Из истории масонства в России

Введение.

"Масонство, - гласит конституция  "Великой ложи Франции", - есть  всемирный союз, покоящийся на  солидарности. Цель масонства - нравственное  совершенствование человечества. Его  девиз - Свобода, Равенство и  Братство. В глазах масонов все  последователи равноправны, невзирая  на различия национальные, расовые,  религиозные, на различия в  состоянии, звании и положении  ... Конечное стремление масонов  - объединение на основе свободы,  равенства и братства всех  людей, без различия рас, племен, наций, религий и культур в  один всемирный союз для достижения  царства Астреи, царства всеобщей справедливости и земного Эдема (рая)" [242].

Но это - чисто масонский взгляд на идеальные цели и задачи ордена, нуждающийся в определенной корректировке.

Вопрос о сущности масонства  и его подлинной роли в истории  человечества вызывает самые разноречивые оценки среди специалистов: от определения  его как общественной организации, выдвигающей задачу морального раскрепощения  людей, обеспечения свободы и  братства, до тайной интернациональной  мировой революционной организации, ведущей бескомпромиссную борьбу с  Богом, церковью и национальной государственностью.

Целью же данной работы является попытка рассмотреть основные идеи масонства в России XVIII – первой четверти XIX века, а также связь с декабристами.

Из истории масонства  в России.

Масонство в России возникло в начале XVIII века, в эпоху, когда раскол христианского мира на католическую и православную церкви  был завершен. Главной целью родившегося тайного ордена было новое воссоединение христианства. «Вольные каменщики» провозгласили приоритет моральных ценностей перед ценностями государственными, воплощаемыми в абсолютизме. Член масонской ложи был свободен и от церкви и от монарха; в ее стенах все были равны: аристократ, торговец, крестьянин. Это была ячейка нарождающегося бессословного демократического общества.

По распространенной в масонских  кругах легенде первым «вольным каменщиком»  в России был Петр I, однако документально это не подтверждено и появление первых лож датируют 30-40ми годами XVVIII столетия.

История русского масонства до эпохи  Екатерины II малоинтересна. Оно не выходило из узкого круга интересов дворянских верхов и фактически было одним из проявлений моды на все европейское.

Положение изменилось, когда масонство  вышло из дворцов верховной знати  и заявило о себе как духовная сила. Правительство Екатерины II объявило широкую программу реформ, которая была изложена в «Наказе», однако надежды на близкое наступление «просвещенной монархии» развеялись: депутаты, прозаседав больше года, разъехались, ни о чем не договорившись. Попытки преобразований вызвали пугачевщину.  Стало очевидно, что в результате реформ страна не получит благоденствия. Образованные круги отошли от правительства и сделали попытку найти свой собственный путь. Они обрели его в масонстве. Об этом писал в своей книге «Русская идея» Н.А.Бердяев: «Масонство было у нас в XVIII веке единственным духовно-общественным движением, значение его было огромно… Лучшие русские люди были масонами… Масонство было первой свободной самоорганизацией общества в России, только оно и не было  навязано сверху властью».

Русские масоны были достойными детьми своего деятельного времени. Принадлежность к союзу «вольных каменщиков» приобщала к размышлениям о сокровенном смысле жизни. Внимание их было обращено на мистическую, символическую и обрядовую стороны масонства. Труды братьев ограничивались лишь соблюдением ритуала и толкованием знаков. Однако личность Н.И.Новикова — русского журналиста, издателя и общественного деятеля - внесла значительные изменения в направление развития  масонства в России. Вместе с профессором Московского Университета И.Г. Шварцем, он основал знаменитое «Дружеское ученое общество» (в 1779 году), а позднее (в 1784 году) и «Типографическую компанию», занявшуюся изданием просветительских книг и их широким распространением.

Главную жизненную задачу Новиков видел в искании света, нравственном совершенствовании. Другой путь к счастью – подражание Христу, деятельная любовь к людям. Все это резко отличало «Гармонию» - ложу, основанную им самим – от прежних масонских лож, от членов которых требовалось не столько следование по пути добродетели, сколько познание и передача потомству некоего важного таинства.

