Государственное устройство Киевской Руси. 2

ОГЛАВЛЕНИЕ 
 

ВВЕДЕНИЕ

           Русская Правда представляет собой уникальный историко-юридический  документ, первый дошедший до наших дней свод законов, в котором нашли свое отражение различные аспекты социально-экономической и политической истории раннефеодальной Руси.

        Российская историография, посвященная  Русской  Правде насчитывает более 250 лет. Со времен,  когда в 1738 г. В.Н. Татищевым был обнаружен и подготовлен к печати первый список Русской Правды и по сегодняшний день многие моменты данного документа остаются спорными.  В частности, была ли Правда продуктом исключительно славянского происхождения, или все - таки  основывалась  на правовых нормах скандинавского, византийского и даже еврейского государств?  Вопрос о времени происхождения ее древнейшей части так же является камнем преткновения многих исследователей. Часть их относят Древнейшую Правду даже к VII в.

        Спорно и место издания этой части Русской Правды. Летопись указывает на Новгород, но многие авторы допускают, что она была создана в центре земли Русской - Киеве. Однако, стоит отметить, что большинство современных историков склонны полагать, что основная часть Правды в полной мере сформировалась вcё же во времена правления великого киевского князя Ярослава Мудрого и его потомков, князей Ярославичей (ХI в.) Объединенные потом переписчиками «Правда Ярослава» и «Правда Ярославичей» составили основу Краткой редакции «Русской Правды». Владимир Мономах еще существеннее переработал этот документ. В результате появилась Пространная редакция «Правды». В последующие века создавались новые редакции «Русской Правды», всего их насчитывают шесть. Все редакции дошли до нас в составе летописей, различных судебных сборниках.

         Уникальность Русской Правды для отечественной науки, помимо ее несомненной ценности как первого юридического памятника, заключается в том, что именно по  ее многочисленным спискам мы можем восстановить в значительной мере особенности и развитие общества Древнерусского государства.

     И без того не обойденная вниманием  исследователей, данная тема получает еще большую актуальность в конце 20-начале 21 века с одной стороны, на фоне возрождающегося  православия, духовности и самосознания российской нации. А с другой стороны,  в связи с  явной тенденцией к повышению юридической грамотности в среде российского населения. В этой связи неоспоримым  является тот факт, что  построение современного правового общества  невозможно без всестороннего изучения  юридических памятников прошлого и как следствие их развития до правовых норм настоящего.

         Таким образом, основной целью данной работы является попытка наиболее полно осветить вопрос происхождения и развития первого дошедшего до наших дней памятника древнерусского права – Русской Правды, а так же обозначить основные моменты государственного управления  в  Киевской Руси. Отталкиваясь от сформулированных рцелей, можно выделить несколько задач, которые  появляются перед нами в процессе раскрытия поставленной проблемы:

     1. Проанализировать источники древнерусского права, выявить предпосылки появления и проследить этапы генезиса  Русской Правды  – от самых древних списков - до так называемой правды Мономаха (XII век).

     2.  На основании норм Русской Правды дать характеристику общественному укладу и политическому устройству Киевской Руси.

     3. Определить значение и последствия появления первого русского законодательного памятника для развития всей российской правовой системы. 
 
 

ЗАКЛЮЧЕНИЕ 

   Русская правда, вобравшая в себя  многовековой опыт нормотворчества,  представляет собой  крупнейший  сохранившийся до наших дней  памятник феодального права Древнерусского  государства. Помимо неоспоримой  ценности для дальнейшего развития всей российской правовой системы, Русская Правда заключает в себе редкую и тем более ценную информацию о социально-политическом и экономическом порядке раннефеодальной Руси.

В частности, происхождение такой социальной группы, как смерды, устанавливалось исключительно по свидетельствам Русской Правды.

 Являясь  прежде всего носителем  интересов  набирающей силу феодальной верхушки, Правда позволяла контролировать  практически все сферы древнерусского общества. Судебник настолько отвечал потребностям княжеских судов, что был включен впоследствии в юридические сборники ХIII-ХIV вв. – Кормчие, Мерило Праведное. Списки Правды активно распространялись еще в ХV-XVI вв. И только к 1497 г. относится появление нового судебника, изданного на территории Московского государства – так называемой Сокращенной редакции Русской Правды. Именно она заменила Русскую правду, в качестве основного источника писаного права, на территориях, объединенных в составе централизованного русского государства.

