История теории социального неравенства

ГЛАВА 1.

Теоретические  основы изучения неравенства как социологическая  проблема.

1. Неравенство разные подходы к определению и содержанию.

История всей социологии как науки, так же как и история ее важнейшей  частной дисциплины — социологии неравенства, насчитывает полтора  столетия. Но задолго до XIX века ученые задумывались над природой отношений  между людьми, над тяжелой участью  большинства людей, над проблемой  угнетенных и угнетателей, над справедливостью  или несправедливостью неравенства.

Еще древнегреческий философ Платон (428/427-348/347 гг. до н. э.) размышлял над  расслоением людей на богатых  и бедных. Он считал, что государство  представляет из себя как бы два государства. Одно составляют бедные, другое — богатые, и все они живут вместе, строя друг другу всяческие козни. Платон был «первым политическим идеологом, мыслившим в терминах классов», — считает Карл Поппер.[ Гофман А. Б. Семь лекций по истории социологии. М., 1995 ]

 В таком обществе людей  преследует страх и неуверенность.  Здоровое общество должно быть  иным. В своем труде «Государство»  Платон утверждал, что правильное  государство можно научно обосновать, а не искать ощупью, страшась, веря и импровизируя. Платон предполагал,  что это новое, научно спроектированное  общество будет не только осуществлять  принципы справедливости, но и  обеспечивать социальную стабильность  и внутреннюю дисциплину. Именно  таким он представлял общество, руководимое правителями (блюстителями).[ Лосев А. Ф. История античной эстетики Т II Софисты Сократ. Платон. М., 1969, с. 51 54]

Общество, по мнению Платона, имеет  классовый характер. Все граждане входят в один из трех классов: правителей; воинов и чиновников; работников (земледельцев, ремесленников, врачей, актеров).

Правители подразделялись им на правящие и неправящие группы. Всем этим основным слоям (классам) приписывались определенные функции.

Мудрые правители выступали  как родители по отношению к остальным  двум классам. Платон исключал всякую возможность наследования классового статуса и предполагал полное равенство возможностей для всех детей, с тем, чтобы каждый имел равные шансы проявить свои природные способности  и был обучен для выполнения своей  собственной роли в жизни. Если такая селекция и обучение могли бы быть выполнены в совершенстве, то в таком случае было бы справедливо признание абсолютной власти победителей. Чтобы избежать влияния семьи, Платон предложил упразднение семьи в классе правителей и установил, что члены этой группы не должны владеть какой-либо частной собственностью, кроме минимально необходимой, с тем, чтобы они не защищали свои собственные интересы. Они должны сосредоточиться только на общественном благополучии.

Итак, Платон спроектировал высокостратифицированное общество, в котором характерными чертами правящего класса являются равенство возможностей (шансов), полное устранение частной собственности и концентрация на общем благосостоянии.

Аристотель (384—322 до н. э.) в  «Политике» также рассмотрел вопрос о социальном неравенстве . Он писал, что ныне во всех государствах есть три элемента: один класс — очень богат; другой — очень беден; третий же — средний. Этот третий — наилучший, поскольку его члены по условиям жизни наиболее готовы следовать рациональному принципу. Богачи же и бедняки встречают трудности в следовании этому принципу. Именно из бедняков и богачей одни вырастают преступниками, а другие мошенниками.[  См Лосев А. Ф. История античной эстетики Т II Софисты Сократ. Платон. М., 1969, с. 79 82]

Реалистически размышляя  о стабильности государства, Аристотель отмечал, что необходимо думать о  бедных, ибо у государства, где  множество бедняков исключено из управления, неизбежно будет много  врагов. Ведь бедность порождает бунт и преступления, там, где нет среднего класса и бедных огромное большинство, возникают осложнения, и государство  обречено на гибель. Аристотель выступал как против власти бедняков, лишенных собственности, так и против эгоистического правления богатой плутократии («олигархии»). Лучшее общество формируется из среднего класса, и государство, где этот класс  многочисленнее и сильнее, чем оба  других, вместе взятых, управляется  лучше всего, ибо обеспечено общественное равновесие.

Взгляды Аристотеля на собственность  развивались в прямом споре с  Платоном, которому он приписывал защиту общественной собственности. Однако Платон ничего подобного не писал, в его  «Государстве» земледельцы и  ремесленники живут в системе  частной собственности, и только правящий класс лишен любых средств производства, потребляя плоды земледелия и ремесла, и ведет аскетическую, но благородную жизнь.

