Философия Марксизма. 2

Содержание

              Введение……..…………………………………………….…3

1. Возникновение и развитие  марксистской философии в ХIХ веке…………………………………………………………….5
1. Возникновение марксистской философии…………………....5
2. Создание исторического материализма………………………8
2. Эволюция философской мысли от «воли к жизни» к «воле к власти»……………………………………………………..…12
3. Историческая судьба марксизма……………………………20
4. Заключение…………………………………………………...25
5. Список литературы…………………………………………..26

Введение

Классическая  марксистская философия возникла в 40х годах 19 века в Германии. Ее основателями были Маркс и Энгельс, а теоретическими источниками – французский материализм 18 века и немецкая классическая философия. В России марксизм появился и укрепился в конце XIX века благодаря Плеханову и его соратникам.

Главное в марксизме – учение о всемирно – исторической миссии пролетариата, о диктатуре пролетариата. Историческая миссия пролетариата, обусловленная его решающей ролью в системе крупного промышленного производства, которое порождено развитием капитализма, заключается в разрушении буржуазного строя, в создании бесклассового коммунистического общества. Освободительное движение рабочего класса с неизбежностью ведет к социалистической революции и установлению диктатуры пролетариата – необходимого условия для построения социализма. В ходе истории появляются новые виды производства, изменяется социальная структура общества; меняется и сам пролетариат, его состав, его вес в общественных делах. В наше время наемные работники составляют большинство человечества. Следовательно, социальная база марксизма гигантски возросла; вместе с ходом истории развивается и марксизм в целом, и философия как его составная часть.

Учение Маркса о социалистической миссии пролетариата было необходимым выводом из всего предшествующего исторического опыта и анализа развития общественной мысли, достижения которой были критически переработаны основоположниками марксизма. Марксистское учение научно отразило историческую необходимость социалистического преобразования общественных отношений, предпосылки которого лишь начинали складываться в эпоху Маркса и Энгельса.

Философия марксизма  исследует фундаментальные классические проблемы взаимоотношений человека и мира, людей между собой и  сущности человека вообще. На решении  этих проблем в марксистской философии основаны ее важнейшие концепции: о законах истории, о значении материального производства в жизни общества, о классовой борьбе, социальной революции и.т.д.

В перспективе  дальнейшего развития человечества философские решения кардинальных мировоззренческих проблем, предложенные марксизмом и очищенные от различных догматических и вульгарных наслоений и истолкований, станут несравнимо более значимыми и действенными, чем в предшествующий период истории. Связано это с тем, что задачи, которые Маркс называл “всемирно-историческими”, а в наше время называют общечеловеческими, планетарными, глобальными, только-только выходят на передний план исторического процесса (да и то, к сожалению, больше в виде угрозы и опасности самоуничтожения - в форме “зла”). Между тем марксистская философия была и остается ориентированной преимущественно на решение именно общечеловеческих, всемирно-исторических задач.

1. Возникновение и развитие марксистской философии в ХIХ веке

1. Возникновение марксистской философии

Своеобразным продолжением немецкой классической философии является философия Карла Маркса (1818-1883) и Фридриха Энгельса (1820-1896). Но своим возникновением эта философия обязана появлению в первой половине XIX в. на политической арене пролетариата — самого низшего класса общества. Пролетариат, который в XVIII и начале XIX в. помогал буржуазии бороться против феодальной власти, теперь впервые начал выступать как самостоятельная политическая сила. Отсюда в обществе обострилось внимание к новому явлению. Да и сам новый класс нуждался в теоретическом обосновании своего движения (кто мы, чего должны добиваться, на что можем надеяться? — вот вопросы, которые задавали себе рабочие).  Ответ, данный К. Марксом и Ф. Энгельсом, был невероятным для того времени: пролетариат — класс будущего, освобождая себя, рабочие спасут все общество. То есть наступит общество всеобщего благоденствия.  И это они говорили о классе, который в то время находился на самом низу социальной лестницы!

