История создания пьесы Островского "Гроза"

     Ремарка, предваряющая первую  сцену «Грозы» («Общественный  сад на высоком берегу Волги;  за Волгой сельский вид… »), задает некую исходную «точку  зрения», с которой оценивается  происходящее в пьесе. «Вид  необыкновенный! Красота! Душа радуется»  - так откликается на сотни  раз виденное «антик» Кулигин. Такое же неизгладимое впечатление волжские места произведут на самого Островского, до середины 1840-х годов безвыездно жившего в Москве.

     В апреле-августе 1856 года с  группой коллег-литераторов Островский  совершает пароходное путешествие  по верхней Волге по поручению  Морского министерства для сбора  необходимых сведений об экономическом  состоянии края и особенностях  быта местного населения. Год  спустя Островский уже по собственной  инициативе совершает еще одну  поездку, пополняя волжские впечатления  (писатель побывал в Твери,  Костроме, Угличе, Ярославле, Торжке, Калязине, Ржеве и др.). Очерковый  отчет по итогам «служебной  командировки» Островский поместил  в «Морском сборнике», тогда  как подлинной «приволжской хроникой»  стали пьесы тех лет, среди  которых «Гроза» занимает главенствующее  место.

     Итак, «действие происходит в  городе Калинове, на берегу Волги, летом». Многие русские города претендовали на право считаться «калиновским» прототипом. В течение довольно длительного времени считалось, что сам сюжет "Грозы" Островский взял из жизни костромского купечества, что в основу его легло нашумевшее в Костроме на исходе 1859 года дело Клыковых. Вплоть до начала XX века костромичи с гордостью указывали на место самоубийства Катерины - беседку в конце маленького бульварчика, в те годы буквально нависавшую над Волгой. Показывали и дом, где она жила - рядом с церковью Успения. А когда "Гроза" впервые шла на сцене Костромского театра, артисты гримировались "под Клыковых". 

     Костромские краеведы обстоятельно  обследовали потом в архиве "Клыковское дело" и с документами в руках пришли к заключению, что именно эту историю использовал Островский в работе над "Грозой". Совпадения получались почти буквальные. А. П. Клыкова была выдана шестнадцати лет в угрюмую и нелюдимую купеческую семью, состоявшую из стариков родителей, сына и незамужней дочери. Хозяйка дома, суровая и строптивая, обезличила своим деспотизмом мужа и детей. Молодую сноху она заставляла делать любую черную работу, отказывала ей в просьбах повидаться с родными. 

     В момент драмы Клыковой было  девятнадцать лет. В прошлом  она воспитывалась в любви  и в холе души в ней не чаявшей бабушкой, была веселой, живой, жизнерадостной. Теперь же она оказалась в семье недоброй и чужой. Молодой муж ее, Клыков, беззаботный и апатичный человек, не мог защитить жену от притеснений свекрови и относился к ним равнодушно. Детей у Клыковых не было. И тут на пути молодой женщины встал другой человек, Марьин, служащий в почтовой конторе. Начались подозрения, сцены ревности. Кончилось тем, что 10 ноября 1859 года тело А. П. Клыковой нашли в Волге. Начался долгий судебный процесс, получивший широкую огласку даже за пределами Костромской губернии, и никто из костромичей не сомневался, что Островский воспользовался материалами этого дела в "Грозе". 

     Прошло много десятилетий, прежде  чем исследователи Островского  точно установили, что "Гроза"  была написана до того, как  костромская купчиха Клыкова  бросилась в Волгу. Работу над  "Грозой" Островский начал в  июне - июле 1859 года и закончил 9 октября  того же года. Впервые пьеса  была опубликована в январском  номере журнала "Библиотека  для чтения" за 1860 год.

     Первое представление "Грозы" на сцене состоялось 16 ноября 1859 года в Малом театре, в бенефис С. В. Васильева с Л. П. Никулиной-Косицкой в роли Катерины. Игра актрисы вызвала нарекания со стороны критиков за излишний мелодраматизм. Намного удачнее в этой роли выступила Г.Н.Федотова, игравшая Катерину в Малом театре на протяжении 35 лет. Катерина Федотовой поразила зрителей особой мелодикой русской речи, душевной открытостью и непосредственностью чувства. В июле 1873 года на сцене Малого появилась новая Катерина – М.Н.Ермолова. Великой актрисе удалось изобразить удивительную внутреннюю силу героини, трагичность ее нравственного выбора. Еще одной исполнительницей роли Катерины стала П.А.Стрепетова (о постановке с ее участием сам автор отозвался как о «фуроре неописанном»). Именно ей удалось в полной мере передать ту борьбу природных стихийных сил в душе Катерины, которая определяет ее характер и поступки. Религиозность и страстность натуры – эти два главных свойства сумела совместить в своей игре выдающаяся актриса.

     "Гроза", подобно "Отцам и  детям" Тургенева, явилась поводом  для бурной полемики, развернувшейся  между двумя революционно-демократическими  журналами: "Современник" и  "Русское слово". Критиков более  всего занимал вопрос далеко  не литературного порядка: речь  шла о революционной ситуации  в России и возможных ее  перспективах. "Гроза" явилась  для Добролюбова подтверждением  зреющих в глубинах России  революционных сил, оправданием  его надежд на грядущую революцию  "снизу". Критик проницательно  подметил сильные, бунтующие мотивы  в характере Катерины и связал  их с атмосферой кризиса, в  который зашла русская жизнь: "В Катерине видим мы протест  против кабановских понятий о нравственности, протест, доведенный до конца, провозглашенный и под домашней пыткой и над бездной, в которую бросилась бедная женщина. Она не хочет мириться, не хочет пользоваться жалким прозябаньем, которое ей дают в обмен за ее живую душу... Какою же отрадною, свежею жизнью веет на нас здоровая личность, находящая в себе решимость покончить с этой гнилой жизнью во что бы то ни стало!" 

     С иных позиций оценивал "Грозу"  Д. И. Писарев в статье "Мотивы  русской драмы", опубликованной  в мартовском номере "Русского  слова" за 1864 г. Его статья  была полемически направлена  против Добролюбова. Писарев назвал  Катерину "полоумной мечтательницей" и "визионеркой": "Вся жизнь  Катерины,- по его мнению,- состоит  из постоянных внутренних противоречий; она ежеминутно кидается из  одной крайности в другую; она  сегодня раскаивается в том,  что делала вчера, и между  тем сама не знает, что будет  делать завтра; она на каждом  шагу путает и свою, собственную  жизнь и жизнь других людей;  наконец, перепутавши все, что  было у нее под руками, она  разрубает затянувшиеся узлы  самым глупым средством, самоубийством". 

     Ап.Григорьев заметил по поводу одной из сцен «Грозы»: «Это ведь создано так, как будто не художник, а целый народ создавал тут!». Это справедливо и по отношению ко всему творчеству Островского.