Идеи управления в трудах мыслителей Древнего Шумера

Содержание 

Введение………………………………………………………………………….3

1.Общие  сведения о Древнем Шумере………………………………………....4

1.1. Общественный  и государственный строй Древнего Шумера…………....6

1.2. Письменность………………………………………………………………10

2. Хозяйство  Древнего Шумера………………………………………………..12

3. Идеи  управления в Древнем Шумере……………………………………....15

Заключение……………………………………………………………………...17

Использованная  литература…………………………………………………....18 

Введение

     Обращение к истории реального  управления и идей об управлении  – это всякий раз проверка собственных гипотез и идей, поиск аналогов решений, оценка принимаемых решений. В сегодняшней бурно развивающейся   бизнес - среде практически  в каждом деловом журнале можно встретить цитаты из исторических рукописей  древних мыслителей, высказывания руководителей  государств и военных полководцев прошлого об управлении людьми, об отношениях с подчинёнными, о стратегии и тактике управления, о власти, конфликтах и лидерстве, о контроле и учёте в управлении и о многих других по-прежнему актуальных управленческих проблем.         Актуальность темы исследования обусловлена тем, что цивилизация         Двуречья имела непосредственное и интенсивное влияние на  сформирование управленческой мысли. И с этой точки зрения интересно узнать, где и как оно прослеживается в нашей современной жизни. Цель – проследить трансформацию практики управления в Древней Шумере. В связи с обозначенной целью необходимо решение следующих задач: обозначить и проанализировать практику управления в Древнем Шумере, проследить её изменение и выделить основные идеи в области управления.

                           1. Общие сведения о Древнем  Шумере 

   Следы самого первого в истории государства — государство шумеров — найдены на территории современного Ирака. Оно возникло между 4500 и 4000 годами до н. э. на землях между реками Тигр и Евфрат. Это место греки называли Месопотамией, что в переводе означает Междуречье или Двуречье. Именно сюда примерно семь тысяч лет тому назад пришел и поселился народ, который мы называем шумерами. Сами шумеры ничего о своем происхождении не говорят. Древнейшие космогонические фрагменты начинают историю мироздания с отдельных городов, и всегда это тот город, где создавался текст (Лагаш), или священные культовые центры шумеров (Ниппур, Эреду). [ 1]

    Уже к середине III тысячелетия, когда создаются первые космогонические тексты, шумеры начисто забыли о своем происхождении и даже о своем отличии от остальных жителей Двуречья. Сами они называли себя санг-нгиг - "черноголовые", но точно также именовали себя на своем языке и месопотамские семиты. Если шумер хотел подчеркнуть свое происхождение, он называл себя "сыном такого-то города", то есть свободным гражданином города. Если он хотел противопоставить свою страну чужим странам, то её он называл словом калам (этимология неизвестна, пишется знаком "народ"), а чужую - словом кур ("гора, загробный мир"). Национальная принадлежность в самоопределении человека в то время отсутствовала. Важна была принадлежность территориальная, которая зачастую объединяла происхождение человека с его социальным статусом.