Маркс родился  в г.Трире. Его отец адвокат, прогрессивный, но чужд революционных устремлений. Сына он видел адвокатом, государственным чиновником, поэтому и решил дать ему юридическое образование. Первым научным произведением Маркса была его докторская диссертация «Различие между натурфилософией Демокрита и натурфилософией Эпикура». Здесь он еще идеалист-гегельянец. Он видит основу движения истории в развитии человеческого самосознания. Действительности Германии он противопоставляет философию, которая должна бороться против всех, не склонять головы ни перед кем, и нести свет знания и свободы людям (то есть Маркс исходит из гегелевской идеи «Все разумное  действительно»). Он становится редактором «Рейнской газеты», где разоблачает государство, видя в нем защитника интересов помещиков. У Гегеля государство — воплощение нравственности и свободы. У Маркса оно только тогда является воплощением нравственности и свободы, когда представляет не частные интересы, а интересы широких народных масс (в этом он видит разумность государства).

После того как  в 1843 г. газету закрыли, Маркс переезжает в Париж. Он испытывает влияние Фейербаха, становится материалистом. Но в религии видит отражение извращенных форм отношений между людьми. Они же порождают и извращенные формы сознания — идеологию, религию. Маркс считает, что необходимо изменить эти отношения, тогда упразднится и религия. Извращенной формой, не соответствующей общественному характеру жизни, является  частная собственность. Ее и надо ликвидировать.

Маркс формулирует  основной принцип материалистического  понимания истории: «Социальные преобразования не могут быть осуществлены путем изменения лишь сознания людей. Определяющей силой является не теория, а революция. Но теория тоже становится материальной силой, если она овладевает массами».

Энгельс тоже родился  в Германии, в г. Бармене в семье текстильного фабриканта, где господствовали реакционные политические настроения и религия. Ему не дали окончить гимназию — готовили в коммерсанты. Но Энгельс обладал способностями и упорством, что позволило ему быть на передовых рубежах знаний того времени. В 1841 г. он переезжает в Берлин для отбывания воинской повинности. Здесь он посещает лекции Шеллинга, но рассматривает его как изменника идеи свободы, как человека, который хочет подчинить философию религии. Энгельс в это время считает, что частная собственность — источник всех противоречий буржуазного общества. В 1844-1845 гг. он создает труд «Положение рабочего класса в Англии», где исследует происхождение пролетариата и указывает на его роль в уничтожении капитализма.

В 1844-1846 гг. Маркс и Энгельс в работах «Святое семейство», «Немецкая идеология» доказывали, что:

1) идеи сами  по себе, без связи с общественными  материальными потребностями бессильны;

2) решающей силой  общественного прогресса являются  народные массы;

3) выдающиеся исторические деятели выражают конкретные потребности, интересы целых классов, поэтому и являются выдающимися.

Под воздействием Фейербаха капитализм они называют  извращением человеческой природы. В этот период они прямо называют себя «коммунистическими материалистами» и формулируют основное положение исторического материализма: «Общественное сознание во всех своих формах, всегда и везде отражает общественное бытие и, следовательно, объективно обусловлено им». Они исследуют производство и формулируют понятие производительных сил [орудия труда и люди] и производственных отношений [отношения между людьми, вызванные разделением  труда]. Показывают, что господствующие идеи в обществе — это идеи господствующего класса, а государство — это политическая диктатура (независимо от формы) того класса, которому принадлежат средства производства.

В «Нищете философии» Маркс подверг критике Прудона, который считал крупную собственность  кражей, нарушением закона стоимости, а мелкую — владением, справедливой и соответствующей человеческой природе. Маркс же доказывает, что крупная собственность — это не нарушение закона стоимости, а результат развития мелкотоварного производства. Прудон предлагал убрать плохие стороны капитализма и оставить хорошие, Маркс — уничтожить капиталистический способ производства в целом.

В 1847 г. создан «Союз  коммунистов», для которого они пишут  программу «Манифест коммунистической партии», где обосновывают идею диктатуры пролетариата и объявляют главной задачей коммунистов — объединение всего пролетариата для уничтожения частной собственности. В манифесте подчеркивается, что это единственная задача коммунистов.

