Храм Воскресения Христова

Введение. 

   В Санкт-Петербурге, на набережной канала Грибоедова, привлекает внимание удивительное здание храма Воскресения Христова (Спаса на крови). Его разноцветные эмалевые купола господствуют над окружающими сооружениями, и вместе с куполом Исаакиевского и шпилем Петропавловского соборов создают архитектурный акцент в панораме центральной части города.

   Освященный  в честь праздника Воскресения  Христова, храм представляет собой  уникальный памятник русской архитектуры  и монументально-декоративного искусства  конца XIX века.

   Храм Воскресения  Христова (Спас на крови) возводился как  общенародный историко-мемориальный комплекс. Собор увековечил память императора Александра II, его реформаторский курс преобразований, и выразил покаяние народа России. Вместе с этим, собор принято считать историческим памятником трагическим событиям 1 марта 1881 года. Собор возвели на месте, где 1 марта 1881 года был смертельно ранен император Александр II. Это дало храму второе, более часто употребляемое название - "Спас на крови". Изначально этот собор возводился как храм-памятник, мемориал на месте смертельного ранения императора.

   Александр II Освободитель был, бесспорно, одним из выдающихся государственных деятелей России. Его социальные, военные, экономические реформы, строительство железных дорог в невиданных прежде масштабах, освобождение крестьян от крепостной зависимости и присоединение к России огромных территорий Средней Азии и Кавказа сделали страну действительно великой державой, и во многом позволили обрести международный престиж, отчасти утраченный после поражения в Крымской войне. Это был царь-реформатор, царь-освободитель, много сделавший для развития и процветания своей страны.

   В воскресный день 1 марта Александр Николаевич прибыл в Манеж. В этот день в разводе принимали участие лейб-гвардии Саперный и резервный пехотного полка батальоны, которые должны были заступать в караул Зимнего дворца. После церемонии Александр II вместе с братом великим князем Михаилом Николаевичем заехали в Михайловский дворец (нынешний Государственный Русский музей) к своей кузине, великой княгине Екатерине Михайловне.

   Побеседовав с родственницей, царь в сопровождении  свиты выехал по Инженерной улице  на Екатерининский канал, и его кортеж направился в сторону Дворцовой  площади. Но проехать царской карете удалось только несколько десятков метров. Стоящий у ограды Михайловского сада народоволец Н.Рысаков бросает бомбу под карету императора. Взрывом были ранены несколько человек, но сам царь не пострадал. Пытавшийся скрыться террорист был схвачен. Александр Николаевич пожелал осмотреть место взрыва. И когда он по набережной возвращался к своему экипажу, раздался второй взрыв. Народоволец И.Гриневицкий бросил свою бомбу прямо под ноги царю. Последствия были ужасными: Александр II получил крайне тяжелые ранения обеих ног. С величайшей осторожностью царя уложили в сани полицмейстера А.И.Дворжицкого и отвезли в Зимний дворец. Лейб-медики оказались бессильны, и Александр II скончался. Место смертельного ранения императора сразу же приобрело особое, сакральное значение. Уже вечером 1 марта этот участок был огорожен деревянным забором, здесь выставили часового.  Через день состоялось чрезвычайное заседание Городской думы. Депутаты обратились к Александру III с просьбой увековечить память погибшего царя и установить на месте его смертельного ранения памятник или часовню. Деньги на строительство предполагалось выделить из городского бюджета. Император одобрил идею, но пожелал, чтобы место цареубийства отмечала не часовня, а церковь. Таким образом, решение о строительстве храма-памятника было принято. Временно, пока он проектировался и строился, на Екатерининском канале была возведена часовня.

   Созданная по проекту молодого архитектора Л.Н.Бенуа, она была освящена 17 апреля 1881 года - в день рождения императора Александра II. Часовня представляла собой павильон из некрашеного дерева под шатровой восьмигранной крышей, увенчанной золоченой главкой с изящным крестом. Звено решетки набережной и часть булыжной мостовой со следами крови умершего императора можно было видеть через остекленную дверь часовни. Ежедневно здесь служили панихиды по невинно убиенному императору, площадка вокруг часовни была усыпана живыми цветами.