     Это был один из самых загадочных  народов в истории. Об антропологическом  типе шумеров можно в известной  степени судить по костным  останкам: они принадлежали к  средиземноморской малой расе  европеоидной большой расы. Шумерский тип и по сию пору встречается в Ираке: это смуглые люди невысокого роста, с прямым носом, курчавыми волосами и обильной растительностью на лице и на теле. Волосы и растительность тщательно сбривали, чтобы предохранить себя от вшей - поэтому в шумерских статуэтках и рельефах столь много изображений бритоголовых и безбородых людей. Бриться необходимо было и в культовых целях - в частности, бритыми всегда ходили жрецы. На тех же изображениях - большие глаза и большие уши, но это всего лишь стилизация, также объясняющаяся требованиями культа (большие глаза и уши как вместилища мудрости). Ни мужчины, ни женщины Шумера не носили нижнего белья. Зато до конца дней своих они не снимали с талии надетого на голое тело магического двойного шнурка, оберегавшего жизнь и здоровье. Основной одеждой мужчины были рубашка-безрукавка (туника) из овечьей шерсти, длиной значительно выше колен, и набедренная повязка в виде шерстяного полотнища с бахромой на одной стороне. Бахромчатый край мог прикладываться к юридическим документам вместо печати, если человек был недостаточно знатен и личной печати не имел. Женская одежда сравнительно мало отличалась от мужской, но женщины никогда не ходили без туники и не появлялись в одной тунике, без другой одежды. Женская туника могла доходить до колен и ниже, иной раз имела разрезы сбоку. Была известна и юбка, сшитая из нескольких горизонтальных полотнищ, причем верхнее заворачивалось в жгут-пояс. Традиционной одеждой знатных людей (как мужчин, так и женщин), помимо туники и повязки, была "завертка" из полотнища, покрытого нашитыми флажками. Флажки эти, вероятно, не что иное, как бахрома из цветной пряжи или ткани. Никакого покрывала, которое бы закрывало лицо женщины, в Шумере не было. Из головных уборов знали войлочные круглые шапки, шляпы и колпаки. Из обуви - сандалии и сапоги, но в храм всегда приходили босыми. Когда наступали холодные дни поздней осени, шумеры заворачивались в плащ-накидку - прямоугольное полотнище, в верхней части которого с обеих сторон было прикреплено по одной или по две лямки, завязывающееся узлом на груди. Но холодных дней бывало немного. Шумеры очень любили ювелирные украшения. Богатые и знатные женщины носили тесный "воротник" из прилегавших друг к другу нитей бус, от подбородка до выреза туники. Дорогие бусы изготовлялись из сердолика и лазурита, более дешевые - из цветного стекла (хурритские), самые дешевые - из керамики, раковины и кости. И мужчины, и женщины носили на шее шнур с большим серебряным или бронзовым кольцом-пекторалью и металлические обручи на руках и ногах.

   На  протяжении целого тысячелетия шумеры были главными действующими лицами на древнем Ближнем Востоке. Согласно принятой в настоящее время относительной  хронологии их история продолжалась в течение Протописьменного периода, Раннединастического периода, периода династии Аккада, эпохи кутиев и эпохи царства III династии Ура. Протописьменный период (XXX-XXVIII вв. до н.э) - время прихода шумеров на территорию Южного Двуречья, возведения первых храмов и городов и изобретения письменности. Раннединастический период (РД)делится на три подпериода: РД I (ок.2750-ок.2615 до н.э), когда государственность шумерских городов только еще формируется; РД II (ок.2615-ок.2500 до н.э.), когда начинается становление основных институтов шумерской культуры (храм и школа); РД III (ок.2500-ок.2315 до н.э.) - начало междоусобных войн шумерских правителей за превосходство в регионе. Затем более столетия длится правление царей семитского происхождения, выходцев из города Аккада (XXIV-нач.XXII в. до н.э.). Почуяв слабость последних аккадских правителей, на шумерскую землю нападают дикие племена кутиев, которые управляют страной также в течение столетия. Последнее столетие шумерской истории - эпоха III династии Ура, период централизованного управления страной, засилья учетно-бюрократической системы и парадоксальным образом время расцвета школы и словесно-музыкальных искусств (XXI-XX вв. до н.э.). После падения Ура под ударами эламитов в 1997г.до н.э. история шумерской цивилизации заканчивается, хотя основные институты государства и традиции, созданные шумерами за десять столетия активной работы, продолжают использоваться в Месопотамии еще около двух столетий, до прихода к власти Хамураппи (1792-1750 до н.э.). [2]

           1.1.   Общественный и государственный  строй Древнего Шумера

    Общественный и государственный  строй Древнего Шумера характеризуется  сохранением пережитков родоплеменной  организации. Особенности ведения  сельского хозяйства, связанные  с необходимостью организованного  орошения, обусловили существование  территориальных общин. 
   Огромную роль в жизни Шумера играло жречество, составлявшее высшие слои шумерского общества. Храмы были центрами управления сельским хозяйством. Сначала они не имели собственной земли, и каждая деревня выделяла участок земли, который обрабатывался крестьянами-общинниками, а собранный с него урожай отдавали храму. Постепенно храмы присвоили эти земли и стали вести на них самостоятельное хозяйство. 
В Шумере довольно рано была разрешена купля-продажа земли, и это стало основой увеличения храмовых земель. Часть земель сдавалась в аренду. Широко применялся на храмовых землях наемный труд безземельных крестьян. Храмы организовывали прокладку каналов, собирали налоги, управляли жизнью соседних городов и деревень. [3]

    Население шумерского города-государства разделялось следующим образом:

   1. Знать: правитель города, начальник  храмовой администрации, жрецы,  члены совета старейшин общины. Эти люди имели в порядке  семейно-общинного или родового, а часто и индивидуального  владения десятки и сотни гектаров общинной земли, эксплуатируя клиентов и рабов. Правитель, кроме того, часто пользовался для личного обогащения землей храма.

