Гендерные конфликты

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Содержание

Введение…………………………………………………………………………...3

1. Я-концепция мужчин и женщин………………………………………………5

2. Половые различия в  преодолении мотивационных кризисов……………...11

3. Поведение в конфликтах  мужчин и женщин………………………………..13

4. Понятие, сущность, виды  конфликтов………………………………………18

5. Различия в коммуникации  между мужчинами и женщинами  как условие возникновения межличностных  конфликтов в организации…………………25

Заключение……………………………………………………………………….29

Список литературы………………………………………………………………31

Приложение………………………………………………………………………32

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Введение

Сегодня никому не надо доказывать, что проблематика, связанная с  изучением конфликтов, имеет право  на существование. Каждому из нас  приходилось сталкиваться с конфликтными ситуациями. Конфликты возникают  практически во всех сферах человеческой деятельности. Важную роль в возникновении и развитии конфликта играют гендерные различия.

Гендерный конфликт существует на разных уровнях социальной действительности, так как порождается дифференциацией гендерных ролей. На макроуровне взаимодействия социальных субъектов гендерный конфликт представляет собой социальный конфликт, где социальные группы людей (мужчин и женщин) реализуют собственные цели в соответствии с собственными убеждениями и интересами. На уровне межличностных отношений гендерные конфликты наиболее распространены в семейной и профессиональной сферах. На внутриличностном уровне (интраиндивидуальном) можно говорить об особых конфликтах, связанных с внутренним самочувствием и состоянием индивида по поводу его гендерной идентичности и исполнения гендерной роли.

Проблема конфликтных взаимодействий привлекает пристальное внимание ученых и находит отражение в целом ряде работ отечественных и зарубежных психологов (Н.В. Гришина, А.И. Донцов, А.А. Ершов, Л.А. Петровская, К. Левин, Г. Зиммель и др.), в которых в настоящее время достаточно подробно изучена тема противоречий и кризисов в межличностных конфликтах (Л.А. Петровская, 3. Фрейд, К. Хорни и др.). Как правило, большинство авторов либо рассматривают конфликты широко, как психологический, социологический феномен, либо посвящены таким узким темам, как конфликты в педагогической деятельности (С.М. Сулейменова, Л.И. Смирнова и др.), семейной сфере (А.И. Тащева, В.Е. Резников и др.), в системе государственной службы (М.П. Крапивин, Е.Г. Баранов, Д.Л. Моисеев и др.), некоторые работы посвящены конфликтам в сфере управленческой деятельности (В.Г. Грызунова, О.И. Денисов), а также в производственных коллективах (Н.В. Гришина, Л.И. Грина и др.).

Цель нашей  работы: рассмотреть различия в коммуникации между мужчинами и женщинами как условие возникновения межличностных конфликтов в организации.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

1. Я-концепция мужчин и женщин

Связанные с полом  модели поведения часто является причиной конфликтов на базе взаимного непонимания, расхождения интересов, ценностей  и подходов к разрешению возникающих  проблем.

Согласно концепции В. А. Геодакяна, дифференциация полов есть средство, с помощью которого природа обеспечивает выживаемость биологических систем. Система делится на две части: одна (мужской пол) должна обеспечивать изменчивость генофонда, необходимую для эволюции системы и ее приспособления к изменениям внешней среды, другая (женский пол) — сохранение

Поэтому мужская часть  популяции отличается от женской большим разнообразием по любому параметру, большей степенью отклонений от средних величин (так, среди мужчин больше великанов и карликов, чем среди женщин). На мужских особях природа экспериментирует. Результаты экспериментов могут быть удачными или нет, а то, что оказывается полезным, закрепляется в организме самок. Поскольку именно они должны самое лучшее передать потомству, природа снабжает их повышенной степенью надежности и выживаемости. У человека это проявляется как на физическом, так и на психологическом уровне.

Женщина должна выполнить сложную программу вынашивания и рождения потомства, поэтому ее организм более устойчив и обладает большей сопротивляемостью неблагоприятным воздействиям. У новорожденной девочки при наличии каких-то нарушений гораздо больше шансов выжить, чем у мальчика. Как бы учитывая это, природа обеспечивает рождение 105 мальчиков на 100 девочек, но данное соотношение радикально меняется с возрастом, причем чем дальше, тем больше в сторону уменьшения числа мужчин в сравнении с числом женщин. Женщины живут дольше, меньше подвержены серьезным заболеваниям (физическим и психическим), в тяжелой форме такие заболевания гораздо чаще встречаются у мужчин. 50 тысяч американцев перешагнули 100-летний рубеж; 48 тысяч из них — женщины.

