Ф. Хайек о социализме

Министерство образования  и науки РФ

ГОУ ВПО Тамбовский Государственный  Университет  им. Г.Р. Державина

Реферат на тему:  ” Ф. Хайек о социализме”.

                                                               Выполнила: студентка 1-го г/о

                                                              специальности: ”финансы и кредит ”

                                                               Аносова О.О.

                                                              Проверила: к. э. н, доцент

                                                               Горностаева Л.А.

Тамбов 2011 г.

СОДЕРЖАНИЕ

Введение                                                                                                              3 

1. Особенности методологии Хайека                                                                4

 2.Критика социализма                                                                                        11

2.1. Критика идеи концентрации экономической власти в

руках государства                                                                                                11

2.2 Свобода и частная собственность                                                                16

2.3 Пагубная самонадеянность                                                                           26

2.4 Идея планомерности                                                                                      29

2.5 Идея социальной справедливости                                                                35

Заключение                                                                                                           40

Список литературы                                                                                              41

Введение

 В  1991   году   распался   СССР.   На   крах   тоталитарной   системы,  господствовавшей около семидесяти лет на огромной территории, люди  смотрели по-разному: кто со страхом, кто с грустью, кто с радостью, кто  с  надеждой. Проблемы, с которыми лицом к лицу пришлось столкнуться в течение  последнего десятилетия, заставили многих не на шутку испугаться. Этот  страх  вызвал  у них желание вернуться в прошлое.

 Но что было в  прошлом? Вся  жизнь  общества строилась на идеологии социализма. Люди  жили  за  так  называемым  железным занавесом, не знали, что происходит на самом деле в  других  странах.  Когда не с чем сравнивать, то можно довольствоваться и малым. Но  сейчас  ситуация изменилась, а вот люди остались такими же.  Они  все  еще  верят  в  силу  и непогрешимость социалистической идеи. Но правы ли  они?  Нет.  История  ярко показала, к чему ведет социалистическая утопия. Однако то, что, даже  "набив шишки", люди  все  еще  верят  в  идеалы  прошлого.

    В данной работе  рассматривается критика социализма Фридрихом фон Хайеком - лауреатом Нобелевской премии по экономике. Хайек является  представителем лондонской школы в  направлении  неолиберализма.  Хайек  критикует  основные идеи   социализма:   идеи   планомерности,   допустимости   государственного вмешательства во все сферы жизни общества, социальной справедливости и  идею повсеместного господства государственной собственности.

1. Особенности методологии Хайека

    Методология Хайека  обладает рядом своеобразных  черт. Прежде всего,  для него характерен своего рода социологический подход  к  общественным,  в  том числе экономическим, явлениям. В круг рассматриваемых им проблем  включаются не только собственно экономические вопросы, но  и  в  тесной  связи  с  ними социальные, политические и этические аспекты жизни  общества.  Экономические явления   рассматриваются   в   качестве   неотъемлемой   части   социально- экономической системы, причем прежде всего подчеркиваются те  их  социальные черты и свойства, которые  присущи  рыночной  системе  в  целом  в  условиях свободной конкуренции, в частности - индивидуализм хозяйствующих  субъектов, их субъективные  оценки,  их  представления  об  экономической  свободе,  их конкурентная природа и т.п. При  этом  собственно  экономическое  содержание указанных явлений, как правило, остается  в  тени.  Основой  такого  подхода явилась  большая,  чем   у   ранней   австрийской   школы,   субъективизация экономической теории. По мнению Хайека, "экономические  явления  в  принципе не могут быть выражены в  "объективных"  терминах,  поскольку  они  отражают лишь субъективные представления людей и ничего более". Отсюда  Хайек  делает заключение о коренном отличии методов общественных и  естественных  наук,  в которых "объективные" категории вполне отвечают природе изучаемого  предмета [7, с.62].