   2. Рядовые общинники, имевшие участки  общинной земли в порядке семейно-общинного  владения. Они составляли более  половины всего населения.

   3. Клиенты храма:

     а) члены храмовой администрации  и ремесленники;

     б) подчиненные им люди. Это бывшие общинники, утратившие общинные связи.

   4. Рабы:

   а) рабы храма, мало отличавшиеся от низших категорий клиентов;

      б) рабы частных лиц (число этих рабов было сравнительно невелико).

Социальная  структура шумерского общества довольно четко распределяется по двум основным экономическим секторам: община и  храм. Знатность определяется количеством  земли, население либо обрабатывает свой надел, либо трудится на храм и крупных землевладельцев, ремесленники прикреплены к храму, а жрецы - к общинной земле.  
Более половины населения составляли родовые общинники. Общинные земли являлись исходной точкой для развития частного землевладения и купли-продажи земли. Общинники, потерявшие связь с общиной, имели правовой статус клиента и, обладая личной свободой, находились в экономической зависимости от храмов и частных лиц. 
  Шумер не был единым государством. На его территории находилось несколько десятков самостоятельных городов и областей. Наиболее известными были города Эриду, Ур, Лагаш, Умма, Урук, Киш. 
Во главе города и области стоял правитель, носивший титул «энси» («патеси»). Это был верховный жрец главного городского храма. В случае если власть правителя выходила за рамки города, правителю присваивался титул «лугаля». Функции их были одинаковы и сводились к управлению общественным строительством и ирригацией, храмовым хозяйством. Они возглавляли общинный культ, предводительствовали войском, председательствовали в совете старейшин и народном собрании.[4]

Правителем  шумерского города в начальный период истории Шумера был эн ("господин, обладатель"), или энси. Он сочетал  в себе функции жреца, военного вождя, градоначальника и председателя парламента. В число его обязанностей входили следующие:

1. Руководство  общинным культом, особенно участие  в обряде священного брака.

2. Руководство  строительными работами, особенно  храмостроительство и ирригация.

3. Предводительство  войском из лиц, зависящих от  храмов и от него лично.

4. Председательство  в народном собрании, особенно  в совете старейшин общины.

Эн и  его люди по традиции должны были спрашивать разрешения на свои действия у народного  собрания, состоявшего из "юношей города" и "старцев города". О существовании такого собрания , мы знаем, в основном, из гимно-поэтических текстов. Как показывают некоторые из них, даже не получив одобрения собрания или получив его у одной из палат, правитель мог все же решиться на свое рискованное предприятие. Впоследствии, по мере концентрации власти в руках одной политической группировки, роль народного собрания совершенно сошла на нет.

  Миссии шумерских правителей не отличались разнообразием: либо это война с соседним городом за возвращение незаконно занятой земли, либо восстановление старого храма, либо проведение законодательного акта. В случае успеха этих акций на страну изливалось изобилие в виде высоких урожаев и приплода скота, а сам правитель получал от богов право на долгий, фактически бесконечный срок правления. В случае же неудачи или, того хежу, отступления правителя от традиционных ритуалов и житейских норм, его страну ждало санкционированное богами нападение противника и массовый мор от болезней. Впоследствии выборы в Ниппуре стали формальным актом, поскольку престолонаследие считалось нормой государственной политики. Во время III династии Ура цари были признаны равными богам и даже имели божественных родственников (например, братом царя Шульги считался знаменитый Гильгамеш). Соответственно, вечной признавалась и сама урская государственность. Однако в самом конце шумерской истории, под воздействием политических обстоятельств, появляется теория о "царственности" (или "судьбе царя"), переходящей из города в город, поскольку вечное правление, как и вечная жизнь, недостижимо для смертных.