    Таким образом, Русская Правда  является тем исключительным  историко - юридическим документом, который  заложил основу и  дал импульс последующему развитию всей системе  правового регулирования Российского государства. 
 
 
 

ГЛАВА 1. ИСТОЧНИКИ  ДРЕВНЕРУССКОГО ПРАВА, ПРЕДПОСЫЛКИ  ПОЯВЛЕНИЯ И ЭТАПЫ ГЕНЕЗИСА «РУССКОЙ ПРАВДЫ».

       С чего начиналось право древнерусского государства? Как и у других народов, один из главных источников права у славян – обычай. Обычаи, или устойчивые правила поведения, формируются уже на этапе догосударственного развития, в условиях родоплеменных отношений. Когда часть обычаев превращается в норму поведения и общины или их старейшины начинают принуждать к исполнению этих норм своих нерадивых или выбивающихся каким-либо другим образом из общинной жизни сочленов, можно говорить о появлении обычного права. Обычное право выражается в юридических действиях (фактах), в их однообразном повторении (скажем, община при любых обстоятельствах защищает каждого общинника круговой порукой). Оно выражается также в юридических сделках или судебных актах (применение кровной мести за убийство родича) и в словесных формулах (в законе, пословицах): «Вор ворует, мир горюет»; «Муж крепок по жене, а жена по мужу» и т.п.¹

         История застает восточных славян во время полного господства у них обычного права; древнейшие термины, означающие право вообще, относятся к обычному праву: "правда", "норов", "обычай", "преданье", "пошлина" (то, что "пошло" - общепринято издавна). Такое же значение имеют и термины "покон", и "закон", хотя впоследствии ими стали обозначать закон в собственном смысле. Летописец говорит о древних славянах, что они "имеяхуть обычаи своя, и законы отец своих и преданья, кождо свой норов", употребляя эти термины как равнозначные. «Якоже се и при нас, - продолжает летописец, - ныне половци закон держат отец своих - кровь проливати... ядуще мертвечину» и т.д. (т.е. изображаются обычаи половцев). Между тем тому же летописцу известно было различие между собственно законом и обычаем: «комуждо языку - овем исписан закон есть, другим же обычаи».²

     Обычное право весьма консервативно, оно  часто долго соседствует с  правом публичным в условиях, когда  уже складывается государство и  все институты права. На Руси долго  считали, что поступать по старине, значит поступать по праву. «Что старее, то правее», – говорит пословица. В то же время обычное право, не будучи закреплено в законе, способно изменяться вместе с жизнью. К древнейшим нормам обычного права восточных  славян относились кровная месть, круговая порука, умыкание невесты, многожёнство, особая словесная форма заключения договора, наследование в кругу семьи и др. Часть их мы обнаруживаем в древнерусском законодательстве уже в качестве норм публичного права, часть их видоизменяется, некоторые утрачиваются.³ Нет никакого сомнения в том, что в Киевском государстве кровная месть была заменена выкупом – вирой, шедшей князю, и вознаграждением, шедшим пострадавшим, - головщиной.⁴

         Спокойная племенная (патриархальная) жизнь славян могла долго обходиться тем неизменным запасом юридических норм, которые выработаны обычаями с незапамятных времен. Но с X в. восточные славяне были вовлечены авантюристическими дружинами варягов в столкновение с отдаленными странами - Византией и западноевропейским миром. Это нарушило спокойное состояние обычного права двояким образом: усилило разнообразие в понимании юридических норм и принудило привести в соответствие свои отечественные нормы с чужеземными. Отсюда возникли первые приемы законодательства: договоры с иноземцами и рецепция чужих законов. Договоры с греками (907 г., 911 г., 945 г., 972 г.), а позже с немцами (1195 и 1270 и более поздние) не устанавливая норм для отечественного русского права, имеют, однако значение и для внутренней истории источников русского права. Под влиянием народа высшей культуры русские в первый раз пробуют выразить нормы своего права в объективной (письменной) форме.⁵

