Философская система Платона и ее влияние на европейскую филосовскую традицию

Содержание.

1. Философская система Платона  и ее влияние на европейскую  филосовскую традицию.

В истории культуры Платон (427-347 до н.э.) - великое явление. Он жил в древнегреческом обществе, но как деятель - философ, ученый, писатель - принадлежит всему человечеству. Не будь его книг, мы хуже понимали бы самих себя, хуже понимали, что такое философия, наука, искусство, поэзия, вдохновение, что такое человек и в чем трудности его исканий и свершений. Платон создал и разработал один из основных типов философского мировоззрения - философский идеализм. У Платона идеализм охватывает вопросы и о природе, и о человеке, и о душе человека, и о познании, и об общественно-политическом строе, и о языке, и об искусстве - поэзии, скульптуре, живописи, музыке, и о красноречии, и о воспитании. Если в целом греки были создателями как бы «пробных систем» философии, то Платон создал «пробную систему» идеализма. В кругу вопросов, составлявших эту систему, некоторые настолько занимали ум Платона, что он разрабатывал их не только как философ, но и как ученый. Такими были специальные вопросы математики, астрономии (космологии), музыкальной акустики. Учение Платона - глава не только в истории античной философии, но и в истории античной науки. Школа Платона одна из школ античной математики. Изучение математики Платон рассматривал не в плане одной лишь педагогики, как стадию в воспитании ума, как тренировку логическую и диалектическую, но и в плане задач положительного знания. Многогранность его дарования удивительна. В нем не только философ сочетается с ученым, но еще и писатель. Платон излагал свои философские и научные идеи в литературных произведениях. Платон является первым древнегреческим философом, о деятельности которого можно судить по его собственным произведениям. Оригинальным было здесь не само соединение философской и научной мысли с литературной формой. В этом отношении у Платона были предшественники. Как ученый крупного стиля, Платон мыслит гипотезами, но эти гипотезы становятся у него мифами. При этом он не приспособляет к своим точкам зрения, всем известные мифы, но щедро создает мифы заново с неистощимым и мощным воображением, смело и изобретательно. Он излагает свои идеи не в докладах, не в статьях, а в диалогах. Диалоги эти - сцены, еще лучше сказать - философские комедии и драмы, но об этом чуть позже.

1 ЖИЗНЬ ПЛАТОНА Сведения о жизни Платона скудны, неполны и протеворечивы.

Платон родился в 427 году до н.э. в знатной  семье  на  острове  Эгина,

недалеко от  Афин. Платон был отпрыском аристократического рода, культура дома была высокой, что и повлияло на всестороннее воспитание и образование мальчика. Со  стороны  отца,  Аристона,  род  Платона  восходит  к

последнему царю Аттики – Кодру; со стороны матери,  Периктионы,  -  к  семье

родственников знаменитого законодателя Солона. Родственником матери был  так

же известный афинский политический деятель, впоследствии «тиран» Критий.

    Именно Критий  ввел  Платона в  круг  учеников  Сократа. Сократ посвятил себя деятельности учителя. Он окружил себя сторонниками и учениками. Влияние Сократа на современников и последующую философию было великим. Он отличал двоих своих учеников как великих представителей философии: непосредственным был Платон, а опосредственным был Аристотель. Они восприняли его веру в познание и на основание его этического учения создали великие философские системы- платонизм и аристотелизм. Эти системы были результатом деятельности Сократа. К сожалению Сократ не оставил своих работ, так как учил только  устно. О его учениях  мы знаем из работ его учеников. Главным образом из диалогов Платона, ведь Платон провел с Сократом восемь лет, вплоть до его смерти.  Для Платона эти годы были решающие, они высоко подняли его этическую и логическую культуру.