  Кроме  должности градоправителя, известен  из шумерских текстов и титул  lugal - "большой человек", в разных  случаях переводимый или как  "царь", или как "хозяин". И.М.Дьяконов в своей книге  "Пути истории" предлагает  переводить его русским словом "князь". Титул этот впервые появляется в надписях правителей города Киша, откуда он, вполне возможно, и пошел. Первоначально это был титул военного вождя, который выбирался из числа энов верховными богами Шумера в священном Ниппуре (или в своем городе при участии ниппурских богов) и временно занимал положение хозяина страны с полномочиями диктатора. Но впоследствии царями становились не по выбору, а по наследству, хотя при интронизации все еще соблюдали старый ниппурский обряд. Таким образом, один и тот же человек одновременно был и эном какого-то города, и лугалем страны, поэтому борьба за титул лугаля шла во все времена истории Шумера. Правда, довольно скоро стала очевидной разница между лугальским и энским титулом. Во время захвата Шумера кутиями ни один энси не имел права носить титул лугаля, поскольку лугалями себя называли оккупанты. А ко времени III династии Ура энси были чиновниками городских администраций, всецело подчинявшимися волю лугаля. Документы из архивов горда Шуруппака (XXVI в.) показывают, что в этом городе люди правили по очереди, причем правитель менялся ежегодно. Каждая очередь, по-видимому, падала по жребию не только на то или иное лицо, но и на определенный территориальный участок или храм. Это указывает на существование некоего коллегиального органа управления, члены которого по очереди занимали должность старейшины-эпонима. Кроме того, известны свидетельства мифологических текстов об очередности в правлении богов. Наконец, и сам термин для срока правления лугаля бала - буквально означает "очередь". Не значит ли это, что самой ранней формой правления в шумерских городах-государствах было именно поочередное правление представителей соседних храмов и территорий? Вполне возможно, но доказать это довольно трудно.Если правитель на социальной лестнице занимал верхнюю ступень, то у подножия этой лестницы ютились рабы. В переводе с шумерского "раб" означает "спущенный, опущенный". В первую очередь приходит на ум современный жаргонный глагол "опускать", то есть "лишать кого-либо общественного статуса, подчиняя себе в качестве собственности". Но приходится учитывать также и тот исторический факт, что первыми в истории рабами были военнопленные, а шумерское войско сражалось со своими противниками в горах Загроса, поэтому слово для обозначения раба может просто иметь смысл "спущенный с восточных гор". Первоначально в плен брали только женщин и детей, поскольку вооружение было несовершенно и конвоировать пленных мужчин было трудно. После пленения их чаще всего убивали. Но впоследствии, с появлением бронзового оружия, мужчинам также сохраняли жизнь. Труд рабов-военнопленных использовался в частных хозяйствах и в храмах...

Помимо  рабов-пленных в последние века Шумера появились и рабы-должники, захваченные своими кредиторами  до момента выплаты долга с процентами. Участь таких рабов была намного легче: чтобы вернуть себе прежний статус, им нужно было всего лишь выкупиться. Рабы - пленники, даже освоив язык и обзаведясь семьей, редко могли рассчитывать на свободу.[2] 
 

1.2. Письменность 

      Пожалуй, самым существенным вкладом шумеров в историю мировой культуры является изобретение письменности. Письменность стала мощным ускорителем прогресса во всех областях деятельности человека: с ее помощью был налажен учет имущества и контроль за производством, стало возможным планирование хозяйства, появилась устойчивая система образования, увеличился объем культурной памяти, в результате чего возник новый вид традиции, основанный на следовании канону письменного текста. Письменность и образование изменили отношение людей к одной письменной традиции и связанной с ней ценностной системе. Шумерская разновидность письма - клинопись - использовалась в Вавилонии, Ассирии, Хеттском царстве, хурритском государстве Митанни, в Урарту, в Древнем Иране, в сирийских городах Эбла и Угарит. В середине II тысячелетия клинопись была письмом дипломатов, ее использовали в своей внешнеполитической переписке даже фараоны Нового царства (Аменхотеп III, Эхнатон). Сведениями, дошедшими из клинописных источников, в том или ином виде пользовались составители книг Ветхого Завета и греческие филологи из Александрии, книжники сирийских монастырей и арабо-мусульманских университетов известны они были и в Иране, и в средневековой Индии. В Европе Средних веков и эпохи Возрождения "халдейская премудрость" (халдеями древние греки называли астрологов и врачей из Месопотамии) была в большом почете сперва у мистиков герметического толка, а затем и у богословов-востоковедов.  Но с течением веков ошибки в передаче древних традиций неумолимо накапливались, а шумерский язык и клинопись были настолько основательно забыты, что источники знаний человечества пришлось открывать во второй раз... [5]