К 1790-ым годам, по неполным подсчетам, более трети образованных людей были масонами. Многие представители интеллектуальной элиты того времени трудились в ложах, «обтесывая свой камень». Их главной целью было общественное служение.

Трагический финал трудов Н.И. Новикова был предопределен тем, что масоны позволили себе быть слишком независимыми. Во время голода 1787 года Н.И. Новиков раздал крестьянам в округе 50 верст не только собственные продовольственные запасы, но и хлеб, закупленный на масонские деньги. Такого соперничества государство допустить не могло. Утеснения следовали одно за другим, и в конце концов срок продления университетской типографии не был продлен, а сам Новиков в 1792 году был арестован и заключен в Шлиссельбургскую крепость.

После тюрьмы Новиков перестал быть центральной фигурой русского масонства  и жил отшельником в своем  имении. При Павле I деятельность лож была негласно прекращена монаршей волей; она вновь оживилась при воцарении Александра I. Но масонство потеряло свой нравственный накал, как бы возвратясь на круги своя в доновиковский период. Вновь в центре внимания оказались разгадки масонских тайн. Человека призывали сосредоточиться на пробуждении внутреннего христианства, а вовсе не на внешних делах. Наиболее авторитетным деятелем масонства в этот период был конференц-секретарь Академии художеств А.Ф. Лабзин, племянник Новикова. Он издавал журнал «Сионский вестник», имевший большой успех. Новое масонство мало чем отличалось от господствующего в общественных настроениях мистицизма, получившего официальную санкцию в деятельности полуправительственного Библейского общества.

На короткое время масонство  стало модой. Работа лож практически  протекала у всех на виду. В обществе считалось даже неприличным не быть масоном. Трудно указать на кого-нибудь из известных людей того времени, кто бы в той или иной степени  не примыкал к сообществу вольных  каменщиков; о оно уже, фактически, исчерпало себя. Российское масонство, с одной стороны, стало светской игрой, а с другой – переродилось в политическое движение: первая декабристская  организация – «Союз Спасения» -  возникла как  ответвление ложи «Соединенных друзей».

    Масонство и декабристы.

Истоки декабризма, как установлено  отечественной исторической наукой, восходят к событиям Отечественной  войны 1812 года и Заграничного похода русской армии 1813-1814 гг. Длительное пребывание русских офицеров на территории западноевропейских государств, прежде всего Германии и Франции, привело  к тому, что либеральные идеи, широко укоренившиеся в этих странах, захватывали и русских "братьев" - членов походных военных лож. Особенно большое значение в этом плане имели непосредственные контакты русских масонов с их заграничными братьями, так как и германские, и французские ложи считали за честь принять в свои ряды русских офицеров. Европейское масонство начала XIX века, в полной мере испытав на себе влияние Великой Французской революции 1789 года, отличалось радикализмом, что не могло впоследствии не сказаться на мировоззрении ориентировавшихся на них русских братьев - будущих декабристов.

Среди четырех так называемых преддекабристских организаций: Семеновская (1815) и Священная (1814) артели (в последнюю входили офицеры Главного штаба), кружок Владимира Раевского в Каменец-Подольске (1816) и Орден рыцарей русского креста (или Русских рыцарей, 1814-1817 гг.), наиболее показательной с точки зрения выявления масонской родословной идеологии и практики декабризма является история последнего, созданного М. Орловым и М. Дмитриевым-Мамоновым.

В 1816 году в типографии Московской медико-хирургической академии тиражом  всего 25 экземпляров были опубликованы "Краткие наставления русским  рыцарям" на французском языке, предназначенные  для новопринятых братьев Ордена [883].

Целью пока еще только двух братьев  проектируемого ордена была борьба за учреждение в России конституционной  монархии с ограничением самодержавной  власти посредством Сената, часть  членов которого была бы назначаемой, а часть - выборной от дворянства и горожан. Предусматривались также отмена крепостного права, наделение солдат землей по выслуге лет и другие преобразования.

