САХАЛИНСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ

ИНСТИТУТ  ИСТОРИИ, СОЦИОЛОГИИ И УПРАВЛЕНИЯ 
 

Кафедра российской истории 
 
 

РЕФЕРАТ НА ТЕМУ:

      ИСТОРИЯ ЧЕРНОСОТЕННОГО ДВИЖЕНИЯ В РОССИИ В  НАЧАЛЕ ХХ ВЕКА.

Выполнил:

студент 5 курса очного отделения

специальности «история»

    Ветров  А.А.

    Проверила:

    к.и.н., доцент

    Кузмищева М.В. 
 
 

Южно-Сахалинск

    2010

ОГЛАВЛЕНИЕ

ВВЕДЕНИЕ…………………………………………………………………3

ОСНОВНАЯ ЧАСТЬ……………………………………………………….5

ЗАКЛЮЧЕНИЕ……………………………………………………………16

ИСТОЧНИКИ И ЛИТЕРАТУРА…………………………………………17 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

ВВЕДЕНИЕ

     При современном развитии многопартийной системы возрастает интерес к  изучению общественно-политической практики России начала XX века. Особое значение представляет изучение истории партий и движений, которые были против коренного перелома существовавшего политического строя и системы социальных отношений. Важность этой темы обуславливается тем фактом, что в настоящее время возрождаются политические партии, организации и общественные движения, поднимающие на вооружение идеи монархизма, как это делали черносотенные организации в первое десятилетие ХХ века.

Среди партий и  движений, вышедших на политическую арену  после Манифеста 17 октября 1905 года, значились и презрительно именовавшиеся  “черной сотней”. Возможно, срабатывала  ассоциация: черный – значит, темный и реакционный. Сами черносотенцы не отказались от названия, имевшего уничижительный оттенок в устах демократов.

Проводя исторические параллели (в средневековой Руси “черной сотней” именовалось  податное посадское население), “Руководство монархиста-черносотенца” вопрошало: “Почетное ли это название – черная сотня? Да, очень почетное. Нижегородская черная сотня, собравшаяся вокруг Минина, спасла Москву и всю Россию от поляков и русских изменников...” Черносотенцы занимали крайне правый фланг российского политического спектра, причем за свой экстремизм они заслужили репутацию “революционеров справа”.

Правый фланг  консолидировал свои ряды значительно  позже демократов и либералов. Объяснялось  это, помимо прочего, тем, что в самодержавной  монархии правящие круги не нуждались в каких-либо политических организациях. Их идеология была государственной доктриной, а интересы защищались всей мощью карательного аппарата империи. Лишь на рубеже XIX – XX веков возникли общества, которые можно определить как предшественников черносотенцев.

Подобно всем политическим партиям, черносотенцы до своего организационного оформления прошли стадию идейного становления. Поскольку всякий социально-экономический  кризис проявляется в первую очередь  в сфере человеческой мысли, уличным схваткам всегда предшествует бескровная, но не менее ожесточенная борьба по философским, историческим и литературным вопросам. Ревнители старины, убедившись, по их собственным словам, “в той опасности, которую представляла для русского дела космополитичность высших слоев высшего общества, признали желательным дать жизнь националистическому кружку”. Так было создано Русское собрание, в руководство которого вошли писатель князь Д.П.Голицын, правнук декабриста князь М.В.Волконский, литератор В.Л.Величко. В деятельности Собрания принимали участие видные представители художественной интеллигенции, включая И.Е.Репина и Н.К.Рериха. Ученые доклады о славянских и русских древностях, художественные выставки и музыкальные вечера, которые устраивались в Русском собрании, были подчинены задачам борьбы против распространения казавшихся чуждыми западных веяний. Противоположные позиции занимали умеренные либералы, объединившиеся в кружок “Беседа”. И хотя они не выходили за цензурные рамки, ни для кого не было секретом, что под видом отвлеченных теорий обсуждались злободневные дела. Обе организации стали школой для будущих черносотенцев и кадетов. 
 