         Принятие христианства Русью (988 г.), усвоение христианской культуры, более тесное общение с Византией и другими странами произвели настоящий переворот во всех сферах правовой жизни Древней Руси. Обычное право во многом вступало в противоречие с учением христианской морали и церковным правом и должно было подвергнуться пересмотру. С христианством на Русь пришла церковь со своими каноническими законами, со своими служителями, начиная с митрополитов - греков и кончая духовными лицами менее высокого ранга, которые составили образованную элиту общества, стремившуюся к усовершенствованию русского права.⁶

         Такой всеобъемлющий переворот мог бы повести к полной замене местного права чужим, но благодаря устойчивости русского обычного права он привел только к необходимому усвоению церковного права и к частичной и свободной рецензии некоторых кодексов византийского светского права.⁷

        На протяжении двух последующих столетий, XI и XII, Русь усваивала чужое право, приспосабливая его к условиям местной жизни. На Русь в то время хлынул поток переводной греческой литературы, как светского, так и, главным образом, религиозного содержания. В этом потоке немаловажное значение занимали кодексы византийского права, которые стали изучаться и применяться и в законотворчестве, и в судебной практике. Первыми пришли сборники церковного права: Номоканон (законы и правила) Иоанна Схоластика, Номоканон патриарха Фотия. Переводы их получили на Руси название Кормчих книг (сборники канонических и юридических установлений). Из сводов светских законов Византии на Руси хорошо знали Эклог (отбор) императоров Льва Исавра и Константина Компронима, Книги законные, содержавшие законы земледельческие, уголовные и др.⁸

     Все черты церковно-византийского права  логично  обрели свое прочтение в условиях древнерусского государства. Например в числе статей Закона Судного «Эклоги» мы встречаем постановление о том, как наказать человека, который без спроса сядет на чужую лошадь: «… аще кто без повеления на чужом коне ездит, да ся тепет по три краты», т.е наказывается тремя ударами. В древнерусском же прочтении это выглядит так: «Кто сядет на чужого коня без спросу, три гривны за это». Русь времен Правды не любила телесных наказаний, и византийские удары плетью переведены  на обычный у нас денежный штраф, на гривны.⁹

             Помимо этого, нельзя упускать из внимания и собственное законотворчество раннефеодального государства в первые десятилетия его существования, обобщавшее судебную практику. О том, что таковое имело место, узнаем из текстов договоров Руси с Византией, могущественным южным соседом державы Рюриковичей. Русская летопись донесла до нас тексты трех таких договоров: 911, 944 и 971 гг. Договоры регулировали торговые, союзные и военные отношения между двумя государствами, устанавливали разные виды наказаний за преступления (убийство, кражи, увечья), совершённые на чужой земле, разрабатывали процедуру возмещения убытков, выкупа пленных, наследования и др. Эти памятники демонстрируют довольно высокий уровень права не только Византийской империи, но и Руси, выступавших в них как равные партнеры. В текстах договоров 911и 944 годов прямо указывается на существование уже к этому времени Закона русского (в первом случае) и Устава и Закона русского (во втором), на основе которых законодатель разрешает спорные вопросы.¹⁰

          Законодательная деятельность князей также является одним из немаловажных  источников Русской Правды. Так, после подавления Древлянского восстания 945 г. княгиня Ольга вместе с сыном Святославом совершила поездку по «Деревьстей земле», и «уставляющи уставы и уроки; и суть становиша ее и ловиша». Таким образом, смысл нововведений Ольги  и ее «мужей» заключался в нормировании повинностей населения (определения уроков) и издании уставов, коими могли бы руководствоваться при сборе дани и производстве суда представители власти на местах. Более поздние уставы Владимира Святославича и Ярослава Владимировича (X-XI вв.), содержали нормы о брачно - семейных отношениях, преступлениях против церкви, нравственности и семьи. В уставах определялась юрисдикция церковных органов и судов.¹¹

        Ещё одним из источников Русской Правды был так называемый Закон Русский. Еще Греков Б.Д. в своей монографии «Киевская Русь» говорил о том, что древность «Правды» весьма относительна. «Еще до внесения «Правды» в Новгородскую летопись под 1016 г. мы имеем следы существования «закона русского», несомненно совпадающего… в некоторых частях с «Русской правдой».¹²

                 В истории русского права нет единого мнения об этом документе. Известно, что он частично отражён в договорах Руси с греками в 911 и 944 годах, и в Русской Правде. Например, по договорам  Руси с греками Х в. за удар мечом или другим оружием, нанесенный греку или греку русскому, положено денежное взыскание по «закону русскому».¹³

           Однако именно уже упомянутая выше Русская Правда была и остается тем основным источником, по которому мы изучаем древнерусское право. Она представляет собой первый свод законов Руси, вобравшая в себя и обычное право, и право византийских источников, и законотворческую деятельность русских князей XI–XII вв.