   Конструкция часовни предусматривала возможность  ее перемещения. Она простояла на набережной до 1883 года. Затем, в связи  с началом строительства храма  Воскресения Христова, ее перенесли  на Конюшенную площадь. Впоследствии часовня  была разобрана. «Спас на Крови» строился долго. Его освящение состоялось только лишь 19 августа 1907 года.

   От  Михайловского сада собор «Спас  на крови» отделяет уникальная ограда. Исполнена она в 1903–1907 годах по проекту Альфреда Парланда.

   В 1908 году рядом была освящена Иверская часовня. В 1923 году Спас-на-крови стал кафедральным собором. В 1930 году собор закрыли. Его планировалось снести как не представляющий ни исторической, ни художественной ценности. С 1930х годов здание стало использоваться как склад, в результате оно сильно пострадало. В 1941–1942 годах сюда свозили тела погибших во время блокады Ленинграда. После Великой Отечественной войны храм использовался для хранения декораций Малого Оперного театра.

   В 1970 году собор передали в качестве филиала музею «Исаакиевский собор». С 1977 по 1991 год храм реставрировался. Собор был открыт для посетителей лишь 19 августа 1997 года. 
 
 

   Архитектура.

   Внешнее и внутреннее описание.

   В историю  отечественной архитектуры этот храм вошел как одно из ключевых, программных произведений позднего этапа эволюции русского стиля. Зародилось это стилистическое направление в конце первой трети XIX века и просуществовало в различных модификациях до 1910-х годов. Русский стиль не был самостоятельным направлением и развивался в русле большого стиля историзма. В этот период архитектурный образ формировался на основе "умного выбора" соответствующих прототипов, ассоциировавшихся с идейным и функциональным содержанием конкретного сооружения. Среди всех разновидностей стилей русскому стилю придавалось исключительное общественно-политическое и культурное значение. Современники видели в нем самостоятельный стиль, воплощавший русские национальные идеи.

   Архитектура Спаса на крови относится к позднему развитию русского стиля. Собор был построен по проекту А.А.Парланда. Творчески переработав приемы русского церковного зодчества XVII века, используя технические достижения своего времени, архитектор создает собирательный образ русского православного храма. В основе его композиции - компактный четверик, северный и южный фасады которого завершены криволинейными фронтонами-кокошниками. Четверик увенчан пятиглавием, но место центральной главы занимает возносящийся на 81 м шатер. Фасады Спаса на крови сплошным ковром покрывает сложный измельченный декор, аналогичный работам московских и ярославских мастеров XVII века. Сочетание шатра с окружающими его луковичными главами, усложненным рельефом и полихромией, безусловно, вызывает в памяти храм Василия Блаженного, хотя у него совершенно другая общая композиция (девять столпообразных храмов на общем подклете).

   В западной части собора находится колокольня, выдвигающаяся в русло канала. Такая постановка колокольни на продольной оси сближает композицию с трехчастными сооружениями XVII века, решенными "кораблем", только в отличие от них у Спаса  нет промежуточного звена – трапезной, и колокольня не разделена с церковью.

   Завершается колокольня Спаса не шатром, а куполом. Ее ярус "звона", примыкающие шатровые крыльца и граненое основание, декорированное изображениями гербов российских городов, по своим формам ближе более поздним памятникам Москвы и Ярославля.

   В восточной  части храма три полукруглые  апсиды увенчаны небольшими золочеными главками. Всего Спас венчают 9 глав, создающих асимметричную живописную группу.

   Западная  и восточная стороны собора построены  строго симметрично, со ступенчатым нарастанием масс. При асимметрии северного и южного фасадов на них резко акцентирована средняя ось.

   Организация четырехстолпного трехнефного интерьера  четко выявлена снаружи выступами-лопатками, но некоторые элементы (например, ложная аркада) не связаны с внутренней структурой.