    Рассмотренная  черта методологии Хайека органически  связана  с  присущим ему методологическим индивидуализмом  и  субъективизмом,  лежащим  в  основе отмеченного выше социологического  подхода  к  экономическим  явлениям.  Эта вторая особенность методологии Хайека навеяна  философией  неокантианства  с ее  проповедью   ограниченности   человеческого   разума   и   основана   на представлении  об  отсутствии  объективных  критериев  истины  при   анализе экономических процессов, поскольку  всякий  исследователь  по  необходимости вносит в процесс анализа свое собственное "я"  -  свой  опыт,  свои  ошибки, свое миропонимание и т.п. Объект исследования, таким образом, оказывается  в определенном смысле неотделимым от  его  субъекта.  В  естественных  науках, пояснял Хайек, исследователь находится вне  изучаемого  объекта,  тогда  как  предмет общественных наук - поведение людей и их мотивы -  по  необходимости предполагает, что собственные мотивы и установки  исследователя  включены  в этот последний, что не  может  не  сказаться  на  результатах  исследования. Поэтому задача общественной науки представлялась  Хайеку  не  в  том,  чтобы обнаружить объективные законы общественного развития, а в том,  чтобы  найти границы  познаваемости   социально-экономических   процессов.   По   Хайеку, следовало бы признать ограниченность познавательных возможностей человека  и не  требовать  от  науки  ничего  сверх  субъективно-психологических  оценок экономических  явлений.  Отсюда  Хайек,  в  частности,  делал  заключение  о принципиальной    невозможности    математизации    экономической     науки, предполагающей, что экономические знания имеют объективную основу,  что,  по Хайеку, не соответствует действительности.

    Методологический  индивидуализм  и   субъективизм   Хайека   фактически означают  признание   непознаваемости   экономических   явлений,   поскольку теоретическая модель экономики, по его мнению,  строится  исследователем  на субъективном,   а   потому   произвольном,   выборе   отдельных    элементов действительности.  Следовательно,  такая  модель  не  может  дать   подлинно научного  знания  об  экономике,  не  зависимого  от   субъективного   опыта исследователя.  Дело  усугубляется  еще  и  тем,   что   как   экономическая действительность, так  и  человеческий  разум  не  остаются  неизменными,  а постоянно эволюционируют.

    Вместе с тем,  методологический  индивидуализм   и  субъективизм  Хайека обусловливают микроэкономическую направленность его  концепций  и  отрицание им   макроэкономического   анализа   как   такового.    По    его    мнению, макроэкономические  зависимости,  которыми  оперируют  представители  многих школ экономической мысли  -  кейнсианства,  марксизма,  монетаризма  и  ряда других - имеют мало общего с реальной действительностью, поскольку в  основе хозяйственной жизни лежат индивидуальные субъективно-психологические  оценки и мотивы хозяйствующих субъектов, ни в коей мере не сводимые в какие  бы  то ни было общие закономерности. С этих позиций неоавстрийская школа  выступает и  против   неоклассической   теории   равновесия.   Признавая   возможность экономического равновесия по отношению к отдельным  фирмам  на  микроуровне, ее представители отрицают применимость этого понятия к экономике в целом  на макроуровне, поскольку в ином  случае  пришлось  бы  признать  познаваемость экономических явлений.

    Важнейшее место  в теории  либерализма  Хайека  занимает  его  учение  о

спонтанном характере  рыночного порядка. Оно играет двоякую  роль.  Во-первых, в качестве одного из  главных  методологических  принципов  и,  во-вторых  - центрального звена концепции либерализма Хайека.