Стабильность женского организма  проявляется на уровне физиологических  функций — например, в том, что  у женщин более постоянен состав желудочного сока, чем у мужчин. Истинных (физиологически, гормонально обусловленных) представителей сексуальных меньшинств среди мужчин 5 на тысячу, а среди женщин — 3 на тысячу.

 На психологическом уровне свойственная женщинам стабильность выражается в том, что в сравнении с мужчинами им свойственны более выраженная консервативность, терпение, способность к выполнению монотонной работы.

Большое значение в формировании гендерного поведения женщины имеет то, что она должна быть способна уловить нюансы благополучия и неблагополучия маленького ребенка. Как показывают исследования, для психического здоровья будущего взрослого чрезвычайно важно, чтобы мать обеспечила ему в раннем детстве безусловную любовь. Вероятно, во многом именно с этим связана эмоциональная чувствительность, отзывчивость, конформность, потребность в эмоциональной близости у женщин. По многочисленным данным, мужчины в большей мере и в течение большего времени испытывают психическое и физическое благополучие по сравнению с женщинами, у которых реже бывает все в порядке.

Мужчины чаще находятся на крайних полюсах, а женщины тяготеют к средней выраженности различных свойств. Например, в качестве одного из ответов на извечный вопрос о том, кто умнее, можно привести данные исследований: среди мужчин больше как гениев, высокоодаренных, так и умственно отсталых. Женщины находятся в средней зоне, и различия между ними не столь значимы.

Из обобщения экспериментальных  исследований отечественных и зарубежных ученых И. С. Кон делает вывод, что  мужской Я-образ содержит преимущественно информацию о значимости Я в трудовых, деловых, спортивных и сексуальных сферах [3]. Молодые женщины в Я-образе отражают преимущественно то, насколько они внешне привлекательны. Молодые мужчины склонны переоценивать свои качества, будь то положение в группе или личные способности. Женские самооценки обычно скромны и реалистичны. С точки зрения И. С. Кона, завышенные самооценки помогают мужчинам соответствовать стереотипам маскулинности [3].

Исследование Т. В. Андреевой посвящено изучению самооценки интересов и активности мужчин и женщин через несколько лет после окончания вуза. Косвенно эти данные позволяют судить об особенностях Я-концепции молодых мужчин и женщин. Так, на основании выделенных в исследовании основных типов направленности интересов в различных сферах деятельности можно сделать следующие выводы[1]:

•  У мужчин Я-концепция отмечается большей направленностью на самоактуализацию в творчестве, а Я-образ моделирует и осознает себя преимущественно в сферах: «работа», «любовь», «познание», с некоторым игнорированием Я-образа, связанного с семейными ролями.

•  У женщин Я-концепция, наряду с «мужскими» типами направленности самоактуализации (познание, творчество), содержит и специфические женские модели Я-образа, связанные с семьей, любовью, материально обеспеченной жизнью. Интересно и то, что для многих женщин такой «саморазвивающий прогноз» совпадал с их реальным Я-образом. Это объяснялось тем, что женщины-архитекторы с идеальным Я-образом, в котором акцентировалась семейная роль, часто работали не по основной профессии, но находили работу на неполный день (ведение кружков или научная работа), с тем чтобы иметь возможность заниматься семьей и детьми.

Вывод Т. В. Андреевой  о том, что молодые мужчины с направленностью на творчество имеют более сбалансированные приоритеты, дает основание предположить, что и Я-концепция мужчин (возможно, не только творчески ориентированных) более сбалансирована, тогда как у большинства женщин (не только творческих профессий) в Я-концепции преобладает семейная направленность [1]. В связи с этим Я-концепция наиболее творчески активных женщин менее сбалансирована и более динамична.

Н. Н. Обозов на основе исследований ряда авторов подчеркивает следующие психологические различия между мужчинами и женщинами [5]:

Существуют различия между  полами по отношению к похвале и вознаграждению. Женщина, даже если она понимает, что работа сделана хорошо, все равно испытывает потребность в том, чтобы работа была отмечена окружающими людьми. Мужчины также любят получать вознаграждения за свой труд, но если мужчина уверен, что он сделал хорошую работу, то он будет иметь высокое мнение о себе даже в том случае, если его работа не признается окружающими. Мужчины более независимы в самооценке от мнения окружающих.

