получается крайне  неубедительно, а потому приходится быть резким. Вот почему противники эвтаназии кажутся агрессивными. Вот почему они иногда делают для легитимизации "добровольной смерти" в общественном сознании больше, чем самые убежденные апологеты эвтаназии.

   Интерестно мнение на этот счет представителей христианской веры; вот что говорит на этот счет Священик Георгий Чистяков:

   «Трагедия современного общества состоит в  том, что в больном перестают  видеть человека, с которым можно общаться на равных. На него начинают смотреть как на несчастного, которого надо жалеть, опекать, оберегать от новостей, чтобы больной не волновался, но при этом забывают о главном - о его внутреннем мире и его личности».

   Если  бы мы больше вникали в то, чем  живет умирающий, вопрос об эвтаназии  отпал бы сам собой, ибо нам стало бы ясно, что именно в последние дни жизни человек переживает хотя очень страшное, но удивительное время. Смысл последних дней жизни, когда человек, по выражению святой Терезы из Лизье, подобно железнодорожному локомотиву приближается к конечной станции, заключается в том, что человек переживает в этот момент огромный духовный рост. Дорастает до полноты раскрытия своего "я".

   Когда у человека остается совсем немного  времени на земле, когда силы исчезают с каждым днем, а физические страдания  увеличиваются, он на глазах становится другим, парадоксально вырастая из своих слабостей и преодолевая  тот потолок, которым он, казалось, уже навсегда был ограничен в  своем развитии. Не дать человеку пережить эти дни - недопустимо.

   Удивительно много дают эти дни и тем, кто  остается с больным один на один, проводит с ним время - в разговорах или молча, но всегда прикасаясь к  сердцевине бытия. Это страшно, но необходимо. Беда сегодняшней цивилизации заключается  в том, что в большинстве случаев  наши родные и друзья, а потом  и мы сами умираем в больнице, в изоляции от реальности, вдали  от родных и друзей. В страшном одиночестве  больницы.»

   Таким образом проблема для Христианской церкви заключается не в эвтаназии как таковой и даже не в ужасе тех болей, которые мучат,    умирающих, но в том, что мы бросаем наших больных,   считая, что не можем им ничем помочь.

   Действительно, многие ученые опасаются, что формальное разрешение  эвтаназии  может стать определенным психическим тормозом для поиска новых более эффективных средств диагностики и лечения тяжелобольных, а также способствовать недобросовестности в оказании медицинской помощи таким больным. Реанимационная помощь им требует не только больших материальных затрат, но и огромного напряжения физических и душевных сил обслуживающего медперсонала. Именно отсутствие надлежащего лечения и ухода могут стимулировать требования больного ускорить смертельный исход, что позволит  врачу полностью прекратить всякое лечение и уход за тяжелым больным.

   В медицинской этике существует священное  табу - жизнь бесценна, и значит, говорить о цене жизни безнравственно. Но ведь жизнь имеет цену, особенно, когда для лечения постоянно нужны дорогие лекарства, на которые не хватает денег ни у больного, ни у близких, нужна специальная аппаратура, которая поддерживает жизнь тому, кто уже обречен и сам ежеминутно ждет смерти. Что лучше, разумнее - тратить не такие  уж маленькие средства на выхаживание неизлечимых больных, олигофренов, вегетативных существ, или пустить те же деньги на лечение пациентов, у которых есть хоть один, но шанс выжить.

   По  этому поводу известный детский  хирург Станислав Яковлевич Долецкий придерживался своей точки зрения. Он говорил: "Эвтаназия, безболезненная смерть, - это милосердие, это благо."   И когда ему возражали, что эвтаназия  - это клятвопреступление, он отвечал:  "Вы видели когда-нибудь страшные мучения и боли, которые приходится терпеть множеству больных раком, инсультникам, парализованным? Вы видели когда-нибудь муки родителей, вынужденных не месяцами, годами, десятилетиями ухаживать за детьми, у которых атрофировалась ЦНС, за детьми - дебилами? Вы видели когда-нибудь мучения семей, в которых кто - то из родственников полностью парализован? Вы видели, вы чувствовали боль матерей, у которых родился ребенок - урод, причем урод с неизлечимой патологией. Если да, вы поймете меня".

   Борьба  за жизнь пациента справедлива только тогда, пока существует надежда, что спасение его возможно; с момента, когда эта надежда утрачена, со всей остротой встает вопрос о милосердии в высшем его проявлении. И в этом случае им будет только эвтаназия.

   Я  считаю,   что   могут   быть   ситуации,   при   которых   применение 
пассивной   эвтаназии  является   справедливым   и   действительно   может 
рассматриваться как гуманное отношение к умирающему больному, ибо, имея   неотъемлемое конституционное право на жизнь, он должен, в соответствии с  международными нормами, при определенных обстоятельствах, иметь право решать вопрос о ее прекращении. Далеко не каждый может и хочет продлевать некачественную, не достойную жизнь на стадии умирания, испытывая при этом физические и нравственные страдания.

   Более четверти века назад доктор Питер  Адмираал прозорливо писал: "Уже следующее поколение будет глубоко озадачено тем долгим сроком, который понадобится нашему поколению, чтобы прийти к безусловному признанию    эвтаназии   в качестве естественного права человека".

