Гуманизм эпохи Возрождения

Оглавление

Введение

1 Идейное содержание и мироощущение эпохи Возрождения

2 Гуманизм эпохи Возрождения

3 Натурфилософия эпохи Возрождения и её основные представители

4  Николай Кузанский

5 Джордано Филиппo Бруно

Заключение

Список использованной литературы

Введение

Период Средневековья  нельзя считать периодом застоя философской  мысли. Средневековая философия  внесла существенный вклад в развитие гносеологии, особенно формальной логики, отличила знание от веры, обосновала необходимость  изучения природы.

А термин "возрождение" дал название целой эпохе, прежде всего в связи с тем, что  ставилась задача возродить на новой, итальянской почве античное культурное наследие, особенно философию, в первую очередь творения Платона, Аристотеля и Эпикура. А для этого необходимо было детально изучить греческий  язык. В эпоху Возрождения греческий  язык изучали с не меньшим рвением, чем сейчас английский. В термине "возрождение" (по-французски - "ренессанс") отчетливо слышатся мотивы преемственности. Презрительное раннесредневековое отношение к античной философии  изживает себя. Ему на смену приходит столь же несостоятельное понимание  средневековья как исключительно  мрачной и темной эпохи, европейской  ночи. Лучшие же из гуманистов в полной мере сознавали, что предстоит синтезировать  античные, средневековые и возрожденческие  идеи.

Это была переходная эпоха  в истории философской мысли. Она проявила себя, прежде всего, в  идее свободного человека, продолжив  тем самым античную традицию (Сократ, Эпикур) его познания. Здесь сформировался  антропоцентризм как конкретный тип философского мировоззрения. В  центре внимания философии оказался уже не космос, не Бог, а живой  и деятельный человек. Более того, широко распространилась идея титанизма  как якобы всесилия и всемогущества  человека. Он стал рассматриваться  как венец эволюции жизни на Земле, творец собственного счастья и судьбы. В Италии возник гуманизм - это широкое  идейное течение, провозгласившее  человека высшей ценностью и целью  общества.

Идейное содержание и мироощущение эпохи Возрождения

Еще творили выдающиеся схоласты, еще средневековье не исчерпало  себя окончательно, а уже рядом  и параллельно с этим зародилась иная культура и философия, основанная на стремлении к античному идеалу. В качестве самостоятельного культурного  феномена это стремление оформилось в Италии XV века. Именно в Италии берет свое начало Возрождение, которое  затем распространилось по всей Европе.

Впервые термин «Возрождение»  появился у известного живописца  и архитектора XVI века Джорджo Вазари (1511-1574). В книге «Жизнеописания наиболее знаменитых живописцев, ваятелей и  зодчих» он характеризует словом «rinascita», что с итальянского переводится  как «возрождение», состояние современного ему искусства. Но широкое хождение в качестве названия целой эпохи французское слово «renessance» получило в начале XIX века.

Чаще всего выделяют классическое итальянское и северное заальпийское Возрождение. В центре философии  Возрождения находится человек (антропоцентризм), его творческая мощь. Сохраняя сходство со средневековьем в проблематике и  риторике, Возрождение трансформирует фундаментальные представления  о Боге, человеке, его душе. Гуманистический  пафос этой эпохи служит преодолению  средневекового теоцентризма. От теизма и теоцентризма философия Возрождения  движется в сторону панентеизма, пантеизма.

Эпоха Возрождения отличается приматом городской жизни над  сельской. Здесь перед нами начало новой городской цивилизации. И  эта цивилизация уже не знает  той строгой регламентации жизни  и деятельности ремесленника, которое  было в корпоративно-сословных объединениях средневековья. С технологической  точки зрения Возрождение еще  не знает фабрики с ее системой машин. В этом плане мануфактура - это всего лишь расчленение процесса труда на элементарные, не требующие  особой подготовки, операции. Но в общекультурном смысле переход к мануфактурному производству означает освобождение труда  от средневековой регламентации. А  это дает толчок изменению всей системы  взаимоотношений в обществе, всей ткани социальных взаимодействий.