Я-концепция женщин более  индивидуализирована, в отличие от мужской — более социализированной. Женщины больше, чем мужчины, нуждаются в интимности и доверительности отношений с конкретным человеком. Это позволяет считать, что Я-концепция женщин более индивидуализирована, в отличие от мужской — более социализированной. Если реальный Я-образ женщины достаточно далек от идеальной модели Я-образа (например, женщина не имеет доверительных личных отношений), то она чувствует свою ущемленность больше, чем мужчина. Кроме того, женщины чаще используют психологические защиты (стабилизирующие Я-концепцию), маскирующие самовосприятие неудовлетворительной реальности. Способность сублимироваться также лучше развита у женщин (например, общение с ребенком), в то время как психологические защиты мужчин более прямолинейны в своей рациональности или иррациональности (например, алкоголизация).

Степень удовлетворенности  своим телесным Я-образом непременно отражается на общей самооценке мужчин и женщин. От этого во многом зависит их самоощущение благополучия и счастья.

Экспериментальным подтверждением этого является исследование Маттес и Хан (1975), проведенное на 211 мужчинах и женщинах — студентах старших курсов университетов [2]. Физическая привлекательность измерялась методом экспертных оценок, а ощущение счастья и самооценка — методом специально организованных самоотчетов.

Выяснилось, что у женщин физическая привлекательность является основанием для ощущения счастья  и высокой самооценки. У мужчин показатели оказались несколько  иными: физическая привлекательность  была прямо связана с ощущением  счастья, в то время как с самооценкой зависимость была обратной.

Для объяснения этих результатов  было выдвинуто предположение, что  физическая привлекательность для  женщин этого возраста является более  значимой, чем для мужчин, поскольку  успешность женщины больше зависит  от ее способности вступать в прочный  союз с мужчиной, в то время как  успешность мужчины определяется его  личными достижениями. Таким образом, в социальном плане привлекательная  женщина может рассчитывать на больший  «выигрыш» от производимого ею впечатления, чем столь же привлекательный  мужчина. Но коль скоро физическая привлекательность  имеет для женщин большее значение, то и коэффициенты корреляции привлекательности  с ощущением счастья, психическим  здоровьем и самооценкой у  них должны быть соответственно выше, чем у мужчин.

Мезоморфное (атлетическое) телосложение — стройный, сильный, мускулистый индивид, ассоциируется  с соматотоническим типом личности, для которого характерны высокий жизненный тонус, любовь к приключениям и риску.

Эктоморфное (астеническое) телосложение — высокий, худой, хрупкий индивид, ассоциируется с церебротоническим типом личности, характерными чертами которого является замкнутость, сдержанность, бережливость, умеренность, пассивность. Образ тела — представление личности о внешности, о степени эстетичности телосложения.

Результаты исследований свидетельствуют также о том, что стереотипу мужественности соответствует  мезоморфный тип, а стереотипу женственности  — эктоморфный. Действительно, мезоморфный тип телосложения считается идеальным типом мужской фигуры и ассоциируется с определенным культурным эталоном.

Эктоморфный тип женской фигуры соответствует идеальному образу женского тела. Это объясняется характерным стереотипным представлением, согласно которому стройность является признаком внешней привлекательности женщины. Поэтому по аналогии легко прийти к заключению, что сексуально-ролевые черты женственности ассоциируются именно с идеальным образом женского тела.

Из всего сказанного вовсе  не следует, что тип телосложения индивида обязательно влияет на формирование его половой самоидентичности. Однако наличие указанного соотношения свидетельствует в пользу предположения о том, что люди реагируют друг на друга в соответствии с устойчивыми стереотипами, что и придает их внешнему поведению черты самореализующегося пророчества. Если внешняя составляющая личности обусловливает первоначально ведущий принцип отношения к человеку, вполне возможно, что такое взаимодействие способствует формированию половой самоидентичности индивида.

Степень удовлетворенности  своим телесным Я-образом непременно отражается на общей самооценке молодых людей. От этого во многом зависит их самоощущение благополучия и счастья. Считается, что физическая привлекательность для женщин этого возраста является более значимой, чем для мужчин, поскольку успешность женщины больше зависит от ее способности вступать в прочный союз с мужчиной, в то время как успешность мужчины определяется его личными достижениями. Таким образом, в социальном плане привлекательная женщина может рассчитывать на больший «выигрыш» от производимого ею впечатления, чем столь же привлекательный мужчина.