 
 
 
 

ОСНОВНАЯ  ЧАСТЬ

Основные  организации и их лидеры

Первая черносотенная  организация — Русское Собрание — возникла в январе 1901 года. Это был немногочисленный литературно-аристократический кружок во главе с князем Дмитрием Голицыным. Кружок ставил перед собой в основном культурные задачи: изучение русской народной жизни, сохранение чистоты русской народной речи и т.п.

Сначала власти даже собирались запретить эту организацию, подозревая крамолу, но потом изменили своё отношение к ней. Министр внутренних дел Вячеслав Плеве стал покровителем и почётным членом общества.

Наиболее здоровым черносотенцы считали общество допетровской Руси. Они видели в нём своеобразный идеал единения и гармонии всех сословий. Что же нарушило эту социальную гармонию? Привнесение чужого, иноземного влияния начиная с Петра I. Роковую роль сыграло знаменитое «окно, прорубленное в Европу». Один из вождей черносотенства журналист Владимир Грингмут замечал, что Пётр приказал России «забыть самобытные русские предания, броситься в погоню за европейскими обычаями и учреждениями безо всякого разбора, не отличая в них драгоценного золота от обманчивой мишуры». 

Крестным  отцом российского черносотенства можно с уверенностью назвать  В.К. Плеве. Именно он в начале ХХ века приступил к созданию организационных  структур “черной сотни”, подбирая для них кадры, которые впоследствии граф С.Ю.Витте возмущенно называл  “подонками общества”. В октябре 1905 года детище главы тайной полиции приобретает официальный статус - организован “Союз русского народа”. СРН создает на территории страны более девятисот своих отделений.

В монархических  союзах и организациях четко различались руководящая верхушка и рядовые члены. Наибольшей известностью среди лидеров “черной сотни” пользовались помещики Владимир Митрофанович Пуришкевич и Николай Евгеньевич Марков. Также довольно известен был председатель Главного совета СРН Александр Иванович Дубровин - человек с уголовно-погромной репутацией, человек, считавший себя наиглавнейшим председателем и представителем интересов русского патриотического движения. В отличие от руководящей верхушки, рядовые члены крайне правых организаций принадлежали к неимущим слоям.

В октябре же 1905 года черносотенное движение переросло в массовое и распространилось по всей стране. Вышел первый номер газеты СРН «Русское знамя».

Вскоре  отделения СРН образовались по всей стране. Кое-где крестьяне вступали в союз целыми деревнями. Руководители союза утверждали, что он резко отличается от любой политической партии. Если партия защищает сословные, классовые интересы, то РСН выражает интересы всех сословий и классов русского общества.

Через некоторое время, однако, в черносотенном движении сложились два различных направления. Одно направление в первую очередь защищало привилегии дворянства, землевладельцев. Это направление возглавляли Владимир Пуришкевич и Николай Марков. Последний как-то раз удачно сравнил весь класс помещиков с вымирающими зубрами. В защите этих «зубров» от вымирания он видел свою основную задачу.

Другое  направление во главе с Александром  Дубровиным было ближе к низам  общества, охватывало часть крестьянства. В его лозунгах часто своеобразно  отражались крестьянские требования. Например, А. Дубровин резко выступал против уничтожения общины в ходе столыпинской реформы.

Характерным выразителем этого течения черносотенства являлся проповедник из Царицына иеромонах Илиодор (в миру — Сергей Труфанов). Илиодор входил в «Союз русского народа». В страстных и зажигательных проповедях он призывал бороться с богачами, чиновниками и интеллигентами.

Социальный  состав

Социальный состав черносотенцев в советской историографии  очерчивался предельно просто: реакционные  помещики и деклассированные элементы, разбавленные связанной с самодержавием буржуазией. На деле монархический лагерь насчитывал несколько десятков союзов и организаций, рекрутировавших своих членов из самых разных слоев населения. Если в составе "Русского собрания" был представлен высший свет столицы, то в Союзе русского народа (СРН) социальный спектр был гораздо шире, охватывая основные общественные классы и социальные группы. Входили в СРН и люмпены, периодически примыкавшие к черносотенцам в надежде поживиться или свести с кем-либо счеты. Руководство правых (особенно СРН) иногда использовало деклассированные элементы в своих целях. Но необходимо отметить, что люмпен-пролетариат не играл в черносотенных организациях не только главной, но и сколько-нибудь значительной роли.