По мнению Платона, частная  собственность разрушила бы единство правящей элиты и ее преданность  государству, потому он запрещает ее для правителей. Аристотель не считал, что частная собственность вредит моральному совершенству, доказывая  это четырьмя соображениями:

1. Когда у людей есть личные интересы, они не ропщут один на другого, а заняты каждый своим делом, и прогресс ускоряется.
2. Обладание чем-то доставляет удовольствие, ибо все, или почти все, любят деньги и другие подобные вещи. (Аристотель резко отделяет такую любовь к собственности от эгоизма и мелочности, рассматривая ее с точки зрения самореализации и самоуважения.)
3. Щедрость. При общественной собственности никто не может быть щедрым и великодушным, так как ни у кого ничего нет. В системе частной собственности богатство и неравенство дают возможность проявлять щедрость и милосердие.
4. Видимо, идея частной собственности глубоко укоренилась в душе человека, если существует так долго — нельзя пренебрегать опытом веков. Что до строя с общественной собственностью, то если б он был хорош, то за столько лет примеры его были бы известны.

Аристотель знает о  бедах, сопутствующих системе частной  собственности, но считает, что они  вызваны совсем другой причиной —  порочностью человеческой натуры. Несовершенство общества исправляется не уравнением состояний, а моральным улучшением людей. Начинать реформу нужно не столько с уравнения собственности, сколько с того, чтобы приучить благородные души обуздать желания  и принудить к этому неблагородные (т. е. мешая им, но не применяя грубую силу). Законодатель должен стремиться не к равенству, а к выравниванию собственности. Важно не у кого собственность, а как ее используют.

Резкое неравенство собственности  опасно для равновесия государства, поэтому Аристотель хвалит общество, где средний класс сильнее  всех. Там же, где у одних много, у других — ничего, можно прийти к двум крайностям: плутократическому  режиму («олигархии») — в интересах  только богатых или к пролетарскому  режиму («демократии») — в интересах  городской бедноты. Любая крайность  может увенчаться тиранией.

• И поныне суть всех обсуждений проблем неравенства и социальной справедливости сводится к тем же вопросам, которые ставили и обсуждали великие греки. Поэтому мы уделили их размышлениям столько внимания.[ Аристотель. Политика. СПб., 1911.]
• Из мыслителей времен Возрождения особенно интересен Никколо Макиавелли (1469-1527 гг.). Около двух тысячелетий отделяют Макиавелли от Аристотеля, но основные линии размышлений остались у него теми же, что и у гения античности, В своем знаменитом произведении «Государь» он поставил вопрос о том, кто пригоден управлять и какая форма правления может обеспечить порядок, счастье, благополучие людей. Он видел, что напряженность между элитой и массой есть постоянная черта организованного общества; подобные напряжения сопровождаются боязнью масс со стороны элиты, и боязнью тирании со стороны масс. Но Макиавелли видел больше добродетели (действенности) в демократическом правлении, чем многие предшествовавшие ему мыслители, поскольку он верил, что коллективные решения народа более мудры, чем решения государей. Он писал, что люди способны более справедливо судить о чем-либо, если они слышат двух ораторов равных талантов, защищающих различные подходы, они не решают по любви (симпатии), кто из ораторов лучший. Это обеспечивает им возможность обнаружить правду о том, что они слышат. И если иной раз народ ошибается при обсуждении вопросов, то государь ошибается многократней в его собственных действиях. Макиавелли в то же время сомневался в рационализме масс и понимал, что их поведение эмоционально и что они нуждаются в длительном обучении для участия в государственном управлении. Короче говоря, по мнению современных социологов, Макиавелли предвозвестил представление об «открытом обществе», в котором неравенство положения столь же узаконено, как и равенство шансов стать неравными. Без такого равенства шансов огромное большинство наличных талантов в каждом поколении будет потеряно.[ Макиавелли Н. Избранные сочинения. М., 1982.]

Томас Гоббс (1588—1679 гг.) —  философ-материалист. Менее известны его социальные воззрения. Гоббс, как  никто из его предшественников, подчеркивал  фундаментальное равенство всех людей. Это равенство должно занять место неравенства во власти и  привилегиях.

Таков, по Гоббсу, естественный процесс. Он видел, что люди в рапной степени заинтересованы в достижении власти и привилегий и в равной мере жадны (ненасытны) в их желаниях жизненных благ. Их устремления к  власти и привилегиям должны вести  к хаосу, если бы не установление правил, которых они согласны придерживаться. Эти правила составляют «общественный  договор» (контракт), по которому люди передают свое право управлять одному человеку, воплощающему их коллективные требования и волю. В свою очередь, властитель реализует свою роль посредством  законов, происходящих из Естественного  Закона и, конечно, согласия управляемых (подданных).

