Географические аспекты возникновения средневековых городов Западной Европы

     Введение 

     Средневековый город – специфическое поселение, с особой топографией, со значительным плотным гетерогенным (этническим, социальным, профессиональным) населением, в нем сосредоточены товарообмен  и товарное, преимущественное ремесленное, производство, институты власти, культа и культуры. Кроме того – город  – это образ жизни, со своим  бытом, производственным и общественным укладом, формами общения, своей  субкультурой. Город – это порождение средневековья. Изучали средневековый  город давно и по-разному. В XIX и XX вв. преобладал «генеалогический»  интерес (поиски типа исходного элемента или ядра), во второй половине XX в. –  речь идет о функциях и свойствах  города, его месте в средневековом  обществе. В средние века официально городом считалось поселение, получившее от властей статус города, закрепленный особыми грамотами, имеющее внешние  атрибуты – стены, ров, укрепления, много улиц, жителей, ратушу, собор, церкви, большие здания, порт, рынки, административные учреждения, скопление  властей, уличную толпу. 
 
Существует свыше десятка теорий происхождения средневекового города: романистическая (идея непрерывного развития города от римских времен до нового времени) (О. Тьерри, Ф. Гизо, Ф.К. Савиньи), вотчинная (К.В. Нич («Министериалы и бюргерство в XI-XII вв.» все каролингское государство – огромная вотчина, все основные слои городского населения вышли из вотчинного населения и вотчинных учреждений. Единственный элемент, чуждый вотчине, сыгравший роль в возникновении города, обмен. Он является источником рыночного права); К. Эйхгорн (правда, он считал, что некоторые города возникли из римских городов); гильдейская (Вильде, О. Гирке (основой городских коммун является свободный союз германцев, возникший якобы для защиты интересов своих членов у стен бурга, крепости), иммунитетная (Арнольд), марковая (О. Маурер), рыночная (Р. Зом, Л. Шредер, Кейтген), из сельского прихода (Г. фон Белов), купеческая (А. Пиренн, Ретшель), гарнизонная (Ф. Мэтланд), из объединения предприимчивых людей (Ретиг), ремесленная (Я.А. Левицкий), и их разновидности. Речь идет о типе первичного ядра или первичных элементов города.[1] 
Условно этапы развития городской жизни разделяют: 
1.IV-V вв. – когда города прошли путь своего развития от эмбриона до раннего города с набором новых функций и признаков. Если говорить об этом периоде, то обычно исследователи выделяют следующие черты – развал античной системы, когда варварские завоевания нанесли сокрушительный удар по античным городам. Полностью сохранились лишь полисы Византии. Сотни городов Западной римской империи запустели, аграризировались и служили либо политико-административными централи или/и укрепленными пунктами, либо епископскими резиденциями. Размеры и численность населения городов сократились. В лучшем положении оказались города на побережье морей и рек, благодаря крупной торговле с Востоком. 
2.V-VIII вв. – ранний город. На остальной территории Европы, где не было античных традиций, существовали отдельные очаги цивилизации в виде ремесленных и торгово-ремесленных поселений, крепостей и коллективных убежищ, а также ранних городов. Многие города возникли на месте римских городов (Кельн, Страсбург, Майнц, Трир, Регенсбург, Аугсбург, Вена, Париж, Лион, Тулуза, Милан, Неаполь, Лондон, Йорк и др.), но это уже не античные города. Ранний город был политическим центром, другой его разновидностью были торговые эмпории, они возникали в пунктах пересечения торговых путей, неподалеку от культовых центров и резиденций правителей. В VIII в. крупные ранние города образовали обширное «торговое полукольцо» - от Северной Франции, Фландрии, Балтики, вдоль Днепра и Волги. В раннем городе был марковой строй управления, но иногда и особое социально-политическое устройство, ремесленники выполняли работу на заказ, но могли и на внешний сбыт. Город имел аграрный отпечаток. Многие ранние города просуществовали недолго. Например, Хамвих, на месте которого (или рядом с ним) возник Винчестер, Бирка – Сигтуна – Стокгольм, старый Любек исчез и рядом с ним появился новый Любек, но могли и сохраниться и далее. В этот период времени города превращаются в опорные пункты нарождающегося государства; церковной организации и общественной элиты. На развитие городов повлияли – а. развитие феодальных монархий, завершение христианизации, сложились основные классы – сословия – феодалы и крестьяне; б. процесс отделение ремесла от с/х; в. рост производительности с/х, которое могло теперь прокормить и тех, кто сельским трудом не занимался.