После смерти Сократа закончилось первое пребывание  философа  в  Афинах.  Платон покидает родину на целых 12 лет. За  это  время  странствий  Платон  посетил Египет, Южную Италию и Сицилию. До этого он был в Мегаре. Впечатления, вынесенные из пребывания в Египте, оказались важным этапом в формировании  научных,  политических  и  политико-экономических  воззрений Платона. Особенно длительным было пребывание Платона в  Гелиополе  –  центре египетской религии и жреческой организации.    Из Египта Платон  прибыл  на  Криены.  Здесь  он  встретился  с  видным греческим астрономом и математиком Федром. Из Криен последовал переезд в Южную Италию. Одной из задач  путешествия было ознакомление с учением пифагорейцев и с результатами их  математических исследований. После пребывания в Южной Италии последовал переезд  Платона  в Сицилию.   После долгого странствия в 387 г. до н.э., будучи уже зрелым человеком, Платон вернулся в Афины.  По прибытии он основал в роще героя Академа  свою  школу,  получившую  название Академии .  В годы старости Платона, когда произошло его сближение с пифагорейцами, взгляд Платона на математику еще более укрепился. Платон совершил еще две поездки в Сицилию. Остаток  жизни  Платон  провел  в  Афинах.  Попытка  вмешаться  в   ход политических  событий  принесла  ему  горькое  разочарование.  В   последнем крупном произведении Платона – «Законах» он отказывается от ряда взглядов  в своих системах воспитания и политических воззрений. Умер Платон в возрасте 80-ти лет в 347 г. до н.э.

Как я упоминала раньше, Платон был не только философ, но и писатель.  Литературная деятельность Платона продолжалась в течении полувека. Платон - первый крупнейший философ древности, от которого до нашего времени дошли все или почти все философские сочинения. Учения, излагаемые в них, несвободно от противоречий. В большинстве произведений главное действующее лицо - Сократ. Существует вопрос о подлинности и последовательности платоновских диалогов. Из 36- ти сочинений Платона т. Е. философские  беседы многие были заподозрены, по крайней мере, отдельными исследованиями в том, что они действительно не принадлежат Платону, а только предписаны ему В некоторых из них излагается идеалистическое учение о бытие и о познание, получившие наименование идей. Но есть среди сочинений, дошедших под именем Платона, есть и такие, в которых теория эта отсутствует. Есть, наконец, и такие сочинения, в которых Платон подвергает собственную теорию идей серьезной критике диалог Парменид. Удалось  выделить   четыре   группы   диалогов,   начиная   от   ранних «сократических», исследующих понятия этики, и кончая наиболее поздними,  ряд которых замыкает «Законы».    К первой из них- «сократические диалоги» - написанные Платоном во время ученичества у Сократа, были  отнесены  «Апология  Сократа», «Евтифрон», «Критон», «Хармид»,  «Лахес»,  «Протагор»,  «Менон»,  «Евтидем», «Горгий».    Во вторую, более позднюю, более зрелую доктрину платонизма вошли «Кратил», «Пир», «Федон» и первая книга «Государства».    Третью составили также зрелые диалоги, широко используемые Платоном, такие как «Государства»,  «Федр»,  «Теэтет»  и «Парменид».    Наконец в четвертую, последнюю по времени, вошли  «Софист»,  «Политик», «Филеб», «Тимей», «Критий» и «Законы». Стиль диалогов Платона свободный и ход изложения как философский, так и художественный. Связи между каждым диалогом нет. По форме и достоинствам изложения диалоги Платона неоднородны. Часть из них написана в драматической форме. Однако драматичность может быть разная. Бывает драматизм сюжетной завязки, драматизм ситуации, а бывает внутренний драматизм борющихся идей, противоположных убеждений, отчаянно защищаемых спорящими сторонами. У Платона мы находим все оттенки в градациях драматически напряженного действия, внешнего и внутреннего. Это блестящие сцены из умственной  жизни Афин, изображение сталкивающихся и борящихся философских воззрений.    Другую  часть  философских  сочинений  Платона  составляют  диалоги,  в которых диалогическая форма – лишь видимость. Эти диалоги – трактаты. В  них исследуются труднейшие и отвлеченные проблемы диалектики. Значение их  не  в художественном воплощении  философских  воззрений,  а  в  их  диалектическом развитии  и  обосновании.  Образцы  таких  диалогов  –  «Софист»,   «Филеб», «Парменид».    Наконец есть и такие диалоги,  в  которых  перемежаются  образ,  миф  и отвлеченный анализ философских проблем. Платон прибегал к мифам и аллегориям в своих диалогах сознательно для популярности и усиления художественности учения. Возможно, что  некоторые  диалоги  в первоначальной редакции были  написаны  в  повествовательной  форме  и  лишь впоследствии были переписаны в форме драматической. Благодаря драматизму мысли, слишком подвижному и страстному, который и создает диалог, законченность и систематичность как бы все время ускальзают в сторону . Но именно эти бесконечные зигзаги и каскады мыслей, когда все кипит и бурлит от все нового и нового их напора, придают диалогу особое чувство непосредственного, живого, реального спора.

 Диалектика Платона.