 

2. Половые различия  в преодолении мотивационных  кризисов

По мнению Фаррелла и Розенберга, существуют 4 главных пути развития мужчины в среднем возрасте, отражающих его мотивационную направленность[6].

Первый из них — путь трансцендентно-генеративного мужчины, который проходит мотивационный кризис практически незаметно, так как большая часть его желаний и потребностей воплотилась в жизнь. Для такого человека середина жизни может быть временем реализации своих возможностей и достижения новых целей.

Второй путь — это путь псевдоразвитого мужчины, внешне справляющегося со своими проблемами и делающего вид, что все происходящее его удовлетворяет или находится под его контролем. На самом деле он, как правило, чувствует, что потерял направление, зашел в тупик или что ему все осточертело.

Третий путь — мужчина  в кризисе, находящийся в замешательстве. Ему кажется, что весь его мир  рушится. С одной стороны, он не в  состоянии удовлетворять предъявляемым  к нему требованиям, а с другой — его собственные потребности также остаются неудовлетворенными. Для одних мужчин этот кризис может быть временным периодом неудач; для других он может стать началом непрерывного падения.

Четвертый путь — это  путь обездоленного судьбой. Такой человек был несчастлив или отвергаем другими большую часть своей жизни. Обычно он не в состоянии справиться с кризисными проблемами.

Мотивационный кризис в жизни  женщин также отличается своими особенностями. Этот важный переходный период для 33% женщин приходится на постродительский отрезок жизни, когда дети уже выросли.

Анализ структуры мотивационной  сферы женщин среднего возраста показывает изменения в жизненных целях, установках и ценностях, связанных прежде всего с семейным циклом, нежели с предсказуемыми возрастными изменениями, а также с этапами профессионального пути. Это означает, что наступление ключевых событий именно в семейном и профессиональном циклах мотивирует выбор определенного статуса и образа жизни женщин среднего возраста — их основных занятий, радостей и горестей, круга общения.

Так, женщина, которая откладывает  рождение ребенка до 40 лет, часто  делает это для того, чтобы преуспеть  в карьере; и напротив, женщина, рано образовавшая семью и имеющая  выросших, достаточно определившихся, возможно уже вставших на ноги детей, получает значительное количество свободного времени, чтобы заниматься собой, своим самосовершенствованием в личном и профессиональном плане.

Сохранение внешней привлекательности и поддержка физической формы является одной из основных потребностей многих женщин после 40 лет.

Несмотря на то что возрастные изменения не являются столь определяющими в формировании мотивационной структуры женщины, как семья и работа, тем не менее для нее они представляются более значимыми, чем для мужчины. Женщины сильнее, чем мужчины, реагируют на физическое старение. Поэтому сохранение внешней привлекательности и поддержка физической формы также является одной из основных потребностей многих женщин после 40 лет.

В целом разрешение мотивационного кризиса зависит от способности  человека признать собственные заблуждения  относительно сложившихся потребностей и установок, привести к адекватному соотношению свои возможности и желания, найти иные пути достижения поставленных целей.

 

 

3. Поведение в  конфликтах мужчин и женщин

Психологические исследования показали, что не существует «чисто»  мужской или женской личности. Каждая в той или иной мере присутствует в индивиде. Зато существует мужское  и женское поведение, которое  с ранних лет взращивают в ребенке.

Достаточно много моделей поведения закладываются в раннем детстве. И. Таннен, наблюдая за стилями и формами общения мальчиков и девочек, вывела несколько интересных закономерностей, которые можно экстраполировать на поведение взрослых мужчин и женщин. Естественно, это не значит, что абсолютно все мальчики и девочки используют заложенные в детстве программы общения. Различий в стилях общения мальчиков и девочек много. Есть, однако, два основных, из которых вытекают все прочие[2]:

1) Девочки сконцентрированы больше на важности общения, а мальчики на статусе общения.

2) Для девочек важен сам процесс общения, тогда как для мальчиков - его результат. Как следствие, девочки предпочитают избегать тех игр, в которых одна из них может быть лучше другой, и склонны выбирать те, в которых они все на равных. Они с большим удовольствием играют в маленьких группах или с одной лучшей подругой. Ведь именно при таком «камерном» общении можно наладить близкие дружеские отношения, поделиться секретами, обменяться впечатлениями. С раннего детства девочки знают, что если они будут звучать слишком самоуверенно, то не будут пользоваться успехом в своем кругу. Поэтому они учатся говорить таким образом, чтобы сбалансировать собственные интересы с интересами партнеров по общению.