Борьба городов за политическую независимость от феодальной знати  сочеталась с борьбой идеологической. Именно горожане позднего средневековья  создавали вольные университеты как центры светской культуры. Так  уже в XII - XIII веках в Европе, и  прежде всего на юге Европы в Италии, начался процесс секуляризации - освобождения социальной и культурной жизни от влияния церкви. Безусловно, он нашел свое проявление и в области  философии. Хотя нельзя забывать, что  процесс этот был долгим и постепенным.

Разговор о социокультурных  основах философии Возрождения  требует указать еще на одно явление  всемирно-исторического порядка. Дело в том, что в XV веке в Италии зарождается  интеллигенция. И прежде всего она  возникает не как научно-техническая, а как художественная интеллигенция. «Интеллигенция» происходит от латинского слова «знающий», «понимающий», «разумный». Причем в наши дни это слово  имеет два значения. С одной  стороны, «интеллигенцией» называют группу людей, которая в соответствии со своим образованием и социальным статусом, занимается умственным трудом, в отличие от тех, кто занимаются трудом физическим. С другой стороны, интеллигенцией называют некую духовную элиту общества, которая задает ему  нравственные, эстетические и другие ориентиры. В этом случае интеллигентность не предполагает каких-либо формальных признаков, связанных с условиями жизни и труда. Интеллигентность в данном случае выражается в определенном состоянии духа и творческих способностях, которые объединяют людей в неформальное единство.

Именно в качестве такого неформального объединения творческих людей и возникла интеллигенция  в эпоху Возрождения. Надо сказать, что в городах позднего средневековья  уже были люди, занимавшиеся преимущественно  умственным трудом. К ним относились преподаватели университетов, юристы, врачи и многие другие, вплоть до астрологов. Но каждый из них принадлежал  к своему цеху, корпорации, строго следуя предписаниям, и в этом смысле ничем  не отличался от ремесленников и  других представителей физического  труда. Ведь только цех и корпорация могли выдать диплом и присвоить  звание, без которых невозможно было заниматься своим делом.

В противоположность этому, первых европейских интеллигентов  объединяли не профессиональные обязанности  и социальный статус, а общие интересы, сфера занятий, отношение к миру. Новый взгляд на мир и человека, выраженный в поэтических, философских, художественных произведениях Возрождения, принято называть «гуманизмом». При  этом поэт Петрарка и философ Фичино были священнослужителями, поэт Ариосто  служил в военной администрации, автор знаменитого произведения «Государь» Макиавелли был чиновником коммуны. Но каждый из названных гуманистов прославился как раз тем, чем  занимался на досуге, общаясь со своими единомышленниками из самых  разных слоев итальянского общества.

Новый тип гуманистического общения уже не регламентирован  сословными рамками. Люди низкого происхождения  вступают в спор на философские, литературные и политические темы с представителями  высших сословий. Иначе говоря, в  культурном пространстве художественной мастерской рушатся сословные рамки. Именно так Возрождение закладывает  основы для теории и практики гуманизма - начала европейской светской культуры современного типа.

Рождение интеллигенции  во многом связано с выделением из ремесленных цехов свободных  художественных мастерских, которые  как раз и становятся центрами нового гуманистического общения. При  жизни одного поколения происходят столь разительные перемены, что  даже отец Микеланджело не мог понять, чем его сын отличается от каменотеса и отчего пользуется таким уважением. Рафаэль, Микеланджело, другие деятели  Возрождения живут уже преимущественно  за счет занятия искусством. Они  становятся очень богатыми и знатными людьми. К дружбе с ними стремится  знать. Когда умер Донателло, то его  хоронил весь город. Его гибель воспринималась как национальная трагедия.

Следует подчеркнуть, что  самооценка первых европейских интеллигентов  совпадала с внешней оценкой  их роли в итальянской и мировой  культуре. К XV веку большинство из них  уже отличалось обостренным личным достоинством и огромным честолюбием. Выражалось это часто в парадоксальной форме. Так Микеланджело, разговаривая с римским папой, не снимал своей  войлочной шляпы. Ему также приписывали  жалобу на то, что папа ему иногда докучает и сердит его.