            В нашей литературе по истории русского права господствуют два взгляда на происхождение Русской Правды. Одни видят в ней не официальный документ, не подлинный памятник законодательства, как он вышел из рук законодателя, а приватный юридический сборник, составленный каким-то древнерусским законоведом или несколькими законоведами для своих частных надобностей. Другие считают Русскую Правду официальным документом, подлинным произведением русской законодательной власти, только испорченным переписчиками, вследствие чего явилось множество разных списков Правды, различающихся количеством, порядком и даже текстом статей.¹⁴

     Русская Правда дошла до нас во множестве рукописей (летописях и кормчих). Древнейшая из них (синоидальная) относится к ХII в. Все сохранившиеся тексты по содержанию принято делить на три редакции: Краткую (Академический список), Пространную (списки Синоидальный, Троицкий, Карамзинский и др.) и Сокращённую от пространной (список князя Оболенского). Древнейшая из них Краткая Правда, состоящая из двух главных частей: Правды Ярослава (18 статей), Правды Ярославичей (ст.19-41), а так же из Покона вирного (ст.42), Урока мостников (ст.43). Пространная редакция  возникла  не  ранее 1113г.  и связывается с именем Владимира Мономаха. Она разделяется на Суд Ярослава (ст.1 - 52) и Устав Владимира Мономаха (ст.53 - 121). Сокращенная редакция   появляется   в   середине   ХV в. из переработанной Пространной редакции.¹⁵

     Правда  Ярослава включает в себя первые 18 статей Краткой Правды, касающиеся как уголовного, так и гражданского права (об убийствах, побоях, нарушении права собственности, о вознаграждении за порчу чужих  вещей). Вероятнее всего, она возникла во время борьбы за киевский престол между Ярославом и его братом Святополком (1015–1019 гг.). Пытаясь заручиться поддержкой новгородцев, конфликтовавших с его наёмной варяжской дружиной, Ярослав «дав им Правду, и устав списав, тако рекши им: по се грамоте ходите» (Новгородская I летопись). Правда Ярославичей (ст. 19–43 Краткой Правды) вобрала в себя законодательную и судебную практику сыновей Ярослава Мудрого и может быть датирована временем между 1054 (годом смерти Ярослава) и 1072 – годом смерти одного из его сыновей.²

       «Урок» Ярослава о вирах, или «Покон Вирный» охватывает  статьи Краткой правды, которые касаются денежных взносов и натурального корма, идущих с населения судебному агенту (вирник, мечник, емец), приезжающему по указанию князя для сбора уголовных штрафов и, очевидно, для производства суда. В условиях значительного народного движения было важно позаботиться  об обеспечении княжеских судебных агентов. Таким образом, основной задачей вышеуказанных документов было укрепление княжеских судебных органов на материальной основе системы кормлений. Но в то же время они содержат значительные ограничения – нормирует поборы и «кормы» вирника, не разрешает ему иметь больше четырех лошадей, требует завершения сбора вир в течение недели. «Урок мостником» (ст.43) устанавливает размеры платы мостнику за строительство или ремонт моста. Возможно, на основании данной нормы расценивались также работы по строительству и ремонту мостовых. И поскольку в конце «Покона» говорится: «То ти оурок Ярославль», то основываясь на этом большинство исследователей считают  «Покон вирный», а вместе с ним и «Урок мостника»  постановлением Ярослава.¹⁶