    Древнейшими надписями, дошедшими  до нас от шумерских правителей, являются короткие, в три-четыре  строчки, надписи кишского лугаля Энмебарагеси, найденные в долине Диялы. Они очень просты: "Энмебарагеси, лугаль Киша".Сын Энмебарагеси, Агга, был участником самой первой известной из эпических текстов войны между городами. Согласно легенде, Агга через послов потребовал, чтобы Урук принял участие в ирригационных работах на территории Киша. Вероятно, такое требование было связано с наличием родственных отношений между городами, основанных на праве сильного, при которых один город считался старшим братом, а другой - младшим, и младший брат был обязан был выполнять приказания старшего. Правитель Урука эн Гильгамеш, как и положено было в таких случаях, решил испросить совета у народного собрания. Совет старейшин предположил Гильгамешу примириться и исполнить требования Киша, но совет воинов (буквально "юноши города") настоял на обратном. Решено было отказать старшему и начать поединок между городами за право старшинства. Получив отказ, Агга прибыл с войском на ладьях, спустившись вниз по Евфрату, но начатая им осада Урука закончилась поражением воинов Киша. Сам Агга был взят в плен и с целью унижения назначен смотрителем строительных работ в Уруке, которые теперь должны были проходить с участием граждан Киша. Гегемония над Южным Двуречьем с той поры перешла к Уруку. Должно быть, вскоре после этого события Гильгамеш обнес Урук стеной, объединившей три поселения и составлявшей в длину девять километров. Вполне возможно, что после падения Киша на север Двуречья приходят эламиты; один из вождей, по имени Месилим, родом из города Дера, упомянут в нескольких надписях как третейский судья при различных спорах шумерских правителей. Примерно через столетие после описываемых событий возник храмовый архив города Шуруппака, из документов которого мы получаем чрезвычайно ценные сведения о начальной поре шумерской истории. Во-первых, в списке богов этого города стоят имена урукских энов Гугальбанды и Гильгамеша. Это означает, что по прошествии длительного времени правители, много сделавшие для страны, могли без ущерба для своей репутации получить титул бога - скорее всего, посмертно. Во-вторых, документы из Шуруппака свидетельствуют о существовании в это время большого военного союза во главе с Уруком, объединявшего все государства Южного Двуречья. Здесь кормили воинов своей общины, входивших в состав различных городских гарнизонов; число их достигало 670-680 человек. В-третьих, мы узнаем из этих документов о существовании большого числа лиц, бежавших в Шуруппак из соседних городов, и о беглецах из Шуруппака. Чем объясняются такие перемещения - сказать трудно. Ответа может быть два: или социальное неблагополучие, или экологическое бедствие. Впрочем, возможно и то и другое. [2]

2. Хозяйство  Древнего Шумера

  Из самых ранних пиктографических текстов, дошедших из храма в городе Уруке и дешифрованных А.А.Вайманом, мы узнаем о содержании древнего шумерского хозяйства. Нам помогают сами знаки письма, которые в то время еще ничем не отличались от рисунков. В большом количестве встречаются изображения ячменя, полбы, пшеницы, овец и овечьей шерсти, финиковой пальмы, коров, ослов, коз, свиней, собак, разного рода рыб, газелей, оленей, туров и львов. Понятно, что растения культивировались, а из животных одних разводили, а на других охотились. Из предметов быта особенно часты изображения сосудов для молока, пива, благовоний и для сыпучих тел. Были также специальные сосуды для жертвенных возлияний. Рисуночное письмо сохранило для нас изображения металлических орудий и горна, прялок, лопат и мотыг с деревянными рукоятями, плуга, саней для перетаскивания груза по заболоченным местам, четырехколесных повозок, канатов, рулонов ткани, тростниковых ладей с высоко загнутыми носами, тростниковых загонов и хлевов для скота, тростниковых эмблем богов-предков и многого другого. Существует в это раннее время и обозначение правителя, и знаки для жреческих должностей, и специальный знак для обозначения раба. Все эти ценнейшие свидетельства письменности указывают, во-первых, на земледельческо-скотоводческий характер цивилизации с остаточными явлениями охоты; во-вторых, на существование в Уруке большого храмового хозяйства; в-третьих, на наличие в обществе социальной иерархии и отношений рабовладения. Данные археологических раскопок свидетельствуют о существовании на юге Двуречья ирригационной системы двух видов: бассейнов для накопления вод весеннего паводка и магистральных каналов большого протяжения с постоянными узлами плотин.