Новая программа, разработка которой  Дмитриевым-Мамоновым относится  к концу 1816 года, так называемый "Краткий  опыт", имела еще более радикальный  характер, так как предусматривала  уже парламент или вече из двух палат: вельмож и мещан. О монархе  в новом проекте даже не упоминалось, что позволяет думать, что автор  его был безусловным сторонником  республики. Первенствующее место в  ней должно было принадлежать землевладельческой аристократии (палата вельмож). Что  касается палаты мещан, то наряду с  купцами и мастеровыми людьми видное место в ней отводилось представителям русского крестьянства или "поселянам" [884]. "Проект Дмитриева-Мамонова восходит к масонско-мистическому революционаризму эпохи Великой Французской революции: канву своего плана он почерпнул из влиятельного издания "La bonche de fer", которое выпускали Фуше и Бонневиль" [885].

Активная деятельность Ордена продолжалась, однако, недолго: где-то со второй половины 1815 по начало 1816 года. Что касается членов его, то среди них можно встретить  имена таких известных масонов Александровского царствования, как Н.И.Тургенев, М.Новиков (племянник известного просветителя), поэт Денис Давыдов, мистик Максим Невзоров и, возможно, князь А.С.Меньшиков.

Каких-либо документальных следов своих  заседаний Орден не оставил.

В 1818 году Орден русских рыцарей, фактически прекративший к этому  времени свою активную деятельность, и декабристский Союз спасения объединились в новую декабристскую организацию - Союз благоденствия. Тем не менее, как полагает исследователь А.И.Серков, разногласия между ними сохранялись даже и после 1821 года. Если Северное и Южное общества декабристов, считает он, сошлись в конечном счете на идее военной революции, то члены Ордена русских рыцарей в лице М.Ф.Орлова стояли за органичное сочетание заговора с распространением революционных идей среди русского дворянства [888].

Как сколько-нибудь действенная масонская  структура, Орден проявил себя слабо  и существовал, говоря словами самого М. Дмитриева-Мамонова "только в идее" [889].  Важно другое: Орден русских рыцарей - это первая, или, во всяком случае, одна из первых преддекабристских организаций, которая была ничем иным, как масонской ложей. [890].

"Везде и всюду, - отмечал Н.М.Дружинин, - масонство ценилось как форма общественного сцепления, не только охраняющая тайну организации и боевой подготовки, но и способствующая подбору людей определенного идеологического устремления" [891]. При отсутствии независимых политических структур и недостатке революционного опыта декабристы не могли не вступить в масонские ложи и не встать, по примеру Западной Европы, на путь использования их организационных форм в своих целях.

Настоящим рассадником будущих  декабристов была, несомненно, масонская  ложа "Трех добродетелей" [892], учрежденная  в 1815 году князем С.Г.Волконским, П.П.Лопухиным и М.Ю.Виельгорским [893]. По крайней мере, не менее 10 членов ее на 1817 год были, в то же время, и членами декабристской организации "Союз спасения" [894]: генерал-майор князь С.Г.Волконский, князь И.А.Долгорукий, князь С.П.Трубецкой, М.И.Муравьев-Апостол, С.И.Муравьев-Апостол, Н.М.Муравьев, П.И.Пестель, А.Н.Муравьев, А.С.Норов, Ф.П.Шаховской [895].

"Мирное завоевание" ложи "Трех  добродетелей", отмечал Н.М.Дружинин, совсем не исключало необходимости образования крепкого и спевшегося ядра, которое должно было внедриться в расплывчатую масонскую организацию и "переделать ее по своему образу и подобию" [898]. Горячо поддерживал на первых порах идею придания тайному революционному обществу защитной оболочки в виде фактически легализированных правительством масонских лож известный руководитель декабристского движения - Павел Пестель.

Прочными были связи с масонством и второй тайной декабристской организации - "Союза благоденствия" (1818-1821 гг.), в полулегальный филиал которого превратилась масонская ложа "Избранного Михаила". Членами этой ложи были такие известные впоследствии декабристы, как Н.А.Бестужев, В.К.Кюхельбекер, Г.Батеньков, М.Н.Новиков, А.Д.Боровков.