    Хайек  пишет:  "Возникновение  нашей  цивилизации   и  сохранение  ее  в

дальнейшем зависят от феномена, который можно точнее  всего  определить  как "расширенный порядок человеческого   сотрудничества"   -   порядок,   чаще именуемы, хотя  и  не  вполне  удачно,  капитализмом.  Для  понимания  нашей цивилизации необходимо уяснить, что этот расширенный порядок сложился  не  в результате  воплощения  сознательного  замысла  или  намерения  человека,  а спонтанно:  он   возник   из   непреднамеренного   следования   определенным традиционным и, главным образом, моральным практикам. Ко многим из них  люди испытывают неприязнь, осознать  их  важность  они  обычно  не  в  состоянии, доказать их ценность неспособны. Тем не менее, эти  обычаи  довольно  быстро распространились благодаря действию эволюционного  отбора,  обеспечивающего, как оказалось, опережающий рост численности и богатства  именно  тех  групп, что следовали им. Неохотное, вынужденное, даже  болезненное  привитие  таких практик удерживало подобные группы вместе, облегчало им  доступ  ко  всякого рода  ценной  информации…Данный  процесс  остается,  по-видимому,   наименее понятой  и  оцененной  гранью  человеческой  эволюции"[5,  с.15].  По  мысли Хайека, эти традиционные и моральные практики, т.е. то практическое  знание, воплощенное в обычаях и привычках -  по  большей  части  это,  так  сказать, неявное знание, которое не осознается его носителями и потому не может  быть отделено от них, формализовано, обобщено в каких-либо теориях и  положено  в основу  экономической  политики.  Используемые   хозяйствующими   субъектами практические  знания  представляют  собой   своего   рода   "рассеянную"   и "скоропортящуюся" информацию о быстро и постоянно изменяющихся  конкретных условиях  и  параметрах  текущей  деятельности  в  сфере  экономики,  причем информацию гигантского объема. Характер знания, лежащего в  основе  эволюции рыночного порядка, полностью исключает, по мнению Хайека,  саму  возможность какого бы то ни было вмешательства в этот процесс без угрозы частичного  или полного  разрушения.  Рыночный  порядок,  утверждает  Хайек,   принципиально отличается от природных  и  технологических  объектов  и  систем,  знания  о которых в виде конкретных данных, формул, графиков и  т.п.  легко  поддаются формализации и могут быть использованы для управления такими  объектами  или  системами.

    Хайек считает,  что  ведущая  роль  в   формировании  и  распространении практических  текущих  знаний  о  хозяйстве  принадлежит  механизму   рынка, который через систему  цен,  изменение  соотношения  спроса  и  предложения, рекламу и т.п. систематически передает информацию  о  том,  что,  где,  как, когда  производить,  покупать  и  продавать,  и   тем   самым   обеспечивает координацию   действий   участников    рынка.    Рынок,    таким    образом, рассматривается как  своеобразный  информационный  механизм,  обеспечивающий получение не фрагментарного,  а  системного  знания  об  экономике.  С  этих позиций Хайек вступает в полемику с другими представителями  неоклассической школы,  считающими,  что  рынок  представляет  собой  социальный   механизм, распределяющий  ограниченный  и  к  тому  же  известный  объем  ресурсов   в соответствии с  объемом  и  структурой  потребностей  покупателей.  С  точки зрения Хайека, если бы проблема состояла в  такого  рода  распределении,  то рынок с присущей ему конкуренцией был бы не нужен. С  такой  задачей  вполне справилась бы система планового распределения производственных продуктов  из единого центра. Рынок же, утверждает Хайек,  обладает  таким  преимуществом, что он в состоянии эффективно распределять  те  ресурсы,  которые  ранее  не были и не могли быть учтены, на хозяйственные цели, которые ранее не были  и не могли быть выявлены. Конкуренция, писал  Хайек,  это  эффективный  способ направления неизвестных ресурсов на известные цели. Эти задачи  рынок  может выполнять, отмечает  Хайек,  в  силу  того,  что  он  в  состоянии  выявить, распространить  и  эффективно  использовать  ранее  неизвестные   данные   о потребностях,  ресурсах  и   технологиях,   то   есть   выступить   в   роли специфической информационной системы.

    Как поясняет  Хайек, спонтанный характер рыночного  порядка означает, что любое  вмешательство  в  него  может  лишь  подорвать   механизм   рынка   и парализовать хозяйственную систему в целом. Более того,  любой  сознательный контроль над хозяйственной жизнью, любая экономическая политика,  нацеленная на получение определенных результатов, будь то  политика  полной  занятости, экономического  роста,  борьбы  с  инфляцией  или  экономическими   спадами, балансирования спроса  и  предложения  денежной  массы  и  т.п.,  по  мнению Хайека, в принципе  невозможна,  поскольку  она  не  в  состоянии  учесть  и использовать  тот  массив  знаний,  который  необходим   для   ее   успешной  реализации, и может иметь только разрушительные последствия  для  экономики. Не менее негативны последствия вмешательства в рыночный порядок с целью  его реформирования   или   совершенствования,   независимо   от   того,   какими намерениями руководствуются  лица,  посягающие  на  этот  порядок.  Рыночный порядок,  отмечает  Хайек,  развивается  на  основе  собственной  внутренней логики, не имеющей ничего  общего  с  морально-этическими  нормами,  которые отстаивают представители тех или иных социальных слоев и классов,  требующие большей  справедливости,  большего  равенства  в  распределении  доходов   и  имущества и т.п.