   Анализируя  создавшееся положение, следует признать, что правы те, кто считает, что сейчас актуальным является вопрос не о том, разрешать или не разрешать врачам применение эвтаназии, а о том, когда и при каких условиях ее допускать и как при этом организовать контроль за правомерностью ее осуществления.

   Подавляющее большинство врачей и юристов считает, что эвтаназия - это клятвопреступление и уголовный беспредел и считают ее совершенно недопустимой, даже если она предпринимается исключительно "из сострадания", по настойчивому требованию больного, которому в любом случае предстоит в скором времени умереть.

   Врач  прекращает бесполезное поддержание  жизни, однако основой для принятия решения о прекращении лечения является свободное и осознанное волеизъявление пациента; аналогичные просьбы от ближайших родственников пациента, находящегося в бессознательном состоянии, являются юридически недействительными.

   Но  существует мнение, что запрещение эвтаназии ущемляет права человека на смерть, ведь речь идет о его собственной  жизни, следовательно, ему и решать. Это привело к тому, что, например, в штате Калифорния (США) после  долгих лет обсуждений на референдумах был принят первый в мире закон «Оправе человека на смерть», по которому не излечимо больные люди могут оформить документ с изъявлением желания отключить реанимационную аппаратуру. Однако до сих пор этим законом никому не удалось воспользоваться, так как одним из условий осуществления эвтаназии должно быть заключение психиатра о вменяемости пациента, а другое обязательное условие состоит в том, что проводить эвтаназию должен врач. Что невозможно, поскольку Американская медицинская ассоциация приняла решение о запрещении своим членам участия в эвтаназии, выдвинув лозунг: "Врачи не должны быть палачами».

   Поэтому врачи придерживаются твердокаменной догмы, что больных нужно лечить, несмотря ни на что. Важнейшим профессиональным аргументом против введения эвтаназии  является то, что если мы допустим ее, то врачам не нужно будет стремиться облегчать больным людям мучительные  страдания, и "Чем доступнее будет  эвтаназия, тем больше будет искушения  вообще избавиться от груза этих забот. Исчезнет всякая грань между дозволенным и прямо преступным, всегда будет существовать опасность злоупотребления, и  тогда пациенты станут бояться попасть в больницу, так как не будут уверены  в своей безопасности. Врач - не бог. Ему надо решать, как лечить, а не кому жить. Врач, поставивший себя выше бога, неизбежно скатится к преступлению". И таких примеров много.

Легализация эвтаназии

   В 2002 Нидерланды и Бельгия сделали  символический шаг, разрешив активную эвтаназию. Теперь при строго определенных условиях врач может совершенно законно  умертвить пациента. По словам президента бельгийской Ассоциации за право  достойной смерти Жаклин Эрреманс, в 2007 году в Бельгии было подано 495 заявлений с просьбой об эвтаназии, т.е. менее 0,5% от общего количества смертей. Что удивительно, соотношение между жителями фламандской и французской частями страны не меняется с 2002 г., т.е. 80% по-прежнему составляют фламандцы и 20% франкофоны. Люксембург движется в том же направлении – ожидается второе чтение закона о разрешении активной эвтаназии, после чего он будет окончательно принят.

   Наряду  с этими странами-«пионерами» другие государства ограничиваются тем, что специалисты называют пассивной эвтаназией. Это относится и к Франции, которая после принятия закона о прерывании жизни от 22 апреля 2005 г. ввела право «дать умереть», заключающееся чаще всего в прекращении курса лечения и отказа от использования приборов, поддерживающих жизнь пациента. В Норвегии, Дании и Венгрии также приняты подобные законы, а в Швейцарии врачам позволили предоставлять пациенту, желающему умереть и безнадежному с точки зрения медицины, смертельную дозу лекарства, которую он должен сам принять. В Германии, Австрии и Испании законом разрешена пассивная эвтаназия, если пациент четко выразил такое желание. Швеция позволяет медицинское содействие при суициде.

   Несмотря  на то, что в Великобритании и  Португалии эвтаназия запрещена, там  начались дебаты по этому поводу. В  Португалии Национальный совет по медицинской  этике высказался положительно относительно прекращения лечения больных, ведущих  растительное существование в течение  продолжительного времени, изъявивших такое желание. В Италии право  отказа от медицинского обслуживания признано конституцией. В настоящее  время ведет работу комиссия, целью  которой является предоставление неизлечимым  больным права выбирать свою смерть.

   И, наконец, во многих странах запрещена  любая форма эвтаназии. В Польше за это дают тюремное заключение сроком от трех месяцев до пяти лет, но "в  исключительных случаях" суд может  значительно смягчить наказание  или даже не наложить его. В то же время, в Греции, Боснии, Хорватии, Сербии и Чешской республике подобная практика рассматривается как убийство и соответственно наказывается. 

   Заключение 

   «Для  одних смерть – кара,  Для  других - дар, Для многих – благо», - говорил Сенека. Каждый должен сам решать, как ему уходить из жизни (если есть возможность самомтоятельного выбора). Моё мнение: требуется легализация эвтаназии, но при этом законодательная база не должна позволить легализовать убийства здоровых и желающих жить людей!