В таком «идеальном» обществе никакие привилегированные классы не разрешены, поскольку они разлагают  равенство прав, предусмотренных  правителем.[ http://grachev62.narod.ru/hrest/chapt13.htm]

Позднее социальные философы, включая Д. Локка, И. Бентама, Ж. Ж. Руссо, Г. Гегеля, сознавали, что появление  социальных классов или слоев, основанных либо на врожденных, либо на приобретенных  различиях, или некоторой комбинации тех и других, может создать  настоятельные проблемы. Каждый из них имел свои собственные представления, какое именно строение управления наиболее эффективно для решения таких трудностей.

В XIX пеке начались народные революции. Прежний порядок аристократического правления был разрушен повсюду  в Европе, а новая республика —  Соединенные Штаты Америки —  продемонстрировала необыкновенные способности  роста и развития. Теории о естественных правах олигархов были повсюду заменены на теории естественных прав всех людей на равную долю во всем хорошем в жизни.

Кроме того, индустриализация Западной Европы совершилась быстро.

В ходе ее возникли общественные классы, основанные на богатстве и власти, которые существуют и поныне. Именно в этот период и зародилась социология как наука. Напомним, что ее имманентная  природа такова, что она является наукой о гражданском обществе и  для гражданского общества. Не случайно, что при всех разногласиях относительно списка самых первых социологов все  авторы сходятся на том, что до XIX века эта наука не существовала. Зарождение той социологической дисциплины, которая изучает проблемы социального  неравенства, связано с именем одного из основоположников социологии —  К, Маркса.

Карл Маркс справедливо отмечал, что не ему принадлежит заслуга открытия существования классов и их борьбы между собой. И действительно, со времен Платона, но конечно особенно с тех пор, как буржуазия властно вступила в XVIII веке на сцену истории, многие экономисты, историки, философы прочно вводят в обществоведение Европы понятие социального класса (Адам Смит, Этьен Кондильяк, Клод Сен-Симон, Франсуа Гизо, Огюст Минье и др.). Однако никто до Маркса не давал столь глубокого обоснования классовой структуры общества, выводя ее из фундаментального анализа всей системы экономических отношений. Никто до него не давал столь всестороннего раскрытия классовых отношений, механизма эксплуатации в том капиталистическом обществе, которое существовало в его время. Поэтому в большинстве современных работ по проблемам социального неравенства, стратификации и классовой дифференциации в равной мере и у сторонников марксизма, и у авторов, далеких от позиций К. Маркса, дается разбор его теории классов.

По мнению социологов всех идейных направлений, никто в  истории общественной мысли столь  определенно как К. Маркс не подчеркивал, что источником социального развития выступает борьба между антагонистическими общественными классами. По Марксу, классы возникают и противоборствуют на основе различного положения и  различных ролей, выполняемых индивидами в производственной структуре общества. Другими словами, наиболее общей основой образования классов является общественное разделение труда. Развивая этот тезис, Ф. Энгельс писал: «... в основе деления на классы лежит закон разделения труда»[  Маркс К., Энгельс Ф. Соч. 2-е изд. Т. 20. С. 293.] . При этом имеется в виду «крупное разделение труда между массой, занятой простым физическим трудом, и немногими привилегированными, которые руководят работами, занимаются торговлей, государственными делами, а позднее также искусством и наукой»

[Маркс К., Энгельс Ф. Соч. 2-е изд. Т. 20. С. 186  ]

На определенном этапе  развития человеческого общества наблюдаются  зачаточные формы разделения труда, поначалу не ведущие к подчинению одних людей другими. Разделение труда, как фактор, направленный на овладение силами природы, вызывает техническую специализацию работников, образует профессии и специальности. Однако по мере усложнения процесса производства усложняется и процесс его  организации. Поэтому появилась  потребность в профессиональных организаторах, другими словами  — потребность в разделении труда  на исполнительский (преимущественно  физический) и управленческий, Так  разделение труда приобретает характер разделения на его социально неоднородные виды. Иными словами, в нем как  бы кристаллизуются две стороны: производственно-техническая и социально-экономическая.