С появлением интеллигенции  во Флоренции, Венеции, Падуе и других итальянских городах XIV-XV вв. заявляет о своем существовании активное и грамотное городское большинство. И как раз в античной культуре эти люди видят образец для  подражания. Античной культуре подражают  во всем: архитектуре, интерьере, одежде, речи, жестах, манерах, вплоть до бытовых  деталей. Выдающимися деятелями  Возрождения античность воспринималась как далекая родина. Существуют свидетельства, что некоторые из них облачались в античные одеяния перед тем, как приступить к чтению классиков. Эти люди были талантливо помешаны на старине, превращая античность в  стиль своей жизни и общения.

Тем не менее, время уже  было другим. Это было эпоха, которая  под маской древности созидала новую  культуру и новый тип человека. Культ человека и его творческих деятельных способностей, которым отличается эпоха Возрождения, предполагает еще  одну основу, которой не знала и  не могла знать античность. Это  так называемый индивидуализм, без  которого нельзя понять ни философии, ни всей культуры Возрождения. На последнем  нужно остановиться особо, так как  именно итальянское Возрождение  сформировало ту индивидуальность, которую  мы до сих пор считаем подлинным  творцом культуры.

Уже греки пользовались словом «характер», обозначая особенности  того или иного человека. Ведь человек  может быть разговорчивым и молчаливым, суетливым и медлительным, остроумным и рассудительным. Но эти особенности  отходили на второй план, когда речь шла о добродетели, т. е. о том, что не различает, а объединяет людей  как граждан полиса. И уже абсолютно  бессмысленным посчитал бы античный гражданин стремление культивировать в себе индивидуальные отличия и  всяческую оригинальность. А ведь именно с оригинальностью и стремлением  к самовыражению связывает творческую личность современный человек.

Указанный сдвиг в представлениях о человеке как раз и произошел  в эпоху Возрождения, когда творческая энергия индивида была впервые направлена вовнутрь, на самого себя и развитие своих творческих сил и способностей. Известно, что один из родоначальников  культуры Возрождения Петрарка считал самым важным и увлекательным  делом размышления о собственном  «я». И это индивидуальное «я»  как неповторимый внутренний мир  человека, сопоставимый по своей значимости со вселенной, стал едва ли не главным открытием эпохи Возрождения. Отныне жизнь и смерть человека потрясают не повторяемостью, а уникальностью. Всякое человеческое существование не только единично и подобно другим существованиям, но - единственное. Каждый раз это целая неповторимая вселенная, вполне соразмерная той, общей для всех вселенной. Поэтому индивид огромен, как мир, и бессмертен, как мир. Если он все-таки определенно умирает, это очень трудно и даже невозможно вместить и разгадать. В это трудно поверить.

Для средневекового миросозерцания был характерен идеал превосходства  духа над телом, отсюда религиозная  практика аскезы, умерщвления плоти  и пр. Гуманистический идеал Возрождения  связан с реабилитацией человеческой телесности. Причем реабилитация телесности в искусстве Возрождения порой  принимает гипертрофированные, гротескные формы, что, в частности, выразилось в творчестве Боккаччо, Рубенса и  Рабле. Но в своей адекватной и  осознанной форме этот идеал означал  гармоничное единство телесного  и духовного, материального и  идеального. Именно в таком виде идеал Возрождения нашел свое выражение у выдающихся художников Возрождения Рафаэля, Тициана, Боттичелли, Микеланджело, Леонардо да Винчи. Если средневековый человек проявляет  свою личную волю в поисках спасения души, то человек Возрождения активно  самоутверждается и самовыражается в земной жизни - в политике, искусстве, науке, философии и т.д. Не только в контексте хозяйственной и  политической деятельности, но и в  культурном пространстве художественных мастерских деятели Возрождения  демонстрируют свою творческую мощь и разносторонность. Универсализм - это тоже один из идеалов Возрождения, одна из особенностей его гуманизма. Эта эпоха действительно породила много ярких и разносторонних личностей, подобных Леонардо да Винчи. Недаром эту эпоху называют эпохой титанов - богоборцев, претендующих на соперничество в творчестве с  самим Создателем.