Для Платона диалектика – это не  только  логика,  хотя  в  ней  есть  и

логический аспект, это не только учение  о  познании,  хотя  в  ней  есть  и

гносеологический аспект; это не только учение о  методе,  хотя  в  ней  есть

аспект метода. Диалектика Платона – прежде  всего  учение  о  бытии  или  об идеях. Идеализм Платона, также как  и  его  теория  познания  и  диалектика, имеет явно выраженный онтологический характер.

    «Диалектический  метод» Платона есть в сущности  метод последовательного сведения понятий в высшие роды и разделения родов на входящие в  них  низшие видовые понятия. Все  эти  разъяснения  Платона  ясно  обнаруживают   насколько   далека платоновская «диалектика» от  современной.  «Диалектика»  Платона  –  важный этап в развитии логики, в развитии учения о  категориях,  о  родах  и  видах понятий, о методах определения, индукции и деления  понятий,  но  она  ни  в малейшей степени не есть учение о развитии через противоположности.  Система Платона  не  знает  вовсе  никакой   истории,   никакого   развития,   кроме цикличности и противоречия уже бывшего.    Важную   особенность   диалектики   Платона    составляет    то,    что противоположные определения  сущего,  развиваемые  им,  отнюдь  не  означают отказа от принципа непротиворечия. Хотя Платон доказывает, что одно  и  тоже бытие едино и множественно в одно и тоже время, он поясняет  при  этом,  что «единым» и «множественным» оно оказывается  в  различных  отношениях:  бытие «едино», поскольку оно рассматривается в отношении к самому  себе. И  тоже  самое  бытие  «множественно»,  поскольку  оно рассматривается в другом отношении – в отношении к  своему  «иному».  И  все другие определения бытия у Платона, все  они  мыслятся  как  противоположные друг другу, но не как противоречащие в одном и том же отношении. Закон противоречия или  закон  немыслимости  противоречия.  В  качестве закона он означает невозможность  и  недопустимость  мыслить  противоречащие утверждения об одном и том же предмете, в одно и то же время, в одном и  том же отношении. В «Федоне» Платон разъясняет, что не  только  «идеями»,  но  и качествам чувственных вещей принадлежит свойство, по  которому  относительно этих  вещей  не  могут  быть  одновременно  и   утверждаемы   противоречащие определения. Платоновская  «диалектика»  бытия   и небытия, единого и многого, тождественного и иного,  покоя  и  движения  как непосредственно, так и через  переработку  неоплатоников  III  –  V  вв.н.э. оказала в XIX в несомненное влияние на разработку диалектики Гегелем.

 По Платону знание  возможно  не  для  всякого.  «Философия»  (буквально

«любовь к мудрости») невозможна  ни  для  того  кто  уже  обладает  истинным знанием, ни для того кто совсем ничего не знает. При разработке вопроса о знании и его видах Платон исходит из  мысли  о том, что виды знания должны соответствовать  видам  или  сферам  бытия.  Для истинного понимания бытия Платон считал необходимым  разрешить  противоречия

между двумя наметившимися в греческой  мысли  противоположными  концепциями: элейской,   утверждающей   неизменность,   тождественность,    неподвижность истинного  бытия,  и  гераклитовской,  признающей  его   вечную   текучесть, изменчивость и подвижность.  При рассмотрении учения Платона о знании необходимо прежде всего  иметь в виду, что вопрос о знании отнюдь не  ставится  у  Платона  как  отдельная, изолированная, ни как основная проблема философии.

    Учение Платона о познании неотделимо от его  учения  о  бытие,  от  его

диалектики. Платоновское учение о познании тесно связано с его учением о душе. Платон видит в душе начало, посредствующее между миром нечувственных «идей» и миром чувственных вещей. Высшее целевое назначение души - постижение «идеи». Поэтому природа души должна быть сродни природе «идей». Когда душа ведет исследование сама по себе и не встречает препятствий, она «направляется туда, где все чисто, вечно, бессмертно и неизменно». Пребывая в непрерывном соседстве и соприкасаясь с постоянным и неизменным, она «и сама обнаруживает те же свойства». Это и есть то ее состояние, которое называется размышлением. Размышляя, душа «решительно и, безусловно, ближе к неизменному, чем к изменяющемуся». Она в высшей степени подобна «божественному, бессмертному, умопостигаемому, единообразному, неразложимому, постоянному и неизменному в самом себе».