Не случайно и то, что эмблемой "Союза благоденствия" стал пчелиный улей - один из распространенных символов масонства. Связь "Союза благоденствия" с масонством отчетливо проявляется  и в истории ложи "Любви к  истине", основанной в 1818 году в Полтаве. Эта мастерская принадлежала союзу  Великой ложи "Астреи".

Управляющим мастером ее был Михаил Новиков, член первых декабристских  организаций "Союза спасения" и "Союза благоденствия". Наместным мастером ложи был С.Н.Кочубей.

Среди членов - члены "Союза благоденствия" В.А.Глинка и В.С.Лукашевич.

В 1819 году ложа была закрыта. Справедливости ради следует сказать, что далеко не все участники тайных декабристских  кружков были такими уж горячими поклонниками масонства. Некоторые из них, как например декабристы В.И.Штейнгель, И.Д.Якушкин, так те и вовсе относились к масонству враждебно. Однако они были все же в меньшинстве.

Влияние декабристов на масонские  ложи было, конечно же, весьма и весьма значительным. На их основе ими были созданы управы Союза благоденствия  в Полтаве и Нижнем Новгороде. Полностью в руках декабристов  находились масонские ложи Кишинева, Одессы, Киева и ряда других городов. В ряде случаев эти масонские  ложи можно рассматривать как  филиалы «Союза благоденствия» [902]. Материала на эту тему набирается столько, что это позволяет ставить вопрос о декабристах как радикальном направлении в русском масонстве после 1815 года [903].

Будущих декабристов в это время  можно было встретить практически  во всех масонских ложах: И.Ю.Поливанов ("Елизаветы к добродетели", Петербург), Е.С.Мусин-Пушкин ("Орла российского", Петербург), К.Ф.Рылеев ("Пламенеющей звезды", Петербург), И.Г.Бибиков ("Тройственного благословения", Москва), В.М.Бакунин ("Орла российского", Петербург) и другие [904].

Однако отношение будущих декабристов  к масонским работам было неоднозначно.

Любопытен в этой связи отрывок  из письма масона Н.И.Тургенева к брату Сергею от 11 февраля 1818 года: "Князь Баратаев пишет мне, что завел ложу в Симбирске, "Ключ к добродетели", и предлагает мне титло почетного члена и представителя их ложи у здешней директориальной ложи. Я от сего отказался, видя, что масонство у нас процветать теперь не может ... В здешних ложах я также не бываю, да оне того в теперешнем их церемониальном ничтожестве и не стоят"[905].

Однако самое важное здесь - это  то, что не оправдывала себя из-за жесткого правительственного контроля над ложами первоначальная установка  организаторов первых декабристских  кружков на широкое использование  их в революционных целях. "По справедливости следует заключить, - отмечала в связи с этим Т.О.Соколовская, - что ко времени образования ложи "Трех добродетелей" все ложи того союза, к которому принадлежала ложа "Трех добродетелей" для правительства не были тайными" [906].

Смущали будущих декабристов и  господствовавший в мастерских Великой  провинциальной ложи мистицизм и  обскурантизм. Убедившись в безнадежном  консерватизме большинства своих "братьев" и явном несоответствии масонских работ своим собственным  видам, большая часть будущих  декабристов уже в 1818-1819 гг. покинула ложи.

И хотя массовому исходу их из петербургских  лож во многом, как теперь оказывается, способствовали чисто житейские обстоятельства - перевод их как офицеров на новые места службы, в принципиальном плане это дела не меняет. Очевидно, что дороги декабристов, вставших на путь военного заговора, и дороги вольных каменщиков к началу 1820-х годов явно разошлись.

Убедившись в этом, П.И.Пестель, как один из наиболее дальновидных декабристов, перестал поддерживать организационную связь с петербургскими масонами еще в 1818 году. Это повлекло его автоматическое выбытие сначала из  ложи "Сфинкса" (1818 год), а затем, 5 ноября 1819 года, и из ложи "Трех добродетелей" [907]. Еще раньше, в 1818 году покинули ложу "Трех добродетелей" И.А.Долгорукий и Н.Муравьев.