Стержнем черносотенного движения являлось дворянство. Оно  было представлено фактически во всех правых организациях, занимая, как правило, руководящие посты. Даже в Главном  совете самой "демократичной" черносотенной  организации - СРН - 17 из 34 членов принадлежали к дворянскому сословию. Среди 45 председателей губернских отделов СРН было 29 дворян. В Союзе русских людей среди 48 членов-учредителей 31 принадлежал к дворянскому сословию.

Крупная буржуазия  не оправдала надежд монархистов, хотя и была представлена в черносотенных партиях, но в основном теми ее кругами, которые были связаны с самодержавием экономически, посредством правительственных заказов, субсидий, различных льгот и привилегий. Когда же стало ясно, что сохранить монархию в существующем виде не удастся, представители крупной буржуазии становятся сторонниками буржуазных реформ. К тому же стремление черносотенцев сохранить аграрное общество и их неприятие капитализма и буржуазной морали, основанной на наживе, в конце концов, развело монархистов и крупных предпринимателей по разные стороны баррикады, хотя мелкокупеческие слои в основном поддерживали монархическое движение.

Распространенное  мнение о том, что интеллигенция  игнорировала правые организации, не имеет  достаточных оснований, во всяком случае в период 1906-1913 гг. Среди активных деятелей правых можно назвать академика А.И. Соболевского, ректора Новороссийского университета С.В. Левашова, профессоров А.С. Вязигина и Д.И. Пихно, известного историка Д.И. Иловайского, писателя Д.И. Голицына (Муравлина) и др. Интеллигенция, как и все русское общество, оказалась расколотой, часть ее выступала на стороне черносотенцев, служа идеологической элитой монархических союзов и организаций. Большая часть разночинной интеллигенции поддержала либерально-демократическую оппозицию. Но многие выходцы из дворянского сословия, а также те, кто достиг определенного общественного и финансового положения, выступали за сохранение самодержавия как гаранта своего благополучия. Наиболее высоким уровень доходов интеллигенции был в университетских центрах - Москве, Петербурге, Одессе, Киеве, Харькове, что и предопределило популярность правых идей в образованном обществе этих городов. Но в провинции представители свободных профессией были менее состоятельными, их экономические интересы теснее переплетались с интересами низших слоев населения. Несоответствие уровня образования провинциальной интеллигенции (достаточно высокого не только в крупных городах) уровню ее доходов вызывало оппозиционные настроения в ее среде.

Долгое время  считалось, что рабочий класс  не был широко представлен в рядах  крайне правых организаций. Но факты  свидетельствуют об обратном. Только в Киеве Союз русских рабочих, согласно донесению киевского вице-губернатора  в Департамент полиции от 7 декабря 1907 г., объединял в своих рядах 6500 человек. Существовало несколько филиалов этой организации - в Чигирине Киевской губ. (85 членов), в Бердичеве, Петербурге, Курске (115 членов), Екатеринославе, в Каменске Екатеринославской губ. (3000 членов) и на рудниках Ауэрбаха Бахмутского уезда той же губернии (300 членов), в Костроме, а также в г. Каменце-Подольском (512 членов) и в местечке Дунаевцы Ущицкого уезда Подольской губ. (78 членов). В г.Николаеве Херсонской губернии имелся Союз рабочих русского народа. В 1913 г. открыт Пензенский ремесленный отдел СРН. В Уфе в 1906 г. действовало Патриотическое общество рабочих. Часто рабочие не создавали свои черносотенные организации, входя в обычные местные отделы существующих монархических партий. Подтверждением этому служит факт создания Кассы взаимопомощи рабочих-членов Харьковского СРН при местном отделе этой организации.

Т. о., естественной социальной базой черносотенного движения стали, в первую очередь, состоятельные слои населения. Такие группы существовали во всех классах и сословиях Российской империи, что и обеспечило широкий социальный состав черносотенного движения.

Программа действий.