Термин «гносеология» происходит от греческих слов «gnosis» -знание и «logos» - учение и, следовательно, означают учение о знании, а точнее, учение о способах приобретения человеком (познающим субъектом) знания об объекте познания, в качестве которого могут в самом общем смысле выступать как физические (материальные), так метафизические (идеальные) сущности. Данное разъяснение этимологии слова «гносеология» показывает, что оно являет синонимом выражения «теория познания». Исходными понятиями гносеологии, или теории познания, являются понятия «субъект познания» и «объект познания», которые в теории познания могут допускать самые различные интерпретации. Так, под субъектом познания в философии может пониматься и конкретный человек (индивид), познающий нечто, и различные социальные общности, и все человеческое сообщество в целом, и человек как родовое существо, и некий абсолютный разум, и некое всемогущее существо, т.е. Бог. Однако во всех случаях в той или иной степени речь идет о так называемом трансцендентальном субъекте познания, то есть о таком субъекте, существование всех познавательных способностей которого нельзя фиксировать органами чувств. Слово «трансцендентальный» происходит от латинского слова «transcendens» - выходящий за пределы (чувственного). Речь идет о том, что даже отдельный конкретный человек обладает некоторыми сверхчувственными нефизическими свойствами (умеет мыслить, рассуждать и т.д.). Если теперь учесть, что в философской традиции, восходящей к Платону, который признавал существование идей и эйдосов как неких сверхчувственных и нефизических, т.е. метафизических сущностей, вследствие чего он по праву считается первооткрывателем мира метафизических сущностей и, таким образом, основоположником метафизики, различаются метафизические и физические сущности, то становится очевидным, что даже конкретный отдельный человек есть существо физико-метафизическое. Как физическое существо он обладает телом, а как метафизическое - способностью мыслить и, таким образом, не лишен трансцендентальных свойств, тем более это справедливо для всех других вышеперечисленных сущностей, рассматриваемых в качестве познающего субъекта.

Теория познания Платона.

Выдающийся идеалист античности Платон проблемам познания посвятил несколько своих произведений и создал свою, платоновскую, теорию познания. Платон утверждал, что наши чувства ни в какой мере не дают нам верного представления или знания о мире. Для объяснения сути своей гносеологии он в своём наибольшем по объёму и по значению произведения "Политика" сочинил такую картинку-миф. Мы, люди, - это узники, заключенные в пещере и прикованы цепями лицом к стене. Позади эти людей находится вход. А за входом движутся люди, животные, тень о которых падает на стену пещеры. Люди в пещере, таким образом, видят только движущиеся тени на стене и принимают эти тени за единый действительных мир. Платон, таким образом, учил, что наши чувства ни в коей мере не дают нам видеть мир таким, каким он есть на самом деле. Истину о мире показывают нам не чувства, а разум. И для объяснения своего понимания места разума в познании истины Платон развивает свой, известный уже нам, миф о душе. Пещера - это тот мир, в котором мы живём и за пределы которого выбраться не можем. Цепи - это наши органы чувств, а стена, как видно из продолжения мифа, - это наш объект видение мира. Зарождение и многообразие взглядов на познание. Платон учит, что все мы можем выйти из «пещеры» к свету идей, поскольку способность видеть свет духовного Солнца (то есть созерцать истину и мыслить) есть в каждом, но, к сожалению, мы смотрим не в том направлении. Однако прекрасное, которое ищет Платон, не есть все лишь кажущееся. «Мы исследовали то, - поясняет Платон, - чем прекрасны все прекрасные предметы, подобно тому, что великое велико своим превосходством».

Каждому классу одноименных вещей чувственного мира соответствует в мире вещей, постигаемых умом, некая вечная, не возникающая и не погибающая, безотносительная причина того, что делает вещь именно вещью этого и никакого другого класса. Указать эту причину - значит указать в противоположность явлению истинную сущность вещи. Исходной греческой концепцией было то, что познание — это восприятие. Вещи можно познать только посредством контакта с ними при помощи чувств. Платон эту концепцию отверг. Его отрицание явилось следствием теории идей, поскольку в соответствии с ней познание должно охватывать идеи, так как чувственное ощущение ничего не дает для познания идей. Если, в целом, и можно познать идеи, то только мыслью, а не чувствами. «Вещи можно видеть, но нельзя о них мыслить, а об идеях можно мыслить, но нельзя их видеть». Подобно тому как существуют два типа бытия: идеи и вещи, также существуют и два рода познания — разумное и чувственное. Платон не только считал разумное знание независимым от чувственного, но и более высоким, чем чувственное. От истинного познания он требовал двух условий: чтобы оно касалось самого бытия и чтобы было независимым. Этим двум условиям полностью отвечает разумное знание, поскольку чувственное знание касается лишь явлений и подвержено постоянным заблуждениям. Чувственное познание — скорее домысел, чем познание. Если точно придерживаться определения познания, то получается, что, собственно говоря, не существует двух родов познания, а есть лишь один его род: рациональное познание идеи; все остальное — вымысел Разумное и чувственное познание становятся у Платона уровнями познания . Теория познания, ранее трактуемая греками вне теории бытия, у Платона заняла равнозначное ей место. Однако эта соотнесенность бытия и познания неполна. Платон пришел к убеждению, что чувства не только не постигают идеи, но также недостаточны и для познания вещей. С ними должна сотрудничать мысль. Действительно, для того чтобы познать вещи, необходимо их видеть, слышать или касаться их. Но некоторые ощущения, например ощущение форм, призывают, как говорил Платон, на помощь мысль.