    Идею спонтанности  развития рыночного порядка Хайек  распространял  и  на его составляющие, в том числе и на деньги.  Последние,  по  его  мнению,  не должны выступать в  роли  инструмента  экономической  политики  государства, имеющей целью (как предлагали  монетаристы)  обеспечение  постоянного  темпа прироста денежной массы в обращении  в  соответствии  с  объемом  спроса  на деньги,  ибо, по мнению  Хайека,  это  противоречит  самой  природе  данного явления. Стабильность денежной системы может быть  достигнута,  как  полагал Хайек,   лишь   на   путях   ее   либерализации,    предполагающей    отмену правительственной монополии  на  эмиссию  денег  и  замену  ее  конкуренцией частных эмитентов. Хайек писал, что  при  том,  что  деньги  -  неотъемлемое условие   функционирования   расширенного    порядка,    возникающего    при сотрудничестве свободных людей, правительства бесстыдно  злоупотребляли  ими чуть ли не с момента их появления,  так  что  они  стали  основной  причиной расстройства процессов самоорганизации в расширенном  порядке  человеческого сотрудничества.  Если  исключить  несколько  коротких  счастливых  периодов, можно сказать, что история  государственного  управления  денежной  системой была  историей  непрекращающегося  обмана  и  лжи.  В   этом   правительства оказались гораздо менее нравственными, чем мог  бы   оказаться  какой-нибудь частный  агент,  чеканящий  монету  в  условиях   конкуренции.   Возможности рыночной экономики могли  бы  раскрываться  гораздо  полнее,  если  бы  была упразднена  государственная  монополия  на   деньги.   По   мнению   Хайека, государственная  политика  регулирования  экономики  порождает  инфляцию   и экономические  спады.  Данная   позиция   Хайека   направлена   как   против монетаризма, так и против кейнсианской концепции, рассматривающей  деньги  в качестве одного из инструментов государственного воздействия на экономику.

    Кейнсианство  явилось вообще одной из главных   мишеней  критики  Хайека. Выступая  против  него,  Хайек  использовал   свою   концепцию   спонтанного рыночного порядка,  которая  в  принципе  исключает  какое  бы  то  ни  было вмешательство государства в экономическую  жизнь  общества.  Хайек  упрекает Кейнса  в  том,  что  он  переоценивает  возможности  экономической   науки, способной дать лишь абстрактное, а потому  неполное  знание  о  самых  общих тенденциях  экономической  жизни,  и  оставляющей  в   стороне   главное   - практические  знания  хозяйствующих  агентов,  лежащие  в  основе   реальных экономических процессов. Неприемлемым для Хайека оказался и подход Кейнса  к явлениям  рыночной  экономики  с  позиции  макроуровня.  По  Хайеку,  данный уровень  экономических   зависимостей   не   имеет   аналогов   в   реальной действительности, где все экономические решения принимаются лишь  индивидами с учетом их субъективных оценок и предпочтений. [5, c.102].

2. Критика социализма

         2.1. Критика идеи концентрации экономической власти    в руках государства

  Еще  совсем  недавно   казалась  кощунством  сама  мысль   о   том,   что государство не имеет права вмешиваться в экономическую и политическую  жизнь граждан. Идеи Адама Смита и его последователей если и  не  умалчивались,  то беспощадно критиковались. Это звучало почти как  бред:  государство  в  роли ночного сторожа. Кто же тогда составит план на будущие пять лет? Кто  решит, сколько и по какой цене, а главное, какие товары  производить?  Кто  укажет, во что верить? Эти и многие другие вопросы  вспоминаются,  когда  слышишь  о том,  что как было хорошо раньше, когда  государство  само  за  тебя  решало все.  Но  так  ли  это  хорошо,  быть  марионеткой  в  руках  у  вездесущего государства, винтиком в его бездушной машине? Этим  вопросам  Хайек  уделяет значительное внимание в своих работах.