Если говорить об идейных источниках черносотенства, то прежде всего следует назвать  “теорию официальной народности”, основное содержание которой сводилось к трехчленной формуле “православие, самодержавие, народность”. Сформулированная в первой трети XIX века николаевским министром Уваровым, она дожила в качестве государственной доктрины до начала XX века. Среди своих духовных отцов черносотенцы также числили славянофилов – А.С. Хомякова, братьев И.С. и К.С. Аксаковых, братьев И.В. и П.В. Киреевских, Ю.Ф. Самарина и др. Активно использовался славянофильский тезис о противоположности между Россией и Западом. Вообще-то признание “особого” пути России было характерным для различных политических течений – вплоть до народничества. В основе подобных представлений лежали объективные различия уровней экономического развития, государственных систем, религий и т.п. В интерпретации черносотенцев славянофильский тезис о “гниющем Западе” означал неприемлемость для России буржуазных ценностей, Запад обличался в экспорте бездуховности, узкого материализма, эгоизма и индивидуализма.

Резкой критике  подвергался капитализм, который  считался искусственно взращиваемой и  органически чуждой для России хозяйственной  системой. В своих программных  документах черносотенцы исходили из представления о России как о земледельческой стране и отдавали предпочтение патриархальному хозяйству перед товарным, мелкому ремесленному производству – перед крупным. Вместе с тем они не покушались на частную собственность и, разумеется, были чужды социалистическим устремлениям.

Демократия представлялась черносотенцам самым ужасным  злом, которое породил Запад. В  их понимании человек всегда являлся  частью некой общности – общины, сословия, племени. Они были убеждены в принципиальной недостижимости народовластия, какие бы избирательные системы или выборные учреждения для этого ни устраивались. Бывший народоволец Л.А. Тихомиров, ставший одним из идеологов монархизма, утверждал: “После вековой практики ни для кого не может быть сомнительным, что в парламентарных странах воля народа представляется правительством до крайности мало. Роль народа состоит почти исключительно в том, чтобы выбрать своих повелителей, да в случае особенной произвольности их действий – сменить их, хотя и последняя задача – при хорошей организации политиканских партий – далеко не легка”.

С точки зрения крайне правых, для России с ее многонациональным  населением самодержавная монархия являлась единственно возможной  формой правления, “наилучшим для нашей  Родины способом приведения к единому знаменателю 140 миллионов умов и воль”. Но черносотенцы доказывали, что самодержавие утратило свой истинный облик, ибо “…русские государи, начиная с Петра I, хотя и продолжали именовать себя самодержавными, но это самодержавие было уже не православно-русским, а весьма близким к западноевропейскому абсолютизму. Отсюда – идеализация допетровской эпохи, как и идеала социальной гармонии. При этом следует отметить, что черносотенцы уже в 1906–1907 гг. отказались от чего-то подобного созыву Земского собора или восстановлению патриаршества.

Социальная проблематика в программах крайне правых была представлена слабо. Они уклонялись от конкретных предложений в аграрной сфере, ограничившись  лишь указанием, что “никакие меры, направленные к улучшению быта крестьян, не должны нарушать неприкосновенности земельной собственности”. Зато чрезвычайно подробно была разработана программа по национальному вопросу. В сущности, черносотенцы заняли пустовавшую нишу, поскольку российские социал-демократы, эсеры, анархисты провозгласили себя интернационалистами. Хотя в империи действовали армянские, еврейские, латышские, польские, финские партии, не было партий, связавших себя исключительно с русским населением. Черносотенцы не замедлили воспользоваться этим положением и объявили о своей монополии на патриотизм. Популярному в революционных кругах тезису о праве наций на самоопределение вплоть до отделения от России и создания собственных национальных государств был противопоставлен лозунг “Россия для русских”.

Черносотенцы провозглашали, что “русская народность, как собирательница земли русской и устроительница русского государства, есть народность державная, господствующая и первенствующая”. Они требовали предоставить русским исключительное право на участие в государственном управлении и службу в правительственных, судебных, земских и городских органах. Для русских предусматривался комплекс экономических льгот и привилегий: исключительное право на заселение окраин, приобретение и аренду земли, разработку природных богатств и т.п. Надо иметь в виду, что черносотенцы подразумевали под русскими все славянское население Российской империи. Они отказывали украинцам и белорусам в праве на национальную культуру именно потому, что считали их языки диалектами русского. Кроме того, термин “истинно русский” означал не этническую, а скорее политическую принадлежность. Читателям черносотенных газет не казалось странным, что “истинно русскими” называют московского публициста Грингмута или ялтинского градоначальника Думбадзе.