     Правда  Пространная имеет две половины: первую законченную, вероятно при Мономахе (Суд Ярослава и Устав Владимира Мономаха XII в.) и вторую, дополнительную. Первая половина - есть систематический свод Правды Ярослава и его сыновей и предыдущих узаконений; вторая – позднейшие приписки (XII и может быть XIII в.). Большое развитие именно в Уставе Мономаха, в отличие от более ранних памятников, получает гражданское право: статьи о банкротстве, закупничестве, о наследстстве, о холопстве вносились целыми уставами (сводами статей). Там же получают дополнение и свое дальнейшее развитие принципы уголовного и процессуального права, установленные Краткой правдой и Судом Ярослава Владимировича. Состав Пространной правды окончательно сложился не позже половины XIII в., так как она внесена в кормчую, написанную около 1248 г. «повелением князя Новгородского Дмитрия…».¹⁷

     С течением времени в правовом развитии русских земель в XIV-XV вв. стали наблюдаться различия, в зависимости от особенностей общественно-экономического развития. Стали создаваться несколько иные правовые нормы, которые вступали в  противоречие с нормами Русской Правды. Тогда была предпринята попытка переработать документ, причем были исключены из ее состава те нормы, которые фактически не могли здесь применяться. Так появилась VI Cокращенная из Пространной редакция, которая возникла в Москве на территории Московского государства в середине VI в.¹⁸

ГЛАВА 2. СОЦИАЛЬНАЯ СТРУКТУРА И ПРАВОВОЕ ПОЛОЖЕНИЕ НЕКОТОРЫХ КАТЕГОРИЙ  НАСЕЛЕНИЯ КИЕВСКОЙ РУСИ СОГЛАСНО СТАТЬЯМ РУССКОЙ ПРАВДЫ.

           Если общественные отношения  докиевского периода приходится  восстанавливать в значительной  мере по археологическим источникам, то общество Киевского периода  может быть изучено по письменным  источникам, рожденным самим Киевским государством. Так в добавлении к ст. I Краткой редакции «Правды» мы имеем  указание на наличие различных общественных группировок населения Киевской Руси: князь, высшая знать, дружина, купцы, княжеские чиновники, низшие слои населения. Помимо этого, она сообщает нам  о значительной этнической пестроте общества того времени: варяги, колбяги. В X в. варягов было особенно много в числе бояр и наместников великого князя, их влияние при княжеском дворе не ослабевало до первой половины XI в.¹⁹

       Самая верхняя прослойка феодалов формировался из князей, бояр, выходивших как из верхушки дружины (служилые бояре), так и из местной знати (земские бояре), представителей княжеской администрации: посадников, тысяцких, тиунов, вирников, мостников и пр. Князья выступали, во-первых, как верховные собственники и распорядители всей русской земли. Но в X в. начинается активное образование княжеского домена, т.e. земельных владений княжеской семьи, который складывается из общинных земель (путем захвата), из пустошей, которых было ещё достаточно много. Боярское землевладение формировалось как из земель, пожалованных князем, так и из владений родоплеменной знати и богатых членов общины, получавших за свою вассальную службу князю податной и судебный иммунитет. Однако боярское звание ещё не передается по наследству, только служба в довольно высоком ранге даёт право на это звание. ²⁰

        Русская Правда раскрывает нам лишь некоторые аспекты правового статуса высшего сословия. Она устанавливает двойную виру (штраф) в 80 гривен за убийство княжеских слуг, огнищан, тиунов, конюхов. С большей последовательностью защищает она собственность на землю, устанавливая высокий штраф в 12 гривен за нарушение земельной межи: «Аже межоу переореть любо перетесъ, то за обиду 12 гривень» и имущество – 3 гривны за кражу собаки, сокола или ястреба.²¹

        Горожане или «Люди Градские» - этими названиями обозначается иногда все свободное население (кроме бояр), потому как все свободное население сосредотачивалось в основном в городах (свободных общинах). Поэтому иначе они называются «люди» или «мужи». В составе их различались гости и купцы – чужестранные торговцы, ассимилировавшиеся потом с местным славянским населением. Низший разряд городских обывателей именуется черными городскими людьми или молодшими. Все городские жители отличались от сельских тем, что не платили дани. Русская Правда предоставляла жителям городов полную правовую защиту, охраняла их жизнь, их честь и достоинство, их имущество.²²

        Класс сельских жителей состоял из людей свободных, полузависимых и несвободных. Основную массу населения составляли свободные общинники, жившие как на общинных, так и на частновладельческих землях. Они платили дань и участвовали в ополчении в случае военных действий. На них распространялись государственная юрисдикция и княжеский суд. Источники называют их по-разному: люди, людины, сябры, смерды. Чаще всего употребляется слово «смерд».²³