2. Создание исторического материализма

Буржуазия возглавляет  революции 1848 г., но они терпят поражение. Кризисы, безработица, нищета способствуют росту революционных настроений рабочих. Создан I Интернационал, самостоятельные пролетарские партии. Маркс и Энгельс развивают свое учение о диктатуре пролетариата и революции, делают вывод о том, что пролетариат должен не усовершенствовать государственную машину, а сломать ее. Выдвигают идею непрерывной революции (то есть о переходе революции от буржуазной к пролетарской), в связи с этим идею о гегемонии пролетариата в буржуазно-демократических революциях, о союзе рабочих и крестьян. [Например, в деятельности большевиков в России можно проследить попытки осуществления этих идей на практике]

В I томе «Капитала» Маркс формулирует наиболее важный для его учения закон о соответствии производственных отношений уровню развития производительных сил. По мнению Маркса, так как общественное производство непрерывно развивается, то развитие производительных сил приходит в противоречие с производственными отношениями. Развитие производительных сил — это развитие навыков людей и совершенствование орудий труда, изобретение новых средств производства. В зависимости от орудий труда люди выполняют разные функции, то есть существует разделение труда (один пахарь, другой пастух, третий кузнец).  Но всем им приходится вступать в производственные отношения для того, чтобы обменяться результатами своего труда. Появление новых орудий влечет за собой новое разделение труда и требует новых производственных отношений, но господствующий класс пытается сохранить старые, как экономическую основу его политического господства. Происходит революция, и новые производственные отношения все равно устанавливаются. Например, в эпоху плугов и лошадей существовали феодальные отношения. Феодалы выполняли определенные функции для поддержания производительных сил. Феодал кормил крестьян в голодный год из своих запасов, чего крестьяне сами не смогли бы сделать. Он защищал их от внешних врагов. Когда появилось машинное производство, понадобилось новое разделение труда, появились другие классы, нужны были другие производственные отношения. Но феодалы держались за свои привилегии, поэтому произошли революции и политическое господство перешло к экономически господствующему классу — буржуазии.

Совокупность  производственных отношений — это  базис, который определяет надстройку общества: политические и идеологические учреждения и господствующие взгляды. От места человека в разделении труда зависят его представления о том, что хорошо и что плохо. Отсюда Маркс и Энгельс формулируют закон об определяющей роли общественного производства, закон классовой борьбы, социальных революций. Отсюда ими делается вывод о неизбежности перехода от капитализма к социализму путем пролетарской революции и установления диктатуры пролетариата.

Необходимость перехода коммунизму Маркс обосновывает и философски, и экономически. Он использует диалектический закон отрицания отрицания, для чего выделяет основные ступени развития истории, которые характеризуются разными способами производства: первобытнообщинный, азиатский, античный, феодальный, буржуазный. По Марксу, сначала был коммунистический (первобытнообщинный), затем его отрицание — некоммунистический (азиатский, античный, буржуазный — все с частной собственностью), следующий этап должен быть не-некоммунистический (то есть коммунистический) способ производства. (Двойное отрицание есть утверждение.)

Экономически  необходимость коммунистических отношений  он обосновывает тем, что произведенная  продукция есть результат усилий всего общества. Никто не имеет  права заявить, что он один создал ту или иную вещь. Например, 10 сапожников у себя дома шьют по паре сапог (всего 10 пар), собранные в одном месте за счет соревнования шьют немного больше, а при разделении труда могут сшить в два-три раза больше. Спрашивается, кому должны принадлежать лишние сапоги? Капиталисту? Нет, он их не шил. Рабочему? Нет, он может сшить только одну пару. Значит, обществу. Отсюда главная задача коммунистов — построить общество без частной собственности — коммунизм.

Маркс дает характеристику будущего коммунистического общества:

· общественная собственность на средства производства;

· высокий уровень развития производительных сил;

· ликвидация классовых различий, противоположности умственного и физического труда, между городом и деревней;

· мерилом богатства становится свободное время, а труд — потребностью.