Поскольку все хозяйственные архивы раннего  Шумера дошли до нас из храмов, в  науке возникла и укрепилась мысль  о том, что и сам шумерский  город был городом-храмом и что вся земля в Шумере принадлежала исключительно жречеству и храмам. На заре шумерологии эту мысль высказал немецко-итальянский исследователь А.Даймель, а во второй половине двадцатого столетия (н.э). его поддержал А.Фалькенштейн. Однако из работ И.М.Дьяконова стало ясно, что, помимо храмовой земли, в шумерских городах существовала еще земля общины, причем этой общинной земли было значительно больше. Дьяконов подсчитал численность городского населения и сравнил его с численностью храмового персонала. Затем он точно так же сравнил общую площадь храмовых земель с общей площадью всей земли Южного Двуречья. Сравнения получились не в пользу храма. Оказалось, что шумерская экономика знала два основных сектора: хозяйство общины (уру) и хозяйство храма (э). О внехрамовой общинной земле, кроме числовых соотношений, говорят также и документы о купле-продаже земли, совершенно проигнорированные сторонниками Даймеля.

 силы  и время для обработки дополнительного  надела. 

Представители общинной знати (в том числе и жрецы) наделов на земле храма или вообще не имели, или располагали лишь небольшими наделами, преимущественно на земле возделывания. Из документов купли-продажи мы знаем, что эти лица, как и родичи правителя, имели большие земельные владения, получаемые непосредственно от общины, а не от храма. О существовании внехрамовой земли сообщают самые различные типы документов, относимые наукой к договорам купли-продажи. Это и глиняные таблички с лапидарной констатацией основных аспектов сделки, и надписи на обелисках правителей, где сообщается о продаже царю больших земельных наделов и описывается сама процедура сделки. Для нас, несомненно, важны все эти свидетельства. Из них выясняется, что внехрамовой землей владела большесемейная община. Под этим термином подразумевается коллектив, связанный общностью происхождения по отцовской линии, общностью хозяйственной жизни и земельного владения и включающий более чем одну семейно-брачную ячейку. Такой коллектив возглавлялся патриархом, который и организовывал процедуру передачи земли покупателю.

    Шумеры культивировали ячмень, полбу  и пшеницу. Расчеты по купле-продаже  вели в мерах ячменного зерна  или в серебре (в виде серебряного  лома по весу).Скотоводство в  Шумере было отгонным: скот содержался  в загонах и хлевах и ежедневно выгонялся на пастбище. Из текстов известны пастухи-козопасы, пастухи коровьих стад, но более все известны пастухи овец. Ремесло и торговля в Шумере развились очень рано. Древнейшие списки имен храмовых ремесленников сохранили термины для обозначения профессий кузнеца, медника, плотника, ювелира, шорника, кожевенника, гончара, ткача. Все ремесленники были храмовыми работниками и получали за свой труд как натуральные выдачи, так и дополнительные наделы земли. Однако на земле они работали редко и с течением времени утратили с общиной и земледелием всякую реальную связь. Известны из древнейших списков и торговые агенты, и корабельщики, перевозившие товары по Персидскому заливу для торговли в восточных странах, но они также работали на храм. К особой, привилегированной части ремесленников относились писцы, работавшие в школе, в храме или во дворце и получавшие за свой труд большие натуральные выдачи.

    В общем и целом шумерскую  экономику можно рассматривать  как земледельческо-скотоводческую  с подчиненным положением ремесла и торговли. В основе ее - натуральное хозяйство, кормившее только жителей города и его власть и лишь изредка поставлявшее свои продукты в соседние города и страны. Обмен шел преимущественно в сторону импорта: шумеры продавали излишки сельскохозяйственных продуктов, ввозя в свою страну строительный лес и камень, драгоценные металлы и благовония.

   Обрисованная в целом структура шумерской экономики в диахронном плане не претерпела существенных изменений. С развитием деспотической власти царей Аккада, упроченной монархами III династии Ура, все больше земли оказывалось в руках ненасытных правителей, но никогда им не принадлежала вся пригодная для обработки земля Шумера. И хотя община к этому времени уже утратила свою политическую силу, все равно аккадский или шумерский царь должен был выкупать землю у нее, скрупулезно соблюдая описанную выше процедуру. Ремесленники с течением времени все больше и больше закреплялись царем и храмами, низводившими их едва ли не до положения рабов. То же происходило и с торговыми агентами, во всех своих действиях подотчетными царю. На их фоне работа писца неизменно рассматривалась как свободный и хорошо оплачиваемый труд.[2]