    Хайек рассматривает  государства с эволюционной точки  зрения. Исходя  из подробного изучения истории, Хайек приходит  к  выводу:  "Цивилизация  может распространяться, но, вероятно, не  может  сильно  продвигаться  вперед  при правлении, отбирающем у граждан и берущем на себя руководство  повседневными делами. Пожалуй, еще ни одна развитая цивилизация не добивалась успехов  без правительства,  видящего  главную  свою  цель   в   попечениях   о   частной собственности, тогда как "сильное" правительство  вновь  и  вновь  тормозило рост и процветание того, чему так  помогали  эти  попечения.  Правительства, способные  защитить  индивидов  от  насилия  своих  же   сограждан,   делают возможным развитие все более сложного порядка, основанного на  спонтанном  и добровольном сотрудничестве. Однако рано  или  поздно  появляется  тенденция злоупотреблять этой властью,  подавляя  свободу,  которую  прежде  охраняли, навязывая  свою,  якобы  большую  мудрость  и   не   позволяя   общественным институтам  развиваться  хаотично"  [5,  c.59].  В  качестве  примера  Хайек вспоминает  императорский  Китай,  где   огромное   продвижение   вперед   к цивилизации и сложной промышленной  технологии  происходило  в  периодически повторявшиеся  "эпохи  смут",  когда  правительственный  контроль   временно ослаблялся. Однако  мятежи  усмирялись  и  отклонения  от  правильного  пути регулярно выправлялись мощью государства, готового любой ценой  сохранять  в неприкосновенности традиционные порядки  [5,  c.59].  По  мнению  Хайека,  и распространение  капитализма  своим  происхождением   обязано   политической анархии.  "К  современному  индустриализму  пришли  отнюдь   не   там,   где правительства были сильнее, а  в  городах  итальянского  Возрождения,  Южной Германии, Нидерландов и, наконец, в Англии с ее мягкой  системой  правления, т.е. там, где правили горожане, а не воины. Плотная  сеть  обмена  услугами, придающая очертания  расширенному  порядку,  основательно  разрасталась  при защите  индивидуализированной  собственности,  а  не   при   государственном управлении ее  использованием"[5,  c.60].  Исходя  из  всего  вышесказанного,  Хайек  делает  вывод,  что  "не   существует   большего   заблуждения,   чем общепринятая формула  историков,  которые  представляют  появление  сильного государства как кульминацию культурной эволюции: оно столе же часто  служило признаком ее конца.  В  данном  случае  на  исследователей  древней  истории оказали непомерное воздействие и ввели в глубокое  заблуждение  памятники  идокументы, оставленные  носителями  политической  власти,  в  то  время  как истинные  строители   расширенного   порядка,   по   существу,   создававшие богатство, без которого не  было  бы  этих  памятников,  оставили  не  столь зримые и претенциозные свидетельства своих достижений"[5, c.60].

    Хайек также  затрагивает  вопрос  о  значимости  государства,  говоря  о торговле. Что древнее: государство или торговля? Хайек  пишет:  "Чем  больше знакомишься с экономической историей, тем более ошибочным начинает  казаться представление, будто высокоорганизованное государство  было  кульминацией  в развитии древней цивилизации". Только благодаря  обмену  товарами,  торговле цивилизации  развивались.  Только  благодаря  ей,  а  не  мощному   контролю правящих кругов, были сделаны значительные шаги к процветанию народов.