В онтологии Платона выделяются два мира сущностей: подлинный мир метафизических сущностей (идеи и эйдосы) и неподлинный мир физических вещей, которые являются несовершенными подобиями эйдосов и идей. Поэтому свое учение о физическом мире Платон скромно называет всего лишь учением о «правдоподобном мире». В соответствии с этими онтологическими представлениями чувства человека, по Платону, не могут быть источником знания, чувственное знание - это знание «по законам правдоподобия», это «забава». Платон критикует представление, согласно которому люди приходят к идее равного, наблюдая в жизни равные физические предметы. Но, возражает Платон, в природе ничего равного нет. Равное в ней лишь мнится нам, кажется таковым. А чтобы нечто могло так мнится, мы должны иметь идею равенства. Платон утверждает, что мы непременно должны знать равное само по себе еще до того, как впервые увидим равные предметы. Поэтому предшествование рационального познания чувственному он объясняет тем, что некогда души людей находились в метафизическом мире идей и эйдосов, непосредственно умозрительно созерцали их, а потом, переселившись в тела людей, забыли об этом, хотя и содержат в себе потенциально знания о метафизическом мире. Для того чтобы актуализировать эти знания, людям нужно извлечь их из глубин своей души через процедуру анамнезиса, т.е. припоминания или воспоминания, которую приводит в действие чувственное созерцание физических вещей, являющихся несовершенными аналогами своих метафизических двойников. Таким образом, онтология философии Платона в гносеологии обусловливает принцип припоминания (анамнезиса), в качестве основы его теории познания.

2. Учение Платона  о мире идей и вещей.

Основная часть философии Платона, давшая название целому направлению философии -- это учение об идеях (эйдосах), о существовании двух миров: мира идей (эйдосов) и мира вещей, или форм. Идеи (эйдосы) являются прообразами вещей, их истоками. Идеи (эйдосы) лежат в основе всего множества вещей, образованных из бесформенной материи. Идеи -- источник всего, сама же материя ничего не может породить. Мир идей (эйдосов) существует вне времени и пространства. В этом мире есть определенная иерархия, на вершине которой стоит идея Блага, из которой проистекают все остальные. Благо тождественно абсолютной Красоте, но в то же время это Начало всех начал и Творец Вселенной. В мифе о пещере Благо изображается как Солнце, идеи символизируются теми существами и предметами, которые проходят перед пещерой, а сама пещера -- образ материального мира с его иллюзиями. Идея (эйдос) любой вещи или существа -- это самое глубокое, сокровенное и существенное в нем. У человека роль идеи выполняет его бессмертная душа. Идеи (эйдосы) обладают качествами постоянства, единства и чистоты, а вещи -- изменчивости, множественности и искаженности. Душа человека представляется у Платона в образе колесницы с всадником и двумя лошадьми, белой и черной. Возница символизирует разумное начало в человеке, а кони: белый -- благородные, высшие качества души, черный -- страсти, желания и инстинктивное начало. Когда человек пребывает в ином мире, он (возница) получает возможность вместе с богами созерцать вечные истины. Когда же человек вновь рождается в мире материальном, то знание этих истин остается в его душе как воспоминание. Поэтому, согласно философии Платона, единственный для человека способ знать -- это припоминать, находить в вещах чувственного мира «отблески» идей. Когда же человеку удается увидеть следы идей -- через красоту, любовь или справедливые дела -- то, по словам Платона, крылья души, когда-то утерянные ею, вновь начинают расти.  