На опыте Парижской коммуны в «Критике Готской программы» он обосновывает необходимость переходного периода между капитализмом и коммунизмом. Это то, что назвали социализмом. Он доказывает, что государство в этот период будет государством диктатуры пролетариата, а это ничто иное, как Парижская коммуна.

Практика не подтвердила  этого вывода, в России, да и в  других странах диктатуры пролетариата создать не удалось. Вместо диктатуры  пролетариата была установлена диктатура  партии, а затем и диктатура  вождя. Но если следовать логике философии Маркса, то большевистская партия — это партия «затмения Луны» — зачем добиваться коммунизма, если он наступит, когда для этого созреют производительные силы и потребуются коммунистические отношения? Так рассуждали социал-демократы, сторонники марксистского материалистического понимания истории.

Именно новый  подход во взглядах на общество — материалистическое объяснение общественных явлений —  главная заслуга Маркса. И сегодня  мы можем материалистически объяснять  любое общественное явление, независимо от того, нравится ли нам такое объяснение или нет. [Например, материалистическое объяснение дуэли. Они нужны были для сохранения феодального строя. Дуэли по всякому поводу; женитьба не раньше сорока лет — это приводило к тому, что поместье не делилось между наследниками, так как их не оставалось. Иначе через два поколения каждый наследник не получил бы и десятой доли.  У Пушкина Онегин — «волею Зевеса наследник всех своих родных», и у дяди «честных правил» он должен был ждать, «когда же черт возьмет его» ради наследства. Но феодалы не хотели гибнуть ради какого-то феодального строя, поэтому в обществе царила вежливость, церемонии, правила и т.п. Но в этом случае проблема лишних феодалов сохранялась. Тогда история предложила другой способ уменьшения их численности — феодальные войны. Какое-то другое их предназначение не выдерживает критики. Например, при Елизавете русские разбили Фридриха. Можно было из-под Берлина привести бочку капусты или огурцов. Но зачем они нужны, если на родине своих огурцов самим не съесть. Чтобы они не испортились, приходилось собирать кучу гостей и проводить балы. Экономическая бессмысленность той победы наиболее наглядно выступила сразу, как только после смерти Елизаветы царем стал Петр III. Он послал русские войска помогать Фридриху завоевать Данию.

2. Эволюция философской мысли от «воли к жизни» к «воле к власти»

Одним из известных критиков гегелевской философии был немецкий мыслитель Артур Шопенгауэр. Гегель считал, что в основе мироздания лежит разум. Но почему же тогда все, что происходит в нашей жизни, как правило, отличается неразумностью? Может быть, в основе мира находится не разум, а что-то совсем иное. Что? Нечто неразумное, нелогичное, неподвластное уму и пониманию, бессознательное, иррациональное, непредсказуемое и не постижимое привычными способами.

Все это Шопенгауэр назвал волей и противопоставил ее разуму, о котором говорил Гегель. В  основе мироздания, по Шопенгауэру, лежит  не разум, а воля, и поэтому в  нем много неразумного, случайного и необъяснимого. Что представляет собой эта воля, чем является? Воля – это совокупность желаний и инстинктов, страстей и порывов, настроений и чувств, это бессознательные побуждения, безотчетные стремления, ничем и никем не контролируемые действия. Для воли чужды вопросы: зачем, почему, каким образом, с какой целью? Для нее нет никаких целей, причин, мотивов, следствий и любых других разумных оснований. Достаточно только того, что она есть. Ее существование или наличие – единственная несомненная истина. Когда сорная трава с неистовой силой устремляется к солнцу, заглушая культурные растения, разве руководствуется она какой-то разумной необходимостью? Конечно же, нет. Она растет благодаря заложенному в ней слепому инстинкту жизни, или воле к жизни, как говорит Шопенгауэр. Когда лев в пустыне пожирает антилопу, разве действует он в силу какого-либо осознанного мотива? Конечно же, нет. Он проявляет таким образом свою волю к жизни. То же самое можно сказать о любом существе на Земле.