   Многие  элементы убранства Спаса на крови  заимствованы из арсенала каменной храмовой архитектуры XVII в. А.А.Парланд отбирал из первоисточников наиболее декоративно насыщенные элементы, отвечавшие художественным вкусам конца XIX века. Храм отличают обилие деталей, щедрая палитра отделочных материалов, яркая пестрота колорита. В декоре здания разнообразный отделочный материал: кирпич, мрамор, гранит, эмали, позолоченная медь и мозаика.

   Цоколь  собора облицован шестью рядами серого гранита, в неглубоких нишах - 20 досок  из красного норвежского гранита  с деяниями императора Александра II. Фасад отделан облицовочным красно-коричневым кирпичом, на фоне которого нарядно смотрятся ажурные беломраморные детали оформления: аркады, арки, кокошники.

   Оформление  Спаса на крови включает в себя ряд черт, близких стилевым приемам  эклектики: повышенную декоративность, обилие и некоторую измельченность деталей, введение не связанных с конструктивной основой элементов композиции.

   Сочетание четких архитектурных форм и многоцветности, яркости и многослойности декора создает впечатление перегруженности  здания собора, утяжеляет его эмоционально-образную структуру. Вместе с тем архитектура Спаса не производит впечатления хаотичности, ее членения подчинены единому ритму.

   Основной  мотив устремленность ввысь дают купола храма на высоких барабанах, и особенно центральный шатер  с главным куполом, который по размеру уступает куполам колокольни и боковых глав. Это создает иллюзию высоты центрального шатра, уходящего как бы в глубину небесного пространства.

   Особенно  сильно ощущается устремленность Спаса  вверх со стороны Михайловского сада. Узкий восточный фасад здания венчают чередующиеся в строгом ритме сначала купола апсид, затем боковые главы и, наконец, объединяющий их главный купол. Немаловажную роль играют высокие, ажурные, тонкой прорисовки кресты, подчеркивающие вертикали здания.

   К сожалению, для широкого обозрения храма  Воскресения Христова открыт только южный боковой фасад, который  хорошо виден с Невского проспекта. Северный фасад выходит на Конюшенную площадь. С востока собор огибает  асфальтированная проезжая часть дороги и заросший деревьями Михайловский сад. Главный, западный фасад выходит на канал Грибоедова. Но, несмотря на столь плотное окружение, храм Воскресения Христова – ведущая архитектурная доминанта этой части Санкт – Петербурга.

   Многоцветный, яркий, нарядный храм Воскресения Христова (Спас на крови) в Санкт-Петербурге обладает мощной притягательной силой. Декоративная отделка его фасадов насыщена и разнообразна: ювелирные эмали на меди, цветная глазурованная черепица, золоченые медные купола, цветной облицовочный кирпич, цветные фарфоровые вставки, эстляндский мрамор, гранит, мозаичные гербы российских городов и губерний. Особое значение в убранстве собора принадлежит поделочному камню.

   Наружный  цоколь Спаса на крови - гранитный. Его  нижняя часть облицована темно-серым, а верхняя - светло-серым гранитом, добытым на острове Германа (Ладожское озеро). Фигурные гранитные колонки и двухлопастные, с "гирьками", арки из мрамора декоративных порталов гармонично обрамляют двадцать мемориальных досок из темно-красного норвежского гранита с надписями о деяниях царствования императора Александра II.

   Облицовку цоколя выполняли мастера известной  в Петербурге в конце XIXв. Скульптурной мастерской Гаэтано Бота Баринов, Крутиков и Благодарев.

   Верхний пояс цоколя выполнен в виде декоративной аркады, колонки и кокошники, украшающие окна на фасадах храма, изготовлены из эстляндского мрамора. Все мраморные работы на фасадах выполняли мастера эстонской фирмы "Кос и Дюрр". Четыре крыльца оформлены треугольными кокошниками из эстляндского мрамора, их колонны изготовлены из серого гранита Усть – Каменогорского месторождения.

   Высокое качество обработки материалов, выявление  природной красоты камня - все  это характерно для мастерства русских  камнерезов, и наиболее ярко проявилось в декоративно-художественном убранстве  интерьера храма Воскресения Христова.