Гуманизм эпохи  Возрождения

Гуманизм связан со смещением  акцента в культуре с Бога на человека. И в искусстве, и в философии  презрение к земному естеству заменяется признанием причастности человеческого  естества к высшему смыслу и гармонии мироздания. Реабилитируется не только тело человека, его чувства, но и  разум, который принижался средневековыми теологами: вера ставилась выше разума. Гуманизм связан с открытым провозглашением  и оправданием стремления человека к счастью при жизни, наравне  с загробным царством. Все эти  темы безусловно присутствуют в античной культуре, которая была телесной, чувственной, материально наполненной, в сравнении  с аскетической культурой средних  веков. Представление о человеке как источнике огромной творческой мощи, является одним из проявлений возрожденческого индивидуализма. Но в том-то и дело, что подобного взгляда не могло возникнуть ни в античности, ни в средние века. Да, античность с уважением смотрит на человека-творца. Но источник творческой силы человека, с точки зрения античности, - это Космос. А человек эту мощь только проявляет. И точно так же в средние века источник способностей человека - это внешняя сила, т. е. Бог. Только в эпоху гуманизма источником творчества становится сам человек, его активность, его индивидуальность. И в этой установке на индивидуализм, на личность как на главную движущую силу человеческого мира - неповторимое своеобразие культуры Возрождения. Недаром обоснованием индивидуализма заняты лучшие умы этой эпохи.

Яркой фигурой в ней  был Пико делла Мирандола (1463-1494). Красавец-аристократ, граф Мирандолы  и синьор Конкордии, он очень рано стал поражать современников одаренностью и ученостью. Начиная с четырнадцати лет, Пико изучает в Падуанском университете средневековую теологию, там же знакомится с учением Аверроэса, арабских и  еврейских мыслителей. В ходе поездки  в Париж в 1485 году Пико приобщается  к дискуссиям поздней схоластики. Кроме того, он интересуется каббалой и мистическими учениям Древнего Востока. Столь многосторонняя образованность становится поводом для создания его собственного учения. В результате в декабре 1486 года двадцатитрехлетний граф Мирандола публикует 900 тезисов, которые он намеревается защищать на диспуте в Риме. Значительная часть  тезисов была составлена на основе учений Платона и Аристотеля, а  также арабской философии и каббалы, поскольку во всех этих учениях он находил важные идеи. Но 500 тезисов  выражали собственную позицию Пико по поводу устройства мира и места  в нем человека. На диспут приглашались ученые всей Европы, которым Пико собирался  оплатить поездку в оба конца. В начале диспута он намеревался  выступить со своей «Речью о достоинстве  человека». Но диспут не состоялся, так  как римская инквизиция заподозрила  ересь. Оправдываясь, Пико сочиняет «Апологию», после чего его позиция была уже  официально осуждена. Спасаясь от инквизиторов, Пико вынужден бежать во Францию, но там  его хватают и заключают в  башню Венсенского замка.

Заступничество Лоренцо  Великолепного спасло графа Мирандолу. Последние годы он провел во Флоренции. Его ранняя кончина в 31 год была загадочной. Поговаривали, что его  отравили. Жизнь Пико вскоре обросла  легендами, включая историю страстной  любви и похищения возлюбленной, а также погони и сражения по дороге. В кругу флорентийской Академии Пико воспринимали как равного, несмотря на его молодой возраст. Еще в 1486 году он написал «Толкование» на «Канцону о любви» одного из членов Академии Джироламо Бенивьени. В  ней он выразил взгляды, еще более  свободные от христианской ортодоксии и еще более близкие к пантеизму. В конце жизни Пико написал  трактат о семи днях творения под  названием «Гептапл» и работу, согласовывающую учения Платона и Аристотеля, под названием «О сущем и едином».

Пико размышляет об иерархии бытия, в котором выделяет три  уровня - ангельский, небесный и элементарный. Он не приписывает Богу атрибут красоты, поскольку, по мнению Пико, в ней  содержится элемент несовершенства. Гармония и красота мира, считает  он, порождается соединением противоречивых частей в самом мире. При этом связь Бога и мира Пико толкует  телеологически. По его мнению, мир  устремлен к Богу как к своей  цели. В этом свете все, что совершенно в мире, есть Бог. Человек, утверждал  Пико, не обладает ни небесной, ни ангельской, ни элементарной природой. Человеческую природу вообще нельзя считать неизменной, поскольку человек - субъект самосозидания. А это значит, что человеческий мир не вмещается ни в один из обозначенных горизонтальных уровней  бытия. Этот мир вертикален и пронизывает  все уровни мироздания. Ведь человек  может поступать и как зверь, и как ангел.