3.IX-XIII вв. – появление собственно средневекового  города. Города возникают повсеместно  – около замков, крепостей, при  крупных светских вотчинах, монастырях, у речных переправ, около мостов, при перекрестках дорог, корабельных  стоянок, промысловых стойбищ,  приречных холмах, посреди плодородных  ополий, рыбных угодий, т.е. там,  где были благоприятные условия  для торговли и ремесла, для  безопасного проживания тех, кто  не связан с с/х. IX-X вв. – время  массовой урбанизации, которая  завершилась к концу XII-XIII вв. Но  города росли и развивались  в отдельных областях тоже  неравномерно. Раньше на юге, позднее  на севере. К X в. средневековые  города как социально-экономические  центры сложились в Италии (Генуя,  Флоренция, Риальто); в X-XI в. –  в Южной Франции (Марсель, Тулуза, Арль, Нарбонна, Монпелье), появились  пиренейские города (Валенсия, Барселона,  Коимбра (здесь росту городов  способствовали арабы); в X-XII вв. –  по Днестру и Дунаю, в Северной  Франции, Нидерландах, Англии, Германии (Рейнские); в XII-XIV в. – на северных  окраинах и внутренних областях  Зарейнской Германии, Скандинавии,  Ирландии, Венгрии. Здесь города  вырастали из рыночных, торгово-ремесленных  местечек, бывших племенных центров,  укрепленных бургов. Распределение  городов по территории Европы  тоже было неравномерно. Много  – в Северной и Средней Италии, Северной Франции, Фландрии, Брабанте, по Рейну. На Маасе к IX в. располагались через каждые 15-20 км. В целом плотность размещения городов такова, чтобы сельчанин мог добраться до города в течение одного дня и вернуться обратно.

4. XIV-XV вв. – следующий этап в развитии  города. Новые города почти не  возникают. Город развивается  сам и влияет на общество, изменяя  феодальную округу. 

     Географические  аспекты возникновения  средневековых городов  Западной Европы.

     Возникновение города — феномен эпохи развитого  феодализма. Действительно, если в раннее средневековье в Европе насчитывалось  всего несколько десятков (в лучшем случае — несколько сотен) более  или менее крупных поселений  городского, а точнее — догородского типа, то к концу XV в. на территории континента существовало приблизительно до 10 тыс. различных городов. Средневековый  город возник в результате процесса отделения ремесла от земледелия. Мы здесь не будем останавливаться  на всех сторонах этой проблемы, а рассмотрим лишь ее географический аспект.

     Часть средневековых городов была территориально связана с прежними римскими городами; это относится к итальянским, французским, испанским, частично английским и германским городам. Мотивы выбора их месторасположения были самыми разнообразными: здесь играли роль географические факторы (например, многие североитальянские  города — Верона, Бреша, Виченца  и др. — возникали в тех местах, где горные долины сливались с  равниной; другие — в удобных  местах морского побережья или вдоль  рек — Неаполь, Павия и т. д.), военные соображения (так возникло большинство римских центров  Рейнской Германии и Северо-Восточной  Галлии); многие города основывались на местах прежних поселений завоеванных Римом племен (Нант — нам-неты, Анжер — адекавы, Пуатье — пиктоны, Отен — эдуи и т. д.).

     Однако  приуроченность средневекового города к месту расположения прежнего римского центра была далеко не всегда прямой. Многие римские города, процветавшие в античную эпоху, позже пришли в упадок, а  то и вообще прекратили существование; наоборот, немало незначительных поселений  античности в средние века превратились в крупные городские центры. Нередко  средневековый город вырастал не на месте римского поселения, а по соседству с ним или даже на некотором расстоянии от него.