“Истинно русским” противопоставлялись “инородцы”, в первую очередь – евреи. Черносотенцы добивались неукоснительного исполнения особого законодательства о евреях, а также планировали введение новых ограничительных мер. Союз русского народа обещал добиться признания всех проживающих в империи евреев иностранцами, правда, без привилегий, которые имели подданные других государств. Евреям должен был быть навсегда закрыт доступ к государственной службе, преподавательской деятельности, журналистике, адвокатуре, врачебной практике. Вдобавок к печально известной “процентной норме”, ограничивавшей доступ евреев в учебные заведения, предлагалось изгнать лиц иудейского вероисповедания из всех гимназий и университетов, в которых обучался хотя бы один христианский юноша. Одновременно предполагалось запретить евреям открывать собственные школы.

Крайне правые являлись носителями противоречивой идеологии, в которой причудливо переплетался традиционализм и крайний радикализм. Они чаще других политических движений взывали не к разуму, а к чувствам людей, многократно повторяя одни и те же формулы-заклинания и не придавая особого значения разночтениям в своих программах. Интуитивно нащупывая способы воздействия на массовое сознание, они являлись своего рода пионерами в этой области.

Деятельность в Государственной Думе.

На выборах  в I Государственную думу черносотенцы не получили ни одного мандата. Сами они объясняли это тем, что почти не участвовали в предвыборной борьбе. А. Дубровин так говорил о Думе: «Как верный монархист, я не имею права своим участием санкционировать существование этого сборища, посягающего на неограниченные права монарха».

Во II Государственной думе было около 16 крайне правых депутатов. Самым заметным и ярким из них считался В. Пуришкевич. Советский историк Семён Любош так описывал его: «Совершенно голый череп, рыжая бородка и необыкновенная вертлявость. При этом крикливый голос и вызывающая манера говорить. У Пуришкевича именно тон делал всю музыку. Самые обыкновенные фразы приобретали в его устах необыкновенно оскорбительный характер. Так как совершенное бессилие Думы выяснилось очень скоро, то перманентные выходки Пуришкевича в глазах большой публики оживляли парламентскую безнадёжность». В Таврический дворец специально приходили «полюбоваться на Пуришкевича». 

В III государственной думе крайне правые получили около 45 мест. Ряды депутатов-черносотенцев пополнились ещё одним ярким лидером – членом курского СРН Николаем Марковым. По внешнему облику он очень напоминал Петра I, и его быстро окрестили Медным всадником. Руководитель кадетов Павел Милюков называл Маркова «стоеросовым помещиком-дворянином».

Состав  III Государственной думы был гораздо более правым, чем во II Думе. Большие преимущества на выборах получили помещики. Это в конечном итоге привело к расколу среди черносотенцев. До сих пор они могли единым фронтом выступать против «революционной» Думы. Теперь их взгляды на Думу резко разошлись.

«Дубровинское»  направление категорически отрицало необходимость такого учреждения. Народу не нужен парламент, в котором  заседают помещики и «денежные мешки», считал А. Дубровин. Это новая перегородка, отделяющая государя от народа. Такая позиция во многом отражала точку зрения простонародья.

Вожди «дворянского» направления черносотенства думали иначе. Их отношение ясно выразил  в 1910 году Н. Марков: «Можно быть недовольным третьей, четвёртой Думой, двадцатой, разгоните их, выберите настоящую, русскую, но как учреждение Государственная дума необходима: без этого России не существовать».

В 1908 году «Союз русского народа» раскололся. В. Пуришкевич создал новую черносотенную организацию – «Союз Михаила Архангела». В его программе подчёркивалось, что единственное отличие нового союза от СРН – признание необходимости законодательной Думы.