Здесь Пико воспроизводит  мысль, приписываемую Гермесу Триждывеличайшему. Но Пико уточняет и развивает эту  мысль об универсальной природе  человека. Формируя самого себя как  «свободный и славный мастер», учит Пико, человек полагает законы своего собственного существования. Исходя из таких законов, Пико разворачивает  критику «ложных наук», и, прежде всего, астрологии. В обширном трактате «Против прорицательной астрологии»  он доказывает бессмысленность объяснения природных процессов и человеческой жизни общими и отдаленными причинами. От исследования движения небесных светил, указывает он, нужно обратиться к  собственной природе вещей и  человека. Исследованием именно этих «ближайших причин», согласно Пико, должна заниматься натуральная магия, в  которой он видит противоположность  суеверной магии.

 
 Натурфилософия эпохи Возрождения и её основные представители

XV и XVI столетия были  временем больших перемен в  экономике, политической и культурной  жизни европейских стран. Бурный  рост городов и развитие ремесел,  а позднее и зарождение мануфактурного  производства, подъем мировой торговли, вовлекавший в свою орбиту  все более отдаленные районы  постепенное размещение главных  торговых путей из Средиземноморья  к северу, завершившееся после  падения Византии и великих  географических открытий конца  XV и начала XVI века, преобразили облик  средневековой Европы. Почти повсеместно  теперь выдвигаются на первый  план города. Некогда могущественнейшие  силы средневекового мира - империя  и папство - переживал глубокий  кризис. В XVI столетии распадавшаяся  Священная Римская империя германской  нации стала ареной двух первых  антифеодальных революций - Великой  крестьянской войны в Германии и Нидерландского восстания. Переходный характер эпохи, происходящий во всех областях жизни, процесс освобождения от средневековых пут и вместе с тем еще неразвитость становящихся капиталистических отношений, не могли не сказаться на особенностях художественной культуры и эстетической мысли того времени.

Все перемены в жизни общества сопровождались широким обновлением  культуры - расцветом естественных и точных наук, литературы на национальных языках и, в особенности, философии. Зародившись в городах Италии это обновление захватило затем  и другие европейские страны. Появление  книгопечатания открыло невиданные возможности для распространения  литературных и научных произведений, а более регулярное и тесное общение  между странами способствовало повсеместному  проникновению новых научных  течений, развитию радикально новых  взглядов на мир, на проблемы философии.

На основе крупнейших открытий и технического прогресса в эпоху  Возрождения развивается своеобразная натурфилософия (философия природы). Именно она оказала определяющее влияние на развитие философии и  естествознания Нового времени.  

Николай Кузанский

Николай Кузанский (1401-1464) родился  в местечке Куза на Мозеле, что на юге Германии, в семье рыбака и  виноградаря. Подростком он бежал из родного дома и нашел пристанище у графа Теодорика фон Мандершайда, который отдал его в школу  при монастыре в голландском  городе Девентере. Монахи этого монастыря  именовали себя «братьями общей  жизни». Здесь изучали «семь свободных  искусств», греческий и латинский  языки, а также занимались комментированием теологических и философских  книг. Затем Николай из Кузы, - по отцу его фамилия была Кребс, - продолжил  образование в Гейдельберге (Германия) и Падуе (Италия). А после возвращения  на родину он посвящает себя богословской деятельности. Николай Кузанский  становится священником, а затем  начинается его движение по ступенькам церковной иерархии. В результате Кузанский поднимается до высшей, не считая папы, ступени в этой иерархии, получив сан кардинала и должность  «легата по всей Германии».