     Такова, например, была судьба Сент-Олбани (римский  Веруламиум) в Англии, французских  Отена, Клермон-Феррана, Бокера, Меца, Вердена, Нар-бонны и многих других городов. Даже в самой Италии средневековые  города иногда не совпадали территориально с античными (Равенна, например). В  некоторых случаях и само имя  римского центра в средневековье  менялось на новое — Лютеция превратилась в Париж, Аргентората — в Страсбург, Аугустобона стала Труа и пр.[2]

     В основе этих топографических сдвигов  лежали, как правило, политические события  переходной от античности эпохи, погромы  и разрушения варварских завоеваний. Но, пожалуй еще важнее то, что  города потеряли свою прежнюю экономическую  роль и приобрели новые функции, став церковно-монастырскими центрами, резиденциями крупных магнатов и  королей и т. д.; это не могло  не сказаться на их топографии.

     Поэтому, даже сохранив территориальную связь  с городом римской эпохи, поселения  раннего средневековья фактически перестали быть городами. Так, в каролингскую эпоху во Франции наибольший вес  и значение имели города — резиденции архиепископов (Лион, Реймс, Тур и  др.); из 120 городов Германии в XI в. 40 были епископскими, 20 располагались вблизи крупных монастырей, а остальные 60 являлись центрами крупных феодальных владений (в том числе 12 из них — королевские резиденции).

     Процесс возникновения феодального города как центра ремесла и торговли в массе ведет свое начало с  эпохи развитого средневековья, хотя в некоторых местах города возникают  на несколько столетий раньше —  это средиземноморские порты  Амальфи, Гаэта, Бари, Генуя, Венеция, Палермо, Марсель и некоторые другие, удачно использовавшие в IX-X вв. ослабление арабского  и византийского влияния в  южном торговом регионе. Поднимаются  и некоторые торгово-ремесленные  центры, не связанные с морской  торговлей; таким городом в X в. в  Северной Италии стала Павия, расположенная  у впадения Тичино в По и на перекрестке  путей из Альп в Апеннины; немалую  роль в ее подъеме сыграло и  то обстоятельство, что она была традиционной столицей Лангобардского королевства. Крупным городом была Равенна — центр византийского  господства в Италии.[3]

     В XI-XII вв. создаются и получают определенные политические права города Северо-Восточной  Франции, Рейнской Германии, Фландрии, Центральной, Восточной и Южной  Англии, Средней и Северной Италии; несколько позже возникают города в остальных областях континента. В Германии, например (позже —  Империи), территориальная картина  возникновения городов выглядела  следующим образом. До XIII в. почти  все города страны были расположены  к западу от Эльбы и по Верхнему Дунаю, практически не пересекая  линию Любек — Вена. Основная масса городов, возникших в XIII в., находилась уже в междуречье Эльбы  и Одера; отдельные группы их концентрировались  в Северной Чехии, Силезии, в верховьях  и в нижнем течении Вислы. И  только в XIV в. города заполнили почти  всю территорию Центральной Европы, к западу от линии Кенигсберг —  Краков. В XV столетии между Эльбой и  Вислой основывались лишь отдельные  города (в общей сложности несколько  десятков), подавляющая масса их к этому времени уже существовала. В других странах этот процесс  завершился еще раньше: в Англии, например, абсолютное большинство средневековых городских центров известно с XIII в.

     Когда города возникали на месте прежних  деревень, это часто отражалось на их названиях; такими городами в Германии были города с «сельскими» окончаниями  на «инген», «хайм», «дорф», «хаузен» (Тюбинген, Вальдорф, Мюльхаузен и т. д.). Факторы, способствовавшие превращению прежнего поселения в город или возникновению  нового городского центра, были самыми разнообразными.. Здесь могли играть роль и военно-политические обстоятельства (потребность в крепости, покровительство  со стороны местного сеньора), и социально-экономические  мотивы, (например, существование традиционного  рынка, перевалочного пункта товаров  и т. п.).