Социально-экономический  аспект разделения труда включает такие  крупные явления, как разделение на умственный и физический труд, управленческий и исполнительский, квалифицированный  и неквалифицированный, творческий и стереотипный.

Разделение труда на исполнительский и организаторский исторически предшествовало образованию частной собственности и общественных классов. С появлением же частной собственности и классов происходит закрепление определенных функций, сфер и родов деятельности в едином процессе производства за различными классами.

С момента возникновения  классов не род деятельности определяет принадлежность к данному классу, а наоборот — принадлежность к  классу определяет заранее заданный круг профессий, которыми может заниматься выходец из данного класса. К. Маркс  писал: «... современное классовое  различие ни в коем случае не основано на «ремесле»; наоборот, разделение труда  создает различные виды труда внутри одного и того же класса» [Маркс К., Энгельс Ф. Соч. 2-е изд. Т. 4.. С. 310 ]

Таким образом, ключом к пониманию  марксовой теории классового деления общества является открытие К. Маркса, которое он сам считал своим главным достижением — двойственный характер труда, самое таинственное явление, не разгаданное на протяжении двух тысячелетий: как конкретного труда, описываемого технико-технологическим содержанием, и как абстрактного — описываемого степенью и способом расходования рабочей силы. Вот здесь и есть великое таинство социального расчленения людей. В труде различного содержания расходование рабочей силы зависит от того, является ли труд преимущественно умственным или физическим, в какой мере требует от работника знаний и умений, инициативы и самостоятельности.

Важной, чертой способа расходования рабочей силы является степень потребления  в процессе труда энергии и  здоровья работника. Способ расходования рабочей силы, являясь общим моментом, который свойственен труду любого содержания, любому конкретному труду, связан с такими чертами труда  как степень интеллектуальности, объем творческих функций, мера самостоятельности  работника в труде, его тяжесть, напряженность, монотонность и т. д. Так К. Марксом была раскрыта природа  классов.

Уже в своих ранних работах  К. Маркс писал о социальных классах, их происхождении, внутренней дифференциации, наличии промежуточных слоев  и т. д. Но у него отсутствует целостное  определение понятия «класс». Известно, что в третьем томе «Капитала» глава LII «Классы» была лишь начата. В  ней Маркс со всей определенностью  высказывался против выделения классов  по тождеству доходов и источникам доходов. Положительная часть им не была развита. В ранних работах  Маркса присутствовало расширительное понимание класса, не было различения классов и сословий. В дальнейшем у него сложилось достаточно строгое  понимание класса.

Многократно последователи  и критики Маркса пытались интерпретировать его концепцию классов, давая  свои определения. Так, в 1919 г. В. И. Ленин  предложил следующее определение  классов: «Классами называются большие  группы людей, различающиеся по их месту  в исторически определенной системе  общественного производства, по их отношению (большей частью закрепленному  и оформленному в законах) к средствам  производства, по их роли в общественной организации труда, а следовательно, по способам получения и размерам той доли общественного богатства, которой они располагают. Классы, это такие группы людей, из которых одна может себе присваивать труд другой, благодаря различию их места в определенном укладе общественного хозяйства» .[ Ленин В. И. Полн. собр. соч. Т . 39. С . 15.]

Американский социолог Чарлз  Андерсон, проанализировав взгляды  Маркса, перечисляет следующие критерии социального класса: общая позиция  в экономическом способе производства; специфический образ жизни; конфликтные  и враждебные отношения с другими  классами; социальные отношения и  общность, выходящие за местные и  региональные границы; классовое сознание; политическая организация .[ Anderson С . The Political Economy of Social Class. Englewood Cliffs, (N. J.), 1974. P. 50.]

Весьма точно уловил социологическое  видение социальных отношений и  классовых различий у К. Маркса российский социолог Ю. А. Левада: «Очевидно, что  подход Маркса к обществу — это  макроподход, который проявляется в том, что категории анализа общества разработаны применительно к его глобальной структуре. В «Капитале» неоднократно подчеркивается, что категория производственных отношений, например, действует не в рамках связей отдельного рабочего с отдельным капиталистом, а в рамках связей классов, в рамках макроструктуры общества» .[ Левада Ю. А. Некоторые проблемы системного анализа общества в научном наследии К. Маркса // Маркс и социология. Информ. бюл. ССА. Серия «Материалы и сообщения». М., 1968. № 3. С. 78—79.]

В марксовом восприятии класса важное место занимает категория интереса, объяснение противоположности интересов основных классов.