В 1819 году были исключены из списка членов ложи С.И.Муравьев-Апостол и Н.М.Муравьев, в 1820-м такая же участь постигла Ф.Шаховского и М.Муравьева-Апостола [908]. В то же время следует иметь в виду, что часть будущих декабристов сохранила верность масонским ложам и продолжала свои работы в них вплоть до официального их закрытия в 1822 году. Среди них: М.С.Лунин, Н.А.Бестужев, В.К.Кюхельбекер, К.Ф.Рылеев.

О том, какое значение имел для декабристского движения масонский фактор, можно  судить на основании следующих данных. Из 121 преданного Верховному уголовному суду декабриста в масонских ложах состояло по крайней мере 23 человека: П.И.Пестель (1812-1819), А.Н.Муравьев (1811-1818), братья Матвей Иванович (1816-1820) и Сергей Иванович (1817-1818) Муравьевы-Апостолы, Н.М.Муравьев (1817-1818), князь С.П.Трубецкой (1816-1819), Ф.П. фон Визин (1820), князь С.Г.Волконский (1812), М.Ф.Митьков (1816-1821), Ф.П.Шаховской (1817), М.С.Лунин, Н.Бестужев (1818), братья Вильгельм (1819-1822) и Михаил (1818) Кюхельбекеры, Г.С.Батеньков (1818), А.Ф. фон дер Бригген (1817), Янтальцев (1816), С.Г.Краснокутский (1816-1818), Н.И.Тургенев (1814-1817), К.Ф.Рылеев (1820-1821), Е.Мусин-Пушкин (1821), И.Юрьев. Кроме того известно, что членами заграничных масонских лож были декабристы В.А.Перовский, П.П.Каверин и Н.И.Лорер.

Можно утверждать, что по крайней мере пятая часть, т.е. 20% декабристов, преданных Верховному уголовному суду, были членами масонских лож. Кроме того, масонами был еще целый ряд лиц - членов декабристских тайных обществ, привлеченных к следствию в качестве свидетелей. Среди них: П.Я.Чаадаев, князь И.А.Долгоруков, М.Н.Новиков, Ф.Н.Глинка, князь П.П.Лопухин, П.И.Колошин, граф Ф.П.Толстой, генерал П.С.Пущин, В.Глинка, И.Бибиков, В.Н.Бакунин, барон Г.Корф, Н.В.Мейер, А.Скалон, Ф.В.Гурко, И.Н.Хотяинцев, В.Ф.Раевский, князь С.П.Трубецкой, В.Л.Лукашевич, Г.Ф.Олизар, князь М.Баратаев, В.П.Зубков, С.Проскура, граф П.И.Мошинский.

Таким образом, даже по самым минимальным  подсчетам масонов среди декабристов  было не менее 50 человек. "Дальнейшие исследования, - выражал надежду  впервые введший в научный  оборот эти цифры историк В.И.Семевский, - нужно думать, еще более увеличат численность лиц, в которых проявилась непосредственная связь русских политических тайных обществ с масонскими" [909].

Так и произошло. Согласно последним данным А.И.Серкова, с некоторыми допущениями число декабристов-масонов может быть увеличено до 120 человек [910]. О 121 декабристе-масоне пишет со ссылкой на материалы Т.А.Бакуниной из Особого архива в Москве и Олег Платонов [911].

Попытку разобраться в столь  запутанном вопросе предпринял в  последние годы О.П.Ведьмин. Всего, согласно его подсчетам, к следствию по делу декабристов было привлечено 83 масона. Однако 25 из них (М.П.Баратаев, Л.В.Дубельт, С.М.Кочубей, Эрнст-Вениамин Соломон Раупах и другие) никакого отношения к декабристскому движению не имели. Таким образом, в масонском декабристском списке остается всего 58 человек [912].

Заключение.

Можно констатировать, что не будь в России Александровского времени  масонских лож, не было бы, скорее всего, и самого восстания. С другой стороны, по мнению ряда исследователей, именно с будущими декабристами связано возникновение и такого нового для первой четверти XIX века явления в русском масонстве, как появление в нем, наряду с либеральным и консервативным еще и так называемого радикального крыла, нацеленного на коренное изменение политического строя и проведение революционно-демократических преобразований в стране.