     Большую роль в. процессе возникновения средневекового города сыграли географические моменты: удобный рельеф, реки, пересечение  сухопутных дорог; морские заливы нередко  не просто способствовали превращению  догородского поселения в город, но и играли в этом чрезвычайно  важную роль. Выше уже говорилось об исключительно благоприятном расположении Павии; подобные же Обстоятельства сыграли  роль в подъеме Милана, Франкфурта-на-Майне, Булони, Ковентри, шампанских и многих других городов.

     Интересные  данные о роли географических факторов в возникновении ранних городов  дает топонимика. Так, о связи начального поселения с мостом, переездом, бродом говорят многочисленные названия на «бридж», «брюк», «понт», «фурт» и т. д.: Кембридж, Понтауз, Франкфурт, Оксфорд, Инсбрук, Брюгге, Саарбрюкен и т. п. Города с названиями типа Брунсвик, как  правило, были связаны с морским  побережьем или реками: элемент «вик», «вич» в скандинавских топонимах  означает залив, бухту, устье.

     Расположение  города определяли и многие другие факторы, например наличие рынка  в самом поселении или поблизости от него, существование укрепленного места, где могли бы укрыться жители в случае военной угрозы, близость торговых маршрутов и удобства путей сообщения, политическая обстановка в области, отношения с местным феодалом и т. д. Как показывает история крупнейших городских центров средневековой Европы, в их подъеме сыграло роль именно сочетание многих благоприятных факторов, включая, конечно, удобство месторасположения.

     Топография  средневековых городов была чрезвычайно  разнообразной и отражала особенности  возникновения, расположения и развития каждого из них. Вместе с тем любой  из городов обладал элементами, общими для всех: это рынок, кафедральный собор, укрепленный центр (бург, сите, замок), дворцы-крепости живущих в  городе крупных магнатов, здание органов  городского управления (ратуша, синьория и т. п.) и, наконец, городские стены, часто по мере роста города опоясывающие его несколько раз.

     Внутри  этих стен город представлял собой  причудливую путаницу узеньких улочек и переулков, хаотически разбросанных зданий, расположенных без всякой системы. За городскими стенами находились пригородные ремесленные посады и села, огороды и пахотные участки  горожан, общие луга, леса и выпасы; впрочем, нередко разные виды этих угодий включались и в городские стены.[3]

     Систематизация  средневековых городов в зависимости  от их топографии практически невозможна из-за их многообразия; однако некоторые  типы и принципы построения города представить все-таки можно.

     В Италии часть городов сохранила  в средневековье не только античное ядро, но даже и его наиболее крупные  строения (например, Рим, Верона); в некоторых  случаях бросается в глаза  совпадение планировки отдельных районов  города, вплоть до буквального совпадения ряда кварталов и улиц (Турин, Пьяченца, Верона, Павия). Конечно, средневековый  город выходил за пределы городской  черты античности, но он разрастался  именно вокруг прежнего римского ядра — арены, форума, остатков городских стен, и новые здания нередко возводились на месте, расчищаемом от старых, и даже из старого материала.

     Уже к XIII в. основная масса итальянских  городов полностью приобрела  средневековый облик; от римской  древности сохранились, да и то далеко не везде, лишь отдельные базилики. В дальнейшем возводились новые  пояса стен, площадь города расширялась, но в целом его планировка оставалась неизменной. Многие североитальянские  города строились по следующему плану. В центре города находилась площадь, на которую выходила синьория (дворец правосудия и т. п.), неподалеку располагался кафедральный собор. Рынок по недостатку места вначале выносился за городские  стены, но по мере расширения города он оказывался уже внутри их. Помимо периодического рынка (ярмарки) в городах существовали целые кварталы и улицы, на которых  традиционно были расположены мастерские и лавки ремесленников разных специальностей.