   Разнообразие  и обилие пород самоцветов и поделочного камня в соборе поражает воображение. В создании интерьера принимали участие лучшие отечественные и итальянские мастера. Резные каменные подзоры из маховика, розетки между кокошниками из родонита и восьмигранная пирамида шатра из уральского змеевика были изготовлены на Урале екатеринбургскими камнерезами.

   Особую  роль в декоративном убранстве Спаса  на крови играет уникальнейший мозаичный  пол из цветных итальянских мраморов, удивительно гармонирующих с  мозаичным убранством. Подобно древнегреческим и древнеримским памятникам, пол храма представляет собой сплошные красочные орнаменты, созданные в 1903 - 1905 гг. мастерами генуэзской фирмы "Нови" по рисункам Парланда. Цокольная часть стен внутри собора облицована серпентинитом, заготовленным в Неаполе, с широким плинтусом из красного левантийского мрамора. Облицовка цоколя пилонов - житомирский лабрадорит, обладающий свойством иризации: из глубины темной поверхности камня он светится светлыми и голубыми искрами (особенности его кристаллической структуры).

   Рядом с  иконостасом храма находятся  северный и южный киоты, общее  цветовое решение которых построено  на контрастном сопоставлении природного цвета минералов. Темно-серый цвет полосчатой ревневской яшмы цоколя усиливает звучание сочного розового цвета орлеца (родонита) верхней части киота и гармонирует с цветной облицовкой стен. Тональная нейтральность нижней части киота помогает оценить по достоинству его богатую и пышно декорированную верхнюю часть. Красивый по своему природному окрасу орлец орнаментирован резьбой из уральских яшм нежных пастельных палевых, серых и бежевых тонов с редкими красными пятнами.

   Девять  колонок в цоколе киотов выполнены  из темно-красного коргонского порфира. Вертикальные плоскости украшены красной пятнистой яшмой. Особая декоративность, нежные палевые, серые и бежевые тона присущи орской яшме северного киота. Его украшают орнаментальные резные пластины из пятнистой орской яшмы, закрепленные на фоне молочно-белого кварца. Крест и орнаменты центрального кокошника выполнены из аушкульской яшмы. В южном киоте орнамент выполнен из серо-бежевой нежно-пятнистой яшмы и закреплен на фоне красно-белой орской яшмы. Орлец в киотах Спаса на крови представлен своим лучшим сортом - ярко-розовым (уральское Сидельниковское месторождение). Обрабатывали его на Екатеринбургской гранильной фабрике, здесь же были изготовлены орнаментальные резные пластины, колонны из орской яшмы, кресты кокошника и орнаменты из аушкульской яшмы. Цоколь киотов из темно-серой ревневской яшмы и колонки из порфира выполнены на Колыванской полировальной фабрике.

   В оформлении киотов ярко проявилось высокое профессиональное мастерство русских камнерезов, умеющих выявить природную красоту минерала, вдохнуть в камень жизнь. Иконостас Спаса на крови был выполнен в Генуе мастерами фирмы "Нови" по эскизам Парланда в 1901 - 1907 годах. Камнерезные работы производились по моделям русского скульптора Степанова.

   Иконостас разделен на центральную, северную и  южную части, и в его художественно-декоративном убранстве ведущую роль играет камень. Перед нами предстает уникальный по цветовому подбору мрамор: красно-коричневый с разноцветными прожилками внизу, выше он постепенно светлеет и, плавно переходя в охристо-желтый, наверху становится почти белым, напоминая резьбу по дереву. Плоскость иконостаса разделена четырнадцатью колоннами, каждая из которых имеет свой особый узор. Венчали карниз иконостаса резные кокошники с крестами, украшенными драгоценными топазами.

   В декоративном убранстве иконостаса этого храма  проявились художественные особенности, характерные для произведений русского камнерезного искусства конца XIX - начала XX веков, - стремление к внешним эффектам. Действительно, некоторая излишняя вычурность и условность форм приводит к утрате подлинной красоты природного камня. Но качество выполнения камнерезных работ иконостаса свидетельствует о высокой профессиональной подготовке мастеров.

   Иконостас Спаса на крови - образец профессионального  мастерства его создателей и пример художественного убранства русских  храмовых построек начала XX века.