    Социалисты утверждают, что только коллектив в   лице  плановых  органов, основываясь на  таких  принципах,  как  солидарность,  альтруизм,  групповое принятие решений, с вытекающими  отсюда  обычаями,  может  принимать  верные  решения, касающиеся всех аспектов жизни  общества.  Но  Хайек  считает,  что создали и поддерживают порядок в обществе такие  нравственные  правила,  как бережливость, уважение к собственности, честность. Расширенный  порядок,  по мнению Хайека, зависит именно от этой морали. "Он и  возник  благодаря  тому факту, что группы, следовавшие основным ее  правилам,  опережали  другие  по увеличению численности и богатства. Парадокс расширенного  порядка  и  рынка (он же - камень преткновения для социалистов) состоит в том,  что в ходе этого процесса удается полнее использовать открытые  ресурсы  (и  фактически именно благодаря ему быстрее открывать новые),  чем  было  бы  возможно  при единолично  управляемом  процессе"[5,  c.123].  Хайек  говорит  о   важности "безличности" процесса распределения ресурсов - только в ходе него  индивиды действуют  в своих собственных целях (зачастую довольно  расплывчатых),  без преувеличения, достигают наилучших результатов. Хайек говорит, что рынок,  в действие которого не вмешивается государство, -  это  "нечто,  объемлющее  и порождающее такие знания, которых ни сознание отдельного человека, ни какая- либо организация не могли бы ни охватить, ни выработать.… В  порядке,  столь обширном, что он превосходит возможности понимания и руководства со  стороны какого бы то ни было отдельного сознания, единая воля всех, по существу,  не может определять  благосостояние  каждого  отдельного  человека,  исходя  из какого-то однозначного представления  о  справедливости  или  сообразуясь  с какой-то согласованной шкалой ценностей"[5, c.128].

    Социалисты  порой   весь  процесс  расчетов  в   терминах  рыночных   цен преподносили как часть коварного маневра  владельцев  капитала,  старающихся не показать, как они эксплуатируют рабочих. Но Хайек утверждает,  что  некая гипотетическая совокупность объективных фактов,  позволяющая  манипулировать целым,  подвластна  капиталистам  не  больше,  чем   управляющим,   которыми социалисты хотели бы заменить их. Таких объективных факторов не  может  быть ни у кого, их просто не существует.

    Итак, Хайек утверждает, что по сути дела, "вся идея  "централизованного

контроля"  -  это  сплошное  недоразумение.  Совершенно  невозможно,   чтобы руководящий разум  занимался  всем  единолично;  всегда  будет  существовать некий   совет   или    комитет,    ответственный    за    выработку    плана действий"[5,c.153].  Но  информация,   доступная   людям,   фрагментарна   и ограничена.  Поэтому  невозможно  сознательно   рационально   контролировать хозяйственную  действительность.  В  качестве  примера   Хайек   говорит   о нереальности   эффективного   распределения    ресурсов    при    отсутствии регулирующего механизма  цен.  Хайек  пишет:  "Если  обратиться  к  проблеме использования  всех  доступных  для  инвестирования  средств  в  расширенной экономической системе при едином руководящем органе, первая трудность  будет состоять в том, что никто не может установить  совокупный  объем  доступного для текущего  пользования  капитала,  хотя  он,  конечно,  ограничен  в  том смысле, что инвестирование, превышающее этот объем или не  достигающее  его, должно вести к расхождениям в спросе и предложении различных  видов  товаров и  услуг.  Такие  расхождения  не  смогут  быть   самокорректирующимися,   а выразятся в ряде инструкций руководящего  органа…  Наличный  объем  капитала поэтому будет…"[5, c.154]  распределен  неэффективно,  так  как  все  факты, необходимые для учета, невозможно  оценить  адекватно  из-за  ограниченности сознания людей.