     Над городскими строениями возвышались  крепости-башни крупнейших феодальных семей; после установления в итальянских  городах синьорий во многих из них  были возведены замки тиранов. Неотъемлемой принадлежностью большинства итальянских  городов были каменные мосты: в связи  с небольшими размерами большей  части итальянских рек города располагались сразу по обеим  сторонам реки, что нередко встречалось  уже в античности.

     Таким образом, мы можем провести некоторую  топографическую связь итальянского средневекового и античного города. Иначе дело обстояло на континенте. В эпоху поздней Империи в  связи с варварскими завоеваниями римские поселения в Галлии и  Германии были обнесены стенами, однако площадь, заключенная внутри этих стен, была чрезвычайно мала.

     К тому же эти стены вскоре были или  снесены осаждающими, или разобраны  на строительный материал самими жителями. Поэтому даже в тех случаях, когда  прежние римские населенные пункты полностью или частично использовались для поселения (как резиденция епископа, например), они не могли существенно  повлиять на планировку и структуру  возникавшего в этом месте города.[4]

     Остановимся на одном типе планировки средневековых  городов, наиболее распространенном в  Германии. Речь пойдет о так называемом «многоядерном» варианте города. Как  указывалось выше, большинство европейских  городов сочетало в себе сразу  несколько моментов, способствовавших их возникновению и развитию: наличие  догородского поселения, рынка, укрепленного места, благоприятных условий рельефа. Эти элементы представляли собой  своего рода «ядра» складывающегося  города; их объединение и создавало  город как таковой. Естественно, что взаимное расположение «ядер» в  разных местах было различным, поэтому  и топография возникающих городов  была разнообразна; однако принципы их построения были одними и теми же. Несколько  примеров.

     В основе средневекового Магдебурга лежали сразу четыре «ядра»: сельское поселение, издавна существовавшее на этом месте, и расположенный рядом с ним  замок каролингской эпохи, резиденция саксонских герцогов; кафедральный собор  с бургом оттоновских времен; замок  местных графов; наконец, ремесленно-торговое поселение с рынком, лежащее между  каролингским и оттоновскими укреплениями поблизости от удобного брода через  Эльбу. В XII-XIII вв. эти составные части  слились воедино и были обнесены общей стеной; к 1250 г. они приняли  вид, изображенный на схеме.

     Подобным  же путем возникал и Мейсен, однако в его судьбе сыграли главную  роль бург, торгово-ремесленная колония  и давно расположенное на этом месте славянское поселение. Как и в других городах, в Мейсене было множество церквей (включая кафедральную), монастырей, укрепленных домов — замков феодалов и патрициата, однако они не оказали влияния на первоначальную планировку и несколько позже примкнули к создавшемуся городскому центру.

     Такой тип городов наиболее характерен для междуречья Рейна и Эльбы, т. е. для ранних германских городов. Позже, по мере возникновения городов  в населенных славянами землях, все  более распространяется тип города-крепости, имеющий более упорядоченную  планировку. Такого же назначения города были распространены и в Западной Европе — это бастиды Юго-Западной Франции и Восточной Бретани, опорные крепости испанской Реконкисты (Авила, Сеговия), пограничные крепости на особо опасных направлениях (Пальманова, Ла-Валетта, Брест). Все они возникали  в оборонительных или военно-колонизационных  целях; и это влияло на их расположение и планировку: как правило, они  занимали господствующие, ключевые позиции, внутренняя структура их была более  упорядочена и подчинена удобствам  обороны. Таков, например, город Пальманова, возникший в XV-XVI вв. как опорная  крепость на востоке венецианской «террафермы».

     Как правило, города отличались большой  теснотой — этажи зданий нависали над улицами, сами улочки были настолько  узки, что по ним не всегда могла  проехать повозка. Городские стены  даже крупных по тем временам городов  заключали в своих пределах всего  несколько сот гектаров площади; так, Париж в XIII в. занимал около 380 га, Лондон в XIV в. — около 290 га, Флоренция  перед Черной смертью — немного  более 500 га, Нюрнберг в XV в. — около 140 га и т. д.; площадь же подавляющего большинства средневековых городов  не превышала нескольких десятков гектаров (Тулон, например, в XIII в. имел площадь  всего 18 га).[6]