Человек не является исключением  из общего правила. У него есть разум, и поэтому нам кажется, что, в отличие от всех других существ, он действует не в силу безотчетных желаний и слепых инстинктов, а в силу разумных и осознанных мотивов. Но это иллюзия, говорит Шопенгауэр. Если человек поступает разумно, то почему же тогда он лжет, подличает, предает, почему способен убить себе подобного, делать разные гадости, желать зла? Как ни печально признать, человек руководствуется в своей деятельности не разумными основаниями, а слепой неразумной волей. Все его действия и поступки есть проявления воли к жизни, его бессознательного желания жить, неистового и инстинктивного стремления существовать во что бы то ни стало, причем жить как можно лучше, пусть даже за счет страданий и лишений себе подобных.

Воля, следовательно, присутствует везде и во всем, является единственным свойством мироздания, самим мирозданием. По Гегелю, мир – это разум, по Шопенгауэру, мир – это воля. Будучи неразумной, воля влечет нас по жизни в неведомом нам направлении. Нам кажется, что мы поступаем сознательно и свободно, на самом же деле мы просто не замечаем, что являемся заложниками своей собственной воли, которая действует помимо нашего разума, мы – рабы, безотчетно исполняющие все ее прихоти и капризы, требования и приказы. Воля превращает нашу жизнь в вечную борьбу и напряжение: мы постоянно к чему-то стремимся, чего-то избегаем, мы вынуждены каждый день и час что-то делать, куда-то спешить, на что-то надеяться и чего-то бояться. Воля ни на секунду не оставляет нас в покое, наполняя жизнь агрессией, страхом, ненавистью и отчаянием. Мы сами не принадлежим себе, полностью подчиняясь воле, являемся ее бездумными исполнителями.

Как видим, воззрения  Шопенгауэра представляют собой  печальный и мрачный фатализм. Что же он предлагает нам? Каким видится ему выход из столь удручающей ситуации? Выход есть, говорит немецкий философ, и заключается он в следующем. Если причиной нашего вечного жизненного напряжения и порождаемых им страданий является воля, то нам следует сознательно ей противостоять: направить все свои силы на то, чтобы подавить ее, искоренить, погасить. Как это сделать? Отказаться от собственных желаний, умалить потребности, ни к чему не стремиться, ни за чем не гнаться. Не потакать воле, а отказывать ей во всем, не выполнять ее требований, а отворачиваться от них. Только таким способом возможно погасить пламя воли и привести жизнь в состояние спокойствия и даже апатии. Как мы уже знаем, сознательный отказ от желаний называется в философии аскетизмом. Вспомним, именно аскетизм является одной из главных особенностей буддизма. Шопенгауэр был хорошо знаком с религиозно-философскими учениями Древней Индии и Китая и многое из них заимствовал при создании своего учения. Аскетическое поведение, считал он, позволит нам избежать борьбы, напряжения и страданий, подавит волю к жизни. И пусть аскетизм не подарит нам безусловного счастья, однако ничего лучшего в нашем несовершенном и неразумном мире нам не предложено.

В пессимизме Шопенгауэра, в его учениях о смысле аскетизма  и о необходимости «усыпить» волю, в произведениях Вагнера, написанных после «Кольца нибелунга», Ницше видит прямое воздействие христианства, являющегося, по его мнению, религией рабов. У самого Ницше начинают формироваться воззрения, послужившие основой для его будущих построений. Он приходит к выводу, что мировая воля, о которой учил Шопенгауэр и существование которой он также признает, является в своей сущности волей к власти, а не просто стремлением быть. От Шопенгауэра его отличает и то, что время он не считает формой, привносимой субъектом, а рассматривает его как характеристику самой воли. Соответственно и начало индивидуации коренится не в формах созерцания, как это было у Шопенгауэра, а в самой воле к власти [5,268].