Люди, находящиеся в различных  отношениях к средствам производства, имеют противоположные интересы. В буржуазном обществе лица, владеющие  фабриками, заинтересованы в максимизации прибыли, создаваемой рабочими. А  рабочие, естественно, сопротивляются этой эксплуатации. Но класс капиталистов, в силу обладания экономической  властью, обладает и государственной  властью, и вследствие этого может  подавлять любое эффективное  выражение несогласия со стороны  рабочих.

Важным моментом является и объективность существования  классов, независимо от того, осознают это сами члены класса или нет.

Понятие объективности существования  классов является отличительной  чертой подхода Маркса к изучению стратификации.

Здесь мы переходим от структурной  теории классов, основанной на различении общности деятельности, отношения к  собственности и образа жизни, к  характеристике их как субъектов  социального действия. При изучении классов и их отношений важны, по Марксу, следующие понятия: классовая  сознательность, классовая солидарность и классовый конфликт.

Под классовой сознательностью  понимается осознание классом своей  роли в производственном процессе и  своего отношения к другим классам. Сознательность подразумевает, например, осознание рабочим классом степени  эксплуатации со стороны имущих классов, которые лишают рабочих причитающейся  им доли прибавочного продукта, созданного ими же. Для окончательного конституирования класса из изолированных индивидов необходимо осознание единства, ощущение отличия от других классов и даже враждебности но отношению к другим классам. Конечная стадия сознательности, по мнению Маркса, достигается тогда, когда рабочий класс начинает понимать, что своей справедливой цели он может достичь, лишь уничтожив капитализм, но для этого нужно объединить свои действия.

Под классовой солидарностью  подразумевается степень осознания  единства или даже воля к совместным действиям, необходимым для достижения их политических и экономических  целей. Классовый конфликт имеет  два этапа:

1. Неосознанная борьба между рабочими и капиталистами за более справедливое распределение прибавочного продукта, когда классовая сознательность еще недостаточно развита.
2. Сознательная и целенаправленная борьба между двумя классами, когда рабочие осознают спою историческую роль и выступают совместно за улучшение своего положения и, в конечном итоге, за переход собственности над орудиями производства в свои руки. 
   По Марксу, рабочие неизбежно придут к осознанию своего положения и будут совместно бороться за его улучшение при «соответствующих обстоятельствах», т. е. когда их положение небезнадежно или когда они перестают верить в счастливую загробную жизнь. Так как Маркс считал, что рабочие не всегда могут достичь требуемого уровня сознания, то он разработал понятие «искаженного сознания», которое вело их к адаптации и принятию капитализма. 
   Обсуждение марксова понимания классов не прерывается уже более столетия. Одна библиография составила бы солидный том. Далее мы будем рассматривать некоторые этапные для истории стратификационной теории интерпретации его видения классов.
3. Оппоненты и апологеты (от К. Маркса до М. Вебера) Почти одновременно с Марксом и в противовес ему свои представления о социальном неравенстве высказал Герберт Спенсер автор естественноорганического учения о классах (1820-1903 гг.), Он видел сущность эволюции общества в переходе от гомогенности к гетерогенности, т. е. в возрастающем разнообразии. Г, Спенсер выдвинул идею о всеобщей тенденции к росту внутренней дифференциации, сопровождающейся усовершенствованием процесса интеграции органов. Стержень его подхода к общественному развитию — признание аналогии между биологическим и социальным организмами. В то же время он указывает, что индивидуальный организм обладает «конкретностью», а социальный «дискретен», т. е. его живые элементы относительно свободны. Поэтому общество не может и не должно поглощать отдельную личность. Социальный процесс проявляется в том, что человечество переходит от обществ, в которых личность целиком подчинена социальному целому, к обществам — где социальный организм служит составляющим его индивидам.

По Спенсеру, всякое развитое общество имеет три институциональных  системы. Поддерживающая система —  это организация частей, обеспечивающих в живом организме питание, а  в обществе — производство необходимых  продуктов. Распределительная система  обеспечивает связь различных частей социального организма на основе разделения труда. Наконец, регулятивная система в лице государства обеспечивает подчинение составных частей целому.

Он считал источником классовых  различий завоевание. Победители образуют господствующий класс, побежденные  становятся рабами или крепостными. Г. Спенсер находил в обществе три крупных системы органов  — три крупных класса. Низший класс выполняет функции поддержания  жизни общества путем добывания  материалов для пищи и изготовления ее; средний класс занят доставкой  этих продуктов, их покупкой и продажей (они выполняют функции сосудистой системы у животных); высший класс  — руководящий, направляющий, господствующий. [Спенсер Г. Основания социологии. СПб., 1898. Т. 1, 2.]