     На  этом стесненном пространстве располагалось, значительное по тем масштабам население; в том же Лондоне по налоговым  спискам 1377-1381 гг. насчитывалось около 35 тыс. жителей т. е. средняя плотность  его населения превышала 120 человек  на гектар. В этих же рамках колебалась плотность населения и других городов: Париж — около 160 человек (ХШ в.), Падуя — около 120 человек (XIV в.), Барселона — около 100 человек (XIV в.). В целом плотность населения  средневековых городов Западной Европы лишь в отдельных случаях  уступала современной, а чаще всего  превышала ее (в современной Бельгии, например, городами считаются поселения  с плотностью более 300 человек на кв. км, т. е. 3 человека на гектар).

     Вместе  с тем численность населения  феодального города была невелика. В основной части городов Западной Европы жило несколько тысяч или  даже сот человек. По тем же налоговым  спискам 1377—1381 гг. в Англии кроме  Лондона только Йорк имел свыше 10 тыс. жителей; пять городов (Бристоль, Плимут, Ковентри, Норич и Линкольн) насчитывали  от 5 до 10 тыс. человек и еще 11 городов  — от 3 до 5 тыс.; всего же в стране в это время существовало до 250-300 городов.

     В Священной Римской империи конца XV — начала XVI в. насчитывалось около 3000 городских центров, самыми крупными из которых были имперские города. Из приблизительно 200 имперских городов  не более 15 имели население свыше 10 тыс. каждый; таким образом, подавляющая  часть германских городов являлась мелкими местечками. Крупнейшими  городами в Империи были: в XI-XII вв. — Регенсбург (около 25 тыс.), Кельн (около 20 тыс.), Страсбург (около 15 тыс.); позже  значение и размеры Регенсбурга  снижаются и на смену ему приходят новые центры — Нюрнберг, Магдебург, Гамбург, Любек, Прага.

     В дальнейшем темпы роста городов  падают: за 1370-1470 гг. потеряли 15-20% населения. В конце XV в. важнейшими городами были Кельн (свыше 30 тыс.), Прага (около 30 тыс.), Нюрнберг и Гамбург (около 25 тыс.).

     Самыми  «урбанизированными» территориями средневековой Европы были итальянские  и фландрско-брабантские земли: как  уже говорилось, в первых в отдельных  местах почти половина населения  жила в городах, во вторых — около 2/3. Крупнейшие города Фландрии — Ипр, Гент и Брюгге — в XIV в. насчитывали  до 25-35 тыс. человек.

     В Италии размеры городов были большими: здесь свыше десятка центров  имели порядка 35-40 тыс. жителей —  Верона, Падуя, Болонья, Сиена, Палермо, Неаполь, Рим и др. Крупнейшими  городами Италии были Милан, Флоренция, Генуя и Венеция, насчитывавшие  от 50 до 100 тыс. человек; даже спустя несколько  десятилетий после Черной смерти население Флоренции превышало 55, а Венеции — 65 тыс. жителей.

     На  континенте с этими городами мог  сравниться один Париж; по некоторым  данным, его население росло следующими темпами: в конце XII в. — около 25 тыс. человек, в конце XIII в. — около 50 тыс., перед Черной смертью — около 80 тыс., в конце XV столетия — около 150 тыс. человек (возможно, что эти  цифры завышены). Основная масса  французских городов ни в какое  сравнение с Парижем не шла  — здесь также преобладали  небольшие рыночные местечки, насчитывавшие  сотни, в лучшем случае тысячи жителей.

     Таким образом, к XVI в. все западноевропейские страны оказались покрытыми густой сетью из нескольких тысяч разнообразных  торгово-ремесленных поселений, чаще всего небольших, являвшихся местами  оживленного товарного обмена с  сельскохозяйственной округой. На этом фоне лишь изредка выделялись более  крупные города — центры значительного  развития ремесла, почти всегда связанные  с международной торговлей, однако их число не превышало несколько десятков, в лучшем случае — сотен.