Мальчики обычно играют в  больших группах и не со всеми  обращаются как с равными. Они подчеркивают, а не скрывают свой статус, как девочки. В своих группах они обязательно выделяют одного или нескольких лидеров. Причем все члены группы воспринимают это как должное и с удовольствием выполняют приказы своего вожака. Бывают, естественно, ситуации, когда в группе появляется неформальный лидер, который включается в борьбу за власть, что тоже нормально воспринимается всеми остальными. Фокусируясь на достижении результата, мальчики учатся говорить таким образом, чтобы отстаивать в первую очередь свои интересы. Ожидания же от общения во взрослой среде уже другие. Так уж получилось, что мир мужчин принимает «только свою единственно правильную модель поведения», игнорируя модель поведения женщин.

М. Дейч, исследуя менеджеров-мужчин и менеджеров-женщин, установил несколько закономерностей, как то[2]:

- Женщины-менеджеры чаще  имеют и демонстрируют реактивные, пассивные и неопределенные типы конфликтного поведения.

- Мужчины-руководители обычно  придерживаются активного, реактивного  и потенциально активного типов поведения в конфликтной ситуации.

При этом мужчины-руководители высшего управленческого уровня при разрешении служебных конфликтов чаще прибегают к тактике состязательности, низшего управленческого уровня - к тактике примирения интересов.

Различия в приспособлениях  к изменяющимся условиям конфликтной  ситуации заключаются в том, что  у мужчин-руководителей они менее  выраженные, у женщин-руководителей  более совершенные. Женщины-менеджеры  намного глубже мужчин-менеджеров реагируют  на служебные конфликты, сильнее  и тяжелее переживают социальные, семейные и личные конфликты.

Выявлено, что во всех конфликтных  ситуациях, возникающих в семейном и домашнем кругу, женщины проявляют  больше терпимости и стремления к  компромиссному примирению интересов. У мужчин данная тенденция выражена слабо. В конфликтах мужчины чаще прибегают к инвективной лексике, «крепким» выражениям, ругательствам и нецензурной брани, а женщины скорее готовы заплакать. Однако со временем реакция изменяется и у некоторых женщин-руководителей (особенно у более опытных и старших по возрасту), проявляется та же тенденция, что и у мужчин, - к «крепким» выражениям.

Установлено, что эмоционально-ориентированные  формы с возрастом утрачивают популярность, сохраняя высокую частоту  использования лишь у 10 лиц с ярко выраженной фемининностыо, а проблемно-ориентированные формы конфликтного поведения, напротив, используются чаще, но их применение сильно зависит от рода проблем, с которыми сталкивается субъект. Показано, что не только возраст влияет на выбор той или иной формы противостояния конфликтным ситуациям,- не меньшую роль играет и принадлежность человека к большому и малому социуму - этнической группе и социальному слою, принятие им определенной социальной роли, а также приобретенный социальный опыт.

Обнаружено, что женщины  ожидают и переживают неприятности, связанные с конфликтными ситуациями, значительно чаще, чем мужчины; последние  предпочитают активное воздействие  на проблемно-конфликтные ситуации, тогда как женщины - эмоционально-экспрессивные  формы воздействия; в конфликтных  ситуациях женщины средних лет  и более старшего возраста чаще ориентируются  на поддержку семьи, а не друзей; последнее более характерно для  мужчин и молодых женщин. В процессе конфликта женщины чаще вспоминают прошлые обиды, «старые грехи» и ошибки, допущенные в прошлом. Мужчины же в конфликтной ситуации нечасто вспоминают прошлые промахи, а больше придерживаются проблемы, из-за которой произошел конфликт.

Показано, что при разрешении конфликтов женщины-руководители больше ориентируются на чужое мнение и  прислушиваются к нему, что придает  большую значимость роли посредника в разрешении конфликта с участием женщин.

Мужчины-руководители выбирают посредника по его деловым и статусным  параметрам без учета внешних  данных, а женщины-руководители придают  значение и внешности посредника.

Отмечаются взаимосвязи  между выбираемыми руководителями и персоналом стратегиями конфликтного взаимодействия и половыми, гендерными особенностями. Поведение мужчин-руководителей  в конфликтах во многом зависит от пола оппонента и меняется в зависимости  от него. Женщинам при реализации своих  первоначальных задач свойственна  более выраженная установка на активизацию  других людей, чем мужчинам, которые  в аналогичной ситуации чаще склоняются к более пассивному поведению. Мужчины  более четко рассматривают и  различают конфликтные ситуации, чем женщины, и дифференцируют свое поведение в зависимости от сферы конфликта.