Если теперь учесть, что в философской традиции, восходящей к Платону, который признавал существование идей и эйдосов как неких сверхчувственных и нефизических, т.е. метафизических сущностей, вследствие чего он по праву считается первооткрывателем мира метафизических сущностей и, таким образом, основоположником метафизики, различаются метафизические и физические сущности, то становится очевидным, что даже конкретный отдельный человек есть существо физико-метафизическое. Как физическое существо он обладает телом, а как метафизическое – способностью мыслить и, таким образом, не лишен трансцендентальных свойств, тем более это справедливо для всех других вышеперечисленных сущностей, рассматриваемых в качестве познающего субъекта.[10] 

Теория «идей», или «форм» является частично логической и частично метафизической. Логическая часть ее имеет дело со значением общих слов. Имеется много отдельных животных, о которых мы можем точно сказать: «Это кошка». Что мы подразумеваем под словом «кошка»? Очевидно, нечто отличное от каждой отдельной кошки. По-видимому, какое-либо животное является кошкой потому, что оно разделяет общую природу, свойственную всем кошкам. Язык не может обойтись без таких общих слов, как «кошка», и такие слова, очевидно, не являются бессмысленными. Но если слово «кошка» означает что-либо, то оно означает что-то, не являющееся той или этой кошкой, а представляющее собой нечто в роде универсальной кошачности (cattness). Она не родилась, когда родилась отдельная кошка, и не умрет вместе со смертью отдельной кошки. На самом деле она не имеет места в пространстве или времени: она «вечна». Это логическая часть теории. Аргументы в ее пользу, независимо от того, являются они, в конце концов, безусловно верными или нет, сильны и совершенно независимы от метафизической части этой теории.

Согласно метафизической части этой теории, слово «кошка» означает некоторую идеальную кошку, Кошку, созданную Богом и единственную в своем роде. Отдельные кошки разделяют природу Кошки, но более или менее несовершенно. Только благодаря этому несовершенству может быть много кошек. Идеальная Кошка реальна; отдельные кошки являются лишь кажущимися.

В последней книге «Государства» в качестве вступления к осуждению живописцев имеется весьма ясное изложение теории идей или форм.

Здесь Платон объясняет, что когда ряд индивидов имеет общее название, они имеют также общую «идею» или «форму». Например, хотя может быть много кроватей, существует лишь одна «идея», или «форма», кровати. Точно так же как отражение кровати в зеркале является лишь кажущимся, но не «реальным», так и разные отдельные кровати нереальны, являясь лишь копиями «идеи», которая представляет собой одну реальную кровать и создана Богом. Об этой одной кровати, созданной Богом, возможно знание, но в отношении многих кроватей, сделанных плотниками, может быть лишь мнение. Философа как такового будет интересовать лишь одна идеальная кровать, а не многие кровати, обнаруживаемые в чувственном мире. Он будет испытывать некоторое равнодушие к обыкновенным мирским делам. «Если ему свойственны возвышенные помыслы и охват мысленным взором целокупного времени и бытия, думаешь ли ты, что для такого человека много значит человеческая жизнь?». Рассел Б. История западной философии. - с. 170

Платон пытается объяснить различие между ясным интеллектуальным созерцанием и неясным созерцанием чувственного восприятия посредством аналогии со зрительным ощущением. Зрение, говорит он, отличается от других чувств, поскольку оно требует наличия не только глаза и объекта, но также света. Мы видим ясно те предметы, которые освещает солнце, в сумерки мы видим неясно, а в полной темноте не видим ничего. Итак, мир идей - это то, что мы видим, когда предмет освещен солнцем, тогда как мир преходящих вещей - это неясный, сумеречный мир. Глаз подобен душе, а солнце, как источник света, - истине или благу. «...Так вот, то, что придает познаваемым вещам истинность, а человека наделяет способностью познавать, это ты и считай идеей блага - причиной знания и познаваемости истины».

В понятии об идеи у Платона сочетается то, что делает «идею»: 1) причиной, или источником бытия вещей, их свойств и их отношений; 2) образцом, взирая на который Демиург творит мир вещей; 3) цель, к которой как к верховному благу стремится все существующее.

У самого Платона на первом плане стоит антологическое и телеологическое значение слова «идея». Но так как, по убеждению Платона, различию видов бытия строго соответствует различие видов познания «идее», т. е. истинно сущему бытию, соответствует понятие об этом бытии. Исследование «идеи» есть созерцание умом самих сущностей, а не одних лишь теней сущностей.