Теория Спенсера представляла собой род апологетики и оправдание существующих общественных порядков, Ведь по Спенсеру, как животнос не может существовать без основных органов, так и человечество навечно обречено пребывать в состоянии отношений господства и подчинения. Естественный отбор привел сильных к господству и приковал низшие классы к вечному пребыванию на низших ступенях социальной лестницы», Важный вклад в становление теории социального неравенства внес австрийский социолог Людвиг Гумплович (1838-1909 гг.) Он обратил внимание на роль и значение социальных групп в строении общества, признав в этих социальногрупповых образованиях (общественных классах) простейшие и основные элементы социума, являющиеся исходными при изучении социальной жизни. Гумплович восстал против стремления ученых выводить закономерности исторического процесса из поведения отдельных индивидов. Мысль о том, что предметом социологического знания являются не индивиды, а «социальные группы» — ключевая для Гумпловича. Необходимо познать их отношения: господства и подчинения, общность их материальных и духовных интересов, стремлений и т. д

Гумплович видел в группе подлинную и высшую надындивидуальную реальность, определяющую поведение индивидов. Первыми группами в истории, по его мнению, были орды, объединенные антропологическими и этническими признаками. Между ними существовало состояние непрерывной вражды. Сначала они уничтожали друг друга, а затем, в ходе социальной эволюции, победители порабощали побежденных. Так родилось государство, но межгрупповые конфликты не исчезли. По Гумпловичу, в процессе взаимодействия более сильный элемент (социальный или этнический) стремится подчинить своим целям более слабый элемент, чтобы заставить его работать на себя, служить средством удовлетворения потребностей.

Итак, отношения господства и подчинения — общее и основное деление социальных классов; они  в то же время являются и отношениями  народнохозяйственного разделения труда между классами. Правда, для  Гумпловича не суть важно: является ли деление на господ (или господствующих) и на зависимых (или подчиненных) классовым или сословным.

Классовое расчленение, по его  мнению, особенно резко выступает  там, где сохранились и еще  не затушевались этнические различия между частями общества. Вообще для  него социальный класс исторически  связан единством происхождения, расовой  принадлежности и племенного родства. Получается, что классы — естественное порождение господства более сильной  и одаренной расы над более слабой. Но постепенно дифференциация классов, первоначально основанная на этнических различиях, начинает строиться на разделении труда.

В современном ему европейском  обществе Гумплович находил три основных класса: дворян, буржуазию и крестьян. Он характеризует их как общности, до некоторой степени замкнутые относительно друг друга. Эта замкнутость связана с наследованием имущества, профессии и общественного положения. Противоположность классов усиливается их этнической гетерогенностью, которую можно наблюдать, например, в Восточной Европе. Так, средний класс (торговопромышленное сословие) в Венгрии, Польше, Чехии и России это по преимуществу немцы.  [Гумплович Л. Основы социологии. СПб., 1899.]

В те же годы, когда вышли  основные труды Гумпловича, в Германии получила распространение теория возникновения классов на основе разделения труда и образования профессий. Видным представителем этого направления был Густав Шмоллер (1838-1917 гг.). Он выдвинул теорию множественности критериев различий между классами (в профессии, трудовой деятельности, владении, образовании, политических правах, а также в психологии и расах). После детального рассмотрения этих различий он предложил следующие основы образования классов: раса, разделение труда и образование профессий, распределение дохода. При этом разделению труда и образованию профессий Шмоллер не без колебаний придавал решающее значение.

Для Шмоллера неравномерное распределение собственности и доходов есть лишь результат разделения труда и образования профессий.

Главную противоположность  между наемными работниками и  предпринимателями он также видел  не во владении, не в различии размеров имущества и дохода, а в разделении труда. К этому он добавлял, что  появление профессий и разделения труда внутри народов создает при известных условиях особые разновидности в народном характере, которые путем наследственной передачи переходят из поколения в поколение. Благодаря этому образуются расхождения в условиях труда, способе жизни. С прогрессирующим разделением труда духовная и физическая приспособленность к определенного рода деятельности настолько развивается, что дети зачастую продолжают профессию отцов, выбирают жен большей частью из одного и того же круга родственных профессий. В итоге вырабатывается определенный вид воспитания, нравственности и привычек, что во всей совокупности своей способствует закреплению типических классовых черт.