Первая работа Кузанского, которая вышла в 1440 году, называлась несколько странно: «Об ученом незнании» (De docta ignorantia). Кроме того, стоит упомянуть  такие работы Кузанского, как логико-философский  трактат «О предпосылках» (De coniecturis) и теологический трактат «О скрытом  Боге» (De Deo abscondio). В своем учении Кузанский исходит из того, что  Бог есть Единое, а его творение - многое. Но если другие философы единое и многое противопоставляли, то Кузанский  заявляет об их совпадении. Реализуя это  представление о взаимоотношениях Бога и мира, Кузанский использует понятие «развертывание» (complicatio-explicatio). В его учении Бог равен миру, но в свернутом виде Единого, а мир равен Богу, но в развернутом виде множества. Иначе говоря, Бог - это потенциальный мир, а мир - это актуально представленный Бог. Кузанский указывает на различие между этими двумя состояниями Божества как совершенным и ограниченным. И тем не менее, развертывание единого Бога в форму множественного мира происходит в его учении с необходимостью, подобной той, с которой точка разворачивается в прямую, мгновение становится временем, а покой переходит в движение.

Итак, по большому счету Бог  и мир в учении Кузанского оказываются  тождественными. И наиболее радикальным  образом это сказалось на космологических  построениях Кузанского. Его представления  об устройстве Вселенной коренным образом  отличаются от аристотелевско-птолемеевских  построений, господствовавших в средние  века. Бог, согласно его учению, бесконечен. Но и мир, будучи его развертыванием, не может быть конечным. Наш мир, утверждает Кузанский, не бесконечен, но его нельзя считать и конечным, потому что он не имеет границ, между  которыми может быть заключен. Подобно  Богу, мир, согласно Кузанскому, «имеет свой центр повсюду, а окружность везде». Таким образом, обосновывая  не бесконечность, но безграничность мира, Николай Кузанский идейно и методологически  подготавливает открытие Николая Коперника.

Итак, в пантеистической  картине мира Кузанского нет места  для центра мироздания и для его  конечных пределов. Но своеобразным центром  мира у Кузанского является Человек. Однако это не геометрический центр, которого у бесконечного мира просто нет и не может быть, а это, так  сказать, его метафизический центр. Человека Кузанский характеризует  как существо «конечно-бесконечное»: он конечен как телесное земное существо и бесконечен как существо духовное.

Поскольку человек - лучшее из творений Бога, то в нем Бог  не только разворачивает, но и сворачивает, концентрирует самого себя. Иначе  говоря, человек, согласно Кузанскому, пытается воплотить и заключить  в себе всеобщие определения бесконечного Бога. Человеческая природа, согласно Кузанскому, как бы стягивает в  себе всю Вселенную. В этом смысле она подобна микрокосму, т. е. малому миру, как называли ее с полным основанием древние. И в микрокосме человека находит отражение макрокосмос, поскольку в человечестве все  возводится в высшую степень. Таким  образом, античное представление о  человеке как микрокосме получает в  учении Кузанского новый смысл и  звучание. Так как в отдельном  индивиде человеческая природа все  же представлена ограниченно, в заключительной части «Об ученом незнании» Николай  Кузанский сосредоточивает свое внимание на образе Богочеловека - Христа. Здесь его учение о человеке переходит в христологию. Но христология Кузанского также отличается от того, что писали на этот счет средневековые теологи.Человек у Кузанского есть максимальная природа, а Христос - максимальный человек. Таким образом, человек, согласно Кузанскому, стягивает и сворачивает в себе природу мира, а Христос стягивает в себе человеческую природу. Таким образом, Христос в учении Кузанского оказывается тем пунктом, в котором мир вновь возвращается к Богу. В Богочеловеке максимум и минимум совпадают, а мир вновь оказывается свернутым в Бога.

Но, с другой стороны, в  Христе мир еще не свернулся в  Бога «до конца». Христос - это еще  воплощенный Бог, а значит в нем  Бог оказывается одновременно и  самим собой, и миром, и единым, и многим, и максимумом, и минимумом. В результате Христос в трактовке  Николая Кузанского интересен именно тем, что здесь перед нами то воплощенное  всеобщее, которое впоследствии в  диалектике Гегеля и Маркса будет  именоваться особенным. Именно в  своей христологии диалектик  Кузанский оказывается на подступах  к категории особенного. Ведь особенное - это как раз то единичное, которое  выражает собой всеобщее.