Итак, «идеи» Платона - зримые умом фигуры, или формы, вещей. Но сказать, что у Платона «идеи» - формы, еще совершенно недостаточно. «Идеи» - не только сами по себе существующие формы. Платон наделяет их целым рядом важных свойств - объективность бытия «идеи», ее безотносительности, независимости от всех чувственных определений, от всех условий и ограничений пространства, времени и т. д. «Идея» противопоставляется у Платона всем ее чувственным аналогам, подобиям и отображениям в мире вещей, воспринимаемых нами посредством чувств. Чувственные вещи необходимо изменчивы и преходящи, в них нет ничего прочного, устойчивого, тождественного, постоянного.

Напротив, «идея» прекрасного, т. е. прекрасна сама по себе, истинно-сущее прекрасное, не подлежит - так утверждает Платон - никакому изменению или превращению, идея эта совершенно тождественна самой себе и есть сама сущность.

Платон характеризует сущность прекрасного, как безобразную, бесформенную. По разъяснению Платона, местопребывания «идеи» - не чувственно зримые, а «наднебесные места». Эти места «занимает бесцветная, бесформенная, неосязаемая сущность, подлинно существующая, зримая лишь кормчему души - разуму».

Только несовершенство нашего способа мышления, только привычка к чувственному восприятию внушает нам, по Платону, ошибочное представление, будто «идеи» находятся в каком-то пространстве подобно чувственным вещам, которые представляются нам как обособленные друг от друга. Согласно утверждению Платона, источник этой иллюзии - материя. Под «материей» Платон понимает, собственно говоря, не вещество, а постигаемый каким-то «незаконным рассуждением» род пространства, причину обособления единичных вещей чувственного мира. Взирая на этот род пространства, «мы точно грезим и полагаем, будто все существующее должно неизбежно должно находиться в каком-то месте и занимать какое-нибудь пространство, а то, что не находится на земле, ни на небе, то не существует». Асмус В. Платон. - стр. 51

Форма, какой является «идея», по Платону, не чувственная. Только в несобственном, чрезвычайно неточном смысле к «идеям» Платона могут быть прилагаемы определения пространства, времени и числа. В отношении «идеи» они лишь метафоры, употребления. В строгом смысле слова «идеи», как их понимает Платон, запредельны по отношению к чувственному миру.

Учение Платона есть идеализм, так как реально существует не чувственное явление предмета, но лишь его умопостигаемая, бестелесная, не воспринимаемая чувствами сущность. Учение Платона об «идеях» - учение идеализма объективного

Познание как припоминание

В платоновском понятии «припоминания» необходимо разобраться. На первый взгляд может показаться, будто, заговорив о «припоминании», Платон покидает почву трезвого философского исследования и всецело отдается во власть мифотворческой фантазии. Выведенный в «Меноне» Сократ предлагает рабу, никогда не изучавшему геометрии, решить задачу удвоение данного квадрата. Посредством искусно поставленных вопросов он наводит раба на правильное решение поставленной перед ним задачи. Из этого факта извлекается философский вывод: «Получается, что в человеке, который не знает чего-нибудь, живут верные мнения насчет того, чего он не знает... Теперь эти мнения зашевелились в нем, словно сны... При этом он все узнает, хотя его будут не учить, а только спрашивать, и знания он найдет в самом себе... А ведь найти знания в самом себе - это и значит припомнить, не так ли. - Конечно. - Значит, то знание, которое у него есть сейчас, он либо когда-то приобрел, либо оно всегда у него было... Если оно всегда у него было, значит, он всегда был знающим, а если он когда-либо приобрел, то уж не как не в нынешней жизни... А если он приобрел их не в нынешней жизни, то разве не ясно, что они появились у него в какие-то другие времена, когда он и выучился... А поскольку в то время, когда он уже человек, и тогда, когда он им еще не был, в нем должны жить истинные мнения, которые, если их разбудить вопросами, становятся знаниями, - не все ли время будет сведущей его душа. Ведь ясно, что он все время либо человек, либо не человек... Так если правда обо всем сущем живет у нас в душе, а сама душа бессмертна, то не следует ли нам смело пускаться в поиски и припоминать то, чего мы сейчас не знаем, то есть не припомним».[15]  
Мифологическая подоснова этого воззрения очевидна. По убеждению Платона, сближающему его с орфиками и пифагорейцами, душа наша бессмертна. До того как оно вселилась на Землю и приняла телесную оболочку, она будто бы созерцала истинно сущее бытие. Она сохранила о нем знание даже под гнетом земных чувственных впечатлений, удаляющих от постижения истинно сущего.  
Воззрение это, конечно, миф идеалиста или мистика. Но в оболочке этого мифа выражено и философское содержание. Это мысль о связи всех знаний, которая отражает всеобщую связь всех вещей: «Раз все в природе друг другу родственно, а душа все познала, ничто не мешает тому, кто вспомнил что-нибудь одно, - люди называют это познанием, - самому найти и все остальное, если он будет мужествен и неутомим в поисках...»[16] 