    Следовательно,  концентрация  экономической   власти   в  руках  плановых органов  представлялась  Хайеку   как   имеющая   исключительно   негативные  последствия в силу ряда причин. По его мнению,  она  подрывает  естественный ход общественно-исторического процесса, лишая его  внутренних  движущих  сил развития. Она навязывает обществу  произвольно  выбранную  шкалу  ценностей, которой оно должно руководствоваться  в  своей  хозяйственной  деятельности. Такая шкала по необходимости отражает борьбу различных групп в  центральных, в том числе плановых органах, а  подчас  и  волюнтаристские  зигзаги  высших должностных  лиц,  а  потому   дезориентирует   общество   при   определении конкретных целей хозяйствования и средств  их  достижения.  Централизованная плановая экономика, по мнению  Хайека,  лишена  тех  механизмов  компенсации ошибок хозяйствующих субъектов, которые действуют в  рыночной  экономике.  В этой последней, поясняет Хайек, хозяйственные решения принимаются всеми  без исключения   субъектами   экономики.   По   этой   причине   ошибки    одних компенсируются успешной хозяйственной деятельностью других.  В  плановой  же экономике допущенная ошибка может быть замечена и  исправлена  только  после того, как хозяйству уже нанесен невосполнимый ущерб. Плановая  экономика  не в состоянии ни использовать  лежащее  в  основе  хозяйственной  деятельности неявное  знание,  ни  заменить  его  чем-либо  адекватным.   Такая   система ликвидирует экономическую  свободу  граждан  и  превращает  их  из  активных самостоятельных  субъектов  хозяйствования  в  пассивные  объекты   плановой экономики.

    2.2 Свобода и частная собственность

 Книга Хайека "Дорога  к рабству" писалась  в   Лондоне  во  время  второй мировой войны. Ее основной темой было рождение фашизма из  духа  социализма. И совсем не удивительно, что вопросы  свободы  были  столь  актуальны  в  то страшное время насилия, ужасов и смерти.  Однако  эти  вопросы  не  утратили своей важности и на сегодняшний день.

    Что же такое  свобода? Эдмунт  Берк  писал:  "Люди  обладают  правом  на гражданские свободы ровно в той мере, в какой они готовы  налагать  на  свои вожделения цепи морали, в той мере,  в  какой  их  любовь  к  справедливости превозмогает их алчность". С этим высказыванием соглашался  и  Хайек.  Хайек пишет: "Свобода требует, чтобы индивид имел  возможность  преследовать  свои собственные  цели:  кто  свободен,  тот  в  мирное  время  уже   не   связан конкретными совместными целями  своей  общины.  Подобная  свобода  принимать индивидуальные решения становится  возможной  благодаря  определению  четких границ прав индивида (например, прав собственности) и разграничение сфер,  в пределах которых каждый может  распоряжаться  доступными  ему  средствами  в своих собственных целях, иными  словами,  каждому  человеку  устанавливается узаконенная сфера свободы. Это в высшей степени важно, ведь  обладание  чем- то своим, собственным, пусть и совсем малым, -  это  фундамент  формирования самостоятельной  личности  и  особой   среды,   в   рамках   которой   могут беспрепятственно преследоваться конкретные цели"[5, c.110].

    Стоит заметить, что Хайек  не  соглашался  со  многими  мыслителями   по поводу  определения  свободы.  Ему   было   чуждо   представление,   которое присутствует в приписываемом Вольтеру афоризме "Свобода - это когда  я  могуделать все, что хочу"; в заявлении  Бентама  "Всякий  закон  есть  зло,  ибо всякий закон  есть  нарушение  свободы";  в  определении  свободы  Бертраном Расселом как "отсутствия препятствий для осуществления наших  желаний"  и  в бесчисленном множестве других высказываний. Хайек утверждает,  что  всеобщая свобода в этом смысле невозможна, поскольку свобода каждого  будет  нарушать неограниченную свободу (то есть отсутствие ограничений) для всех остальных.

    Свободой восхищаются,  свободу  ждут,  в  свободу   верят,  в  ней  видят ценность жизни. Понятие свободы признается всеми, хотя и  понимается  каждым по-разному.  Даже  в  годы  массовых  репрессий  в   советском   государстве основополагающим был лозунг: "Свобода, равенство и братство".

    Однако расхождения  наблюдаются не только в определении  понятия свободы, но и в поисках путей ее достижения. Что же считал Хайек? "Вопрос  состоит  в том", - писал он, -  "как  обеспечить  наибольшую  возможность  свободы  для всех. Этого можно  достичь,  одинаково  ограничив  свободу  всех  с  помощью единых  абстрактных  правил,  предотвращающих  произвол,  дискриминацию  или насилие со  стороны  одних  людей  по  отношению  к  другим,  препятствующих вторжению кого бы то ни  было  в  сферу  личной  свободы  каждого  человека. Короче,  совместные  конкретные   цели   заменяются   едиными   абстрактными