          Пространная редакция «Правды» сообщает нам о таких категориях зависимого сельского населения, как закупы, холопы, зависимые смерды. Источники зависимости были самыми разными.  Правовому положению холопов посвящен целый раздел о «Холопстве», указывающий на три источника полного холопства: самопродажа в рабство при свидетелях, женитьба на рабыне без договора с ее господином и поступление в ключники без договора.²⁴

     Правовое  положение «смерда» ясно не до конца, он ограничен в праве наследования, после его смерти, в случае отсутствия сыновей, имущество передается князю, а дочери получают только приданое, в то время как имущество боярина или дружинника в аналогичной ситуации переходит к дочерям. По другим источникам смерд выступает как лично свободный человек, он ведёт самостоятельное хозяйство, выплачивает штрафы, характерные для свободных людей, имеет право переходить от одного патрона к другому, за кражу его коня устанавливается штраф в 2 гривны и пр.²⁵

        Ролейный (временный) закуп, он же бывший смерд, попавший за непогашение «купы» (долга) в зависимость от землевладельца, располагал лишь немногочисленными правовыми свободами. Он мог судиться с хозяином и уходить от него «искать кун», не мог быть без вины побитым, а только «про дело»; нельзя было отнять или продать его имущество.²⁶

        Но в целом, правовое положение закупов было весьма шатким. Об этом свидетельствует ряд статей Пространной редакции: при побеге от господина закуп превращался в холопа, за кражу, совершенную им, отвечал его господин, а самого закупа ожидало полное холопство.  Помимо этого, временное закупничество в любой момент грозило перерасти в  постоянное. При этом закуп лишался остатков своих прав и приравнивался к холопу.²⁷

            В самом низу социальной лестницы находились рабы: холопы, челядины. Раб не был субъектом правоотношений, не мог вступать в договоры, считался собственностью господина. За убийство холопа полагалось возмещение ущерба его хозяину как за уничтожение вещи, а сам хозяин за такое деяние в лучшем случае мог получить церковное покаяние. Древними источниками рабства были плен и рождение от рабыни. В рабство попадали за тяжкие уголовные преступления (поток и разграбление), через закупничество. Ст. 110 Пространной Правды устанавливает ещё 3 случая холопства: женитьбу на рабе без договора, поступление в услужение ключником - тиуном без договора о свободе, самопродажу.²⁸

       Таким образом, Русская Правда, как памятник феодального права, представляла интересы, прежде всего господствующей верхушки общества.Этот факт неоспоримо подтверждается статьями, касающимися уголовного права. Например, за убийство наиболее знатных людей назначалась двойная вира (80 гривен), за основную массу свободных – 40 гривен, за сельского старосту – 12 гривен, а за смерда (крестьянина-общинника) и холопа (раба) – вообще всего лишь 5 гривен: «Аже кто убиеть княжа мужа…, то 80 гривень, паки ли людинь, то 40 гривень. … а за рядовича 5 гривень…».³

     Параллельно  Русская правда указывает нам на активное развитие феодального землевладения, более четкое оформление и закрепление прав на земельную собственность - штрафы за перепашку земельной межи, уничтожение знаков на деревьях, разграничивающих земельные владения, хищение ульев, кражу сена. Так же в документе явно прослеживается набирающий обороты процесс вовлечения свободного (общинного) населения в феодальную зависимость: статья  о переходе закупа в рабское состояние холопа за бегство от хозяина, «Покон вирный» с его рекомендациями вирнику (княжескому чиновнику) по сбору налогов и других поборов со свободных общинников. 

ГЛАВА 3. ГОСУДАРСТВЕННОЕ УСТРОЙСТВО КИЕВСКОЙ РУСИ. 

       Сознание общественной роли власти проявляется в самом начале истории. «Вся наша земля велика и обилна, а наряда в ней нет; да поидете княжить и володеть нами», - говорили новгородские послы варяжским князьям. За властью признаются обязанности: кияне послали Святославу (в 968 г.), требуя от него защиты от печенегов «отчины своей». Отсюда видно, что «володенье» имеет двоякую цель: частный интерес владеющих и общественный интерес подданных.