3. Идеи управления в Древнем Шумере 

    Шумеры, согласно их собственным  записям, почитали доброту и правду, закон и порядок, справедливость и свободу, праведность и прямоту, милосердие и сострадание и, естественно, отвергали противоположные этим качества - зло и лживость, беззаконие и беспорядок, несправедливость и насилие, греховность и извращения, жестокость и безжалостность. Цари и правители особенно любили похваляться тем, что установили в стране закон и порядок, защищали слабых от сильных, бедных от богатых, искореняли зло и насилие. В шумерской цивилизации уже были заложены начала науки, которая, будучи вписанной в религиозное мировоззрение, была его служанкой. В силу этого научная деятельность была подчинена культу традиций и ориентировалась на недосягаемые образцы прошлого. Шумерские мыслители стремились выяснить сущность природы и собственной цивилизации, они создали оригинальную концепцию "Ме", смысл которой до сих пор не установлен окончательно. В общем плане "Ме" представляют собой совокупность различных закономерностей и правил, обеспечивающих функционирование элементов как природы, так и шумерской цивилизации. Все законы и правила созданы великими богами, однако они существуют вне богов, они проявляются в движении неживой и живой материи, которая является безличной и вечной. В законах "Ме", согласно шумерским мыслителям, содержится вся мудрость и наука. В мифе о том, как царица небес и царица Урука Инанна украли божественные законы "Ме", сохранился список свыше ста этих законов, связанных с шумерской цивилизацией. До сих пор расшифровано свыше половины этих законов. Здесь самые разные понятия: правосудие, мудрость, героизм, вражда, искусство и боевое знамя, проституция и священное очищение, музыкальные инструменты и искусство писца, мир, победа, доброта и пр.[6]

        Специфика научного освоения  мира в рамках шумерской и  других цивилизаций Древней Месопотамии обусловлена и способом мышления, принципиально отличавшимся от современного способа мышления, выработанного европейской культурой. Разум — орудие мышления — служил воображению, тогда как в современной науке воображение играет служебную роль и проверяется эмпирическими данными. Постижение мира основывалось, прежде всего, на аналогиях из жизни людей, а не на рациональном исследовании самого мира. Например, в качестве образца для истолкования молнии и грома брали человеческий гнев, потому что такую аналогию диктовало воображение. Тогда еще не были известны принципы теоретического решения проблем с последующей верификацией.

Наука Древней Месопотамии стремилась овладеть действительностью, прежде всего  человеческой действительностью. Социальной ценностью обладало знание, позволяющее избежать несчастья, а если оно произошло, то избавиться от него, поэтому наука была нацелена на предсказание будущего. Об этом свидетельствует тот факт, что среди научных текстов на глиняных табличках чаще встречаются такие, которые ассириологи обычно называют гадательными. Гадательные таблицы разделены на рубрики, в каждой из которой зафиксированы точно явления (перемещения звезд, Луны, Солнца, атмосферные явления, поведение животных, удивительные формы растений и др.), указывающие на будущие ситуации, относящиеся к положению дел в стране или отдельного человека. В сакральных цивилизациях Древней Месопотамии трудно указать область знания, которая не служила бы целям управления общественной системой. Халдейские, ассирийские, вавилонские жрецы и маги, как и их древнеегипетские коллеги, имели обширные знания о психике человека, добытые в течение длительного времени, владели опытом в области внушения, гипноза и др. Даже формализованное знание из области астрономии и математики служило древним жрецам для управления сознанием масс.

   Основной идеей в области управления является выраженная нацеленность управления на обеспечение справедливости и служения поданным. Говоря о таком стремлении, шумерский царь Ур-Намму одним из первых в истории заявлял в изданных им законах, что он «установил справедливость в стране, воистину изгнал зло, насилие и раздор...».

    В шумерской практике постоянно  проводился принцип решительности  и твёрдости в управлении, декларирующий  обязательное и беспрекословное выполнение принятых установок. Чётко прослеживается во всех управленческих  установках правителей  и свойственное всем странам неприятие злоупотреблений служебным положением, корысти, использования власти для личного обогащения. В аккадской поэме «Вавилонскаятеодиция» (XI в. до н.э.) по этому поводу говорилось: «Пышного богача, что имущество в кучи сгребает, царь на костре сожжет до сужденного ему срока». [7]