 Ницше заменил  шопенгауэровский монистический волюнтаризм плюрализмом воль, признанием множества конкурирующих и сталкивающихся в смертельной борьбе «центров» духовных сил. Он решительно отверг в зрелый период своего философствования другую важнейшую идею Шопенгауэра— учение об отказе от воли, самоотречении, аскетизме как «намеренном сокрушении воли путем отказа от приятного и взыскания неприятного, добровольной жизни покаяния и самобичевания ради непрестанного умерщвления воли» .

 Шопенгауэр  видел в отказе от «воли  к жизни» «средство спасения (Heilsordnung)».

 Отказу Шопенгауэра  от «воли к жизни» Ницше  противопоставил утверждение в  жизни «воли к власти». Он  начинает с того, что «жизнь... представляет собою специфическую  волю к аккумуляции силы», а  кончает утверждением, что «жизнь... стремится к максимуму чувства власти» .

 Толкуя жизнь  как "специфическую волю к  аккумуляции силы", Ф. Ницше  утверждает, что жизнь как таковая  "стремится к максимуму чувства  власти". Подобная мифологизация  воли, онтологизация (т.е. "внедрение"  в само бытие) нерациональной человеческой способности как нельзя более соответствуют всему духу и стилю ницшеанского философствования, которое представлено в виде броских афоризмов, парадоксальных мыслей, памфлетов и притч, личных исповеданий [6].

 Учение  Ницше   о  воле к  власти,  непрерывной "войне" в  природе  и обществе возникло под  несомненным влиянием эволюционизма Ламарка и Дарвина.

 Концепция  "сверхчеловека"  и мораль,  гласящая: "падающего -  толкни", многими  чертами напоминают  социал-дарвинистскую теорию второй  половины  XIX в. Вместе с тем Ницше неоднократно указывал на свои расхождения с концепцией "естественного отбора" и вообще  отрицал наличие эволющии в живой природе.

 Тем более  неприемлемой была для него  доктрина  общественного прогресса.  Ни в природе,  ни в обществе, с точки  зрения Ницше,  нет  "естественного отбора" лучших и сильнейших ("Не нужно путать природу с Мальтусом", - писал он в "Сумерках кумиров").  "Естественный  отбор"  способствует не "лучшим" а "наихудшим", "стаду", которое умеет приспосабливаться, побеждает большим числом, хитростью. "Высшие  люди" - всегда счастливые исключения, а не результат эволюции. В жизни «наиболее сильные и счастливые оказываются слишком слабыми, когда им противостоят организованные стадные инстинкты, боязливость слабых, численное превосходство».

 И если  дарвинизм склонен видеть в  истории прогресс, то Ницше видит  в ней как раз противоположное  — регресс и декаданс, порожденный  и постоянно порождаемый «культурой»  упадок «высшего типа» человека.

 Отрицание  им развития, прежде всего, выливается в форму отрицания прогресса в смысле совершенствования органических видов. «Что виды представляют прогресс — это самое неразумное утверждение в мире... До сих пор не удостоверено ни единым фактом, что высшие организмы развились из низших». В адрес дарвинизма, Ницше  открыто высказывается в своей посмертной  работе «Воля к  Власти», так он пишет: «школа Дарвина ошибается во всех своих утверждениях. Та воля к власти, в которой я вижу последнее основание и сущность всякого изменения, дает нам в руки средство понять, почему отбор не происходит в сторону исключений и счастливых случаев, наиболее сильные и счастливые оказываются слишком слабыми, когда им противостоят организованные стадные инстинкты, боязливость слабых, численное превосходство. Общая картина мира ценностей, как она мне представляется, показывает, что в области высших ценностей, которые в наше время повешены над человечеством, преобладание принадлежит не счастливым комбинациям, отборным типам, а напротив — типам декаданса,— и, может быть, нет ничего более интересного в мире, чем это неутешительное зрелище…».

 Как ни  странно звучит, приходится всегда  доказывать преимущество сильных  перед слабыми, счастливых перед  несчастливцами, здоровых перед  вырождающимися и обремененными  наследственностью. Если бы мы захотели возвести факт в степень морали, то эта мораль будет гласить: средние более ценны, чем исключения, продукты декаданса более ценны, чем средние, воля к «ничто» торжествует над волей к жизни, а общая цель, выраженная в христианских, буддийских, шопенгауэровских терминах: «лучше не быть, чем быть».