Получены данные о том, что женщины-менеджеры чаще используют личностно-эмоциональную и деловую  сферу разрешения конфликтов, тогда  как мужчины-менеджеры - инструментальную и деловую.

При преодолении конфликтов у мужчин-руководителей более  явно в отличие от женщин-руководителей  выражены конкуренция и особенно компромиссы. У женщин-руководителей - сотрудничество и приспособление. Стратегия избегания (уклонения) используется в одинаковой степени часто и  мужчинами, и женщинами-руководителями.

Склонность личности к  конфликтным взаимодействиям может  быть связана не только с возрастом, определяющим выбор той или иной формы противостояния конфликтным  ситуациям, но и профессиональным стажем, характером профессиональной деятельности, принадлежностью человека к мужской  или женской половой группе, к  большому или малому социуму - этнической группе и социальному слою, принятию им определенной социальной роли, а  также с социальным опытом в целом.

Р.А. Березовская, И.В. Грошев пишут: «Женщины хуже справляются с  эмоциональными проблемами и возникающими трудностями, сильнее переживают семейные и личные конфликты»[2].

Ильин пишет: «Женщины испытывают подавленность, стремятся думать о  возможных причинах своего состояния. Эта реакция приводит к навязчивому  фокусированию на проблеме и увеличивает  уязвимость женщины по отношению  к стресс-фактору. Мужчины наоборот, пытаются отгородиться от депрессивных эмоций, концентрируюсь на чем-то другом, например, осуществляя физическую активность, чтобы таким способ разрядить  возникшее негативное напряжение»[2].

И.В. Грошев тоже выявил, что  мужчины и женщины по-разному  разрешают конфликтные ситуации, возникающие в семейном и домашнем кругу[2]. Женщины проявляют больше терпимости и стремления к компромиссному примирению интересов. Мужчины в этой ситуации чаще прибегают к «крепким» выражениям и ругательствам, а женщины скорее готовы заплакать.

М.А. Круглова, изучая стратегии  поведения при психологической  защите, выявила, что у женщин разрыв между тремя видами стратегии (избегание, агрессия или миролюбие) минимален, в то время как у мужчин наблюдается  либо избегание (стремление уйти от конфликта), либо агрессия. Миролюбие выражено у них значительно меньше чем у женщин[2].

Чуйкова Ю.М. пишет, что при  преодолении конфликтов у мужчины  больше выражены, чем у женщин, соперничество  и особенно компромиссы, а у женщин - приспособление и сотрудничество[2]. Стратегия избегания по ее данным выражена и у мужчин и у женщин одинаково.

Половые различия в производственных конфликтах, по данным И. В. Грошева, выражаются в следующем. Мужчины больше предрасположены  к конфликтам, связанным непосредственно  с трудовой деятельностью. Для женщин характерна тенденция к большей  частоте конфликтов в связи с  их личными потребностями[2].

4. Понятие, сущность, виды конфликтов

В научной литературе само понятие конфликта неоднозначно, и существует множество определений термина «конфликт». Наиболее общий подход состоит в его определении через противоречие как более общее понятие и прежде всего через социальное противоречие[7].

Развитие любого общества представляет сложный процесс, который  совершается на основе зарождения, развертывания и разрешения объективных  противоречий. В этом смысле, можно  сказать, что «вся общественная жизнь  является конфликтом, поскольку она  изменчива. В человеческих обществах  не существует постоянства, поскольку  нет в них ничего устойчивого, поэтому именно в конфликте находится  творческое ядро разных сообществ и  возможность свободы, а также  вызов рациональному овладению  и контролю над социальными проблемами», - так в своей работе «Классовая структура и классовый конфликт»  говорил современный немецкий исследователь  Ральф Дарендорф[7].

В современных исследованиях  конфликта отчетливо проявляются  два основных направления. Первое связано  с деятельностью институтов, изучающих  в основном сами конфликты. Этот подход распространен в Западной Европе. Второе направление связывается  с деятельностью институтов исследований мира, получившего широкое распространение  в США. В принципе, цели этих институтов аналогичны, но достигаются на основе различных методологических подходов. В одних первенствует соображение  о путях достижения победы: «Если  хочешь мира, изучай войну». Специалисты  же институтов исследований мира придают  первое значение проблемам мира и  согласия.