   Живописные  эскизы для мозаик Спаса на крови  создавали 32 художника, отличавшихся как  степенью своего дарования, так и  художественной направленностью. Лучше  других восприняли специфику монументального  искусства Н.Н.Харламов, В.В.Беляев, отчасти А.П.Рябушкин и В.М.Васнецов. Диапазон их творческой манеры весьма разнообразен: от византийских традиций и канонов академизма до стилистических приемов модерна. Наиболее удачно проявилась взаимосвязь мозаики с архитектурными формами в наружном оформлении. Большинство этих мозаик набрано упрощенным способом, подчас кубики смальты повторяют

   кладку  стены.

   На южном  фасаде храма привлекает внимание мозаика  большого кокошника по эскизу Н.А.Кошелева "Христос во славе". Центральное место в композиции занимает четко вписавшийся в академический треугольник образ Христа. Все пространство мозаики пронизывает золотой поток лучей, исходящий от мандорлы. Обычный для этого сюжета сонм предстоящих ограничен двумя фигурами. Справа - св. Николай Мирликийский, соименный императору Николаю II, при котором храм был освящен. Слева - св. Александр Невский, покровитель города и императора Александра II. Модель Спаса в его руке указывает на причину возведения храма.

   Композиция  этой мозаики достаточно трафаретна, отличается пестротой колорита, однако она органично вписалась в тимпан кокошника, что позволило А.Фролову назвать "Христа во славе" в числе лучших работ. Главная утверждающая тема - надежда и спасение - нашла отражение в мозаике М.В.Нестерова "Воскресение Христа" на северном фасаде храма. На золотом фоне проема гробницы возвышается воздушная фигура Спасителя в белой погребальной плащанице, с тонким красным крестом в левой руке. Несмотря на смиренное выражение лица Господа весь Он - воплощение торжества жизни над смертью. Справа - бесплотная фигура ангела с развернутыми крыльями. Неяркий, сдержанный колорит, некоторая внешняя вялость помешали созданию яркого монументального образа Иисуса Христа. 
 

   Орнаменты храма Воскресения  Христова. 

   Орнаментальное  убранство храма Воскресения  Христова создавалось по оригиналам архитектора Альфреда Парланда и  художника Андрея Рябушкина. Каждая из частей храма несет свою смысловую нагрузку, и в зависимости от этого, имеет свои особенности орнаментики.

   Каждый  верующий или человек, готовящийся  к таинству крещения, при входе  в храм (западная часть) попадает как  бы в земную «модель» Райского сада. Этот мир представлен в виде сплошного коврового растительного орнамента, включающего изображения птиц. Именно так художники-орнаменталисты представляли себе красоту Небес, равной которой нет в земной природе. Цветы представляют здесь и красоту и Божественное Благословение, а плющ, овивающий их стебли – это символ преданности и вечной жизни, поскольку он продолжает расти и на погибших деревьях. Птицы – это символ души, идея отделения духовного начала от начала земного.

   В орнаментах Спаса на крови немало звезд с разным количеством лучей, символика которых многозначна. Например, пятиконечная звезда – один из самых древних символов человека, в православных храмах трактуется так же, как пять ран на теле распятого Христа. Шестиконечная звезда – образ сотворения мира, восьмиконечная – символ Богоматери и, вместе с тем, нимб Бога-отца Саваофа, «Венец Отеческой Славы». Многочисленные Кресты, вплетенные в орнаменты Спаса, обозначают символ христианской веры, Благословение Креста, дарованное всем людям. Из Крестов составлены многочисленные монограммы Иисуса Христа.

   Растительный  бордюрный орнамент выполнен тонко  и изящно. Его мотивы отличаются пышностью и разнообразием цвета. Так, лилии и белые розы символизируют  Матерь Божью, цветок граната – единство Церкви, солнечный цветок мимозы –  знак уверенности в грядущем Воскресении. Орнамент пола в мемориальной зоне храма – стилизованный лавровый венок, символ победы Иисуса Христа над смертью. Над сенью – ангелы с павлиньими перьями – символ возрождения, символ вечной жизни.