Идея блага

Царство «идей» Платона не просто множество, или сумма, или набор сущностей. Это «упорядоченное» множество, или система. Не входя в подробности своего воззрения, Платон поясняет, что в системе «идей» имеются «идеи» высшие и низшие. Так одной из высших в системе «идей» оказывается, по Платону, наряду с «идеей» истины идея «прекрасного». Но наивысшая, по Платону, «идея есть не идея истины и не идея прекрасного, а идея блага».

  Учение  Платона  об  «идее»  блага  как  о  высшей  «идее»   чрезвычайно

существенно  для  всей  системы  его  мировоззрения.  Это  учение   сообщает

философии Платона характер не  просто  объективного  идеализма,  но  так  же идеализма телеологического. (Телеология – учение о  целесообразности.)  Т.к. по Платону над всем  главенствует  «идея»  блага, это  значит,  что  порядок, господствующий в мире,  есть  порядок  целесообразный:  все  направляется  к благой цели.  Т.к. критерий всякого относительного  блага  –  благо  безусловное,  то наивысшее из всех учений философии  –  учение  об  «идее»  блага.  Лишь  при руководстве «идеей» блага справедливое становится пригодным и полезным.  Без «идеи»  блага  все  человеческие  знания,  даже  наиболее  полные,  были  бы совершенно бесполезны.

Учение Платона об «идее» блага как высшей «идее» чрезвычайно существенно для всей системы его мировоззрения. Оно сообщает философии Платона характер не просто объективного идеализма, но вместе с тем идеализма теологического. Именно «идея» блага стягивает все множество идей в некоторое единство. Это единство цели. Порядок, господствующий в мире, есть порядок целесообразный: все направляется к благой цели. Всякое временное и относительное существование имеет целью некое объективное бытие; будучи целью, оно есть вместе с тем благо. Это бытие и есть сущность всех вещей, подверженных генезису, их образец.  
Все вещи стремятся достигнуть блага, хотя - в качестве чувственных вещей - не способны его достигнуть. Так, для живых существ верховная цель - счастье. Но счастье, как разъясняет в ряде диалогов Платон, состоит именно в обладании благом. Поэтому всякая душа стремится к благу и все делает ради этого. Но критерии всякого относительного блага - благо безусловное. Поэтому из всех учений философии наивысшее, по Платону, - учение об «идее» блага. Лишь при руководстве «идей» блага справедливое становится пригодным и полезным. Без «идеи» блага все человеческие знания, даже наиболее полные, были бы совершенно бесполезны.  
Платон не только не скрывает, но сам выдвигает и подчеркивает связь своего идеализма, своей теории «идей» с религией, с мистикой. Существование бога необходимо для самого познания «идей». Для нас идеи не постижимы полностью. Зато они, безусловно, постижимы для разума бога. Божественный разум предполагает существование божественной жизни. Бог не только существо живое, он - совершенно благ. Бог есть само благо. Направляя все к благой цели, он создает мир по собственному подобию, т. е. согласно «идее» совершеннейшего живого существа.  
Человек, желая познать благо, стремиться познать бога; желая обладать благом, он стремиться стать причастным сущности бога. Или, как Платон разъясняет в «Законах», бог есть и начало всех вещей, и их середина, и конец. Он - начало, так как от него все происходит; он - середина, так как он - сущность всего, что имеет происхождение; и он - конец, так как все к нему стремиться, как к своей цели.[7]  
В известном смысле Платон отождествил «благо» с разумом. А так как, по Платону, разумность обнаруживается в целесообразности, то «благо» Платон сближает с целесообразным. В свою очередь целесообразность есть соответствие вещи ее «идее». Поэтому постигнуть, в чем «благо» вещи - значит постигнуть «идею» этой вещи. Постигнуть же «идею» - значит, свести все многообразие чувственных, причинно обусловленных явлений «идеи» к их сверхчувственному и целесообразному единству, или закону.