В Думе черносотенцы играли роль пробивной  силы при обсуждении правых законопроектов. В частности, они выступали за ограничение прав инородцев в России. Н. Марков восклицал с думской трибуны в 1910 году: «Россия, тебе грозят азиаты, грозят подвластные тебе инородцы. Опомнись, Россия, наша инородчина вконец обнаглела. Говорим вам: “Прочь, мелкота, - Русь идёт!”».

Вместе  с другими правыми черносотенцы голосовали за ограничение автономии  Финляндии.

В IV Думе черносотенцы увеличили своё представительство до 140 депутатов, превратившись в самую крупную фракцию. 

Распад.

Сразу после  февральской революции 1917 года «Союз  русского народа» и другие черносотенные  организации были запрещены. Их деятельность прекратилась. 5 марта исполком Петросовета  закрыл газету «Русское знамя».

Одним из немногих черносотенцев, продолживших борьбу, оказался В. Пуришкевич. Он горячо восклицал в июле 1917 года: «Спасите Россию! Если бы было покончено с тысячью, двумя, пусть пятью тысячами негодяев на фронте и несколькими десятками в тылу, то мы не страдали бы от такого беспрецедентного позора».

В октябре он создал подпольную монархическую организацию  из офицеров и членов бывшего «Союза Михаила Архангела». Заговорщики достали пулемёт, другое оружие. Уже после Октябрьского переворота В. Пуришкевич писал донскому казачьему атаману А. Каледину: «Организация, в коей я состою, работает не покладая рук над спайкой офицеров и над их вооружением. Властвуют преступники и чернь, с которой теперь нужно будет расправиться только публичными расстрелами и виселицами. Мы ждём Вас сюда, генерал, и к моменту Вашего прихода выступим всеми наличными силами».

Однако новые  власти быстро раскрыли неопытных подпольщиков. 18 ноября В. Пуришкевича (жившего под фамилией Евреинов) и его единомышленников арестовали.

28 декабря 14 подсудимых  предстали перед Петроградским революционным трибуналом. Это был первый крупный политический суд в стране Советов. 3 января Пуришкевича приговорили к одному году тюремного заключения. Сходные приговоры вынесли и его соратникам.

Отбывая наказание  в Петропавловской крепости, В. Пуришкевич написал цикл стихов под названием «Песни непокорённого духа». Но уже 17 апреля по решению ЧК его выпустили из тюрьмы, а 1 мая окончательно амнистировали. Освободили и его «сообщников».

Выйдя из тюрьмы, В. Пуришкевич опубликовал в газете «Новая жизнь» краткое письмо, где подчёркивал неизменность своих убеждений. «Я остался тем же, кем был, само собой разумеется, не изменившись ни на йоту» — писал он. Вскоре Пуришкевич уехал на юг, где примкнул к Добровольческой армии А. Деникина. Издавал в Ростове-на-Дону черносотенный журнал «Благовест». В феврале 1920 года скончался в Новороссийске от сыпного тифа. 
 

ЗАКЛЮЧЕНИЕ 

     Черносотенное движение являлось составной частью общероссийского политического  процесса. Его появление на политической сцене во время первой русской революции было закономерным. Создание черносотенных организаций было отчаянной попыткой царизма и господствующего класса продлить свое существование. Особо поражает жестокая политика ведения политической борьбы (погромы) и не отличающиеся здравомыслием полное отрицание каких-либо преобразований. Отстаивая сословный строй, черносотенцы строго дифференцировали свое отношение к различным социальным слоям. В конечном итоге черносотенное движение не сыграло большой роли и потерпело кризис. Изучение причин кризиса движения накануне Февральской революции позволяет извлечь уроки, актуальность которых в настоящее время не только не уменьшилась, но приобрела новое звучание в условиях функционирования многопартийной системы.  
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

ИСТОЧНИКИ И ЛИТЕРАТУРА

1. Степанов С.А. Политические партии России: история и современность. – М.: “Российская политическая энциклопедия” (РОССПЭН), 2000. С. 84–96

2. Омельянчук И.В. Социальный состав черносотенных партий в начале XX века.// Отечественная история, №2, 2004

3. Многопартийность в России: распад и возрождение (1917-1992годы)./Под ред. док. ист. наук проф. А.А. Данилова. - М.,1992.