   Орнамент  в виде виноградной лозы в алтарной части храма также символизирует Спасителя. Побеги лозы – Его ученики, гроздья – вино и хлеб Святого Причастия. На задней стене алтаря мозаика «Евхаристия», созданная с оригинала Николая Харламова, иначе называется «Причащение апостолов», орнаментирована стилизованными чашами (чаша – символ веры, сосуд, который использовал Иисус Христос во время Тайной вечери), гроздьями винограда и пиками – символ страстей Господних.

   Многообразие  христианской символики дает мозаичистам  и художникам почти безграничные возможности при создании орнаментов православного храма. Рассмотреть отдельные мотивы орнаментики, попытаться сопоставить ее с иконописной программой собора, понять и осмыслить значение орнаментальных символов – достаточно трудная, но интересная для исследователей задача. 
 
 
 
 
 
 
 
 

Заключение.

   Храм  Воскресения Христова (Спас на крови) - одна из ведущих доминант в силуэте  левобережной части Санкт-Петербурга. Его живописная композиция активно  включается в городскую панораму, особенно эффектно воспринимается собор  со стороны Невского проспекта, в перспективе канала Грибоедова. Он приковывает внимание динамичной группировкой объемов, насыщенным многоцветьем убранства и, главное, неожиданным вторжением легко узнаваемых древнерусских форм в классицистическую среду центральной части города.

   Было  бы неправильно воспринимать этот храм только как культовый объект, прочтение  его шире и глубже. Идейно-образная структура Спаса отражает не столько  культовое, сколько политическое, историческое, художественно- стилистическое и даже градообразующее начало.

   Собор привлекает пышностью и количеством  декора: фигурными наличниками, кокошниками, поясками, изразцами, цветной глазурованной  черепицей. Пять куполов храма покрыты  ювелирной эмалью площадью 1 000 кв. м. Его колокольню украшают мозаичные  гербы городов и губерний Российской империи. Общая площадь мозаики фасадов храма составляет 400 квадратных метров. В технике русской мозаике выполнены расположенные с трех сторон колокольни собора гербы русских народов и уездов. Своеобразие художественного исполнения храма Воскресения Христова позволяет отнести его к числу интереснейших архитектурно-художественных памятников Санкт – Петербурга.

   Глядя на этот красочный архитектурный  памятник, Спас на крови, у меня возникает  чувство восхищения. Этот собор создавался на протяжение XIX в.  Несмотря на увековечение столь печального события, девятиглавое здание храма поражает своей яркой, пёстрой красотой. Оно поистине кажется разноцветной игрушкой на фоне по-петербургски строгой архитектуры соседних домов. Архитектор А. Парланд, автор постройки, стилизовал собор в духе русской "орнаментальной" архитектуры. 

   Более четверти века потребовалось на постройку  и окончательную отделку храма, высота которого достигает 79,8 метров. Колокола храма, главный из которых  весил 1100 пудов, были изготовлены в Финляндии. Особенно значительным в храме, после алтаря, было место, где произошло покушение на императора Александра. 
 
 
 
 
 
 
 
 

   Список  литературы: 

1. Зодчие  Санкт-Петербурга. XIX — начало XX века / cост. В. Г. Исаченко; ред. Ю. Артемьева, С. Прохватилова. — СПб.: Лениздат, 1998. — 1070 с
2. Кириков Б. М. Храм Воскресения Христова. (К истории "русского стиля" в Петербурге) // Невский архив. М.-Спб., 1993. С. 204-245.
3. Черепинин Н.Ю., Шкаровский Н.В.. Справочник по истории православных монастырей и соборов Санкт – Петербурга 1917– 1945. – СПб., 1996. – С. 74-76.
4. – //История Петербурга. – 2003. – № 1(11). Протоколы совещаний представителей музеев и прочих организаций по вопросу разборки храма «Спас на крови»». – С.70-75.
5. Демидов В.. Снаряд в куполе. – //Санкт- Петербургская панорама. – 1993. – № 5.
6. Санкт-Петербург: История; Архитектура; Городская жизнь и др. Издательство: Аванта+, Мир энциклопедий,2005