     Особое  место на карте средневековых  городов занимают города мусульманской  Испании. Их развитие началось раньше, чем городов на континенте, и уже  в XI-XII вв. они достигли высокого уровня. Несравнимы были и их размеры; так, по некоторым данным, например, в Арабской Кордобе в начале XIII в. число жителей  превышало 100 тыс. человек. В результате Реконкисты судьба городов на Пиренеях изменилась, и в XIV-XV вв. они ни ремесленно-торговым развитием, ни размерами уже не отличаются от остальных европейских городов. 

     Характеристика  типичного средневекового города Западной Европы.

     Как античные, так и средневековые  поселения на начальном этапе  их существования характеризовала  исключительная зависимость от географического  расположения. Основными предпосылками  выбора места для будущего поселения  были соображения удобства и безопасности, предоставлявшихся особенностями  ландшафта местности. Естественную защиту могли давать возвышенности, водные пространства, болота - словом, все, что могло образовать естественную преграду для потенциального агрессора. Привычные оборонительные сооружения, созданные руками человека, - стены, башни, рвы, валы и т.д. - возникали  позже и не столько отделяли город  от естественного окружения, сколько  усиливали его естественный оборонительный потенциал.

     В то же время необходимо отметить, что  далеко не каждое место, удобное для  обороны в силу естественных причин, становилось городом. Не меньшее  значение для возникновения и  развития города имели и такие  факторы, как близость к источникам сырья и удобство коммуникаций (гавань на морском побережье или в устье реки, выходы из горных долин на равнину и т.д.). Успешному росту поселения способствовало и его расположение на важных торговых и военных путях

     Связь с природной средой, зависимость  от нее проявлялись и во внешнем  облике городов эпохи Средневековья. Они органически вписывались  в ландшафт, максимально приспосабливаясь к нему, благодаря чему отличались многообразием и неповторимостью  форм, неправильностью, иррегулярностью, незавершенностью и противоречивостью  застройки.

     Города  того периода развивались на небольших  ограниченных пространствах и их топография в связи с этим исключительно  индивидуальна и разнообразна, а  систематизация чрезвычайно затруднена. Наряду с географическими условиями  на внешний облик города влияли местные  особенности культурного и политического  развития, а также наличие или  отсутствие античной традиции градостроительства.

     Исследователи городской культуры различают два  основных алгоритма возникновения  города в средние века. Первый - спонтанное возникновение поселения под  воздействием благоприятных факторов - чаще имел место в ранний период. В эпоху же классического развитого  Средневековья преобладает другой путь появления городского поселения, а именно его планируемое "создание" по воле и под наблюдением какой-либо организации или даже отдельного лица.

     В то же время, несмотря на своеобразие  и индивидуальность застройки и  внешнего вида города, места и времени  его основания, отдельные общие  черты организации городского пространства все же наблюдаются. Как правило, в городе кафедральный собор, один или  несколько рынков, укрепленный центр (бург, сите), здания городской администрации (ратуша, мэрия, синьория), дворцы-замки знати, система фортификаций. К городу примыкали торгово-ремесленные предместья и сельская округа, включавшая в себя земли и угодья отдельных горожан и городской общины в целом. Нередко и внутри городских стен имелось место для небольших пахотных участков, виноградников и огородов.

     Несмотря  на хаос узких, кривых и перепутанных улочек и тупиков, беспорядочный  разброс зданий, словно наобум понатыканных, где попало, в построении города присутствует некоторая логика: она  выражается в концентрации вокруг определенных центров и на определенной территории проживания отдельных групп населения, отличающихся по социальным, профессиональным, этнико-конфессиональным характеристикам. Отсутствие системы и хаотичность  в застройке всегда тесно переплетались  со всевозможными правовыми нормами, регулирующими строительство в  городе. Так, например, рыночная площадь, главное место общественной жизни  города, складывалась в ансамбль из обрамляющих ее частных бюргерских домов. Их внешний вид и особенно размеры жестко ограничивались властями города. Одной из основных причин подобного  контроля становилась чрезмерная дороговизна  земли в городе.