Итак, в пантеизме Кузанского, как и во всем возрожденческом  пантеизме, своеобразно проявился  гуманизм эпохи. Ведь в пантеистической  картине мира меняется положение  человека в мире. Если в традиционной христианской картине человек был  существом земным в противоположность  Богу, который обитал «на небе», то теперь получается, что неба, собственно, нет, или оно всюду. А потому нет  и дистанции между Богом и  Человеком. Человек таким образом  наиболее полно воплощает в себе божественную сущность, или, что в  данном случае одно и то же, сущность мира.  

Джордано Филиппo Бруно

Джордано Филиппo Бруно (1548-1600) родился в обедневшей дворянской семье в местечке Нола близ Неаполя. В раннем возрасте его отдали в  Неаполь в частную гуманитарную школу учиться диалектике, логике и всем наукам, которые входили  тогда в круг школьного обучения. Затем в пятнадцать лет он поступает  в монастырь Сан Доменико Маджори, где и получает монашеское имя  Джордано. В 1572 году Бруно был рукоположен  в сан священника, а через четыре года получил степень «публичного» доктора - высшую для школ доминиканского ордена. Но уже в монастыре беспокойный  ищущий характер Джордано Бруно сталкивает его с монастырским окружением: он выражал сомнение в догмате Троицы. В связи с этим неоднократно назначались  инквизиционные расследования. Бруно  надеется в Риме добиться оправдания. Но это была напрасная надежда. В  результате в 1576 году он сбрасывает монашеское одеяние и два года скитается  по городам Северной Италии. Затем  Бруно перебирается в кальвинистскую Женеву. Но и с кальвинистами он не находит согласия и попадает в тюрьму.

Биография Бруно наполнена  столь драматичными перипетиями, что  заслуживает особого внимания. После  освобождения из тюрьмы он отправляется во Францию, где некоторое время  преподает в качестве профессора философию в Тулузском университете. Но из-за усилившейся католической реакции в 1581 году он переезжает в  Париж, где читает оригинальный курс по философии и издает первые книги. Вскоре всеми гонимый философ  принимает приглашение венецианского  патриция Дж. Мочениго преподать ему  мнемонику. Здесь следует отметить, что еще юным монахом Бруно  был вызван папой Пием V для демонстрации особых возможностей своей памяти. Но Мочениго желал не только тренировать  свою память, но и овладеть «тайными науками», при помощи которых можно  добиться власти и успеха. В этом, понятно, Бруно помочь ему не мог. Бруно намеревается вернуться во Франкфурт. И вот тогда Мочениго выдает своего гостя инквизиции, обвинив  его в ереси. Это был 1592 год. Здесь  начинается самая трагическая часть  жизни Джордано Бруно.

Сначала Бруно был узником  венецианской инквизиции. Но по требованию папы Венецианская республика выдала его римским властям. Семь лет  провел Бруно в застенках римской  инквизиции. Но ни тюрьма, ни пытки палачей  доминиканского ордена его не сломили: он ни в чем не раскаялся. 17 февраля 1600 года Бруно был сожжен вместе с его книгами в Риме на Кампо  ди Фьоре (Площади Цветов).

Если говорить в общем, то Бруно обвиняли в ереси, т. е. в  превратном толковании ортодоксального  христианского учения, его основных догматов. Космология Бруно основана на том, что «вселенная бесконечна и  что она состоит из неизмеримой  эфирной области; что существует единое небо, называемое пространством  и лоном, в котором имеется  много звезд; равным образом Луна, Солнце и другие бесчисленные тела держатся в этой эфирной области  так же, как и земля; и что  не нужно верить в другой небосвод, в другую базу, в другое основание, на которые опирались бы эти великие  животные, участвующие в составе  мира, который является истинным субъектом  и бесконечной материей, бесконечной  божественной действующей силой; все  это хорошо доказывают как правильное мышление и рассуждение, так и  божественные откровения, которые говорят, что нет числа послам Всевышнего, которому тысячи тысяч помогают и  у которого десятки тысяч помогают и у которого десятки сот тысяч  управляют».