 Воля к   власти — центральное понятие ницшеанства.  Пытаясь свести различные качественные  состояния психики (инстинкты, эмоции,  интеллект и т.д.)  к какому-то  единому основанию,  Ницше  приходит  к понятию "воля к власти".  Сила импульсов, то есть количественные  различия, лежит  в  основе качественных различий.  В деятельности  великого  полководца,  в  творчестве художника  или ученого воля  к власти максимально, поскольку здесь предельно выражены самообладание, самопреодоление. Власть  над собою выше, чем власть над другими. От психологической трактовки воли к власти Ницше переходит к онтологической  ее интерпретации. Весь космос понимается им  как непрерывная борьба "квантов власти", каждый из которых стремится к господству над  всеми остальными, желает стать организующим центром всего мира. Социальные по сути своей отношения господства  и подчинения переносятся на весь мир, тогда  как собственно социальный мир понимается как  вечная война  соперничающих  воль.

 Учение о  Боге Ницше сводит именно к  учению о воле к власти; так, по Ницше,  «Единственной возможностью сохранить смысл понятия «Бог» представлять Бога не как двигательную силу, а как максимальное состояние, как известную эпоху, как известную точку в развитии воли к власти, из которой объяснялось бы, в одинаковой степени, как дальнейшее развитие, так и то, что было раньше, что было до него.

 Рассматриваемая  механистически, энергия вселенной  остается постоянной; рассматриваемая экономически, она поднимается до известной точки высоты и снова опускается в вечном круговороте. Эта «воля к власти» — выражается в направлении, в смысле, в способе затраты силы: с этой точки зрения превращение энергии в жизнь и в «жизнь в высшей потенции» является целью».

 Воля к  власти может проявиться только  тогда, когда встречает противодействие;  она, следовательно, ищет того, что может оказать ей сопротивление,—  это первоначальная тенденция  протоплазмы, обнаруживающаяся в  тот момент, когда она вытягивает свои псевдоподии и нащупывает ими все вокруг себя.

 Ницшеанское  учение о Воли к Власти,  и само понятие «Воля» Мартин  Хайдеггер трактует следующим  образом: «Воля к власти есть  существо власти. Волить вообще  – это то же самое, что  желать-стать-сильнее, желать-роста, – и также желать средств для этого». Воля к власти – и только она – есть воля, волящая ценности. Потому, в конце концов она должна недвусмысленно стать и оставаться тем, из чего исходит всякое установление ценностей и что господствует во всякой ценностной оценке; то есть «принципом установления ценностей».

 Выражение  «воля к власти» постепенно  проникало в дискурс Ницше  и существенно трансформировалось. Первоначальное его значение  было, если не осознано, то выражено  достаточно рано. Уже в «Рождении трагедии» власть понимается как власть художника, который творит новые смыслы, задающие образ жизни целой эпохи.

 Не остался  Ницше безучастным и относительно  успехов науки. В «Веселой науке»  он трактует знание не как  отражение, а как волю к власти, как моделирование и конструирование такой картины мира, которая затем воплощается в науке и технике. Отсюда критика субстанциализма и перспективистский проект: знание как инструмент власти помогает организовать и упорядочить реальность, использовать ее ресурсы как сырье для производства необходимых вещей.

 Точно также  Ницше распространил волю к  власти и на саму жизнь. Ницше  понимает волю к власти как  становление — вечную игру  множества сил в природе, и  там, где убывает одна сила, прибывает другая. В эту чудовищную игру вовлечен и человек, ставящий свою жизнь на карту, как только появился на свет. В ней нет ни добра, ни зла. Именно открытое и честное признание жизни как воли к власти и свободной игры многообразных сил может стать основой правильного воспитания. Моральные же запреты, ограничивающие поведение человека, делают его слабым, нежизнеспособным и нечестным.